Текст книги "Некрофобия: Пробуждение мертвых (ЛП)"

Автор книги: Джек Хэмлин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 14 страниц)

"Сиди спокойно и жди", – сказал я ей. "Все будет хорошо".

Если у них закончатся патроны, им придется подниматься наверх на "Страйкере", чтобы перезарядить "полтинник", а я не хотел, чтобы кто-то из них пытался сделать что-то подобное. Тук знал, как это сделать быстро, но рисковать не стоило. Когда "Страйкеры" закрыты, можно до крови избить себя о люки, и они все равно не откроются. Так уж они устроены.

Но у нас были свои проблемы.

Диана зашла в камеру и сказала, что они спускаются, но я уже слышал характерный лязг люка. Через несколько минут, а может быть, и меньше, они будут кишеть здесь.

"Если они не откроют этот чертов люк", – сказал я Райли, – "нам конец".

"Они делают все возможное!"

Секунды шли. Я был напряжен от пальцев ног до головы. Я встал на огневую позицию позади Райли и стал ждать. Пот струился по моим вискам. Я слышал, как они приближаются. Сначала это были тягучие шаги одного или двух человек, но потом они стали похожи на звуки наступающей армии. Я знал, что увижу их в любой момент.

И увидел.

Первые несколько человек были мужчинами. Один из них был ополченец, чья форма была черно-коричневой с какими-то нездоровыми потеками. Второй – босой человек в деловом костюме, на лице которого был какой-то грибок, разъедающий его. Я перевел CAR-15 в полуавтоматический режим и положил обоих хорошими экономичными выстрелами в голову. Они упали друг на друга, дергаясь. Появились еще четверо, а за ними стая из дюжины или больше. Их пасти были открыты, зубы скрежетали, глаза были без блеска, как брюхо мертвой рыбы.

Я встал.

Сейчас не до стрельбы.

Полный рок-н-ролл. Я стрелял тремя очередями в направлении их голов, и черепа разлетались, как гниющие тыквы. Мертвецы навалились друг на друга, но все равно хлынули вперед, жадно впиваясь в плоть, движимые самым главным из первобытных инстинктов – потребностью в пище. Когда люк открылся, я сбросил, наверное, штук десять, а потом Райли затягивала меня внутрь, пока я продолжал их сбрасывать. Затем приливная волна мертвецов хлынула вперед с резким, рвотным запахом гниения. В своем количестве они могли бы похоронить меня заживо.

Внутри мы закрыли люк, как раз в тот момент, когда с другой стороны на него обрушились бесчисленные тела. Он откинулся назад. Райли, я и еще три или четыре женщины бросили в него все, что у нас было, в то время как другая женщина пыталась просунуть засов в защелку. Это была битва. Дверь задвигалась, а потом мы толкали ее обратно. Мы делали сантиметры и забирали их. Мертвые белые руки вцепились когтями в край люка. Мы ударили по ним всем, что у нас было, и эти руки были разбиты в кровь, пальцы отрублены, а дверь захлопнута. Задвинули засов, и не прошло и доли секунды, как они снова ударили по ней с такой силой, что она затряслась на петлях, а с потолка посыпалась кирпичная пыль.

Мы были в безопасности.

На какое-то время.

Я повернулся и посмотрел на тех, кого мы пришли спасать, и увидел около десятка женщин, стоящих при свете фонаря. На них была поношенная, грязная одежда. Их лица были грязными и покрытыми синяками, испещренными царапинами и порезами, глаза огромные и пустые, щеки впалые.

Райли сказала: "Стив, познакомься с девушками".

И они пошли вперед.

ЗА БАРРИКАДОЙ

Не хочу этого говорить, но когда эти несчастные существа набросились на меня, я отпрянул назад, потому что искренне испугался. Они не улыбались. Они не реагировали. Они шли на меня, как манекены. Они выглядели почти как люди. Я смотрел на лица, которые были каталогом человеческих страданий. Их глаза были суровыми и неподвижными, и на одно безумное мгновение мне показалось, что я попал в какую-то безумную ловушку. Эти лица... Боже мой... от них у меня перехватило дыхание и я почувствовал слабость в коленях. Это были лица, которые вы видели во время Второй мировой войны в Освенциме и Маутхаузене, глядя на них сквозь ограждения из цепей. Именно так они и выглядели: как выжившие в лагере смерти.

Затем они схватили меня и Райли, когда она объяснила, что мы приехали, чтобы вытащить их. Они обхватили нас, прижались к нам и не отпускали. Многие из них рыдали. Это был самый трогательный и самый отчаянный момент в моей жизни.

AДС.

Американское движение сопротивления.

Они сделали это.

Они держали этих женщин как животных.

Они держали их в клетках, издевались над ними, насиловали и унижали их. В тот момент я поклялся себе, что они за это заплатят. Я не буду делать различий между ходячими мертвецами и теми животными, которые выдают себя за людей. Я уничтожу их всех. У зомби хотя бы было оправдание.

У этой гребаной милиции его не было.

Начались представления. Имен и лиц было так много, что в голове все расплывалось. Некоторым из них было под сорок, другим – всего двенадцать-тринадцать. Только одиннадцать из них были живы. Остальные умерли от болезней и инфекций и были погребены под грязным полом соседней комнаты. Отвращение, гнев и ужас, которые я испытывал, были безграничны, а жалость к этим бедным женщинам – безгранична. Одна женщина, которая действительно выделялась на фоне других, была крепкой и задиристой латиноамериканкой по имени Сабелия Кортес. У нее были растрепанные черные волосы и огромные темные глаза. Красивое лицо было испещрено царапинами, ушибами и шрамом, напоминающим ножевой, который проходил через переносицу до одной скулы.

Она подошла ко мне, когда остальные разошлись. Она не входила в состав приветственной комиссии. Она подошла так близко, что я подумал, что она собирается обнять меня, но вместо этого она взяла мои руки в свои и сказала: "Ты – солдат, который пришел сражаться. Я буду сражаться вместе с тобой. Я умру рядом с тобой".

Затем она отстранилась, но после этого уже не отходила от меня ни на шаг. По какой-то причине она сразу же привязалась ко мне и приняла меня, она была Робином для моего Бэтмена или наоборот.

Зомби продолжали биться в люк, но он держался.

Мы открыли свои пачки MRE, накормили девушек и дали им воды. Я никогда в жизни не видел, чтобы кто-то так наслаждался едой, как эти дамы. Сначала они жевали и глотали, не пробуя, но через несколько минут замедлили темп и стали смаковать каждый кусочек. И, клянусь, когда они закончили – а они съели все кусочки, которые мы принесли с собой, – все они стали выглядеть лучше. В их лицах снова появилось что-то человеческое, а глаза смягчились.

Одна из них, высокая блондинка, чье лицо было темным от въевшейся грязи, исцарапанным и опухшим, подошла ко мне и бросилась на меня. Я не был уверен, нападает ли она на меня или проявляет романтику. Когда она попыталась засунуть свой язык мне в рот, я понял, что это второе. Остальные оттащили ее, и она разрыдалась.

"Прекрати", – сказала ей Сабелия.

Кэтрин, высокая рыжеволосая женщина царственного вида, которая, похоже, была лидером, сказала: "Это Анна. Она не в себе после... после того, что они с ней сделали. Они сломали ее во многих отношениях. Я не знаю, сможет ли она когда-нибудь снова стать нормальной".

"Она думает, что вы позаботитесь о ней и защитите ее, если она... ну, вы понимаете", – сказала Сабелия.

Это было душераздирающе. Нет другого слова, чтобы описать растление Анны и остальных. От этого мне стало плохо. Мне хотелось подойти к каждому из них и сказать, что теперь все будет хорошо, что я больше никогда не позволю причинить им боль... но я не мог. Я не мог пообещать им ничего подобного, как бы мне этого ни хотелось. Я имею в виду, кого я обманывал? Мы попали в настоящую переделку, в настоящий переплет. Мы застряли в самом центре матери всех катаклизмов. Мы не могли выскользнуть через туннель. А судя по тому, что я видел во дворе школы, мы никак не могли пробраться через сотни этих мертвецов.

Кэтрин ввела нас в курс дела. Насколько она знала, все ополченцы были мертвы. Большинство было зарезано во дворе (как она полагала), но она слышала вертолет, так что некоторых из них, возможно, сняли с крыши. На днях несколько человек пытались пробраться внутрь, но их схватили зомби. Они слышали их крики в туннеле. Кэтрин, Сабелия и еще несколько человек вышли наружу и обнаружили, что ополченцы мертвы, а зомби питаются ими. Они проломили им головы трубами и ножками стульев. Теперь у них было оружие – три "Ругера", пара АК-47, пара пистолетов 45-го калибра, – но они не пытались подняться наверх. Пока не пытались. Это было на очереди, поскольку к моменту нашего прибытия они были в таком положении, что просто не могли позволить себе больше ждать, зомби или не зомби.

"Мертвые там?" спросил я. "Они внутри?"

"Мы слышим, как они время от времени ходят".

Я услышал Тука по рации. "У нас все в порядке", – сказал я ему. "Мы нашли женщин, и они живы...", – я не решался сказать, что они в порядке, потому что знал, что так будет лучше, – "но мы никак не можем вернуться через туннель".

"Понял. Какой у тебя план?"

"Пока не знаю. Какова ваша ситуация?"

На мгновение наступила тишина. Затем раздался треск помех. "У нас тут говноедов как мух. Они не могут добраться до нас, но я не думаю, что мы можем добраться и до вас. Я открыт для предложений".

"Я свяжусь с тобой", – сказал я ему.

Я остановил Райли вместе с Кэтрин, Сабелией и еще несколькими людьми. Я сказал им, что единственное, что мы можем сделать, это попытаться подняться туда. Пройти через школу, убить мертвоголовых и посмотреть, сможем ли мы попасть в какую-нибудь комнату, может быть, на втором этаже, где можно будет пострелять. Может быть, проредить стада, а потом вызвать "Страйкер" и вывезти наши задницы через заднюю дверь.

Других вариантов я не видел.

Затем мы поделились планом с остальными. Они были за. Анна не очень понимала, но это было нормально. Еще несколько человек тоже были не в себе, но мы просто направили их в нужное русло. Прежде всего, нужно было решить, кто из девушек будет вооружен. Сабелия и еще одна женщина по имени Кэрри взяли автоматы. Мне показалось, что обе они были городскими девушками, которым пришлось несладко в не самых лучших районах. Кэтрин взяла один из пистолетов 45-го калибра, а другая – смелый подросток по имени Джинни. Обе они уже пользовались оружием. Винтовки Ruger достались трем другим – Сьюзан, Миа и Дориан. Последняя выросла на ферме и охотилась вместе с братьями, две другие были деревенскими девушками, и винтовки для них были в новинку. Проблема заключалась в том, что если у пистолетов 45-го калибра были полные обоймы, то только у одного из "Ругеров" – полный магазин на пять патронов. У одного из них было три, а у другого – только два. Нехорошо. У АК в полных магазинах было по тридцать патронов, а у обоих – только половина. Я приказал девушкам стрелять только в полуавтоматическом режиме. Выстрелы в голову.

"Хорошо", – сказал я. "Давайте сделаем это".

Женщины приготовились, и я не думаю, что когда-либо видел более решительный отряд. Я повел их по лестнице к двери. Мы все притихли, прислушиваясь. Мы ничего не слышали, но вонь от мертвецов была сильной.

Я достал свой "Сиг-Зауэр" и разнес замок и накладку на двери.

Я оглянулся, Сабелия ухмылялась. Она была готова к хорошей драке.

Я не думаю, что она будет разочарована.

ПРОРЫВ

Когда мы поднялись наверх, все было спокойно. Я ничего и никого не видел. Мы нашли несколько трупов, почти разделанных до скелетов. Это были ополченцы. В стенах и дверях были дыры от пуль. Нашли еще один АК, но он был использован для отбивания нападавших и был сильно искорежен. Хорошо, что мы нашли три полных магазина в подсумке с патронами.

Я повел девушек по коридору, который, как сказала мне Кэтрин, вел в вестибюль и старое офисное крыло. Школа была закрыта примерно за пять лет до появления "Некрофага" и все это время пустовала. Пока мы шли, я слышал, как где-то над нами ворковали голуби, а в углах виднелись небольшие кучки крысиного помета. То, с чем мы столкнулись, я понимал, что это практически непреодолимо, но у нас не было выбора. Мертвые были многочисленны, а у нас были только доводы разума. Придется действовать.

Я дошел до конца коридора, и Райли сказала всем, чтобы они не слишком сбивались в кучу. Нам может понадобиться место для боя. Я шел впереди с Сабелией и Кэтрин, Райли – сзади с другими вооруженными женщинами. Те, кто был слишком не в себе, чтобы сражаться, или не имел оружия, кроме труб или ножек стульев, находились в центре: Анна и Лесли, Кейси и Бриттани.

Дверь была приоткрыта.

Мы остановились и прислушались.

Я подошел и осторожно толкнул дверь, решив не делать резкого толчка. Тишина была важна.

Дверь открылась, я вошел в нее, а там стоял зомби, как будто он ждал меня, а может, так оно и было. Мой желудок подпрыгнул.

Это был здоровенный мужик, совершенно голый, грызущий кость. Он увидел меня и пошел на меня, отбросив кость в сторону, так как у него было что-то получше. Он был едва ли в четырех футах от меня, и времени на то, чтобы прицелиться, не было. Я открыл огонь и отбросил его назад тремя выстрелами в живот, отчего он раскололся и из него вылезли кишки. Он попятился назад, ощупывая свои кишки и размышляя, не вкусные ли они.

Я выстрелил ему в голову.

Анна издала хныкающий звук.

Сабелия велела ей заткнуться.

Мы двинулись в прихожую, и я увидел, что входная дверь была полуоткрыта, а потом распахнулась настежь – группа мертвецов явилась исследовать звуки. Мы рассредоточились и открыли огонь, уложив их, но к ним подбежали еще шесть или семь человек, и я увидел, что по ступеням поднимаются еще несколько десятков.

Дориан крикнул "Берегись!", когда еще несколько человек появились в противоположном коридоре. Сабелия выстрелила, оттеснив их назад, поправила прицел и завалила двоих. Я достал третьего. Дориан выстрелил в другого, спускавшегося по ступенькам со второго этажа, и это был идеальный выстрел. Зомби покатился вниз по лестнице.

А потом все пошло наперекосяк.

Они вливались в нас через входную дверь и спускались по другому коридору. Пара из них вышла из офисов. Мы начали стрелять. Некоторые девушки, сгрудившиеся в центре, были вне себя от страха. Анна кричала. Все это длилось, наверное, секунд пятнадцать, но это были очень пугающие и напряженные пятнадцать секунд, и мы потратили много патронов. Когда ты находишься в эпицентре дерьма, идешь на него с остервенением, в перестрелке, нет времени обращать внимание на все, что происходит вокруг. Свинец летит, а ты пытаешься прикрыть свой сектор и чертовски надеешься, что все делают то же самое. Я продырявил женщину с ножом "Буч" прямо в лоб, забрызгав ее мозгами еще троих, которых это совершенно не беспокоило. Я свалил мамонта, похожего на какого-то байкера, двух пожилых женщин и девочку-подростка, все еще одетую в больничную кофту.

А когда я стрелял, меня чуть не укусила маленькая девочка, которая ползла на четвереньках через ноги взрослых. Она была в двух метрах от меня, когда я пробивал ей билет.

Как я уже сказал, дикие пятнадцать секунд.

Когда все закончилось, вокруг нас лежали трупы.

Одна из младших девочек издала крик и побежала к двери. Она проскочила мимо меня, прежде чем я успел ее остановить.

"ТЕРЕЗА!" позвала Кэтрин.

Слишком поздно. В истерике она выскочила за дверь прямо в стаю из десяти голодных упырей. И, возможно, этот поступок спас нас. Я не знаю. Но их было сорок или пятьдесят, и кормление их замедлило.

"К ЛЕСТНИЦЕ!" крикнул я.

Кэтрин и Райли заставили их двигаться, а Дориан завалила еще одного зомби, который спускался по другому коридору.

Они начали подниматься, а за ними спустились еще двое.

Миа и Сьюзен расправились с ними. Один из них скатился вниз по лестнице мертвым, а другой спустился с распоротым горлом, кусаясь и огрызаясь. Кэтрин выстрелила ему в голову.

Я говорю это потому, что они оба были так сильно разложившиеся, что трудно было определить, животное это или растение, не говоря уже о мужчине или женщине.

Райли повела девушек вверх по лестнице мимо трупов, и на самом верху стояла маленькая девочка с топором в одной руке. Она была одета в разорванные остатки ночной рубашки, на которой были пятна от того, чем она питалась. Она была смертельно белой, казалось, почти фосфоресцирующей, что подчеркивалось красной жижей, окрасившей топор и забрызгавшей руку до локтя. Ее губы были разгрызены. Она шипела сквозь зубы, покрытые кровью.

Райли выпустил в нее один патрон.

Ее голова взорвалась потоками жидкости и тканей, и от удара ее отбросило назад.

Райли приказывала всем подниматься по лестнице: "Скорее! БЫСТРЕЕ! ПОДНИМАЙТЕСЬ, МАТЬ ВАШУ!" Кэтрин подгоняла их снизу, подталкивая и покрикивая на них, пока они не начали двигаться в хорошем темпе. Мы с Сабелией, конечно же, совершили кардинальную ошибку, отвернувшись на мгновение от двери, и тогда Джинни бросилась на нас с поднятым пистолетом 45-го калибра.

Я подумал, что она собирается выстрелить в меня.

Потом она выстрелила, и зомби упал замертво позади меня.

Они начали вливаться в дверной проем.

Мы с Сабелией помчались вверх по лестнице, когда зомби хлынули внутрь. Я не знаю, сколько их было, но этого было достаточно, чтобы меня прошиб холодный пот. Тридцать? Сорок? Пятьдесят? Они заполонили прихожую и все прибывали и прибывали. Я бросил пять или шесть из них, чтобы запутать несколько тел у подножия ступеней, и этого оказалось достаточно, чтобы мы смогли присоединиться к остальным в коридоре наверху.

Который был полон еще больше зомби.

Пока Кэтрин и еще несколько человек заводили большинство женщин в чистый от мертвецов класс, мы открыли огонь, используя все, что у нас было. Мы отбросили дюжину, и еще дюжина бросилась на нас. Винтовки были опустошены, и, когда зомби вырвался вперед, Дориан пробила ему голову прикладом своей винтовки. Кэрри прикрыла ее, завалив еще троих, после чего мы отступили в класс, а мы с Сабелией прикрыли остальных.

В этот момент Лесли (чей разум был практически отключен) проскользнула мимо меня, пытаясь вырваться. Я видел, как зомби схватил ее. Он переломил ее через колено и вгрызся в горло. Я замешкался, но Сабелия не стала – она открыла огонь и убила обоих.

Я стрелял то влево, то вправо, а когда Сабелия попыталась выйти и вступить со мной в бой, я затолкал ее обратно. "ВНУТРИ! ВПЕРЕД!" крикнул я и выпустил еще несколько пуль, пока мой магазин не опустел. Затем я выскочил в дверь, и она захлопнулась и заперлась. Слава Богу, у нее был замок. Чтобы укрепить его, мы задвинули перед ним несколько столов. Там хранилось полдюжины вещей.

Сначала мертвецы развлекались тем, что дрались за останки своих павших товарищей. Пока они так развлекались, я подошел к окнам, выходящим во двор. Райли уже была там. Она выглядела совершенно серой.

Господи.

Я выглянул наружу, и увидел внизу сотни зомби. Это было похоже на толпу на рок-концерте. И все они, казалось, толкались к дверям внизу.

У нас должен был быть план, и он должен был появиться сейчас.

Но у меня не было никаких идей.

Затем мертвецы начали колотить в дверь.

ВЫСОКОВОЛЬТНЫЙ АКТ

Я заставил себя успокоиться и подумать.

Единственное наше преимущество перед ними – это наши мозги, и мы должны были их использовать. Это было самое главное, а иногда и самое трудное. В любом соревновании на выживание именно тот, кто использует свою голову, выходит на первое место и одерживает победу. Это я хорошо усвоил еще в Ираке, а после "Некрофага" – и подавно. Проблема заключалась в том, что в ситуации выживания склонность психовать и паниковать порой становится непреодолимой.

"Они пройдут через эту дверь, и нам конец", – сказала Дориан.

"Я убью их", – сказала Сьюзан. "Я убью их голыми руками, если придется".

Мне понравилась ее смелость. Иногда грубый настрой может изменить непреодолимое в вашу пользу.

"Мы должны что-то сделать", – сказала Кэтрин.

По рации заговорил Тук: "Ты все еще цел, брат?"

"Пока что".

"Ты что-нибудь придумал?"

"Пока нет".

Затем Сабелия подозвала меня к окну. "Есть выход", – сказала она. "Но это рискованно".

Она раздвинула окно, и я выглянул из него вместе с ней, оба высунули головы наружу, стараясь не смотреть на толпы копошащихся внизу зомби. Я сразу понял, о чем она говорит. Уступ под окном был неплохим, если судить по уступам. Его ширина составляла около двух футов – вполне достаточно, чтобы встать на него и удержать равновесие. Когда я был ребенком в Йонкерсе, мы с приятелями ночевали в палатках на заднем дворе, приходили в нашу школу, забирались на карниз второго этажа и гуляли вокруг здания. Это было глупо и самоубийственно, но тот карниз был, может быть, в фут, а эта штука была в два раза шире".

"Мы выберемся туда", – сказала Сабелия. "Мы можем попасть на ту крышу".

Я высунул голову, насколько хватило сил, и увидел, о чем она говорит. Карниз проходил перед зданием на протяжении примерно тридцати футов и заканчивался кирпичным фасадом пристройки с плоской крышей, которая довольно близко подходила к крыше часовни. Я увидел что-то внизу. Что-то красное, простирающееся между крышей пристройки и крышей часовни. С такого ракурса я не мог точно разглядеть, что это было. Труба? Я не мог сказать. Но если бы мы могли спуститься туда и перебраться...

"Я пойду туда", – сказал я.

"Я пойду", – сказала Сабелия.

"Тебе не обязательно".

"Я хочу".

Я быстро объяснил Кэтрин и остальным, и я видел, что они не были в восторге от нашего плана. Это было похоже на хождение по натянутому канату над ямой с крокодилами. Но это был наш единственный шанс, и они это понимали.

Я забрался на ящик. "Держись крепче", – сказал я Туку. "Возможно, у нас есть план".

"Вовремя, черт возьми", – сказал он.

Я передал Сабелию свой CAR-15 и вылез на карниз. На секунду я почувствовал жуткое головокружение, но отогнал его от себя. Если бы это была двухфутовая доска, лежащая на чьем-то газоне, я знал, что без проблем пройду по ней, так почему же у меня должны быть проблемы с этим здесь? Я старался держать это в голове. Из опыта хождения по карнизу в юности я знал, что есть только один "безопасный" способ: прислониться спиной к стене и слегка выгнуться дугой, так, чтобы слегка отклониться назад. При этом центр тяжести падает на стену, а не в пространство.

Окей.

Это был типичный городской карниз: испачканный голубиным дерьмом и несколькими шальными перьями. Я видел трещины, идущие по нему, и молился, чтобы он выдержал. Я перебрался подальше от окна, и Сабелия протянула мне мое оружие и свой АК-47. Она вылезла наружу с такой легкостью, что я решил, что она отчасти обезьяна.

"В детстве мы постоянно занимались подобным дерьмом", – сказала она мне, и я рассмеялся.

"Я тоже", – сказал я.

Самое главное в ходьбе по карнизу, помимо смещения силы тяжести относительно здания, – это не смотреть вниз. Разве это не избитая поговорка? В скольких старых фильмах вы это слышали? Что бы ты ни делал, приятель, не смотри вниз, – всегда говорит героический полицейский ребенку или прыгуну, которого он спасает. Взгляд вниз при любых обстоятельствах вызывает головокружение. А если смотреть вниз, в гнездо кишащих плотоядных зомби, то это вызовет ужас... такой, который заставит вас упасть.

"Ну, давай уже пойдем", – сказала Сабелия.

Я заколебался, уговаривая себя.

Ладно.

Я боком двинулся вдоль стены и сначала шел в темпе улитки, пока не набрал свой ритм, потом стал двигаться быстрее. Примерно через пять минут мы были у пристройки. Линия крыши была примерно на четыре фута выше уровня уступа, так что мне пришлось повернуться лицом к ней, перекинуть винтовку и подтянуться, чтобы присоединиться к ней. Легко. Сабелия сделала то же самое, и мы оказались на обычной крыше с вентиляционными отверстиями, кондиционером и множеством пятен голубиного дерьма. Мы подошли к дальней стороне, которая шла параллельно крыше часовни.

Лестница.

Красная штука, которую я видел, была лестницей.

Одна из тех старых деревянных красных пожарных лестниц. Ее длина составляла около двадцати футов. Между двумя крышами был пролет около пятнадцати футов, и кто-то положил ее там, несомненно, для того, чтобы сбежать.

"Милиция", – сказал я.

Сабелия кивнула.

"Кто-то из них может быть в часовне", – сказала она.

"Может быть".

"А может быть, и наоборот – они воспользовались ею, чтобы перебраться из часовни".

Как бы то ни было, это был наш выход. Это было рискованно, но это можно было сделать. Я вернулся к тому месту, где мы забрались на крышу. Оттуда хорошо был виден фасад часовни. Входные двери были закрыты. Они были огромными, около пятнадцати футов в высоту, с массивными латунными петлями. Мы с Сабелией быстро набросали план действий, потом я залез в бокс и рассказал Туку, что у меня на уме. Ему понравилось. Это было смело и безумно, так что, конечно, он был только за. К тому же это означало, что его ждет много действий.

"Когда я тебе скажу, – сказал я ему, – проложи к нам путь".

"Понял тебя, Буки".

Сабелия велела мне оставаться на крыше. Она начнет приводить сюда дам. Она перелезла через стену и спустилась обратно по карнизу за половину того времени, которое потребовалось мне. Я слышала, как они там обсуждали происходящее, ругались и спорили. Затем вышла Дориан, за ней Сьюзен, потом Миа и Кэрри. Видно было, что они не в восторге от всего этого. Когда Дориан подошла к стене, я взял ее винтовку и потянул к себе.

"Спасибо", – сказала она. "Чертовски не вовремя, но я ужасно боюсь высоты".

"Ты молодец".

"Меня вдохновило то, что зомби съедят мою задницу", – призналась она.

Мы помогли остальным забраться на крышу. Следом за Райли полезла Кэтрин. Анна была между ними, и они держались каждый за свою руку, что мне совсем не нравилось, потому что если она падала, то падали и они. Я потел все это время, пока не остановил Райли и не схватил Анну за руки. Но она справилась, и Кэтрин тоже. Потом появились Кейси и Бриттани, которые были какими-то подругами и держались за руки. Ни одна из них не разговаривала с тех пор, как мы появились в подвале. Я поднял их на ноги, а затем Сабелия вскарабкалась на крышу.

Вот так. Мы забрались так далеко.

Все женщины стояли и смотрели на лестницу.

"Я не знаю, как это сделать", – сказала Дориан. "Я имею в виду, черт, посмотрите на них там внизу".

Да, зомби были повсюду. Если бы кто-то из нас упал во время перехода, мы бы даже не ударились о тротуар, настолько их было много. Мы бы влились в их ряды. Нет, эта мысль была не из приятных. Но оставаться на крыше было нельзя.

"Не смотри вниз, и ты не узнаешь, что они там", – сказала Сабелия.

Мудрые слова. Я изучал колокольню на часовне. Нам не хватало только, чтобы какой-нибудь сумасшедший ополченец открыл на нас глаза во время перехода. Наверху я ничего не видел и надеялся, что нам повезет.

Я передал свой CAR-15 Сабелии. "Как говорится, ничего страшного".

Я взобрался на лестницу, пока ее держали Сабелия и Дориан. Ухватившись за оба поручня, я встал на колени, а затем просто перебрался по ней, ни разу не взглянув вниз. Перебравшись на другую крышу, я вытер пот с лица. Дориан, боящаяся высоты или нет, пошла следом. Она шла медленнее, чем я, но все же добралась. За ней последовали Кэрри и Сьюзен, затем Миа и Кэтрин. Кейси и Бриттани, конечно же, пришли вместе. Потом остались только Сабелия и Райли с Анной.

"Ну же, милая", – уговаривала ее Кэтрин. "Все будет хорошо. Я встречу тебя на полпути".

Мне это было не очень интересно, но Кэтрин вернулась туда, и хотя Анна продолжала качать головой, Райли удалось затащить ее на лестницу. Она ползла прямо за ней. Все получалось. Все шло гладко, думал я, и все должно было получиться.

Эти мысли едва успели промелькнуть в голове, как Анна сорвалась вниз.

Она перевалилась через край и повисла на одной руке, крича и привлекая внимание тех, кто находился внизу. Райли успел схватить ее за руку, но она упала... прямо в море зомби. Мы все видели, как они ее схватили. Как мясо в аквариуме с пираньями, ее раздирали на части, разрывали и расчленяли, пока она не превратилась в огромный сгусток крови, исчезнувший в рядах зомби.

Никто ничего не мог сделать.

Мы можем сказать, что это был несчастный случай, но так ли это? Я считал, что она бросилась, а потом, как многие самоубийцы, в последний момент, когда было уже чертовски поздно, одумалась. Кэтрин и Райли вернулись, и Сабелия, бросив нам оружие, подошла к нам.

Думаю, в этот момент мы все глубоко вздохнули и медленно выдохнули.

Крыша часовни была плоской, что было очень кстати. Проблема заключалась в том, что над ней на двадцать или двадцать пять футов возвышалась колокольня.

Образовав цепочку, каждая из которых держалась за талию другой, чтобы придать нам силу и равновесие, я протянул руку и схватился за лестницу. Когда я оторвал ее от другой крыши, она покатилась вниз и, возможно, утянула бы за собой меня, если бы не девушки, державшиеся за меня. Мы все вместе подтянулись и затащили лестницу.

Затем настало время заняться скалолазанием.

ВЫХОД ЧЕРЕЗ ДВЕРЬ

Мы поднесли лестницу к колокольне и поставили ее под небольшим наклоном к ней. Я полез первым. Я взял с собой CAR-15, потому что, честно говоря, не знал, во что мы ввязываемся. Я медленно поднимался по лестнице, поражаясь открывшемуся виду. Лестница не доходила до самой колокольни, поэтому я знал, что мне придется встать на верхнюю ступеньку и подтянуться. Но после уступа и перехода... черт возьми, это показалось мне сущим пустяком.

Райли и Сабелия стояли внизу и держали лестницу.

Оказавшись на вершине, я посмотрел вниз и помахал им рукой.

"Просто тащи туда свою задницу, Солнышко", – сказала мне Райли.

Сабелия засмеялась, как и некоторые другие.

Я перекинул свой CAR-15 за ремень через плечо и взобрался на самую верхнюю ступеньку. Это было возможно. Я заберусь туда, а потом помогу девушкам войти. Все просто. Я взял CAR-15 и бросил его на колокольню. Послышался грохот. Я потянулся вверх, чтобы удержать равновесие, и ухватился за внешний выступ колокольни.

И тут я услышал звук.

Звук затвора моей собственной винтовки.

Я был в полной заднице.

Один из ополченцев выглянул из-за края, и я увидел прямо в стволе своего CAR-15. Он ухмылялся. Он собирался убить меня. После всего, через что я прошел, этот чертов любитель воинов выходного дня собирался убить меня моим же оружием, и самое парадоксальное, что я дал ему его.

Я услышал звук, похожий на треск, и подумал, что он только что снес меня, но тут я увидел, как его голова взорвалась в кровавой вспышке, и он упал обратно в часовню.

Я посмотрел вниз, и Дориан отвела винтовку от подбородка. "Моя последняя пуля", – сказала она. Может быть, у этой девушки и не было настоящей снайперской подготовки, но основы она знала хорошо и была чертовски метким стрелком. Выросшая в сельской местности, она это умеет. Но это был природный талант, я знал. Можно дать двадцати солдатам винтовки и тренировать их каждый день в течение месяца, и все равно они не будут такими стрелками, как Дориан.