Текст книги "Убийца архимагов (СИ)"

Автор книги: Дмитрий Мазуров

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 14 страниц)

Полноценный и долгосрочный союз с Седым был важным шагом. До этого я немного опасался, что после избавления от конкурента Седой может захотеть избавиться и от нас. Так сказать, чтобы перехватить контроль над информационными потоками. Но, видимо, он отлично понимал, что лучше оставить дело профессионалам. Потому как без Гильдии всю систему пришлось бы строить с нуля. А перехватить управление в Гильдии невозможно. Даже если бы нас с Шеем уничтожили, остальные бы всё равно узнали, кто за это ответственен, и отомстили. Так что союз и правда был куда более выгоден.

Теперь у нас был влиятельный союзник в городе, который мог дать нам доступ к информации, которую мы не могли получить иным способом. И компромат Доминика давал нам рычаги давления на тех, кто стоял выше нас. Мы были готовы к новым вызовам. Мы были готовы к новой главе нашей истории – главе, в которой Гильдия станет сильнее, чем когда-либо.

– Вернёмся в штаб, – сказал я Тишине, и она бесшумно последовала за мной. – У нас ещё много работы впереди.

Мы двинулись по пустынным утренним улицам, оставляя за спиной особняк Седого. Город просыпался, и в его шуме я слышал голоса тех, кто станет частью нашей новой игры.

* * *

Вернувшись в наше временное убежище, я застал Шея за разбором документов, которые мы нашли в особняке Доминика. Он сидел за столом, заваленным бумагами, и его лицо было сосредоточенным и усталым одновременно. На столе стояла кружка с горячим чаем, но он даже не притронулся к ней – настолько он был поглощён работой.

– Как прошла встреча с Седым? – спросил он, поднимая голову и глядя на меня с любопытством.

– Хорошо, – я сел напротив и снял маску, чувствуя, как лицо наконец вздыхает свободно. – И он оценил подарок. Я думаю, наше сотрудничество будет долгим и плодотворным.

– Это хорошо, – Шей кивнул и отодвинул в сторону стопку документов. – Но у меня есть ещё одна новость. Мы проанализировали компромат Доминика. И я нашёл кое-что интересное. Его главный покровитель – один из старых аристократических родов. Они поддерживали его финансово и политически. И они до сих пор не знают, что он мёртв.

– Значит, они будут искать его, – сказал я, чувствуя, как план начинает вырисовываться в голове. – Они будут ждать от него отчётов. Когда они не получат их, то могут стать подозрительными.

– Именно, – кивнул он. – Но у нас есть на них компромат. Если мы используем его правильно, то сможем нанести удар по ним до того, как они поймут, что что-то пошло не так. Мы можем сделать так, чтобы они думали, что Доминик предал их. Или что он просто исчез с их деньгами. А может даже подкинуть ниточки, ведущие к другому роду. И пока они будут разбираться друг с другом, мы станем действовать в тени.

– Хороший план, – я улыбнулся, чувствуя, как внутри разгорается азарт. – Но начнём уже завтра. Сегодня мы отдыхаем – у нас был тяжёлый день.

– Я подготовлю всё к утру, – ответил этот трудоголик, вызвав у меня усталый вздох.

Я лишь кивнул. Враг был уничтожен. Союз заключён. Информация в наших руках. И я знал – это только начало. Впереди нас ждали новые битвы, новые враги, новые возможности. Но я был готов к ним. Как никогда.

Глава 17

Тишина в комнате стала полной. Я лежал на кровати, глядя в потолок, и чувствовал, как усталость постепенно отпускает тело, уступая место странному спокойствию. Широ рядом сопел, уже успев провалиться в сон, и его маленькое тельце поднималось и опускалось в такт дыханию. За окном темнело – город погружался в вечерний полумрак, и только магические светильники на стенах заливали комнату мягким серебристым свечением.

Но сон не шёл. Мысли крутились в голове, переплетались в сложные узоры, которые не давали мне покоя. Воспоминания о последних неделях – пожар, допросы, бои, встреча с Седым – всё это накладывалось одно на другое, создавая калейдоскоп образов, который невозможно было остановить. Я перебирал в уме детали, искал ошибки, просчитывал альтернативные варианты, хотя знал – прошлое не изменить. Оно осталось там, далеко, в дыму сгоревших зданий и тишине мёртвых особняков.

– Фауст, – раздался сонный голос Широ. – Ты опять не спишь. Я же чувствую, как ты ворочаешься.

– Не могу, – честно ответил я, не открывая глаз. – Мысли не дают покоя.

– О чём?

– Обо всём, – я вздохнул и сел на кровати, чувствуя, как холодный воздух касается кожи. – О том, как легко всё могло пойти не так. О том, что мы потеряли, и о том, что приобрели.

Бельчонок приподнял голову и посмотрел на меня своими чёрными бусинками глаз. В полумраке они блестели, как два маленьких уголька, и я чувствовал, как его взгляд проникает в самую суть моих мыслей.

– Ты победил, – сказал он, и в его голосе не было сомнений. – Ты уничтожил врага. Спас Гильдию. Заключил союз с Седым. Что ещё тебе нужно, чтобы успокоиться?

– Я не про победу, – покачал я головой. – Я думаю о цене. О том, сколько всего мы потеряли, пока добивались этой победы. Особняк, люди, время. И о том, что это не конец. Это только начало.

– Ты всегда готов, – фыркнул Широ. – В этом твоя проблема. Ты никогда не позволяешь себе просто остановиться и выдохнуть. Даже сейчас, когда угроза миновала, ты продолжаешь искать новые проблемы.

– Потому что они есть, – ответил я, и в моём голосе послышалась сталь, которую я не пытался скрыть. – Они всегда есть. Вопрос только в том, заметишь ты их или нет.

Я замолчал, чувствуя, как слова повисают в воздухе. Широ вздохнул, но спорить не стал. Он знал меня достаточно хорошо, чтобы понимать: когда я в таком настроении, меня невозможно переубедить. Он просто свернулся клубочком на подушке и закрыл глаза, давая мне понять, что разговор окончен.

Я снова лёг на кровать, чувствуя, как прохлада простыней касается спины.

– Интересно, – прошептал я, обращаясь к самому себе, – каково это – жить без страха. Без войны. Без постоянной готовности к бою.

Я закрыл глаза, пытаясь представить себе такую жизнь. Тихий вечер в башне Кроу, шуршание страниц книг, тихий голос учителя, который объясняет очередное сложное плетение. Элементали, которые резвятся во дворе, создавая маленькие вихри и водяные фонтаны. Широ, который бегает по подоконнику, гоняясь за солнечными зайчиками. Простота. Спокойствие. Уют.

Но даже в этой картине я чувствовал что-то не то. Что-то, что не давало мне полностью расслабиться, полностью отдаться этому покою. Слишком многое было поставлено на карту, слишком многое зависело от моих решений. Я не мог позволить себе просто остановиться – слишком много врагов ждало своего часа, слишком много угроз таилось в тени.

– Ты слишком много думаешь, – снова раздался голос Широ. Бельчонок даже не открыл глаз, но я знал – он слышал каждое моё слово. – Это твоя главная проблема и твоё главное оружие. Ты анализируешь всё до мельчайших деталей, но иногда это просто мешает тебе жить.

– И что ты предлагаешь? – спросил я, чувствуя, как внутри разливается странное тепло. – Просто перестать думать?

– Нет, – он приоткрыл один глаз и посмотрел на меня с лёгкой усмешкой. – Но ты мог бы попробовать хоть иногда доверять другим. И позволять себе отдыхать, когда это возможно. Ты не железный, Фауст. Даже самый лучший меч тупится, если его не точить.

Я усмехнулся, чувствуя, как напряжение начинает отпускать мышцы. Широ был прав – как всегда. Я слишком часто забывал о том, что я человек, а не машина. Что я тоже имею право на усталость, на слабость, на минуту тишины и покоя. И что именно эта слабость делает меня сильным, потому что без неё я потерял бы связь с самим собой.

– Хорошо, – сказал я, и в моём голосе послышалась усталая улыбка. – Я попробую. Но не обещаю, что у меня получится.

– Это уже прогресс, – фыркнул Широ и снова закрыл глаза. – А теперь спи. У нас завтра полно дел. Ты же не хочешь, чтобы твои студенты заметили, что их учитель не выспался?

Я ничего не ответил, чувствуя, как сон начинает накрывать меня тёплой волной. Где-то там, за стенами академии, продолжалась война – невидимая, тихая, смертоносная. Но здесь, в этой комнате, была только тишина. И покой.

* * *

Утро началось с тусклого света, который пробивался сквозь шторы, расчерчивая комнату золотистыми полосами.

Я сел на кровати, чувствуя, как тело отдохнуло и готово к новому дню. Широ уже не спал – он сидел на подоконнике и смотрел на город, его хвост медленно подёргивался, выдавая задумчивость.

– Ты рано, – сказал я, потягиваясь.

– Я всегда рано просыпаюсь, – ответил он, не оборачиваясь. – Просто ты этого не замечаешь, потому что спишь как убитый.

– Я не сплю как убитый, – возразил я, поднимаясь с кровати. – Я просто восстанавливаю силы после тяжёлых дней. Но… действительно, пора вставать.

Я провёл утро в кабинете, изучая документы, которые мы нашли в особняке Доминика. Шей подготовил несколько копий, и я внимательно перебирал их одну за другой, чувствуя, как картина начинает складываться в единое целое. Компромат на аристократов, чиновников, купцов – всё это было золотой жилой, которую нужно было использовать с умом.

– Интересно, – сказал я, поднимая один из листов. – Здесь есть информация на главу таможенной службы. Он принимал взятки за провоз контрабанды через границу. Если мы используем это, то можем заставить его делать то, что нам нужно.

– Ты думаешь, он согласится? – спросил Шей, сидевший напротив меня и перебирающий свои записи.

– Согласится, – кивнул я, чувствуя, как холодная решимость разливается внутри. – Если он откажется, мы просто передадим эту информацию его конкурентам. Или обнародуем её в прессе. Он понимает, что у нас есть рычаги давления, и он будет вынужден идти на уступки.

Шей задумался на мгновение, перебирая в уме все возможные варианты, затем кивнул.

– Хорошо. Тогда мы подготовим план действий на ближайшие дни. Используем самые уязвимые точки, чтобы укрепить наши позиции.

– Именно, – я отложил лист в сторону и посмотрел на друга. – Но сначала я хочу провести занятие в академии. Это важно.

Шей улыбнулся, и в его глазах мелькнуло понимание.

– Ты скучаешь по этому, – сказал он, и в его голосе не было вопроса – только констатация.

– Да, – честно ответил я. – Скучаю. Это помогает мне помнить, ради чего я всё это делаю.

* * *

Занятие прошло на удивление спокойно. Студенты сидели в аудитории, их глаза горели любопытством, и я чувствовал, как их внимание сосредоточено на мне. Я рассказывал о сочетании плетений, о том, как использовать принцип наложения плетений для усиления эффекта, как избегать перегрузок и как создавать сложные магические конструкции из простых элементов.

– Это похоже на искусство, – заметил Адам. – Вы комбинируете простые элементы, чтобы получить сложный результат, и это создаёт уникальные эффекты, которые нельзя получить простым сложением.

– Именно, – я кивнул, чувствуя, как внутри разливается гордость за него. – И это именно то, чему я хочу вас научить. Магия – это язык, который можно использовать гибко. Менять слова, переставлять местами фразы, находить новые оттенки смысла. Вы должны научиться мыслить как маги, а не просто заучивать плетения.

Я перевёл дух, давая студентам время на размышления, и увидел, как многие из них начали перешёптываться, обсуждая то, что я только что сказал. Это было приятно – видеть, что они действительно интересуются. Что мои слова находят отклик в их сердцах.

– Учитель Фауст, – подняла руку студентка. – А как мы можем тренировать это мышление? Как мы можем стать лучше?

Я задумался на мгновение. Это был хороший вопрос – один из тех, которые требовали честного ответа.

– Практика, – сказал я наконец. – Как и в любом другом деле. Вы должны не просто читать книги и запоминать заклинания. Вы должны экспериментировать, пробовать, ошибаться. Это единственный путь к пониманию. И помните – ошибки не страшны. Страшно, когда вы перестаёте пытаться.

Студенты закивали, и я чувствовал, как их взгляды становятся более тёплыми, более благодарными. Я видел их желание учиться, их стремление становиться сильнее, и это давало мне силы продолжать.

Когда же занятие закончилось, я вышел из аудитории и направился в свою комнату. Широ, как обычно, сидел на моём плече. Его маленькое тельце было тёплым и живым, напоминая о том, что жизнь продолжается, несмотря ни на что.

– Ты сегодня был в ударе, – сказал он, когда мы закрыли дверь комнаты. – Студенты были впечатлены.

– Я просто делаю свою работу, – ответил я, садясь на кровать. – И получаю от этого удовольствие.

– Это видно, – усмехнулся бельчонок. – Ты светишься, когда говоришь о магии.

Я улыбнулся, чувствуя, как внутри разливается странное тепло. Широ был прав – я действительно любил свою работу. Любил учить студентов, видеть, как они становятся сильнее, как их глаза загораются, когда они понимают что-то новое. И это было то, ради чего я жил – не только ради войны, не только ради мести, но и ради простого человеческого счастья.

– А теперь, – сказал я, чувствуя, как усталость снова наваливается на плечи, – я хочу просто отдохнуть. Никаких документов, никаких планов, никаких врагов.

– Звучит как отличная идея, – Широ зевнул и свернулся клубочком на подушке. – Я только за.

Я лёг на кровать, чувствуя, как мягкий матрас прогибается под моим весом, и закрыл глаза. Где-то там, за стенами академии, продолжалась война – невидимая, тихая, но всё ещё смертоносная. Но здесь, в этой комнате, была тишина. И я мог позволить себе просто отдохнуть. Просто побыть человеком. Просто жить.

Глава 18

Утро в академии началось с неожиданного послания. Едва я успел позавтракать и собраться на занятия, как в дверь моей комнаты постучали – три коротких требовательных удара, которые не оставляли сомнений в том, что откладывать визит нельзя.

– Войдите, – сказал я, застёгивая последнюю пуговицу жилета.

На пороге стояла Мирабель. Её лицо было серьёзным, даже суровым – я редко видел её такой. Обычно она улыбалась, шутила, создавала вокруг себя атмосферу лёгкости, но сегодня всё было иначе.

– Директор Келпи хочет вас видеть, – сказала она без предисловий. – Немедленно.

– Что-то случилось? – спросил я, чувствуя, как внутри поднимается знакомое предчувствие.

– Она не сказала. Но выглядела… задумчивой. И попросила передать, чтобы вы поспешили.

Я лишь кивнул в ответ. Мирабель развернулась и быстро зашагала по коридору, оставляя меня наедине с моими мыслями. Широ, дремавший до этого в кристалле на моей груди, встрепенулся и выглянул наружу.

– Что думаешь? – спросил он, и в его голосе послышалось беспокойство.

– Не знаю, – честно ответил я, направляясь к выходу из комнаты. – Посмотрим на месте.

– Обычно подобные вызовы означают неприятности, – фыркнул бельчонок.

– Не всегда, – возразил я, хотя внутри понимал, что он прав. – Иногда это новые возможности.

– Надеюсь, ты прав, – проворчал Широ и снова спрятался в кристалле, оставляя меня наедине с моими мыслями.

Кабинет директора встретил меня привычной атмосферой – запах старого дерева и магии, полумрак, создаваемый плотными шторами, и тихое мерцание магических светильников на стенах. Мелисса Келпи сидела за своим массивным столом, перебирая бумаги. Когда я вошёл, она подняла голову и посмотрела на меня долгим изучающим взглядом.

– Фауст, – сказала она, и её голос прозвучал ровно. – Садись. Мне нужно с тобой поговорить.

Я сел в кресло напротив, чувствуя, как её задумчивый взгляд проникает прямо в душу. Мелисса откинулась на спинку кресла и сложила руки на груди, разглядывая меня.

– Я слежу за твоими успехами, – начала она, и в её голосе послышалась лёгкая усмешка. – Студенты говорят о тебе. Они восхищаются твоими занятиями, твоим подходом к магии. Даже те, кто изначально относился к тебе с подозрением, теперь приходят на твои уроки с удовольствием.

– Я рад это слышать, – ответил я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. – Но я думаю, вы позвали меня не только для того, чтобы похвалить.

Мелисса улыбнулась – той улыбкой, которая означала, что я угадал.

– Ты прав, – сказала она, подаваясь вперёд и опираясь локтями о стол. – Я позвала тебя не для похвалы. Я позвала тебя, потому что пришло время показать свою силу.

Я замер, чувствуя, как слова повисают в воздухе. Широ в кристалле затаил дыхание, и я чувствовал его напряжение через связь, которая нас объединяла.

– Что вы имеете в виду? – спросил я, и в моём голосе послышалась осторожность.

– В академии скоро состоится традиционное испытание для преподавателей, – начала она, и в её голосе послышалась сталь. – Это ежегодное событие, которое проводится для того, чтобы показать силу преподавателей студентам и другим членам академии. Обычно в нём участвуют только старшие преподаватели, но в этом году я хочу, чтобы ты тоже принял участие.

– Какое именно испытание? – я подался вперёд, чувствуя, как внутри разгорается любопытство.

– Экзамен в виде боя, – ответила Мелисса, и её голос стал тише, почти доверительным. – Со всеми учениками, которые захотят принять участие.

Тишина в кабинете стала абсолютной. Я смотрел на неё, переваривая услышанное, и чувствовал, как внутри разгорается холодный огонь. Бой со всеми студентами. Это было тем, что могло либо укрепить мою репутацию, либо разрушить её навсегда.

– Вы серьёзно? – спросил я, и в моём голосе послышалось недоверие.

– Абсолютно, – ответила она, и её голос был твёрдым. – Ты силён, Фауст. Сильнее, чем думаешь. И ты должен показать это всем. Студентам, преподавателям, попечителям. Ты должен доказать, что место в академии – это не просто удача, а заслуга.

– Но почему именно сейчас? – я нахмурился, пытаясь понять её мотивы.

– Потому что ты – особенный, – она усмехнулась, и в её усмешке чувствовалась гордость. – Малыш Кроу не стал бы учить слабака. Если он выбрал тебя, значит, в тебе есть что-то, что делает тебя достойным этого места. И я хочу, чтобы все это увидели. К тому же, – её голос стал тише, почти шёпотом, – у тебя всё ещё есть недоброжелатели в попечительском совете. Те, кто считает, что ты здесь случайно. Этот бой – твой шанс заставить их замолчать.

Я задумался на мгновение. Разумеется, я не собирался показывать всю свою силу. Однако, возможно, и вправду стоило показать чуть больше, чем всем известно сейчас. Как-никак сила решает всё. И избавляет от многих проблем.

– Хорошо, – кивнул я. – Я согласен.

На лице Мелиссы растянулась улыбка, означающая, что она ожидала такого ответа.

– Я знала, что ты согласишься, – сказала она, и в её голосе послышалось удовлетворение. – Испытание состоится через три дня. У тебя будет время подготовиться. И помни – это не просто бой. Это демонстрация. Ты должен показать не только свою силу, но и свой контроль. Своё умение управлять магией.

– Я понимаю, – я кивнул, чувствуя, как азарт разгорается внутри. – И не подведу.

– Я знаю, – ответила она, откидываясь на спинку кресла. – А теперь иди. У тебя осталось не так много времени на подготовку.

Я вышел из кабинета директора, чувствуя, как воздух в коридорах академии кажется более плотным, более напряжённым. Широ выбрался из кристалла и уселся на моём плече, и я ощущал, как его маленькое тельце дрожит от напряжения.

– Ты уверен, что это хорошая идея? – спросил он, и в его голосе послышалось беспокойство. – Бой со всеми студентами? Это же безумие!

– Возможно, – ответил я, не сбавляя шага. – Но это правда стоит сделать.

– Но если ты проиграешь…

– Пф-ф… Я не проиграю, – фыркнул я. – Можешь считать меня излишне самоуверенным, но я трезво оцениваю свои силы.

Широ вздохнул, но спорить не стал. Он знал меня достаточно хорошо, чтобы понимать – когда я что-то решил, переубедить меня невозможно.

* * *

Три дня пролетели незаметно. Я тренировался каждый день, используя все свои навыки, чтобы подготовиться к испытанию.

Но главное – я тренировал свой разум. Просчитывал возможные сценарии боя, анализировал слабые места своих будущих противников, искал способы использовать их силу против них самих.

Настал день испытания. Утро было холодным и ясным – небо затянули редкие облака, которые не обещали дождя, но делали воздух плотным и прохладным. Я стоял на полигоне, чувствуя, как ветер касается моего лица, и смотрел на студентов, которые собирались по ту сторону магических барьеров.

Их было много – больше тридцати человек. Студенты всех курсов, от новичков до старшекурсников, которые жаждали проверить свои силы в бою с преподавателем. Я видел в их глазах азарт, предвкушение, уверенность. Они думали, что вместе смогут победить меня. И это было забавно – их самоуверенность, их вера в то, что численность сможет заменить мастерство.

Среди них я видел знакомые лица. Солани стояла в первом ряду, её тёмные волосы с фиолетовым отливом были собраны в высокий хвост, а зелёные глаза с вертикальным зрачком смотрели на меня с вызовом. Катарос расположился чуть поодаль, его лицо было сосредоточенным, а мана пульсировала ровно и уверенно. Голд и Сэнд стояли рядом, перешёптываясь и бросая на меня быстрые взгляды. Флюмен держалась отдельно, её глаза горели тем самым голодом к знаниям, который я так хорошо знал. Адам выглядел взволнованным, но я видел в его глазах решимость.

Но были и другие – те, кого я не знал лично. Студенты старших курсов, которые хотели проверить свои силы. Новички, которые пришли посмотреть на зрелище. Все они ждали начала, и я чувствовал, как напряжение нарастает с каждой секундой.

– Студенты! – раздался голос Мелиссы Келпи, которая стояла на трибуне, возвышаясь над полигоном. Сегодня она была в своём обычном образе – огромная шляпа, синее платье с серебряной вышивкой и голубые глаза, которые смотрели на мир с лёгкой отрешённостью. – Испытание начинается. Ваша задача – победить преподавателя Фауста. Вы можете использовать любые заклинания, любые плетения, любые тактики. Выигрывает тот, кто сможет продержаться дольше всех или одержит победу над соперником.

Она сделала паузу, давая словам улечься в умах слушателей, и затем добавила:

– Помните – это не просто бой. Это урок. Ну а для кого именно это будет уроком, мы сейчас и посмотрим. Начинайте!

Её голос разнёсся по полигону, заставляя воздух вибрировать. Студенты не стали ждать – они атаковали одновременно. Это было впечатляющее зрелище. Десятки заклинаний, которые устремились ко мне со всех сторон, создавая стену из огня, льда, воздуха и земли. Огненные шары размером с голову, ледяные копья, сверкающие молнии, каменные шипы, вырывающиеся из-под земли – всё это обрушилось на меня одновременно, не оставляя пространства для манёвра.

Я прыгнул, используя магию воздуха, чтобы взлететь над их атаками, и в воздухе создал вокруг себя многослойный защитный барьер. Огненные шары гасли, ударяясь о мою защиту, ледяные копья рассыпались в тысячу осколков, молнии уходили в землю, не причинив мне вреда. Я чувствовал, как их мана бьётся о мою защиту, но не может пробить её.

– Вы слишком медленные! – крикнул я, опускаясь на землю в центре полигона.

Я выпустил ответную атаку – волну воздуха, которая отбросила ближайших студентов назад, заставляя их потерять равновесие. Трое из них упали на землю, их лица исказились от удивления. Остальные попытались перегруппироваться, но я не дал им времени.

Мои клинки вылетели из ножен – все восемь лезвий, которые сверкнули в утреннем свете, как стая хищных птиц. Они закружились вокруг меня, создавая вихрь из стали и маны, который обрушился на студентов с невероятной силой. Я направлял их с точностью ювелира – каждое лезвие двигалось по своей траектории, перехватывая заклинания, отвлекая противников, создавая хаос в их рядах.

– Не отдавайте ему инициативу! – крикнул Катарос, и его голос прозвучал громко, почти отчаянно. – Атакуйте со всех сторон! Он не может блокировать всё одновременно!

Студенты попытались последовать его совету. Они разделились на группы – одни атаковали с фронта, другие заходили с флангов, третьи пытались обойти меня с тыла. Это была слаженная тактика, которая могла бы сработать против обычного противника. Но я не был обычным противником.

Я создал вокруг себя сферический щит из спрессованного воздуха – плотный, многослойный, который принял на себя первые удары с фронта. Одновременно контратакуя, заставляя студентов отступать, терять позиции. И когда они сосредоточились на атаке с фронта и флангов, я ударил снизу – земля под ногами тех, кто пытался обойти меня, вздыбилась, создавая стену, которая отрезала их от остальных.

– Ты не можешь победить нас всех! – крикнула Голд, и в её голосе послышался вызов. – Нас слишком много!

– Думайте так и дальше, мои доверчивые студенты, – хохотнул в ответ. – Я собираюсь показать вам, что такое настоящий контроль.

Я изменил тактику. Вместо того, чтобы просто атаковать, я начал демонстрировать им то, чему они должны были обучиться. Я создавал плетения, которые перехватывали их атаки, перенаправляли их, использовали их силу против них самих. Когда один из студентов запустил в меня огненный шар, я перехватил его и направил обратно, заставляя группу атакующих отступить. Когда другой создал ледяное копьё, я развернул его в воздухе и направил в землю, создавая ледяную стену, которая отрезала ещё нескольких студентов.

– Учитесь! – крикнул я, повышая голос, чтобы все могли слышать. – Я использую вашу силу против вас самих. Вы атакуете меня, но я заставляю ваши заклинания работать на меня. Это и есть контроль – умение не просто блокировать атаку, но и использовать её как оружие против того, кто её создал!

Студенты замерли на мгновение, осознавая услышанное. Я видел, как их глаза расширяются от удивления. Но они не сдавались – они снова атаковали, на этот раз более слаженно, более продуманно. Они использовали комбинации, которые я показывал им, они прикрывали друг друга, они доверяли друг другу. Это было красиво – видеть, как они растут, как они становятся сильнее прямо на моих глазах.

– Отлично! – крикнул я, чувствуя, как гордость разливается внутри. – Это уже лучше! Но вы всё ещё не используете свой полный потенциал!

Я выпустил вперёд клинки, которые закружились вокруг меня, создавая защитный кокон, и одновременно начал создавать сложное плетение, на которое нужно время. Чистая кинетика – ударная волна, которая должна была разойтись по всему полигону, заставляя студентов отступить.

Они заметили моё плетение и попытались среагировать, но было поздно. Ударная волна разнеслась по полигону с оглушительным грохотом, отбрасывая ближайших студентов назад, заставляя их потерять равновесие и упасть на землю. Те, кто стоял дальше, сумели устоять, но их ряды смешались, их строй был разрушен. А несколько учеников покинули поле боя.

– Это было мощно! – крикнул кто-то из студентов.

– Но этого недостаточно, чтобы победить нас! – добавил другой.

Я улыбнулся, чувствуя, как азарт разгорается внутри. Они были правы – одного удара было недостаточно. Но это было только начало.

Бой продолжался. Студенты атаковали снова и снова, используя все свои навыки, чтобы пробить мою защиту. Я видел, как их мана начинает колебаться, как они теряют уверенность. Это было естественно – они привыкли к тому, что их сила работает против обычных противников. Но я не был обычным противником. И я использовал это.

Я видел, как Солани создаёт тень, которая вырывается из-под её ног и устремляется ко мне, пытаясь опутать мои ноги и обездвижить меня. Я перехватил её атаку, создавая встречное плетение света, которое рассеяло тень, и одновременно выпустил ответную атаку – три клинка устремились к ней, заставляя её отступить и создать защитный барьер.

Катарос атаковал с фланга – ледяной шторм, тысячи острых осколков, которые устремились ко мне, перекрывая все возможные пути для уклонения. Я не стал уклоняться. Вместо этого я создал барьер из огня, который расплавил его лёд, превращая осколки в пар. И одновременно выпустил ответную атаку – волну огня, которая заставила его отступить, теряя позиции.

Голд и Сэнд атаковали вместе – земля под моими ногами вздыбилась, одновременно ветер ударил сбоку, пытаясь сбить меня с ног. Я прыгнул, используя магию воздуха, чтобы взлететь над их атаками, и в воздухе создал плетение, которое обрушило на них град каменных осколков, заставляя их укрываться за щитами.

Флюмен попыталась подкрасться сзади, пока я был отвлечён, но я чувствовал её приближение – я успел развернуться и встретить её прямой атакой. Простое плетение воды, которое вырвалось из моей ладони и обрушилось на неё, заставляя её откатиться в сторону, спасаясь от потока.

Адам держался в стороне, используя свою магию земли, чтобы создавать ловушки и прикрывать товарищей. Он был не самым сильным среди них, но он был самым стратегическим – он видел картину боя целиком и действовал так, чтобы помочь остальным. И это вызывало уважение.

Но все они уставали. Я видел, как их мана колеблется, как они дышат тяжелее, как их движения становятся более резкими, менее точными. Они сражались храбро, они сражались умно, но их силы были на исходе.

– Вы хорошо сражаетесь, – сказал я, делая паузу, чтобы дать им время перевести дух. – Но пока вы ещё слишком слабы. Теперь я покажу вам, что такое настоящая сила.

Я начал создавать новое плетение. Гравитация. Чёрный шар, который начал формироваться в моей ладони, пульсируя, сжимаясь сам в себя, создавая точку, в которой не было ничего и в то же время заключалась огромная сила.

Студенты замерли, глядя на моё плетение. Они чувствовали его силу – она давила на их плечи, заставляла воздух вибрировать. Их лица побледнели, и я видел, как страх появляется в их глазах.

– Что это? – прошептал кто-то из них.

– Это гравитация, – ответил я, и мой голос был спокоен, почти безразличен. – Это не просто заклинание. Сама стихия. Фундамент. То, на чём держится мироздание.

Я разжал пальцы, и шар устремился в центр полигона. Он завис в воздухе, вращаясь вокруг своей оси, и я почувствовал, как всё вокруг начинает притягиваться к нему. Пыль, грязь, камни – всё это потянулось в сторону этого маленького чёрного солнца. Студенты, которые были ближе всего к нему, почувствовали, как их тянет вперёд, как они теряют равновесие, пытаясь устоять на ногах.

– Не дайте ему закончить! – крикнул Катарос, и в его голосе послышалось отчаяние. – Атакуйте его!

Студенты бросились на меня – но было поздно. Гравитационный шар начал расширяться, засасывая в себя всё, что было вокруг. Камни, земля, обломки – всё это исчезало в его чёрной глубине. Я чувствовал, как мана утекает рекой, но я не останавливался. Я хотел показать им, на что способен настоящий маг.

– Мы сдаёмся, – донёсся до меня далёкий крик.

Я замер. Я посмотрел на студентов – они лежали на земле, пытаясь удержаться, их лица были искажены страхом. Гравитационный шар уже начал засасывать ближайших из них, и я понял – если не остановлюсь, они погибнут. Похоже, я немного переборщил.