Текст книги "Мир Мертвых (ЛП)"

Автор книги: Джек Хэмлин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 14 страниц)

Инстинкт заставил меня резко повернуть руль влево, и, вероятно, только это спасло нам жизнь. Потому что как только я это сделал, раздался взрыв, и джип взлетел в воздух. Мы с Сабелией были пристегнуты ремнями, но от удара нас швыряло во все стороны, а ремни врезались в нас, удерживая на месте. Джип упал на улицу, продолжая кувыркаться. Не знаю, сколько раз он перевернулся – два, три или четыре. Я ударился головой о руль и на несколько мгновений потерял сознание.

Когда я пришел в себя, Сабелия наклонилась через амбразуру, пытаясь отстегнуть мой ремень безопасности. Джип был разбит вдребезги и лежал на боку, но я все еще слышал, как Так пытался связаться с нами. Я понял, что произошло. Та выбоина выглядела подозрительно, и как же я оказался прав. Кто-то заложил туда радиоуправляемое самодельное взрывное устройство и взорвал его. Если бы мы проехали по ней в момент взрыва... ну, все бы было кончено.

Я пережил пару взрывов самодельных взрывных устройств в Ираке. Мысль о том, что я умру от такого же устройства в Кингсбридже в Бронксе, была просто абсурдной.

Я помог Сабелии расстегнуть мой ремень безопасности и взял ее за руки – у меня все еще кружило в голове, и я чувствовал себя вялым. Мои конечности, казалось, отказывались нормально работать. Когда я выбрался через люк для стрельбы, я увидел, что улица заполнена зомби, и они идут на нас. Сабелия продолжала тянуть меня за руки... потом она не удержалась и упала с джипа на улицу. В этот момент "Страйкер" отъехал назад по переулку, и опустился задний трап.

Так выскочил, открыв огонь, сбивая зомби во всех направлениях, обрызгивая витрины кровью и мозгами. Но они были повсюду.

– СТИВ! – закричала Сабелия. – ДАВАЙ, СТИВ!

Я взобрался обратно через люк и выбрался наружу, и к тому моменту я увидел, что Так ведет Сабелию обратно к рампе "Страйкера. – Она сопротивлялась ему и сходила с ума, крича мое имя, но у него не было реального выбора: мертвецы стекались со всех сторон.

Я опустился на асфальт, все тело было в синяках и болело.

Я услышал выстрел из CAR-15, когда Так сбил троих зомби, которые набросились на меня. У меня не было карабина. У меня не было ничего, кроме моего "Сиг-Зауэра" 9-миллиметрового и боевого ножа, а этого явно не хватило бы.

Я не мог добраться до "Страйкера" – вокруг было чертовски много зомби, а Так и Сабелия не могли подойти ко мне. Волны мертвецов отрезали меня от них. Я вытащил свой 9-миллиметровый пистолет и сбил троих из них, но это было все равно что бросать горошины в слона: их были сотни – огромная, неистовая и голодная машина мертвецов.

Я побежал назад, свернул направо, свалил еще двоих, сбил с ног третьего и четвертого и прорвался через разбитую витрину мебельного магазина. Дюжина из них прорвалась за мной через окно, устремив на меня свои белые глаза, а с их посеревших губ свисала слюна.

Я услышал, как "Страйкер" уезжает, и понял, что остался один.

МЕЖДУ МЕРТВЫМИ И НЕПОХОРОНЕННЫМИ

Я оказался по уши в дерьме, как говорит Так, и не мог рассчитывать ни на кого другого, чтобы выбраться оттуда. Я мчался по магазину, пока орды мертвецов устремлялись в выставочный зал. Единственное преимущество, которое у меня было перед ними, заключалось в том, что они были медлительны, а я – быстр, но они были полны решимости. О, как же они были решительны! Они переворачивали обеденные гарнитуры, отбрасывали в сторону диваны и двуспальные диванчики, опрокидывали кресла-реклайнеры и сбивали на пол витринные серванты, заполненные посудой. Они собирались догнать меня и не согласились бы ни на что меньшее.

Мебельные магазины – удивительные места, когда хочется от кого-то скрыться.

Только подумайте об этом. Спальные гарнитуры, столовые, гостиные и кабинеты – все эти экспозиции, созданные для того, чтобы заманить покупателя. Я уводил мертвецов в безостановочную погоню, пытаясь сбить их с толку, но они, казалось, никогда не теряли мой след, хотя многие из них теряли ориентацию и путались в погоне. Я старался не использовать девятимиллиметровый пистолет, если в этом не было необходимости.

Пока мертвецы прорывались через магазин, наполняя его своей ужасной вонью, я зигзагом пробирался к задней части, где, как я полагал, должны были быть офисы и, надеюсь, кладовая и погрузочная рампа, через которую я смог бы выскользнуть. Я наткнулся на стойку обслуживания. За ней была дверь с надписью "ПРИВАТНО. – За ней ничего, кроме офиса. Я пробрался по узкому коридору. Туалеты. Еще офисы. Я наткнулся на небольшой цех, где, судя по всему, выполняли заказы на индивидуальную мебель и занимались обивкой. Бесполезно. Где-то должен был быть черный ход. Пока я его искал, мертвецы вышли в коридор.

Времени нет.

Я заметил несколько лифтов... неработающих, конечно.

Затем дверь с надписью "ТОЛЬКО ДЛЯ СОТРУДНИКОВ.

Там была небольшая столовая, но как только я вошел в нее и увидел табличку "ВЫХОД, – зомби ворвались через дверь на другой стороне комнаты, отрезав мне путь. Вернувшись в коридор, я ударил ногой женщину, чье лицо напоминало размазанную кашу, и оттолкнул мужчину, размахивающего отрезанной рукой. Я нашел еще одну дверь и прошел через нее. Если бы это был тупик, мне бы конец.

Это была лестница.

Задыхаясь, я поднялся по ней и прошел через дверь наверху. На ней был замок, и я запер ее. Я знал, что это не удержит их надолго, но даст мне немного времени. Там, наверху, было еще несколько офисов и кладовых. Я продолжал искать пожарную лестницу, но так и не смог ее найти. Бронированная кавалерия снаружи стреляла без перерыва, уничтожая зомби в огромных количествах. Здание сотрясалось от пушечных выстрелов и взрывов гранат на улице. Я нашел небольшой отсек с лестницей, ведущей на крышу, поднялся туда и, откинув люк, вышел на дневной свет. Всюду был дым. Он валил с улиц извивающимися черными столбами. От зловония горящих трупов тошнило.

Внизу гремели пулеметы.

Взрывались снаряды.

Здание сотрясалось.

Путь к выходу я разглядел достаточно легко. Здание прямо за мебельным магазином примыкало к нему. Я собирался перепрыгивать с крыши на крышу и спуститься на улицу, направляясь на запад.

У меня все еще была моя маленькая рация "Моторола. – Я снова и снова пытался связаться со "Страйкером. – Как раз когда я уже собирался сдаться, Так сказал: – Какого черта ты еще жив, Буки?

Если бы я не был так уставшим и измотанным, я бы, наверное, рассмеялся.

– Сижу на крыше, просто отдыхаю. А ты где?

– На Тиббет-авеню, направляюсь на север. Убираюсь, блядь, из Доджа. Подъезжаю к 238-й улице и колледжу. Но мы свернем, чтобы забрать тебя.

– Нет, – сказал я. – Армия или кто там, черт возьми, внизу, разносит весь район в щепки. Даже не возвращайся сюда. Подожди у колледжа, а я попробую пробиться к тебе.

Так сказал: – Как я тебя узнаю?

– Я буду тем парнем, за которым гонятся пятьдесят зомби.

– Ладно, Буки. Береги свой хохолок. Держи нас в курсе.

Я уже собирался ответить чем-нибудь остроумным, но тут я услышал что-то еще... только это доносилось не с улицы, а из воздуха. Черт возьми, с неба спускался боевой вертолет "Апач, – похожий на охотничью осу, выслеживающую добычу. Я ползком добрался до безопасного места и спрятался за трубами отопления, пока он пролетал над головой. Я был рад, что "Страйкер" теперь находился далеко. – Апач" был вооружен пушками, ракетами "Хеллфайр" и ракетными комплексами "Гидра. – Я знал, какой ущерб они могут нанести вражеским силам и наземным колоннам. Я догадался, что он летел с заданием огневой поддержки, чтобы зачистить что-то прямо перед бронетанковым подразделением.

К этому моменту у меня не оставалось сомнений, что эти парни – из регулярной армии или морской пехоты.

Но как они смогут отличить меня от бойца ARM?

Я решил не рисковать.

Я залез на коробку. – Тебе лучше найти место, где можно спрятаться, – сказал я Таку. – У нас тут "Апач, – и он настроен на серьезные дела.

– Черт. Понял, – ответил Так.

– Апач" пролетел к северу от меня, и я слышал взрывы ракет и стрельбу из пулеметов. Я решил, что ничто так не способно расчистить территорию от мертвецов и бойцов ARM, как один из этих вертолетов.

Чувствуя себя в относительной безопасности от воздушной атаки, я перебежал по крыше и перепрыгнул на соседнее здание. Я выбрал удачный момент, потому что люк был распахнут, и нежить выползала оттуда, словно могильные черви. Я обнаружил дверной проем, ведущий вниз, в здание, но он был заперт. Я вышиб дверь из 9-миллиметрового пистолета и начал спускаться по лестнице на второй этаж. Я оказался в тихом коридоре, красиво обшитом темным деревом. Я находился в каком-то медицинском центре – стоматологи, мануальные терапевты, педиатры, окулисты. Там было так спокойно, что я чуть не поддался искушению растянуться на кожаном диване в приемной ортодонта.

Но я знал, что мои друзья скоро придут.

В тот конкретный момент меня больше всего беспокоили не зомби, а то, кого они могут привлечь, собравшись на крыше. Если экипаж "Апача" их заметит, он может устроить им настоящий ад... и мне тоже. Я нашел лестницу, ведущую вниз, и обнаружил дверь, выходящую на улицу. Там царил хаос. Я не заметил поблизости зомби, но здания на другой стороне улицы подверглись сокрушительному обстрелу. Большинство из них рухнули, упав прямо на улицы. Те, что еще стояли, представляли собой обугленные каркасы. Сама улица, насколько я мог видеть, была изрезана бомбовыми воронками. Некоторые из них были достаточно большими, чтобы в них мог въехать автобус. Улица обрушилась в канализацию, а воронки наполнились стоячей, мутной водой. На поверхности этих луж плавали листья и мертвые крысы.

Я начал осторожно пробираться по улице, перелезая через огромные груды обломков и обходя воронки от бомб. Я направлялся на север (надеялся я), поскольку мое чувство ориентации, похоже, еще работало, и я рассчитывал вскоре выйти на 236-ю улицу. Мне нужно было добраться на северо-запад, чтобы выйти к колледжу, где находились Так и остальные. Раньше я бы справился с этим без труда, но облик Бронкса значительно изменился. Столько кварталов было снесено и сожжено дотла, что было трудно сориентироваться, где именно я нахожусь.

И это была зона боевых действий.

Абсолютная зона боевых действий.

Живые мертвецы бродили в трущобах городского кладбища, объединившись в бандитские группировки, питающиеся человеческой плотью. Мне приходилось высматривать их, а также солдат и ополченцев, сумасшедших и стаи диких собак, которые, как я знал, нападали и пожирали все подряд. Мосул не шел ни в какое сравнение с этим местом. Я посчитал, что в моем "Сиг-Зауэре" осталось четырнадцать патронов, но если дело дошло бы до перестрелки, этого было бы недостаточно. Я расходую весь магазин за считанные минуты.

Я полагал, что зомби будет не так уж много. Армия, преследуя ARM, уничтожила большинство из них. Но это не означало, что не останется нескольких разрозненных стай, рыщущих в поисках добычи. Я надеялся, что не столкнусь с чем-то большим, чем несколько отдельных отрядов или отставших. С этим я мог бы справиться.

Я перелез через несколько куч обломков, но на каждую преодоленную кучу впереди меня возвышались две или три, становящиеся все выше и выше. Я начал замечать кости, смешанные с разбитым бетоном, измельченными кирпичами и скрученными прутьями арматуры. В моем продвижении не было ничего тихого, и однажды мне пришлось прижаться к земле, когда над головой снова пролетел "Апач. – Горы обломков были опасны – из них торчали острые балки и осколки стекла. Я медленно пробирался по ним, хотя и знал, что, находясь на открытом месте, подвергаюсь невероятной опасности.

Когда я добрался до самой большой горы обломков – она возвышалась на высоту двухэтажного здания – я обнаружил целый участок бетонной лестницы, ведущей на полпути вверх сквозь завалы, словно ее специально уложили именно для этого. Это было облегчением. Но не облегчением оказались все те кости, которые я начал замечать. Все они были сильно обгрызены грызунами и собаками, и я только надеялся, что их хозяева были уже мертвы, когда это произошло. К тому времени, как я с трудом пробрался на вершину, я смог разглядеть вдали 236-ю улицу и понял, что на моем пути оставалось еще немало препятствий.

Я присел на корточки, и раздался выстрел.

Я бросился на землю, когда раздались второй и третий выстрелы. Кто бы это ни был, я знал, что стреляют не в меня. Звук пули, впивающейся в обломки, был бы очень отчетливым. Я осторожно заглянул поверх остатков старого цилиндрического дымохода. Внизу, в долине, между несколькими невысокими кучами обломков, я увидел бегущего парня с охотничьим ружьем. Время от времени он останавливался, опускался на одно колено и стрелял.

Именно тогда я услышал собак.

Дикая, оскалившая зубы стая выбежала вслед за парнем. Он обернулся и застрелил двух из них; те покатились по земле, истекая кровью и скуля. Он побежал, а пять оставшихся собак – когда-то, наверное, чьи-то домашние питомцы – рванулись за ним. Вдали я услышал, как он еще пару раз выстрелил в визжащую стаю. Потом все стихло, и я начал спуск. Я скорее скатывался, чем спускался, и не стал больше терять времени на подъем на следующий холм. Пока я это делал, меня охватил удушающий запах падали, и я ожидал, что зомби появятся в любой момент.

Но они не появились.

Когда я перелез через последний холм, я увидел, откуда исходила эта вонь: это была свалка трупов. Прямо передо мной, загромождая улицу, лежало огромное скопление трупов. Я посчитал, что их были сотни, а вонь была просто невыносимой. Это выглядело как сцена из лагеря смерти, которую можно увидеть в старых кинохрониках Второй мировой войны – просто бесконечная панорама трупов в самых разных стадиях разложения. Хотя многие из них были обглоданы до скелетов, большинство было зеленого цвета и вздуто, гнило и испускало трупный газ. Многие из них были настолько изъедены червями, что даже шевелились. Стаи падальщиков – вороны, сороки и коршуны – сидели там, расправляя крылья и каркая, и взмывали в воздух, когда за ними гонялись какие-нибудь истощенные до костей собаки. Я насчитал там более двух дюжин собак и вдвое больше зомби, которые клевали трупы, вырывали внутренности из животов и грызли конечности. Я увидел маленькую девочку, сидящую по-турецки на куче изъеденных червями останков и небрежно жующую голову.

Так вот оно что.

Либо я спускался вниз и пересекал кладбище, либо возвращался назад и пытался обойти его. Я понял, что в любом случае меня ждут неприятности. Ползать вверх и вниз по этим валам из обломков – не то, чего хотели мои уставшие мышцы, но пробираться через кладбище трупов внизу – это то, чего мой желудок не хотел ни за что.

Я решил рискнуть.

Как можно тише я спустился по холму из обломков, случайно вызвав лавину кирпичей. Мне нужна была бандана или что-то, чтобы прикрыть нос и рот. Не только из-за гнилостной, душной вони, но и потому, что я, честно говоря, понятия не имел, какие вредные вещества я могу вдыхать.

С 9-миллиметровым пистолетом в руке я начал свой путь.

Пара собак сразу же обратила на меня внимание. Сеттер залаял. Доберман зарычал. Ни одна из них не бросилась за мной. Они просто предупреждали меня, чтобы я не входил на их территорию. Получив должное предупреждение, я обошел их стороной. Пробираясь между трупами, мне показалось, что их сначала сбросили сюда, а потом сгребли бульдозером в огромные кучи. Мне удавалось обходить их, но все равно приходилось наступать на мертвецов. Когда я наступал на них, раздавались хлюпающие и хрустящие звуки, и из них вырывались шипящие струи тошнотворного могильного зловония. Птицы пролетали прямо над моей головой, а собаки лаяли. Вокруг царила тишина, за исключением звуков, издаваемых собаками, когда они жевали, птицами, когда они клевали, и зомби, когда они чавкали и кусали. Мухи, конечно же, были повсюду, поднимаясь и опускаясь огромными жужжащими черными облаками. Я отгонял их рукой, но это было бесполезно. Они покрывали мои обнаженные предплечья и лицо, кусали меня за шею и ползали по волосам.

Я прошел мимо нескольких зомби, но они не проявили ко мне никакого интереса.

Одна из них, обнаженная женщина, жевала какую-то неузнаваемую мякоть, и когда я прошел мимо, она протянула ее мне. Я отказался от ее доброты, и она вернулась к еде. Это было в новинку: мне еще ни разу не предлагали поделиться едой. Но кто на самом деле знает, что творится в их мертвых умах, какие воспоминания они, возможно, вновь переживают?

Через десять минут я прошел уже половину пути и ни разу не столкнулся с сопротивлением.

Как бы отвратительно это ни было, я решил, что это лучше, чем пробиваться сквозь стаи Упырей, что мне приходилось делать много-много раз.

Но тут моя удача закончилась.

Я услышал грязный, чавкающий звук и оглянулся. Два зомби-парня – подростки, как мне показалось – сползали вниз по влажной куче трупов. Они заметили меня и пошли за мной. Я догадывался, что рано или поздно это произойдет. Они пробирались сквозь трупы, шатаясь, как пьяные, с окоченевшими конечностями. Я обошел еще одну кучу трупов, и это привело меня в нескольких футах от маленькой девочки, которая ела голову. Она посмотрела на меня, когда я проходил мимо; у нее не было лица – оно было съедено до черного язвенного желоба на лице. Глаз у нее тоже не было. Остался только рот, оскаленные зубы и кровь, капающая с губ.

Как и остальные, она почти не проявляла ко мне интереса.

Однако те двое все еще приближались, и я слышал их. Я стал двигаться чуть быстрее, но старался ступать осторожно и тихо, чтобы не споткнуться и не упасть в гниющие массы под моими ботинками. Я обошел еще одну кучу, кишащую питающимися крысами, и ко мне выскочила собака. Это был большой ищейка, морда которого была испачкана кровью и кровавой кашей, а глаза – черные и свирепые. На ней были следы сражения – половина уха оторвана, шрамы, идущие по бокам, плохо зажившие проколы в боку – и она была готова сразиться со мной. Я не уверен, могут ли собаки сходить с ума в человеческом смысле этого слова, может, они просто дегенерируют в диких животных. Как бы то ни было, эта собака была кровожадным первобытным зверем, гончей Баскервилей, и она хотела меня.

Приоткрыв огромные, запачканные кровью зубы, она бросилась в атаку.

Я нацелил на него "Сиг-Зауэр, – пот струился мне по затылку. Когда он оказался в десяти футах от меня, я резко нажал на курок, и выстрел попал точно в цель. Пуля попала зверю прямо между глаз и расколола его череп, как дыню. Он упал, поскользнувшись на передних лапах, воя, визжа и рыча, издавая дикие визгливые звуки. Я всадил ему еще одну пулю в голову, и он перестал шевелиться.

К тому времени остальные два зомби уже приближались.

Я не стал тратить на них патроны. Я обогнул две "горы" трупов и наткнулся на непреодолимое препятствие: кучу гниющих трупов. Она раскинулась по всей улице и доходила прямо до зданий по обеим сторонам, словно море падали. По другую сторону я мог видеть 236-ю улицу, и она, казалось, была свободна.

Сзади меня зомби приближались все ближе.

Стиснув зубы и заставляя желудок держаться на месте, я вскочил на холм из тел и начал карабкаться вверх. Это было нелегко. Они сдвигались и перекатывались, сдуваясь, когда из них выбрасывался газ. Они сдавливались под мной, сочась трупной слизью и черной жидкостью, и когда я добрался до вершины, я начал проваливаться в них, а мои ботинки скользили по мягким животам. Я боролся и цеплялся когтями, погрузившись в них по пояс, пробиваясь на свободу и скатываясь с другой стороны, испачканный выделениями, слизью и серой гнилью.

Я поднялся на колени и меня вырвало.

Дело было не только в вони – которая была колоссальной и отвратительной, – но и в ощущении, как тела под мной превращались в желеобразную слизь, как из них брызгали жидкости, а из ртов вылетали личинки, когда мой вес давил на них, а мухи покрывали меня слоем. На одно безумное мгновение, стоя на коленях, я начал раздирать себя, пытаясь стряхнуть с себя их куски – просто из-за тошноты, отвращения и полного потери рассудка.

То, что вернуло меня в реальность, – это три зомби, пересекавшие 236-ю улицу и направлявшиеся ко мне.

Несмотря на ужасную вонь, которая исходила от меня, они поняли, что я не один из них.

Я вскочил на ноги и выстрелил одному из них в голову, а другому – в горло. Он закружился на месте, из дыры в шее хлестала желтая жидкость. Я перебежал улицу, ухватился за пожарный гидрант и пытался дышать, несмотря на этот божественно ужасный запах, исходящий от меня. Я услышал, как снова приближается "Апач, – и понял, что мне лучше укрыться. Он пролетал над проспектом, с которого я только что сбежал. Я слышал его пулеметы, пули, впивающиеся в обломки и трупы, скулеж собак, которых поражали и разрывали на части. Два зомби, преследовавшие меня, оказались под прицелом.

У них не было ни единого шанса.

30-миллиметровый пулемет на "Апаче" может выпустить около 700 патронов в минуту. Они обстреляли зомби не менее чем пятьюдесятью или шестьюдесятью выстрелами, которые пробили дыры в асфальте и разнесли на куски припаркованную машину на другой стороне улицы. Сами зомби буквально взорвались, их куски разлетелись во всех направлениях. На улице осталось лишь жуткое пятно, свидетельствовавшее о том, что они здесь были.

Я услышал, как "Апач" наклонился вбок и снова развернулся.

Я пробежал квартал, нашел здание, фасад которого был снесен артиллерийским огнем, и пробрался сквозь обломки, слыша, как "Апач" запускает ракеты. От ударов сотрясался весь район, стекло выпадало из витрины на противоположной стороне улицы. Казалось, буквально через несколько секунд по улице прокатились два "Гардиана" в пустынной камуфляжной расцветке, и стрелки открыли огонь из пушек калибра .50 по целям, которых я не мог видеть.

Я оказался в самом эпицентре боевых действий, и мне это не очень нравилось.

Но хуже всего было то, что я потерял рацию – вероятно, пробиваясь через "гору трупов.

Я оказался в беде и прекрасно это понимал.

Guardian ASV

Тип: Бронированная машина

Вес: 14 тонн

Длина: 19 футов

Дальность действия: 400 миль

Броня: модульная

ТЬМА НА ОКРАИНЕ ГОРОДА

В течение следующих нескольких часов весь район бурлил от патрулирующих БТР, пулеметной стрельбы, звуков передвигающихся по улицам боевых подразделений – стрельба не умолкала. Я знал, что эти ребята не из "АРМ. – Я догадался, что это армия – или то, что от нее осталось, – которая все еще пыталась отбить город. С другой стороны, у меня не было никаких доказательств этого, кроме очень скоординированных воздушных и наземных атак. Это могла быть какая-то милиция или частная военизированная группировка, особенно хорошо вооруженная и обученная.

Я оказался в затруднительном положении и прекрасно это понимал.

Мне больше всего на свете хотелось позвонить Таку по рации и сказать ему, чтобы он вернул этот проклятый "Страйкер" в Йонкерс, но я не мог даже этого сделать. Я только надеялся, что он не настолько безрассуден, чтобы попытаться прийти за мной. Я не думал, что он это сделает, ведь в душе Так – очень практичный человек, особенно когда речь идет о боевых действиях. Сабелия, как мне казалось, могла бы стать настоящей головной болью. Но я полагал, что Так и Диана смогут держать ее под контролем. По крайней мере, я на это надеялся.

Я заполз глубоко в недра здания, чтобы спрятаться. Я нашел хорошее маленькое укрытие под лестницей, ведущей на второй этаж, большая часть которой обрушилась на первый. Я сидел там с девятимиллиметровкой в руке и ждал, что может случиться дальше. Если бы вошли солдаты, я уже решил, что сдамся им. Лучше быть захваченным и живым, чем быть мертвым героем. Я должен был думать о Поле. Ему не нужно было терять еще и своего старика.

Из своего укрытия под лестницей я почти ничего не видел на улице. Всюду валялись обломки: пролеты и балки, переплетенные с обломками стен и плитками пола, обрушившимися сверху. Я догадался, что не потребуется много усилий, чтобы снести это здание, но у меня не было выбора. Теперь я был крысой и должен был прятаться, как крыса.

Я был измотан, поэтому неудивительно, что вскоре заснул.

Когда я открыл глаза, солнце уже почти садилось. Первое, что я услышал, – это тишина, которую нарушали лишь писк крыс и кусочки штукатурки, падающие с верхнего этажа здания, словно песок. Больше ничего. Солдаты ушли. Хотя у меня затекла спина от сна в сидячем положении, а задница болела от сидения на корточках на бетонной плите, я не шевелился.

Я прислушался.

Там, снаружи, ничего не было. Я слышал лай собаки где-то далеко, но это было все. Как раз когда я думал о том, как мне плохо и как я зол из-за сложившейся ситуации, о том, как Так будет вынужден отправить Страйкер обратно в Йонкерс, полагая, что я мертв, и сообщить об этом моему сыну, я заметил, что я не один.

Слегка вытянув шею, я заметил, что с лестницы свисали ступни. Я подумал, что это мог быть труп, но если и так, то совсем свежий, потому что раньше его там не было.

Однако... эти ступни не походили ни на какие, которые я видел раньше, и выглядели очень похожими на трупные: они казались вздутыми и губчатыми, испещренными каким-то странным грибком, придавшем им бледно-желтый цвет. Первое, о чем я подумал, – это тот череп, который мы видели в оружейной, мягкий и пораженный грибком. Эти ступни выглядели похоже, только из-за того, что они были мясистыми, это выглядело еще хуже.

Лестница сверху заскрипела.

Вниз посыпалась пыль.

Я увидел, как пальцы ног шевельнулись, словно их обладатель сгибал их. Затем сами ступни, которые до этого были сжаты вместе, раздвинулись... и когда они раздвинулись, я увидел нити того странного нароста, точно такие же, как то, что росло на том черепе. Когда ступни раздвинулись, раздался влажный звук разрыва, будто разрывались волокна грибка, которые скрепляли их между собой. Это звучало, как корни, вырываемые из земли.

Я поднял "Сиг-Зауэр.

Я пошевелился.

Этот звук показался очень громким в пустой тишине здания.

Ноги начали раскачиваться взад-вперед, как у ребенка, сидящего на мосту и ловящего рыбу.

– Ты там внизу не спишь, Слим? – прозвучал голос, только он был булькающим и влажным. – У тебя, надо сказать, классные ботинки. Я бы очень хотел такие ботинки.

– Купи себе, блядь, свои сапоги, – сказал я, и по мне пробежал холодок, когда я осознал, что этот... индивид... оценивал мою обувь, пока я спал. Я заметил желтое порошкообразное пятно, похожее на отпечаток большого пальца, на носке моего левого боевого сапога.

– Ты не очень-то дружелюбен, – сказал голос.

Я ничего не ответил.

Там, наверху, раздалось еще больше скрипа, и ноги перестали раскачиваться. Я услышал влажный, плещущийся звук, словно в миске размешивают овсянку, и из-за лестницы между ног выглянуло желтое лицо. Назвать это лицом – значит быть слишком великодушным, поверьте мне. Оно было желтым и обвисшим, опухшим и дрожащим... словно какая-то амебоподобная тварь, ползающая по черепу под ним. Я увидел один глаз – огромный и слизистый, а другого не было. Когда он – потому что я подумал, что это был мужчина – наклонился еще сильнее, прямо под здоровым глазом открылась дыра, и из нее потекла струйка какой-то черной жидкости.

Я выскочил оттуда, стараясь как можно дальше уйти от этой, черт возьми, штуки. А она погналась за мной. Когда я, спотыкаясь, выбежал из здания, я увидел, как белая и мясистая рука схватилась за балку, и этого было достаточно. Я выбежал на улицу и побежал на запад. На закате солнца здания были окутаны темным кружевом теней. Собаки гонялись за крысами. Десятки ржавеющих машин стояли у бордюров. Повсюду валялись обломки и битое стекло. В машинах, за окнами, раскинувшись на крыльцах, лежали скелеты. Пустые глазницы пристально следили за мной, пока я бежал.

Я пробежал примерно один квартал, прежде чем остановился.

Я оглянулся, но эта тварь не последовала за мной. Мне нужно было собраться с мыслями. Если я хотел добраться до колледжа – а, о боже, как же я хотел добраться до колледжа! – то мне нужно было использовать свой ум. Паниковать и бежать неизвестно куда просто не входило в мои планы. Мне нужно было успокоиться и включить мозги, потому что они и пистолет были единственным, что стояло между мной и ужасной смертью. Я быстро осмотрел себя. Я был весь в грязи и покрыт трупной жидкостью. Если бы кто-нибудь увидел меня, он бы подумал, что я зомби. Было бы чертовски обидно, если бы меня застрелили за то, кем я не был.

Но я чуть не попал в такую ситуацию.

Без предупреждения мертвецы вышли мне навстречу. Помню, что я ошеломленно уставился на них. Почему? Не знаю. Не то чтобы я их не ждал. Как рыба, истекающая кровью в океане, я знал, что появление акул – лишь вопрос времени. И они появились. Сначала их было всего семеро, а это уже много, когда ты один, а в пистолете всего двенадцать патронов. Они вышли из трех разных направлений, словно по сигналу, шаркая ногами, ковыляя и устремляясь ко мне с тем же ненасытным аппетитом. Одна из них – по-видимому, беззубая старушка – тащила за собой пластиковый пакет, который, судя по всему, был чем-то наполнен. Я даже не хотел гадать, что это могло быть. Она шла рядом с бизнесменом, который по-прежнему был одет в элегантный темно-серый деловой костюм из трех частей, только он был испачкан остатками еды и весь облизан слюной. Подойдя ближе, он то и дело поднимал левую руку и смотрел на запястье. Он делал это снова и снова. Я догадался, что он был каким-то руководителем с напряженным графиком, который любил постоянно смотреть на часы. Как и та зомби-женщина, которая ранее предлагала мне кусок плоти, которую она жевала, этот парень просто повторял привычки своей прошлой жизни. На его запястье, конечно, не было часов, но он об этом не знал. Он был трупом-каннибалом с плотным графиком. – Мне надо съесть мозги этого парня, чтобы успеть на встречу с отделом исследований и разработок в пять. – Он вышел на улицу, а рядом с ним шла старуха.

Оба с белыми глазами и изголодавшиеся.

Оба – настоящие чудовища.

Я перешел улицу, чтобы обойти их стороной, и из подъезда вышли пара зомби, похожих на ямайцев, с дредами и скрежещущими зубами. Я начал отступать назад, а на меня наваливались два парня с бейсбольными битами, их лица были кожистыми и покрытыми рубцами, как вяленое мясо. Лучшим выходом было бежать прямо вперед, пока старуха и "мистер Бизнес-исполнитель" не сократили расстояние.

Но и этот путь был отрезан.

К мне широким шагом вышел босой зомби в поварском фартуке, испачканном кровью. В руке он держал мясницкий нож, а кожа на его лице сгнила, из-за чего он выглядел как что-то из анатомического кабинета. Идя, он небрежно разрезал воздух перед собой ножом. Мне невольно пришло в голову, сколько кусков редкопрожаренной говядины он нарезал этим ножом – возможно, даже для мистера Бизнес-исполнительного директора и его приятелей во время обеда с тремя мартини.