355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Джаспер Ридли » Муссолини » Текст книги (страница 20)
Муссолини
  • Текст добавлен: 30 октября 2016, 23:28

Текст книги "Муссолини"


Автор книги: Джаспер Ридли



сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 30 страниц)

Глава 26
ГИТЛЕР

30 января 1933 года президент Германии фон Гинденбург назначил канцлером Адольфа Гитлера. В конце февраля Гитлер использовал поджог здания рейхстага в Берлине в качестве предлога для запрещения коммунистической партии, ареста и помещения в концентрационные лагеря ее лидеров и получения чрезвычайных полномочий. Кроме того, он начал гонения на евреев. 1 апреля его нацистские штурмовики (СА) организовали по всей Германии бойкот еврейских магазинов. Коммунисты, социалисты и либеральная пресса всего мира открыли бурную антинацистскую кампанию, обвинили в поджоге рейхстага нацистов, которые хотели получить повод для подавления демократии и левых партий. Они описывали избиения и другие зверства, совершаемые в концентрационных лагерях нацистскими СА и СС по отношению к коммунистам, социалистам и евреям.

Нацисты в ответ поносили еврейский большевизм. В мае по поручению Гитлера в Лондон с миссией доброй воли прибыл Альфред Розенберг. Он сообщил сэру Джону Саймону, что если иностранное давление приведет к падению правительства Гитлера, то «его место займет большевизм».

Муссолини испытывал к нацистскому режиму двойственные чувства. Он понял, что должен принимать Гитлера и нацистов всерьез, не так, как раньше. Теперь, когда они пришли к власти, он приветствовал их политику подавления коммунистов и социалистов, а также одобрял отрицание ими принципов парламентской демократии и либерализма. Но к их антисемитизму он не испытывал симпатии и побаивался их притязаний на Австрию, так как был убежден, что союз Германии и Австрии представляет угрозу для Италии.

Приход Гитлера к власти не повлиял на планы Муссолини насчет пакта четырех держав и возможного пересмотра мирных договоров. В начале марта 1933 года он предложил французскому послу в Риме Анри де Жювенелю решить вопрос о «польском коридоре», отрезавшем Восточную Пруссию от остальной Германии. Для этого надо отдать Данциг и прибрежную полосу земли шириной 10–15 километров Германии. Однако эта идея не нашла поддержки ни у французского, ни у британского правительств.

24 марта Грэм обсуждал с Муссолини положение дел в Германии. Муссолини заметил, что сожалеет о нацистском насилии. Посол Италии в Берлине дал это ясно понять немецкому правительству, но нацистов так долго кормили антиеврейской пропагандой, что теперь, когда они пришли к власти, их никто не мог удержать. Муссолини надеялся, что ситуация в Германии в скором времени стабилизируется, но в любом случае Гитлер еще долго будет оставаться у власти.

В апреле в Рим прибыл с визитом Герман Геринг, сыгравший ведущую роль в подавлении немецких коммунистов и создании концентрационных лагерей. Саймон предложил Гранди, назначенному итальянским послом в Лондоне, чтобы Муссолини воспользовался пребыванием Геринга в Италии и уговорил его сдержать антиеврейскую кампанию в Германии, так как это хорошо подействует на англо-еврейские настроения. «Не только на англо-еврейские», – заметил Гранди.

Муссолини продолжал придерживаться в отношении Гитлера и нацистского режима двойственной политики. С одной стороны, он постоянно твердил британскому правительству, что категорически не одобряет антисемитских эксцессов и всячески пытается повлиять на Гитлера, чтобы тот сдерживал своих наци. С другой стороны, он отговаривал Францию и Британию от каких-либо действий против Гитлера. 11 мая 1933 года лорд-канцлер Хэйлшем заявил в Палате лордов, что даже если Германия уйдет с конференции по разоружению, союзники будут вынуждены заставить ее соблюдать условия Версальского договора, ограничивающие рост ее вооружения. Спустя два дня Муссолини и Грэм присутствовали на состоявшемся в Риме международном футбольном матче между Италией и Англией. Во время матча у них был разговор о германской проблеме. Муссолини сказал, что очень старался вести себя с Германией дружелюбно, однако позиция немцев делает это весьма затруднительным. А далее подчеркнул, что полностью одобряет речь Хэйлшема, потому что это единственный способ заставить немцев прийти в чувство.

Тем не менее 15 июля он не поддержал предложение о том, чтобы Британия, Франция и Италия предприняли какие-либо шаги, дабы помешать германским действиям против Австрии. Грэм доложил в Лондон, что, когда он поставил этот вопрос перед Муссолини, тот отвечал уклончиво. А Фульвио Сувич, сменивший Гранди на посту заместителя министра иностранных дел, сказал, что на пороге подписания Пакта четырех держав будет неудобно, если трое из них предпримут превентивные меры против четвертой.

В октябре 1933 года Гитлер пригрозил, что покинет конференцию по разоружению. Это вызвало тревогу в дипломатических кругах и мировой прессе. Муссолини снова выступил против суровых мер. 10 октября он заявил Грэму, что немецкую политику контролируют двое: Гитлер и Геринг. Один – мечтатель, другой – бывший пациент сумасшедшего дома. Однако Британии, Франции и Италии следует быть реалистами. Неужели они и в самом деле хотят предпринять решительные действия, чтобы остановить Германию, и послать войска на Рейн? Ведь немцы предупреждали, что будут сопротивляться и умрут, сражаясь, а «итогом может быть лишь мировой хаос». Разве не лучше пойти на мелкие уступки, чтобы удержать Германию на конференции по разоружению? Возможно, стоит разрешить ей завести несколько противовоздушных орудий.

14 октября германский посол проинформировал Муссолини, что его страна покидает конференцию по разоружению. Тем же вечером Муссолини давал прощальный обед в честь Грэма, которого сменил в качестве посла сэр Эрик Драммонд. Когда они сидели за столом, пришло сообщение, что Германия покинула не только конференцию по разоружению, но и Лигу Наций. Муссолини заметил, что, кажется, немцы сжигают свой дом, чтобы зажарить яичницу. Однако он и на этот раз воздержался от резких комментариев.

21 октября у Грэма состоялся последний разговор с Муссолини. Грэм никогда не видел его таким сердитым и разочарованным. Муссолини сказал ему, что велел Сувичу предупредить немецкого посла, чтобы тот держался от него подальше, потому что при встрече дуче может ему нагрубить. Германия сорвала конференцию по разоружению, разрушила Лигу Наций и прекратила переговоры о Пакте четырех держав. Он больше ничего не может поделать.

Муссолини выработал свой способ помешать планам Гитлера относительно Австрии. Мирный договор лишал Австрию 86 % ее довоенной территории и сокращал ее население с 47 миллионов до 6,5 миллиона человек. Почти два миллиона из них проживало в Вене. Подобно Парижу XIX века, Вена была красным городом в католической крестьянской стране, ненавидящей красных. Социалисты набирали в Вене 70 % голосов, а по всей Австрии – 40 %. Они сделали Вену витриной социалистического планирования с образцовыми квартирами для рабочих в районе Карл-Маркс-Хоф, а также с самыми современными социальными службами и здравоохранением. Однако у них не было большинства в парламенте. Правительство во главе с христианским демократом было коалиционным. Насчет союза с Германией мнения в Австрии разделились. С одной стороны, было сильным чувство солидарности с немцами и языковое родство, с другой – извечный антагонизм между Германией и Австрией. Немцы презирали австрийцев за благодушную лень и некомпетентность, а австрийцев раздражало немецкое презрительное высокомерие. В Австрии были также предпочитавшие союз с Венгрией во главе с восстановленным на престоле императором из династии Габсбургов. Ни Франция, ни Малая Антанта, ни Муссолини с этим согласиться не могли.

Муссолини хотел иметь под боком независимую Австрию, антисоциалистическую и антигерманскую, которая не причиняет хлопот с Южным Тиролем. Диктатор Венгрии адмирал Хорти и его премьер-министр генерал Гембес были с ним согласны. Именно венгерское правительство первым посоветовало Муссолини поддержать правую австрийскую партию «Хаймвер» антисоциалистической и антигерманской направленности. Муссолини оказывал им поддержку с 1929 года.

В мае 1932 года политику христианско-демократического толка Энгельберту Дольфусу удалось сформировать правительство. Ему было сорок лет, но политик он был проницательный и ловкий. Он занимался адвокатурой, а также читал в университете лекции по экономике. Рьяный католик, он был противником социалистов и союза с Германией. Его правительство получило в парламенте вотум доверия большинством в один голос.

В мае 1933 года Дольфус посетил Рим. Муссолини посоветовал ему подавить социалистов и парламентскую демократию и превратить Австрию в фашистское государство. Дольфус заметил, что это нелегко сделать с большинством в один голос. 1 июля Муссолини написал Дольфусу, что понимает его трудности, но считает, что подавить демократию и социалистов следует поскорее, так как в противном случае правые силы объединятся с австрийскими нацистами и призовут Гитлера для того, чтобы раздавить красных. Дольфус вновь приехал к Муссолини в августе 1933 года и согласился последовать его совету, если сможет рассчитывать на его моральную поддержку и военную помощь в случае германского вторжения в Австрию. Муссолини предложил Дольфусу придать своим высказываниям «налет антисемитизма», чтобы приобрести больше популярности в народе и перехватить ее у австрийских нацистов. Впрочем, позже он передумал и отсоветовал Дольфусу следовать антисемитской политике.

В сентябре «Хаймвер» собрал партийный съезд, на котором было провозглашено, что цель партии – установление в Австрии германо-христианско-общественного государства, базирующегося на корпорациях и противостоящего нацистам и социалистам. Спустя несколько дней Дольфус назначил лидера «Хаймвера», майора Э. Фея, вице-канцлером. Небольшим парламентским большинством Дольфусу удалось отправить парламент на каникулы на неопределенный срок и декретом получить законодательную власть. В ответ левое экстремистское крыло социалистов и коммунисты призвали к вооруженному сопротивлению Дольфусу. Однако лидеры социалистов не спешили прибегать к насилию и затевать гражданскую войну. В октябре социалисты собрали конференцию, на которой постановили перейти к вооруженному сопротивлению в случае, если правительство отменит парламентскую демократию, нарушит конституцию или запретит социалистическую партию. Дольфус решил последовать совету Муссолини и нанести удар первым.

В феврале 1934 года Дольфус издал указ о роспуске городского совета Вены, состоящего из социалистов. Они призвали к всеобщей забастовке, и их оборонительная организация «Красная гвардия» приготовилась отражать любые попытки «Хаймвера» войти в рабочие районы Вены. Фей вызвал армейскую артиллерию и обстрелял рабочие районы, причинив серьезные разрушения Карл-Маркс-Хофу и другим жилым рабочим кварталам. После четырех дней уличных боев социалисты были разбиты, многие из боевиков расстреляны. Мэр-социалист Вены и несколько других социалистических лидеров были арестованы.

Пока в Вене шли бои, разнеслись слухи, что Гитлер использует эту возможность для вторжения в Австрию. По предложению Муссолини 17 февраля правительства Франции, Британии и Италии выпустили Декларацию о гарантиях независимости Австрии. В апреле собрался австрийский парламент. Депутаты-социалисты были лишены своих мест. Депутаты партии Дольфуса провели резолюцию, уничтожающую парламент и передающую верховную власть Дольфусу и его правительству. В отсутствие депутатов-социалистов эта резолюция была принята. Против голосовали только нацисты.

* * *

Гитлер рвался встретиться с Муссолини. В апреле 1933 года вице-канцлер Германии Франц фон Папен приехал в Рим с целью договориться о встрече Гитлера и Муссолини. Но Муссолини только согласился подумать о такой возможности. В марте 1934 года фон Папен вновь прибыл в Рим, как было объявлено, с «частным» визитом. 29 марта он встретился с Муссолини в опере. Во время беседы он повторил Муссолини, как сильно Гитлер хочет его видеть. На этот раз Муссолини дал согласие, однако при условии, что министры подберут подходящее место встречи. После долгих итало-германских споров было решено, что встреча состоится в Венеции 14–15 июня 1934 года с такой повесткой: вопросы разоружения, экономические взаимоотношения, ситуация в Центральной Европе и Австрии.

Когда Муссолини прибыл в аэропорт Венеции в прекрасно подогнанном по фигуре сером генеральском мундире с орденами и медалями, а из самолета вышел Гитлер в штатском костюме, мешковатом не новом плаще с поясом и помятой шляпе, все решили, что одежда этих двух лидеров отражает их истинный образ: сильный Муссолини и незначительный Гитлер. Иностранные журналисты, приехавшие в Венецию, чтобы освещать эту встречу в прессе, сочли, что Муссолини намеренно хотел унизить Гитлера. Но возможно, такое впечатление сложилось у них, потому что они заранее решили, что из двух диктаторов Муссолини является доминирующей фигурой. С самого первого появления Гитлера на международной политической сцене британские и американские поклонники Муссолини твердили, что «Гитлер – не Муссолини». Карикатуры в мировой прессе изображали гиганта Муссолини, возвышающегося над пигмеем Гитлером. На самом деле оба они были небольшого роста, примерно по 1,65 м, но Гитлер был чуточку выше Муссолини.

Они отправились на виллу Пизани в Стра, между Венецией и Падуей, для первого разговора, который состоялся в тот же день 14 июня. Они были одни и разговаривали без переводчиков, по-немецки. Для Муссолини немецкий был одним из тех иностранных языков, которыми он владел хорошо. Они обсудили вопросы, касающиеся Австрии, и достигли консенсуса, так как Гитлер соглашался с большинством пожеланий Муссолини и заверил, что в обозримом будущем не планирует присоединения Австрии к Германии. Они сошлись на том, что будут поддерживать Дольфуса и его правительство. В Австрии необходимо провести выборы. Дольфус обещал пригласить несколько австрийских нацистов в новое правительство. Гитлер предложил Муссолини, в свете их принципиальных договоренностей по Австрии, не поддерживать франко-британские гарантии австрийскому правительству. Но Муссолини дипломатично ушел от этого вопроса. Затем они обсудили итало-германские торговые отношения и договорились сделать все от них зависящее для усиления и развития экономического сотрудничества двух наций.

На следующий день Муссолини и Гитлер познакомились с культурными и художественными ценностями Венеции. Затем между ними состоялась вторая беседа. На этот раз при разговоре присутствовали их советники, но обсуждение было менее конструктивным, чем накануне. Они говорили о разоружении, Лиге Наций, отношениях между Францией и Советским Союзом, внутренней ситуации в Германии, нацистской доктрине, евреях и отношениях обоих правительств с католической церковью. По большинству этих проблем их мнения разошлись. Гитлер сказал, что предпочитает находиться вне Лиги Наций, а Муссолини подчеркнул, что не собирается настаивать на новых требованиях по разоружению. Гитлер не проявил интереса к предложению Муссолини о включении в Пакт четырех держав еще и Польши, а также, возможно, Соединенных Штатов и Японии.

Визитом в Венецию Гитлер остался очень доволен, сообщив своему окружению, какое большое впечатление произвел на него Муссолини и какую радость доставила ему ихвстреча. Муссолини проявил меньше энтузиазма в отношении Гитлера. Он счел, что Гитлер слишком много болтает и большой «доктринер»: вместо того чтобы обсуждать решение практических проблем, он длинно цитировал свою книгу «Майн кампф».

После отъезда Гитлера из Венеции Муссолини выступил с речью на слете фашистов на площади Сан-Марко. Он мало говорил о прошедшей встрече с Гитлером. Большая часть речи была посвящена его прошлому посещению Венеции в 1923 году. Он подчеркнул, как сильно возросло благосостояние города за одиннадцать лет фашистского правления. Только к концу выступления он высказался по поводу причины своего визита. «Я хочу сообщить итальянцам в Италии и за рубежом, что мы с Гитлером не настроены менять политическую карту Европы и мира и добавлять тревог к тем, которые уже и так будоражат все страны от Дальнего Востока до Дальнего Запада».

Через две недели после возвращения домой, 30 июня, Гитлер приказал уничтожить Рема и многих поддерживавших его штурмовиков. Это была знаменитая «ночь длинных ножей». Муссолини был шокирован: он никогда так не поступал со своими фашистскими экстремистами.

В июле жена и дети Дольфуса приехали на отдых в Риччионе, близ Римини. Это было неподалеку от Рокка делле Каминате, где находился Муссолини с семьей. Маленькая дочь Дольфуса заболела, и когда тот об этом узнал, то телеграфировал жене, что приедет в Риччионе и заодно использует возможность поговорить с Муссолини. Однако на следующий день в резиденцию канцлера в Вене ворвались австрийские нацисты и расстреляли Дольфуса. Он был еще жив и, истекая кровью, лежал на полу, а убийцы не послали за врачом и даже отказали ему в просьбе позвать священника для совершения предсмертного обряда.

Эту весть сообщили Муссолини телеграммой. Он попросил Рашель поехать с ним в Риччионе, чтобы рассказать фрау Дольфус о смерти мужа. Была сильная гроза, но они выехали немедленно. Сообщив жене Дольфуса о гибели ее мужа, Муссолини предложил ей самолет и охранника. Не было ли это политическое убийство прелюдией к нацистскому перевороту в Австрии? Пошлет ли Гитлер туда немецкую армию для присоединения Австрии к германскому рейху? Муссолини приказал четырем дивизиям войти в Альто-Адидже и занять позиции вблизи австрийской границы у Бреннера. Если Гитлер введет немецкие войска в Австрию, то Муссолини направит итальянские части, чтобы выдворить их с территории этой страны.

Однако сразу после убийства Дольфуса майор Фей окружил силами «Хаймвера» резиденцию канцлера, все еще занятую австрийскими нацистами. После того как Фей пообещал в случае сдачи пощадить их, нацисты сдались, но были тут же расстреляны по его приказу без суда и следствия. Гитлер сообщил Муссолини, что он здесь ни при чем, они действовали без его ведома, возможно, по приказу Рема, отданному месяц назад, еще до его расстрела. Может быть, Гитлер говорил правду, утверждая, что переворот и убийство Дольфуса планировали, не ставя его в известность, но Муссолини не был в этом уверен.

На посту канцлера Дольфусу наследовал не Фей и не министр иностранных дел князь Эрнст Рюдигер фон Штаремберг, а менее известный министр Курт фон Шушниг, который немедленно прибыл во Флоренцию для обсуждения создавшейся ситуации с Муссолини. Британское правительство, желавшее сохранить независимость Австрии от Германии, предложило Муссолини посоветовать Шушнигу создать в Австрии антинацистский фронт, для чего пойти на уступки социалистам и смягчить репрессивные меры, которым они подвергались с февраля. Муссолини ответил, что не сомневается в желании Шушнига объединить весь австрийский народ. Но если он последует предложению Саймона и даст Шушнигу совет смягчить отношение к социалистам, его обвинят во вмешательстве во внутренние дела Австрии. При этом, если люди решат, что Шушниг отказывается от твердой антисоциалистической позиции, многие сторонники «Хаймвера», ненавидящие социалистов, присоединятся к нацистам и пригласят Гитлера на помощь.

* * *

9 октября 1934 года король Югославии Александр прибыл в Марсель с государственным визитом, цель которого была укрепить связи Франции с Малой Антантой. Его встречал министр иностранных дел Луи Барту. Когда кортеж двигался по улицам Марселя, прорвавшийся через полицейский кордон мужчина несколькими выстрелами убил обоих. Убийца оказался хорватским националистом, членом партии усташей, противников подчинения Хорватии сербам при самодержавной власти короля Александра. Он был одним из многих хорватов, нашедших убежище в Венгрии, хотя вождь партии усташей Анте Павелич за несколько лет до этого перебрался из Венгрии в Италию. Югославское правительство за полгода до этих событий направило Венгрии протест с жалобой, что у них находят пристанище террористы; кроме того, им помогают вооружением и тем самым облегчают возможность совершать террористические акты против Югославии.

Югославское правительство и пресса возложили на Венгрию ответственность за смерть короля Александра. Союзники по Малой Антанте – Чехословакия и Румыния, – а также Франция их решительно поддержали. Но Италия стала на сторону Венгрии. Проведенное французской полицией расследование доказывало вину Павелича, и французские власти начали в Турине процесс его экстрадиции. Муссолини выступил против выдачи террориста. Югославия, Чехословакия и Румыния обратились в Совет Лиги Наций, требуя, чтобы против Венгрии были приняты какие-нибудь санкции. 19 ноября Гранди сообщил Саймону, что, если страны Малой Антанты нападут на Венгрию, Италия станет на ее защиту.

Охваченный страхом возможности новой европейской войны, весь мир ждал решения этой проблемы на Совете Лиги 7 декабря 1934 года. Первая мировая война была вызвана убийством австрийского принца на Балканах, в Сараево. Не приведет ли убийство балканского короля в Марселе к началу Второй мировой войны? Напряжение возросло еще больше после того, как югославское правительство выслало венгерское население из югославского края Воеводина.

Но, как заявил в Праге британскому послу министр иностранных дел Чехословакии Бенеш, «большие войны начинаются не действиями малых держав, а вмешательством великих». Италия и Франция не хотели воевать друг с другом, поэтому угрозы Бенеша и югославского министра иностранных дел в Женеве никакого значения не имели. Идеи был назначен посредником и использовал свое влияние для того, чтобы погасить накал страстей. Малая Антанта поносила Венгрию, но по поводу Италии выражалась гораздо мягче. Югославия прекратила выселение венгерского меньшинства, а венгерское правительство, в свою очередь, признало, что некоторые его чиновники проявили небрежность, позволяя хорватским усташам действовать на их территории, и пообещало их наказать. К Рождеству кризис миновал.

Муссолини не взволновала эта ситуация. Он доверительно говорил своим министрам и генералам, что никакой опасности возникновения военных действий между Венгрией и Югославией нет. Он решил начать войну на совершенно другом континенте.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю