Текст книги "Убийца архимагов (СИ)"

Автор книги: Дмитрий Мазуров

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 14 страниц)

Глава 15

Тишина в комнате для допросов была абсолютной. Слышно было только то, как тяжело и часто дышит пленник, как его сердце бьётся в груди, пытаясь вырваться наружу из клетки страха. Магический светильник на стене отбрасывал на его лицо мертвенно бледный свет, делая его похожим на восковую маску. Я стоял перед ним, чувствуя, как напряжение пульсирует в воздухе, как его мана, слабая и подавленная моими путами, пытается найти лазейку, но натыкается на глухую стену.

Пленник смотрел на меня, и я видел, как в его глазах борются страх и решимость. Он был обучен молчать, даже перед лицом смерти. Но я знал – это лишь вопрос времени. Каждый человек имеет предел, за которым его воля ломается.

Шей стоял у двери, прислонившись плечом к каменной стене, и его глаза были прикованы к нам. Он молчал, но я чувствовал его поддержку – он был готов вмешаться в любой момент, если что-то пойдёт не так.

Я подошёл ближе и наклонился, так, что мои глаза оказались на одном уровне с глазами пленника. Я смотрел в них, чувствуя, как он пытается спрятать страх за маской безразличия.

– Ты знаешь, кто я. Ты знаешь, что я не остановлюсь, пока не получу ответы. Ты можешь молчать. Можешь играть в героя. Но знаешь, что будет потом? – я выдержал паузу, давая его воображению возможность дорисовать картину. – Я буду резать тебя по кусочкам. Медленно. Аккуратно. Я буду держать тебя в живых так долго, как только смогу. Ты будешь умолять меня о смерти.

Пленник вздрогнул. Его пальцы, сжатые в кулак, слегка расслабились, и я увидел, как по его лбу стекает капля пота. Его дыхание стало более частым, более поверхностным. Он пытался сохранить контроль, но я видел – стена его сопротивления начинает трещать.

– Я знаю, что ты не просто наёмник, – продолжил я, меняя тактику. – Ты слишком хорошо обучен для простого головореза. Ты – профессионал. И профессионалы всегда знают, что за ними стоит кто-то более сильный. Кто-то, кто платит им. Кто-то, кто даёт им приказы. Я хочу знать его имя.

– Ты… – голос пленника сорвался на хрип, и я услышал, как он пытается выдавить из себя слова. – Ты не сломаешь меня. Я умру, но не предам.

– Умрёшь? – я усмехнулся, и в моей усмешке не было тепла. – Нет, ты не умрёшь. Ты будешь жить. И будешь страдать. Каждый день, каждую минуту, каждую секунду ты будешь молить о смерти, но она не придёт. Я буду держать тебя в этом подвале, пока ты не расскажешь мне всё. А смерть станет тебе избавлением.

Я поднял руку, и тонкая нить маны скользнула к его запястью, касаясь кожи. Пленник дёрнулся, пытаясь отстраниться, но путы держали его крепко. Его лицо исказилось гримасой боли, и я услышал, как он застонал.

– Это только начало, – сказал я, и мой голос был спокоен, почти безразличен. – Я могу делать это часами. Или днями. У меня есть время, у меня есть терпение. А у тебя есть только выбор: говорить или страдать.

– Прекрати! – выкрикнул он, и в его голосе послышалась мольба. – Я скажу! Я скажу всё, что ты хочешь! Но ты должен пообещать, что не убьёшь меня и не будешь заставлять страдать!

Я сделал паузу, разглядывая его. Его лицо было мокрым от пота, глаза бегали по комнате, и он дрожал всем телом. Страх, который он так долго скрывал, наконец прорвался наружу, и я видел, как он сдаётся, как его воля ломается, превращая его сопротивление в пепел.

– Хорошо. Я обещаю, – сказал я, и мой голос был твёрдым. – Ты расскажешь мне всё, и я не убью тебя. Я даю тебе слово.

Он смотрел на меня долгим взглядом, пытаясь понять, говорю ли я правду. Затем он кивнул – один раз, коротко, почти незаметно.

– Хорошо, – сказал он, и его голос был слабым, как у человека, который только что сдался. – Я скажу тебе. Его зовут Доминик. Доминик Восс. Он бывший член Гильдии. Ушёл несколько лет назад, после того, как понял, что выше в Гильдии ему уже не подняться. Тогда он решил создать свою Гильдию. И потом нашёл покровителей с большими деньгами.

Я замер. Это имя было мне знакомо. Я вспомнил его – высокий худой парень с вечно недовольным лицом. Доминик Восс. Он был талантливым информатором, но слишком амбициозным. Я помнил, что мы и правда не стали его повышать. Было в нём что-то такое… Я не решился доверить ему свою настоящую личность. И, видимо, не ошибся. Он ушёл из Гильдии, и с тех пор я ничего о нём не слышал. До сегодняшнего дня.

– Доминик Восс, – повторил я, пробуя имя на вкус. – Где он сейчас?

Пленник заколебался, и я увидел, как страх снова появляется в его глазах. Он боялся говорить, но он боялся и молчать. Я знал, что он сдался полностью, и теперь его слова были единственным, что могло спасти ему жизнь.

– База в старом особняке в районе аристократов. Там нас никто не мог тронуть, – сказал он наконец. – Тот, что принадлежал роду Торнтон до того, как они разорились. Он купил его через подставное лицо.

Я переглянулся с Шеем. Он стоял у двери, и я видел, как его лицо становится напряжённым. Особняк бывших аристократов. Он был идеальным местом для штаба – никто бы и не подумал его там искать.

– Сколько человек у него? – спросил я, возвращая взгляд к пленнику. – Маги, бойцы, охрана?

– Я не знаю точно, – он покачал головой, и его голос сорвался на шёпот. – Но я видел там больше десятка человек. Трое магов. Остальные – обычные бойцы, но хорошо обученные. И у него есть сильные артефакты. Он готовится к войне с вами. Он хочет уничтожить Гильдию и создать свою. Восс уже заручился поддержкой нескольких влиятельных аристократов, которые ненавидят вас. Он обещал им контроль над информационными потоками в обмен на их покровительство.

– Покровительство, – усмехнулся я, и в моей усмешке не было тепла. – Он думает, что аристократы защитят его от нас. И ошибается.

– Что будем делать? – спросил Шей, и в его голосе послышалось напряжение, смешанное с решимостью. – Если у него есть поддержка аристократов, это меняет всё. Мы не можем просто ворваться в особняк и перебить всех. Это привлечёт слишком много внимания. Власти начнут расследование.

– Мы сделаем это тихо, – ответил я, чувствуя, как план начинает вырисовываться в голове. – Подкупим стражу, чтобы они не вмешивались. Сделаем так, чтобы никто не узнал, что произошло. Особняк стоит на отшибе – там нет соседей, нет свидетелей. Мы зайдём ночью, убьём всех и уйдём так же тихо, как пришли.

– Это рискованно, – Шей подошёл ближе, и его лицо стало серьёзным. – Если у него есть маги, они могут устроить ловушку. Мы не знаем, какие артефакты у него есть. Мы можем потерять много людей.

– Мы не потеряем никого, – ответил я, встречая его взгляд. – Я возьму с собой Тишину. Астрид будет прикрывать нас. Ренар и его люди перекроют все выходы. Мы зайдём со всех сторон одновременно – они не успеют среагировать.

Шей смотрел на меня долгим взглядом, и я видел, как в его глазах борются сомнение и решимость. Он знал, что это риск. Большой риск. Но он также знал, что у нас нет выбора. Если мы позволим Доминику действовать дальше, он уничтожит нас. По частям, по кусочкам, но методично и неотвратимо.

– Хорошо, – наконец сказал он, и его голос стал твёрже. – Я подготовлю людей.

– Хорошо, – я кивнул, и в моей груди разлилась уверенность.

– А что с ним? – Шей кивнул в сторону пленника, который сидел на стуле, дрожа всем телом. – Мы не можем просто отпустить его. Он расскажет Доминику о том, что мы знаем.

– Исход может быть только один, – чуть прикрыл я глаза.

– Но ты обещал! – выкрикнул он, и в его голосе послышался страх. – Ты обещал, что я буду жить!

– Я обещал, что не убью тебя. И я сдержу своё слово, – я усмехнулся и посмотрел на Шея.

Шей всё тут же понял и, резко выхватив кинжал, вогнал его прямо в сердце пленника. Да, я не убил его, как и обещал. Смерть настигла его от чужой руки. Ведь только такой исход может быть у тех, кто решил напасть на Гильдию. Только такой…

* * *

Ренар вернулся в штаб через час. Он бросил на стол несколько листов бумаги, испещрённых схемами и заметками, и устало опустился на стул.

– Мои люди обошли особняк по периметру, не привлекая внимания, – сказал он, и его голос был глухим от усталости. – Там действительно есть охрана. Четверо у главного входа, двое у заднего, ещё двое патрулируют по периметру. Внутри – неизвестно сколько. Но мы заметили, что окна на втором этаже освещены до поздней ночи. Кто-то работает там даже после того, как город засыпает.

– Доминик готовится, – сказал я, глядя на схему, которую принёс Ренар. – Он знает, что мы рано или поздно придём, и готовится к обороне.

– Тогда мы должны ударить первыми, – Ренар подался вперёд, и в его голосе послышалась сталь. – Мы не можем дать ему времени подготовиться и тем более сбежать. Если он узнает, что мы знаем о нём, то может уйти. Или устроить ловушку. Мы должны действовать сегодня, сейчас.

– Мы ударим сегодня ночью, – я встретил его взгляд, чувствуя, как решение, которое я принял, наконец обретает форму. – Но сначала мы должны подкупить стражу. Если они вмешаются, всё пойдёт прахом.

– Я позабочусь об этом. Есть один капитан, – ответил Шей, и его голос был спокойным. – Он закрывает глаза на наши дела за хорошую плату. Я думаю, что он согласится. Он давно уже не гнушается брать нашу грязную монету.

– Хорошо, – кивнул я. – Договорись с ним. Скажи, что сегодня ночью в том районе будет тихо. Что бы ни случилось – стража не должна вмешиваться. Заплати ему столько, сколько он попросит. Деньги не имеют значения, когда на кону наше выживание.

– Хорошо. Так и сделаю, – кивнул он.

* * *

Мы выдвинулись, когда город затих и лишь редкие огни факелов мерцали вдалеке, отбрасывая на мостовую дрожащие жёлтые круги. Луна сегодня пряталась за тучами, и было темно даже для моих глаз. Ветер нёс запах сырости и прелой листвы.

Особняк Торнтон стоял на холме, окружённый старым парком, который давно не знал ухода. Деревья были голыми, их ветви тянулись к небу, как костлявые пальцы, а земля была укрыта слоем опавших листьев, которые хрустели под ногами, выдавая каждое движение. Я чувствовал чужое присутствие – там, за этими стенами, был мой враг. И я знал, что он ждёт меня.

– Мы заходим с трёх сторон, – прошептал Ренар, и его голос был почти неслышен в ночной тишине. – Основная группа – через главный вход. Мы отвлекаем внимание. Ты и Тишина – через задний двор. Астрид и её люди – через окна. Как только окажемся внутри, действуем по ситуации.

– Хорошо, – кивнул я, чувствуя, как адреналин разгоняет кровь по венам. – Как только я дам сигнал, начинаем.

Я двинулся вперёд, скользя в тени, как призрак. Тишина была рядом, её металлическое тело было скрыто плащом, и она казалась просто ещё одной тенью.

Особняк был массивным, построенным из тёмного камня, с высокими окнами и массивной дверью, которая казалась неприступной. Но я знал – нет непреодолимых преград. Есть только те, кто не умеет их преодолевать.

Подойдя к задней стене, я заметил магический барьер, который переливался в темноте. Он был слабым – явно сделанным на скорую руку, чтобы отпугнуть случайных воров. Но он не мог остановить меня. Я создал тонкое плетение, которое проделало в нём отверстие – небольшое, но достаточное, чтобы мы могли проскользнуть внутрь.

Дверь, ведущая в особняк, оказалась запертой. Я приложил руку к замку и почувствовал, как мана течёт внутри него, блокируя любое проникновение. Но я был готов к этому. Я создал другое плетение, которое обвило замок и начало разрушать его структуру. Через несколько секунд я услышал щелчок – замок открылся.

Мы вошли внутрь. Внутри было темно – абсолютная, непроглядная тьма, которая давила на глаза. Но я чувствовал, что враг здесь, в этой темноте, ждёт нас. И я был готов к этому.

Внезапно тишину разорвал крик. Астрид и её люди уже были внутри – они проникли внутрь, и я слышал, как бой начинается. Это был сигнал. Я двинулся вперёд, и Тишина последовала за мной.

Мы ворвались в главный зал, где нас ждали четверо бойцов Доминика. Они уже были готовы к бою – их оружие было обнажено, магия пульсировала в их руках. Но я не дал им времени атаковать. Мои клинки вылетели из ножен и вонзились в первого противника, прежде чем он успел поднять руку.

Второй попытался контратаковать, но Тишина уже была рядом, и её лезвие вошло в его шею с глухим влажным звуком. Третий и четвёртый замерли на мгновение, увидев, как их товарищи падают замертво, и этого мгновения мне было достаточно. Я создал воздушное плетение, которое отбросило их к стене, а затем клинки сделали своё дело.

Я прошёл через зал, ощущая, как мана пульсирует в моих венах, наполняя меня силой и решимостью. Я чувствовал, что Доминик был где-то здесь, в этом особняке, и я должен был найти его. И убить своими собственными руками.

Я поднялся на второй этаж. Астрид и её люди уже справились с охраной – тела нескольких бойцов лежали на полу. Их лица были спокойными. Они не ждали нас, думали, что мы ещё не готовы к нападению.

– Где он? – спросил я, и мой голос был холодным, как лёд.

– В кабинете на третьем этаже, – ответила она, и в её голосе послышалось напряжение. – Мы заблокировали все выходы. Он никуда не уйдёт.

Я кивнул, чувствуя, как ярость разливается внутри. Я поднялся на третий этаж. Последняя дверь была заперта, но я даже не стал тратить время на замки. Я просто создал воздушное плетение, которое вырвало дверь с корнем, отбрасывая её в сторону.

Внутри за массивным дубовым столом сидел Доминик Восс. Его лицо было бледным, но в глазах горел ледяной огонь. Он был худым, почти тщедушным, но я чувствовал его уверенность в себе. За прошедшие годы он явно стал куда опаснее. И он улыбался. Улыбался, глядя на меня как на давнего друга.

– Паук, – сказал он, и его голос был спокойным, почти ласковым. – Наконец-то ты пришёл. Я уже думал, что придётся ждать дольше. Ну, подойди, познакомимся поближе. А то мы с тобой раньше почти не пересекались. Ты не хотел меня замечать, когда я был в Гильдии.

– Доминик, – ответил я, делая шаг вперёд. Мои клинки застыли в воздухе вокруг меня, готовые к бою. – Ты всегда был слишком амбициозен.

– Амбициозен? – он усмехнулся, и в его усмешке не было тепла. – Я был талантлив. Я предлагал тебе планы, которые принесли бы Гильдии невиданную прибыль. А ты отказался. Ты сказал, что это слишком рискованно. Ты боялся. Ты всегда боялся рисковать. Но я – нет. Я создал свою Гильдию. Свою империю. И знаешь, что самое смешное? Я сделал это без твоей помощи. Без твоего благословения. Я нашёл тех, кто оценил мой талант. Я знаю столь многое. Информация сама течёт в мои руки. И я знаю, что твоё время подходит к концу.

– Ты думаешь, что сможешь заменить меня? – спросил я, чувствуя, как холодное спокойствие берёт верх над разгорячённым из-за битвы разумом. – Ты думаешь, что аристократы защитят тебя? Они предадут, как только увидят, что ты слаб. Как только ты перестанешь быть им полезен.

– Они не предадут меня, – ответил он, и в его голосе послышалась уверенность. – Потому что я даю им то, чего не можешь дать ты. Я даю им контроль. Я даю им власть. Они будут стоять за мной до конца.

– До конца, – повторил я, и в моём голосе не было злобы – только холодная констатация факта. – Это слово будет означать для тебя нечто иное, Доминик. Ты умрёшь здесь. Сегодня. В этом особняке, который ты считал своей крепостью. И твоя Гильдия умрёт вместе с тобой. Аристократы, которые поддерживали тебя, не станут говорить, потому что будут бояться повторить твою судьбу. Ты просто исчезнешь. И никто не будет тебя искать.

Он усмехнулся, и в его глазах я увидел вызов.

– Ты думаешь, что сможешь убить меня? – он поднялся из-за стола, и я почувствовал, как мана от предмета в его руках сгущается в мощный поток, готовый выплеснуться наружу. – Ты ошибаешься. Я стал сильнее. Я стал тем, кого ты никогда не сможешь победить. Я готовился к твоему приходу. И убью тебя здесь и сейчас.

– Посмотрим, – ответил я, и в моём голосе не было страха.

Бой начался мгновенно. Доминик поднял руку, и из шара в его руке вырвалась волна чистого пламени – ослепительно яркого, обжигающего, которое неслось ко мне, сметая всё на своём пути. Я создал барьер, который принял удар на себя, но я чувствовал, как его мана давит на мою защиту. Это был не простой артефакт.

Но я не отступал. Я создал ответное плетение – воздушный клинок, который разрезал его огонь и устремился к нему, заставляя его отступить. Он уклонился, и клинок вонзился в стену за его спиной, оставляя глубокую борозду.

Он атаковал снова – на этот раз несколькими заклинаниями одновременно. Новые артефакты появились на свет. Молния, ледяное копьё, каменный шип – всё это обрушилось на меня, заставляя меня отступать, перестраивать защиту, искать слабые места. Я использовал все свои умения, чтобы отражать его атаки, но чувствовал, как силы начинают иссякать. Слишком много силы было в этих артефактах. Казалось, будто поток заклинаний не останавливался ни на секунду.

Я понял, что не могу продавить его в открытом бою. Но у меня был план. Я создал иллюзию, которая заставила его поверить, что я отступаю, и он бросился за мной. Я чувствовал, как он наступает мне на пятки, как предвкушает победу.

Я прыгнул в сторону, и он пролетел мимо меня. Он сам сократил дистанцию, забыв о защите. Мои клинки тут же вонзились в его плечи, прибивая его к земле, и он закричал от боли.

Я подошёл ближе, посмотрев на него. Его лицо было искажено от боли, но я видел в его глазах не страх, а ярость и ненависть.

– Ты думал, что сможешь обмануть меня? – спросил я, и мой голос был холодным, как лёд. – Думал, что сможешь создать свою империю, уничтожив мою? Ты ошибался. Ты всегда был слишком амбициозен. И это погубило тебя.

– Ты не победил. Нет. Я не могу проиграть! – прохрипел он, и в его голосе послышалась ненависть. – Это было не честно!

– Не честно? – я усмехнулся, и в моей усмешке не было тепла. – Бой никогда не бывает честным, Доминик. Только победивший и проигравший. Всё остальное – пустые слова, которыми утешают себя слабые. А ты был слабым. Слишком слабым, чтобы понять, что с Гильдией нельзя играть. Мы не прощаем предательства. Никогда.

Я поднял руку, и мои клинки взмыли в воздух, готовые нанести последний удар. Он смотрел на меня, и я видел, как его глаза расширяются от страха.

– Ты не должен был возвращаться, – сказал я, и мой голос был спокоен, почти безразличен. – Прощай, Доминик. В следующей жизни будь умнее.

Клинки вонзились в его тело одновременно, и он замер в последний раз. Он был мёртв.

Я стоял над его телом, чувствуя, как успокаивается моё бешено бьющееся сердце. Враг был уничтожен. Угроза Гильдии ликвидирована. Осталось только разобраться с его покровителями. Но это лишь вопрос времени.

Глава 16

Я стоял в кабинете на третьем этаже, глядя на тело, которое наши люди уже готовили к выносу. Его лицо было спокойным – смерть стёрла с него то выражение ненависти и ярости, которое я видел в последние мгновения его жизни. Теперь он выглядел почти мирным, будто просто спал. Но я знал, что это лишь оболочка. То, что делало его опасным, ушло навсегда, оставив лишь пустую скорлупу, которая скоро превратится в прах.

Шей подошёл ко мне. Он держал в руках стопку бумаг, испещрённых мелким убористым почерком, и его пальцы слегка дрожали от напряжения.

– Фауст, – сказал он, и его голос прозвучал глухо в тишине кабинета. – Ты должен это увидеть. Мы обыскали весь особняк. И нашли кое-что… интересное.

– Что именно? – спросил я, поворачиваясь к нему и чувствуя, как внутри разгорается любопытство, смешанное с предчувствием.

– Доминик был не просто амбициозным бывшим членом Гильдии, – Шей подошёл ближе и разложил бумаги на столе, который всё ещё стоял в центре кабинета. – Он был очень, очень хорошо подготовлен. Здесь не просто записи о его делах. Здесь – компромат на влиятельных людей столицы. Аристократы, купцы, чиновники, даже некоторые из высокопоставленных магов. Доминик собирал эту информацию годами. И ему в этом явно помогли. Он ждал момента, когда сможет использовать её, чтобы подмять под себя город. И он почти преуспел.

Я подошёл к столу и взял в руки один из листов. Это было письмо от одного из высокопоставленных чиновников, в котором тот просил о покровительстве за взятку. Сумма была астрономической – достаточно, чтобы купить небольшое поместье. Я перевернул страницу и увидел ещё одно письмо, в котором описывались тайные сделки между двумя аристократическими родами, которые публично враждовали, но втайне делили прибыль от контрабанды.

– Это… это золотая жила, – сказал я, чувствуя, как возбуждение разливается внутри. – С такой информацией мы можем заставить очень многих плясать под нашу дудку.

– Именно, – кивнул Шей, и в его голосе послышалась та же мысль. – С помощью этих бумажек мы не только восстановим наши позиции в столице, но и укрепим их. Никто не посмеет перейти нам дорогу, если мы будем знать их секреты. А если кто-то и попытается – у нас будет чем ответить.

Я задумался, перебирая в уме все возможные варианты. Это было то, что нам нужно. Мы потеряли особняк и многие ресурсы, но эта информация стоила больше, чем любое здание. Она давала нам власть, которую нельзя было купить за золото. Власть, которая основывалась на знании и страхе.

– Здесь есть компромат и на покровителей Доминика. Видимо, он не особо им доверял и готовился предать, – продолжил Шей, указывая на стопку бумаг, которая лежала в стороне. – Те самые аристократы, которые поддерживали его и надеялись использовать в своих целях. Они думали, что смогут контролировать его. Но он был умнее – собрал на них информацию, которая могла бы уничтожить их репутацию. И теперь она у нас.

– Они даже не знают, что их планы рухнули, – я усмехнулся, чувствуя, как холодная решимость захватывает моё естество. – Мы можем уничтожить их, даже не притрагиваясь к ним лично. Просто обнародовать некоторые факты – и их карьеры закончатся. Их семьи будут опозорены, состояние – конфисковано, а влияние исчезнет в одночасье.

– Да. Мы можем сделать это. Но я бы предложил сначала подумать о том, как использовать эту информацию с максимальной выгодой, – сказал Шей, и в его голосе послышалась осторожность. – Если мы обнародуем всё сразу, это может вызвать слишком большой переполох. Власти начнут расследование, и это может привести к последствиям, которые мы не сможем контролировать. Лучше использовать это постепенно, как рычаг давления. Заставлять их делать то, что нам нужно, угрожая раскрытием тайн. И пока они боятся, мы будем управлять.

– Ты прав, – кивнул я, чувствуя, как план начинает вырисовываться в голове. – Мы не будем спешить. Стоит использовать эту информацию с умом. Сейчас мы закончим здесь, а потом я отправлюсь к Седому. Нужно поблагодарить его за помощь и показать, что сотрудничество выгодно обеим сторонам.

– Хорошо, – Шей кивнул и начал собирать бумаги в стопку. – Я подготовлю несколько копий для наших архивов. Оригиналы будем хранить в безопасном месте. И я позабочусь о том, чтобы никто не узнал, что они у нас.

Я стоял у окна, глядя на город, который медленно просыпался под серым небом. Столица жила своей жизнью – торговцы открывали лавки, дети бегали по улицам, где-то вдалеке слышался звон колоколов. Никто не знал, что прошлой ночью здесь был решён исход войны между двумя Гильдиями. Никто не знал, что в этом старом особняке теперь хранилась информация, которая могла изменить судьбу города.

Но я знал. И это знание давало мне силу.

– Мы сделаем это, – сказал я, поворачиваясь к Шею. – Мы восстановим Гильдию. Мы сделаем её сильнее, чем когда-либо. И никто не сможет остановить нас.

– Я знаю, – ответил он, и в его голосе послышалась уверенность. – И всегда знал, что так и будет. Иначе и быть не могло.

* * *

Я покинул особняк через час, оставляя Шея и его людей за разбором документов. Ренар проследовал за мной.

Город просыпался медленно. Редкие прохожие спешили по своим делам, не обращая внимания на фигуры в тёмных плащах. Торговцы открывали лавки, вынося на улицы товары, которые должны были привлечь покупателей. Где-то вдалеке слышались крики разносчиков, рекламирующих себя. Всё было как обычно – и в этом было странное успокоение, которое я редко ощущал.

Особняк Седого располагался в старом районе, где селились те, кто предпочитал тишину и уединение. Это было массивное двухэтажное здание с высокими стенами и коваными воротами, которые были закрыты даже днём. Охрана у входа узнала меня и пропустила без вопросов – видимо, Седой уже предупредил их о моём возможном визите.

Внутри особняк был обставлен со вкусом, но без излишеств. Тяжёлые дубовые двери, массивная мебель, ковры, которые приглушали звук шагов. В воздухе пахло старым деревом и дорогим табаком – запах, который я хорошо запомнил с прошлой встречи.

Седой ждал меня в кабинете на втором этаже. Он сидел в своём кресле, курил трубку и смотрел на меня с той же смесью интереса и насмешки, что и в прошлый раз. Его седые волосы были аккуратно зачёсаны, глаза стального цвета внимательно рассматривали меня с головы до ног. На столе перед ним стоял графин с тёмной жидкостью и два бокала.

– Паук, – сказал он, и его голос, хриплый и спокойный, прозвучал в тишине кабинета. – Мне уже доложили, что всё прошло гладко.

– Верно. И потому я здесь, – я сел в кресло напротив, чувствуя, как усталость наваливается на плечи. – Мы нашли того, кто стоял за нападениями на Гильдию. Он мёртв.

Седой усмехнулся, выпуская клуб дыма в потолок. Его глаза сверкнули одобрением, и он откинулся на спинку кресла, скрестив руки на груди. Его трубка тихо дымилась, наполняя комнату ароматом дорогого табака.

– Вот как. Славно. Но это ведь далеко не всё, ради чего ты сюда пришёл. Да ещё и лично.

– Верно. Я хотел поблагодарить тебя за помощь, – сказал я, встречая его взгляд. – Без твоих людей и информации мы бы не нашли его так быстро. И я хочу показать, что наше сотрудничество приносит выгоду не только нам.

– Интересно. И каким же образом?

– Я принёс тебе кое-что в подарок, – я кивнул и достал из внутреннего кармана плаща папку, которую подготовил заранее.

Я протянул папку через стол, и Седой взял её с явным интересом. Он открыл её и начал просматривать документы, его глаза быстро бегали по строчкам, и я видел, как на его лице появляется понимание, а затем – удовлетворение.

– Здесь информация на твоих конкурентов, – сказал я, наблюдая за его реакцией. – Это поможет тебе подмять под себя мелочь, а более крупных игроков заставить немного подвинуться.

Седой молчал, перебирая бумаги, и я видел, как его руки, покрытые старческой пигментацией, слегка дрожат. Он был взволнован и доволен. Он понимал ценность информации, которую я принёс. И он понимал, что это была не просто благодарность – это был жест доверия, который скреплял наш союз.

– Это… это очень ценная информация, – сказал он наконец, откладывая папку в сторону и глядя на меня с новым уважением. – Ты мог бы оставить это себе. Мог бы использовать это для укрепления Гильдии. Но ты отдал это мне. Почему?

– Потому что я ценю союзников, – ответил я, встречая его взгляд. – Мы работаем вместе, мы выигрываем вместе. И если я могу помочь тебе укрепить твои позиции, я сделаю это. Потому что чем сильнее ты, тем сильнее наш союз. А нам обоим выгодно, чтобы союз был крепким. Мы уже обсудили это с тобой – наши сферы деятельности не пересекаются. Ты контролируешь свои каналы, я контролирую свои. Мы не конкуренты. Мы партнёры.

Седой смотрел на меня долгим взглядом, и я чувствовал, как он взвешивает мои слова, как его опытный ум перебирает все возможные варианты, ищет скрытые угрозы и выгоды. Но я был честен – я действительно не хотел враждовать с ним. Нам было выгоднее работать вместе, чем воевать друг с другом. И мы оба это понимали.

– Хорошо, – кивнул он, и я почувствовал, как его мана успокаивается, становясь более равномерной. – Я подтверждаю, что наш союз продлевает своё действие, хоть и от основной угрозы мы избавились. На равных условиях. Но я хочу, чтобы ты запомнил: предательство я не прощаю. Если ты попытаешься обмануть меня, я уничтожу тебя. И даже архимаг не сможет меня остановить.

– Это понятно. Впрочем, я могу сказать то же самое, – парировал я, вызывая у старика смешок. – Так что вот моё предложение: мы делим информацию. Мы работаем вместе, когда это выгодно нам обоим. Мы не мешаем друг другу и не вредим друг другу. И мы защищаем друг друга, когда кто-то угрожает кому-то из нас.

– Договорились, – он протянул свою руку через стол. – И знай, что я умею ценить тех, кто помогает мне. Ты получишь свою долю выгоды. И можешь рассчитывать на мою помощь в будущем.

– Спасибо, Седой, – я пожал его руку, чувствуя, как его пальцы сжимаются вокруг моих с силой, которая говорила о многом. – Я ценю это. И я знаю, что наш союз принесёт нам обоим пользу.

– Надеюсь, – он откинулся на спинку кресла и снова затянулся трубкой, глядя на меня с лёгкой усмешкой. – А теперь скажи мне, Паук. Что ты будешь делать с остальной информацией, которую нашёл? Ты ведь точно отдал мне не всё.

– Я использую её для укрепления Гильдии, – ответил я, и в моём голосе не было лжи. – Я буду использовать её постепенно. Сначала – восстановить наши позиции. Потом – заставить тех, кто думал, что мы ослабли, заплатить за свою самоуверенность.

– Хорошо, – кивнул он. – Это логично. Тогда к тебе небольшая просьба, как к союзнику. Мне не нужна сама информация, но я был бы благодарен за список из чиновников, что теперь у тебя на крючке. Знаешь ли, иногда и нам нужен рычаг влияния на них. И если уж мы союзники, проще расплатиться за помощь с некоторыми вопросами с тобой, чем платить им напрямую.

– Хорошо, я подготовлю список и пришлю позже, – кивнул я, понимая, что это будет выгодно нам обоим. – Впрочем, имя не столь важно. Тебе достаточно сказать, кто тебе нужен, а уж мы найдём чем его подцепить, пусть на это и может понадобиться время.

– Вот и славно. Это меня устраивает. Тогда рассчитываю на долгосрочное сотрудничество, – оскалил он свои зубы.

– И я рассчитываю на это. Будь здоров, Седой. Увидимся, – поднялся я с кресла и двинулся к выходу.

– Увидимся, – ответил он, кивая мне на прощание.

* * *

Я вышел из особняка Седого, чувствуя, как холодный утренний воздух касается моего лица. Тишина двигалась рядом со мной, её металлическое тело было скрыто плащом, и она казалась просто тенью, которая следовала за мной по пустынным утренним улицам. Город просыпался, и я слышал, как где-то вдалеке начинается обычная жизнь – голоса торговцев, стук копыт по булыжной мостовой, звон колоколов с ближайшей церкви. Но я думал о другом. О том, что мы сделали. О том, что нас ждёт впереди.