Текст книги "Бывшие. Леди-босс (СИ)"
Автор книги: Дора Шабанн
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 16 страниц)
Глава 19. Неожиданное: уютное и огненное
Глава 19. Неожиданное: уютное и огненное «Самые важные слова в своей жизни мы произносим молча…» П. Коэльо
Я сошла с ума, определенно. Иначе нельзя было назвать то, что происходило вокруг меня, и что творила я сама.
Лилиана Станиславовна, похоже, пошла вразнос.
Сначала мы с Александром, конечно, очень мило посидели: вежливо общались и интеллигентно потягивали винишко, с видом на потрясающий закат. Потом же я почувствовала, как, с одной стороны, подмерзаю, потому что ночи уже стали довольно холодные, да и, в принципе, я с прошлой весны все время мерзла. Но, с другой стороны, рядом находился Александр, и от него шло, ну, не сказать, что агрессивное, но очень ощутимое тепло.
И в тот момент, когда я решила: пора бы мне как-нибудь вежливо прощаться, тихонечко отваливать к себе, забираться под одеяло, хотя, наверное, сначала лучше в горячий душ, поглядев на очень понимающую и, возможно, даже чуть ехидную улыбку Александра, осознала – нет сил подняться с кресла.
А потом бежать стало… поздно, ведь явились чуть-чуть взлохмаченные и очень веселые коллеги и крикнули:
– Вы все сидите? Давайте, хватайте бокалы и вперед! Там уже костер зажгли, народ поет, пляшет, кто-то приволок гитару. А вы чего тут, как не родные?
– Ну, что, моя леди, пойдем, присоединимся к веселью, или у нас будет свое? – он протянул мне руку, помогая подняться из кресла, а пока я стояла, растерявшись, прихватил наши бокалы, приобнял меня за талию и повел… к костру.
Дальше меня ждал шок, но приятный.
Мы собрались на уютной полянке, где в круг стояли скамейки, а в центре была специально выложена камнем огромная зона для костра.
Огонь, облизывая внушительные сухие бревна, поднимался высоко к небу, и от него шло такое тепло, как в детстве, когда ты оказался вечером на даче с родителями или с бабушкой и дедушкой. Вы печете картошку, жарите мясо, или просто сидите у огня: что-то неважное обсуждаете, а может быть, поете или же молча прислушиваетесь к потрескиванию веток, наблюдаете за вылетающими в небо или в стороны искрами.
И жизнь кажется другой: тихой, спокойной, комфортной.
И пусть это удивительное чувство пребывает с тобой, лишь пока ты находишься в круге света, что дает алое с оранжевым пламя.
Пусть.
Но на мгновение в этой жизни ты чувствуешь: все хорошо. Все хорошо у тебя, все хорошо у тех, кто рядом с тобой.
Жить хорошо.
И, кажется, за спиной расправляются крылья. А твоя скрытая внутренняя суть, задавленная страхами, обидами, тяжелым опытом, вдруг смело поднимает голову к небу и тоже в этот миг верит: все хорошо!
– Как хорошо, да, моя Леди? – выдохнул Саша, чуть коснувшись губами моего виска.
И я кивнула соглашаясь. Оперлась спиной о его широкую грудь, положила голову на сильное плечо и замерла.
Захотела почувствовать,как хорошо .
Мы провели у костра около двух часов, спели несколько десятков песен: только нашей молодости, но и даже молодости нашего главного архитектора.
С удивлением узнали, что замгендиректора в свои студенческие годы ездил в стройотряды и прекрасно знал репертуар Визбора, а наш главный архитектор потрясающе исполнял песни Окуджавы.
Это было невероятно здорово.
А когда мы с дамами из сметного и договорного отделов с удовольствием исполнили несколько романсов, начав с «Мой костер в тумане светит…» и закончив хризантемами, которые отцвели в саду, то сорвали просто бурные аплодисменты, переходящие в овации.
Александр же принес откуда-то плед, и не только завернул меня в него, но и прижал к себе поближе, обнимая горячими, сильными руками.
Потом же, когда коллеги из отдела вентиляции и водоснабжения стали исполнять хиты Цоя, Саша уткнулся носом мне за ухо и негромко сказал:
– Я бы провел так всю жизнь.
А когда я, вздрогнув, приподняла голову, тут же прижал меня крепче и жарко выдохнул:
– С тобой, моя Леди!
Естественно, Лилиана Станиславовна тут же залилась краской с головы до пят.
Ну а когда мы дружно допели: «Эх, дороги», я поняла, что… пора.
Просто разум и сердце оказались настолько переполнены эмоциями, что я боялась: еще один только миг, песня, которая трогает за душу, или какие-то важные в этот момент слова, и я заплачу.
И остановиться, конечно, не смогу.
Поэтому, когда мужчины начали сворачивать костер и возвращать на место скамейки, я тихонечко улизнула с большой женской компанией, молча махнув коллегам: «Спокойной ночи».
Добрые девочки проводили меня до моего отдельно стоящего домика, и мы с ними немного похихикали, сидя там на веранде. А потом игристое закончилось, и девчонки побежали к себе.
– Вы же понимаете, Лилиана Станиславовна, у нас там есть еще! А пойдемте с нами?!
– Ой, Лилиана Станиславовна давно уже старая бабка, – я тихо хихикнула, – пора ей спать.
И я таки пошла спать!
Ну, вернее, планы у меня такие были.
Однако стоило мне щелкнуть замком входной двери, как он словно вырос из темноты. Появившись бесшумно и внезапно, Александр молча подхватил меня на руки и перенес через порог.
Дверь за спиной захлопнулась, отрезав нас от мира, от реальности.
Мы мгновенно очутились там, где в атмосфере явственно потрескивали электрические разряды, где казалось, что ты вдыхаешь раскаленный воздух пустыни, где каждое прикосновение обжигало, а от ожидания и предвкушения пальчики на ногах поджимались, волоски на руках вставали дыбом, уши алели, а по спине бегали мурашки.
– Вот я и поймал тебя, моя Леди, – выдохнул он в губы перед тем, как впиться в них огненным поцелуем.
И… все.
Разумное, адекватное, осторожное – все покинуло мою голову мгновенно. Опасения, карьерные перспективы, память о предательстве мужа, все это исчезло, точно стертое из реальности его жаркими ласками, хриплым шепотом, безумной страстью, в которой Александр меня буквально утопил.
Прихожая, душевая, диван в гостиной, ковер перед камином, снова душевая и постель в спальне, как финальный аккорд, в первых лучах рассвета.
– Я ждал, Лили! Как же долго я тебя ждал, – пробормотал мне в затылок Саша, прижав спиной к себе и закрыв нас одеялом. – Такая восхитительная … и моя… теперь моя… только моя… Леди…
И уснул.
А я лежала и думала, что сбегать из собственной постели по меньшей мере… глупо, да?
Ну а делать-то что?
Так и провалилась в сон, ничего путного не надумав.
А утром, конечно же, меня ждал сюрприз.
И не один.
Глава 20. Угар, пожар и кошмар
Глава 20. Угар, пожар и кошмар «Человек может стать тебе близок за три дня. А тот, кто живет рядом с тобой годами, может так и не узнать, какой твой любимый цвет…» Э.М. Ремарк
И хотя завтрак у нас был до одиннадцати часов, тревожная Лиля, естественно, проснулась в восемь утра, не до конца понимая, что делать. Как вариант можно было выставить Александра, отругав его и потребовав забыть прошлую ночь как страшный сон, или сделать вид, что внезапно напал Альцгеймер, и Лилиана Станиславовна – старая женщина, то есть ничего не помнит.
Что-то делать было надо, определиться с тем,что именно я надеялась в процессе.
Не вышло.
Вернее, не так.
Стоило мне только осторожно попытаться выбраться из-под тяжелой руки моей неожиданной грелки, как Александр за спиной… проснулся.
Вероятно.
Просто он резко притянул меня к себе, да так плотно, что я впервые за последние лет десять столкнулась с понятием «утренняя эрекция», спасибо, не лицом к лицу. Но попа получила массу бодрящих ощущений.
– Лили, моя леди, – пробормотал в затылок, – доброе утро? Или не очень?
Вместо гневной речи у меня вырвалось нервное хихиканье.
Но видимо, Александр успел что-то про меня понять, поэтому он прошелся горячими руками по мне от плеч до бедер и выдохнул на ухо:
– Если хочешь в душ, скажи. Надо принести воды или шампанского – скажи. Если что-то хочешь – просто скажи мне. И нет, я не уйду.
Вздрогнула так выразительно, что он заметил. Прижал крепче, облизнув, чуть прикусил мое показавшееся из-под одеяла, плечо:
– Ты моя, Лили. Теперь моя. И никуда я тебя не отпущу. Ну, уж дальше ванной, точно.
А потом вдруг поднялся с постели, как был – в костюме Адама, и уволок взъерошенную меня в душ, где старательно желал доброго утра.
После этого мы даже сползали на завтрак.
– Перепили они все, что ли? – с удивлением протянула, оглядев полупустой зал кафе.
– Да без разницы. Вот твой кофе, моя Леди, – хмыкнул Александр, поставив передо мной чашку с порцией бодрости.
А потом устроился рядом, прижал к губам мои пальцы и жарко полыхнул глазами:
– У нас еще три часа свободного времени. Предлагаю полюбоваться прекрасной панорамой озера с ковра в твоей гостиной.
Непроизвольно покраснела.
Все же в беспощадном свете дня я уже не так хороша…
– Лили, ты прекрасна, моя Леди. Бесподобна, – негромко выдохнул он мне в висок. – Свела меня с ума…
– Глупости какие, я даже не старалась, – недовольно скривилась.
Не люблю я такое.
Александр вдруг рассмеялся:
– Если бы ты старалась, я бы давно умер от восторга.
Поглядела на него сердито, а он, притянув меня к себе, легко коснулся губ поцелуем:
– Пойдем, моя восхитительная, прекрасная Леди, пришло время убедить тебя: ты не ошиблась вчера, дав мне… шанс.
И он порочно облизнулся.
Выходила из кафе я, полыхая ушами и щеками, как кумач революционных шаровар.
Если бы моя заместительница не прислала в одиннадцать сообщение, что сбор в конференц-зале через полчаса, я бы пропустила собрание.
Мы бы пропустили.
Потому что после внимательнейшего рассмотрения местных природных красот через огромное окно моей гостиной, больше всего хотелось зарыться в Сашины жаркие объятья и… поспать. Но пришлось выбираться из постели и ползти в душ.
В целом выходные на курорте прошли активно и весело.
После выполнения основного плана мероприятий до обеда субботы, все получили свободное время. Кто-то плавал в бассейне и нежился в спа-комплексе, кто-то оккупировал баню, нашлись энтузиасты, умотавшие в лес на прогулку по эко-тропам, а некоторые отправились в кинотеатр и боулинг. Все нашли развлечение по душе.
И только я провела все свободное время в… постели.
Не одна.
– Не вздумай ничего сказать про Вегас, моя Леди, – заявил Александр, прижав меня к себе на офисной парковке и поцеловав на прощание.
Народ уже давно разъехался, а мы все никак не могли расстаться: обсудили важное и срочное по работе на месяц вперед, согласовали с руководством график командировок до Нового года, даже план мероприятий для подготовки к ежегодному декабрьскому внутреннему аудиту набросали.
Даже замгендира, от души похвалив меня персонально, уже убыл к себе, а мы все еще стояли около моей машины и… не могли наговориться.
А потом я почувствовала: пора.
Пора мне ехать домой, приводить себя в порядок, приходить в себя, избавляться от этого внезапного дурмана.
И он четко уловил перемену моего настроения. Ну и отреагировал быстро, резко и очень конкретно.
– Я ждал, Лили. Не лез, не навязывался, пока ты была чужой. Все. Теперь ты – моя. И я не позволю тебе забыть об этом.
Жадный поцелуй поставил точку в этой декларации о намерениях.
А Лилиана Станиславовна… трусливо сбежала.
Да.
Глава 21. Огненная осень
Глава 21. Огненная осень «Что может дать один человек другому, кроме капли тепла? И что может быть больше этого? Ты только никого не подпускай к себе близко. А подпустишь – захочешь удержать. А удержать ничего нельзя…» Э.М. Ремарк «Триумфальная арка»
Думала ли я, что все забудется за ночь, и в итоге мой выездной загул обойдется без последствий?
Ну, не то чтобы думала.
Надеялась.
И конечно, ошиблась.
В понедельник утром в офисе меня ждали цветы. И не просто банальные стандартные розы, а потрясающий букет.
Естественно, с Александром вместе.
И с кофе.
А после работы Арский заглянул в мой кабинет и, улыбаясь, пригласил на ужин. Ресторанчик был уютный, кухня приличная, Саша – остроумен и мил. Сама не заметила, как проговорилась, что сын в отъезде. И поэтому наутро меня вновь ждали цветы и любимый кофе, а вот после работы…
– Пора, моя леди, сворачивай свою трудовую деятельность. Нас ждет прекрасный ресторанчик «Милано»…
Улыбнулась про себя: однажды на выезде в Новгород рассказывала коллегам о приятных заведениях в любимом городе, ну, и упомянула, что именно в «Милано» подают потрясающую, просто невероятно шикарную лазанью, чудесное ризотто с морепродуктами и восхитительное лимончелло практически, как в самом Милане. И было так приятно, что Александр это запомнил.
Вот почему я не обратила внимания, что «Милано» – ресторан при отеле?
Усаживаясь в машину к Саше, улыбнулась:
– Так мило, что ты приглашаешь меня на ужин…
А он подхватил мою руку, прижал пальцы к губам и, усмехнувшись, сверкнул глазами:
– И на завтрак.
Только выйдя из машины перед рестораном, расположенном на первом этаже гостиницы, я поняла, о чем он.
Нужно ли упоминать, что бутылку красного и десерт мы попросили после ужина в номер?
Вот так огненно, в каком-то невероятном, неудержимом угаре, пролетела осень.
Мы с Сашей проводили вместе почти все время, когда Ян уезжал на сборы или соревнования. Неожиданно, но Александр даже узнал на сайте Федерации дзюдо Санкт-Петербурга график выездов сборной… и исправно утаскивал меня в отель, едва за сыном закрывалась дверь.
В полдень одной из суббот, за завтраком в ресторане отеля, поглядев в окно на чудесную, сухую погоду, предложила:
– Может, хоть в музей прогуляемся?
– Лили, дорогая, с тобой готов пойти куда угодно. Даже в музей… – Александр весело рассмеялся. – Но если говорить откровенно, то больше всего на свете я мечтаю вновь оказаться вместе…
– В постели, – тяжело вздохнула.
А он, усмехнувшись, подхватил меня на руки:
– Ты не только красивая и умная, моя Леди, но ты ещё очень мудрая женщина!
И поволок-таки в постель.
Нужно отметить, что весь этот огонь-пожар сопровождался огромным объемом работы, которую Александр взял на себя в офисе.
Он, наконец-то, самостоятельно, без подсказок и напоминаний, занимался сбором статистических данных для подготовки еженедельных сводных справок и таблиц, разбирался со всеми замечаниями смежных служб к нашим проектам, ну, и всякую бюрократическую волокиту с перепиской внутри холдинга тоже полностью забрал себе.
– Лили, радость моя, есть столько принципиальных вопросов, которые никто, кроме тебя, не решит. Определить сроки перепроектирования, учитывая актуальный график загруженности отделов и адекватно оценить объемы работ, можешь только ты. Поэтому, моя Леди, вот эту стандартную мелочёвку с тебя нужно снять.
При этом он сверкал глазами и шептал на ухо:
– С тебя нужно снять кое-что ещё, но это потерпит. Недолго. До вечера.
После чего Александр отправлялся работать, а я ещё полчаса пила кофе и глядела в окно в попытках сосредоточиться.
Да, я постоянно напоминала себе:
– Лиля, очнись! Он же так молод! А сейчас еще и понятно, какой Александр карьерист и себе на уме… Ты слишком утонула в этих странных, сумасшедших отношениях.
Но в глубине моей души оказалась всё ещё жива та маленькая девочка, которой ужасно нравилось, что её носили на руках, дарили цветы, водили в рестораны и баловали всякими маленькими приятными подарками вроде любимого кофе или обожаемых конфет ручной работы. А однажды Александр принёс мне игрушку-антистресс.
Да-да, это неведомое кислотно-розовое существо с огромными глазами, маленькими ручками и ножками, сжимать в кулаке было очень удобно и даже приятно. А ещё, как случайно выяснилось, им можно было совершенно бесстрашно бросаться в неугодных коллег. Все вздрагивали и пугались, когда это розовое чучело врезалось в стену около их головы или падало перед ними на стол. И работать сразу начинали гораздо лучше, а выступать – меньше.
А потом…
Зима подкралась незаметно.
Впервые я поняла, что такая формулировка – не шутка.
И прижавшись к Александру, который нес меня на руках из машины в отель по свежевыпавшему снегу, я поняла, что наступивший декабрь – это совсем несмешно.
Глава 22. Простые истины
Глава 22. Простые истины «О, как на склоне наших лет Нежней мы любим и суеверней... Сияй, сияй, прощальный свет Любви последней, зари вечерней!» Ф.И. Тютчев «Последняя любовь»
Впереди замаячил конец года, вместе с уходом на пенсию начальника Управления.
– Держись, Лилиана Станиславовна! Этот год закрывай, как привыкла, а со следующего, готовься, надо будет пересматривать, вообще, все принципы планирования, проектирования и работы подразделения в целом, – напутствовал меня в начале декабря замгендира.
Уж обрадовал, так от души. Столько лет все у нас шло по принципу: «Работает? Не трогай!», а тут с чего такая революция в сознании?
Или это классическая подстава?
Я сейчас подготовлю идею, начну внедрять, она, естественно, на первых порах станет сбоить, меня уволят, ибо все развалила и испортила. Баба же, чего с нее возьмешь?
А они потом исправят косяки, причешут систему, отладят процессы и все бонусы с плюшками себе загребут.
Вот не было печали. Теперь еще и об этом предстоит обязательно подумать.
Как будто мне других забот мало?
У меня, между прочим, недавно проскочила мысль, что можно метнуться на новогодние каникулы вместе с сыном в Китай, навестить Яну, которая становилась все печальнее и тревожнее, при общении.
А что? Вояж будет полезен всем: дочь взбодрится, почувствовав поддержку и тепло семьи, сын отдохнет от вечной гонки, турниров и тренировок, а я… я выдохну от Саши.
Потому что весь этот наш с ним сумасшедший огонь-пожар в последнее время стал слишком уж… шикарный, сказочный, нереальный. И посему – очень меня тревожащий.
А пока на работе оставалось лишь вздыхать и пахать, вполглаза наблюдая за тем, как коллеги носились раненными в попу рысями, в попытках все успеть завершить, закрыть, сдать и отчитаться. То есть шел у нас стандартный процесс, хоть и утомительный.
– Лили, с аудитом разобрались, – хмыкнул за утренним кофе Александр. – Они, конечно, въедливые там дамы, но мы вроде как успешно отбились.
– Спасибо, сил моих сейчас еще и на любезности с проверяющими нет совсем, – слабо улыбнулась, поднимая голову от четвертого листа акта сверки запроектированных в этом году объектов.
Саша тревожно поглядел на меня и уточнил:
– Голова? Давление? Не выспалась?
Вздохнула душераздирающе: выспаться рядом с ним было почти нереально, ибо энергии и энтузиазма у него имелось более чем, а вот без него в пустой и холодной постели спать спокойно перестала я сама. Ворочалась, искала его, вздыхала и таращилась в темноту, как дура. Короче, проблема сна у меня нарисовалась совершенно неожиданно и некстати.
Так и не добившись внятного ответа, Александр действовал, как привык: закрыл дверь на замок, сгреб меня в охапку, зацеловал до потери ориентации в пространстве, а потом предложил на выходные выехать за город – отдохнуть в коттедж.
– Просто выспаться, моя Леди. Обещаю не приставать, не надоедать, а варить кофе, делать массаж и беречь твой сон.
– Свежо предание, да верится с трудом, – фыркнула, вспоминая наши обычные выходные в постели.
И рабочие будни понеслись дальше: экстренные выезды на объекты, скандалы со смежными управлениями, закрытие долгов… жуть.
Как говорил наш главный архитектор:
– Начать и кончить… повезет не всем.
Дым в офисе стоял коромыслом, но, ведь, и личная жизнь тоже бурлила. Арский не оставлял меня почти ни на минуту:
– Моя Леди, карета подана, ужин и ванна с шампанским ждут…
– Лили, мы все утрясем. Ехать в Волхов не надо. Но раз у тебя освободилось время, мы идем в театр!
– Лили, моя Лили! Бесценная… моя Леди, обожаю…
А я?
Вся переполненная эмоциями, чувствами и гормонами я устала… ждать подвоха. Потому как слишком часто мне казалось, что его слова – правда. То есть у нас действительно все серьезно.
А за две недели до Нового года меня вызвал замгендира. По делу. И пообщались мы очень хорошо, продуктивно.
Вот только на выходе из генеральского корпуса мне встретилась одна… дама. В шелках, мехах и бриллиантах, и это в два часа пополудни, ага.
– О, Лилиана Станиславовна! Как удачно, день добрый! Не уделите пару минут?
Хотелось невежливо буркнуть:
– Никак нет, спешу, дела… – ведь тетушку Арского, одну из крупных фигур в администрации города я узнала.
Но воспитание – страшная сила, так что пришлось идти в кафе и пить чай. Ну и слушать, что же Ираида Самуиловна желала мне сказать.
– О, вы же сама мать и наверняка хорошо меня понимаете? Мальчики в процессе взросления должны проходить определенные жизненные этапы, учиться, практиковаться, – улыбалась тетя Александра, попивая отличный чай с бергамотом. – Им, чтобы обрести зрелость и самостоятельность, нужен определенный личный опыт. Так что я очень рада, как у вас все сложилось…
Недоверчиво поглядывая на собеседницу, попробовала свой кофе. И не зря так осторожничала.
Откровения Ираиды Самуиловны меня изрядно… впечатлили:
– Отлично, просто отлично все складывается, Лилиана Станиславовна! Сейчас вы возглавите Управление, наведете там порядок твердой женской рукой… а кому, как не нам понимать, что и куда должно пойти, дабы остальное прекрасно работало?
Вот эта акулья улыбка непрозрачно намекала, как непросто дамам… управлять. Ну, да, вот такое у нас общество, все еще глубоко патриархальное.
– Так вот, о чем я? Александр станет вашим преемником на посту начальника отдела, что весьма почетно. Вы же поддержите его советом и авторитетом?
Изумилась я, конечно, прилично, но и руководство на что-то подобное намекало не раз, так что возражать не стала:
– Уж чем смогу, – сдержанно улыбнулась.
В конце концов, Саша – не худший вариант начальника, правда. Молод и опыта маловато, то да, но это наживное и проходящее…
А госпожа Арская, допив чай и собравшись на выход, добавила с улыбкой:
– Мы же с вами взрослые женщины и понимаем, что ничто не вечно и за все надо платить? И за «прививку молодостью» тоже? Года через четыре Сашенька уже оперится, как начальник, сделает карьеру, обретет устойчивое положение, а там как раз и его невеста подрастет. Вот тогда мой дорогой племянник уже и женится, да совсем самостоятельным станет.
Сказать, что я пребывала в шоке после этой встречи? Ха-ха-ха!
Наплевав на работу, прямо из главного офиса я отправилась… домой, где в каком-то хрустальном, замерзшем состоянии, сидела над чашкой с остывшим чаем и ... ничего.
Даже не думала.
Не могла.
Просто смотрела в некотором удивлении на телефон, что разрывался отего звонков.
Смотрела и… все.
