355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Джек Уильямсон » Десятые звездные войны » Текст книги (страница 17)
Десятые звездные войны
  • Текст добавлен: 9 октября 2016, 02:17

Текст книги " Десятые звездные войны"


Автор книги: Джек Уильямсон



сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 35 страниц)

Джей Калам поднялся из–за стола, тихо добавив:

– Пожалуйста, рассчитай курс к комете на полной тяге. Не старайся экономить топливо на возвращение.

– Но ты же уже попытался! – Жиль Хабибула хотел было подняться и вновь утонул в кресле, выкатив бледные глаза. – У тебя был корабль в тысячу раз мощнее этого! – Он задрожал. – Теперь от него остались смертельные обломки!

Однако Боб Стар уже кипел воодушевлением. Несмотря на все предчувствия командора, намерение покинуть черный Нептун подняло его настроение. Он мечтал о чистом пространстве свободного космоса и о будоражащем кровь пении геодинов, и о новом шансе.

– Стыдно, Жиль! – громыхнул Хал Самду. – Если у нас есть хоть какой–нибудь шанс уничтожить этого человеко–зверя, прежде чем он сможет причинить вред Аладори, мы должны отправляться.

Его гневный взгляд опустился на вилку, и Боб Стар увидел, что огромные пальцы бессознательно смяли металл.

Командор послал его в орудийную башню. Жиль Хабибула был отправлен в силовой отсек, а Боб Стар пошел в рубку. И, наконец, они вырвались в открытые просторы космоса. Дюзы выбрасывали струи пламени, и в безмолвствующий корабельный передатчик вернулась жизнь.

Используя узкий луч и ограниченную мощность, тщательно заэкранировав все оборудование, Боб Стар вызвал вспомогательную базу на атмосферных заводах. Ответа не было. Он увеличил мощность и попытался опять, однако услышал лишь сухое потрескивание статики.

– Достаточно. – Джей Калам остановил его. – Мы не можем рисковать, увеличивая мощность, и не можем терять время. – Он дал Бобу Стару краткую зашифрованную радиограмму. – Это мой генеральный приказ: доклад об уничтожении «Непобедимого» и освобождении Орко и приказ Легиону драться до конца – если только от Легиона что–нибудь осталось. Отправь его на Контр–Сатурн и направляйся к комете на полном ускорении.

Тусклый зеленый сплюснутый шар – Нептун – тонул во тьме, испещренной звездами и оплетенной голубыми туманностями. Боб Стар вырубил дюзы после того, как была отправлена радиограмма, и затем он включил геодины. Чувство движения исчезло, потому что изменилось качество тяги, но зеленоватая планета стала пропадать с волшебной скоростью, уносясь прочь, к меньшему шару, Тритону.

Позади пылало яркое, но крошечное далекое солнце в стылой тьме, едва соперничая с наиболее яркими звездами. Гигантский Юпитер и более мелкий Сатурн казались слабыми искорками на экранах телеперископов. Земли, которая была гораздо меньше их, вовсе не было видно.

Боб Стар, однако, не смотрел назад, взгляд его был прикован к комете. Он был в рубке один. Единственным звуком, помимо его дыхания, являлось высокое гудение нагруженных генераторов. Яркое бледно–зеленое свечение кометы поглощало невеселые мысли. Что это было на самом деле?

Очевидно, они были разумны. Сверхразумны. Они были невидимы или могли становиться такими. Вооружение невидимого разведывательного корабля разрушило лучший боевой корабль Системы и растворило тюрьму–крепость в ничто.

Больше люди ничего о кометчиках не знали, но Боб Стар настойчиво пытался нарисовать их в своем воображении. Человекоподобны ли они? Он пытался поверить, что да, человекоподобны, ибо на эту мысль наводило явление девушки в тюремной стене…

– Парень, парень, – растормошил его Жиль Хабибула. – Ты задремал. Мне кажется, твой отец слишком долго держал тебя взаперти в Пурпурном Холле, раз уж ты разглядел какую–то девушку. Однако не надо путать любовные сны с правдой.

– Сны! – быстро возразил он. – Девушка, которую я видел, была так же реальна, как и ты, Жиль. И она оказалась в ужасной беде причем из–за Стивена Орко и кометчиков. Я все же верю, что мы найдем ее, если вообще доберемся до кометы.

Джей Калам был, тем не менее, столь же скептичен.

– Если девушка, которая, как тебе кажется, была реальна, то она не может быть жительницей какой–нибудь из планет Системы. Мы не имеем представления о научных принципах проектирования образа, подобного описанному тобой, без компьютерного оборудования. Ты считаешь, что она – обитательница кометы, возможно, член какой–нибудь дружественной нам фракции. Но существуют миллионы шансов против этого.

– Почему? – прошептал Боб Стар.

– Потому что возможности для разнообразия жизненных форм бесконечны, – рассудительно ответил командор, – и структурная адаптация протоплазмы к влиянию условий настолько удивительно сложна, что на всех планетах всех солнц по всей вселенной, возможно, не было и никогда не будет другой расы, в точности похожей на нашу.

Джей Калам печально и добродушно улыбнулся.

– Я боюсь, что Жиль прав. Я полагаю, тебе следует относиться к этому инциденту, как к полностью субъективному – как к продукту твоих собственных подсознательных страхов и надежд, реагирующих на стимуляцию агента, который, вероятно, лишил тебя сознания. Скорее всего, кометчики не человеческие существа, а нечто, что ты вообще навряд ли назвал бы жизнью.

Боб Стар стоял, глядя на зеленоватое пятно кометы в телеперископ, пока корабль и весь окружающий мир не прекратили существовать. И остались в космосе он да этот огромный зеленый глаз, и глаз притягивал его к себе, в свою неведомую бездну.

Если кометчики не люди, то кто же они? Монстры со щупальцами? Одушевленные растения? Кристаллическая жизнь призматической формы? А может быть, вся комета – единое древнее существо? Может ли разум существовать не в отдельных индивидуальностях, а быть принадлежностью целого?

В мозгу пустил корни ужас, питаясь его фантастическими умозаключениями. Пытаясь найти путь бегства от этих ужасов собственного воображения, он вернулся к астрономической задаче, которую начал решать в Пурпурном Холле. Глядя на этот забытый астероид, он пытался выяснить, откуда он мог появиться. Ему ничего не удалось обнаружить, однако он открыл кое–что другое.

– Что–то происходит с Плутоном, – сказал он Джею Каламу, когда командор пришел сменить его. В его усталом голосе слышалась хрипота ужаса. – Я проверил десяток раз свои наблюдения, и ответ все тот же. Он покинул орбиту и дрейфует к комете! Я знаю, что это звучит безумно и вряд ли вы поверите…

– Поверю. – Темное лицо командора не выражало скептицизма, лишь сосредоточенность. – Это сходится с секретными сообщениями, которые мы получили от обсерватории на Контр–Сатурне. Множество малых астероидов оттягивается с их орбит к комете – возможно, это та же сила, которая схватила «Непобедимого». Похоже, они похищают планеты…

– Если они могут это… – Боб Стар лишился дара речи и дрожал в страшных ожиданиях.

Высокий командор пожал плечами, готовый смириться со всем, что бы ни произошло.

– Ты устал, Боб, – сказал он. – Иди в свою каюту и поспи.

Боб Стар побрел прочь как выработавшийся робот. Не раздеваясь, он упал на койку. Но сон не шел, потому что зеленый глаз кометы все смотрел на него. Он следил за ним даже здесь, в каюте, и рыскал в его мозгу.

Тонкий вой генераторов стал призрачной гипнотической мелодией. Онемевший мозг воспринимал их как расстроенные минорные струны. Когда, наконец, он погрузился в тяжкий полусон, страх его не оставил.

Спустя четыре таких же напряженных дня он доложил Джею Каламу с тусклым удовлетворением в голосе:

– Через пять часов при нынешнем торможении мы достигнем поверхности объекта.

– Если только кометчики нас пустят!

Боб Стар покинул рубку. Слишком возбужденный, чтобы заснуть, он прогуливался по крейсеру. В силовом отсеке он нашел Жиля Хабибулу, сидящего на полу возле геодинов, раскинув широко толстые ноги. Вокруг валялись пустые бутылки, он сам был очень пьян. Завидев Боба Стара, он вопросительно уставился на него.

– Смерть моя! – прохрипел он. – Ты меня ужасно напугал, парень. Сначала мне показалось, что это какой–то жуткий монстр подкрался, чтобы меня уничтожить. Ах, что за страшное путешествие!

Он пошуровал среди бутылок и нашел не совсем пустую.

– Садись, парень, и прими капельку винца. Его драгоценная теплота слегка разгонит холод в твоем сердце. Ах, бедный старый Жиль стал жалким солдатом, Боб, и спасает его только красная храбрость, что вытекает, пенясь, из бутылки.

Это печально, дружище, но век человека закончен. Эти монстры будут отныне править Системой. Возможно, нам посчастливилось быть среди первых, кто встречает кометчиков, и умереть прежде, чем мы узнаем, кто они такие. Однако я намерен встретиться с ними пьяными. – Он снова приложился к бутылке.

Боб Стар вернулся к телеперископам и стал смотреть, как растет комета. Ее острый по краям, зеленоватый овал был размерами с яйцо, а теперь оказался величиной с человеческую голову. Она мчалась в черном космосе. Она глотала звезды, превращаясь в зеленое море, заполняя все небеса…

Он и Джей Калам изучали ее с помощью всех приборов, которыми располагал корабль.

– Я ничего не могу обнаружить. – Командор покачал головой, смущенный и явно испуганный. – Эта зеленая поверхность – идеальный геометрический эллипсоид. Он полностью лишен каких–либо особенностей. С этого расстояния мы должны были бы увидеть любой предмет размером в дом или в дерево. Однако ничего подобного.

– Налетчики были невидимы, – заметил Боб Стар.

– И возможно, что они живут на поверхности, которую мы видим. – Джей Калам задумчиво потер уголок смуглой челюсти. – Но я так не думаю. Более похоже, что эта зеленая поверхность окажется каким–либо покрытием, хотя и из неизвестного нам материала. Корпус, будем говорить так, огромного корабля. Он движется как корабль. Следующая наша проблема – как пробраться внутрь.

А объект все увеличивался. Он уже закрыл половину звезд, когда зазвенела система тревоги. Боб Стар в замешательстве подскочил к приборам. Он быстро считал информацию со светящихся шкал и проанализировал результаты с помощью компьютера.

– Мы встретились с мощным отталкивающим полем, – сказал он Джею Каламу. – Оно уже погасило большую часть нашей скорости.

Он запросил силовой отсек, чтобы приказать отключить генераторы, однако поглощение не прекратилось. Он вновь обратился к Жилю Хабибуле, чтобы встретить поле толчком геодинов. Четверть мощности… половина… полный рывок…

Наконец, он повернулся к командору, ошеломленно качая головой.

– Вся наша скорость погашена, – сказал он. – Мы теперь пятимся прочь от кометы, и это при полной тяге геодинов!

– Выходит, видимо, что зеленая поверхность – действительно защитное покрытие, – медленно сказал Джей Калам. – Это барьер той же энергии, которая притягивает Плутон к комете.

– Как бы там ни было, нам туда не проникнуть. – Боб Стар выпрямился, стараясь не показать своего отчаяния. – Из полученных мною данных ясно, что это отталкивание у зеленой поверхности должно возрастать до бесконечности. Ничто уже не сможет прорваться в… – Дикий крик ужаса прервал его.

– Это сумасшедший, – прошептал он хрипло. – Марк Лардо.

Булькающий визг повторился:

– Они здесь! Они голодны! Не давайте… Не давайте им есть!

Боб Стар повернулся к своим приборам, чтобы опять узнать об интенсивности отталкивания. Пленный время от времени орал с момента его заточения, хотя еще ни разу в его крике не было такого одинокого ужаса. Он почувствовал ладонь Джея Калама на своей руке.

Он хотел возразить, поскольку это было слишком чудовищно, чтобы быть правдой. Собственно говоря, он ничего не слышал. Глаза его не видели ничего. И все же, еще до того, как Джей Калам прикоснулся к его руке, разум его съежился, почувствовав чье–то страшное невидимое присутствие.

– Глядите! – С губ его сорвался крик. – Зеленый…

Зеленый туман затягивал приборы у него на глазах. Тело покрылось мурашками. Все чувства каким–то образом отключились. Он едва услышал шепот Джея Калама:

– Так было в тюрьме Орко?

Он не мог ответить. Тело превратилось в неуклюжую, не повинующуюся машину. Он понял, что падает. Смутно, с далекого расстояния он услышал тонкие безумные вопли Марка Лардо:

– Не давайте им есть!..

КОМЕТЧИК

Боб Стар, преодолевая боль, поднялся с палубы на узком мостике. Члены онемели, и их неприятно покалывало. Смутное настойчивое звучание системы тревоги медленно стихало в ушах, и корабль погружался в грозную тишину. Крики Марка Лардо прекратились. Он вдруг понял, с чувством отчаяния, что не слышит геодинов.

Джей Калам стонал там, где он упал, и Боб Стар склонился над ним. Тело его было скорченным. Кожа покраснела и была холодна от пота. Биение сердца и дыхание – нерегулярны и замедленны.

Боб Стар вернулся к приборам. По оси отклонения – ноль, потенциал поля – ноль. Корабль уплывает прочь от кометы, беспомощный против поля отталкивания.

– Наш посетитель? – слабо произнес Джей Калам с того места, где лежал. – Ушел?

– Думаю, ушел. – Боб Стар помог ему подняться.

– Что это было?

– Я не знаю. – Боб Стар попытался сглотнуть сухой ужас в горле. – Я ничего не видел, кроме зеленого тумана.

– Интересно, действительно ли это был туман? – Джей Калам неуверенно стоял, покачиваясь, однако на его лицо уже вернулась хмурая озабоченность. – Или, быть может, это эффект излучения, который закорачивает нервные волокна. Инженеры Легиона экспериментировали с радиацией, которая способна это сделать. – Он взглянул на хронометр. – Как долго мы были без сознания.

– Пожалуй, минут десять, – сказал Боб Стар.

Джей Калам послал его посмотреть, что случилось с остальными. Сдавленный стон привел его в орудийную башню.

Хал Самду с трудом поднимался на ноги подле огромной протонной пушки, изо всех сил напрягая могучие руки.

– Эй, Боб! – пробурчал он. – Что с нами стряслось?

– Я еще не знаю. Скажи, Хал, ты что–нибудь слышал? Или чувствовал?

Хал Самду потряс головой.

– Ничего не видел. В корабль заползла чудовищная тень. Потом – зеленый туман перед глазами, и я не смог ничего увидеть. Тело охватил паралич, и я не мог двигаться. Это все, что я знаю.

Боб Стар начал спускаться в силовой отсек, но тут придушенное хлюпанье заставило его пройти в каземат. Он посмотрел сквозь решетку на Марка Лардо. И тут ужас лишил его сил. Хрипя и дрожа, он вцепился в прутья, глядя на тварь, лежащую на полу. Марк Лардо прежде был большим – косматый могучий человеко–зверь. Но это сморщенное существо перед ним было не больше ребенка. Кожа у него была неестественно белой и чудовищно иссохла. Он неподвижно лежал на палубе и жалобно подвывал.

– Лардо! – Голос Боба Стара звучал глухо от ужаса. – Марк Лардо! Ты можешь меня слышать?

Тварь слегка пошевелилась. Сморщенная головка запрокинулась, и Боб Стар попятился от решетки. Он увидел ее глаза. Они были глубоко погружены в крошечный череп и казались странными. Он подумал, что Лардо, должно быть, ослеп. Вокруг глаз лежали длинные желтые тени. В этих глазах не было ничего человеческого. Чувствуя тошноту, Боб Стар поплелся прочь.

Марк Лардо, хоть и безумный, всего лишь час назад был человеком, массивным и мощным, и его сильный дикий голос звучал по всему кораблю. Это иссушенное ужасом существо не было больше человеком. Оно было более чем вдвое меньше Марка Лардо, и очень мало в нем осталось от свирепой животной жизни.

Боб Стар, спотыкаясь, спустился по ступенькам в силовой отсек и остановился, раскачиваясь, на палубе.

– Жиль! – хрипло позвал он. – У тебя есть вино?

Безутешный Жиль Хабибула лежал, привалившись к одному из геодиновых генераторов. Он хныкал и, казалось, не слышал его.

– Жиль, – опять окликнул его Боб Стар, – я хочу выпить.

Тот услышал и медленно побрел по помещению.

– Ах, парень! – Он уже не был пьян, зато горько плакал. – Ты нашел меня в злой час, парень. Мои бедные геодины… будто дорогого друга убили! Я думаю, нам обоим нужно выпить.

Он нашел полную бутылку в ящике, в котором следовало хранить инструменты. Боб Стар залпом осушил ее наполовину. Жиль выпил остальное и вытер понурое желтое лицо обратной стороной ладони.

– Я старый генераторщик, – хрипло пробормотал он, – однако никогда я не встречал таких мощных геодинов, как эти, и чтобы они так же сладко пели. Когда они были живы, парень, они всегда отвечали на мои прикосновения. Они пели мне. Они любили меня, и посильнее, чем иная женщина.

Но теперь они мертвы, парень. Мертвы. Убиты и искалечены. Каждый виток разрезан на тысячу бесполезных кусочков проволоки. Каждая сетка, каждый проводок – все раскурочено, разорвано. Даже все платы разбиты, и генераторы уже никогда не запоют снова.

– Они выглядят целыми, – возразил Боб Стар.

– Ах, да, – печально засопел старик, – сияющая красота осталась. Однако драгоценная жизнь кончилась. Я сидел здесь, слишком основательно наполненный вином, вином и осторожностью, чтобы остановить тварь, которая: их убила. – Он повернулся, чтобы извлечь новую бутылку. – Но давай–ка еще выпьем и не будем больше говорить о страшной твари, которую я видел.

– Ты видел ее? – Боб Стар взял бутылку и потащил его к скамье. – Садись, Жиль, и расскажи, что ты увидел.

– Дай мне выпить, парень, – взмолился тот хрипло. – Дай мне залить это чудовищное воспоминание, пока я не спятил, во имя драгоценной жизни!

Боб Стар отобрал у него бутылку.

– Ах, ладно, я расскажу тебе, что я увидел, – пробормотал Жиль наконец. – Если ты считаешь, что это поможет нам защитить твою драгоценную мать. Но не то, что я увидел, заморозило мои бедные старые кости. То, что я чувствовал, – холодное, зловонное дыхание смертельного зла.

– Так что же ты видел?

– Болезненное предчувствие беды угнетало меня еще с тех пор, как мы покинули Нептун, – засопел Жиль Хабибула. – Даже вину было не под силу справиться с ним. Внезапно, совсем недавно, я почувствовал, что какая–то ужасная тварь заползла на корабль. Я услышал, как Марк Лардо завыл громче.

Мне следовало бы убежать, однако бежать было некуда. И вскоре я не мог двигаться, потому что зеленый туман заледенил мое бедное тело. Я не мог пошевелить и пальцем, даже поднять драгоценную каплю вина. Ах, да, парень! Я сидел здесь, на палубе, а бутылка была у меня между коленей. Я никогда так не нуждался в выпивке за сорок лет службы, но я не мог поднести эту жалкую бутылку к губам.

Затем тварь пришла в силовой отсек. Я с трудом мог повернуть свои тусклые старые глаза из–за паралича. Она прошла отчасти по проходу, отчасти прямо через механизмы. Даже защита геодинов не была для нее преградой. Она прошла к нам…

– На что это было похоже? – хрипло прервал его Боб Стар. – На человека?

– Не спрашивай, как она выглядела, – взмолился старик. – Давай выпьем и забудем этот коварный ужас.

– Прошу тебя, – настаивал Боб Стар, – ради моей матери!

– Эх, ну, если мы должны. – Наполненные ужасом глаза закатились вверх. – Она стояла десяти футов в высоту. Сотворенная из движущегося пламени! Голова фиолетовая, яркая и крошечная как звезда, и холодная как лед, окутанная маленьким облаком пурпурного тумана.

Ногами ее была другая звезда, горячая и красная, а посередине маленькая луна красноватого тумана. Между фиолетовой звездой и красной – столб зеленоватого пламени. Веретенообразной формы. Он вращался, он ни на миг не останавливался. Вокруг утолщенной середины веретена было широкое зеленое кольцо. Какой–то кристалл, быть может. Он казался твердым – но все же он был не слишком твердым, чтобы не пройти через механизмы. Вот на что это было похоже, насколько я могу тебе это передать. Однако весь ужас в том, как я при этом чувствовал себя.

– Выходит, гость выглядел именно так? – задумчиво кивнул Боб Стар. – А теперь расскажи мне, что он делал.

– Он вполне достаточно сделал для моих драгоценных геодинов, парень. Заклубился туман – рука протянулась сквозь твердый металл их блоков. И песня геодинов превратилась в ужасный надрывный звук. Это был их смертный крик.

Тварь оставила их на миг и пошла ко мне. – Толстый загривок старика задрожал. – Я думал, что пропал, парень. Тварь была голодна, причем шумным зловонным голодом. Она жаждала моей жизни, парень. И она протянула зеленый палец, чтобы убить меня, как убила геодины.

Но тут снова завизжал Марк Лардо. – Жиль Хабибула вздохнул. – Это–то и спасло меня, парень. Злая тварь увидела, что я старик, ослабевший от многих тягот, и плоть моя отравлена вином. И она покинула меня ради сладкого мяса сильного молодого мужчины.

Она уплыла прочь сквозь металлическую обшивку корабля, даже не подумав воспользоваться дверью. А я остался сидеть, прислушиваясь к визгу. Последний крик превратил кровь в лед в самом сердце у меня, парень. И это было все, что я услышал.

Боб Стар стоял безмолвно, думая о хнычущем сморщенном существе, которое оставалось в камере Марка Лардо. Жиль Хабибула взял из его рук бутылку и запрокинул ее. Желтое горло конвульсивно пульсировало, пока не вытекла последняя капля.

Тварь в камере еще не умерла, когда Боб Стар, борясь с дрожью, заставил себя вернуться. Существо, однако, больше самостоятельно двигаться не могло, потому что смертельная дезинтеграция уже сказалась. Видя, что оно больше не проявляет признаков жизни, Боб Стар позвал Джея Калама. Они безмолвно вошли в камеру, чтобы вынести его, и заставили себя стянуть с Марка Лардо одежду, которая была ему уже слишком велика.

К тому времени, когда они уложили его на койку, сморщенные пальцы рук и ног начали отваливаться. Пытаться оказать медицинскую помощь было бесполезно, хотя последнее болезненное проявление жизни произошло еще более чем через час. Отсутствовали какие–либо признаки сознания, но выражение на кукольном лице и хнычущие звуки убедили Боба Стара в том, что существо еще чувствует боль.

Наконец, глаза покинул желтоватый оттенок. Они оставили ужасное, белое, явно слепое и сияющее какой–то иризацией, которая охватила уже все тело, существо. Оно уже не двигалось. Останки продолжали съеживаться, пока Боб Стар и Джей Калам не завернули то, что осталось, в покрывало и не выбросили с корабля в космос.

Джей Калам провел после этого два часа, изучая маленький образец, который он взял для анализов. Он вернулся с выражением смутного беспокойства на лице.

– Это не человеческая плоть, – сказал он Бобу Стару. – Несколько элементов, которые должны находиться, в теле, полностью отсутствуют. Остальные присутствуют, но в неправильных пропорциях. Химический состав протоплазмы полностью изменился.

Что–то съело Марка Лардо, – сдавленно заключил он. – Он потерял девятнадцать фунтов веса. То, что от него осталось, не было ни человеком, ни даже живым существом.

– Командор, – прошептал Боб Стар. – Но… что, по–вашему, это было?

Джей Калам задумчиво нахмурился.

– Мы ожидали найти на этом объекте подобную жизнь. Однако я верю, что тварь, которую видел Жиль, в некотором роде живая. Она проявляет разумность и целенаправленность. Она движется. Она ест.

Голос его перехватило, бледное лицо стало жестким, но он тут же продолжил, почти неслышно:

– Она, должно быть, в некотором роде, материальна. Она потребила девятнадцать фунтов вещества из тела Марка Лардо. Хотя она достаточно свободна от материальных ограничений, чтобы двигаться сквозь прочный металл.

Он неуютно пожал плечами.

– Пожалуй, нам чего–нибудь в этом роде и следовало ожидать, – добавил он, – потому что кометчики явно далеко обошли нас в науке. Они наверняка способны манипулировать материей и энергией, возможно, даже пространством и временем посредством способов, находящихся вне нашего понимания.

Боб Стар некоторое время молчал, мрачно цепляясь за прежнюю свою веру в человекоподобность существ с кометы, ибо для него это означало реальность девушки в стене тюрьмы Стивена Орко. Однако вера в ее существование угасла под натиском безмолвного ужаса, который до сих пор не покидал корабль.

– Я читал одну старую легенду, – проговорил он вдруг, – о существах, которые считали, что пить кровь живых…

– Вампиры… – Джей Калам покачал темной головой, словно в беспомощном протесте против того, что они увидели. – Давний и неубедительный миф в сравнении с кометчиками.

Он помолчал, затем сделал долгий хриплый вздох.

– Мы догадывались, чего они хотят, – сдавленно прошептал он, – а теперь, я думаю, мы это знаем. Я полагаю, что они явились в Систему ради… еды.

Хал Самду издал хриплый нечленораздельный звук.

– Драться! – всхлипнул он. – Мы должны драться! Жиль, ты должен наладить генераторы.

На щеках старика заблестели слезы.

– Это невозможно, – простонал он. – Мои горделивые красавцы – они убиты кометчиками.

Боб Стар вернулся в рубку вместе с Джеем Каламом.

– Мы уже за пределами поля отталкивания, – сообщил он, когда они провели наблюдения. – Но мы по–прежнему на высокой скорости летим прочь от кометы и не в состоянии ничего сделать. – Он горько засмеялся. – С помощью одних лишь дюз…

В этот момент экраны вспыхнули красным. Зазвучали тревожные сигналы. Он повернулся взглянуть на экран носового телеперископа и, не дыша, произнес:

– Впереди астероид!

АСТЕРОИД

Пальцы Боба Стара носились по клавиатуре управления дюз. «Птица Зимородок» дрожала от рывков. Голубые струи пламени полыхали в вакуум прямо по курсу, освещая экран телеперископа.

– Астероид? – прошептал Джей Калам. – Ты уверен?

– Уверен, – сказал Боб Стар, слишком занятый, чтобы повернуться. Детектор гравитации показывает впереди инертную массу. Миллионы тонн. Поля отражателей не могут сдвинуть ее ни на дюйм. Однако я изменил курс с помощью дюз… Я думаю, достаточно…

– Астероид, – задумчиво произнес Джей Калам. – Конденсационные теории космогонии указывают на существование таких крошечных тел на окраинах Системы. – Но я не слышал, чтобы хотя бы одно из них было открыто так далеко от Солнца. Мы ведь в миллиардах миль от орбиты Плутона.

Боб Стар за телеперископом внезапно перестал дышать.

– Я вижу его! – закричал он. – Он еще далеко и, по счастью, левее…

Он склонился над экраном.

– Что это?

– Это всего лишь крошечный неправильной формы камень, – неуверенно ответил Боб Стар. – Возможно, не более полумили в диаметре. Однако, мне кажется… – В голос его закралось сдерживаемое восхищение. – Мне кажется, что он обитаем.

– Боб, – возразил командор, – это почти невозможно. Слишком далеко… отсутствует на картах…

– Диффузия света, – настаивал Боб Стар, глядя на экраны, – говорит о существовании атмосферы. А такое маленькое тело не может удерживать атмосферу без искусственного гравитационного поля. Я уверен…

– Планетарная инженерия – дело дорогостоящее, Боб, – напомнил ему Джей Калам, – особенно если оборудование приходится доставлять так далеко. И построить что–либо на подобном астероиде втайне выглядит делом невозможным.

– Вижу! – прошептал Боб Стар. – Я опять заметил, уже на большом увеличении.

Он оглянулся, лицо его сияло удивлением.

– Да! Он обитаем, командор! Я видел растительность – там есть растительность! И еще я вижу здание – длинное белое здание. Рядом корабль – маленький геодезический крейсер. А позади, на маленьком холме, – башня ультракоротковолновой связи.

Рука Джея Калама твердо сжала его плечо.

– Ты можешь сесть туда, Боб?

– Сесть? – Боб Стар отвернулся от экрана, чтобы взглянуть на другие приборы. – Не знаю, – сказал он медленно. – Наша относительная скорость очень велика. Мне понадобится много ракетного топлива для остановки без геодинов.

– Мы должны, если можем, – сказал Джей Калам. – Потому что на этом калеке мы беспомощны. Если сядем, то, может быть, нам удастся воспользоваться этим кораблем, который ты видел. Или, по крайней мере, дать сигнал о помощи на какую–нибудь базу Легиона.

Боб Стар, занявшийся приборами, казалось, уже не слушал его. Наконец, он снял данные с последнего прибора и быстро повернулся к зажиганию ракетных двигателей.

Встревоженный Джей Калам спросил:

– Что ты решил?

– Я думаю, мы сможем это сделать, – сказал Боб Стар. – При этом топлива, которое останется, вряд ли хватит даже на то, чтобы зажарить яйцо. Мы не сможем покинуть астероид вновь, если не получим другой корабль или, по крайней мере, новый запас ракетного топлива.

Снова взревели дюзы, повинуясь клавиатуре.

– Я найду Хала Самду, – сказал командор, – и пошлю его к протонной пушке. Будь наготове, Боб, потому что я не думаю, что мы обязательно встретим дружественный прием. Честные люди не устраивают потайных убежищ в миллиарде миль за пределами Системы. Если честно, этот астероид меня озадачил.

Очевиднейшая догадка – что это укрытие преступников. Однако оно удалено от возможной сцены действий. Пираты вряд ли сочли бы это место удобным для своих рандеву. Никакой выгоды отвозить так далеко синтетические наркотики. Я не знаю, чего и ожидать, кроме враждебности.

Но даже в этом командор был разочарован. Боб Стар пристально осмотрел крошечный мир, когда «Птица Зимородок» спускался на него на голубых огненных струях. Хал Самду тем временем дежурил за своей огромной протонной пушкой. Однако из ультракоротковолновой башни не последовало вызова. Не выстрелило и скрытое протонное орудие. Опускающийся чужой корабль не вызвал ни малейшего движения. Крошечная белая пылинка геодезического крейсера неподвижно покоилась на ракетодроме рядом с загадочно застывшим белым зданием.

«Птица Зимородок» затихла, наконец, на выровненной щебенке маленькой площадки возле другого корабля.

– Ну что ж, – невесело рассмеялся Боб Стар, показывая на топливный манометр, который стоял на отметке «Пусто».

Джей Калам всматривался в иллюминатор с недоумением на лице.

– Странно, – сказал он, – что наше прибытие не произвело никакого впечатления. Чужие корабли не должны бы садиться здесь ежедневно.

Боб Стар огляделся. Возле стройного яркого корпуса неподвижного корабля он увидел белые стены и колонны здания. Оно было огромным, прочно сложенным, и сияющая поверхность его говорила о дорогостоящей художественной простоте. Маленькое искусственное озеро сверкало, словно снежинка белого серебра в пурпурном сумраке звездного неба. И все вокруг было окутано тишиной и окружено экзотической красотой ландшафта.

Такие маленькие планетоиды никогда не бывали круглыми. Поверхность этого представляла собой нагромождение шипов и утесов, выбоин и пропастей. Бледная трава и яркие ровные рощицы покрывали наиболее пологие склоны.

Разноцветные лишайники покрывали выступающие камни зеленым, алым и золотым.

По тонкому лицу Джея Калама поползла медленная улыбка восхищения.

– Да, это волшебная страна, – прошептал он. – Мечта.

Его сияющие глаза перемещались с одной странной перспективы на другую, выделяя красоту покрытых лишайником каменных нагромождений, детский смех мерцающих садов, прохладную улыбку серебристого озера и простое гостеприимство длинного белого здания.

Возле него Боб Стар почувствовал странную, болезненную радость, прокрадывающуюся в сердце. Каждый камень, каждое дерево взывали к нему в тихой мольбе. Вся крошечная планета тянула к нему манящие, ласковые руки волшебства. Они качали его разум, словно в колыбели покоя. Система внезапно оказалась очень далеко, бедствия человечества стали совершенно нереальны. И он знал, что уйти будет очень непросто.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю