Текст книги "Убийца архимагов (СИ)"

Автор книги: Дмитрий Мазуров

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 14 страниц)

Глава 25

Один из особняков наследного принца.

Ночь опустилась на столицу, и в одном из самых роскошных особняков города, укрытом за высокими стенами и магическими барьерами, горел свет. Это был дом принца Альдрика – наследника престола, человека, которого все считали будущим императором. Но сегодня в его кабинете царила атмосфера, далёкая от той безмятежности, которую обычно излучают будущие правители.

Принц Альдрик стоял у окна, глядя на огни города. Его лицо, обычно спокойное и надменное, сейчас было искажено гневом. Пальцы, сжимавшие край подоконника, побелели от напряжения. Он был высок, широкоплеч, с тёмными волосами и серыми глазами, которые могли быть как холодными, так и обаятельными, когда он этого хотел. Но сейчас в них бушевала ярость.

Напротив него, в глубоком кресле с высокой резной спинкой, сидел архимаг Вальдемар Вэнс. Старик выглядел невозмутимым. Его седые волосы были аккуратно зачёсаны назад, а на губах играла лёгкая улыбка, которая не касалась глаз. Он держал в руках бокал с вином, но не пил – просто смотрел на тёмную жидкость, словно искал в ней ответы на вопросы, которые пока не были заданы.

– Ты понимаешь, что это значит? – рявкнул Альдрик, резко разворачиваясь к архимагу. – Пятеро моих людей мертвы. Ещё двенадцать перешли на сторону Каспара. Мой никчёмный брат у которого ранее не было никаких шансов вдруг собирает вокруг себя союзников. Отнимает у меня людей! Как это возможно?

Вэнс медленно поднял голову, и его стальные глаза встретились с глазами принца. В этом взгляде не было страха – только холодная оценка ситуации.

– Ему помогли. Кто-то очень умный и очень опасный работает против нас, – ответил он, и его голос был тихим, почти ласковым. – Кто-то, кто знает слабые места каждого из твоих людей. Кто умеет убеждать. Или заставлять…

– Мы ведь оба знаем, что вариант тут может быть только один. Ты говоришь о Пауке, – процедил Альдрик, и его лицо исказилось ещё сильнее. – Об этом выскочке, который возомнил себя игроком. Я слышал о нём. Глава Гильдии. Тень, которая управляет информацией в столице. Но он – никто. Он не дворянин, не маг высокого ранга. Он – ничто!

– Ты недооцениваешь его, – ответил Вэнс, и в его голосе послышалась лёгкая укоризна. – Я тоже когда-то недооценил его. Не думал что он наберёт столько влияния, чтобы иметь возможность помешать нам.

Альдрик замер. Он смотрел на Вэнса, и в его глазах мелькнуло что-то, похожее на страх.

– Не может простолюдин внезапно так быстро возвыситься. Кто стоит за ним? – спросил он, и его голос стал тише.

– Верно. Он не тот, кем кажется. Вот только ответа на этот вопрос я не знаю. Кажется будто он действует сам, но этого ведь не может быть, – ответил Вэнс задумавшись. – И то, что он поддерживает твоего брата, – это не просто игра. Это вызов. Он знает, что делает. И он не остановится, пока не добьётся своего.

– Тогда мы должны уничтожить его, – Альдрик ударил кулаком по столу. – Сейчас. Пока он не стал слишком сильным. Пока он не собрал вокруг Каспара достаточно людей.

– Это было бы разумно, – согласился Вэнс. – Но есть проблема. Мы не знаем, где он. Мы не знаем, кто он. Мы даже не знаем, как он выглядит. Даже когда я встречался с ним, то не смог ничего увидеть под его маской. А ещё я уже посылал людей. Они возвращались ни с чем. Или не возвращались вообще.

– Значит, нужно найти другой способ, – Альдрик начал мерить кабинет шагами, и его мана пульсировала в такт его шагам – тяжёлая, грубая, почти неконтролируемая. – Мы должны выманить его. Заставить его показать лицо. Или уничтожить его через тех, кто ему дорог.

– У него нет тех, кто ему дорог, – покачал головой Вэнс. – По крайней мере, мы не смогли их найти. Его Гильдия – это не семья. Это инструмент. Он использует людей так же, как используем их мы. И так же, как мы, он не привязывается к ним. Можно было бы уничтожить этот инструмент… Но этого мы тоже не можем сделать. Ведь мы не знаем, кто именно входит в Гильдию. У них информаторы повсюду…

– Тогда что нам делать? – Альдрик остановился и посмотрел на архимага в упор. – Просто сидеть и ждать, пока он уничтожит всех моих союзников? Пока он приведёт Каспара к трону?

Вэнс отставил бокал в сторону и поднялся из кресла. Его движения были плавными, почти текучими, как у человека, который привык, что мир вращается вокруг него. Он подошёл к окну и посмотрел на город.

– Мы не будем ждать, – сказал он, и в его голосе появилась сталь. – Мы будем действовать. Но не так, как ты предлагаешь. Прямая атака – это не выход. Паук слишком умён для этого. Он ожидает её. И он готов к ней. Мы должны ударить там, где он не ожидает. Мы должны найти его слабое место. И уничтожить его.

– И где же его слабое место? – спросил Альдрик, и в его голосе послышалось нетерпение.

– Я не знаю, – честно ответил Вэнс. – Но я найду. Я уже начал поиски. У меня есть свои источники. Они не так быстры, как Гильдия Паука, но они надёжны. Рано или поздно я найду то, что мне нужно. А до тех пор – мы должны сделать так, чтобы твой брат не получил больше союзников.

– Как?

– Устранить тех, кто колеблется, – ответил Вэнс, и его губы тронула тонкая улыбка. – Тех, кто ещё не решил, на чью сторону встать. Если мы покажем им, что поддержка Каспара – это смертный приговор, они отступят. И твой брат останется один.

Альдрик задумался. Его лицо всё ещё было напряжённым, но в глазах появилась решимость.

– Хорошо, – сказал он наконец. – Делай, что нужно. Но помни – я не буду ждать вечно. Если Паук не будет уничтожен в ближайшее время, я приму меры сам. И тогда ты можешь оказаться в числе тех, кто пострадает от этих мер.

– Я понимаю, – Вэнс сделал вид, что поверил собеседнику. – Я не подведу.

Он вышел из кабинета, оставляя Альдрика одного. Принц стоял у окна, глядя на город, который скоро должен был стать его. Но в этот момент он чувствовал не уверенность, а страх. Кто-то играл в его игру. И играл лучше, чем он сам.

Альдрик подошёл к столу и налил себе вина. Рука дрожала, и часть жидкости пролилась на полированную поверхность. Он выпил залпом, даже не почувствовав вкуса. Мысли путались. Он привык, что всё идёт по плану. Он привык, что враги боятся его, что союзники верны ему, что будущее предопределено. Но теперь всё менялось. Кто-то невидимый разрушал то, что он строил годами. И этот кто-то был не просто врагом – он был угрозой всему, ради чего Альдрик жил.

– Каспар, – прошептал он, и в его голосе послышалась горечь. – Ты всегда был проблемой. С самого детства. Слишком умный. Слишком амбициозный. Отец всегда говорил, что ты опасен. Я не верил. Думал, что ты просто ребёнок, который играет во взрослые игры. Но ты вырос. И нашёл себе союзника. Опасного союзника.

Он поставил бокал на стол и подошёл к карте Империи, которая висела на стене. Его глаза скользили по знакомым очертаниям, по границам, по городам. Всё это скоро будет его. Всё это принадлежит ему по праву. Но чтобы получить это, ему придётся устранить брата. И того, кто стоит за ним.

– Я не проиграю, – сказал он, и его голос был твёрдым. – Я никогда не проигрываю. И ты, Паук, узнаешь это на своей шкуре. Кем бы ты ни был. Я уничтожу тебя. И всех, кто встанет у меня на пути.

Он отвернулся от карты и направился к двери. Ему нужно было поговорить с людьми. С теми, кто ещё остался верен ему. С теми, кто не перешёл на сторону брата. Ему нужно было убедиться, что они не предадут. Что они останутся с ним до конца. Потому что теперь каждый союзник был на вес золота. И каждый враг мог стать последней каплей.

Днём позже.

Резервный особняк принца Каспара.

В другом конце столицы, в доме, который внешне ничем не отличался от десятков других особняков, в кабинете на втором этаже сидели двое. Принц Каспар и его доверенный помощник – человек, которого он знал с детства и которому доверял больше, чем кому-либо ещё. Его звали Дамиан, и он был единственным, кто знал все планы принца.

Кабинет был обставлен скромно, Каспар не любил показной роскоши. Простой деревянный стол, несколько кресел, карта столицы на стене и графин с водой. На столе лежали бумаги: донесения, списки, планы. Каспар сидел в кресле, читая одно из писем, и на его лице было задумчивое выражение.

– Он сделал это снова, – сказал Дамиан, входя в кабинет и закрывая за собой дверь. – Ещё трое перешли на нашу сторону. Это уже пятнадцать за последние две недели.

Каспар поднял голову, и в его глазах мелькнула улыбка.

– Паук не теряет времени, – сказал он, откладывая письмо в сторону. – Он действует быстрее, чем я ожидал. И эффективнее. Я знал, что он опасен, но не думал, что настолько.

– Это хорошо или плохо? – спросил Дамиан, садясь напротив. – Я имею в виду, ты уверен, что он на нашей стороне? Что он не использует нас для своих целей?

Каспар задумался. Он был молод, но за его плечами уже был опыт, который делал его старше. Он знал, что в политике нет друзей, есть только союзники. И он знал, что Паук – не тот человек, который делает что-то просто так.

– Разумеется, нет! У него явно есть свои интересы, – честно ответил он. – Но это нормально. Мы все используем друг друга ради своей выгоды. И это делает его нашим союзником, по крайней мере, пока.

– А что, если он решит, что мы больше не нужны? – спросил Дамиан, и в его голосе послышалась тревога. – Что, если он решит, что может действовать сам?

– Пфф… – засмеялся Каспар. – Он же не идиот и так не сглупит. Сам сесть на трон он не сможет никогда. Ни при каких обстоятельствах. И тут ему нужен я. Так что он будет держаться за меня до последнего.

– А если наследный принц его всё же перекупит? – прямо спросил Дамиан.

Каспар молчал несколько секунд. Он смотрел на карту столицы, и его мысли были далеко. Он вспоминал первую встречу с Пауком, как тот говорил, как смотрел, как держался. В нём не было подобострастия, которое Каспар привык видеть у аристократов. Не было и высокомерия, которое он видел у магов. Только спокойная уверенность человека, который знает себе цену.

– Я доверяю ему настолько, насколько можно доверять человеку, который носит маску, – ответил Каспар наконец. – Он не предаст, пока это не станет выгодным. И он не станет предавать, пока мы остаёмся полезными. Это не доверие. Это расчёт. И я предпочитаю расчёт. А брат его уже не простит, после того что тот сделал для меня.

– Разумно, – кивнул Дамиан. – Но есть ещё и Вэнс. Что, если он предложит ему что-то большее? Всё же архимаг…

– Вэнс не может предложить ему то, что могу предложить я, – ответил Каспар, и в его голосе появилась сталь. – Он может дать ему деньги, защиту, покровительство. Но он не может дать ему то, что дам я – признание. Официальное признание Гильдии. Место при дворе. Влияние, которое не нужно прятать. Паук не дурак. Он понимает разницу.

– Ты говоришь так, будто восхищаешься им, – заметил Дамиан.

– Восхищаюсь? – Каспар усмехнулся. – Может быть. Он – один из немногих людей, которых я встречал, кто не боится играть в эту игру. Он не прячется за титулами и родословными. Он просто делает то, что нужно. И делает это хорошо. Это заслуживает уважения.

– Но ты не доверяешь ему, – настаивал Дамиан.

– Я не доверяю никому, – ответил Каспар, и его голос стал холодным. – Даже тебе. Полностью. Но это не значит, что я не ценю вашу помощь. Это значит, что я не позволю эмоциям взять верх над разумом. Я – будущий император. И я не могу позволить себе слабость.

Дамиан кивнул. Он знал этот тон. Каспар говорил так, когда был особенно серьёзен. И он знал, что спорить бесполезно.

– Что дальше? – спросил он, меняя тему. – Паук навестил уже почти всех, кто мог быть полезен. Осталось несколько человек, но они либо слишком слабы, либо слишком опасны.

– Он знает, что делает, – ответил Каспар. – Мы не должны ему мешать. Наша задача – быть готовыми. Когда придёт время, мы должны быть наготове. Альдрик не будет сидеть сложа руки. Он уже понял, что что-то происходит. И он ответит.

– Ты думаешь, он нападёт? – спросил Дамиан.

– Не сейчас, – покачал головой Каспар. – Он не настолько глуп. Он сначала попытается выяснить, кто стоит за нашими успехами. И когда он узнает, он попытается уничтожить Паука. Это его единственный шанс. Убрать того, кто ведёт игру.

– А если он преуспеет? – тихо спросил Дамиан.

Каспар молчал. Он смотрел на карту, и в его глазах отражались огни города. Он думал о том, что будет, если Паук погибнет. Он думал о том, что будет, если он останется один. И он знал ответ.

– Тогда у нас будут проблемы, – сказал он наконец. – Серьёзные проблемы. Но мы справимся. Мы всегда справлялись. И справимся сейчас.

Он встал из-за стола и подошёл к окну. Город жил своей жизнью, не подозревая, что в его стенах разворачивается игра, которая может изменить судьбу Империи. Каспар смотрел на огни и чувствовал, как внутри него растёт решимость. Он не собирался проигрывать. Он не собирался уступать. Он собирался победить. Чего бы это ни стоило.

– Знаешь, что меня беспокоит больше всего? – спросил он, не оборачиваясь.

– Что? – отозвался Дамиан.

– То, что я не знаю, кто он на самом деле, – ответил Каспар. – Я знаю, что он силён и умён. Но я не знаю, откуда он пришёл. Я не знаю, чего он хочет на самом деле. И это делает его опасным. Очень опасным. Мои люди копали под него. Они нашли кое-что. Но этого недостаточно. Он как призрак. Появляется из ниоткуда, делает то, что нужно, и исчезает. Ни следов, ни зацепок. Только маска и имя, которое ничего не значит.

– Может быть, он просто хочет денег? – предположил Дамиан. – Или власти? Все чего-то хотят.

– Может быть, – согласился Каспар. – Но если бы он хотел только денег, он бы уже давно продал нас Альдрику. Если бы он хотел власти, он бы попытался занять место при дворе лично, а не прятаться в тени. И с его талантами у него вполне могли быть шансы. Нет, тут что-то другое. Что-то большее.

– Он использует нас, – скривился Дамиан.

– Как и мы его, – пожал плечами Каспар. – Это делает его предсказуемым. И это даёт нам время. Время, чтобы укрепить свои позиции. Время, чтобы найти способ избавиться от него, когда он станет ненужным.

– Ты хочешь избавиться от него? – удивился Дамиан. – После всего, что он сделал?

– Я хочу быть императором, – ответил Каспар, и его голос был холодным. – А император не может позволить, чтобы кто-то стоял выше него. Даже если этот кто-то помог ему взойти на трон. Паук – оружие. Опасное оружие. И когда война закончится, я должен буду решить, что с ним делать. Мне нужно либо контролировать его, либо уничтожить. Вот только во втором случае – это значит потерять полезный инструмент. А контролировать его я пока не способен…

Дамиан молчал. Он смотрел на принца и видел в его глазах ту самую расчётливость, которая делала Каспара опасным. И он знал, что этот человек не остановится ни перед чем, чтобы получить то, что хочет.

– Пошли людей к Пауку, – сказал Каспар, не оборачиваясь. – Передай, что я хочу встретиться с ним снова. Есть кое-что, что мы должны обсудить.

– Хорошо, – ответил Дамиан, поднимаясь. – Когда?

– Завтра, – ответил Каспар. – В том же месте. В то же время. И передай ему, что это важно. Очень важно.

Дамиан кивнул и вышел, оставляя принца одного. Каспар остался у окна, глядя на город, который скоро должен был стать его. Он думал о Пауке, о Вэнсе, о брате. Он думал о том, что ждёт его впереди. И он знал, что это будет нелегко. Но он также знал, что он готов. Он всегда был готов.

Он отвернулся от окна и направился к столу. Ему нужно было подготовиться к встрече. Ему нужно было понять, как использовать Паука, чтобы получить максимум выгоды. И как избавиться от него, когда он станет ненужным. Это была игра, в которой не было места эмоциям. Только расчёт. Только холодный, безжалостный расчёт.

И Каспар собирался выиграть эту игру. Как всегда.

Глава 26

Последние дни пролетели в напряжённой подготовке. Особняк Гильдии, который мы использовали как временный штаб, превратился в муравейник – люди сновали туда-сюда, передавая донесения, курьеры приходили и уходили, а в комнате совещаний постоянно горел свет. Мы готовили ловушку, и каждая деталь должна была быть выверена до мелочей.

Я сидел за столом, разложив перед собой карту северных провинций. Форт, который мы выбрали, находился в двух днях пути от столицы – старое военное укрепление, заброшенное после последней войны. Оно было идеально для наших целей: удалено от людных мест, окружено лесом, с единственной дорогой, ведущей к нему. Если Вэнс клюнет на приманку, у него не будет пути к отступлению.

Я провёл пальцем по карте, отмечая возможные пути подхода. Лес к северу от форта был густым, почти непроходимым – там могли укрыться Астрид и Ренар со своими людьми. С юга шла единственная дорога, по которой Вэнс и должен был прийти. С востока и запада – болота, которые делали обход невозможным. Мы выбрали это место не случайно. Оно было идеальной ловушкой.

Я отложил карту и потёр глаза, чувствуя, как усталость давит на виски. Последние ночи я почти не спал, проверяя каждую деталь плана. Слишком многое зависело от точности. Слишком многое могло пойти не так.

Мысли невольно вернулись к Кроу. К тому, как он учил меня – не просто плести заклинания, а думать. Видеть слабые места. Просчитывать ходы на несколько шагов вперёд. Он всегда говорил, что настоящий маг побеждает не силой, а умом. Что архимаг – это не тот, у кого больше маны, а тот, кто умеет использовать её эффективнее всех.

Но Вэнс был архимагом. И это меняло всё.

Я вспомнил, как сражался с Кроу в башне. Тогда старик поддавался. Я знал это. Он не использовал всей своей силы, потому что хотел, чтобы я победил. Хотел уйти на своих условиях. Но Вэнс не будет поддаваться. Он придёт, чтобы убить. И он использует всё, что у него есть.

Вэнс был стар. Очень стар. Но архимаги не становятся слабее с возрастом – они становятся опытнее. Опаснее. Хитрее. Кроу был сильнее меня во много раз, и я победил лишь потому, что он позволил. Вэнс не позволит. Он не остановится, не даст мне шанса, не проявит милосердия. Он просто убьёт меня, если я дам ему хоть малейшую возможность.

– Координаты готовы, – сказал Шей, входя в комнату. Он выглядел уставшим – последние ночи он почти не спал, координируя подготовку. – Мы сольём их его шпионам максимально достоверно. Будто они лишь чудом смогли их найти. Вэнс получит их завтра утром.

– И он поверит? – спросил я, не отрывая взгляда от карты.

– Поверит, – кивнул Шей, садясь напротив. – Мы всё для этого сделали. Он будет думать, что нашёл убежище Паука. Место, где глава Гильдии прячется от всех.

– Хорошо, – я откинулся на спинку кресла. – Тогда осталось только дождаться.

Шей помолчал, затем посмотрел на меня долгим взглядом.

– Ты уверен, что хочешь сделать это сам? Это огромный риск.

– Да, – кивнул я. – Вэнс не придёт, если не будет уверен, что я там. Он слишком осторожен. Он должен увидеть меня. Это единственный способ заманить его в ловушку. Да и кроме меня, просто некому. Только у меня достаточно сил, чтобы хоть что-то ему противопоставить. Ну или хотя бы сбежать потом.

– А если он поймёт, что это ловушка? – спросил Шей, и в его голосе послышалась тревога. – Если он ожидает подвох?

– Тогда нам придётся импровизировать, – ответил я. – Но вряд ли. Он слишком самоуверен. Он думает, что я прячусь. Что я боюсь его. Он не поверит, что я могу устроить ему западню. А даже если и поверит, будет абсолютно уверен в своей неуязвимости. Всё же он архимаг…

– А архимаги тоже смертны – кивнул Шей.

Шей не стал спорить. Он знал, что я прав – Вэнс был слишком горд, чтобы подозревать меня в такой дерзости.

– Что с остальными? – спросил он, меняя тему.

– Астрид и Ренар будут ждать в лесу. Они отсекут сопровождающих, если Вэнс кого-то возьмёт с собой. Тишина будет со мной. Остальные наши люди перекроют дорогу, чтобы никто не ушёл.

– Хорошо, – кивнул Шей. – Я подготовлю всё к утру.

Он поднялся, но я остановил его.

– Шей.

– Да?

– Если что-то пойдёт не так, – сказал я, глядя ему прямо в глаза, – если я не вернусь, ты знаешь, что делать. Забирай всех, кто остался, и уходи в подполье. Не пытайся мстить. Не пытайся спасать меня. Просто исчезни. Гильдия важнее одного человека.

Шей замер. Его лицо побледнело, а пальцы сжались в кулаки.

– Не говори так, – сказал он, и его голос дрогнул. – Ты вернёшься. Ты всегда возвращаешься.

– Обещай мне, – настаивал я. – Если я не вернусь, ты уйдёшь. Ты сохранишь Гильдию. Это важнее всего.

Он молчал несколько секунд, затем медленно кивнул.

– Обещаю, – сказал он, и в его голосе послышалась боль. – Но ты вернёшься. Иначе я никогда тебе этого не прощу.

Я усмехнулся, чувствуя, как напряжение немного отпускает.

– Договорились.

Но Шей не ушёл. Он стоял, глядя на меня, и в его глазах я видел что-то, чего не замечал раньше – сомнение. Настоящее, глубокое сомнение.

– Фауст, – сказал он, и его голос был тихим. – Я должен сказать тебе кое-что. То, о чём я думал последние дни, но не решался произнести вслух.

– Говори.

– Это безумие, – сказал он, и в его голосе послышалась боль. – То, что ты собираешься сделать – это чистое безумие. Ты идёшь в бой против архимага. Против Вальдемара Вэнса, человека, который пережил века.

Я молчал, давая ему выговориться.

– Ты не Кроу, – продолжил Шей, и его голос дрогнул. – Ты силён. Очень силён. Но ты не архимаг. Ты не можешь сравниться с Вэнсом в прямой схватке. Он раздавит тебя. Он просто раздавит тебя, и всё, что мы построили, рухнет.

– Знаю, – ответил я, и мой голос был спокойным. – Я всё это знаю.

– Тогда зачем? – Шей подался вперёд, и в его глазах горела боль. – Зачем ты идёшь на верную смерть? Мы могли бы найти другой способ. Мы могли бы отравить его. Подослать убийц. Скомпрометировать. Но ты выбрал самый опасный путь.

– Потому что другого пути нет, – ответил я, глядя ему прямо в глаза. – Вэнс – архимаг. Он не умрёт от яда. Он не попадётся на убийц. Его нельзя скомпрометировать, потому что он никого не боится. Единственный способ уничтожить его – заманить в ловушку и убить своими руками. И для этого мне нужно быть там. Лично.

– Но ты не сможешь его убить, – возразил Шей. – Он сильнее тебя. Намного сильнее.

– В прямой схватке – да, – согласился я. – Но я не собираюсь сражаться по его правилам. У меня есть план.

Шей смотрел на меня долгим взглядом. В его глазах боролись страх и надежда.

Я подошёл к столу и развернул карту форта. На ней были отмечены позиции наших людей, пути подхода, места засад. И в центре – небольшая область, которую я отметил красным.

– Я уже всё подготовил, – сказал я, проводя пальцем по стенам. – Это смертельная ловушка даже для архимага. Когда Вэнс войдёт внутрь, он окажется в замкнутом пространстве. Я активирую артефакты, которые лишат его преимущества. Он не сможет использовать всю свою силу.

– Никогда не слышал, чтобы можно было ограничить силу архимага, – покачал головой Шей.

– Это разработки Кроу, – ответил я. – И я тоже помогал ему. Он обучал меня тому, как работают архимаги. Как они используют ману. Как видят мир. И я знаю их слабое место.

– Какое?

– Они привыкли, что их сила абсолютна, – сказал я, и в моём голосе появилась сталь. – Они привыкли, что никто не может им противостоять, кроме равных им. Они не ожидают, что кто-то сможет лишить их преимущества.

Шей молчал. Я видел, как он переваривает мои слова, как взвешивает риски. Наконец он медленно кивнул.

– Ты уверен, что это сработает? – спросил он, и в его голосе уже не было сомнения – только усталая покорность.

– Нет, – честно ответил я. – Но это единственный шанс. И я собираюсь его использовать.

Шей вздохнул и поднялся.

– Хорошо, – сказал он. – Я подготовлю всё к утру. Но помни – если ты не вернёшься, я никогда тебе этого не прощу.

– Договорились, – ответил я, и в моём голосе не было сомнений.

Шей вышел, оставляя меня одного. Я снова посмотрел на карту, чувствуя, как внутри разгорается то самое чувство, которое я знал слишком хорошо – предвкушение боя. Это была опасная игра, но у нас не было выбора. Вэнс должен был умереть.

* * *

Вечером ко мне пришла Астрид. Я сидел в своей комнате, проверяя клинки, когда услышал стук в дверь. Она вошла без приглашения, как всегда, и её лицо было задумчивым.

– Шей сказал, что ты готовишь ловушку для Вэнса, – сказала она, садясь в кресло напротив. – И что ты собираешься быть приманкой.

– Да, – ответил я, не отрываясь от клинков. – Это единственный способ.

– Это опасно, – сказала она, и в её голосе послышалась тревога. – Вэнс – архимаг. Даже если мы устроим ловушку, он может уничтожить нас всех.

– Может, – согласился я. – Но у нас нет выбора. Пока он жив, Гильдия не будет в безопасности. И ты это знаешь лучше, чем кто-либо.

Астрид молчала. Я видел, как её пальцы сжимают край платья, как она борется с собой. Она ненавидела Вэнса. Но она также боялась за меня. И это было неожиданно.

– Ты не должен рисковать собой, – сказала она наконец. – Ты – глава Гильдии. Если ты погибнешь, всё, что мы построили, рухнет.

– Знаю, – ответил я, откладывая клинки в сторону и глядя на неё. – Но я уже говорил это Шею. Другого выбора нет. И потом, – я усмехнулся, – я не собираюсь умирать. У меня слишком много планов на будущее.

Астрид посмотрела на меня долгим взглядом. В её глазах я видел что-то, чего не замечал раньше – не просто уважение или благодарность, а что-то более глубокое. Что-то, что она пыталась скрыть.

– Я пойду с тобой, – сказала она, и её голос был твёрдым.

– Нет, – покачал я головой. – Ты будешь ждать в лесу с Ренаром. Мне не нужно, чтобы нам помешали. Займётесь теми, кто будет вместе с Вэнсом.

– Но…

– Астрид, – я поднялся и подошёл к ней. – Ты ведь знаешь, что меня не переубедить. Я уже всё решил.

Она молчала. Я видел, как в её глазах борются эмоции. Наконец она кивнула.

– Хорошо, – сказала она, и её голос был тихим. – Но если ты не вернёшься, я найду способ уничтожить его. Даже если мне придётся умереть.

– Я вернусь, – ответил я, и в моём голосе не было сомнений. – Обещаю.

Она поднялась и направилась к двери. На пороге она остановилась и обернулась.

– Фауст, – сказала она, и в её голосе послышалась та самая уязвимость, которую я слышал только один раз – на могиле её родителей. – Будь осторожен. Ты мне нужен. Живой.

– Буду, – ответил я.

Она вышла, и я остался один. Широ выбрался из кристалла и уселся на подоконник, глядя на меня.

– Она волнуется за тебя, – сказал он, и в его голосе не было насмешки – только констатация.

– Знаю, – ответил я, садясь на кровать.

– И ты волнуешься за неё.

– Широ…

– Молчу, – фыркнул бельчонок, но в его глазах мелькнула улыбка. – Но ты должен быть осторожен. Не только ради Гильдии. Ради неё тоже.

Я не ответил. Я просто закрыл глаза, чувствуя, как усталость накрывает меня. Завтра будет трудный день. И я должен быть готов.

* * *

Приманка была подброшена на следующее утро.

Я сидел в своей комнате, когда Шей вошёл с донесением. Его лицо было напряжённым, но в глазах горел огонь.

– Наши люди сообщают, что он начал готовиться к выезду, – сказал он, кладя на стол лист пергамента. – Он собирает небольшой отряд. Пятеро магов, не считая его самого. Все – опытные, проверенные. Он не берёт с собой слабых.

– Пятеро, – повторил я, чувствуя, как внутри разгорается предвкушение. – Это больше, чем я ожидал. Но не настолько, чтобы изменить планы. Тогда начинаем!

Шей кивнул и вышел, оставляя меня наедине с мыслями. Я снова проверил клинки, чувствуя, как их холодная сталь успокаивает нервы. Это был риск, но у нас не было выбора.

К вечеру пришло подтверждение. Люди Шея, которые следили за поместьем Вэнса, доложили, что архимаг покинул столицу в сопровождении небольшого отряда. Он направлялся на север – туда, где, по его мнению, скрывался Паук.

– Он клюнул, – сказал Шей, и в его голосе послышалось облегчение. – Он идёт.

– Хорошо, – ответил я, чувствуя, как внутри разгорается предвкушение. – Тогда мы выдвигаемся.

* * *

Мы покинули столицу банальным телепортом. Благо, я оставил на месте нужную метку, а вот у Вэнса её там не было, так что пришлось двигаться своим ходом. Часть наших людей уже была там, чтобы подготовить позиции.

И вот, переместившись, мы оказались у форта. Это было старое укрепление, сложенное из серого камня. Стены местами обрушились, а ворота давно сгнили. Но внутри было достаточно места, чтобы устроить засаду. Мы заняли позиции, и я стал ждать.

Я прошёл по форту, проверяя каждую мелочь. Все заняли свои позиции. А затем занял своё место. Остался один в центре форта, глядя в темноту. Где-то там, за стенами, приближался Вэнс. Его мана пульсировала вдалеке – тяжёлая, давящая, как приближающаяся гроза. Я чувствовал её каждой клеткой тела, каждой частицей сознания. Она становилась всё сильнее, всё ближе.

– Он идёт, – прошептал Широ.

– Знаю, – ответил я, глядя в темноту.

Впереди был бой. И я был готов к нему. Но что-то внутри меня подсказывало, что это будет не просто бой. Это будет схватка, которая решит всё. И я был к ней готов.