444 000 произведений, 109 000 авторов.

Электронная библиотека книг » Дмитрий Бурдин » Система Распутина. Том 1 (СИ) » Текст книги (страница 3)
Система Распутина. Том 1 (СИ)
  • Текст добавлен: 10 ноября 2026, 10:00

Текст книги "Система Распутина. Том 1 (СИ)"


Автор книги: Дмитрий Бурдин


Соавторы: Сергей Шиленко

Жанр:

   

РеалРПГ


сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 19 страниц)

Глава 3

Смена начиналась ровно в шестнадцать ноль-ноль. До этого я просто знакомился с персоналом, и что было самым хреновым… выспаться мне сегодня явно не светило. Когда я закончил уборку с Ветровой, ко мне подошла эта татуированная управляющая и с плохо скрытым удовольствием уточнила:

– Дима, учебный день у тебя плавно перетекает в полную смену. До четырёх утра.

Я попытался возмутиться, мол, сна нихрена, я встал раньше петухов, но ей было плевать. Смена есть смена.

Да и, если честно, не впервой такое было. На телевидении тоже не всегда начальство волновало, во сколько ты приехал на работу и во сколько уедешь. Есть план? Есть. Сиди и страдай!

Подремать мне всё равно удалось. Втихую, в комнате персонала с позволения Оли. Сны были всякие. И яркие, про мою жизнь, в частности.

Самым паршивым было то, что я полез в телефон, когда проснулся. Я терзал себя за то, что так и не попытался разобраться, почему я вообще оказался здесь в этом теле. И первая же строка в поисковике выдала мне, что вчера, трагически, от остановки сердца, погиб известный всей стране…

– Твою же мать… – я смотрел на эту новость и тихонько офигевал. – Да как-то…

Потом я ещё с час провёл в интернете, пытаясь понять, что и как произошло. В конечном счёте, у меня получилась такая теория:

«Я умер, душа оказалась слишком тёмной для рая – ну, за счёт пошлых шуток, – и слишком светлой для ада. Так что, боженька дал мне, в некотором роде, такой шанс. Да ещё и системой непонятной наградил.»

Совпадение? Да, пожалуй.

И ещё одно я понял сразу: прийти к охране дома на Воробьёвых с фингалом и заявить «я Лазарев» – значит уехать в дурку раньше, чем договорю фамилию. Прошлая жизнь закрылась. Почти.

Последняя строка новости добила: «Прощание с Андреем Лазаревым состоится в понедельник в Останкине». В понедельник «Парус» закрыт. В понедельник же Славик ждёт свои сто двадцать тысяч. Выбор на понедельник у меня был богатый: собственные похороны или чужие долги.

Закончив с переживаниями и размышлениями, я спустился в зал за десять минут до начала. И изо всех сил старался не зевать, дабы не привлекать ненужного внимания. Но…

У судьбы, да и у всей сложившейся ситуации, на меня были другие планы.

Точнее, не у судьбы, а у системы! Которая, как мне думалось, получала садистское удовольствие от моих страданий. Ну, страдания, конечно, это было громко сказано, я в целом, не страдал. В общем, система подкидывала мне свои приколы, которые надо было решать.

Рубашка, которую я вчера так старательно отстирал в раковине дешевым жидким мылом, утром была ещё терпимой, но за день пропиталась потом, высохла прямо на мне и встала колом… короче, превратилась в жёсткая, дубовую тряпку! И теперь, она, собака такая, натирала подмышки!

Мало того… у меня ещё и начала тремор рук! Явно из-за вчерашнего стресса, недосыпа и голодного желудка… двадцати вчерашних проб «Точной меры»…

Хм… а также из-за новостей о том, что настоящий я – умер.

Короче, пальцы подрагивали мелкой, непрекращающейся дрожью.

Система тут же вывела перед глазами издевательское уведомление:

Внимание!

Наложен дебафф: Тремор новичка (перегрузка навыка «Точная мера»).

Шанс пролить напиток при наливе: 20%. Внимательность −10%.

– Отличное начало смены, – пробормотал я, пытаясь растереть предплечья, чтобы разогнать кровь. – Бесплатный сыр, говорите? Вот и счёт за вчерашний аттракцион.

Ветрова уже стояла за стойкой и протирала и без того, чистую посуду. Увидев меня, она кинула взгляд на мои руки, затем на рубашку и кивнула в сторону огромного пластикового контейнера, доверху наполненного цитрусовыми.

– Режь апельсины, лаймы и лимоны. Дольками, полудольками, твистом. Сделаешь неправильно… переделаешь. Времени до открытия – десять минут.

Я сухо кивнул, взял контейнер, поставил на разделочную доску и взял в руки шеф-нож. И тут мои пальцы задрожали еще сильнее. Я попытался прижать лайм к доске, но лезвие предательски уплыло в сторону.

«Да что же…»

Толком ничего не получалось. И главное – я понимал… ещё вот один такой «дёрг» и я просто отрежу себе фалангу. А если я это сделаю, то не только пролью кровь на чистую рабочую поверхность, но и заработаю штраф от Соколовой, которая уже расхаживала по залу с видом инквизитора на испытательном сроке.

Она, сто процентов бы сказала:

– Отрезал палец? Штраф! Порча имущества! А бармен – это имущество!

И что-то во мне говорило, что да, так оно и будет! Я посмотрел в зал, заметил её…

Она двигалась между столиками, хмуря тонкие брови. Над её головой висела системная плашка, от которой мне становилось смешно:

Симпатия: Полное игнорирование (0/3)

Ну и эта сраная жёсткая рубашка… я потел. Она натирала, мне было некомфортно, но самое паршивое, это то, что ещё вот с часик, и от меня просто будет разить козлом, что в баре было абсолютно неприемлемо. Ветрова учует запах за версту, клиенты почувствуют. Меня уволят до того, как я налью первый бокал.

Нужно было решать проблему подручными средствами. Я отложил нож, бросил быстрый взгляд по сторонам и метнулся к ледогенератору. Набрал в чистую салфетку пару кубиков льда, плотно завернул их и прижал получившийся сверток к локтевому сгибу левой руки. Холод ударил по нервным окончаниям, мгновенно притупляя передачу сигналов. Дрожь начала спадать. Я проделал то же самое с правой рукой. Через минуту тремор ушел.

Этот фокус я помнил по своей прошлой жизни! И он сработал на ура!

А чтобы размять рубашку, требовалось решить вторую задачу. Я вышел в подсобку, где находилась всякая ерунда, нашёл пульверизатор, сполоснул его и налил туда обычной воды, капнув буквально одну каплю мятного сиропа и немного кондиционера для белья.

Затем просто снял с себя рубашку и начал опрыскивать её, растягивая со всех сторон. Потом надел и проделал всё то же самое. Когда пришло понимание: всё, уже перебор, система обновила статус:

Дебафф: Тремор новичка, снят.

Уровень комфорта +5%. Внешний вид приемлем.

Я вернулся к стойке, взял нож и за две минуты нарезал весь контейнер цитрусовых идеальными, ровными дольками. Ветрова, проходившая мимо с ящиком льда, скосила глаза на мою работу, но промолчала. Соколова, сделав еще один круг по залу, скрылась в своем кабинете.

* * *

К семи вечера бар забился под завязку. Гудели голоса, звенели бокалы, музыка задавала ритм, под который я двигался за стойкой, как механизм.

Система вела меня. Навык «Точная мера» оказался настоящей магией. Я не задумывался над тем, сколько наливать. Я просто брал бутылку, поднимал её над шейкером или бокалом, и моя рука сама останавливалась ровно на нужной отметке.

Я даже не брал джиггер, без которого в барном деле никуда. Ветрова это не оценила. Она раз пять подошла ко мне и, со злобным выражением лица, твердила:

– Ска… наливай всё по мерам! Не надо переливать!

– У меня глаз алмаз, – парировал я. – Зуб даю.

– В жопу себе засунь этот зуб, Дим, – огрызнулась она. – Если мегера, – она имела в виду Соколову, – увидит это, она тебе…

Посыл был понятен, так что я взялся за джиггер. Работа от этого ни быстрее, ни медленнее не стала. Я оставался на том же скоростном уровне!

«Тридцать миллилитров джина, пятнадцать ликера, двадцать сока…»

Я собирал коктейли за рекордное время! Движения были отточены, хотя мозг Лазарева продолжал анализировать каждую деталь происходящего.

Я смотрел на гостей не просто как бармен, подающий выпивку. Я читал их.

Например, у окна сидела пара. Она была встревожена, он пытался казаться расслабленным, но барабанил пальцами по столу.

«Скоро поссорятся».

Трое мужчин в костюмах, за столиком, который был ближе всего к барной стойке, отмечали сделку, но главный, с золотыми часами, поглядывал на дверь. Он явно боялся, что его увидят.

«Классика».

Я двадцать лет брал у таких людей интервью и знал о них всё еще до того, как они открывали рот.

– Дим, там это, – послышался голос Оли. – Похвалили твой «Белый Русский». А знаешь кто?

Откуда бы мне знать?

– Сама Берёзова!

Я обернулся, посмотрел на Ольгу, а затем туда, куда она кивнула. Клиенткой оказалась молодая девушка с длинным носом и явными армянскими корнями.

– И?

– Что и? – подмигнула мне Оля. – Я этой… крале, раза три переделывала! Ну-ка колись, что добавлял?

– Десятку сливочного ликёра, – отвернувшись от Ветровой, ответил я. – Так вкус мягче и приятнее, раскрывает по-другому.

И в этот момент мое внимание привлекла молодая девушка, которая только что села в самом конце барной стойки. Она выделялась на фоне шумного, пьяного веселья, как черный ворон в стае попугаев.

На ней было дорогое, явно дизайнерское пальто, небрежно накинутое на плечи. Волосы слегка намокли, глаза опухли от слёз, тушь размазалась по щекам. И всё равно она была ослепительно красива! Я невольно засмотрелся, даже несмотря на то, что она была зарёванной.

И тут система вновь ожила. Чёрт бы её побрал!

Над девушкой появилась «рамка» с надписью. Девушка сидела далеко, но надпись висела прямо перед глазами:

Клиент: Алиса.

Состояние: Острая фаза горя.

Триггер: Предательство близких

Угроза: переходит в стадию истерики или алкогольного отравления.

Алиса подняла руку и хриплым, надломленным голосом заказала текилы. Я налил. Она выпила залпом, даже не поморщившись, отказалась от лайма, отказалась от сангриты, с которой тоже пьют текилу, и попросила еще. Через пять минут перед ней стояла уже третья рюмка. Третью, к слову, я налил из бутылки с водой – рука с «Точной мерой» даже не дрогнула, а Алиса смотрела сквозь рюмку и подмены не заметила. Ей сейчас нужна была не текила. Ей нужен был кто-то, кто дослушает. Она начала глухо, надрывно всхлипывать, прикрывая лицо ладонями.

Ветрова в этот момент возвращалась с подносом пустых бокалов. Увидев девушку, она заметно нахмурилась.

– Дим, ты чё ей льешь?

– Текилу.

– Хорош. Она уже в зюзю! Соколова сожрёт тебя с г…

– Дай мне две минуты, – ровно ответил я, протирая стойку перед Алисой. – Третья была водой. Она не заметила.

– Она тут напьется в дым, и нам придется вызывать ей такси, за которое она не заплатит, или того хуже – скорую, – шипела Ольга на ухо. – Убери рюмки!

И, не слушая, потянулась к следующей порции текилы, которую я только что налил.

– Эй! – Алиса перехватила руку Ветровой. – Это мое! Какого черта ты лезешь⁈

– Бар закрыт для вас, – Ветрова попыталась отцепить её пальцы от рюмки. – Вы в состоянии…

– Я в состоянии⁈ – Алиса вскочила со стула. – Вы все против меня! Никто меня не понимает! Я отдала ему пять лет… пять лет! А вы… вы вообще кто такие, чтобы указывать мне⁈

Девушка перешла на крик, её начало трясти. Ветрова отпустила стопку и отступила на шаг, растеряв свою дерзость перед таким напором эмоций.

Система мигнула красным – и впервые красным загорелась не плашка над чужой головой, а всё окно целиком:

Внимание! Возможен конфликт!

Угроза провала задания: Первый рабочий день!

Шанс увольнения: 80%.

Активирован внеплановый квест: Успокоить клиента!

Цель: успокоить клиента словами без применения силы. Награда: +50 опыта.

В этот момент дверь кабинета на втором этаже открылась, и на балкон вышла Соколова. Она смотрела вниз, на барную стойку.

«Так, понял-принял…»

Я сделал шаг вперед, мягко отодвинул Ветрову плечом.

– Иди, я разберусь, – тихо сказал я ей, не отрывая взгляда от Алисы.

Ветрова хотела возразить, но передумала, прикусила язык и отошла к другому концу стойки. Я облокотился на стойку напротив девушки.

Алиса смотрела на меня мутным от слез и алкоголя взглядом. Она тяжело дышала.

– Я… я отдала ему пять лет жизни, – прошептала она, и её голос снова сорвался на всхлип. – Терпела его тупую собаку, которая слюнявила мне подушку… готовила ему завтраки, гладила рубашки… а он… он в моей кровати с Ленкой! С Ленкой, понимаешь⁈ Мы с ней с первого класса…

Я не стал сюсюкать. Сострадание – это удел тех, кто не знает, что делать. Я включил режим Лазарева. Того самого Лазарева, который годами сидел напротив людей в самых тяжелых состояниях, брал у них интервью о потерях, трагедиях и предательствах, заставляя их плакать на камеру, а потом смеяться над пошлыми шутками оператора. Я посмотрел ей прямо в глаза, улыбнулся и заговорил:

– Послушай, Алиса. Я прекрасно понимаю, что ты хочешь напиться, чтобы стереть этот день из памяти. Но проблема в том, что алкоголь… это вкусно и прикольно, но это не выход, поверь мне, я в этом прям разбираюсь.

Она замерла, слезы, как мне показалось, даже идти перестали.

– Алкоголь славится тем, что проблемы уходят на задний план, но это не решает проблему, – продолжил я, взяв в руки высокий бокал. – Сейчас, он поможет тебе забыться, но завтра, у тебя будет похмелье… а ещё, чувство стыда, потому что ты натворишь в таком состоянии… всяких дел. А зачем тебе стыдиться? Да и чего?

Я провёл долькой лайма по половине кромки высокого бокала и макнул её в соль. Лайм, от которого она отказалась десять минут назад. Потом набил бокал льдом, плеснул Campari и вермута, долил содовой, без джиггера. Руки с «Точной мерой» наливали идеальные пропорции, хотя я и не смотрел на бутылки. Я смотрел только на неё. Американо: горько, почти без градуса, как и её бывший.

– Ты сейчас плачешь над тем, что потеряла его и свою, так называемую, лучшую подругу. А теперь посмотри на это с другой стороны. Ты только что сэкономила себе годы жизни, которые потратила бы на конченого изменника. И избавилась от токсичной стервы, которая целовала тебя в щечку при встрече, параллельно раздумывая над тем, как бы ей потереться между ног твоего мужика в ближайшем туалете. По сути, эти двое сделали тебе одолжение!

Я провёл барной ложкой по кругу. Лёд тихо, ритмично застучал о стекло.

– Они теперь вместе, – я сделал ещё пару оборотов ложкой. – И эти два говнюка теперь будут друг друга жрать… поверь, я знал кучу пар, которые разошлись из-за измен, и сошлись со своими любовниками или любовницами. И там – шанс, что всё будет тип-топ, ничтожно мал. Зато теперь ты свободна! Они показали свою гниль, и этой гнили больше не будет в твоей жизни. Представь, как бы эта ситуация вылилась, если бы, например, ты была беременной? Согласись, то, что это произошло раньше, – освободило тебя от большей боли!

Я пододвинул бокал к Алисе – солёной стороной к ней.

– Выпей это…

– А напутствие? – она сощурилась. – Мол, этот коктейль…

«Ух, настолько плохо?»

– Э-э-э, – протянул я, выдумывая на ходу. – Ну, пусть горечь будет внутри, а соль – только на краю. Слёзы своё уже отработали.

– Аминь, – усмехнулась она.

– Пускай и так, – улыбнулся я в ответ. – А сейчас допивай… и езжай в гостиницу, выспись. А завтра посмотри на этого козла трезвым взглядом и мысленно пожелай ему подцепить от подруги что-нибудь неизлечимое, но эстетически заметное! И ей того же!

Алиса застыла. Она смотрела на меня широко открытыми глазами, в которых еще блестели слезы. Прошло пять секунд… потом ещё пять… и затем она фыркнула. Сначала тихо, затем громче. И вдруг она начала смеяться, да так, как будто я только что отпустил ей грехи, которых она не совершала.

– Подцепить… эстетически заметное… – повторила она сквозь смех, вытирая нос тыльной стороной ладони. – Боже мой…

Она взяла бокал и сделала глоток. И, я видел по её взгляду, как ей зашло! Коктейль был прям вкусненьким!

Она поставила бокал и посмотрела на меня с явно пробудившимся, жадным интересом, который резко контрастировал с её недавней истерикой.

– Ты… кто ты такой? – спросила она, слегка наклонив голову набок.

Я улыбнулся.

– Бармен, и судя по твоей ситуации – святой отец. Тут уж, на твой вкус.

В этот момент Система бабахнула уведомлением так ярко, что текст на секунду залил весь обзор:

Внимание!

Внеплановый квест «Успокоить клиента» выполнен! Награда: +30 опыта.

Бонус: выполнено задание с нераскрытым условием «Шутка за 300»! Награда: +20 опыта.

Получен пассивный навык: Темный психолог (Шанс успокоить клиента метафорическим черным юмором +20%).

Я моргнул, убирая окно. Взглянул наверх, на балкон. Соколова стояла, облокотившись на перила, и явно пялилась на меня.

Над её головой обновилась шкала:

«Симпатия: Допущен к работе (⅓)».

Алиса достала из кошелька крупную купюру, бросила её на стойку и подмигнула мне…

– Так, я за сдачей, – только было начал я, как она меня осадила:

– Сдачи не надо.

Затем она взяла салфетку, вытащила из сумочки ручку и быстро написала десять цифр. Потом положила бумажку прямо перед моей барной ложкой и посмотрела на меня… тем самым многообещающим взглядом, который за прошлую жизнь я видел не одну сотню раз. Так что понимал, к чему всё это.

– Надумаешь, просто позвони.

Она накинула пальто на плечи, и…

«О, в заведение то, вон, ветер какой! Шатает беднягу!»

А потом я подумал о другом… о задании…

«Шутка за триста? Серьёзно? Про святого отца? Это… хрень какая-то!»

Ветрова подошла ко мне, остановилась сзади, и посмотрела вслед уходящей Алисе.

– Чё ты ей сказал? – спросила она. – Я думала, охрану вызывать придется.

– Темная магия и немного журналистского опыта, – ответил я, убирая ложку на место.

Бар закрылся в начале шестого. Последнего гостя охрана вывела под руки, музыку выключили, и в помещении повисла та особенная, гулкая пустота, которая наступает после шумной вечеринки. Мы с Ветровой остались одни. Занимались уборкой почти в полном молчании: я мыл стаканы, она протирала полки и пересчитывала кассу.

Когда всё было кончено, мы уселись на пустые ящики из-под бутылок в подсобке, чтобы поделить чаевые. Бытовая проблема с деньгами слегка сгладилась: в кармане у меня шуршала пара тысяч рублей, плюс те три с половиной, что обещала Соколова за смену. Купюру Алисы Ветрова молча отправила в общую банку. Справедливо. Обидно, но справедливо.

Этого мне бы хватило на еду, проезд и отсрочку… для хозяйки квартиры. Блин… и всё равно этого было мало!

– Нормальная смена, – улыбнулась Ольга. – Там этот, запомни, рыжего видел?

– Какого?

– Ну, мелкий, борзый, с лысым мужиком в компании.

Я закрыл глаза и попытался вспомнить, о ком она говорила. Затем в памяти всплыла парочка друзей, которые заказывали у Ветровой, и танцевали с девушками, поодаль от столов. Я с ними не разговаривал, и кто они такие, разумеется, не знал.

– Так, ну…

– Лысый – это Дима танцор. Приятный мужик, на теплоходе работает.

– Танцор, это потому что… хорошо танцует?

– Да, – улыбнулась Оля. – Хороший мужик, ничего тут не скажешь. Но вот с Витей, это второй, рыжий – прям аккуратнее. Этот мудак любит поводить…

Дальше пошли непристойности. Но по факту она предупредила: из-за Вити в баре бывают проблемы между мужиками, которые недосмотрели за пьяными «подругами».

– … он реально конченый. Сам по себе не рыпнется, но прошлый твой сменщик пару раз дал ему по морде. Имей в виду, если тебе придётся кого-то бить, то выводи на угол здания. Там камер нет.

– Да и я не собирался…

В этот момент я пересчитал свою долю купюр, и перед глазами всплыло новое окно:

Напоминание: Основной долг Славику: 120000.

Долг хозяйке квартиры: 30000. Срок до понедельника.

Мда… сегодняшнего заработка мне не хватило бы… надо было срочно выбираться из долгов…

Задание «Первый рабочий день» выполнено! Награда: +40 опыта.

Уровень: 1. Опыт: 90 / 100.

«Десять опыта до уровня. Как десять рублей до зарплаты – вроде рядом, а не дотянуться».

– Завтра у тебя выходной, – закончила подсчёт Оля. – И так будет каждую субботу.

– А остальной график?

– Понедельник заведение не работает. Вторник–среда, сменщики. Четверг–пятница-воскресенье, я и ты. В субботу – Стёпка с Пашей.

– Трёхдневка… – протянул я, понимая, что денег я тупо не заработаю.

– Будешь хорошо работать, станешь старшим барменом, – пожав плечами, ответила та. – А там и оплата другая, и смен больше. Или же, поговори с Соколовой, она как раз Стёпку уволить хотела.

На этой доброй ноте мы вышли на улицу. Ветрова поправила рюкзак на плече, кивнула мне на прощание и свернула к своей остановке.

Ну а я пошёл пешком, сугубо из экономии, хоть и понимал: до дома полтора часа! Но, по сути, мне было пофиг. Я шел по пустым улицам и думал: где взять сто пятьдесят тысяч за три дня? Работать в баре? Да, конечно, но за три дня я тут столько не заработаю…

Как выкручиваться, я не знал. И даже не заметил, как добрался до своего дома, и как поднялся на второй этаж.

Я вошел в темную прихожую, свет не стал включать, просто скинул кроссовки, прошел в комнату и упал на скрипучий диван. Закрыл глаза… и начал проваливаться в сон…

Но стоило мне расслабиться, как Система снова дала о себе знать. Посреди темноты, прямо перед закрытыми веками, вспыхнуло новое полупрозрачное окно:

Скрытый квестлайн: Дело Марины, активирован!

Ожидание звонка завершено!

В ту же секунду, словно она ждала этого системного триггера, в кармане моих джинсов завибрировал телефон. На экране был контакт: «Марина».

Я помнил вишневый седан, тонированные стекла, запах… и её загадочный взгляд. А также фразу: «У меня к тебе будет одно важное дело».

– Блин…

Я провёл большим пальцем по экрану, чтобы принять вызов и поднес трубку к уху.

– Слушаю.

– Дима, – её голос звучал напряженно. – Извини, что так рано. То дело, о котором я говорила, оно горит. Тебя там ещё вчера ждали. Сегодня ночью тебе нужно приехать в одно место.

Сегодня? У меня как раз выходной – она что, и график мой знает? Так, ладно.

– Какое место? – я сел на диване, опираясь локтями о колени.

– Закрытый подпольный клуб на окраине. На Лесной, 45. Там собираются серьезные люди, Дима. И им нужен толковый бармен на приватную вечеринку. Я тебя порекомендовала. За эту ночь ты получишь пятьдесят тысяч. Переведу прямо на карту сразу после смены.

Пятьдесят тысяч за ночь? Это решало вопрос с хатой и давало время на сбор остальной суммы для Славика. Правда, с чего бы вдруг она так уверена, что я прям толковый?

«Пятьдесят тысяч за ночь для бармена – это не оплата, это приманка. Но у приманки есть одно достоинство: её хотя бы можно съесть. А у Славика – кирпич».

– Я согласен, – ответил я без колебаний. – Но с чего ты решила…

– Хорошо. Будь там к полуночи, и не опаздывай, – Марина пропустила мой вопрос мимо ушей и сбросила вызов.

Я отнял трубку от уха. Я думал, что это легкие деньги за старую работу – постоять за стойкой, налить пару коктейлей для братвы, забрать кэш. Но как только экран телефона погас, Система выдала зловещее, огромное красное окно, перекрывшее обзор:

Внимание! Обнаружен конфликт квестлайнов.

Квест: Отдать долг Славику (Срок: до понедельника).

Квест: Дело Марины (Угроза: криминал).

Шанс остаться с целым лицом при встрече с людьми Марины: 15%.

Пятнадцать процентов на то… что мне не снесут кабину? Любопытно, конечно… а Славик тут при чём? Он там тусит, что ли⁈

Или дело в другом? Распутин не просто кому-то задолжал, но ещё и наследил в своё время? Да⁈

Я хотел вызвать окно навыков, проверить, есть ли хоть что-то, что спасет мне жизнь, но не успел.

В дверь моей квартиры настойчиво постучали.

Удар был настолько сильным, что дверная ручка задрожала. Затем еще удар. И еще. Кто-то молотил в дверь кулаком с явным желанием вынести её с петель.

Система мигнула короткой надписью:

«Внимание! Гости прибыли раньше срока».

Я медленно поднялся с дивана. Стук не прекращался. Кто-то был за дверью, и этот «кто-то» явно не собирался пить со мной чай из кружки с моим бывшим лицом.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю