Текст книги "В синем море, в белой пене (СИ)"

Автор книги: Дмитрий Распопов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 16 страниц)

– Самое что не наесть благочестивое, сеньор Аймоне, – улыбнулся я и перекрестился, оба рыцаря тут же последовали моему примеру.

На этом мы закончили наши посиделки, поскольку за окном уже начали пробивать горизонт первые лучи солнца, и разошлись, очень довольные друг другом.

Глава 7

Я не стал никого звать из слуг, сам разделся и надел ночную сорочку, которую мне приготовила Марта и лёг в кровать, но правда только я прикрыл глаза, как в дверь постучали и она открылась, показывая мне смущённое лицо Бернард.

– Я крайне извиняюсь Иньиго, но прибыл архиепископ Балеарский, он хотел бы обсудить с вами список торжеств и проведения месс совместно с архиепископом Толедо.

Высунув из-под одеяла только один нос, я поинтересовался.

– Бернард, а ты в курсе, что я не спал всю ночь и только что лёг?

– Я спал по очереди с ребятами рядом с вашей комнатой Иньиго, – хмыкнул он, – конечно я в курсе. Ну так что мне ответить архиепископу?

Ответ тут мог быть только один.

– Зови его, – вздохнул я, – а также Марту, пусть оденут меня и покормят.

Швейцарец кивнул и исчез, но быстро вернулся, открывая дверь Аусиасу Деспучу, уже одетому в свою праздничную сутану архиепископа.

– Доброе утро, сеньор Иньиго! Я не слишком рано? – бодро поинтересовался он, видя меня ещё в кровати.

– Доброе утро, ваше преосвященство, – тяжело вздохнул я, – вы завтракали? Можем поесть и обсудить ваши предложения.

– Я хоть и поел, но как могу вам отказать? – улыбнулся он, присаживаясь за стол.

– Вы необычно оживлены ваше преосвященство, в чём причина этого? – поинтересовался я у обычно спокойного священника.

– Вы что, сеньор Иньиго! – искренне изумился он, – приезд в такой небольшой город, как наш, самого примаса Кастилии⁈ Да об этом потом пять лет минимум все будут вспоминать!

– Да? – скривился я, уже начиная жалеть, что не отказал Каррильо де Акунья в его просьбе побывать у меня в гостях. Кто думал, что его приезд вызовет подобный ажиотаж.

– Его преосвященство, вообще редко когда покидает Кастилию, – покивал он головой, – так что это вдвойне почётно, что он из всего королевства Арагон, выбрал Аликанте.

«Ну он вообще-то на войну приехал, – подумал я про себя, но не стал говорить этого вслух, чтобы не портить Аусиасу Деспучу настроение».

Марта вошла в комнату с чистой одеждой, поклонилась архиепископу, который стал им совсем недавно, спасибо Родриго Борджиа, который всего за каких-то тридцать тысяч флоринов организовал для меня новую архиепархию, с назначением в неё Аусиаса Деспуча, и стала меня одевать.

– Вам бы новую служанку, сеньор Иньиго, – скромно заметила она, – Амара уехала вместе с сеньорой Паулой.

– Я всё равно скоро уезжаю Марта, так что как-нибудь обойдусь без этого, – вздохнул я.

– Хорошо, тогда если вы не против, мы с Камиллой будем вам помогать по очереди.

– Я не против, – ответил я и когда она, забрав старое бельё ушла за завтраком, я подошёл и сел напротив архиепископа.

– Вчера вечером я успел переговорить с архиепископом Толедо, – заметил Аусиас Деспуч, – он согласился провести не более трёх месс, так что я хотел бы обсудить с вами, какие и где мы проведём.

– Вы так говорите, будто моё присутствие на них обязательно, – удивился я, но по его виду понял, что попал в цель, отчего моё настроение упало ещё ниже.

– А как же, сеньор Иньиго⁈ – изумился он, – вы наш сеньор! Вы должны всем показывать, что поддержка светской власти церкви в графстве и маркизате, сильны как никогда.

– Тут с вами не поспоришь, – грустно ответил я, но он принял мою грусть, за благочестие и перекрестил меня.

– Спасибо, сеньор Иньиго, я знал, что вы меня поймёте! – обрадовался он.

Марта принесла завтрак, и пока она мне нарезала еду и наливала травяной настой, я выслушал предложения самого архиепископа и со всем согласился. Мне было вообще непонятно, зачем это всё было согласовывать со мной, если он сам со всем прекрасно справился.

– Ну и если вы согласны, сеньор Иньиго, – сказал он, когда мы обо всём договорились, – вы передадите всё это архиепископу Толедо?

– «А-а-а, вот зачем, – тут же понял я».

– Да, конечно, – ответил я и он крайне довольный беседой, попрощался со мной и сказал, что ждёт от меня новостей.

Не став откладывать дела в долгий ящик, я пошёл искать Каррильо де Акунья, и нашёл его вместе с Гвидо, у себя на заднем дворе дома. Конечно, обнажёнными по пояс и с мечами в руках.

– А вот и наш соня! – архиепископ, сделав знак Гвидо, прекратил атаку и повернулся ко мне, – раздевайся и нападай на меня! Твой учитель слишком вялый сегодня!

– Это вы слишком бодрый, ваше преосвященство, – болонец подвинулся, давая мне пространство, – и с каждым днём становитесь только сильнее. Я уже с трудом противостою вам.

– Вы двое, хватить болтать и нападайте! – прикрикнул на нас архиепископ и нам ничего не оставалось, как с двух сторон на него напасть.

Три монеты, висящие на его толстой шее, всё время напоминали мне, с кем мы имеем дело, но и правда, он с каждой нашей тренировкой становился только сильнее и быстрее, и это в его годы! Он по скорости обгонял нас с Гвидо и был при этом не менее выносливым. Мы с учителем спустя всего десять минут тренировочного поединка обливались потом, работая на подобных скоростях, а ему было всё нипочём.

– Ага, достал! – радостно вскрикнул он, когда смог пробить мою защиту и достал мечом до рёбер, оставляя разрез на ткани и тонкую полосу вспоротой кожи, которая сразу стала набухать кровью.

Подняв меч, я показал, что выхожу из игры и оставив бедного учителя с ним наедине, вышел с площадки. Сегодня пришлось тренироваться на боевых мечах, ввиду отсутствия тренировочного инвентаря, оставленного на королевском корабле. Да, травмы от него иногда случались, но из-за опытности всех фехтовальщиков, не были чем-то опасным, уж тем более для нас с Каррильо де Акунья.

– Врача! – засуетился Бернард, который сразу подбежал ко мне, рассматривая рану, и какого же было моё удивление, когда появился один уже знакомый мне доктор, в сопровождении второго, но уже незнакомого.

– Простите, сеньор Иньиго, – смутился швейцарец, когда они подошли и низко поклонились, – забывал вам сказать. Сеньор Аймоне и сеньор Фелипе встретили их на пути в Аликанте, они искали попутные корабли и подвезли их до дома.

– Хаким, – улыбнулся я турку и с интересом рассмотрел стоящего рядом с ним сухого, словно виноградная лоза человека, – а это видимо и есть тот самый известный хирург и светило глазных наук, доктор Амирдовлат Амасиаци?

– Совершенно верно, ваше сиятельство, – улыбнулся мне турок, представляя мне сорокалетнего армянина, – мой друг весьма заинтересовался вашим рисунком и своим будущим пациентом.

– Мэтр Амирдовлат, – обратился я к врачу, – я благодарю вас за то, что приняли моё приглашение и хочу вас заверить, что вы получите всё, что хотите для лечения короля Хуана и уже молчу, что за его излечение я готов заплатить вам любые деньги.

– Любые? – армянин улыбнулся, – я скоромный человек, ваше преосвященство, но по дороге в Аликанте услышал, что у вас есть своя типография и даже ваши книги весьма успешно продаются во многих местах?

– Не уверен, что успешно, мэтр, – я пожал плечами, – судить об этом не мне, но в остальном правда, типография у меня и правда есть.

– Тогда вместо денег, вы можете помочь мне напечатать хотя бы несколько десятков экземпляров моих трудов? – попросил он, – друзья и коллеги часто просят меня дать переписать мои записи, но постоянно теряют что-то из них. Так что я бы хотел, чтобы у меня были копии, которые можно раздавать.

– Я могу взглянуть на них? – тут же заинтересовался я.

– Конечно, ваше сиятельство, – удивился он, – вы разбираетесь в медицине?

– Именно так мы и познакомились с сеньором Иньиго, – с улыбкой ответил за меня Хаким Шукуруллох и я подтвердил это кивком.

– Тогда нет проблем, скажите, куда всё принести, у меня всё с собой, – ответил армянин.

– Бернард! – я подозвал швейцарца, – займись пожалуйста, я хочу почитать труды мэтра Амирдовлата.

Они ушли за книгами, а турок показал на мою рану.

– Могу я ею заняться ваше сиятельство?

– Да, конечно, – согласился я и мы пошли к нему, оставляя Гвидо на растерзание архиепископу.

* * *

– Сеньор Бернард! – возвращавшегося от врача швейцарца перехватили рыцари.

– Чем я могу вам помочь сеньоры? – остановился Бернард, заинтересованно посмотрев на сеньора Аймоне и сеньора Фелипе.

– Сеньор Бернард, мы хотели у вас спросить, – смущённо заметил рыцарь ордена Девы Монтесской, – а точно нормально, что сеньор Иньиго, на котором завязано вообще всё, тренируется с боевым оружием и получает раны просто так? Мы, конечно, рады, что наш сеньор так храбр, но что будет, если он внезапно скончается? Мы ведь все потеряем всё.

Швейцарец тяжело вздохнул, поскольку это была и его больная тема.

– Отвечу вам вопросом на вопрос, сеньор Фелипе, – произнёс он, – а нормально то, что он, переодевшись монахом, отправился на остров, где живут только больные проказой и чумой, провёл там неделю и навёл порядок с тем, чтобы больные жили в более комфортных условиях, по сравнению с тем, что было там раньше?

Лица рыцарей вытянулись.

– И он не заразился? – удивился сеньор Аймоне, – как вы ему позволили поехать туда? Это же верная смерть!

– Вот вы следующий раз, сеньор Аймоне, когда сеньору Иньиго придёт в голову очередная гениальная идея, попробуйте его остановить и заодно поделитесь с нами этим весьма ценным опытом, – сыронизировал швейцарец, – я буду вам только благодарен за это.

Рыцари переглянулись.

– Так как он не заразился? – сеньор Фелипе удивлённо покачал головой, – такое крайне редко бывает при большой концентрации больных в одном месте.

– Он сказал нам с графом Латаса, что его ведёт вера, сеньор Фелипе, – тяжело вздохнул Бернард, отвечая на этот вопрос, – а кто мы такие, чтобы спорить с Богом?

Рыцари перекрестились и снова задумчиво переглянулись.

– Получается, мы никак не можем повлиять на то, чтобы он случайно не умер из-за пустяковой раны? – едва ли не обречённо пробормотал рыцарь-госпитальер.

– Мы уже с графом думали об этом, сеньор Аймоне, – глаза швейцарца прищурились, – и решили, что единственный способ, как его можно будет образумить, это как можно быстрее женить его на верной, заботливой девушке, которая будет о нём беспокоиться и с укором смотреть на него, когда он понапрасну рискует своей жизнью.

На лицах обоих рыцарей мигом расцвели улыбки.

– Сеньор Бернард, а можно мы тоже поучаствуем в этом вашем заговоре против сеньора Иньиго? – радостно сообщил швейцарцу сеньор Фелипе, – у меня есть прямо так куча кандидаток на эту роль.

– Да и у меня найдётся, – покивал головой сеньор Аймоне.

– Сеньоры, вы в деле, – швейцарец шутливо поклонился обоим, и довольные мужчины пошли вместе, тихо переговариваясь, какая именно девушка нужна будет маркизу.

* * *

Когда меня заштопали и я лёг отдохнуть, поскольку иммунитет иммунитетом, но боль от ран никуда не девалась и я уже начинал жалеть, что повёлся на подначки архиепископа и вступил в тренировку с боевым оружием. С другой стороны, на меня смотрело уж слишком много глаз и мой отказ могли принять за трусость, чему я ну вообще никак не мог позволить случиться. Люди за мной шли и ко мне присоединялись, не только по причине того, что я приносил им блага, но и ещё потому, что совершая всякие сумасбродные выходки, выходил из всего этого целым и относительно невредимым, что показывало мою крутизну. А для этого времени это было крайне важно, поскольку никто не пойдёт за трусливым лидером, ну или не предаст его при первом же варианте получше. Так что риск риском, но каждый раз подтверждать в глазах людей, кто меня окружает, что я весь из себя такой суперчеловек, несмотря на физические уродства, было жизненно необходимо в том числе и для моего дальнейшего спокойного существования.

Дверь открылась и Бернард, выглядевший как-то уж слишком довольным, принёс мне кипу бумаги.

– Записи доктора, Иньиго, – отдал он мне их.

Первый же взгляд на труды армянина заставил меня погрустнеть, поскольку они были написаны на османском языке, которого я не знал. Часть вкраплений арабских слов была мне понятна, но в общем я понял, что мне нужно будет привлечь доктора к изучению этого языка.

– Через час начнутся мессы, – я поднял взгляд на швейцарца, – и думаю растянется всё это на весь день, но вечером я хочу поговорить с сеньором Арсенио Алькальде.

– Пошлю к нему гонца, – кивнул Бернард.

– Также предупреди обоих докторов, что они отправятся со мной в Сарагосу, – сказал я, – они мне понадобятся на переговорах с Его высочеством Хуаном.

– Сделаю.

Через час, ко мне вошла Марта и несмотря на ноющую длинную царапину на рёбрах, мне пришлось одеваться и присоединяться к архиепископу, которому подобрали наряд из запасов Аусиаса Деспуча, и пусть всё было не совсем по размеру, Каррильо де Акунья был всё же очень крупным мужчиной, по сравнению с моим архиепископом, но не проводить же ему мессы в мирской одежде.

Мне, конечно, страшно не хотелось тратить целый день на богослужения в церквях, но я отлично понимал, как это важно для народа и целом поддержании статуса власти в городе. Приезд такой величины, как примас церкви соседнего королевства, просто в гости к своему другу, показывало для горожан, насколько их сеньор птица высокого полёта. Так что мне приходилось стоять рядом с ним в церквях, где проводились мессы, чтобы все видели нас рядом. Вот так кирпичик там, кирпичик здесь и вот уже я видел, как взгляды дворян, которые верно служили мне, несмотря на недавнюю историю войны с Миланом, снова полны восторга и уважения. Аусиас Деспуч был прав, история с приездом Каррильо де Акунья будет ещё долгим предметом обсуждений в Аликанте и графстве целиком, так что нужно было несмотря на собственное нежелание этим заниматься, стоически поддерживать всё, что запланировал архиепископ Балеарский.

Разумеется, итогом всех служений в церквях был общенародный праздник, на улицы уже традиционно выкатили телеги с бочками вина и хлеба, а я наконец вместе с уставшим Каррильо де Акунья отправился домой.

– Спасибо, ваше преосвященство, – поблагодарил я его, когда мы ещё ехали в повозке, – что потратили своё время на помощь мне.

– Люди должны видеть, что их сеньор поддерживает церковь, а церковь поддерживает его, – как само разумеющееся ответил он, – но твою благодарность я принимаю, можешь меня отблагодарить, прислав вечером двух красивых девушек, согреть мою постель.

– Подберу лично, ваше преосвященство, – кивнул я и он с улыбкой кивнул мне.

Приехав домой, мы с ним на время расстались, доктор Хаким попросил перевязать мне рану и пока он это делал, прибыл главный судья, и я пригласил его войти в комнату.

– Присаживайтесь, сеньор Арсенио, – пригласил я его, – вас ведь не будет смущать вид моей раны?

– Отнюдь, сеньор Иньиго, – улыбнулся он, присаживаясь в кресло, а я распорядился чтобы нам также принесли ужин.

Глава 8

Через десять минут Хаким Шукуруллох закончил с перевязкой и вышел, оставив нас вдвоём с судьёй.

– Не приглашаю слуг, поскольку хотел поговорить с вами наедине, сеньор Арсенио, – я сам налил настой себе и ему в серебряные кубки.

– Благодарю, – он принял у меня свой, и мы подняли их вверх, салютуя друг другу.

– За наше сотрудничество, – сказал я, он тонко улыбнулся и выпил вместе со мной.

– О чём вы хотели со мной поговорить, сеньор Иньиго? – сделав второй глоток, он вернул кубок на стол и заинтересованно посмотрел на меня.

– Прежде, я бы хотел поблагодарить вас за тот вклад в победу, который сделали вы, чтобы мы победили Миланское герцогство. Согласитесь, сравнивая Аликанте и Милан трудно было поверить в то, что это возможно, – начал я, на что он лишь заинтересованно на меня посмотрел и осторожно просил.

– А мы победили?

– Да, даже не сомневайтесь в этом, – ответил я, – Франческо Сфорца запросил мирные переговоры и граф Латаса сейчас находится во Флоренции, говоря от моего имени.

– Я могу об этом говорить остальным? – поинтересовался он у меня.

– Пока нет, до возвращения графа и получения письменного соглашения об этом, – покачал я головой, – надеюсь вы меня понимаете.

– Разумеется, сеньор Иньиго, – согласился он, добавив, – ну если это и правда так, то поздравляю, графство не только выстояло, но ещё и прищемило хвост целому герцогу!

– Не без вашей помощи, сеньор Арсенио, – улыбнулся я ему, – если же взять в расчёт ещё и вашу роль в истории с Марком, то я решил, что вы заслуживаете моей личной награды за свой труд.

Глаза у судьи загорелись, словно свечи, он даже чуть придвинулся ко мне.

– Безусловно, все дворяне графства и маркизата вложили частичку себя в эту победу, но им я скажу об этом в своё время, когда их вклад будет так же велик, как ваш сейчас, – заметил я, – что касается вас, сеньор Арсенио, я хочу прямо спросить, чем я могу вас отблагодарить?

Сеньор Арсенио не раздумывал ни секунды.

– Титул, сеньор Иньиго, – быстро ответил он, – любой! Вы сами знаете, что у нас в графстве нет ни одного титульного дворянина, кроме вас, но поскольку само графство было организовано в спешке, то это и не удивительно.

Я на секунду замер.

– Ещё раз, сеньор Арсенио, – удивился я, – графства Аликанте раньше не существовало?

– А вы об этом не знали? – в свою очередь удивился он.

– Эм-м-м, – я даже завис от подобных новостей, – как-то не доходили руки.

– В общем, ещё семь лет назад Аликанте был просто сеньорией, и территориально принадлежал Валенсии, – объяснил он мне, – потом к нам стали приезжать посланники короля, которые совали свои носы куда не следовало, ну вы сами помните ту историю с работорговлей.

Я кивнул, что, конечно.

– Так вот после того, как мы от всех их избавились, к нам прибыл королевский гонец с новостью, ошарашившей нас тем, что город и его окрестности становится графством, ну и конечно мы получили несколько графов себе, до вас.

Я прищурил глаза.

– А это было до или после инквизиторской проверки в Неаполе? – хмуро поинтересовался я у него, – вы же о ней наверняка слышали?

– Разумеется, сеньор Иньиго, – он задумался и ответил, – я уже смутно это помню, но вроде бы как раз сразу после неё.

«К моему дорогому графу, у меня снова есть куча вопросов, – вздохнул я, когда услышал ответ».

– И что было дальше, сеньор Арсенио? – попросил я его продолжить рассказ.

– Вот так у нас оказалось графство, без единого титульного дворянина внутри, ну кроме самого графа, – он пожал плечами, – так что не удивительно, что об этом теперь грезит каждый из нас.

– Хорошо, сеньор Арсенио, – я серьёзно на него посмотрел, – я даю вам слово, что сделаю вас бароном при первом же удобном случае. Вас удовлетворит такая моя благодарность?

– Более чем, сеньор Иньиго, – тут же заверил меня дворянин, – тем более, что далеко за примерами ходить не нужно, все знают, как сеньор Альваро, сеньор Алонсо и сеньор Бернард стали баронами совсем недавно.

– Тогда об этом договорились, – улыбнулся я ему, – и чтобы окончательно закрыть вопрос с Миланом, вы можете уже с завтрашнего дня начать закрывать контракты с отрядами мудехар из Гранадского эмирата, да и вообще всеми наёмными отрядами, которые перешли на нашу сторону. Дополнительная охрана нам больше не нужна, особенно видя ведомости, во сколько она мне обходится.

– Займусь, сеньор Иньиго, – заверил он меня.

– Также, – я задумчиво посмотрел на него, – что вы скажите на то, что может быть вам пора передать судебную практику своему сыну? Я поддержу ваше решение, если вы захотите уйти на покой.

Он сначала дёрнулся, но затем понимание пришло к нему.

– А чем я тогда займусь, сеньор Иньиго? – ехидно поинтересовался он у меня.

– Вы наверно видели производственный комплекс, – я показал рукой в сторону, где находилось производство.

– Даже бывал там, – кивнул он, – очень много зданий и высокая стена, которая их окружает.

– Я вместе с партнёрами решил поучаствовать в разработке серебряных рудников Кастилии, – тихо сказал я ему, поскольку в Арагоне эти новости были пока тайной, – так что на этом заводе будут выплавлять серебро.

Его глаза на секунду расширились, и он задумчиво посмотрел на меня и сказал.

– Я ничего не понимаю в металлургии, сеньор Иньиго.

– А вам и не нужно будет, сеньор Арсенио, – заверил его я, – на производстве будут работать флорентийские инженеры, которые будут следить за всем, что касается техники. Вы мне нужны, как отличный организатор, поскольку нужно будет организовать охрану зданий, доставку ртути, доставку порошковой руды с прибывающих кораблей, а также чтобы серебро на производстве не разворовывалось. Ну и самое главное, чтобы оно попадало в мои подвалы, откуда уже распределялось между всеми, кто в этом участвует.

– Хм, – задумался он, – опять же, предложение конечно заманчивое, нечего сказать, но я всё же дворянин, а не ремесленник, сеньор Иньиго.

– А я вам и делаю предложение, как дворянину, – тут же я поменял стратегию переговоров, – я предлагаю вам не работать на меня, а стать моим компаньоном, один процент со всего, что будет выплавлено на заводе, будет ваш, если вы согласитесь.

– Один процент? – его бровь поднялась, – выглядит маловато.

– Учитывайте то, что в наших планах с партнёрами, захват всех серебряных рудников Кастилии, – намекнул я ему, – ну и конечно найм рабочих и прочие расходы, будут за мой счёт, вы получите свой процент только за всеобщее руководство и контроль. Мы через многое с вами прошли, давно знаем друг друга и определённо я могу вам доверить своё серебро.

– Могу я узнать, кто другие ваши партнёры, сеньор Иньиго? – тихо поинтересовался у меня он.

– Архиепископ Толедо, которого вы сегодня лицезрели, – улыбнулся я, – маркиз де Вильена и его брат сеньор Педро Хирон.

– Маркиз де Вильена, нынешний фаворит Его высочества Энрике IV, как я слышал, – задумчиво произнёс он.

– «Уже нет, но зачем я буду об этом говорить сейчас, когда ты принимаешь решение, – подумал я про себя».

– Один из, – не соврал я нисколько вслух.

Главный судья думал, а я ему не мешал.

– Сеньор Иньиго, здраво рассудив, я решил, что два процента от всего произведённого серебра заставят меня трудиться не за страх, а за совесть, поскольку я прекрасно понимаю тот объём работы, который мне придётся делать, чтобы не ударить в грязь лицом, – наконец ответил он мне.

Я молча протянул ему руку.

– Сделка заключена, сеньор Арсенио.

Улыбка скользнула по его губам, и он пожал мне запястье.

– Когда я могу приступать? – поинтересовался он.

– Завтра мы поедем на производство, – ответил я, – я введу вас в курс дела, скажу сеньору Леону Баттиста Альберти о том, что вы теперь будете присматривать за всем производством целиком, также дам вам контакты, кому написать во Флоренцию насчёт грамотных инженеров и ещё оставлю подробные инструкции по тому, как я вижу развитие завода. Ну а дальше вам придётся делать всё самому, поскольку мне нужно отплывать в Сарагосу. Вы ведь не забыли надеюсь, что у нас тут война наметилась между Кастилией и Арагоном.

– Забудешь тут, – хмыкнул он и согласился, – хорошо, сеньор Иньиго, если мне будет что непонятно, ждите гонцов.

– Я уверен, что вы сами во всём прекрасно разберетесь, сеньор Арсенио, – польстил я ему, – но, конечно, я буду помогать вам и не брошу заниматься всем, совсем уж одному.

– Тогда я вам больше не нужен? Пойду подумаю, с чего начать, – поднялся он с кресла и я последовал его примеру, проводив до самых ворот и простившись, когда он сел в повозку. Когда мой новый компаньон уехал, я увидел, как меня ждут два рыцаря.

– Сеньор Аймоне? Сеньор Фелипе? – я повернулся к ним, и они подошли ближе.

– Сеньор Иньиго, можно вопрос? – военный маршал Ордена Девы Монтесской смущённо на меня посмотрел, показывая на бумаги, – а что это? Бернард передал нам их утром.

– То, что я вам обещал ещё тогда, когда мы плавали вместе, – улыбнулся я, – эскизы новой одежды для всех моряков, предметы для их гигиены, а также рундуки со всем необходимым для жизни на корабле.

Глаза рыцарей расширились.

– Вы хотите обеспечить всем этим каждого? – изумились они в один голос, – это же куча денег!

– Каждый моряк, попадая на службу в Арагонскую Ост-Индскую Компанию будет отныне обеспечен одеждой и средствами ухода за собой, а также всем необходимым для жизни на корабле, – серьёзно ответил я, – всё будет выдаваться под опись и забираться, если моряк захочет оставить службу, также для любителей портить вещи, мы с вами обсудим штрафы и особые правила, чтобы их убедить в том, что этого делать не нужно.

– Если это для моряков, тогда эти листы для нас? – сеньор Аймоне показал на вторую пачку бумаги.

– Да, то же самое, только касается дворян, – спокойно ответил я, – войлочные треуголки, плащи, да и в целом единая униформа для всего высшего состава кораблей.

– Зачем вам это, сеньор Иньиго? Такая огромная трата денег? – не понимали они моего решения.

– Кораблей становится всё больше, сеньоры, – улыбнулся я, – так что о нас скоро заговорят во многих местах. Обеспечивая моряков вещами первой необходимости, мы сделаем себе такую известность, что будем сами отбирать тех, кто захочет у нас служить, а не довольствоваться отбросами. Ну и согласитесь, легко будет отличить наших моряков и дворян, от других.

– Это конечно, – закачали они синхронно головами, – но такие траты!

– Я с самого начала знал, что владеть кораблями будет безумного дорого, – вздохнул я, поскольку это было правдой. Почти все мои доходы шли на обеспечение кораблей, закупку провизии, оплату жалования рыцарям и послушникам, а ведь нужно было ещё и ещё, поскольку суда строились и строились на Генуэзских верфях. В общем, игра в кораблики обходилась мне очень дорого, но я знал, ради чего это делаю.

– Дело ваше конечно, сеньор Иньиго, – вздохнул сеньор Аймоне, – вы и так высоко задрали планку обеспечения моряков и рыцарей всем необходимым на кораблях, никто у нас в Ордене не платит жалование за службу, только доля с добычи, поэтому-то желающих служить у вас хоть отбавляй.

– Займитесь пожалуйста всем этим сами, – попросил я их, – у меня просто нет времени на поиск цехов портных и прочих ремесленников, а вам я могу доверять как себе, мы уже так много с вами прошли.

– Конечно, сеньор Иньиго, – оба рыцаря от похвалы зарделись, словно девицы, – мы всё сделаем, не беспокойтесь!

– Да и ещё свяжитесь с сеньором Джорджо Лоредано в Светлейшей, – напомнил я им о своих договорённостях с венецианцами, – он обещал купить мне десять тысяч аркебуз у немцев. Договоритесь о сроках поставки их в Аликанте.

– Да, конечно, сеньор Иньиго, мы помним об этом, – кивнули рыцари.

– Сеньор Иньиго, а что насчёт договора с моим Орденом? – смущённо поинтересовался у меня Великий госпитальер, – мне всё ещё неловко, что я отдал Ордену все ваши трофейные корабли.

– Завтра вечером я отбываю, сеньор Аймоне, – задумался я, – загляните ко мне перед отбытием, я хочу обсудить с вами один вопрос, как раз связанный с новым договором, между нами.

– Конечно, я буду.

Мы раскланялись с рыцарями и пошли дальше по своим делам.