Текст книги "Путь познания (СИ)"

Автор книги: Дмитрий Серебряков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 16 страниц)

На месте, где секунду назад стоял демон, выпрямилась огромная фигура. Капитан Магнус ди Яго. Его двухметровый меч тускло поблескивал, а в карих глазах плескалась такая концентрированная всепоглощающая ненависть, что от одного его взгляда можно было замерзнуть.

– Заберите их отсюда, – гудящим басом коротко приказал капитан, не отрывая тяжелого взора от остановившегося вдалеке демона.

Из воздуха, соткавшись из серых теней, за спиной Яго появились четыре фигуры. Офицеры его подразделения, облаченные в практичную и знакомую всем форму инквизиторов. Никакой суеты или лишних слов. Они действовали как единый механизм.

Один мгновенно подхватил теряющего сознание Акиро. Второй закинул на плечо Тихона. Третий рывком поднял на ноги обессиленную Ингрид, а четвертый помог подняться Софии.

– И побыстрее, – процедил Яго, поудобнее перехватывая рукоять своего огромного меча. Мышцы на его шее вздулись. – А то у меня здесь дела наметились.

Буер вдалеке рассмеялся. Звонко, радостно.

– О! А вот это уже интересно! Ты наконец заявился собственной персоной!

Демон и капитан инквизиции сорвались с места одновременно. Земля под их ногами просто взорвалась. То, что началось дальше, сложно было назвать боем, это было столкновение двух стихийных бедствий.

Масштаб их силы был настолько огромен, что только в первые секунды столкновения ударная волна снесла остатки зданий в радиусе ста метров. Удары огромного меча Яго и демонической магии Буера порождали взрывы, вспарывающие землю до скального основания. Деревня Чегузка просто перестала существовать. Вместо домов, улиц и заборов начал стремительно образовываться гигантский дымящийся кратер, в центре которого носились две размытые фигуры, порождая гром и вспышки света.

Офицеры инквизиции, тащившие на себе раненых, откровенно матерились сквозь зубы на своего капитана.

– Твою мать, мог бы и подождать пару секунд! – прохрипел один из них, когда очередная ударная волна едва не сбила их с ног. Они на пределе сил, используя техники ускорения, выскочили из урагана смерти, едва не попав под перекрестный удар запредельной мощи.

* * *

Но столкновение Буера и Яго было лишь эпицентром разгорающейся бури. Все вокруг пришло в движение. Локальная битва вокруг Чегузка слилась с глобальным контрнаступлением.

Далеко на горизонте, там, где небо окрасилось в багровые тона от демонических костров, земля задрожала от поступи тысяч копыт. Тяжелая конница рыцарей Ордена, выстроившись клином, врезалась в ряды нечисти, сминая чертей и троллей в кровавое месиво. Копья сверкали в лучах солнца, пробивая доспехи и плоть.

Левее от них, поднимая тучи пыли, стройными непробиваемыми рядами шла в атаку пехота. Закованные в сталь солдаты, словно безжалостная машина, шагали в едином ритме, обрушивая на орды низших демонов шквал болтов из тяжелых арбалетов и огненные шары армейских операторов духов. Линия фронта кипела, исторгая крики ярости и предсмертные хрипы.

А далеко от эпицентра вторжения, там, где в воздухе пульсировала черная воронка пространственного прорыва, развернулась своя битва. Элитный отряд инквизиторов, действуя с пугающей синхронностью, обрушился на силы, защищавшие портал. Клинки вспарывали воздух, заклинания разрывали демонических стражей на куски. Они пробивались к самому сердцу угрозы, чтобы уничтожить проход и отрезать врага от подкреплений.

* * *

Рывок конницы не был похож на красивую картинку из рыцарских романов. Это был скрежет ломающегося железа, хруст костей и влажное чавканье разрубаемой плоти. Первый ряд всадников Ордена просто перестал существовать в момент столкновения с передовым заслоном троллей. Копья пронзали шкуры, но живая стена огромных туш сбивала лошадей, превращая авангард в месиво из стали и мяса.

Наступление шло. Медленно, пядь за пядью, армия вгрызалась в ряды нечисти, но цена каждого шага была запредельной.

На левом фланге строй пехоты ощетинился пиками. На них неслась волна гончих – тварей, состоящих из мышц и когтей. Первый залп арбалетчиков выкосил лишь авангард этой волны. Когда твари долетели до щитов, строй дрогнул. Одного из солдат выдернули прямо из шеренги, когтистая лапа вцепилась в забрало шлема и сорвала его вместе с головой. На его место тут же встал следующий, переступив через тело товарища. Успех здесь измерялся не захваченной территорией, а горами трупов, и человеческих, и демонических, перемешанных в общей канаве.

Центр. Тяжелые доспехи не спасали от демонического огня. Один из рыцарей, чье знамя еще секунду назад гордо реяло над полем, превратился в живой факел. Он не кричал – боевая закалка или просто шок – он продолжал рубить, пока суставы его лат не спеклись, превращая воина в неподвижную стальную статую посреди хаоса.

Позади наступавших полков оставалась выжженная земля, усеянная обломками оружия. Повозки с ранеными не успевали отъезжать, их было слишком много. Молодые оруженосцы, чьи лица были серыми от копоти и ужаса, судорожно перетягивали обрубки конечностей своим господам прямо в грязи, посреди моря крови и трупов.

Наступление было успешным. Демонов теснили. Но за этот успех Гадар платил своей лучшей кровью. Каждый метр отвоеванной дороги в сторону портала был вымощен телами тех, кто уже никогда не увидит рассвета. Армия шла вперед, шагая по собственным мертвецам, ведомая единственной целью – погасить проклятый свет портала.

* * *

Элитный отряд инквизиторов пробивался к подножию портала. Их было двенадцать – лучших мастеров меча, чьи движения были выверены годами тренировок. Сейчас их осталось пятеро. Они двигались в плотном строю, создавая вокруг себя купол из чистой энергии, который испарял мелких бесов еще на подходе. Потери были страшными: тела их братьев остались позади, растерзанные высшими стражами разлома, но цель была близка. До пульсирующего черного зева оставалось не более десяти шагов.

Один из инквизиторов уже начал вливать силу в разрушительное заклинание, его меч засветился ослепительно белым, готовясь нанести удар по ткани реальности.

И в этот миг мир вокруг них просто исчез, сменившись синей вспышкой.

Буер возник не из пустоты, он заявился на такой скорости, что воздух за ним схлопнулся с грохотом вакуумного взрыва. Демон выглядел потрёпанным: его синяя кожа была покрыта глубокими рубцами, левый рог обломан, а из раны на боку сочилась густая темная жидкость. Но даже в таком состоянии его мощь была запредельной.

Он не стал вступать в фехтовальный поединок. Он просто прошел сквозь отряд инквизиторов.

Первого он убил на ходу, даже не глядя, просто снес голову коротким движением ладони, словно смахнув пыль с подоконника. Второй инквизитор успел выставить блок, но удар Буера прошел сквозь его меч и доспехи, как раскаленный нож сквозь масло. Тело воина просто развалилось на части, когда демон пронесся мимо. Остальные трое погибли в следующую секунду, Буер двигался так быстро, что казалось, будто он находился во всех точках пространства одновременно. Это был не бой. Это было уничтожение. Пять опытных бойцов двух подразделений инквизиции были уничтожены за мгновение, словно назойливые букашки, мешавшие пройти к двери.

Не останавливаясь ни на секунду, Буер мощным толчком прыгнул вверх и исчез в черном мареве портала. На долю секунды в воздухе повисла звенящая мертвая тишина, прерываемая лишь хрипами умирающих.

И тут небеса раскололись.

Сверху, прямо из облаков, которые разошлись гигантской воронкой, обрушился удар страшной мощи. Это не было заклинание, это была чистая физическая сила, воплощенная в стали. Капитан Яго, подобно карающему метеору, рухнул на портал.

Чудовищный грохот заставил содрогнуться землю в радиусе нескольких километров. Двухметровый меч Яго, напитанный яростью и всей оставшейся энергией капитана, вошел в центр разлома. Ткань пространства не выдержала. С визгом, от которого лопались барабанные перепонки, портал начал рваться. Черное марево вспыхнуло фиолетовым, по нему пошли трещины, и в следующую секунду конструкция, державшая проход между мирами, разлетелась на части.

Яго упал на землю в самом центре кратера, возникшего на месте портала. Удар был такой силы, что его тело выбило в каменистом грунте яму.

Капитан медленно поднялся на ноги. Вид его был потрёпанным, если не сказать хуже. Знаменитая капитанская форма инквизитора превратилась в лохмотья, обнажая мощный торс, покрытый копотью и кровью. На правом плече зияла глубокая рана – след от когтей Буера – но прямо на глазах она начала стягиваться, края плоти смыкались, повинуясь воле и безумной регенерации воина.

Он стоял посреди дымящихся руин реальности, опираясь на свой гигантский меч, и смотрел на то место, где только что исчез демон. Его взор был полон такой ярости, что казалось, воздух вокруг него тлел.

– Опять сумел уйти. Но ничего. Рано или поздно я тебя достану, – зло проскрежетал Яго, и этот звук был страшнее любого демонического вопля.

Глава 17

Глава 17

Колеса выкрашенной в глубокий черный цвет изящной кареты с тихим шорохом прокатились по идеально ровной подъездной аллее, вымощенной белым камнем. Экипаж, запряженный четверкой вороных лошадей чистейшей породы, плавно остановился перед парадными дверями поместья Шереметьевых. Архитектурный шедевр, выдержанный в строгом, но помпезном классическом стиле, подавлял своим величием. Высокие мраморные колонны, поддерживавшие массивный портик, арочные окна и застывшие в вечном дозоре каменные грифоны – всё здесь кричало о древности, богатстве и непоколебимом весе рода в иерархии знати Гадара.

Дверца кареты отворилась еще до того, как кучер успел соскочить с козел. На брусчатку уверенно ступил Ярослав Олегович Шереметьев, текущий глава дома. На нем был безукоризненно скроенный темный сюртук, подчеркивавший идеальную осанку и военную выправку. Лицо его, обычно выражавшее холодное спокойствие, сейчас было омрачено едва заметной складкой меж бровей.

Как только Ярослав переступил порог особняка, пространство вокруг будто замерло. Слуги в строгих ливреях с гербом Шереметьевых, попадавшиеся ему на пути в бесконечных коридорах, мгновенно останавливались, вжимаясь в стены, и кланялись так низко, что их взгляды упирались в начищенный до зеркального блеска паркет. В их поклонах читалась не только вышколенная веками почтительность, но и затаенный липкий страх. Нынешний глава не прощал ошибок.

Миновав анфиладу залов, украшенных гобеленами и портретами предков, Ярослав остановился перед массивными дубовыми дверями. Два гвардейца личной охраны безмолвно распахнули их, пропуская хозяина внутрь.

Кабинет Олега Всеволодовича Шереметьева, бывшего главы и отца Ярослава, тонул в мягком свете магических светильников. Сам старик сидел в глубоком кожаном кресле у огромного камина, задумчиво перебирая в узких сухих пальцах четки. Несмотря на преклонный возраст, его глаза оставались ясными, цепкими и холодными, как острие клинка.

– Проходи, сын, – скрипучим, но твердым голосом произнес Олег Всеволодович, не глядя на вошедшего. – По твоему шагу слышу, новости скверные.

Ярослав опустился в кресло напротив отца, расстегнув пуговицу сюртука.

– Отряд наемников, отправленный в Скрал за девчонкой Яго и этим сиротой, Акиро… исчез, – сухо доложил Ярослав. – Никаких следов. Ни тел, ни артефактов связи. Они просто испарились в тот самый момент, когда на деревню обрушились демоны.

Пальцы старика на секунду замерли, остановив ход четок.

– Испарились? Элита Гильдии, на которую мы потратили состояние, растворилась в воздухе? – Олег Всеволодович медленно повернул голову. – Демоны могли их уничтожить, да. Но совпадение слишком идеальное. Кто-то знал, что они там будут. Кто-то знал нашу цель.

– Я пришел к тому же выводу, отец, – кивнул Ярослав, сжав челюсти. – Среди наших ближних есть предатель. Кто-то, кто слил информацию либо Инквизиции, либо напрямую тварям из Демосфена.

– Предательство в роду Шереметьевых, – старик усмехнулся, но в этой усмешке не было ни капли веселья, лишь ледяная угроза. – Нам нужно выпотрошить эту крысу. Подготовь дезинформацию. Пусти слух о перемещении крупной суммы золотом или о скрытом рейде в один из буферных секторов. Сделай три разных утечки для трех разных кругов доверенных лиц. Посмотрим, куда ударят твари. Тот, чья информация уплывет – труп.

– Сделаю, – согласился Ярослав. – Но есть еще кое-что, не дающее мне покоя. Официальные сводки инквизиции о событиях в Скрале пестрят белыми пятнами. Этот мальчишка, Акиро… его дух демонстрирует аномальные всплески силы. Возможности, о которых в архивах упоминается лишь вскользь, да и то в разделе древних легенд. Если верить сухим цифрам отчетов третьего отряда, там происходило нечто, не поддающееся логике классических уровней духовной силы.

– Мальчишка – темная лошадка, – задумчиво пробормотал Олег Всеволодович. – Держи его под наблюдением. Если он выживет в мясорубке Линберга, его ценность возрастет тысячекратно. Кстати, о ценности… Ты говорил с Софьей?

При упоминании младшей сестры Ярослав едва заметно поморщился. Софья Олеговна, гениальный профессор Академии наук, обладала не только выдающимся интеллектом, но и фамильным упрямством Шереметьевых.

– Еще нет. А разве ты уже решил с ней вопрос?

– Мне удалось добиться от нее согласия на помолвку с Тихоном, – со вздохом произнес старик. – Но боги свидетели, мне это дорого обошлось. Пришлось отдать ей браслет Эреба.

Глаза Ярослава расширились от искреннего изумления.

– Тот самый артефакт из Ольмара? Отец, это же реликвия рода! Мы даже до конца не знаем, какие плетения скрыты в этой рунной вязи!

– Именно поэтому она и согласилась, – старик раздраженно отмахнулся. – Ее профессорское любопытство перевесило гордость. Она спит и видит, как расшифрует этот артефакт. Но условие Софьи жесткое: официальная помолвка состоится, только если ее личное общение с Илларионом Тихоном сложится… как она выразилась, «приемлемо для ее душевного равновесия».

– Значит, мы не можем пустить это на самотек, – быстро сориентировался Ярослав, мозг которого уже просчитывал вероятности. – Тихон – старший офицер, его вес в Ордене растет. И возможно, именно он станет новым Коммодором тринадцатого сектора. Этот союз не только вернет в семью Акиро, но и укрепит наши позиции на южных рубежах сектора. Мы должны подстроить их с Софьей случайные встречи. Создать ситуации, где Тихон проявит себя так, как нужно Софье. Я подключу наших людей. У нее не должно остаться сомнений, что этот брак – ее собственный блестящий выбор.

Олег Всеволодович медленно кивнул, и его пальцы вновь принялись методично перебирать четки.

– Сделай это, Ярослав. И найди предателя. Род Шереметьевых не терпит гниль в своих рядах.

* * *

Просторный кабинет на верхнем ярусе штаба инквизиции утопал в тишине, которую нарушало лишь мерное тиканье старинных механических часов. Свет падал сквозь панорамные окна, выхватывая массивный дубовый стол и четверых присутствующих.

Капитан тринадцатого подразделения Ганс Отто Вайнштейн нервно потер переносицу. Его аристократическое молодое лицо сейчас выражало крайнюю степень раздражения.

– Мы проморгали полноценное вторжение, господа, – сухо констатировал он, опираясь тяжелыми кулаками о столешницу. – Не просто кучку одержимых, а старшего демона с его свитой. Буер развернул свою орду у нас под носом, прямо на границах сектора! Как прикажете это объяснять Совету?

Капитан третьего подразделения Шинзо Акамура, сидевший напротив с идеально ровной осанкой, даже не моргнул. Его темная форма инквизитора сидела на нем без единой складочки.

– Объяснять придется не только Совету, – бесстрастно отчеканил Акамура. – Представители аристократии уже точат ножи. Западная и Восточная ветви не упустят шанса ударить по авторитету инквизиции, указав на нашу некомпетентность. Варны и так дышат нам в затылок, ожидая малейшей оплошности, чтобы перераспределить влияние в свою пользу. Их претензии будут обоснованы: безопасность периметра нарушена, агентурная сеть третьего подразделения не зафиксировала аномальных всплесков демонической энергии до самого момента бойни. Демон использовал первоклассную маскировку.

Магнус ди Яго, капитан четырнадцатого подразделения, тяжело вздохнул. Его лицо выглядело осунувшимся, сказывался стресс последних дней, когда жизнь его единственной дочери висела на волоске.

– Меня больше волнует, почему отбор в ученики к Эдвину Линбергу в очередной раз превратился в кровавую баню! – рыкнул Магнус, сжав челюсти. – Мы посылаем туда ребят под присмотром офицеров, а на выходе получаем бойню, где они чудом остаются в живых. Этот эксцентричный ученый переходит все границы. Его испытания не просто опасны, они притягивают катастрофы.

– Линберг всегда действовал на грани дозволенного, – возразил Вайнштейн, хмуря брови. – Но мы сами дали ему эту свободу. Вопрос в том, сколько еще таких «случайностей» мы готовы терпеть, прежде чем вмешаемся в его методы отбора напрямую?

В углу кабинета, в массивном кресле с высокой спинкой, утопала щуплая фигура. Кардинал Франциск IX, казалось, глубоко спал. Его прикрытые веки подрагивали, а дыхание было настолько тихим, что старика можно было принять за восковую фигуру. Шесть сотен лет жизни наложили на него отпечаток абсолютного спокойствия. Кардинал медленно открыл глаза, ясные, цепкие и пугающе молодые.

– Вы упустили главное, – спокойно и уравновешенно выдохнул Франциск, и его тихий голос мгновенно заставил капитанов замолчать. – Не важно, насколько опасно испытание. Важно, что все кандидаты в его ученики выжили. И это факт. А еще важно, что он опять получит то, что хотел. Эдвин, как и раньше, меня удивил. А ведь когда-то это был такой забавный мальчуган… Эх, приятно вспомнить, как он бегал по коридорам архива, путаясь в собственных ногах…

– Господин, вы опять отвлекаетесь, – сухо прервал его Акамура. В голосе главы тайной полиции не было ни капли пиетета перед воспоминаниями шестисотлетнего старца, только холодный прагматизм.

Франциск лишь едва заметно улыбнулся одними уголками губ, ничуть не обидевшись на резкость подчиненного.

– Вернемся к фактам, – откашлявшись, произнес Магнус ди Яго. – Если бы не тот сигнал, мы бы опоздали.

– Вот здесь начинаются главные вопросы, – Акамура подался вперед, сцепив пальцы в замок. – Магнус, вы утверждаете, что получили точные координаты местонахождения вашей дочери через стандартный артефакт связи. Но мои люди провели проверку. Этот артефакт изначально принадлежал Софии Линберг. И что самое интересное, на месте бойни мы его так и не нашли. Сигнал был отправлен точно в тот момент, когда ситуация достигла критической точки, и затем канал связи был физически уничтожен.

Кардинал Франциск IX медленно повернул голову к окну. Там, во внутреннем дворе штаба, роняла лепестки старая сакура.

– Забавно, – задумчиво рассматривая дерево, протянул кардинал. – Почему он сообщил об Ингрид и Софии именно тогда, а не раньше? Зачем тянул время?

– Возможно, отправитель ждал, пока Буер ослабит бдительность, увлекшись боем, – предположил Вайнштейн.

– Или же сигнал был отправлен в момент, когда сам отправитель уже находился в безопасности и мог позволить себе выдать позицию, не опасаясь немедленного обнаружения демоном, – добавил Акамура, мысленно анализируя тайминги из рапортов. – Логика выживания. Отправитель понимал, что самостоятельно вытащить пленников из подвала он не сможет.

Франциск никак не отреагировал на теории капитанов. Он продолжал следить за падающими лепестками, будто ответ был написан на них.

– Насчет пленников в подвале, – Акамура переключился на следующую тему, с тихим шелестом открывая очередную черную папку с рапортами. – Мои дознаватели детально опросили Ингрид и Тихона, а также изучили доклад Софии. Третье подразделение установило: все трое были захвачены демонами. Где именно находился Акиро, и что он делал в конце схватки и после нее, нам достоверно неизвестно. Телом парня управлял его дух. И этот дух наотрез отказался выходить на контакт со следователями.

– Как это – отказался? – искренне удивился Магнус ди Яго, подавшись вперед. – Шинзо, ты что, разучился допрашивать духов? У третьего подразделения есть десятки методик подавления…

– Мне запретили, – сухо высказался Акамура, и его обычно бесстрастное лицо дрогнуло. Он бросил короткий, почти обвинительный взгляд в сторону кресла кардинала.

Сам же Франциск IX продолжал игнорировать происходящее. Старик расслабленно наблюдал, как ветер играл с ветвями сакуры за окном. Внешне он казался дремлющим старцем, но прямо сейчас в его феноменальной памяти, способной хранить воспоминания шести столетий, всплыл весьма забавный эпизод, происшедший всего сутки назад.

* * *

Узнав из первых сводок о совершенно нетипичных событиях, произошедших с сиротой из трущоб, кардинал решил лично взглянуть на столь перспективного кандидата в ученики Линберга. Франциск IX, сильнейший инквизитор Гадара, носитель мощи четырех духов, мог бы вызвать мальчишку к себе. Но это было бы слишком скучно, и главное, привлекло бы ненужное внимание. Так что замаскировавшись под самого обычного, ничем не примечательного старика-горожанина, он прибыл в сектор, где жил Тихон.

Самому кардиналу было откровенно забавно вспомнить молодость и вот так, по-мальчишески, использовать свою чудовищную силу для банальной скрытности. Он идеально слился с фоном, обнулив свое присутствие до состояния пустоты, и незаметно проник на задний двор особняка.

Вот только Франциск немного недооценил инстинкты объекта наблюдения.

Дух Акиро, отдыхавший на границе подсознания парня, вдруг ощутил не просто угрозу, он ощутил, как к дому бесшумно приближался бездонный океан первозданной мощи. Нечто настолько древнее и тяжелое, что само пространство вокруг сада за домом начало прогибаться. Дух, обычно наглый и самоуверенный, впечатлился настолько, что не раздумывая ни секунды, вышвырнул сознание Акиро в сон, перехватил контроль над телом и вместо того, чтобы выйти в сад навстречу гостю, сиганул в окно на улицу.

Парень, ведомый духом, мчался по улицам Гадара на пределе возможностей мышечного каркаса, петляя по тесным переулкам, уходя от любых теней. Дух был уверен, что смог оторваться от этого «ходячего стихийного бедствия».

Выскочив из тесного и душного переулка, беглец оказался в одном из городских фруктовых садов. Воздух здесь пах спелыми яблоками и нагретой солнцем травой. Дух остановился, тяжело дыша, и только собрался победно усмехнуться, как буквально подпрыгнул на месте.

Сбоку раздался спокойный скрипучий голос:

– Какие любопытные способности обнаружения.

Кардинал сидел на мягкой траве, привалившись спиной к стволу старой яблони. Он неспешно крутил в руках сорванное яблоко, хитро прищурившись и будто раздумывая, стоит его надкусить или нет.

– Мне пришлось изрядно постараться, чтобы скрыть себя от твоего взора, – с легким уважением произнес Франциск. – Занятно. Давно меня так не раскрывали.

– Не понимаю, о чем вы, дедуля, – судорожно сглотнув, выговорил дух. Тело Акиро начало потихоньку, шаг за шагом, пятиться, готовое в любую секунду сорваться в Диеградус.

– Да ты не спеши, – кардинал дружелюбно кивнул на траву возле себя. – Присаживайся рядом. Уважь старика.

– Да вы знаете, уважаемый, пожалуй, я пойду. У меня там… утюг не выключен, дела, и всё такое… – начал было дух, отступая всё дальше и прикидывая вектор прыжка.

– Сядь! – резко выдохнул кардинал.

Это был даже не приказ. Франциск выпустил наружу крошечную, микроскопическую каплю своей реальной силы. Но для духа этот выпуск ощутился так, будто на его плечи обрушилась гранитная скала. Воздух мгновенно стал плотным как вода.

Тело Акиро моментально снесло, подбросило и усадило прямо на задницу в полуметре от кардинала.

– Не, ну если вы так настаиваете, то конечно, я не против! – преданно закивал дух, лихорадочно соображая, как выжить.

– «Малая, нам хана! Выручай, или этот дед сейчас нас тут же и похоронит, даже ямку копать не придется!» – мысленно, на пике паники, обратился дух к своему единственному, но могущественному козырю, скрытому глубоко в астральной связке.

В ответ по каналу связи пришло четкое понимание ситуации и предельно серьезный холодный отзыв. Тайная сущность выдвинула жесткое требование: немедленно отдать ей все резервы энергии и бразды правления над духовными потоками. Дух, прекрасно осознавая разницу в весовых категориях со стариком, не раздумывал ни мгновения. Он передал полный контроль духовной составляющей парня, оставив себе только контроль над телом.

Пространство вокруг сидящего на траве Акиро исказилось. Воздух зазвенел. Вокруг тела парня начала закручиваться плотная обжигающая спираль силы. Это была не просто стандартная духовная аура, а концентрированная осязаемая чистая энергия. За спиной Акиро из пустоты соткался призрачный, но пугающе реальный силуэт колоссальной лисы с девятью развевающимися хвостами.

Лисица была в ярости. Ее шерсть искрилась, а глаза горели потусторонним огнем. Однако, будучи существом умным и расчетливым, она моментально оценила ауру сидящего перед ней старика. Понимая, что в открытом бою ей эту «аномалию» не сдержать даже секунды, лисица решила действовать хитростью: прямо под ногами Акиро начал стремительно формироваться сложнейший узор пространственного портала для экстренной эвакуации.

– Ух ты, какая изящная малышка, – искренне улыбнулся кардинал, с интересом разглядывая девятихвостую фигуру. Но затем его улыбка стала чуть холоднее, а взгляд строже. – А ну-ка, перестань баловаться.

Франциск IX даже не шевельнул рукой. Он просто посмотрел на формирующийся портал.

В тот же миг звенящие спирали силы с тихим хлопком растворились в воздухе. Печать под ногами Акиро рассыпалась на бесполезные искры, так и не успев активироваться. Абсолютное, безоговорочное подавление чужой воли.

Поняв, что силовой вариант провалился с треском, дух лисицы мгновенно сменила тактику. Грозная призрачная фигура съежилась, покорно умостилась на траве рядом с Акиро и жалобно состроила глазки кардиналу. Лисичка прижала уши, обернула хвосты вокруг ног и сделала мордашку максимально трогательной. На ее мордочке читалась детская вселенская обида: мол, страшные злые буки обидели беззащитного пушистого ребенка.

– Боже, ну какое милое создание, – умилился старик, покачав головой. Но тут же насмешливо хмыкнул. – А еще и дьявольски хитрое. Что, пытаешься мною манипулировать? Думаешь, у старого Франциска не поднимется рука обидеть такое очаровательное пушистое создание?

Лисичка преданно и часто закивала головой, еще ниже опуская ушки и заискивающе заметая пушистым кончиком хвоста по траве.

– А что, разве обидите? – скромно и предельно вежливо произнес дух из тела Акиро, стараясь звучать, как самый послушный мальчик в Гадаре.

– Ладно. Не буду я вас обижать. Да и не собирался изначально, – добродушно отмахнулся кардинал, надкусывая наконец яблоко. – Но чтобы больше без пространственных фокусов. Ясно?

Дух в теле подростка и лисичка в призрачной форме синхронно и энергично закивали.

– Ну что вы, глубокоуважаемый господин, какие могут быть фокусы перед лицом вашей мудрости? – елейным голосом протянул дух.

– Не строй из себя клоуна, парень. Тебе этот образ совершенно не идет, – поморщился Франциск. Он сделал почти небрежный жест рукой, и призрачная форма лисицы мягко развеялась, втянувшись обратно в ауру Акиро. – А ты, малышка, иди, отдыхай. Нечего вам энергию просто так тратить. К тому же, чувствую я, нам предстоит долгий, и надеюсь, плодотворный разговор.

Когда лисица исчезла, дух, поняв, что убивать их прямо сейчас не будут, мгновенно вернул себе привычную наглость.

– Ладно, дед. Твоя взяла, – усмехнулся он, расслабив плечи. – Ну и чего ты от нас хотел? Зачем весь этот спектакль с прятками?

– В общем и целом картину происшедшего с Буером я уже понял, – задумчиво произнес кардинал, выкидывая огрызок, который тут же истлел в воздухе. – Но в официальных бумагах слишком много белых пятен. Давай-ка ты мне все детально и подробно расскажешь. Без утайки.

– И с чего мне начать эту увлекательную историю? – обреченно вздохнул дух, понимая, что врать этому монстру себе дороже.

– Со своего пробуждения, – мягко, но с металлом в голосе приказал кардинал. – И ничего не упускай…

* * *

Три капитана пристально смотрели на кардинала и ждали хоть какой-то реакции. Но ее не было. Франциск как смотрел на сакуру, так и продолжал. Осознав, что они так ничего не добьются, Акамура осуждающе покачал головой и, переведя свой взор на остальных, продолжил.

– Ладно. Вернемся к деталям. И вот что меня еще заинтересовало. Почему всех троих нечисть потащила в лагерь? Я понимаю, что с девушками мотивация демонов кристально ясна. София Линберг и Ингрид ди Яго – идеальный материал для демонических ферм-инкубаторов. Высокий потенциал, чистая кровь. Но вот зачем они потащили в свой лагерь тяжелораненого офицера Тихона?

– Возможно, кто-то из демонов планировал использовать его как материал для ритуала перерождения или создания высшего одержимого, – нахмурился Магнус. – Тело опытного воина – ценный ресурс.

– Или же как заложника для давления на кого-то внутри города, – кивнул Вайнштейн. – Но это не объясняет, как именно они оказались вне лагеря. И главное: как загадочный дух мальчишки Акиро смог проникнуть в лагерь нечисти, укрыться от восприятия старшего демона и вытащить скрытно троих пленников прямо у него из-под носа?

В кабинете повисла тяжелая пауза. Рапорты описывали невероятную скорость и скрытность духа, но никто не мог дать технического объяснения его действиям. Даже Акамура, знавший каждую тайну в городе, выглядел озадаченным. Дух будто издевался над законами логики, не оставляя никаких улик.

– Это мы выясним позже, когда мальчишка пройдет отбор и окажется в стенах Академии, – резюмировал Магнус. – Сейчас у нас есть проблема куда масштабнее загадочного духа. Смерть коммодора Всеслава Зарубина.

Лицо Вайнштейна помрачнело.

– Зарубин был не просто коммодором тринадцатого сектора рыцарей. Он был одним из немногих в их рядах, кто безоговорочно поддерживал инквизицию. Настоящий ярый сторонник радикальной зачистки нечисти, не склонный к политическим интригам. Его гибель – колоссальный удар по нашему влиянию в секторе.

– В обычное время он подчинялся только Совету, – сухо констатировал Акамура. – Но в условиях военного положения, которое было введено из-за прорыва демонов, его ресурсы перешли к главному стратегу. В данный момент тринадцатый сектор обезглавлен. Нам нужно немедленно инициировать кулуарные переговоры, чтобы новым коммодором рыцари порекомендовали человека хотя бы нейтрального к инквизиции. Иначе мы рискуем получить марионетку Совета у себя в тылу.