355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Джек Уильямсон » Десятые звездные войны » Текст книги (страница 29)
Десятые звездные войны
  • Текст добавлен: 9 октября 2016, 02:17

Текст книги " Десятые звездные войны"


Автор книги: Джек Уильямсон



сообщить о нарушении

Текущая страница: 29 (всего у книги 35 страниц)

Джон Комэйн, огромный беловолосый инженер, не играл. Он сидел напротив Ханнаса на корточках. Вытянутое лицо его было бесстрастным, одеревенелым, стеклянные выпуклые глаза застыли на хозяине с нескрываемой враждебностью. Рядом лежал прибор, похожий на коробку, которым он пользовался на Новой Луне, надеясь обнаружить таинственную силу Василиска.

Амо Брелекко метал кости. Половина его лица была скрыта белым носовым платком, вторая половина, казалось, ничуть не изменилась с того момента, как его похитили из Алмазного Зала. Одежда его выглядела безупречно. Лучи низкого солнца отражались от драгоценностей. Длинные желтые пальцы манипулировали кубиками с неподражаемым проворством.

Рядом сидел, быстро сгребая выигранные камешки, низенький человечек с землистым лицом. Сутулая потрепанная фигура казалась смутно знакомой. Он делал записи в черной записной книжке, затем быстро набирал цифры на клавиатуре бесшумного калькулятора. Джей Калам узнал его. Это был Абель Дэвиан, маленький игрок, которого Василиск похитил из Алмазного Зала Новой Луны. Денежный мешок с желтым полумесяцем, в котором, видимо, находились двадцать миллионов его выигрыша, лежал на скале рядом. Он не обращал на мешок внимания, сгребая пригоршни черных камешков и выхватывая из рук Брелекко кости. По морщинистой коже бежали капли пота. Он тряс стакан и бросал кости. Проиграв, он хмуро склонялся к калькулятору.

– Люди – странные животные, – пробормотал Ларс Эккард.

В стороне Джей Калам обнаружил неглубокую нишу, возле которой стоял на посту Джон Стар. В нише стояла на коленях его жена Аладори. Перед ней были разложены детали какого–то устройства. Она задыхалась от кашля, мастеря что–то из странных кусочков дерева и металла. Она подняла голову и, увидев Джея Калама, устало улыбнулась. Однако он не увидел в ее глазах надежды.

– Мы знали, что ты появишься здесь, Джей, – сказал Джон Стар. – Но думали, что ты прибудешь на «Непреклонном».

Джей Калам посмотрел на недоделанный прибор. Эта безвредная на вид игрушка была самым главным оружием человечества, способным уничтожить любую мишень. Он прошептал символы могущества:

– АККА.

Женщина, задыхающаяся от кашля, была хранительницей этого оружия.

– Прибор не доделан, – сказала она. – Детали, которые я носила с собой под видом бриллиантов, исчезли. Мы не смогли собрать достаточно материалов.

Джей Калам вытащил маленький черный диск ультракоротковолнового коммуникатора.

– Может быть, это подойдет.

– Может быть. – Стойкая женщина взяла у него диск. – Но, даже если я закончу аппарат, я не знаю, как он сможет нам помочь. Я не знаю, кто такой Василиск и где находится его укрытие. Мы не знаем даже, где находимся сами.

– Однако можем предположить, – сказал Джей Калам. – Мы провели тщательные поиски звезды, с планеты которой появился необычный робот Василиска. Судя по обилию свободного хлора и солнцу над нами, совершенно очевидно, что это та самая планета. Это означает, что наше Солнце находится в восьмидесяти световых годах отсюда. Когда наступит ночь и мы увидим созвездия и Млечный Путь…

– Когда наступит ночь, – вмешался Джон Стар, – нас здесь не будет. Скалу затопит прилив.

– В таком случае… – Джей Калам закашлялся. Прошло много времени, прежде чем он снова мог дышать и видеть. Он взглянул на измученных мужчину и женщину, стоявших перед ним. – В таком случае, я вижу один выход. Отчаянный выход, однако это наша единственная надежда.

– Джей, – произнес Джон Стар. – Что ты задумал?

Мрачные темные глаза командора встретились со взглядом печальных глаз Хранителя Мира, Аладори.

– Если ты сможешь доделать прибор, – медленно произнес он, – мы должны будем уничтожить это солнце, планету и все в этой звездной системе. Даже себя.

Женщина хмуро кивнула красивой головой.

– Я сделаю это, – сказала она.

Быстрые руки ее стали разбирать диск коммуникатора.

– А детали эти, – сказала она, – это все, что мне нужно.

– Подожди, – прокашлял Джон Стар. – Прежде всего, не можем ли мы с помощью коммуникатора сообщить о нашем положении и нашем замысле? Легион, возможно…

Командор покачал головой.

– Это ультракоротковолновая рация, – сказал он. – Нам потребуется восемьдесят лет, чтобы наше сообщение пришло в Систему, и столько же лет на то, чтобы получить ответ. Даже если бы у нас был видеоволновой передатчик, который занимает целый отсек на «Непреклонном», нам потребовалась бы половина светового года.

– Нет, Джон. Я думаю, есть лишь одна надежда.

Кррр! Кррр! Кррр!

Услышав урчание сигнала экстренного вызова, Джей Калам вздрогнул. Аладори удивленно протянула ему рацию.

Поднеся переговорное устройство к уху, он услышал искаженный и приглушенный шепот Василиска.

– Мой дорогой командор, – сказал он. – Я вынужден вмешаться в ваши самоубийственные планы. Дело в том, что быстрая аннигиляция от руки Хранителя Мира – не то, что я задумал для девяносто девяти из вас. Я хочу, чтобы вы прожили достаточно долго, чтобы испытать на своей шкуре все, что выпало на мою долю. Я хочу дать вам время, чтобы вы поняли, что человек, который страдал столь долго, будучи ничтожнейшим и самым жалким из людей, стал теперь величайшим. Когда вы узнаете правду, я уничтожу вас так, как мне нравится. Что же касается сотого, – продолжал зловещий голос, – то его смерть от АККА умалит мою победу. Ибо я намереваюсь вернуть его живым в Систему, чтобы он рассказал о моей мести. Можете заверить своих друзей, если вам хочется вернуть им надежду, что один из них останется жив.

Шепот утих. Джей Калам выронил крошечный прибор и уставился на голую черную скалу. Он увидел маленький круг стоящих на коленях мужчин и женщин, погруженных в игру. Он увидел жену Боба Стара, Кай Нимиди, прижимающую к груди маленькую рыдающую девочку. Он увидел самого Боба Стара, стройного мужчину на краю скалы, стоящего на страже своих жены и ребенка.

– Я думаю… – Он закашлялся. – Я думаю, что Василиск где–то поблизости. Где–то здесь его база и оборудование, которым он пользуется. Мы слышали его по ультракоротковолновой связи…

Аладори вскрикнула. Взглянув на ее изумленное испуганное лицо, Джей Калам увидел, что она показывает на то место, где только что лежало наполовину собранное оружие. Теперь там находилась маленькая черная змейка из глины.

ГЕОФРАКТОР

– Но я не Леруа.

Девушка с фиолетовыми глазами закрыла дверь в крошечную каюту, и гул задыхающихся геодинов стал почти неслышным.

– Вот как, девочка? – старик заморгал. – В таком случае, кто вы?

Усевшись на краешек узкой койки, девушка пригладила роскошные платиновые волосы и взглянула в лицо старого солдата.

– Я не андроид, Жиль, – сказала она. – Я такой же человек, как и вы. Я – Стелла Элероид, дочь Макса Элероида, убитого Василиском.

В фиолетовых глазах горело холодное пламя. Лицо ее было жестким.

– Когда я узнала, что Легион потерпел неудачу, – продолжала она холодным тихим голосом, – я решила сама выследить убийцу и найти геофрактор – новейшее и величайшее изобретение, ради которого Василиск убил отца.

– Геофрактор? – спросил Жиль Хабибула. – Что это значит? – Он подался вперед. Крошечные глазки пристально смотрели ей в лицо. – Нет, девочка, ты Леруа, – настаивал он. – Я видел твой портрет. Глаза и волосы твои другого цвета, и я восхищен твоим артистизмом, однако тебе никогда не обмануть старого Жиля.

Девущка положила руку на пухлое плечо старика. Он долго смотрел на белое напряженное лицо и, наконец, улыбнулся.

– Видите ли, Жиль, мой отец и доктор Арруни были друзьями детства. Они вместе жили в Икархеньюме. Каждый с большим уважением относился к способностям другого. Мой отец часто говаривал, что, если бы Арруни ладил с законом, он был бы величайшим ученым Системы. Иногда во время своего изгнания Арруни тайком посещал Землю, и отец всегда поддерживал с ним связь. Я думаю, он до самого конца надеялся убедить Арруни прекратить кощунственные исследования и обратить талант на что–нибудь другое, более законное.

Она помолчала, покусывая пухлую губку.

– Когда я была девочкой, я им восхищалась, – продолжала она. – И во время его последнего визита он, наконец, меня разглядел. Раньше он тоже видел меня, однако не обращал внимания, но на этот раз я была старше, мне было семнадцать. Он влюбился в меня. Романтика жизни вне закона меня всегда интриговала. Он рассказал мне о красотах неизвестного астероида, где находилось его убежище, и умолял меня отправиться с ним. И я согласилась. Я была очень молодая, достаточно сумасбродная, и казалось, что я его люблю. – Глаза ее смотрели в сторону, она помолчала. – Кажется, я кое–что потеряла в жизни. Несмотря на то, что он делал, Эльдо был самым великим из людей, которых я когда–либо знала. За исключением отца.

Я сообщила отцу о дне нашего отлета. Он был ужасно расстроен. Он стал рассказывать такое, о чем я раньше только догадывалась: о непривлекательной стороне характера Арруни, о нелегальных исследованиях, о производстве наркотиков, о преступной группе, которую он сколотил и возглавил.

Несмотря на все это, я была достаточно молодой и сумасбродной, чтобы не уступить, но тут отец рассказал мне об андроидах, об этих тварях наподобие Стивена Орко. Большинство из них были женщинами, которых Арруни изготавливал на продажу. Это были красивые и преступные распутницы–рабыни, которые обычно грабили и убивали своих сладострастных покупателей и возвращались к Арруни, который продавал их очередной жертве.

Я отказала Арруни. Отец говорил с ним еще раз. Не знаю, что он ему сказал, однако это послужило концом старой дружбы. Арруни возвратился на астероид. Я знаю, что он там делал. – В глазах девушки был страх. – Он создал тварь, обладающую сверхчеловеческой силой андроида. Мозг ее был нечеловеческим, безжалостным мозгом преступника, таким же, какой был у Стивена Орко. Я послужила для него моделью. Он воссоздал по фотографиям и памяти почти точное подобие.

– Ах! – вздохнул Жиль Хабибула. – Вот как! Но девочка, как случилось, что тебе пришлось играть роль этого смертельного андроида?

– Арруни держал Леруа при себе, – сказала девушка. – Пока кометчики, ведомые чудовищем, которое он сам же и создал, не напали на маленький мир. Арруни погиб, но Леруа сбежала. Умная, смелая и безжалостная, она возглавила межпланетную банду своего создателя. Вскоре Легион напал на ее след, и тогда она разработала самый дьявольский из своих планов.

Глаза девушки стали почти черными, и она помолчала, дрожа. Рука ее прикоснулась к огромному белому алмазу на шее, как к драгоценному талисману.

– Леруа знала, что во всем похожа на меня. Она решила прикрыться моим именем. Она задумала похитить меня из лаборатории, где я продолжала работу отца. Она надеялась погубить мой разум наркотиками и через подставных лиц выдать меня Легиону, и получить награду. После чего жить моей жизнью.

– Ах, какой жуткий замысел! – Жиль Хабибула наклонился вперед. – И что произошло дальше?

– Отец предупреждал меня, что такое может случиться, – произнесла девушка. – После его смерти я сделала приготовления. Когда Леруа пришла, я ждала ее. Победила не она, а я.

Жиль Хабибула поднялся и, обняв девушку, с энтузиазмом чмокнул ее в губы.

– Молодец, девочка! – воскликнул он. – Выходит, ты победила андроида ее же оружием. Но почему ты ничего не сообщила Легиону, не получила заслуженную награду?

Лицо девушки стало очень серьезным.

– Мне было бы трудно доказать, что я не Леруа. Кроме того, в тот же день я узнала, что убийца отца бежал со Скалы Дьявола. А кража документов из лаборатории, случившаяся несколькими днями позже, убедила меня в том, что он пользовался геофрактором отца. Я знала, что Легион потерпел неудачу и что он не сможет ничего сделать и в дальнейшем против столь страшного изобретения. Но Леруа, подумала я, не проигрывает. Я стала Леруа.

– Хорошая игра, – похлопал в ладоши Жиль Хабибула. – Однако расскажи мне, девочка, об этом украденном изобретении.

Девушка вновь уселась на край койки. Наклонив голову, она прислушивалась к надрывному гулу геодинов. Изящная рука машинально коснулась спускового крючка протонного бластера, а затем огромного белого кристалла на шее.

– Не беспокойся, девочка, – сказал Жиль Хабибула. – Я сообщил командору Каламу наше местонахождение и курс. Деррону не скрыться от флота. Так что же это за смертельное изобретение?

– Вы знаете, – спросила она, – что мой отец был инженером–гравитационщиком?

– Да еще каким! – засопел Жиль Хабибула. – Благодаря его усовершенствованиям, геодины развились несказанно. Он изобрел геопеллер, которым так ловко научился владеть Чан Деррон…

– Деррон умеет пользоваться краденными изобретениями, – сказала она, сжав белые кулачки и медленно расслабляясь. – Однако геофрактор, – продолжала она, – основан на совершенно новом принципе – контролируемом искажении гравитационных линий. Прибор основан на использовании ахронных силовых полей. Мой отец самостоятельно разработал новую отрасль геодезии, совершенно неизвестную раньше на Земле. Лишь командору Каламу и его экспедиции удалось найти некоторые основы ее в науке кометчиков.

– Ах, да, – кивнул Жиль Хабибула. – Что–то подобное использовала Кай Нимиди, чтобы бежать с кометы.

– Но, геофрактор, усовершенствованный моим отцом, – продолжала девушка, – обладал энергией, достаточной для того, чтобы помешать кометчикам появиться здесь. Его ахронные поля могли искривить гравитационные линии вокруг планеты в радиусе нескольких световых лет.

– Вот как девочка! – Жиль Хабибула улыбнулся. – Однако в других мирах…

– Геофрактор проецирует два гравитационных поля. Каждый прибор способен исказить гравитационные линии вокруг любого объекта и свести их вместе по другую его сторону. И это означает, – улыбнулась она, – что объект исчезает из нашей четырехмерной вселенной. Он сделал спаренную установку из двух синхронизированных блоков, так что каждый из них создает идеальный вакуум, чтобы один объект мог проникнуть сквозь другой. Это предотвращает атомный катаклизм, который может случиться, если два предмета окажутся в одном и том же месте. Это объясняет, почему Василиск… – У нее перехватило дыхание, – почему Деррон на место того, что забирает, подбрасывает глиняных змеек, кирпичи или роботов. Это балансирует работу передатчика и экономит энергию.

Жиль Хабибула вздохнул.

– Так вот что такое геофрактор, – засопел он. – Ах, какая страшная штука.

– Выходит, таким его сделал Деррон, – горько прошептала девушка. – Отец построил его в мирных целях. Он хотел сделать возможным освоение звезд в широких масштабах, чтобы люди могли расселиться по всем галактикам. Он понимал крайнюю опасность этого открытия. Я сомневаюсь даже, что он вообще закончил бы его, если бы не война с кометчиками. Он считал, что это оружие можно применять только в крайнем случае, и разработал защиту против него.

– Вот как? – Жиль Хабибула посмотрел на нее. Девушка прикоснулась к белому алмазу.

– Здесь находится атомная батарейка, образующая крохотное ахронное спиральное поле, – сказала она. – Оно создает сферическую зону защиты, сквозь которую не проникают поисковый луч и искривленные поля геофрактора. Это все, что покуда защищало меня от Деррона. А он не раз пытался отобрать это у меня: послал, например, робота на Новую Луну, чтобы тот напал на меня. Хотя тут он сделал промашку, убив этого монстра слишком рано.

Жиль Хабибула моргнул и прищурился.

– Итак, девочка, теперь, когда мы это знаем, что мы будем делать? Деррон увозит нас к какому–то неведомому объекту в созвездии Дракона. А флот гонится за нами по пятам.

– Этот объект, видимо, и есть геофрактор.

– Вот как? Однако Джей Калам говорил, что это очень маленький прибор, его мог переносить один человек…

– Это была модель, похищенная Дерроном. Ее мощности было достаточно, чтобы перенести одного человека и саму модель с острова, на котором отец ее испытывал. Непонятно только, почему сам Деррон не бежал тогда вместо того, чтобы пытаться доказать свою невиновность. Но для более масштабных действий модель не годилась. Видимо, в дальнейшем была построена машина большей величины. Вероятно, на какой–нибудь далекой планете, с помощью роботов вроде того, которого Василиск послал на Новую Луну. Кража, как вы помните, произошла четыре года назад, а модель вполне способна решить все проблемы транспортировки.

– Но, девушка, – Жиль Хабибула с сомнением покачал головой, – если Деррон находился на Новой Луне, а эта злобная машина – в десяти миллиардах миль от него, то как он может быть Василиском?

– Обратная связь, – сказала девушка. – Отец усовершенствовал устройство. С помощью прибора, который человек может нести в одной руке, он способен оперировать геофрактором с любого расстояния посредством тубулярных полей ахронных сил. Поскольку эти поля способны накапливать энергию и передавать ее, ее можно использовать не только для команд, но и для наблюдения, без потери времени и без промежуточных трансляторов.

Жиль Хабибула нахмурился.

– Это значит, что Деррон может управлять геофрактором откуда угодно. У него аппарат, осуществляющий обратную связь. Я нащупала провода у него в рукаве. – Бледное лицо девушки стало напряженным. – Должно быть, на Новой Луне он чувствовал себя богом, путешествующим инкогнито, способным шпионить за кем угодно без всякой видимой опасности для себя, способным похитить с помощью геофрактора любого, кто отважится противостоять его безумной силе. – Она испуганно коснулась белого алмаза.

– В таком случае, девочка, неужели мы будем ждать и прятаться? – спросил Жиль Хабибула. – Ждать, пока Деррон доставит нас к своей страшной, машине?

В этот миг дверь в каюту разлетелась. Обломки раскидало в стороны, а в проеме появился Чан Деррон. В руке он держал рукоять управления геопеллером, а в другой – яркую иглу протонного бластера.

Рука девушки метнулась к оружию. Однако пальцы Чана сжались на рукояти, и огромное тело, словно тень, метнулось к ней. Наконечник его бластера выбил оружие из руки девушки, а пинок вышиб трость из рук Жиля Хабибулы. Геопеллер отнес Чана обратно к разбитой Двери.

– Некоторые люди любят расхаживать с бластерами по кораблю, – сказал он. – А я не совсем глухой. – Он не сводил с них оружия. Прищуренные глаза Чана Деррона осмотрели девушку, и он улыбнулся. – Я рад, мисс Стелла Элероид, что вы не Леруа. А вы Жиль Хабибула… мне кажется, вы слишком долго были преданным легионером, чтобы на старости лет дезертировать. Послушайте… – Он махнул бластером. – Я слушал все, что вы сказали. Теперь нас трое против Василиска. Я намерен убедить вас в том, что не я убил доктора Элероида.

По телу девушки пробежала дрожь. Увидев ненависть в ее глазах, Чан сделал шаг назад.

– Ты так думаешь? – спросила она едко. – Я сомневаюсь.

– Ах, девочка, подожди. – Маленькие глазки Жиля Хабибулы неодобрительно выпучились в ее сторону. – Давай послушаем. То, что ты рассказала о геофракторе, – объяснил он дрожащей и рассерженной девушке, – объясняет обстоятельства гибели твоего отца.

– В таком случае, скажи, как это произошло? – холодно бросила она. – Ты должен знать.

– Я подготовил бронированное помещение. Ваш отец и его помощник доставили действующую модель, которую собирались проверять, и заперлись изнутри. Я стоял снаружи, на посту. Адмирал–Генерал Самду, появившийся часом позже, обнаружил дверь открытой. На основании чего и обвинил меня.

Он обнаружил тело помощника рядом с трупом доктора Элероида, однако машина исчезла. Тело помощника уже подверглось трупному окоченению. Этого никто не смог объяснить, когда проводилось следствие. Этот факт попросту остался без внимания. Но трупное окоченение наступает не раньше, чем через два–три часа после смерти. Тело, найденное в одном помещении с доктором Элероидом, было мертвым часов десять–двенадцать. – Он опять с пристальным вниманием посмотрел в лицо девушки.

– Вам не мешало бы объяснить, как такое могло случиться, – сказал он. – Преступник уже убил помощника вашего отца. Спрятав труп, он занял его место. Этот убийца спустился в помещение вместе с вашим отцом. Вы не считаете, что такое возможно?

Платиновая головка Стеллы Элероид очень медленно, словно против воли, кивнула. Фиолетовые глаза, очень темные, смотрели в лицо Чана Деррона чуть ли не с гипнотической силой.

– Такое возможно, – прошептала она. – Мой отец страдал крайнею степенью миопии. Он никого не мог бы узнать в двенадцати футах. А в тот день он был очень рассеян, поглощен экспериментом. – Она кивнула снова. – Продолжай.

– Убийца, видимо, очень хитрый человек. Мы знаем, что он давно следил за вашим отцом. Должно быть, он продумал каждый ход. Он очень рисковал, но ставка была огромной. Находясь в запертом помещении, он проследил за действиями вашего отца и узнал, как работает устройство. Затем убил изобретателя. С помощью геофрактора он переместил труп настоящего помощника из укрытия. Он вытащил бластер из моей кобуры, вонзил штык в тело вашего отца, открыл дверь и исчез вместе с действующей моделью, устроив все так, чтобы никто не сомневался в моей вине.

Он смотрел в застывшее бледное лицо девушки.

– Вы мне верите? – хрипло прошептал он. – А, Стелла?

– Я… я не знаю. – Она покачала головой. – Хочу верить. Но кто тогда Василиск?

– Ах, этот смертельный вопрос! – засопел Хабибула. – Возможно, вы рассказали правду, капитан Деррон. А в этом случае преступник – страшный человек и поступил с вами ужасно. Однако против вас масса улик.

– Вы мне не верите, – безнадежным тоном сказал Чан Деррон. – И не поверите, пока мы не доберемся до геофрактора. Я думаю, там нам удастся узнать, кто же наш враг.

– Мне приказано вернуть вас, – уныло сказал старый солдат, – а флот гонится за вами по пятам. Но, если вам угодно сопротивляться, я сообщу командору Каламу…

Чан Деррон нахмурился.

– Я не мятежник, – сказал он. – Я знаю, что флот очень близко. К тому же, у нас нет катодных плат, чтобы идти на прежней скорости. Скоро мы окажемся в зоне поражения вихревых пушек. Однако я все равно намерен добраться до геофрактора. Если вы мне не поможете… – Он угрожающе вскинул бластер. На одном из пальцев, сжимавших рукоятку, мелькнуло что–то зеленое. Жиль Хабибула заморгал.

– Эй, дружище, – засопел он. – Что это за кольцо? Где ты его взял?

– Это кольцо моей матери, – сказал Чан Деррон. – Она подарила мне его.

– Можно взглянуть? – Старик протянул дрожащую руку. – Это венерианский малахит в форме игральной кости? Три и четыре точки на гранях? – Он внимательно осмотрел Чана с головы до ног. – Скажи мне, кто была твоя мать? Откуда она взяла это кольцо?

– Кольцо принадлежало бабушке, – непонимающе глядя на него, сказал Чан. – Она была певицей на Венере. Ее звали Этира Коран.

– Этира Коран!

Глаза Жиля Хабибулы вдруг наполнились слезами. Выскочив из кресла, он бесцеремонно оттолкнул бластер и обнял Чана.

– В чем дело?

– Ты не понимаешь? – произнес Жиль Хабибула. – Твоя мать – моя драгоценная дочь. Ты внук Жиля Хабибулы.

– В таком случае… – Чан высвободился и внимательно посмотрел на сияющее желтое лицо. – В таком случае, ты поможешь мне?

– Ах, конечно! – воскликнул старик. – И с радостью. Ибо внук Жиля Хабибулы не может быть Василиском.

Затем глаза Чана Деррона серьезно и вопросительно посмотрели на девушку. Она встретилась с ним взглядом фиолетовых глаз, в которых светился вопрос. Наконец, она медленно кивнула.

– Мы дадим тебе шанс, – сказала она. – Если ты способен найти Василиска.

ПОСЛЕДНЕЕ СОСТЯЗАНИЕ

Несмотря на отчаянные призывы Жиля Хабибулы, преследующий флот настигал убегающий корабль. Первый залп вихревой пушки не поразил цель. Огромное расширяющееся поле яростно встряхнуло «Атом–Фантом», опалив корпус смертоносной радиацией.

– Пусти меня к геодинам! – прохрипел Жиль Хабибула, когда крошечный корабль рухнул в головокружительный мальстрим. – Я был при двигателях пять драгоценных лет и лучше любого другого знаю, как надо обращаться с генераторами.

И действительно, как только его проворные руки настроили геодины, крошечный корабль быстро полетел вперед. Второе кружащееся облако атомного огня вцепилось в них слабеющими щупальцами и отпустило. Третий выстрел расцвел и погас далеко позади.

«Атом–Фантом» на много часов опередил флот, когда они приблизились к геофрактору.

Чан Деррон был просто поражен размерами этой машины, ее непривычными чертами. На фоне испещренной звездами мглы пространства висели огромные сферы. Три огромных кольца, расположенные под углом друг к другу, между ними – небольшой цилиндр из тускло сияющего металла.

– Это похоже на маленький орешек весом в двадцать миллионов тонн, – пробормотал он. – Но я никогда не видел ничего чернее этих огромных шаров.

– Это не шары, – сказала Стелла Элероид. – Это просто дыры в континууме. На самом деле это тьма гиперпространства. Через эти дыры происходит искажение метрики пространства. В них раскрываются спирали огромных полей, создаваемых кольцами. Вокруг каждого шара находятся четыре кольца – три ты видишь, а четвертое вращается в гиперпространстве. Если не считать размеров, а они довольно велики, эта машина полностью идентична модели отца. Управление, несомненно, и батарея атомных реакторов, питающих спираль, расположены в цилиндре в центре?

– Вот как? – прошептал Жиль Хабибула. – А можем мы найти там Василиска?

– Можем, – сказала девушка. – Однако я думаю, что не найдем. Ему не обязательно находиться здесь, в его распоряжении обратная связь. Но, несомненно, в машину проникнуть можно. Мы встретим там, скорее всего, роботов.

– А как насчет этой страшной силы? – Глаза Жиля Хабибулы испуганно выкатились. – Той силы, что уносит прочь людей?

– Она нам не страшна. – Девушка опять коснулась кристалла. – Пока это устройство с нами и мы вместе, можно ничего не бояться. Но если мы резделимся или устройство исчезнет, то…

– Ах, девочка, мы будем держаться тебя! – воскликнул Жиль Хабибула. – И защищать до последней капли крови.

Обогнув темный корпус геофрактора, они обнаружили люк в торце огромного цилиндра. Никакого оружия они не заметили. «Атом–Фантом» встал возле люка на магнитные якоря, и три человека в серебристых скафандрах вышли, держась друг за друга.

На наружном люке красовался массивный и сложный комбинаторный замок.

– Ах, вот преграда, которая могла бы остановить весь Легион… – пробормотал Жиль Хабибула, в то время как пальцы его в металлических перчатках уже ощупывали замок. Он прижался шлемом к люку. – Весь Легион, – засопел он. – Однако не драгоценный угасающий гений старого Жиля Хабибулы.

Колоссальная бронированная дверь скользнула в сторону, и они вошли в огромное помещение шлюза. На внутренних вратах красовался другой замок, но он тоже был вынужден уступить, и они попали в загадочные недра машины.

Чану бросилось в глаза величие механизмов, которые они встретили на пути. Тусклый фиолетовый свет огромных куполов энергореакторов слабо освещал квадратные трансформаторы, темные тросы, изогнувшиеся как невиданные змеи, путаницу растяжек, соединяющих механизмы. Рука в перчатке схватилась за рукоятку бластера, однако никакого движения они не обнаружили.

Ни одной живой твари. Ни единого звука, кроме глубокого могучего рева генераторов, трансформаторов и других механизмов.

Стелла Элероид повела их по узкой дорожке из лабиринта, где таились неведомые силы. Жиль Хабибула открыл еще одну дверь, и они вошли в длинную, слабо освещенную комнату, которая, судя по всему, была рубкой управления. Светились бесчисленные ряды приборов, сверкали сигнальные лампочки, гудели зуммеры, щелкали автоматические переключатели. Как ни странно, эта комната была совершенно пуста. Держа перед собой бластер, Чан Деррон вздрогнул. В этой массе сложных механизмов было что–то грозное, словно они жили сами по себе.

– Василиска здесь нет, – сказала Стелла Элероид. – Я и не предполагала, что он здесь окажется. Думаю, я смогу управлять геофрактором. Отец научил меня делать это, хотя и предполагал, что эта работа слишком опасна для меня. Надо разъединить обратную связь и включить поисковый луч.

– Хорошо, – сказал Чан. – Думаю, мне известно, где его искать. Поищем в окрестностях звезды Ульнар–ХУ1, примерно в восьмидесяти световых годах к югу. Здесь есть гелиоцентрические координаты. – Он вручил ей клочок бумаги, найденный в бункере Ханнаса.

Она повернулась к панели.

Проведя короткое совещание с Жилем Хабибулой, она кивнула, и старик занялся приборами. Пальцы его шныряли по переключателям и тумблерам с таким проворством, словно он сам создал все, чего касался. Взявшись за бластер и оглядываясь по сторонам, Чан нес бдительную вахту. Ему казалось, что гудящая пустота этого помещения гораздо страшнее орды роботов Василиска, пока не услышал знакомое неестественное урчание и не увидел зеленокрылый ужас, хлопающий крыльями в дальнем углу.

На этот раз он знал, что малиновый глаз – уязвимая точка. Полыхнула вспышка. Монстр упал, неуклюже распростершись на панелях и не успев поднять бластер, который держал в зеленых щупальцах.

– Не беспокойтесь, – сказал Чан Жилю и девушке. Но фиолетовые глаза Стеллы Элероид были напуганы и серьезны.

– Я отключила обратную связь, – сказала она. – У него, видимо, есть второй геофрактор.

Она вздрогнула.

– Он может переправить нас куда–нибудь еще.

Чан Деррон снова стал наблюдать.

– Мы нашли, Чан, – услышал он голос девушки часом позже. Она смотрела на крошечный экран. – Это место, где, видимо, изготовляют геофракторы. Это планета, вращающаяся вокруг красной звезды. В джунглях, в центре плато, есть громадная поляна, там шахты, печи, металлические крыши фабрик, ангар во много миль длиной, где, видимо, конструируют геофракторы. Что–то вроде города роботов. Я вижу множество роботов. Должно быть, Василиск сначала создавал роботов, а потом они строили других.

– Но где же Василиск? – спросил Чан Деррон. – Где этот чудовищный монстр?

Стелла Элероид покачала головой.

Чан вдруг подумал, какие ее волосы и глаза были бы настоящими – эти или зеленые глаза и волосы цвета красного дерева, которые он видел на плантациях с изображением Леруа.

– Я не вижу ни одного человека, – сказала она. – Только роботов.

– Ищи, девочка, – прохрипел Жиль Хабибула. – Преступник где–то поблизости. И вместе с ним те люди, которых он похитил.

Чан Деррон стоял на посту. Время, казалось, тянулось бесконечно. Девушка осторожно работала со сложными аппаратами, и смотрела на экран.

– Вот, – прошептала она наконец. – Это место в десяти тысячах миль от города роботов, в центре океана. Там тень, в которую едва проникает поисковый луч. Я полагаю, что это барьерное поле, как у меня.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю