Текст книги "Рассвет Четвёртый. Часть 1 (СИ)"

Автор книги: Дракониан АртЛайн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 23 страниц)

Покончив с нехитрым, но очень длительным процессом умывания, император нехотя отправился в гардеробную.

Едва он представил, как будет весь день носить на плечах тяжёлые позолоченные наплечники, его передёрнуло, и поэтому всё решилось в пользу обычной белой мантии из шёлка, достаточно просторной, чтобы не раздражала тело, и лёгкой. Появление на Совете в чём-то столь минималистическом почти наверняка будет оскорбительно воспринято некоторыми членами, но настроение Сэтиса было соответствующе воинственное.

Когда император расправлял нежные складки длиннополой мантии, часы показали восемь утра.

С минутным опозданием в дверь покоев едва слышно постучали.

– Войдите.

Слуга проскользнул в дверь и застыл в почтительном полупоклоне.

– Убери в ванной. Завтрака не нужно.

– Да, Ваше Высокородие.

Слуга, чёрный волчек в зелёных одеждах, не удивился отказу от завтрака и немедленно испарился в сторону ванной. Хороший, вышколенный поколениями слуга. Ни единого вопроса и всё только так, как пожелает господин. Хоть что-то несомненно приятное есть в этой жизни.

Осталось только ждать советника Равена, который должен зайти с утра.

Чтобы скрасить минуты ожидания, император Сэтис взял из книжного шкафа тонкую панель сборника стихов, написанных во времена последней гражданской войны, и уселся в кресло возле панорамного окна. Его почти совершенно не увлекала романтическая проза, зато он весьма интересовался описанием документальных событий и поэзией военных лет. В первом он находил множество поучительных фактов, во втором – вдохновение для творческих мыслей.

Приход советника застал его на чтении длинного стихотворения, посвящённого долговременной осаде портового города Веррейтаса. Сэтис никогда не позволял прерывать себя посреди какого-либо занятия, поэтому Равену пришлось молча ждать в поклоне до дрожи в ногах.

Только неторопливо дочитав стихотворение, Император отложил книжную панель и встал.

– Я слушаю, советник.

Равен с облегчением распрямился.

– Я пришёл доложить вам о том, что Совет состоится сегодня после полудня в Большом тронном зале. До этого с вами хотел бы встретиться глава семьи Эртисов, у него есть несколько предложений касательно использования земель на севере континента. Глава семьи Вернэ недоволен условиями поставок из вверенного ему региона, и, если это возможно, он просит вас обсудить с ним возможные пути повышения запрашиваемой стоимости и вынести этот вопрос на Совет. Также член Совета Арташер настаивал на личной встрече с вами, он хочет представить вам финансовый отчёт по поводу строительства военных...

– Достаточно, Равен. Будешь информировать меня по обстоятельствам. Я переговорю отдельно теми с членами Совета, которые того желают, но глав семей держи от меня подальше.

– Да, Ваше Высокородие.

– Моя первоочередная задача на сегодня – выступить по поводу перестрелки на демонстрации и присутствия Красных Доспехов в городе. Если народ требует внимания к себе, что ж, он его получит. И, советник...

– Ваше Высокородие?

– Будь так любезен... – Лицо Сэтиса приняло очень жёсткое и неприятное выражение величайшего неудовольствия. – Передай уважаемому мной Красному статтеру, который в данный момент слишком занят наказанием виновных, чтобы впредь он не позволял случаться таким событиям. Своими действиями Красные Доспехи почти сразу, как я их помиловал, поставили меня в весьма неудобное положение. Я очень не люблю искать оправдания тому, в чём я не повинен.

Равен бесшумно сглотнул. Голос Императора был мягким и снисходительным, но глаза оставались жестокими. Советник в очередной раз поразился тому, как Сэтис заставлял бояться себя одним лишь выражением лица. Казалось бы, Равену давно следовало привыкнуть, но и самое малое недовольство Императора действовало на всех присутствующих как шипение скальной змеи на каргала. Даже Красный статтер не мог сопротивляться животному подчинению, порождаемому подобным взглядом Сэтиса, чего уж говорить о более слабом духом советнике.

– Д-да, Ваше Высокородие. – Голос советника всё равно дрогнул, как Равен ни пытался сохранить самообладание.

– И ещё. Пусть Красный статтер поторопится с выполнением своего долга. Я слишком долго терплю кирриха, прыгающего по крышам моего города. Конечно, наблюдать за его игрой очень занятно, но мне не нравится, что игра так затянулась. Моё терпение не безгранично в отношении их обоих, чем быстрее статтер с ним покончит, тем лучше... – медленно добавил Сэтис, получая удовольствие от грустнеющего на глазах советника. Тот никогда не отличался храбростью, зато был весьма умён, старателен и исполнителен. А большего Сэтису и не нужно – только полное подчинение. Должность советника при императоре с этого ракурса могла показаться равной уровню слуги, только слуга не имеет права говорить от лица императора. В Равене Сэтиса устраивало практически всё, за исключением редких попыток настоять на своём в споре с императором. Впрочем, и этот недостаток не являлся таким уж принципиальным.

– Ваше Высокородие, осмелюсь спросить, почему Дракона всё же не ликвидировали ранее? Ведь теперь он вновь представляет угрозу.

Сэтис снисходительно усмехнулся.

– Когда имеется кто-то, кого народ ненавидит и боится больше всех, руки развязаны у многих других. Большинство Доспехов в городе старательно поддерживают его репутацию, и пока проливается кровь по ночам, Дракона будут проклинать и винить во всех бедах. Меня это устраивало. Но приходит время, когда от некоторых карт противника нужно избавляться, особенно если они так опасны. И мне не нравится среди них Палач, которого защищают любой ценой. А раз так, почему бы не потренировать моих Красных Доспехов на такой превосходной мишени? Если статтер спит и видит, как поизящнее распотрошить его, я ничего не имею против, но только пусть делает свою работу тщательнее в этот раз.

Шелестя полой мантии, советник поклонился.

– Я передам ваши пожелания Красному статтеру, Ваше Высокородие.

– Не сомневаюсь, Равен.

Глава 21

От нового задания мы были, мягко говоря, не в восторге. Учитывая наши физические возможности относительно объекта надругательств, мы некоторым образом впали в уныние.

Нет, я не говорю о подрыве оплота Красных Доспехов – Цитадели. Тем более, что сам Дракон, у которого внезапно и ненадолго проснулось специфическое чувство юмора, изрядно нас напугавшее, с сожалением отмёл эту мысль как откровенно нездоровую.

Впрочем, в дальнейшем стало ясно, что больше шутить он не намерен.

– Я точно тебе говорю, ты сошёл с ума! – всё возмущался Дейк, пришедший к нам с кучей полезных сведений, половина из которых наверняка была раздобыта у завсегдатаев его славного заведения.

Тёмный волчек с завидной невозмутимостью игнорировал это справедливое заявление, равно как и подозрительно внимательные взгляды Клариста. Последний воспринял крики Дейка как непосредственный диагноз и действительно сомневался, а всё ли с головой у Дракона хорошо.

С энтузиазмом безумную идею восприняли только Марк с оживившимся Антэром. Хотя через какое-то время я переменил своё мнение, поскольку стало ясно, что эти два насмешника просто получили повод для новых шуток. Когда Дракон их вполне серьёзно осадил и велел заняться делом, тут уже лица вытянулись и у них.

– Благодаря киборгу известны все перемещения и смены патрулей и караулов, – монотонно цедил тёмный волчек, разворачивая карту Кест-Фернала на столе в общей комнате. – Он соберёт за несколько дней статистику и уточнит мои предположения, но по опыту мне известны те точки, в которых дислоцируются верэты, ждущие указаний. Основных мест шесть, – начал водить он когтём по карте, – одно в Старом районе на границе с Трущобами, одно в Новом на границе со Старым, одно на границе Трущоб на севере, два возле Сити и один в центральной части города, не считая Цитадели. Всё это блокпосты, которые на данный момент по моим сведениям в спешном порядке реанимируются и оснащаются Красными. Есть ещё двадцать восемь точек, в которых патрули чаще всего пересекались в прошлом, и сто сорок семь улиц, по которым за сутки проходило больше всего патрульных. Это нужно перепроверить, но сразу после ввода в строй Доспехи вряд ли будут сильно менять эту схему.

– Можно вопрос?

От сумрачного взгляда мессейра я поёжился, но всё же спросил:

– Вы правда их все помните?!

Наступившей тишиной можно было забивать гвозди. Но тёмный волчек отмер уже через несколько секунд и монотонно продолжил, позволив всем облегчённо выдохнуть и снова деловито напрячься:

– Основной удар должен быть нанесён по блокпостам, как минимум по двум из них: те, что в Новом районе и центральной части города. Ещё в десяти местах нужно прервать пути следования патрулей – вот эти точки. Возле них уже заготовлены пустующие помещения, в которых можно произвести приготовления. Уверен, что эти места обхода не изменились. Пересечения патрулей собьются и так. Сделать всё необходимо в одно время. Соображения?

– На Каусси-гард и Леан-гард это сделать несложно, – задумчиво произнёс Марк, смотря на карту. – Они ничем не примечательны, и нападение будет скорее неожиданностью. Самую большую сложность представляют названные блокпосты. Почему хотя бы не те, которые граничат с Сити?

– Потому что они всегда этого ждут. Нет, я желаю распотрошить именно центральные посты.

Синеволосый волчек напряжённо вздохнул, скрещивая руки на груди; исходя из карты, идея не представлялась осуществимой.

– Прежде нужно сломать их координацию, – тихо щёлкнул искусственной челюстью Антэр. – Или отвлечь. Тогда можно будет подобраться к постам.

– Они не идиоты, – встрял Дерек. – Быстро сообразят, что к чему. Но…

– Но? – подбодрил его тяжёлым взглядом Дракон.

– Но если у нас есть Красный шифр... Широковещательные помехи на их частоте внесут ту самую сумятицу, которая нам нужна.

– Верно. Что для этого нужно?

– Чип и вышка связи с покрытием этого района.

– Это легко осуществимо, – едва кинув взгляд на карту, Дракон постучал когтём на одном из квадратов. – Вот это высотное здание обладает нужной маломощной вышкой, к управлению ей легко проникнуть.

– Не слишком ли она далеко? – протянул Антэр. – Насколько она маломощная?

– Есть ещё две поменьше, но они слишком близко к блокпостам, и туда быстро вышлют зачистку. Дальняя лучше, меньше подозрений.

– Вы уверены, мессейр, что её зона покрытия дотягивается до блокпостов?

– Абсолютно. Зона заканчивается здесь.

Мы проследили за когтём мессейра, очертившим круг.

– Как будем превносить хаос? – уточнил Марк.

– Чем громче, тем лучше. Рассчитаешь необходимое количество взрывчатки, которое способно разнести блокпосты до основания, и такое, чтобы заложить на пути следования патрулей. Сведения о блокпостах я предоставлю сегодня же. Также на вас с Марком планы по минированию.

– Да, мессейр! – синхронно промычали приятели.

– Дерек, работаешь с киборгом – мне нужен самораспаковывающийся пакет с программой, запускающей радиопомехи на Красной частоте, интерфейс для подключения и запуска я получу в течение двух суток и передам тебе.

– Понял, мессейр.

– Фелинн – на тебе план отхода всей группы.

– Тебя не считать, как обычно? – деловито переспросила волчен.

– Да.

– А почему? – очень тихо спросил я у Фелинн, но мне с нарастающим раздражением ответил сам тёмный волчек:

– Потому что я держу в голове весь Кест-Фернал до самого основания, имею тысячи способов скрыться от Доспехов и реализую любой из них на ходу. Ещё вопросы есть?

– Да. – Мой голос против воли сел, и я кашлянул: – А мне что делать?

– Учишь все пути подхода к вышке, план этого здания целиком до последнего помещения и пути отступления до любого из двенадцати убежищ, которые я тебе перечислю, включая точный тайминг всех своих действий.

– Хорошо, мессейр.

Меня очень порадовал тот факт, что я останусь в стороне от взрывов и их последствий. Мне и досталась, наверное, самая простая часть этой операции, но одна из самых важных; хотя проникся я этим осознанием далеко не сразу.

***

Я потирал уставшие глаза, в двадцатый раз просматривая на экране монитора запутанную систему коридоров, лифтов, переходов, лестниц и помещений. От спора сидевших за столом в ворохе схем и чертежей Марка с Антэром в голове только больше путалось. К тому же мне не нравился ни один из обсуждаемых ими вариантов, но я боялся сказать им об этом вслух.

Напротив меня на диване развалился Дракон, задрав длинные ноги на спинку. Спасибо, хоть не в сапогах, но хватало и зрелища его изуродованных подушечек лап и изрезанных шрамами ступней. Он снова был в чёрных очках, более угловатой формой отличавшихся от прежних потерянных. За последний час он только неподвижно лежал и периодически курил, заставляя Марка открывать окно на проветривание. Его мыслительный процесс не прерывали даже ожесточённые переругивания шумных волчеков.

Тем временем со стороны Марка с Антэром уже доносились звуки спора, переходящего все границы идиотизма:

– Я тебе ложку выдам подкоп копать! – вспылил Марк. – Никаких подкопов!

– Лучше парашют себе найди, там рядом здание подходящей высоты есть, – огрызнулся Антэр. – Или ещё лучше, привяжем ящик взрывчатки ленточками к нему и спустим на головы Доспехам.

Дракон шумно вздохнул и закашлялся, подавившись дымом от собственной сигареты. Я сочувственно посмотрел в его сторону и тоже вздохнул. Дейк ещё два часа назад не выдержал нашего мозгового штурма и позорно дезертировал к Кларисту якобы за таблетками от бессонницы, оставив нас высиживать хоть какие-то результаты. Дерек уже давно был отправлен наверх думать над своей частью задания в одиночестве, поскольку отвлекал внимание Марка, находившегося в весьма агрессивном настроении. Фелинн же просто заснула за столом на ворохе каких-то бумаг. Маленькую волчен отнёс киборг, но назад он вернулся лишь на минуту, спросив позволения Дракона отключиться у себя в комнате. Хотя тёмный волчек весьма неопределённо пожал плечами, Расто решил принять это за разрешение и довольно резво для волчека таких размеров скрылся в коридоре.

Остались только мы впятером: Марк с Антэром как самые упёртые, Кларист, спустившийся к нам и шуршавший на кухне, я в качестве фонового изваяния на стуле и Дракон, оставшийся, наверное, по идеологическим причинам.

– Да я тебе говорю, что не катит вариант с подземными коммуникациями! Там камень сплошной, только с отбойным молотком подбираться, и нас услышат все Доспехи разом!

– С каких это пор ты разбираешься в геологии?

– С тех же, с каких ты – в парашютах!

– Антэр, Марк, угомонитесь, – не выдержал Дракон, нехотя поднимаясь с дивана и делая какие-то невнятные попытки оправить на себе смятую рубашку. – Хватит препираться.

– Да мы и не препираемся, мессейр... – развёл руками Марк. Переглянувшись с Антэром, он невинно заявил: – Мы пришли к единому мнению, что ни один из уже предложенных вариантов не подойдёт для проникновения и закладки взрывных устройств.

– Угу, особенно сверху, – мстительно припечатал Антэр.

Дракон сделал особенно нервную затяжку и произнёс:

– Минируйте днище меньшего мобиля. Думайте дальше и примите решение по второму блокпосту. Только менее шумно и более конструктивно.

– Там имеются весьма серьёзные препятствия, но... Мы, это... обсудим этот вариант, мессейр. – Марк разогнал рукой сигаретный дым и поспешил сделать думающее лицо.

Правда, серьёзность момента тут же испортил Антэр, внятно шепнув Марку: «Предлагаю замаскировать Дерека под императора на переднем сиденье, воспользуемся элементом внезапности!»

Тёмный волчек проигнорировал и фразу Антэра, и моё сдавленное хрюканье, и еле заметно качнул головой в сторону двери:

– На сегодня идите уже спать.

Рыжий и серый волчеки, явно продумывая всё более невероятные способы проникновения на блокпосты, вышли в коридор, где тут же шёпотом завязался новый яростный спор и стих только на лестнице.

Неодобрительно покачав головой, Дракон обратил внимание на меня.

– Тоже отправляйся спать.

– Да, мессейр... – вздохнул я. – Если позволите... Мне кажется, всё-таки это безумие.

– Что? – флегматично затянулся тёмный волчек.

– То, что вы задумали. Нам просто сил не хватит.

Дракон облизал губы с левой стороны.

– Хватит. Для этой задачи я предпочту небольшой отряд целому войску.

– И всё же... Слишком опасно, вам не кажется?

– Ранее тебе не представлялось опасным ходить по улицам, кишащим Красными Доспехами, – резонно заметил Дракон.

Я прижал уши и отвёл глаза в сторону.

– Я не думаю, что это то же самое.

– Риск абсолютно... идентичен?.. одинаков? Либо пристрелят, либо нет.

Подбодрил, нечего сказать.

– Вы тогда сказали, что у вас есть почти всё, что нужно для этого дела. Чего же вам не хватает? – спросил я, поглядев на него исподлобья.

– Хороший вопрос.

Я выжидающе смотрел на него, пока он прокашливался.

– Меня интересует Красный статтер. Вернее, его слабости, – произнёс Дракон. – Пока я навожу справки, кто из Красных стат-фиттеров мог занять его пост, но Цитадель – это слишком закрытая территория, оттуда очень мало что просачивается. Остаётся выяснять лично, и чем раньше я это сделаю, тем лучше. Узнаю статтера – смогу заставить его делать то, что нужно мне. Император придёт в ярость, когда поймёт, что его расклад окажется в проигрыше. А в ярости он склонен совершать необдуманные поступки...

– Вы так хорошо знаете императора?

– Лучше б не знать совсем, – с некоторой досадой поморщился Дракон. – Я о нём такие вещи знаю, что у его отца с матерью шерсть на загривках дыбом встала бы, будь они живы.

– Вы с ним беседовали? – округлил я глаза.

– Нет, и имею надежду, что никогда не буду. – Тёмный волчек потушил сигарету в пепельнице на столе и неожиданно продолжил: – Что с ним разговаривать... Мы друг другу ничего интересного не сообщим. Хотя мне стоит признать, что собеседник он более чем занятный. В другое время, при других обстоятельствах было бы весьма интересно с ним поговорить.

– Почему?

– Потому что он любит играть понятиями, он может вывернуть их наизнанку, спутать мысли. У него мало достойных противников, если вообще таковые найдутся.

– А вы?

Дракон сощурился и медленно произнёс:

– А я уже не в состоянии долго играть в эти игры. – И тёмный волчек отвернулся к окну, зажигая следующую сигарету.

Встав со стула, я потянулся, разминая затёкшие мышцы. Положил схему на стол, поковырял когтём столешницу, посмотрел на сгорбившегося у окна Дракона и счёл за лучшее пойти спать.

***

За завтраком у меня совершенно не было аппетита, и я с грустным видом ковырял салат с кусочками мяса (судя по вкусу, сделанными из картона). В питательности салата не было сомнений, но выглядел он удручающе несъедобно – его готовил Кларист с присущей ситрекам неприхотливостью к внешнему виду пищи.

Впрочем, не я один сдержанно воспринял кулинарный талант иноземца. Во главе стола Дракон, вновь присоединившийся к нам, столько же скорбно оглядел свою тарелку и незаметно отодвинул её от себя.

От ситрека не укрылось прохладное отношение к его шедевру, однако он не обиделся, а скорее заволновался и сделал стойку на потенциальных пациентов. Поэтому, чтобы избавиться от чересчур внимательного взгляда Клариста, мне пришлось продолжить страдания над тарелкой.

Тем временем разговор за столом перешёл на не самые, мягко говоря, аппетитные темы. Началось всё по вине Дерека, который плохо спал ночью и обдумывал наше вмешательство в дела Цитадели с крайне пессимистической точки зрения. Если бы нам не нужен был его опыт электрика, он бы с радостью поменялся с Антэром местами. Дурное настроение Дерека только распаляло Марка.

– Я много чего слышал про эту Цитадель, – ораторствовал синеволосый волчек. – Будто после того, как в ней стали размещаться исключительно Красные Доспехи, неудачливых новобранцев сжирают их же сослуживцы. Ну не смешно ли? Это обычный гарнизон с толстыми стенами и подземной тюрьмой. Говорят, правда, она охраняется едва ли не так же, как покои Императора.

– Не говори так, Марк, Цитадель и впрямь жуткое место, – скривился Дерек.

– Мой дорогой Дерек, неужели ты и впрямь готов поверить во все небылицы, что про неё плетут? Конечно, никто не спорит, что туда попасть – последнее дело, но всё же лучше, чем погибнуть.

Дерек буркнул:

– Если попадёшь в подземную тюрьму, уже не выйдешь.

– Брехня, – резко возразил со своего места Дракон. – По сводкам за последний год оттуда вышли четырнадцать волчеков, некоторых я могу назвать по именам.

– Тогда если из Цитадели выпускают на свободу даже из подземной тюрьмы, то почему так много противоречивых слухов? – резонно заметил Антэр.

– Потому что вышедшие оттуда запуганы так, что боятся говорить? – ухмыльнулся Марк. – Конечно, там ведь делают такое... По слухам, одно из излюбленных средств тамошних дознавателей – это сдирание шкуры. Сначала её разрезают прямо на волчеке, потом каждый лоскуток медленно снимают с плоти. И потом так же пришивают обратно. Или вот ещё: вспарывают живот, дают полюбоваться твоей же требухой и препарируют у тебя на глазах. Говорят, там такие мастера, что могут из живого волчека при полном его сознании вытащить все рёбра одно за другим и прирастить заново...

– Марк... – позвал Дракон, скептически приподняв бровь.

– Или травят волчека химикатами, вызывающими жуткие галлюцинации, а потом выпускают в клетку к горному кирриху и заставляют других заключённых смотреть, как безумец дерётся со зверем, и как, в конце концов, волчека разрывают на части...

– Марк! – рявкнул Дракон. Марк осёкся, а мы разом очнулись и вернулись к более насущным и реальным картинам. Например, к помертвевшей лицом Фелинн и Дереку, с трудом сдерживающему рвотные порывы. Лично я даже порадовался, что не слишком утруждался завтраком.

– За подобные глупые россказни, Марк, я обещаю в следующий раз наглядно продемонстрировать всем остальным на тебе, что после такого не выживают, – будничным тоном заявил он.

Мысленно сглотнули все и выжидательно уставились на Марка.

– Понял, мессейр, – окончательно сник он под тяжёлым взглядом Дракона.

– Виртуозы там, разумеется, есть, иных не держат. Но то, что ты описал – это больше к Тёмным векам относится, – откинулся на спинку стула и сложил руки на груди бурый волчек. – Сейчас в их распоряжении утверждённый набор пыток, применяемых только по согласованию с местным же судом и только к особым заключённым, для которых амнистия не предполагается. Да и дознавателям тоже, если подумать, нужен отдых. Трёмстам самым страшным преступникам рёбра выдирать – это большое количество бесполезной и нудной работы.

Обстановка несколько разрядилась, хотя завтрак мы продолжили почти в полном молчании. Потом потихоньку все разошлись, Марк с Антэром взяли мобиль и уехали на «разведку местности», а я, сколько смог, поковырял салат и встал из-за стола последним, если не считать тёмного волчека, демонстративно игнорирующего свою тарелку. Кларист, убиравший со стола, с неодобрением качал головой.

На меня не обратили ни малейшего внимания, но как только я вышел за дверь, тут же заговорил Кларист, и я замер, подслушивая.

– Вечно Марку в голову лезут жуткие мысли... Как ему удаётся оставаться таким жизнерадостным с подобной фантазией?

– Не имеет значения, что они думают... Лишь бы не боялись и понимали, что в Цитадели такие же волчеки, у которых есть свои слабости. И что Цитадель – это не то место, где волчека расчленяют и собирают обратно потехи ради.

Со звоном упала на пол ложка.

– А разве не так? – с искренним удивлением спросил ситрек.

На кухне повисло нехорошее молчание.

– Вам, ситрекам, вроде бы такие мысли должны быть... неприятны? Отвратны?

– Мы быстро учимся у волчеков.

Тёмный волчек устало и тяжело вздохнул, и ситрек с сочувствием сказал:

– Тебе отдых нужен, Дракон. Долго не протянешь так. Ситреки будут рады тебе помочь.

– Мне во многих местах столь же обрадуются, хоть и по другому поводу, – мрачно ответствовал волчек. – Нет, я в норме.

– Где же в норме, если я вижу, что это не так? Поешь хотя бы.

Видимо, Дракон какое-то время вглядывался в содержимое тарелки, пытаясь возбудить у себя аппетит, но не преуспел.

– Не хочу. Отдай Фениксу, когда он явится. Меня не будет до завтра, в крайнем случае до послезавтра.

Заскрипел отодвигаемый стул, я тут же втянул в себя воздух и быстро взлетел по лестнице на второй этаж. Хотя в комнате меня ждали скучнейшие данные по системам безопасности, мне совершенно не улыбалась перспектива быть обнаруженным за подслушиванием.

На лестничной площадке я немного перевёл дух и машинально взъерошил свои волосы. Они уже порядком отросли, надо состричь хотя бы сзади... Хаос с ней, с чёлкой, так даже лучше. А вот синюю полосу я бы всё-таки выстриг, уж больно она приметная, вот только ещё приметнее будет щеголять неровными клоками гривы, обстриженной накоротко. Может, Фелинн попросить проредить...

При воспоминаниях о россказнях Марка мне снова стало слегка дурно. Хотя всё это, конечно, нереально и невозможно, но впечатление произвело немалое. Надеюсь, кошмары ко мне не вернутся после этого.

– Квадра!

Я вздрогнул, но тут же успокоился, узнав голос Фелинн.

– Прогуляться не хочешь? – подошла волчен ко мне, неся в руках и придирчиво оглядывая коричневую рубашку с заплаткой на левом рукаве. Фелинн уже была одета в тёплую курточку.

– Прогуляться? Куда это? – оторопел я. – Там же полно Доспехов.

– Да мне бы только в трущобы, Мата обещала принести кое-что...

– А это чего такое? – спросил я, без восторга оглядывая рубашку. – Надеюсь, это не мне?

Фелинн шмыгнула носом и задумалась.

– Ну, вообще я действительно думала её тебе предложить сейчас, по размеру вроде подходит. Когда мы на четвёртом этаже разбирали вещи, я нашла целый склад одежды, наконец-то руки дошли её перебрать.

Я внимательно посмотрел на рубашку, но она не вызывала у меня никаких восторженных эмоций – великовата для меня и вообще какого-то странного кроя с разрезами внизу по бокам.

– Марк покрупнее меня, может, ему подойдёт? – с надеждой предположил я.

Сложив рубашку, волчен спросила:

– Ну, так пойдёшь со мной?

– Пойду, конечно!

– Тогда одевайся, буду ждать внизу. И занеси Марку рубашку.

К своему счастью отделавшись от рубашки и закинув её на кровать в комнате Марка, я побежал к себе за курткой и сапогами. Отчего-то настроение у меня резко приподнялось, я поспешно собрался, сбежал вниз, едва не столкнувшись с Драконом, поднимавшимся наверх. Он проводил меня мрачным взглядом, пока я обходил его по стеночке, и больно кольнул в спину вопросом:

– Куда собрался?

– Да я Фелинн только провожу, мессейр, она попросила... Мы недолго!

Тёмный волчек был явно недоволен, но промолчал, и я, воспользовавшись этим, поспешил скрыться с его глаз.

Я встретился с Фелинн возле входной двери, и маленькая волчен с подозрением спросила:

– За тобой кто-то гнался? Ты какой-то взъерошенный.

– Да так, пойдём скорее.

Мы выбежали на улицу, и волчен потянула меня за руку в сторону заброшенного квартала.

– Тебе что, Кларист пригрозил укол сделать? – усмехнулась Фелинн, оборачиваясь ко мне, когда мы отошли довольно далеко.

– Нет, просто... В последний раз я сильно огрёб от Дракона за самовольство, – неохотно ответил я. – А тут угораздило на него наткнуться на лестнице.

– Не огрёб?

– Ну, как видишь. Пойдём, пока он не передумал?

Маленькая волчен фыркнула:

– Пойдём! Он знает, за чем мне надо сходить. А раз так, то бояться нам с тобой нечего.

– Странно, но меня это не утешает. Совсем наоборот, мне кажется, что по приходу домой мне достанется ещё больше, чем в прошлый раз.

– Не думаю.

Фелинн шагала чуть впереди меня, я же невольно заглядывался на неё. Женственные формы становились всё ярче, очень скоро она должна была расцвести во всей своей красе.

Вот только что я о ней знаю... Что её вырастил Кларист, большую часть жизни она провела под боком у Дракона. А что было до этого? До такой жизни? И какую жизнь она хотела бы?

Но только спрашивать у неё я не хочу. Не хочу давить, вызнавать за спиной... Если только она сама не расскажет. Трепетное чувство, которое я начал к ней испытывать, странно сжимало моё сердце.

Конечно, я уже был в курсе, как это происходит между волчеком и волчен, но вот представлялось это совершенно не так. Меня влекла к ней не столько её спокойная, мягкая красота, её тело и внешность, сколько что-то внутреннее, она сама и она вся. Да даже не будь у неё уха или челюсти, как у Антэра, или же шрам рассекал пол-лица... О Техры, как же это неважно!

Я только сейчас заметил, что мы остановились, и Фелинн неотрывно смотрит на меня. Без насмешки, серьёзно так и будто бы оценивающе.

– Э-э... – Я огляделся и только сейчас понял, что мы находимся на берегу небольшого озерца среди руин сожжённых домов. Вода давным-давно промёрзла в нём до самого дна, очертания озера угадывались лишь по изломанной ограде. – А мы с Матой будем тут встречаться?

– Да, она вот-вот должна подойти, – кивнула Фелинн и посмотрела на частично обвалившиеся остовы домов. – Грустно смотреть на них, не правда ли?

– Есть немного... Тебе тут не страшно?

– Нисколько.

– А как же жители трущоб?

– Они сюда не ходят. Почему-то. В любом случае, я никогда не видела их следов в кварталах поблизости, и вряд ли они сегодня изменят своим привычкам.

Послышался скрип снега из проулка между домами. Мы синхронно обернулись, и навстречу нам вышла тёмно-серая волчен. Она несла на плече увесистую сумку.

– О... – протянула она, едва нас завидя. – И кто кого сопровождает?

– Мата, рада тебя видеть! – улыбнулась Фелинн. – Ты принесла, что я просила?

– Держи, – хмыкнула Мата, протягивая сумку. Маленькая кремовая волчен заглянула в неё, достала оттуда книгу, настоящую, с бумажными страницами, и, едва посмотрев на обложку, радостно закивала:

– Она, спасибо!

– Всегда пожалуйста. Вас проводить до дома или сами управитесь?

– Мы сами, тебе лучше поспешить к себе домой.

– Домой... – сплюнула Мата. – Скорее уж во временное убежище. Но ты права. Будьте начеку, я видела Красный верэт возле границы с трущобами.

– Хорошо. Ещё раз спасибо тебе, ты очень меня выручила.

Мата погладила Фелинн по макушке, взглянув на меня, усмехнулась чему-то и пошла прочь, озираясь по сторонам и прислушиваясь.

Маленькая волчен прижала книгу к себе, затем медленно пошла вдоль берега озера.

Я, нахмурившись, последовал за ней:

– Мы пришли сюда из-за книги? Разве тебе больше нечего читать?

– В этой книге есть кое-что, что очень мне нужно. Я прочла две трети, осталась последняя треть. Раньше я ходила в Церковь, чтобы почитать её тоже, но из-за Доспехов теперь страшно идти туда. Поэтому мне пришлось попросить служительницу дать мне книгу домой. Она знает, как это важно, и не отказала мне.