Текст книги "Бывшие. Леди-босс (СИ)"

Автор книги: Дора Шабанн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 16 страниц)

Глава 47. Решительное признание

Глава 47. Решительное признание «Найди цель, ресурсы найдутся…» М. Ганди

*Александр Арский*

Окрыленный первой одержанной маленькой, но важной победой, заскочил в магазин, купить по списку лекарства, продукты и всякого добра для дома. А на выходе замечтался: представил, как будем ездить за покупками с моей Леди, да так впечатлился, что три раза прошел мимо своей тачки на парковке, полудурок восторженный.

На пути к дому мне позвонил Ян. Вполне для наших отношений обычная история: когда мой сын болел, Третьяков-младший это не упускал и интересовался состоянием.

Но тут я вдруг вспомнил: «Спят усталые игрушки…», колыбельная, что я пел сыну, раньше стояла у Лили в телефоне на вызовы от детей. И если Ян звонил матушке, именно эту мелодию я и слышал в те сладкие, волшебные времена, когда моя Леди была со мной.

Вот откуда это, оказывается, у меня взялось, ведь в моем детстве тетя Ира чаще всего, когда я болел, напевала мне романсы: то про хризантемы, то «все пройдет, как с белых яблонь дым».

А тут, как озарило…

Лили действительно всегда была со мной, просто я не понимал. Только чувствовал.

– Как вы там? Как Женька? – встревоженно уточнил друг. – Сильно вас в этот раз прихватило?

Ну, я кратенько доложил обстановку, упомянул тетушкину реанимацию в очень обтекаемых формулировках и, естественно, поинтересовался:

– А у вас чего любопытного?

И после этого услышал совершенно невероятную вещь.

– О, у матушки моей новыймальчик … Павлик. Здоровенный лоб, фактурный. Служил в десанте пять лет. Как она сказала: ничего такой, полезный.

Как я не сдох, не психанул и не разорался? Ну, вероятно, Божьим попустительством, не иначе.

Сдержался, скрипнул зубами, уточнив:

– Какой еще мальчик? На хрена он ей? Откуда?

– Говорю же: Павлик. Водитель-охранник. Личный подгон от вашего «генерала», – Ян рассмеялся, – знаешь, он хоть и весь лощеный, да на супертачке возит матушку в офис и водит под ручку, но характер чувствуется. Ну и заинтересованность… в сохранности доверенного ему бесценного объекта.

Выруливая на проспект к дому, тихо скрипнул зубами.

Вот еще радость.

А Ян негромко продолжил:

– Таскается Павлик теперь с матушкой везде, как привязанный, чуть ли не на руках носит. Нет, все понятно. У вас на работе, ты мне, кстати, не говорил, но такой трындец, что «генерал» переживает, как бы матушку не грохнули. Она же, дотошная и внимательная? Ну и разворошила там кучу опасного дерьма. И некоторые, как я понял, в ближайшее время пойдут под суд. Ну а любимая моя маман теперь в опасности. Вот такие хреновые дела.

Хорошо, что я на светофоре стоял и не впилился никуда, ибо чуть не сдох от ужаса мгновенно. А потом с ходу припомнил все сообщения в рабочем чате от руководства: редкие, скупые и очень формальные.

И еще подумал, что я – придурок, обижался же на нее.

Ну а как же?

Она ведь мне так и не ответила на все сообщения про мою любовь и тоску в разлуке.

Нашел, блин, время!

Какая на фиг тоска, когда у нее там земля горит, пока я тут прохлаждаюсь?

Ну, как обычно.

Толку от меня – фиг да ни фига.

Абзац.

Поэтому мысли, разбежавшиеся от ужаса, собрал и категорично заявил Яну:

– На хрен парнишу этого. Я сейчас найду Женьке сиделку и Нине помощницу, «больняк» закрою и выйду. И пойдет Павлик к лешему или к генералу обратно.

После этого образовалась пауза, а потом мой давний приятель и практически настоящий друг решительно заявил:

– Алекс, я приеду. Я так понимаю, нам есть что обсудить?

Ну что ж, когда-то это должно было произойти? Поэтому я просто кратко уведомил:

– Через час-полтора буду дома. Только учитывай, что у Женьки ангина, но чаем тебя напоим.

И отключился.

Когда настороженный Ян Анатольевич появился у меня на пороге, про себя усмехнулся: как бы он ни беспокоился и что бы ни подозревал, но притащил апельсины, яблоки и новую машинку для Женьки.

Ну а мне неожиданно перепала бутылка неплохого виски.

Очень кстати, да.

Так что, похлопав гостя по плечу, уточнил:

– А как же спорт-режим?

– Судя по всему, – Ян удивительно знакомо скривился, – меня ждут такие новости, что режиму придется подвинуться.

После этого он вымыл руки, заглянул к Женьке и презентовал ему машинку, а затем мы водворились на кухню, где сердобольная Нина организовала нам очень приличную закуску.

Ну и началось.

В том смысле, что я взял слово и кратенько, в нескольких предложениях, изложил всю нашу историю с Лили. Вернее, рассказал о моих мыслях, чувствах, действиях и завершил фразой:

– Люблю твою мать. И сделаю все, чтобы разобраться в нашем с ней давнем недоразумении, а потом обязательно добьюсь ее прощения.

Ян посмотрел очень внимательно: сначала на меня, а затем на ополовиненную нами бутылку. Залпом допил все, что у него оставалось в бокале, и скривился:

– Не было печали. Как-то это для меня внезапно. Но ты же понимаешь, что сейчас ей не до интрижек? У нее там такой трындец, что ей нужна помощь, поддержка, а не нервотрепка.

Спокойно взгляд выдержал, только плечами пожал:

– Все, что я могу, на работе для Лили, я сделаю. Точно так же, как и приложу все силы, чтобы она не нервничала из-за нынешних разборок и изменений. Ну и вне работы была спокойна и счастлива.

Ян фыркнул, разлил нам еще, встряхнул свой бокал, поглядел на искры в маслянистой жидкости, ну, и удивил.

– Если у тебя все серьезно, и ты понимаешь, что ей не до глупостей, – уверенно и спокойно уведомил меня Третьяков-младший, – то вам побыстрее надо разобраться с прошлым.

Согласно кивнул: кто ж спорит? Надо.

– А вообще, Алекс, дело такое: если любишь – женись!

– В любой момент! – расплылся в такой широченной улыбке, что, казалось, морда треснет. – Я и колечко для моей Леди уже приглядел подобающее.

За это мы и выпили, а я выдохнул: поддержкой одного из близких и важных для любимой женщины людей я заручился. Можно уже падать в ноги моей обожаемой Лили.

Глава 48. Феерические сюрпризы

Глава 48. Феерические сюрпризы «У одних в голове что-то есть, у других – нет, и тут уж ничего не попишешь…» А.А. Милн «Винни Пух и все-все-все» (пер. Б. Заходер)

Четверг несся вперед сквозь совещания, доклады и скандалы, как ему и полагалось.

Шеф, пребывая в шоке от глубины финансовой пропасти, которая только ширилась и росла, изредка рычал в телефон:

– Лилиана Станиславовна, делай что хочешь, хоть всех под корень изничтожь, но выкорчевать этот сорняк надо до конца. Всю эту заразу гасим, слышишь?

А я мрачно думала, глядя в статистические таблицы:

– Если в разделе проектирования такие финансовые убытки, то как обстоят дела в стройке и капремонте? Там-то мест для неправедных расходов еще больше. Ох, тут уже не до жиру, а как бы самого шефа не грохнули…

– Кофе для восхитительной Лилианы! – широкая, чуть ехидная улыбка Павлика меня неизменно бодрила.

Хотя он был молодец: исправно меня возил, водил, сопровождал, короче, ну и заботился, да. Когда я была в офисе, то Павел чаще всего сидел в приемной, но обязательно заходил в кабинет вместе с очередным посетителем, и если полагал его безопасным – удалялся, напомнив про «тревожную кнопку», которую мне выдал.

А коллеги с докладами все шли бесконечной, разочаровывающей вереницей.

Вот перед обедом, например, явилась начальница сметного отдела и, оттарабанив бездумно контрольные цифры, внезапно заявила:

– Знаете, раз уж я все равно пришла, так давайте я еще расскажу о ситуации в договорном отделе? Мой Сашенька, ну, жених, их начальник… он сейчас на больничном…

Хорошо, что я изредка, но сообщения Арского читала и еще слишком ярко помнила наши с ним недавние встречи.

То есть, мысленно подвергнув сомнению заявление о неожиданном статусе Александра, мило улыбнулась:

– В договорном отделе есть заместитель начальника, и когда наступит их черед – её мы и послушаем. А вы расскажите, пожалуйста, как вышло, что почти все сметы в этом году, как мы вот здесь с вами видим, подготовлены отнюдь не по корпоративной методике ценообразования, да и расценки наблюдаются сплошь не из наших сборников.

Минут пятнадцать я слушала… занятное:

– Видите ли, в чем дело, на первый взгляд может сложиться впечатление…, но ежели посмотреть иначе, то вроде бы и складно, однако есть нюанс…, вы понимаете, ситуации бывают разные и порой приходится идти на компромисс, тогда и выходные данные получаются выше запланированного…

Это было, хм, не мило, а глупо.

Поэтому я призвала из приемной дежурного спеца СБ, которого мне теперь выделяли ежедневно:

– Вот доклад, вот выявленные несоответствия, вот цепочка подписантов и согласования. Вот клиент.

Сбшник закатил глаза, потом, глянув в бумаги, выругался себе под нос, а я, так сказать, в качестве «лопатки дерьма на турбину самолета», уточнила:

– А не женитесь вы с Александром, потому как Ираида Самуиловна вас не одобряет?

– Да кому она нужна, эта старая ведьма? – вспылила нервная девица. – Нет, мы с Сашенькой хотим большую, шикарную свадьбу…

– Без согласия госпожи Арской дырка от бублика вас ждет, а не шикарная свадьба, учтите, – улыбнулась покровительственно, потому чтознала .

Арский без тетушкиного благословения точно не женится. Поэтому все это, конечно, неприятно, но смысла думать об этой девице нет.

Надо просто задать вопрос Александру. Прямой.

Как я ни разу не делала.

Но когда-то же надо начинать?

Увы, вместо давным-давно необходимой беседы с Арским во время изрядно запозднившегося обеда, пришлось выслушать «плач Ярославны» в исполнении главного бухгалтера.

Эта монументальная и непотопляемая дама вместе с помощником пришла на обед буквально следом и решительно постановила составить нам с Павлом компанию. Ну и высказаться на тему: «Все плохо. Мы все умрем, а некоторые до этого еще и за решеткой посидят».

Было не слишком весело, при этом приходилось постоянно согласовывать с Павлом маршруты для перемещения по городу, плюс расписание выездов на выходные и следующую неделю.

А потом, когда у меня начала гудеть от вороха возмущенных возгласов голова, Павлик решительно встал, помог мне подняться и заметил:

– Лилиана Станиславовна, время. У вас встреча через четыре минуты.

Улыбнувшись бухгалтриссе, утопала к себе, где в приемной уже ждал новый Главный архитектор. Тот еще подарочек.

– Мутный мужик. Зовите сразу, – негромко выдохнул мне в затылок Павел перед тем, как удалиться.

Еще и дверь прикрыл неплотно.

Ну, то есть совсем дела хреновые ожидались.

– Ах, красотка Лилиана, ты все хорошеешь. Время не властно над тобой, да? – ну, такое себе начало для деловой беседы.

– Не скажу, Аркадий Сергеевич, что столь нестандартное вступление – хороший выбор. Учитывая ту дичь, что творится в доверенных вам отделах, – скривилась отнюдь не вежливо, а рука сама прихватила со стола розового монстра, которого подарил Саша для устрашения врагов и успокоения нервов.

– Все капризничаешь, а Золотова? Уж сколько лет тебе? Не пора замуж-то за достойного мужчину? Или все еще по «бывшему» страдаешь? Ну и зря, Третьяков без тебя не скучал. В городе мы с ним порой на выставках и круглых столах пересекались, так он с юными прелестницами обычно являлся…

Ну, так-то мне личная жизнь бывшего мужа давно была до одного места, но слушать подобное от коллеги было странно.

– Аркадий Сергеевич, давайте отложим неважные сплетни, давно утратившие актуальность, а вернемся к той неприятной картине, что у нас в Управлении обнаружилась…

– Ох, Лилиана, все ты о делах, да о проблемах! К чему это интересной и красивой женщине? Приглашаю тебя сегодня в «Вино Италии», тут неподалеку открылась чудесная винотека. И кухня у них приличная. Посидим, вспомним молодость, и как все было хорошо раньше, при царе Горохе. Ну а там, я уверен, ты по достоинству оценишь тот подарок Вселенной, в моем лице, который тебе перепал.

Да, ситуация становилась все абсурднее, ведь едва услышав предложение, еще более неожиданное, чем приветствие, пальцы сами сжали розовую тварь так, что у нее повылазили не только глаза, но и все невыпирающие части тела разом.

Но я держалась и даже пыталась вернуть в рабочие рамки коллегу:

– Мы с вами, Аркадий Сергеевич, по самую макушку в проблемах к концу года, а вы про винотеку. Не до грибов нам нынче, увы… давайте начнем погружение в вопрос с общестроя, что ли?

Ну, не с моим счастьем, видимо, было нормально поработать, потому что после приглашения на свидание, последовало еще более шикарное:

– Ты же все ходы – выходы тут знаешь, принципы планирования понимаешь, а пятнадцать процентов от бюджета – невелика сумма, уж не разорится родное предприятие? – удивил меня Главный архитектор.

И я поняла: говорят же, что наглость – второе счастье? Порой создается впечатление, что у некоторых оно и первое тоже.

А он продолжал рисовать завлекательные картины:

– Наглеть не станем, тихонечко все наладим. Здесь немного, тут чуть-чуть. Курочка по зернышку клюет, Лиль. С подрядчиками договоримся, они нам откаты красиво оформят. Ты просто у начальства все подпишешь, и мы в шоколаде будем, обещаю. Риска никакого, ты же понимаешь?

Хорошо, что я запись на диктофоне нажала, а?

Вздохнула, встала, сходила налила себе воды, да отправила первую часть с «шикарным сценарием» Павлу, а он там сам передаст дяде и нашей СБ.

Не получив восторженного согласия на свое предложение, Аркадий Сергеевич напрягся, а потом традиционно и предсказуемо перешел к угрозам:

– Думаешь неуязвимая? Или «генерал» наш тебя спасёт? Он не всесилен, когда-то да не успеет. И Арский не сможет быть все время рядом. Вот, сейчас же он, вообще, не в офисе. Пять лет назад Ванька-лопух не смог тебя ни травануть, ни подставить, так ты уверовала в собственную исключительность, дура старая?

Какие занятные подробности-то обнаружились, а?

Мрачно усмехнувшись, вторую запись отправила сразу «генералу», заму по кадрам и корпоративной безопасности, ну и Павлу тоже.

А потом поняла очевидное, что и озвучила:

– Вижу, договориться нам не удастся. Так что сразу перехожу к оскорблениям. Аркадий Сергеевич, сейчас коллега из СБ прибудет, так вы для него повторите все это шикарные предложения.

Ну а дальше… ну, переоценила я мужскую выдержку. Как Аркадия, так и Павла.

Миг – и Главный архитектор в ярости подскочил ко мне и замахнулся, рыча ругательства и оскорбления, называя меня «ведьмой и тварью».

Хлоп, и он получил прямо в морду мою розовую силиконовую страшилищу, причем я не бросила ее, а натурально засунула в распахнутый рот.

Дальше был грохот распахнувшейся двери, и в кабинет влетел Павел. Он в две секунды скрутил моего бывшего теперь уже коллегу, уткнув того лицом в стол. В процессе аж два раза для верности приложив о столешницу.

Нужно ли упоминать, что прибывшая спустя две минуты охрана изрядно обалдела?

Все впечатлились.

Не только мужики, но и мои помощницы, которые подвывали, ахали и охали в приемной, создавая дополнительный шум.

– Опасная вы женщина, Лилиана Станиславовна! – криво усмехнулся старший дежурной группы охраны. – А какая реакция отменная. Ну, этого мы забираем. Оформим, как положено, не тревожьтесь!

Пока бывшего Главного архитектора упаковывали для транспортировки, по громкой связи объявился Шеф с матами и указанием для СБ.

Вокруг образовался дурдом: шум, гам, вопли и суета.

Павел устроил меня в кресле, подал бутылку воды и уселся на стол рядом, записывая на листе бумаги наименования фирм-подрядчиков, которых, по мнению гневающегося «генерала», наша доблестная СБ должна сейчас проверить в первую очередь.

– И утром мне доклад на стол! Или заявление по собственному, ясно вам? – рыкнул напоследок злющий начальник. – Вы «Служба Безопасности» или балалайка? Тут из-за вашей неторопливости к нам скоро прокуратура с налоговой вместе заявятся!

Не сильно довольные поворотом истории коллеги-безопасники увели Аркадия Сергеевича и унесли список указаний от высшего руководства, а я просто обалдела от навалившейся на меня… тишины.

– Лилиана Станиславовна, вы – красотка! – вдруг фыркнул Павлик. – Как вы его этой липучкой своей розовой удивили, а?

А потом принес мне успокоительных капель и уточнил:

– Домой не пора? Как бы ночь на дворе почти…

Капли я выпила, а потом подумала, что домой, и правда, хочется, но высказаться не успела – зазвонил телефон.

А когда я нажала ответить, в трубке раздался знакомый бархатный голос Арского:

– Как ты сегодня, любимая?

Кто-кто?

Что-что?

Глава 49. Внезапное

Глава 49. Внезапное «Извинение – не означает, что ты не прав, а другой человек прав. Это всего лишь означает, что ценность ваших отношений важнее, чем собственное эго…» Э. М. Ремарк

– Как ты сегодня, любимая? – неожиданно спросил меня Арский.

Я так обалдела, что автоматически ляпнула:

– Александр, вы больны?

Ну а что я могла ещё сказать?

Обертоны в знакомом голосе были какие-то подозрительные, сильно на температурные похожи. Как бы он там тоже не заразился да не помер, хотя у него рядом есть Ираида и наверняка вот такие же «актуальные невесты» вроде нашей звезды из сметного отдела.

– Моя Леди… любовь моя! Лили, прошу тебя, послушай… есть кое-что, что нам непременно нужно обсудить… – Саша не обиделся, не возмутился, а начал говорить о другом. – Прости меня, я действительно тогда не уследил. И даже не мог подумать, что тётя явится к тебе, да еще и с натуральными глупостями… прости, любимая!

Боже, что за горячечный бред?

Несмотря на то что мне все сказанное Арским уже показалось абсурдом, огоньку добавил внезапно влезший в трубку… Ян:

– Мам, пожалуйста! Послушай Алекса! У него к себе серьезное дело.

– О-ля-ля, Ян Анатольевич, а с чего это и где вы так налакались? – недоуменно вытаращилась на телефон.

И уточнила:

– Что, уже убрались «в ультрамарин», да? Вы где, вообще, такие развесёлые есть? Откуда тебя забирать?

Сын хихикнул:

– Я у Алекса в гостях. Женька болеет, мы сидим тихо, поэтому, ну, забирать меня не надо. Алекс сказал, что постелет мне тут на коврике. Завтра с утра бодрячком явлюсь домой. Ты, пожалуйста, не волнуйся. С нами всё в порядке.

Язык у деточки прилично заплетался, так что усталая мать лишь вздохнула про себя:

– Боже, какой-то сюр!

Но вслух сказала:

– Я, конечно, рада, что с вами всё в порядке. Но вот такое внезапное отмечание неизвестно чего меня несколько смущает.

– Мам, ты не тревожься! Просто Алекса послушай! – опять забубнил сын.

– Я бы предпочла его послушать, когда он будет в себе, – мрачно фыркнула.

Ну а Саша, появившись в трубке, тут же хохотнул:

– Лили, моя дорогая, рядом с тобой я обычно не в себе, а сама знаешь где…

Фу, пошляк!

Но не успела я матерно выругаться, как Александр меня удивил:

– Я хотел подождать, пока Женьку выпишут и нормально приехать к тебе, поговорить, но понял, что в офисе происходит какой-то треш. Поэтому я ждать не буду. Сейчас найду сыну няню и завтра закрою больничный.

Голова у меня пошла кругом.

Мало мне было всех сегодняшних новостей, так нате вам, пожалуйста! Решил бросить болеющего ребенка и примчаться сюда.

Ну, кому эти подвиги, а?

Пока подбирала аргументы, Арский продолжал меня поражать откровениями:

– Я знаю, моя Леди, я понимаю, что должен быть с тобой рядом. Всегда. Чтобы помочь тебе, защитить, поддержать.

А я вдруг представила себе его явление на работу и, собственно, наши предыдущие две встречи тоже припомнила, поэтому сердито буркнула:

– Нет, Арский, говорить мы будем по телефону, ибо как только мы с вами встречаемся, почему-то все время становится не до разговоров.

– Моя Леди, – он вдруг фыркнул, а потом хрипло продолжил, – как я скучал, ты не представляешь. Подыхал без тебя. Так ждал твоего возвращения, любимая. И поверь, теперь всё сделаю, чтобы ты была счастлива.

Саша выдержал театральную паузу и добавил:

– Со мной.

Самоуверенный наглец.

Все это, конечно, хорошо и звучало завлекательно, но…

– Так, молодые люди, приводите себя в порядок и ложитесь спать. Давайте, сворачивайте ваше гульбище. Завтра утром надеюсь увидеть Яна дома в адекватном состоянии.

Они там хором что-то согласное забормотали.

Боже, маленькие алкоголики, какой кошмар.

Вздохнула и продолжила:

– Александр, как будете в себе, давайте созвонимся, разберёмся в прошлых недоразумениях и поставим уже на них крест. Закроем этот вопрос и возвращаться к нему никогда не будем. Но сейчас вы сами, пожалуйста, занимайтесь здоровьем ребёнка. Я раньше справлялась и теперь обойдусь…

Естественно, именно в этот момент рядом появился Павлик со словами:

– Моя бесценная Лилиана, собираетесь! Карета подана. Нам пора домой.

Ну и после этого я, конечно, выслушала жуткий мат и ругань Арского, который рычал в трубку, что он сейчас прямо все бросит, вызовет такси и приедет ко мне.

На заднем фоне чего-то согласно вякал сыночка, судя по всему, уже наблюдавший танцы фиолетовых гоблинов.

– Не было печали, – тяжело вздохнула.

А потом подумала, что как-то я все предыдущие пьянки сына спокойно пережила вроде.

К чему бы эта тревога сейчас?

Может, меня смутило, что они напились вместе с Сашей?

Или меня в принципе смущает всё, в чем участвует Арский?

Поэтому я покачала головой и укоризненно посмотрела на Павла:

– Ну, зачем? Можно же было спокойно сказать, что нам пора уже ехать?

– Лилиана, день был у вас действительно непростой, – широко улыбнулся племянник «генерала». – Давайте-ка я, пожалуй, вас в машину отнесу.

Естественно, Арский в трубке завопил:

– На хрен все эти полисы. Я сейчас приеду!

И всё, звонок оборвался.

Вот что ты с этими героями будешь делать? И где теперь искать этих пьяных дуриков? Да и надо ли?

Может, всё-таки пора признать, что они – взрослые и имеют право портить свою жизнь, как им вздумается?

– Ладно, – вздохнула тяжело, – день, и правда, был не из лучших. Поехали домой, Павлик!

И мы поехали.