Текст книги "Спрут (СИ)"
Автор книги: Дмитрий Ромов
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 18 страниц)
– Да ты не охерел, крысёныш? – рявкнул Давид.
– Ну, посмотрите сами, Давид Георгиевич, – ответил я совершенно спокойно, – какие для вас это открывает перспективы. Жизнь, а может быть, даже и свобода. Об этом пока рано говорить, прям сразу свобода, конечно, вряд ли, это так, чисто маркетинговый ход с моей стороны. Тем не менее, давайте вместе подумаем, что может предложить этим дядям мелкий уголовный нацмен типа Чингиза?
– Что ты несёшь… – чуть рассеянно проговорил он.
– Не разочаровывайте меня. Вы же голова. Находитесь в критической ситуации. Взяты с поличным. Соображайте! Существует ли что-то такое, за что Чингиз ухватится очень крепко и настолько сильно, что это позволит ему закрыть глаза на смерть старшего сына?
– Нет такой вещи, – хмуро сказал Давид и осёкся, а потом добавил после длительной паузы. – В каком смысле?
– А! – обрадовался я. – Пошла мысль, да? Ну вот. Знаете, что такое нетворкинг?
Давид не ответил. Думал. Лицо его чуть изменилось – что-то там закрутилось, начало проворачиваться. И я выдохнул… Кажется тигр подставил голову, чтобы на неё накинули аркан…
– Я предлагаю, Давид Георгиевич, найти боли и потребности различных сторон. Найти и закрыть их. Дать им то, что нужно каждому из них. Удовлетворить. Чувствуете силу мысли? Если нет, то единственное, что я смогу для вас сделать, это поинтересоваться текстом эпитафии, которую вы бы хотели иметь на своём памятнике.
* * *
От Садыка я поехал домой, чтобы взять из тайника деньжат. Вёз меня Витя, водитель Ангелины, так и не отозванный в Москву. Когда мы уже подъезжали, позвонил Садык и заорал так, что я думал оглохну.
– Что произошло-то, Владимир Кажимович? – кое-как вставил я.
– Ты, что там включил, собака? Ничего не записалось!
– Вас качество записи огорчило? Ну я-то не виноват. Это ваши напортачили. Но я же всё вам на словах рассказал!
Садык пообещал расправиться со мной самым жестоким образом, а потом бросил трубку. Выйдя из машин, я увидел Соломку. Он стоял у подъезда в потрёпанном тулупе и кроличьей шапке.
– Здорово, Серёга! – помахал он рукой, увидев меня и улыбнулся.
– Здорово, дядя Лёня. Как жизнь молодая?
– Да ничего. Живём помаленечку, небо коптим. Сам-то как? Ты в Москве, что ли, торчишь? Не видать тебя совсем.
– Ну да, есть такое дело.
– А школа как? Школа. Там что ли теперь? Перевёлся?
– Нет, ещё не перевёлся, здесь учусь.
– Так смотри, выгонят, – хмыкнул он. – А я-то думал, перевёлся, наверное. Наська-то перевелась, знаешь? Перевелась Наська. Я тут видал её. Хорошая такая, ладная. Да…
– Она, что сейчас здесь? – прищурился я.
– Наська-то? Не… уехала, уехала. Я говорю, Настя, ты чего, куда пропала? А она, мол, перевелась. В Томск, говорит, перевелась. Что-то все разъехались, говорю, да? Разъехались.
– Дядь Лёнь, – прищурился я. – Ты если чего хочешь сказать, говори. То что она в Томск перевелась мы уж давно обсуждали с тобой.
– Ну, да, – кивнул он. – Точно, да. Жизнь течёт, всё меняется. Только дядя Лёня всегда на месте. На месте. Так что, если чего надо… надо, всегда знаешь, где найти.
– Знаю, конечно. Сосед-то мой не появился?
– Сосед? Нет. А Наська-то хорошая девчонка. Хорошая. Красивая, добрая. Я-то думал, у вас шуры-муры, ну… Понимаешь, да? Тити-мити, думал…
Соломка взглянул мне в глаза и тут же включил заднюю.
– Ну ладно, ладно. Молчу… А чё, характерами не сошлись, или как?
– Дядя Лёнь.
– Да я так, чисто для себя интересуюсь. Для себя, Серёжка. Как мамка-то?
– Нормально. Работает.
– Тоже давно не видал. Ты надолго приехал?
– Нет, дядя Лёня, не особо.
– Ну да, да. Ладно. Ты уж не пропадай. Не забывай родные палестины.
Мы вместе зашли в подъезд и на моём этаже попрощались. Он пошёл дальше, а я зашёл к себе. Квартира долго стояла пустой, но знакомый и ставший уже родным запах ещё не выветрился. Я зашёл в мамину спальню. Достал из тайника баксы. Закрыл всё, подошёл к окну, постоял, глядя на двор, занесённый снегом.
Котлован стоял без движения. Стройку пока никто не начал. А вот снега намело много. Зима была снежной. Я прошёлся по комнатам, собрал нужные вещи. Потом позвонил Ангелине, сказал, что скоро заеду. Спустился и, перед тем как сесть в «Ларгус» Кашпировского, оглянулся и поднял голову. В окне кухни, как всегда, стоял Соломка. Включился свет в Настиной комнате. И тут же погас. Я кивнул, открыл дверцу, бросил рюкзак на заднее сиденье и уселся рядом с Витей.
* * *
В Дубай мы прилетели ночью. Было тепло и сыро. Но пока спускался по трапу подул холодный пробирающий ветер. Я поёжился, дожидаясь, пока спускалась Ангелина.
Роскошный микроавтобус, отделанный кожей, отвёз нас в вип-лаунж. Там мы без очереди прошли пограничные процедуры, вышли наружу и уселись в машину, которую прислала за нами Женя. Встреча с ней была назначена на утро.
Поехали в отель. Я выбрал его неподалёку от дома и офиса Евгении, на Пальме. Не дешёвый, но и не самый роскошный. Ангелина не возражала.
Зашли в номер. Из окна открывался прекрасный вид. Я посмотрел на яркие огни, на чёрную гладь воды. Город не спал, ночная жизнь кипела, неслись машины, светились вывески. Ангелина пошла в душ, а я, размышляя над тем, что предстояло сделать, так и стоял у окна.
Зазвонил телефон. Я сразу снял трубку.
– Джейн! – сказал я.
– Ха-ха! Точно! Привет!
– Привет. Давно не слышались. Ты уже приехала?
– Да. Евгения позвонила, сказала, что ты хочешь нанять меня для нового дела.
– Так и есть. Ты когда прилетела?
– Сегодня.
– Отлично! Я вот тоже сегодня. Буквально только зашёл в отель. Ну что, завтра утром увидимся?
– Уже сегодня, – поправила она. – Ты в отеле?
– В отеле.
– Ну? А как ты смотришь на то, чтобы не дожидаться утра?
– Я думал, мы встретимся в офисе… Ты хочешь, чтобы я приехал?
– Вообще-то… я уже сама приехала, – сказала она и засмеялась. – Я в отеле.
Я нахмурился.
– Ты имеешь в виду, в «Сент-Риджисе»?
Она не ответила, и тут же щёлкнул замок входной двери. Я обернулся и увидел её. Она стояла в дверях, улыбалась и помахивала карточкой.
– Мастер-ключ, – засмеялась она.
Я тоже засмеялся и покачал головой.
– Вот это да, – сказал я, чувствуя себя героем анекдота и направляясь ей навстречу. – Вот это сюрприз.
Она мягко закрыла дверь и подошла прямо ко мне. Улыбнулась. В глазах плясали озорные огоньки.
– Ну что? Вспоминал обо мне?
– А ты?
– Вспоминала пару раз, – сказала Джейн.
Она притянула меня к себе и поцеловала.
Щёлк.
Открылась дверь в ванную. Джейн с удивлением обернулась. Я тоже обернулся и увидел изумлённую Ангелину, в халате, с мокрыми волосами и полотенцем в руках.
– Ого! – сказала Джейн.
– Здрасьте… – кивнула Ангелина…
14. Операция
В завершение «Ревизора» Николай Васильевич Гоголь использовал неординарный приём. Приехал наконец-то долгожданный инкогнито из Петербурга – и бабах, гром среди ясного неба. Тык-дык, тык-дык, тык-дык – понеслись мыслишки у персонажей. Замерли чиновники, превратились в статуи, в скульптурную группу, почище того древнегреческого Финея. Прекрасный драматургический приём, надо отметить. Но то сцена, с её преувеличениями, гиперболами и гротеском. А здесь была реальная жизнь.
Но сказать, что в реальной жизни получилось так же убойно, как у Гоголя, я бы не смог. Все, конечно, замерли, но ненадолго. Яна резко повернулась к Ангелине и выбросила руку вперёд. Выпрямила ладонь и представилась:
– Я, Джейн. Фрилансер. Сотрудничаю с Сергеем.
– А я… Ангелина… – растерянно сказала Ангелина и пожала предложенную руку.
– Ну что, Сергей? – снова повернулась ко мне Яна. – Приятно снова увидеться, но, я так понимаю, наша встреча посвящена не нежным объятиям и воспоминаниям о былых подвигах.
Я усмехнулся, потому что вся работа мысли Ангелины очень чётко отражалась на её лице.
– Насколько я поняла из разговора с Евгенией, – продолжила Яна, – у тебя есть дело для меня и для моих парней.
– Всё верно, – кивнул я. – Есть небольшое дельце.
– Я подумала, что если мы обсудим всё прямо сейчас, то к утренней встрече у Евгении я при необходимости смогу уже предложить что-то конкретное. Что думаешь?
– Просто отлично.
– Тогда пойдём в бар, выпьем кофе и обсудим в общих чертах проблему.
– Вы можете оставаться здесь, – обрела наконец дар речи Ангелина.
– Нет, – сказал я. – В баре нам будет удобнее, а ты спокойно ложись.
Дар речи-то она обрела, но забывать того, что видела, пока не собиралась. Видела она, конечно, не так много, но… финальную часть поцелуя, я думаю, отсканировать успела. На мои слова она просто пожала плечами, развернулась и скрылась в ванной. Впрочем, тут же выглянула обратно, хмуро глянула на Яну и добавила:
– Приятно было познакомиться, Джейн.
Не дожидаясь ответной реплики, она закрыла дверь.
Джейн подняла брови и покачала головой, взглянув на меня взглядом, подразумевавшим что-то вроде, а ты ходок, Серёжа.
– Пойдём, – сказал я.
В лифте было тихо, сияли зеркала, стоял дорогой аромат.
– Твоё появление было эффектным, – сказал я. – И приятным.
– Не будем об этом, – сказала она, повернулась к зеркалу и поправила причёску. – Не было никаких обещаний. Не было никаких несбывшихся надежд. Давай лучше обсудим дело, ради которого ты меня позвал.
* * *
Мы зашли в бар и заказали кофе. Сели за дальним столиком. Посетителей почти не было.
– Ну рассказывай, – кивнула Яна.
Я сделал глоток. И рассказал. Разложил всё по полочкам, чётко и по делу, начиная с Царя Гороха.
– Здесь, в Дубае скрывался мой человек Панюшкин, – сказал я. – Скрывался он под вымышленным именем, а московский гангстер Давид захотел до него добраться. Он обратился к некоему албанскому авторитету Бледару, для того чтобы тот нашёл этого самого Панюшкина. Бледар подтянул под это дело местную группировку, содержащую элитный бордель, где, собственно, Панюшкин и был обнаружен. Взят тёпленьким.
– Не слишком-то он пытался остаться незаметным, похоже, – покачала Яна головой.
– Да, не говори, бестолочь, бывший начальник службы безопасности. Я отправил сюда Александра, того самого Александра, с которым мы работали в прошлый раз, помнишь?
– Помню, конечно.
– Отправил чтобы он опередил людей Бледара, и увёз Панюшкина в третью страну. Но, судя по всему, Александр не успел. И несмотря на свои связи, сам попался на крюк. Его взяли. Он дал похитителям телефон Евгении, бандиты позвонили ей и сказали, что хотят получить за него выкуп. Вот такие исходные данные. Ну, а я собираюсь сегодня днём встретиться с тем самым Бледаром по рекомендации того самого Давида. Я уже с ним договорился.
– Довольно запутанная история. Хочешь решить проблему ходом сбоку?
– Да, можно и так сказать. Задача – освобождение заложника. Группа, скорее всего, албанская. По крайней мере, Бледар албанец.
– Папакристи?
– Не знаю, – пожал я плечами.
В бар кто-то зашёл. Новый посетитель. Бармен за стойкой оглянулся на вход. Я сидел спиной к дверям, а Яна всё прекрасно видела.
– Ангелина твоя, – сказала она. – Симпатичная, кстати, девушка.
Я не ответил. Подошла Ангелина.
– Нет-нет, – сказала она, – я не собираюсь вам мешать и прерывать ваши разговоры. Шепчитесь дальше. Мне просто не спалось, и я решила выпить чаю с ромашкой.
Яна едва заметно улыбнулась. Я кивнул. Ангелина подошла к стойке и заказала себе чай, уселась на высокий табурет и как бы рассеянно скользнула по нам взглядом.
Мы продолжили тихонько разговаривать, Ангелина же, дождавшись, когда ей подадут чай, медленно и долго его пила, делая вид, что не смотрит на нас и не интересуется выражением наших лиц во время беседы, но по факту практически не отводила от нас взгляда.
– Боюсь, что нам потребуются ещё люди, – покачала головой Джейн.
– Да, если бы ты могла подобрать несколько человек, думаю, было бы очень неплохо, – согласился я.
– Сколько?
– Про деньги?
– Нет, я про людей. Про деньги ты всё знаешь. Будет недёшево, но другого варианта просто нет.
– Окей. Думаю, несколько человек нам однозначно пригодятся. Давай посчитаем.
Мы прикинули, сколько нужно было левых тачек и сколько народу.
– Я прямо сейчас позвоню, попробую собрать ребят, а когда встретимся у Евгении, буду уже чётко понимать, на кого смогу рассчитывать.
– Отлично.
Мы вышли из-за стола пожали руки.
– Ну ладно, – сказала Джейн.
Я чуть дёрнул её на себя. Она не ожидала, подалась вперёд, а я обнял её.
– Очень рад тебя видеть, – сказал я. – И, если честно, я довольно часто тебя вспоминал.
Она не ответила и только усмехнулась.
Мы с Ангелиной поднялись в номер. Она ничего не говорила и выглядела вполне спокойной. Красиво, действуя напоказ, надела пижаму и забралась в постель. Я сходил в душ, умылся и только после этого тоже улёгся. Спать оставалось мало.
– Лёг? – спросила Ангелина, обернувшись ко мне через плечо.
– Не спишь? – удивился я. – Спокойной ночи.
– Спокойной, – кивнула она. – Кстати, мне вот тут пришло в голову…
– Да…
– Прежде чем делать мне выволочки и заставлять проходить тесты на беременность, неплохо, чтобы ты и сам завязал свой хоботок на узелок.
– Что?
Она не ответила, повернулась ко мне спиной и закуталась в одеяло.
* * *
Утром мы встретились у Евгении. Яна уже была там. В начале встречи она сразу сообщила, что нашла четырёх очень крутых парней, которые нам помогут. Назвала круглую сумму и я отдал ей почти всё, что привёз из дома.
– Мне кажется, вам стоило бы обратиться в полицию, – хмуро заметила Женя.
– Вряд ли полиция нам сможет помочь, – покачал я головой.
– Во-первых, безусловно сможет. Во-вторых, необходимы средства. Причём немедленно. Похитители торопятся, и сегодня уже последний срок. Причём если ты полагаешь, что сможешь отдать им чемодан с деньгами, как Джейн, ошибаешься. Они хотят крипту. А это потребует времени. И денег, разумеется. Ты располагаешь такой суммой?
– Нет, Женя, я не располагаю, – покачал я головой. – Но очень надеюсь, что ты располагаешь.
– Что? – воскликнула она. – Ты смеёшься? Во-первых, у меня нет столько свободных денег. Во-вторых, ты действительно думаешь, что я должна вкладывать свои собственные средства?
– Ну, я думаю, что ты могла бы раздобыть нужную сумму, – ответил я. – Под залог Катиного имущества.
– Что⁈ – ещё более возмущённо воскликнула она. – Екатерина мой клиент. И нет, я не думаю, что это хорошая идея. Тем более, без её ведома.
– Позвони ей, пусть даст добро.
– Я не знаю её телефона, – твёрдо заявила она.
– Ну, с Джейн же ты связалась, когда я попросил.
Евгения недовольно поджала губы.
– Я позвоню, – сказала Яна, доставая мобильный. – Там сейчас четыре утра, конечно… но Катерина, надеюсь, нас простит.
– Катя! – воскликнул я, услышав заспанный голос.
– О-о-о! – обрадовалась она. – Серёга, привет! Ты как там, родной?
Меня цепануло это «родной», но я виду не подал.
– Всяко было, но чтоб так хорошо – ещё ни разу. А ты как, Кать?
– Так же примерно. Мой первый муж так говорил. Слушай, а ты когда мне уже разрешишь отсюда уезжать? Заколебалась я тут.
– А что, плохо там что ли?
– Да нет, хорошо… В гостях хорошо, а дома сам знаешь.
– Посиди там ещё немного. Пока всё не утряслось.
– Только не затягивай, – вздохнула она.
– Кать, слушай, я по делу звоню.
– Ну, говори. Просто так же не позвонишь, знаю тебя.
– Я сейчас сижу у Жени в офисе. Мы тут решаем небольшую проблемку, и я прошу её в качестве залога использовать твои средства, а она отказывается. Нужно твоё согласие.
– Да ты чё, какой разговор, сколько надо, столько и бери. А где Женя?
– Да здесь она, слушает нас.
– Кать, привет, я здесь, – вступила Евгения.
– Жень, привет. Слушай, ну, это ж Сергей. Пусть распоряжается, как хочет, даю добро.
– Надо тогда оформить какую-то доверенность, – недовольно сказала Евгения.
– Ну, оформим потом. Сделай без доверенности, пожалуйста. Ты же можешь мне на слово поверить?
Женя помолчала, вздохнула и наконец сдалась:
– Ладно. Хорошо. Я поняла.
Мы ещё пару минут поболтали с Катей и распрощались.
– Ну всё, вопрос почти решён, – сказал я. – Осталось только закупить крипты немножко.
– Немножко, да, – покачала головой Женя. – Совсем капельку.
Я достал телефон и набрал Мишку.
– Товарищ генсек, не спишь?
– О, Серёга, здорово! Приехал?
– Нет пока, но скоро надолго приеду.
– Наконец-то!
– Точно. Миш, слушай, помощь нужна. Мне тут надо заплатить криптой. Вернее – показать, что типа я заплатил, а на самом деле подвесить этот вопрос. Есть какая-то возможность, механизмы какие-то для такой фигни?
Я объяснил подробнее, что мне надо.
– Ну, – задумался он, – в принципе, да, можно. Надо будет мультисиг сделать. Два из двух. Я создам мультиподписной кошелёк с двумя ключами. Один будет у них, а второй у тебя. Без обеих подписей они деньги не получат.
– А они это увидят?
– В блокчейне всё видно, конечно. Транзакция реальная, деньги реально там, просто… как объяснить… ну, типа не разморожены.
– То есть, они как бы пришли, но неактивны, так что ли? – уточнил я.
– Ну, типа того…
– Отлично. А потом мы их вернём обратно? Сможем?
– Секундное дело.
– Класс! Значит, так и сделаем.
Яна кивнула.
– Миш, тогда на связи. У нас тут коллектив целый. Нужно будет всех закоммутировать.
* * *
– Блéдар. Ударение на «е». Не Бледáр, а Блéдар. Блéдар Мурати.
Лет ему было около шестидесяти. Передо мной стоял седой, поджарый, улыбчивый плейбой с волосами до плеч, с кучей браслетов на запястьях, с золотым «Ролексом» и ещё парой перстней. Русский язык у него был очень неплохой. Хотя и с акцентом.
Мы встретились на фудкорте в торговом центре рядом с моей гостиницей. Заказали кофе и теперь уселись за столик. Кругом было много народу. Они ели, пили, рассматривали покупки. Стоял гул. Пахло едой.
– Кофе нужно пить только в этом месте, – сразу кивнул он на стойку. – Сейчас принесут, сам поймёшь.
– Отлично по-русски говорите, – кивнул я.
– У меня мама была русская, поэтому говорю действительно хорошо. Раньше практики не было, а сейчас здесь столько русских, мама дорогая. Понаехали.
Он расхохотался, и я вежливо улыбнулся.
– Раннее детство я провёл в Албании, – болтал он. – А потом мы жили в Турции, и ещё какое-то время в Греции. Эх, детство золотое. Ты-то ещё совсем молодой.
– Всё ещё впереди, – кивнул я.
– Точно, точно, – сказал он и встал. – Подожди, сейчас кофе принесут. А я вон там закажу сладости.
Не дожидаясь моего ответа, он подошёл к прилавку неподалёку от нас и заговорил по-английски, тыкая туда, сюда и снова туда. Вернулся.
– Сейчас всё будет. Ну, как там Давид Георгиевич поживает?
– Привет вам шлёт, – сказал я.
– Хорошо. И ты ему передай.
– Передам при встрече.
Принесли кофе.
– Ну, пробуй, пробуй.
Я попробовал.
– Да, действительно, кофе отличный, – похвалил я.
– Бледар Мурати знает, что предложить. Всё самое лучшее в этом городе.
Он снова добродушно засмеялся. Подошёл парнишка, похожий на индуса, и поставил перед нами огромное блюдо с различными сладостями.
– Угощайся! – сделал широкий жест рукой Бледар.
– Да я не такой уж сладкоежка, – помотал я головой.
– Это обязательно надо попробовать. Здесь всё только самое лучшее. Бейрутские сладости. Это целая сеть. Можешь смело покупать. Товар лучшего качества.
Он минут пять рассказывал про эти сладости и накидывал мне в тарелку всевозможные кубики, ромбики и кружочки, пропитанные мёдом. Наконец, когда я попробовал пару-тройку этих чудесных штуковин и у меня стало неимоверно сладко во рту, мы перешли к делу.
Я уже говорил ему по телефону, что к нему порекомендовал обратиться Давид. И сейчас снова повторил это. Сказал, что ищу одного человека, опасаюсь за его жизнь, сказал, что за него потребовали выкуп.
– Мне бы хотелось получить какие-то гарантии и договориться о снижении цены, потому что пока ситуация выглядит очень и очень нехорошо.
– Какой кошмар! – покачал головой Бледар. – Это просто ужасно! Здесь, в новом центре цивилизации, где безопасность ставится на первое место, где все иностранцы чувствуют себя защищёнными на сто процентов, происходят такие ужасные вещи. Что сказать… Ничего кроме разочарования и гнева у меня это не вызывает.
– Да уж…
– Я глубоко сожалею, что произошло такое ужасающее событие, – скорбно сказал он. – На самом деле, я очень уважаю Давида, но… честно говоря, немного удивлён, почему он отправил тебя именно ко мне. Неужели у Давида такое представление о Бледаре Мурати?
Он засмеялся, вот только его глаза не смеялись. Они были серьёзными и внимательно следили за мной.
– Что вы, уважаемый господин Мурати, – сказал я.
– Ой, только не надо вот этих «господин». Пожалуйста, не делай из меня древнего старика. Просто Бледар.
Вот же падла. Сто процентов, он приложил к этому делу руку…
– Уважаемый Бледар, – продолжил я, – разумеется, Давид Георгиевич не говорил, что вам известно что-то об этом похищении. Он сказал другое. Если и есть в Дубае человек, сказал он, который может узнать что-то по этому вопросу, так это уважаемый Бледар. Потому что перед ним открываются все двери. И он лично знает огромное количество людей, включая самого шейха Дубая.
Услышав это, Бледар расплылся в улыбке.
– Умеет, умеет Давид Георгиевич сказать добрые слова. Передай ему огромный привет и вырази уважение. Скажи, что я и мои друзья до сих пор признательны ему за тот приём, который он нам организовал, когда мы летали в Екатеринбург.
– Передам, – пообещал я.
– Ну что, Сергей, – задумался он. – Ты сказал, что здесь остановился, в этом отеле, да?
– Да…
– Хороший отель… Давай договоримся так. Твой номер телефона у меня есть. Я постараюсь что-то разузнать и сразу же свяжусь с тобой.
Он врал. Это было совершенно очевидно. Звонить мне он не собирался, я не сомневался ни капли.
– Я буду вам очень признателен, Бледар, – очень серьёзно сказал я. – Вопрос для меня чрезвычайно важный. Буду признателен, благодарен и обязан вам лично. Прошу только учесть, что похитители хотят получить выкуп уже сегодня. Поэтому времени у нас остаётся всего ничего…
– Да-да, я понимаю, – так же серьёзно ответил он.
Да-да, я постараюсь. Да-да. Да-да. Да-да…
Он тепло попрощался и ушёл, не забыв подойти к киоску со сладостями и распорядиться, чтобы мне упаковали их с собой. Он не дал мне заплатить ни за кофе, ни за эти медовые штуковины. Щедрый человек. С широкой душой.
Посидев немного, я забрал пирожные и вернулся в офис Евгении. Идти было буквально десять минут. Яны не было, а Женя была занята. Я передал сладости секретарю, посмотрел на часы и уселся в приёмной. Нужно было ждать.
Минут через двадцать появилась Яна. Кивнула мне. Секретарь отвела нас в одну из переговорных. Мы зашли и уселись за длинный стол.
– Парни взяли, ведут, – кивнула она. – Посмотрим…
Мы помолчали.
Через некоторое время у Яны зазвонил телефон. Она заговорила по-английски. Я по-аглицки говорил в стиле «твоя моя не понимать»,' так что понял не очень хорошо.
– Бледар встретился с человеком, – объяснила Яна после разговора. – Встреча была в автоматической прачечной. Любопытно… У человека, с которым он встречался, на руке между пальцами наколота буква «П» с молнией. Папакристи. После встречи они разъехались. Сейчас ведём обоих.
– А к телефону не удалось подцепиться?
– Пока ничего, – покачала она головой.
Секретарь занесла блюдо с пирожными, чайник и маленькие высокие стаканчики из стекла. Яна налила чай в оба стаканчика, один придвинула мне, один поставила перед собой.
– Наелся уже, – сказал я.
– Молодец, что там не бросил, а с собой принёс, – усмехнулась она.
В переговорную влетела Евгения.
– Звонят, звонят, звонят! – воскликнула она. – Сейчас сюда переведут…
Телефон звякнул. Она сразу нажала на громкую.
– Слушаю! – воскликнула она, по-английски.
Раздался злой голос. Из того что он проорал, я понял только, что им стало известно, что мы пытаемся искать альтернативные варианты освобождения Чердынцева.
Я наклонился к Яне и прошептал:
– Они что, хотят удвоить сумму?
– Да, – кивнула она. – Из-за того что мы привлекли посторонних.
– Скажи, – кивнул я Жене, – что не заплатим ни копейки, пока не убедимся, что он жив.
Женя перевела. Мужик разразился новыми ругательствами.
– Скажи ему, что это в наших общих интересах, – добавил я.
Она снова перевела, он снова разорался. Потом велел ждать.
Пару минут прошло в напряжённой тишине. Потом снова раздался его голос. Он сказал, что за то, что мы устроили и за все наши выкрутасы хрен что нам положено знать. Но так и быть, он разрешает поговорить с заложником. Но говорить будете по-английски.
– Разумеется, – ответила Евгения.
Я напрягся. И мышь напряглась, насторожилась, зашевелилась, зашебуршалась.
– Алло… – сказал Чердынцев.
– Александр Николаевич! – крикнул я
– Да, – ответил он. – Я живой, в норме. Прохладно только.
– Всё, хватит! – крикнул бандос.
– Передайте Але Ручейковой! – торопливо проговорил Чердынцев. – Что я её люблю и всегда буду ждать и…
Голос Чердынцева прервался, а в трубке снова раздался злобный лай похитителей.
– Переводите деньги! Двойную цену! Или вы получите своего человека по частям. Я лично ему отрежу голову.
– Как двойную⁈ – ахнула Женя. – Мы же договорились!
– Не надо было пытаться перерешить решённый вопрос!
– Но нам потребуется ещё время, – растеряно ответила Женя. – Это же огромная сумма.
– Даю три часа! Я позвоню ровно через три часа! И ты переведёшь всю сумму. Если денег не будет… – он замолчал. – Ему конец!
Телефон затих. Мы остались в тишине, молча глядя друг на друга.
– Кто такая Аля Ручейкова? – спросила Евгения.
– Понятия не имею, – ответил я.
– Похоже, – сказала она, – моральное состояние вашего товарища неважное. Вероятно, к нему применяют насилие. Судя по тому, что он передаёт такие послания близким людям.
– Почему? – спросила Яна.
– Ну, с этой девушкой… Похоже на отчаянье…
Я нахмурился. Ни про какую Алю Ручейкову я никогда не слышал. Впрочем, о личной жизни Чердынцева мне вообще было очень мало известно.
Пауза была недолгой. Зазвонил телефон у Яны.
– Этот, второй, с которым встречался Бледар, – сказала она, быстро переговорив. – Приехал в рабочий район и заехал на склад. Возможно, это то место, где держат Александра. Но, может быть, и нет…
Я нахмурился. Времени на решение задачи было немного.
– Пусть следит, смотрит, – кивнул я и сжал зубы.
Побарабанил пальцами по столу…
– Если кто-то будет выезжать со склада, – добавил я, – нужно будет его отслеживать, проверять все точки, по которым он будет двигаться. А времени на поиски катастрофически мало.
– Пока никто не выезжал, – сказала Джейн. – Но я предлагаю, чтобы мы с тобой туда поехали и посмотрели всё сами на месте. Потому что, может, и нам тоже придётся садиться кому-то на хвост. А народу у нас тоже не слишком много.
– Сто процентов! – согласился я. – Правильная мысль!
Мы выбежали из офиса и сели в машину Яны, вернее в машину, которую подготовили специально для операции. Это был старый «Ниссан», потюканный и пошарканный. Я сразу вспомнил Жучку с его автопарком. Яна взяла в руки телефон и включила навигатор.
– Аль Асаэль стрит, – сказала она. – Место куда нам надо.
– Далеко это?
– Сейчас посмотрим… Около тридцати минут.
Она пристроила телефон и повернула ключ в замке зажигания.
– Ну тогда надо поспешить, – кивнул я.
Она газанула, мы выскочили на дорогу, выехали с Пальмы и помчались по навигатору на другой конец города.
Небоскрёбы, огромные билборды, витрины, автосалоны, набитые дорогущими и роскошными тачками, остались позади. Кое-где стал появляться мусор на дороге, исчез лоск, многоэтажки стали попроще, стояли покучнее, этажей было меньше. Картина менялась на глазах. Потянулись пустыри. Зелень закончилась, начался песок, замелькали складские и производственные здания.
Попетляв по улицам, мы выехали на достаточно широкую дорогу, заставленную складами.
– Ну вот, – кивнула Яна на белый, видавший виды, фургон «Тойоты». – Это стоят мои парни. А это, стало быть, тот склад. Сейчас останавливаться не будем. Проедем, покрутимся, посмотрим, что к чему. Теоретически, Александр, вполне мог бы находиться прямо здесь. Склад, кстати, небольшой, посмотри.
Я молча смотрел. Мы проехали блок, развернулись на кольце, потом свернули на боковую улицу, объехали склад с другой стороны, притормозили, остановившись с противоположной от фургона стороны.
– Может, попытаться зайти? – предложил я.
Зазвонил телефон. Яна ответила, коротко сказала что-то по-английски и отключилась.
– Что там?
– Перехватили разговор! Похитители заказали пиццу. Парни хотят подменить курьера.
– О! Отлично! Красавцы!
– Посмотрим, что из этого выйдет… – чуть встревожилась Яна, и мышь под моим сердцем тоже почувствовала тревогу…
Через десять минут подъехал маленький фургончик с названием пиццерии на весь борт. Вышел здоровый дядька с термобоксом.
– Роб, – кивнула Яна.
– Какая хорошая возможность, – покачал я головой и прищурился.
– Согласна, – пристально глядя вперёд, ответила она. – Но представь, что Александра там нет, а мы вдруг начнём штурм, притворившись доставщиками пиццы. А теперь представ, что из этого выйдет…
– Ещё раз удвоят цену? – не отрывая взгляда от ангара, проговорил я.
Она хмыкнула.
– Типа того.
Мы замерли. Фальшивый курьер зашёл внутрь и почти сразу вышел. Он отсутствовал всего лишь минуты три…
– Хрен там что за три минуты поймёшь, – с досадой проговорила Яна.
Я промолчал. Это действительно было так. Парень сел в микроавтобус, развернулся и уехал.
– Позвони, – сказал я.
– Сами позвонят.
Действительно, через пару минут раздался звонок. Яна выслушала и отключилась.
– Ну что?
– Заказ на шестерых, а людей было пятеро. Он попросился в туалет, но его не пустили, выгнали. Сказали, что не работает. Были агрессивными, чуть по башке ему не настучали. То есть, по сути, он ничего в этом ангаре и не видел.
– А как эта улица называется? – прищурившись, спросил я.
– Аль Асаэль стрит, – ответила Яна.
– Аль Асаэль стрит, – хмуро повторил я. – Интересно, а это что-то значит?
– Что?
– Ну… Аль Асаэль.
– Аль Асаэль? – переспросила Джейн и уставилась на меня, широко открыв глаза.
Видно было, что она о чём-то думает. Она молчала, соображая, а потом вдруг чуть смущённо и одновременно радостно засмеялась.
– Аль Асаэль! – воскликнула она, и в глазах вспыхнули искорки. – Конечно! Да, у этого названия есть значение, Сергей.
Я уже догадался и тоже улыбнулся.
– Саэль, – сказала она, – это поток или ручей. Ручеёк.
– Ручейкова, – подмигнул я. – Аля Ручейкова, да?
– Охренеть, Серёга! – с горящими глазами засмеялась она и хлопнула меня по плечу.
* * *
Яна отозвала парней, которые пасли Бледара. Они были нужны нам для штурма. Время шло, а они не появлялись. Я поглядывал на часы.
– Где, Яна?
– Пробка… сейчас будут… Давай подключимся пока. Придётся, похоже, перевод делать.
Да, было похоже на это. Парни застряли, а бандосы позвонили Евгении на пятнадцать минут раньше. Мы надели гарнитуры. Яна достала планшет и два мобильника. Выложила перед собой. Только начала делать проверку, позвонила Женя.
