Текст книги "Убийца архимагов (СИ)"

Автор книги: Дмитрий Мазуров

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 14 страниц)

Паутина магии 5. Убийца архимагов

Глава 1

В последующие дни тень Вальдемара Вэнса легла на столицу, как грозовая туча, но не обещающая дождя, а сулящая ураган. Слухи о его прибытии расползались быстро, обрастая новыми пугающими подробностями. Говорили, что он явился, словно дух из древних легенд. Ходили слухи, что он не ел и не спал, что его глаза горели нечеловеческим огнём, а слова, срывавшиеся с его уст, заставляли самых храбрых магов бледнеть и отводить взгляд. Бред, конечно. Но это лишь показывало то, насколько люди его опасались. И не зря.

Гильдия, как никогда раньше, была на грани. Наши люди в городе работали на пределе, собирая информацию, заметая следы, пытаясь понять, куда направит свой гнев древний архимаг. Но ответы приходили медленно, а тревога росла с каждым часом. Встревоженные дворяне, испуганные купцы, простые горожане – все чувствовали, что что-то грядёт. Что равновесие, державшееся на тонкой нити, вот-вот будет нарушено.

Встреча с Шеем состоялась на следующий день в нашем запасном убежище – небольшом доме в портовом районе. Я пришёл затемно, стараясь не привлекать внимания, и застал Шея и Астрид за разбором новых донесений. Их лица были бледными, осунувшимися, будто они не спали несколько ночей подряд.

– Шей собрал новые сведения. И они… не радужные, – сказала Астрид, едва я переступил порог. Она выглядела измождённой, под глазами залегли тени, но в голосе чувствовалась сталь, которую я так ценил в ней.

– Что именно? – я сел на свободный стул, чувствуя, как внутри разгорается предчувствие.

– Он связался с оставшимися в живых членами рода Вэнс. С кузенами герцога и прочими родственниками. Но не для того, чтобы помочь. Нет, он заявил, что они недостойны носить имя Вэнс. Взял всё в свои руки. И он не успокоится, пока не найдёт того, кто уничтожил его потомков, – Шей перебирал бумаги, но я видел, что его мысли далеко. – И это ещё не всё. Он уже начал допрашивать людей о том, с кем у герцога были конфликты. И, боюсь, со временем может выйти и на тебя.

– Это было ожидаемо. И на такой случай алиби и было подготовлено, – кивнул я. – А где сейчас сам архимаг?

– Он остановился в старом родовом поместье на окраине города. Это место было заброшено последние пятьдесят лет, но он приказал восстановить его, – Астрид поморщилась. – И знаешь, что самое странное? Наши люди видели, как туда приезжают курьеры из самых разных уголков континента. К нему съезжаются бывшие союзники Вэнсов, те, кто был в тени и не ввязывался в открытые конфликты. Теперь они готовы выйти из укрытия. Они почуяли кровь.

– Объединение сил. Неприятно, но ничего страшного, пока он не знает, кто его враг, – я откинулся на спинку стула, ощущая, как в груди разрастается холод. – Нам нужно перекрыть ему доступ к информации. И сделать это так, чтобы он не понял, откуда исходит удар.

– Сделать это будет непросто, – заметил Шей, потирая усталые глаза. – Вальдемар не просто старый маг. Он – архимаг. И желающих ему угодить и помочь хватает. Он даже посылал людей в штаб-квартиру Тайной службы. Благо у этих на нас информации не должно быть. У нас есть и там свои люди, пусть и не на самых высоких должностях.

Интриги герцога Вэнса, от которых, казалось бы, я избавился самым лучшим способом, теперь обернулись настоящей угрозой. И эта угроза была намного серьёзнее, чем я мог себе представить. Нужно было действовать. И действовать быстро.

Той же ночью я сидел в своей комнате, перебирая в уме всевозможные варианты. Мне нужно было найти способ либо нейтрализовать Вальдемара, либо сделать так, чтобы он никогда не нашёл меня. Но архимаг был не просто сильным врагом. Он был древним, опытным, хитрым. Он пережил столетия, переиграл сотни врагов. Бороться с ним в открытую было безумием. Но и прятаться вечно было невозможно. Мы должны были перекрыть ему кислород. Лишить его глаз и ушей в этом городе.

Широ тихо сидел на подоконнике, не сводя с меня своих чёрных глаз. В тишине комнаты его присутствие казалось особенно весомым. Он ждал, когда я заговорю первым, чувствуя моё напряжение.

– Ты не думал о том, чтобы обратиться за помощью к Келпи? – спросил он наконец. – Она – архимаг. Возможно, она сможет повлиять на ситуацию. Или хотя бы дать тебе совет.

– Нет. Келпи не станет рисковать своей академией ради меня. Она помогла мне из уважения к Кроу, но её лояльность ограничена её собственными интересами. Если она узнает, что за мной охотится архимаг, то может решить, что проще избавиться от меня, чем ввязываться в войну, – я покачал головой, глядя в тёмное окно. – Моя безопасность здесь, в стенах академии – иллюзия. И я должен это признать. Если Вальдемар узнает, кто я, он может прийти сюда. И тогда пострадаю не только я, но и студенты, и другие преподаватели. Этого нельзя допустить.

– Тогда что ты собираешься делать? Оставить всё и сбежать в башню Кроу? – в голосе бельчонка послышалась ирония, но в ней чувствовалась и тревога. Он боялся за меня, хотя и старался этого не показывать.

Я задумался на мгновение. А затем принял решение. Оно было рискованным, почти безумным, но других вариантов у меня не оставалось.

– Нет. Я собираюсь перейти в наступление. Не в открытую, а так, как умею лучше всего. В тени. Мы не можем ударить по Вальдемару напрямую, но мы можем ослепить его. Лишить его глаз и ушей в этом городе.

Идея, которая пришла в голову, давно напрашивалась, но я всё не решался. Это было опасно и могло меня выдать, но… риск того стоит. Если я не могу победить Вальдемара в открытом бою, то должен ослабить его, лишить союзников и информации, заставить его тратить время и силы на ложные цели. Мы должны были сделать так, чтобы каждый его шаг утопал в песке и каждый вопрос оставался без ответа.

Я взял на себя задачу, которую не мог доверить никому другому. И для этого у меня был идеальный инструмент – Тишина.

Моя марионетка была не просто боевой единицей. Она была идеальным убийцей. Бесшумным и безжалостным. Никто не знал о её существовании, кроме меня, Шея, Астрид и Ренара. И я собирался использовать её, чтобы разорвать паутину, которую плел вокруг меня Вальдемар. Я не мог позволить архимагу найти меня, а значит, я должен был сделать всё, чтобы он потерял нить.

Ночь выдалась лунной. Серебристый свет заливал крыши столицы, делая тени особенно глубокими и опасными. Я стоял на крыше старого склада недалеко от западных ворот, глядя на дом, который служил убежищем для одного из людей Вальдемара. Это был мужчина, который когда-то работал на герцога Вэнса, а теперь был готов переметнуться к его древнему предку. И он был ценным источником информации. Через него Вальдемар мог получать сведения о грузах, прибывающих в город, но что самое важное: о всех контрабандных поставках в город. В том числе и о прибывающих сюда людях. Моих людях…

– Ты уверен, что это необходимо? – спросил Широ, сидя у меня на плече. – Мы могли бы попытаться перекупить его. Заставить работать на нас.

– Слишком рискованно. Он фактически уже продался Вальдемару. Если я предложу ему больше, он может донести на меня. И тогда всё, что мы построили, будет под угрозой, – я покачал головой, чувствуя, как холодная решимость наполняет мои вены. – Нет, есть только один способ гарантировать, что он замолчит навсегда. Он должен исчезнуть. Бесследно. Так, чтобы никто не мог связать его исчезновение с нами.

Я перевёл взгляд на Тишину, которая стояла в тени за моей спиной. Её металлическое тело было покрыто специальным составом, поглощающим свет, и она казалась просто сгустком тьмы. Глаза марионетки были погашены, но я чувствовал её связь со мной, её готовность выполнить любой приказ. Она была идеальным инструментом для этой работы. Бесшумная, безжалостная, неуловимая.

– Иди, – мысленно приказал я. – Убей его. Быстро и тихо. Никаких свидетелей. Тело должно исчезнуть.

Тишина сорвалась с места. Она двигалась быстрее любого человека, совершенно бесшумно, и я едва успевал уследить за ней взглядом. Она проскользнула в окно второго этажа, и через несколько мгновений я услышал глухой звук падения тела. Затем – тишина. Идеальная, абсолютная тишина, которая говорила о том, что работа выполнена. Ещё через минуту Тишина выскользнула обратно, неся в руках массивный мешок. Мы должны были уничтожить все следы.

– Молодец, – похвалил я, хоть и знал, что ей похвала не нужна.

Это был первый шаг. За ним последовали и другие. За неделю я устранил ещё шестерых людей, которые могли вывести Вальдемара на меня или на Гильдию. Каждый раз я действовал по одному и тому же сценарию: сначала тщательная разведка, затем Тишина проникала в дом, быстро и безжалостно выполняла свою работу и исчезала, не оставляя следов. Все смерти выглядели так, будто эти люди просто решили сбежать, бросив всё. Я подбрасывал фальшивые улики, которые вели в никуда, и создавал ложные версии, которые запутывали следствие. Город кипел слухами, но правды не знал никто.

Однако я понимал, что это лишь временное решение. Вальдемар не был глупцом. Он замечал, что его источники пересыхают один за другим. И он начал догадываться, что кто-то систематически уничтожает его сеть. Он не мог знать, кто именно это делает, но чувствовал чужое присутствие, чужую руку, которая вырывала у него нити одну за другой. Его гнев рос, и это делало его ещё более опасным.

Утром Шей сообщил мне, что осведомители Гильдии видели, как Вальдемар в бешенстве крушил мебель в своём поместье. Архимаг требовал найти убийц. Он пообещал награду, которая заставила бы любого торговца информацией пуститься во все тяжкие. Он был готов заплатить любую цену, чтобы узнать правду. И это было плохо. Очень плохо.

– Он бьёт копытом, Фауст. Он злится. Это хорошо. Значит, мы задели его за живое, – сказал Шей, и в его голосе впервые за долгое время послышалась надежда. – Его гнев ослепляет его. Он начинает совершать ошибки.

– Это также значит, что он будет действовать ещё агрессивнее, – возразил я. – Он не идиот и понимает, что кто-то специально перекрывает ему доступ к информации. И он начнёт искать этого «кого-то». Мы должны быть готовы к тому, что он может прийти за нами. И мы должны быть сильнее, чем в прошлый раз. Любая наша ошибка будет стоить нам жизни.

Однако отступать было уже поздно. Я принял решение, и я должен был идти до конца. Даже если этот конец будет означать мою гибель. Я должен был сделать всё, чтобы Вальдемар никогда не нашёл меня.

Прошло ещё несколько дней. Я сидел в своей комнате, размышляя о том, как мне быть дальше. Тишина стояла рядом со мной, неподвижная, как статуя. Она была моим секретным оружием, Но пока ещё несовершенным.

– Я должен усилить её, – прошептал я, обращаясь к самому себе. – Она должна стать быстрее и сильнее. Только так я смогу продолжать охоту.

Я снял с неё плащ, закрывающий её металлическое тело, и принялся за работу. Я вплетал в её конструкцию новые плетения, используя заполученные знания. Я усиливал её чувствительность к магии, делал её движения ещё более плавными и бесшумными. Я создавал новый слой защиты, который делал её почти невидимой для магического поиска. Теперь даже опытный маг не смог бы обнаружить её, если бы она не хотела этого.

Работа заняла несколько часов. К утру Тишина стала ещё совершенней. Мой шедевр…

На следующий день пришло новое сообщение от Шея. На этот раз оно было ещё более тревожным, чем предыдущие. Вальдемар начал рыть в сторону академии магии. И это было опасно…

– Он приближается, – сказал я Шею, когда мы встретились в тот же день. – Ему нужен кто-то, на кого можно списать вину. И он не успокоится, пока не найдёт его. Он будет давить, пока не получит ответ.

– Что ты предлагаешь? – спросил Шей. Его лицо было бледным, но в голосе чувствовалась сталь, которую я так ценил в нём. – Ты мог бы уйти в подполье. На время, пока всё не уляжется.

– Нет. Если я исчезну, это станет явным признаком вины. Вальдемар начнёт искать меня ещё активнее, и тогда пострадают все, кто был связан со мной. Гильдия, ты, Астрид. Я не могу этого допустить. Я должен оставаться на виду, делать вид, что ничего не происходит, и продолжать действовать в тени.

– Значит, продолжаем наносить точечные удары – в голосе Шея послышалась решимость. – Плюс я добавлю ещё отвлекающих факторов. Мы можем сделать так, чтобы он был слишком занят собственными проблемами.

– Именно это я и собираюсь сделать, – ответил я, чувствуя, как внутри разгорается огонь. – Но для этого мне нужно больше времени. И мне нужна информация. Нужно определить следующие цели. Я хочу знать всё о каждом из них: их слабости, их страхи и секреты, чем они дышат, что они едят и с кем спят. Только так я смогу нанести удар, который будет для них неожиданным.

Той ночью я снова отправился на охоту. Тишина шла за мной, беззвучная, как тень. Моей целью был ещё один осведомитель, человек, который помогал Вальдемару собирать информацию. Я знал, что если уберу его, Вальдемару станет намного сложнее действовать. Но на этот раз я действовал ещё более осторожно. Я знал, что архимаг уже начал подозревать неладное и мог расставить ловушки.

Я долго ждал, наблюдая за домом из тени. Тишина стояла рядом, готовая к действию. Мои чувства были обострены до предела, я сканировал пространство на предмет магических ловушек и засад. И лишь убедившись, что всё чисто, я отдал приказ. Тишина скользнула внутрь и выполнила свою работу так же безупречно, как и в прошлый раз. Ещё один источник информации иссяк. Ещё одна нить, связывающая Вальдемара с городом, была перерезана.

Вернувшись в академию, я долго не мог уснуть. Я смотрел в потолок и думал о том, как далеко я зашёл в этой войне. Гильдия, мои друзья, моя жизнь – всё это было поставлено на карту. Но я не жалел о том, что сделал. Враг был слишком опасен, чтобы проявлять к нему снисхождение. И я был готов идти до конца.

Был и ещё один вариант, как отвлечь его внимание. Нужно было создать ложный след, который приведёт его в никуда, но заставит тратить время и силы. Я должен был сделать так, чтобы он сомневался и ошибался. И я знал, как это сделать. Используя Тишину, я начал оставлять в местах исчезновения его людей странные знаки – символы, выглядящие как послания. Я подбрасывал ложные улики, которые вели в тупик, и создавал призрачные фигуры, которые исчезали, едва он приближался к ним.

Наблюдатели доложили, что Вальдемар в бешенстве. Он не мог найти меня. Он не мог найти моих людей. Он не мог найти даже тех, кто был со мной связан. Его гнев рос, и он начинал срываться на своих же союзниках, подозревая их в предательстве. Его собственная сеть начала рушиться изнутри. Это было именно то, чего я хотел. Но я знал, что это лишь начало. Вальдемар был слишком опасен, чтобы его можно было так просто обмануть. И я должен быть готов к его ответному удару.

Глава 2

Утро выдалось хмурым. Тяжёлые свинцовые тучи нависли над столицей, грозя пролиться затяжным дождём, и редкие лучи солнца с трудом пробивались сквозь них, окрашивая город в серые тона. Я стоял у окна своей комнаты, глядя на пустынный внутренний двор, и размышлял о том, как мне быть дальше. Вальдемар Вэнс продолжал свою охоту, и хотя его сеть информаторов заметно поредела, он не сдавался. Вопрос был лишь в том, сколько ещё я смогу выдерживать этот темп.

В дверь постучали. Три коротких удара – тихих, почти неслышных. Я обернулся.

– Войдите.

На пороге стояла Астрид. Её лицо было бледным, а глаза – красными, будто она не спала всю ночь. Я хотел спросить, что случилось, но она заговорила первой.

– Фауст, – тихо сказала она, и в её голосе я услышал что-то, чего раньше никогда не замечал. Уязвимость. – Ты не мог бы пойти со мной сегодня? На кладбище. Я хочу навестить могилы родителей.

Я не сразу нашёлся с ответом. Астрид редко говорила о своей семье, и её просьба была неожиданной. Но я знал, как много это для неё значит.

– Конечно. Я пойду с тобой, – кивнул я.

Она облегчённо выдохнула, и я заметил, как напряжение чуть отпустило её плечи.

– Спасибо. Я подожду тебя у ворот.

Я вышел из академии и увидел Астрид, стоящую у ворот. Она была одета в простое тёмное платье без обычных украшений и выглядела более уязвимой, чем обычно. В её руках был небольшой букет полевых цветов – белых и синих, тех, что растут на окраинах столицы.

– Ты готов? – спросила она, и в её голосе послышалась лёгкая неуверенность.

– Идём, – кивнул я.

Она улыбнулась уголками губ, той улыбкой, которую я видел всего несколько раз.

Мы двинулись в сторону городского кладбища. Шли молча, и тишина между нами была не тяжёлой, а скорее уютной. Ветер шелестел в кронах редких деревьев, и где-то вдалеке слышался звон колоколов. Город постепенно просыпался, но мы шли через пустынные улочки, избегая людных мест.

Кладбище располагалось на северной окраине столицы за старыми городскими стенами. Это было тихое место, где время текло иначе. Старые надгробия, поросшие мхом, покосившиеся кресты и редкие деревья, которые шелестели листвой на ветру. Здесь царила атмосфера покоя, которая редко встречалась в шумном городе. Воздух был пропитан запахом сырой земли и увядших цветов, и даже редкие птицы пели здесь тише, будто боясь нарушить вечный сон тех, кто покоился под этими камнями.

Астрид вела меня между могил, и я заметил, как её шаги становятся всё медленнее, будто каждый следующий шаг давался ей с трудом. Наконец мы остановились у небольшого надгробия из тёмного камня. На нём были высечены два имени: Элиана и Томас Альварес. Родители Астрид. Камень был покрыт тонким слоем зелёного мха.

Она опустилась на колени и положила свой букет у подножия. Её плечи дрогнули, и я услышал тихий всхлип, который она пыталась сдержать. Я не знал, что сказать. Слова казались лишними. Я просто стоял рядом, давая ей время.

– Я так давно здесь не была, – наконец сказала она, не оборачиваясь. – Боялась. Думала, что если приду сюда, то снова почувствую ту боль. Ту пустоту. Но сегодня я поняла, что должна прийти.

Она помолчала, глядя на надгробие, и я видел, как её руки, сжимающие край платья, постепенно расслабляются. Её дыхание выровнялось, и слёзы перестали течь по щекам.

– Знаешь, Фауст, – тихо продолжала она, и в её голосе я услышал странную смесь печали и благодарности, – когда я была маленькой, я думала, что мир – это простое место. Есть добрые люди, есть злые. Но потом я поняла, что всё намного сложнее.

Она повернулась ко мне, и я увидел, что по её щекам всё ещё текут слёзы, но она не пыталась их скрыть. Её глаза были красными, но в них горел тот самый огонь, который я так хорошо знал – огонь выжившей, которая прошла через ад и не сломалась.

– Ты даже не представляешь, как много для меня значит то, что ты сделал. Ты уничтожил тех, кто виновен в смерти моих родителей. Ты дал мне возможность отомстить за них, – она кивнула на могилу. – Когда я просила тебя помочь, я не верила, что это возможно. Я просто ухватилась за соломинку. Думала, что моя месть останется лишь мечтой, которая будет гореть во мне до конца моих дней. Но ты сделал это. Ты пришёл в мою жизнь, когда я уже потеряла надежду, и перевернул её.

Она замолчала, и я почувствовал, как ледяной ветер снова коснулся моего лица. Где-то вдалеке каркнул ворон, и я снова подумал о том, как много всего изменилось с тех пор, как я покинул башню Кроу. Тогда я был просто учеником, который искал силу. Теперь я был тем, кто мог уничтожить целый магический род. И это было одновременно и страшно, и правильно.

– Это было не только ради тебя, – сказал я, чувствуя, как в груди разрастается странное тепло. – Вэнсы были угрозой для всех нас. Они слишком долго оставались безнаказанными, слишком долго давили на тех, кто был слабее. Их падение было неизбежно. Я просто ускорил процесс.

– Может быть, – она покачала головой, и на её губах появилась та самая улыбка, которую я так ценил. – Но я знаю, что ты сделал это и ради меня. Ты дал мне то, чего я не могла получить больше нигде. Ты дал мне покой. Ты даже не представляешь, как тяжело было жить с этой ненавистью внутри. Она сжигала меня изнутри, лишала сил, не давала дышать полной грудью. А теперь… теперь я могу дышать.

Она снова посмотрела на надгробие, и я услышал, как она прошептала:

– Я помню, как впервые увидела тебя, – сказала Астрид, и её голос стал чуть твёрже, будто она набиралась сил. – Ты был таким… странным. Непохожим на других. Ты смотрел на мир так, будто видел в нём что-то, чего не видели остальные. И я не понимала, что это было.

– А теперь понимаешь? – спросил я, хотя уже догадывался, что она скажет.

– Теперь – да. Ты видел не то, что есть, а то, что может быть. Ты всегда искал возможность изменить мир, сделать его лучше. И ты делал это. Не для себя, а для тех, кто нуждался в помощи. Даже создание Гильдии… Ты ведь сделал это не для себя. Нет. Ты создал её, чтобы помочь другим. Ты мог бы просто пройти мимо, Фауст. Мог бы сказать, что это не твоя война. Но ты не сделал этого. Ты взял на себя чужую боль и превратил её в свою силу.

Я не знал, что ответить. Её слова тронули меня глубже, чем я мог предположить. Я привык думать о себе как о человеке, который движим холодным расчётом и стремлением к силе. Я привык, что мною движут выгода и прагматизм. Но Астрид видела во мне что-то другое. Что-то, чего я сам не замечал. И это заставляло меня смотреть на себя иначе.

– Спасибо… Что веришь в меня, – сказал я, и мой голос прозвучал тише, чем я планировал.

– Ты стал сильнее, но ничуть не изменился, – улыбнулась она, посмотрев на меня.

Она поднялась с колен и стряхнула пыль с платья. Её лицо было спокойным, но в глазах я всё ещё видел отблеск пережитой боли. Она снова посмотрела на надгробье, и я услышал, как она прошептала:

– Спасибо, папа. Спасибо, мама. Я не забыла вас. И я вернусь. Обязательно вернусь.

Мы постояли ещё немного в тишине, а затем двинулись обратно к воротам кладбища. По пути я снова заметил букет полевых цветов, который лежал у подножия камня, и понял, что это был не просто жест. Это было обещание. Обещание, которое она дала себе много лет назад – вернуться сюда, когда всё закончится, и сказать родителям, что их дочь выжила и отомстила за них.

– Фауст, – окликнула меня Астрид, когда мы вышли за ворота и снова оказались среди живого города.

– Да?

– Спасибо, – сказала она, и в её голосе я услышал искреннюю благодарность. – За то, что пришёл. За то, что был рядом. За то, что ты исполнил своё обещание, хотя мог бы забыть о нём. Ты – единственный, кто не предал меня.

– Я всегда держу свои обещания, – ответил я, и она показала ту улыбку, которая делала её по-настоящему красивой.

Когда мы вернулись в столицу, город уже жил своей привычной жизнью. Торговцы открывали лавки, дети бегали по мостовой, а где-то вдалеке слышалась музыка. Астрид остановилась на перекрёстке и посмотрела на меня. Её лицо было спокойным, но я видел, как она глубоко вздохнула, будто вбирая в себя воздух свободы.

– Я пойду к себе, – сказала она. – Мне нужно немного побыть одной. Переварить всё это. Но спасибо тебе. За всё.

– Всегда пожалуйста, – кивнул я.

Она развернулась и быстро зашагала по улице, но на полпути обернулась и крикнула:

– Фауст! Ты ведь знаешь, что я всегда рядом, если тебе понадобится помощь?

– Знаю, – ответил я. – И ценю это.

Она улыбнулась и скрылась за поворотом. Я постоял ещё мгновение, глядя ей вслед, чувствуя, как внутри разливается странное тепло, которое я не мог объяснить. А затем направился в особняк Гильдии. Мне нужно было поговорить с Шеем. Ситуация с архимагом требовала моего внимания.

Шей встретил меня в комнате совещаний. Его лицо было бледным, осунувшимся, будто он не спал несколько ночей подряд. Что было правдой. На столе перед ним лежали свежие донесения, и он нервно перебирал их, явно пытаясь найти хоть какую-то зацепку, хоть какую-то нить, которая могла бы помочь нам.

– Фауст, – сказал он, когда я вошёл, и его голос звучал глухо, почти шёпотом. – Хорошо, что ты пришёл. Ситуация начинает выходить из-под контроля.

– Что случилось? – спросил я, садясь напротив и чувствуя, как усталость накрывает меня с головой.

– Вальдемар, – Шей провёл рукой по лицу, словно пытаясь стереть усталость. – Он перекрывает городу кислород. Люди боятся даже говорить о нём.

– То есть он просто запугивает всех вокруг, надеясь, что кто-то сорвётся и выдаст себя, – задумчиво произнёс я. – Грубо, но действенно. Особенно для того, кто не знает, куда именно копать. Он сеет страх, и страх делает за него половину работы.

– Да, – кивнул Шей. – Впрочем, не всё так плохо. Пока он занят поисками, другие рода, которые раньше боялись даже пискнуть против Вэнсов, начали действовать. Сначала пошли слухи, а потом и реальные действия. Земельные споры, судебные иски, попытки перекупить бывших союзников Вэнсов. Некоторые даже открыто заявляют, что Вэнсы получили по заслугам и что их падение – это справедливое возмездие за годы тирании. Разумеется, так нагло себя ведут только те, кому есть чем или, вернее, кем отвадить архимага.

– Они почувствовали слабость и решили добить, – усмехнулся я. – Это хорошо. Это отвлекает внимание от нас. Вальдемар теперь будет вынужден разбираться не только с поисками убийц, но и с тем, как удержать остатки влияния своего рода. Чем больше врагов у него появляется, тем меньше времени он может уделять нам.

– Именно, – Шей открыл один из отчётов и пробежал по нему глазами. – Род Торнтон уже подал иск на несколько поместий, которые раньше принадлежали Вэнсам. Они действуют быстро и агрессивно, словно ждали этого момента десятилетиями. Род Блэквуд по дешевке перекупил их долю в портовых складах – это был удар по финансовой мощи Вэнсов. Даже мелкие дворяне, которые раньше не смели поднять головы, теперь пытаются урвать свой кусок. Город кипит, Фауст. Все хотят получить выгоду от падения одного из древнейших родов. Аристократы, купцы, даже некоторые чиновники – все рвутся к добыче.

– Это хорошо, – кивнул я. – Но мы не должны расслабляться. Вальдемар не дурак. Он всё понимает. И он не остановится, пока не найдёт виновных. Его терпение не бесконечно, но явно больше, чем у обычных людей.

– Я знаю, – Шей отложил отчёт и посмотрел на меня долгим взглядом. – Но есть ещё одна проблема. Пока мы пытаемся перекрыть ему доступ к информации, он начал искать другие пути. Сегодня утром наши люди заметили, что он отправил посыльных к нескольким влиятельным семьям. В одной из них был наш человек, работающий слугой. Он прочитал послание. Вэнс уже понял, что его собственная сеть разрушена, и теперь пытается банально купить информацию у других.

Я замер. Это было опасно. Если Вальдемар заплатит достаточно, то кто-то может что-нибудь и раскопать. Но в то же время это был шанс. Да, шанс для нас самих…

– Это хорошо. Даже отлично, – сказал я, чувствуя, как внутри разгорается предвкушение. – Это значит, что скоро он дойдёт и до Гильдии. Этим мы и воспользуемся. Мы можем дать ему ту информацию, которую хотим. И сделать так, чтобы он никогда не нашёл правду. Мы переиграем его в его же игре.

– Ты думаешь, это сработает? – спросил Шей, и в его голосе послышалось сомнение. – Он – архимаг, Фауст. Он пережил столетия. Он, наверное, видел сотни таких попыток. Уж чего-чего, а опыта ему не занимать.

– Вот только большую часть времени он провёл в уединении, – покачал я головой. – Это наш шанс. Мы не можем победить его в открытом бою. Значит, мы должны переиграть его.

Шей смотрел на меня долгим взглядом, и я видел, как в его глазах борются страх и решимость. Он понимал, что это риск. Огромный риск, который мог стоить нам всего. Но он так же понимал, что других вариантов у нас нет. Мы загнали себя в угол, и теперь оставалось только идти вперёд.

– Хорошо, – наконец сказал он. – Я подготовлю людей. Мы сделаем так, чтобы он пришёл именно к нам. У нас есть несколько проверенных информаторов, которые смогут выйти на его людей и предложить свои услуги. Мы создадим для него идеальную картину – ту, которую он захочет увидеть.

Я хотел уже ответить, когда дверь в комнату совещаний распахнулась. На пороге стоял запыхавшийся парень, его лицо было бледным, а руки дрожали. Он перевёл дух, и я увидел, как его глаза расширены от страха. Он явно бежал сюда со всех ног.

– Архимаг Вэнс только что вошёл в наше приёмное отделение. Он требует встречи с главой Гильдии, – выпалил он, и его голос сорвался на хрип.

Я замер. Сердце на мгновение остановилось, а затем забилось с удвоенной силой, разгоняя кровь по венам. Вальдемар пришёл. В самое сердце моей организации. Неужели он что-то узнал? Или… наш план начнёт работать раньше, чем мы думали? Я переглянулся с Шеем, и в его глазах я увидел тот же холодный страх, который чувствовал сам. Мы оба понимали, что этот визит может изменить всё.

Что ж, пора встретиться со своим врагом лицом к лицу!