Текст книги "Система Распутина. Том 1 (СИ)"
Автор книги: Дмитрий Бурдин
Соавторы: Сергей Шиленко
Жанр:
РеалРПГ
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 19 страниц)
Глава 2
Я как-то машинально вышел на улицу и даже не обратил внимания на происходящее вокруг. «Включился», так сказать, ровно в тот момент, когда за мной закрылись двери заведения.
Ночной воздух моментом «отрезвил», в нос ударили запахи улицы, а сентябрьский, уже по-ночному холодный ветер, заставил меня поёжиться.
– Б-р-р, какого чёрта⁈
Вселенная услышала мой вопрос и тут же напомнила мне, что я больше не я. А Димка Распутин…
Фингал на скуле начал ныть, желудок скрутило, что говорило только об одном: нужна еда… а ещё…
«Что это вообще за задание? Куда мне идти?»
Я машинально похлопал себя по карманам и обнаружил мобильный телефон. Старенькое «Яблоко», которое, на моё счастье, разблокировалось по «лицу». А вот там…
Была куча всего непонятного, мутного и неизвестного.
В банковском приложении светилось: 214 ₽. Двести четырнадцать рублей. На чаевые гардеробщику в Останкине у меня уходило больше.
– Так… – я начал убирать всяческие уведомления, дабы не сбиться с пути. Мне срочно нужно было где-то тормознуться, чтобы окончательно прийти в себя и понять, как двигаться дальше. – Нафиг всё это…
Смахнув с десяток уведомлений, я, наконец, нашёл Яндекс Навигатор. А там… благо, был пункт – дом. Так что я примерно знал, куда двигаться. А «примерно» – потому что не знал наверняка, мой ли это дом.
Только вот, и тут судьба подложила мне ежа под яй… ну, вы поняли.
Приложение предлагало добраться до улицы Лизы Чайкиной на двух автобусах и одном троллейбусе. Проблема заключалась в том, что последний рейс общественного транспорта ушёл минут сорок назад. Пешком до адреса нужно было идти чуть больше полутора часов… причём через промзону, гаражи и пару тёмных парков.
– Отличный план, – пробормотал я, убирая телефон. – Надёжный, как швейцарские часы… особенно по промзоне…
В этот момент передо мной притормозил тёмно-вишнёвый седан. Стёкла были тонированы почти в ноль, но правое плавно опустилось, и из салона пахнуло чем-то цветочным, дорогим и однозначно опасным для человека в моём положении.
– Тебе куда? – раздался женский голос.
Я-то не дурак, понял, к кому обращались. Поэтому аккуратно наклонился и посмотрел на водителя. За рулём, судя по голосу, сидела девушка. Только вот из-за темноты невозможно было разглядеть, кто там…
Она словно поняла, что я её не вижу, и включила свет в салоне авто. Я тут же смог её «оценить». У неё были тёмные волосы, яркая помада, и очень выразительные глаза. И пялилась она на меня… как маньяк на жертву. Лица и взгляды я читать умел – профессия такая.
А вот тут началось самое интересное! Эта вот система вдруг решила, что она сейчас очень уместна. Перед глазами мигнуло уведомление, но самое странное, что оно…
Ну, в некотором роде, по крайней мере для меня – взяло и подсветило силуэт девушки полупрозрачной зелёной рамкой!
«ОХРЕНЕТЬ!»
Внимание!
Доступен побочный квест «Попутчица».
Цель: Принять предложение.
Награда: Транспорт до точки обитания + Неизвестный бонус.
Штраф за отказ: Пеший маршрут и риск воспаления лёгких: 15%
– Мне на Лизы Чайкиной, – ответил я, решив не спорить с алгоритмами судьбы.
– Садись, по пути, – она кивнула на пассажирское сиденье.
Я обошёл машину и сел в салон. Внутри было тепло, играла тихая музыка… я откинулся на спинку, стараясь не испачкать обшивку. Машина тут же тронулась с места и мы выехали на пустую улицу.
– Ты из «Паруса»? – спросила она, даже не повернув голову.
– Оттуда, – подтвердил я. – Устроился на работу.
– Ого, – она покосилась на моё лицо и, видимо, зацепилась за фингал. – Грузчиком, или вышибалой?
– Я бармен, – я попытался сесть попрямее, но спина тут же заныла. – Это когда коктейли мешают… мало ли, вы не знаете.
– Я-то и не знаю? – она рассмеялась. – Фингалы, знаешь ли, украшают мужчину, но в баре побитую прислугу не очень любят, хоть это и экзотично. Женщины любят экзотику.
«Прислуга? Вы серьёзно?»
И тут меня осенило… она что, флиртовала?
Я скосил глаза на своё отражение в боковом стекле. Помятое лицо, багровый синяк, опухшая скула, мятая одежда. Какая женщина в здравом уме может флиртовать с человеком, выглядящим как спасенный заложник? Может, она принимает меня за кого-то другого? Или у неё зрение минус восемь и она просто не видит масштаб катастрофы? Как она тогда за рулём?
– Я Дима, – представился я, решив проверить гипотезу.
– А я Марина, – она улыбнулась. – Очень приятно, Дима. Ты, наверное, очень интересный человек, раз так смело смотришь в глаза неприятностям.
«Смотрю в глаза неприятностям? Это что ещё за наигранный ромфант? – я искренне не понимал, что происходит. – Да что это…»
В следующий миг она сделала что-то непонятное: протянула руку и зачем-то коснулась моего локтя. Затем резко убрала руку…
Сказать, что я охренел, – значит ничего не сказать. Это… что ещё за флирт такой? Будь я сейчас Лазаревым – вопросов нет, девушки летели на меня только так. Но Дима Распутин явно был другого уровня. А тут эта незнакомка…
«Чёрт возьми… да почему я о себе думаю в таком ключе?»
– Неприятности, – я говорил ровно, стараясь не выдавать замешательства. – сами меня находят.
Марина снова рассмеялась, словно я выдал гениальную шутку.
Квест «Попутчица» обновлён.
Марина (Уровень симпатии: Заинтригована).
Условие: Поддерживать диалог
– Ты такой забавный, – сказала она, сворачивая на пустынную улицу. – Прямой. Суровый…
«ЧТО ЗА ЕРУНДА?»
Я посмотрел на неё и подметил ещё кое-что!
Улицу я назвал, а вот номер дома – нет. Но ехала она… блин, я не постеснялся бы даже этого слова: реально уверенно! Как будто она знала, куда надо! Как⁈
А вот предположений то у меня было много! Только толку от этого⁈
– Марин, – я решил немного прояснить ситуацию, – почему ты остановилась? Я ведь, ну… незнакомый мужик…
– Увидела тебя, – она пожала плечами. – Стоишь, потерянный такой… решила подвезти. Вдруг ты мне пригодишься.
– Пригожусь? – я нахмурился. – В каком смысле?
– Узнаешь, – загадочно ответила она.
И вот тут я увидел нужный дом, память мне тут же подкинула: знаем мы это место, дружище! Но… мы не остановились! Марина вывернула на объездную…
– Заедем в одно место, – сказала она всё тем же лёгким тоном. – На минутку. Там тебя хотят увидеть.
Щёлк!
Послышался звук центрального замка.
Внимание!
Квест «Попутчица» изменён.
Маршрут: отклонён.
Угроза заданию «Первый рабочий день»: 40%.
«Попутчица, значит? Попутчица – куда⁈»
Знаю я эти «минутки». На телевидении «минутка» у продюсера – это минимум час, а потом ещё полчаса «ну, раз уж приехали». А мне к восьми утра к управляющей. И за провал основного задания Система, если я правильно помнил, обещала не штраф, а кое-что похуже…
– Ты стояла у «Паруса» ещё до того, как я вышел, – сказал я. – Но это ладно, знаешь, что самое забавное⁈ – она просто смотрела на меня и ждала. – Я даже полный адрес не назвал. Так что…
Я положил ладонь на ручку двери.
– Ситуация интересная, конечно, – продолжил я. – Но, меня это всё не устраивает. Так что, либо ты разворачиваешь машину, либо, я вылетаю на первом же светофоре. И, как я тебя понимаю, те кто ждут меня – ждали зря. Ну а о деле поговорим по телефону, на трезвую голову.
Я видел, как сжались её пальцы на руле… даже, показалось, словно помада на губах стала ярче! Понятное дело, что это бред, и такого произойти просто не могло, но… показалось. И в этой напряженной тишине… очень раздражительно звучал поворотник.
Щёлк… щёлк…
Щёлк… щёлк…
И, наконец, она просто рассмеялась.
Квест «Попутчица» обновлён.
Угроза заданию «Первый рабочий день»: 40%… 3%.
Марина (Уровень симпатии: Заинтригована… Насторожена).
– Как скажешь, – сказала она.
Через некоторое время машина притормозила у старой пятиэтажки.
– Мы приехали.
Я потянулся к ручке двери, но Марина положила руку мне на колено.
– Подожди, – она повернулась ко мне. – Дай мне свой номер…
Если бы я сам его знал…
Но идея… да не идея, это была, а как его там… чуйка? О, точно! Ум! Короче, я просто разблокировал свой телефон, протянул его, и она набрала номер. После, сбросила вызов.
– Теперь у меня твой номер, – она вернула телефон. – Помни, я тебе позвоню, Дима. Скоро. У меня к тебе будет одно важное дело!
Внимание!
Квест «Попутчица» завершён.
Награда: транспорт, +10% к настроению.
Неизвестный бонус: маршрут выбран носителем.
Получен контакт «Марина».
Открыт скрытый квестлайн: «Дело Марины».
Ожидайте вызова
– До встречи, – сказала она.
Я вышел из машины, хлопнул дверью, и Марина уехала… оставив меня в полном недоумении.
Какое дело? Какая встреча?
Вопросов меньше не стало… так что, когда я повернулся к дому, появилось нечто новое: а куда, твою мать, идти⁈ Подъездов в этом доме было аж пять штук!
Но, я решил поиграть в удачу, и выбрал именно тот, напротив которого остановилась Марина.
Сам подъезд встретил меня запахом кошачьей жизнедеятельности и застоявшейся надежды на лучший дизайн советских лестничных клеток. Правда, оставалось ещё найти нужный ключ на связке…
А они вообще у меня есть?
Я вновь похлопал себя по карманам, и…
– Какого чёрта? – я это, кажется, говорил сегодня уже не один раз.
Когда я в первый раз хлопал себя по карманам, нашёлся только телефон. Ключей там не было! А теперь я вдруг обнаружил связку. А ведь я точно проверял этот карман. Магия?
– Хренагия…
Особенность носителя: вещь найдена.
Привязка к кармическому потоку: 3%… 4%.
«Ключи в кредит. Прелестно».
Ключей у меня было аж семь штук! От самой настоящей бронированной двери до крошечного замочка для почтового ящика.
– И куда мне…
Внимание!
Этот подъезд. Второй этаж. Квартира девять!
Система будто услышала меня и тут же дала подсказку. Понимая, что выбора у меня не особо много, я решил довериться ей. Вскоре, в потёмках, ибо на лестничной клетке лампочка если и работала, то уже отдавала душу Христу, я нащупал личину, провернул ключ. Замок… издал конкретно-неприятный звук, но поддался! Так что, через мгновение, я шагнул в прихожую и по привычке заявил:
– Я дома.
Глупо, конечно. Говорить это квартире, где ты никогда не был. Но старые рефлексы Лазарева работали даже тогда, когда сам Лазарев остался где-то в прошлом, у фуршетного стола на Рублёвке.
– Поздравляю, вы дома! – тут же откликнулся мягкий, слегка насмешливый женский голос. Явно из динамика док-станции.
Я дёрнулся так, что словами не описать. Ибо, я стоял в полной темноте!
«Фух… в этой дыре, оказывается, был умный дом…»
– Страшная ты, Яндекс Алиса, – буркнул я, шаря рукой по стене в поисках выключателя.
Выключателя на привычном месте не было.
– Алиса, включи свет.
– Голос не распознан. Назовите кодовое слово.
– Лазарев, – ляпнул я по привычке.
– Неверно.
Я вспомнил пьяный голос из чужой памяти.
– Димон.
Свет вспыхнул. Кодовым словом у Распутина было собственное имя. Кто бы сомневался. Так я впервые увидел место, где мне предстояло жить. Спойлер: архитектурный шедевр здесь не ночевал!
Моя обитель была типичной холостяцкой берлогой. Я прошёл в комнату, которая служила одновременно гостиной, спальней и, судя по запаху, столовой. Первым делом я открыл шкаф. Внутри лежала пара стопок одежды, и очень выразительный, одинокий клетчатый носок. Второй шкаф встретил меня пустыми бутылками из-под дешёвого пива и почему-то пультом от телевизора.
К слову, телевизора здесь нигде не было… да и здесь явно бы не мешало прибраться. Учитывая, что у Лазарева, точнее, у меня была аллергия на пыль, я решил не играть с судьбой. Кто знает, есть ли аллергия у этого самого Дмитрия? Больше интересных находок не было, ну, если не считать ванной комнаты, а о ней позже.
Так что начал я с уборки кухни – а точнее, с грязной посуды. И вот тут… среди этого грязного ада, кое-что нашлось. Кружка…
Я хотел просто отставить её в сторону, но рука сама собой потянулась к ней, и я замер. На предмете красовалось моё прежнее лицо. Андрей Лазарев в костюме, который стоил как годовая аренда этой однушки, скалился голливудской улыбкой. Под портретом красовалась дерзкая надпись: «Успешное утро!».
– Да ты издеваешься?
Я тут же вспомнил, по какой причине, моя физиономия вообще была на кухонной утвари. Короче, была там программа глупая, и спонсор заявил:
– Короче, пойми, ты – лицо страны! Ты обещаешь, что люди, которые пьют из этой чашки – будут такими же успешными…
– Борь, это херня!
Разумеется, Борису было пофиг. Так что, находясь здесь и глядя на неё, я испытывал такое чувство… ну, это когда ирония ситуации была настолько густой, что её можно было мазать на хлеб вместо масла.
– А ты хорошо устроился, – сказал я своему отражению на керамике. – Никогда не думал, что скажу это самому себе… посиди-ка ты там. Подумай о поведении.
Я отмыл край кружки от кофейного налёта и демонстративно развернул портрет лицом к стене. Пусть Лазарев смотрит на обои, пока не осознает всю глубину своего падения. Потом разобрался с посудой. Но на этом было ещё не всё.
Холодильник гудел, как старый трактор. Я несколько раз хлопнул по нему рукой, но толку не было. Решил открыть, и обнаружил внутри початую бутылку кетчупа, непонятный контейнер и засохший кусок сыра.
Понимая, что тут делать нечего, посмотрел на другую технику. Чайник, благо, работал, а вот плита…
Плита требовала экзорцизма. На ней что-то сгорело, пролилось, а потом ещё и застыло. Я даже не стал пытаться её отмыть и вернулся к холодильнику.
Я открыл крышку. В контейнере оказался рис с курицей, и запах нормальной еды слегка перебил амбре застоявшейся жизни. Я принюхался: пахло сносно. Для этой квартиры – почти мишленовски. Тарелок… не было.
Я пошарил взглядом и обнаружил на сушилке единственную чистую на вид тарелку. Уже хотел было переложить туда еду, но сперва поднёс её к лицу. Тарелка явственно пахла пеплом. Дима, хозяин этой берлоги, судя по всему, использовал её в качестве пепельницы.
С брезгливостью аристократа, волею судеб оказавшегося на свалке, я убрал посудину на самую верхнюю полку, туда, где она не сможет оскорблять моё обоняние.
Пришлось устраиваться с едой прямо в контейнере. Я сел на шаткий табурет и посмотрел на стену, где прятал лицо Лазарев…
– Ладно, голод не тётка…
* * *
После ужина, который утолил голод, но не принёс морального удовлетворения, я отправился на поиски чистого полотенца. Мне нужно было принять душ, и чем скорее, тем лучше! В шкафу в ванной, за занавеской с подозрительными пятнами, я обнаружил скомканное полотенце и… паспорт.
Я раскрыл его, а там… ну, всё ожидаемо, нового я ничего не узнал. В этот самый момент телефон в кармане моих джинсов завибрировал. Дважды.
Первым было сообщение от контакта «Хозяйка». Та самая хозяйка из обрывков памяти которая говорила о долге в тридцать тысяч за квартиру, которые я должен был вернуть до понедельника.
Вторым воспоминание было голосовое сообщение. Я даже имя человека, которому был должен, вспомнил… Славик, мать его.
А ещё вспомнил его слова:
– Димон, здорово. Понедельник помнишь? Сто двадцать. Я человек спокойный, ты знаешь. А вот Тяпа – нет. Не заставляй его подниматься к тебе, у него колени больные.
Не успел я убрать телефон, как он завибрировал в третий раз. «Славик». Видимо, синие галочки под голосовым он уже увидел.
Внимание!
Входящий вызов: Славик.
Угроза: изъятие документов носителя.
Шанс сохранить паспорт: 20%.
«Двадцать процентов. Как попасть в паспортный стол в пятницу вечером».
Я провёл пальцем по экрану.
– Димон, – голос был всё тот же, ласковый. – Я тут подумал… Понедельник – это далеко. Давай так: утром у подъезда тебя встретят, отдашь паспорт. В залог. Для спокойствия. Моего. Ты ж у нас парень молчаливый – скажешь «ага», и спать.
«Ага» уже стояло у меня на языке. Чужое, привычное, Димкино. Тело помнило, как с этим голосом разговаривают: тихо, коротко… и соглашаясь.
А паспорт я всё ещё держал в руке. В восемь утра его ждала Соколова. Без паспорта меня не оформят, без оформления – не будет смены, а что бывает за провал основного задания, я уже знал.
Двадцать лет я брал звонки в прямом эфире. Голос без лица выдаёт куда больше, чем лицо. На том конце бубнил телевизор, звякнул лёд в стакане… А перед словом «моего» Славик сделал паузу. На полсекунды длиннее, чем нужно.
– Паспорт ты не получишь, – сказал я. – В восемь утра я с ним выхожу на работу. На новую. Где, представь себе, платят. Заберёшь паспорт – и в понедельник получишь от меня ровно паспорт. Без денег. Тебе что нужнее: корочка или сто двадцать?
И замолчал.
Пауза – лучший соведущий. Она всегда дожимает гостя сама.
Телевизор на том конце бубнил секунд десять.
– Ты чё, трезвый, что ли? – наконец спросил Славик. И что-то в его ласковом голосе треснуло.
– Как стёклышко. Понедельник.
– … Понедельник, – повторил он. – Но если до понедельника я услышу, что ты бегаешь, – приедут без звонка.
Гудки.
Внимание!
Шанс сохранить паспорт: 20%… 100%.
Квест «Отдать долг Славику»: срок подтверждён.
Отношение кредитора: Удивлён.
«Удивлён. Двадцать лет я добивался такого от зрителей. А тут хватило одного: нет».
Я прислонился спиной к кафельной стене и осознал: паспорт я отстоял, но дела у Димы всё равно были хуже некуда. Тридцать за хату, сто двадцать Славику…
– Ничего, Димон, – я похлопал паспорт по обложке. – Будем выкарабкиваться.
И выкарабкиваться я начал прямо сейчас. Для начала стоило разобраться со своим, с позволения сказать, магическим арсеналом. Я вызвал меню навыков, скрестив пальцы за удачу. Навыки, полученные ещё на собеседовании, состояли из одного-единственного – «Точная мера». Больше ничего не было!
Я посмотрел на всё это дело и немного приуныл. Но лишь немного – и принялся изучать.
Навык позволял отмерять жидкости с идеальной точностью. В барном деле – вещь незаменимая, как ни крути!
Чтобы проверить, я взял с полки мерный стакан и поставил его в раковину под струю воды. Сосредоточился. В голове возникло желание налить ровно пятьдесят миллилитров.
Вода полилась, и ровно на отметке в 50 мл, моя рука сама по себе выключила воду!
– Охренеть…
Я повторил. И ещё раз. Совпадение было идеальным, до капли…
Я повторил ещё раз двадцать и, откровенно говоря, устал. Навык есть, он полезен, но на этом было всё…
К двадцатой пробе кончики пальцев закололо, будто я отлежал руку. Я потряс кистью и списал всё на чужое тело.
Дальше я вновь занялся уборкой, и на очереди была стирка. Стиральная машинка была забита вещами. Причём Дима, видимо, просто закинул их туда и положил на них болт. Всё стухло… а мне надо было постираться на завтрашнюю смену.
Так что я решил оставить машинку на потом, набрал в раковину воды, добавил жидкое мыло и принялся отстирывать рубашку. Работа шла споро. Я выжал ткань, развесил одежду на импровизированной сушилке – натянутой бельевой верёвке над ванной.
Система не преминула подмигнуть мне новой иконкой:
Внимание! Вы почистили основное обмундирование!
– Обмундирование, – усмехнулся я. – Ага…
Грязь −10%, Шанс произвести впечатление +5%
– Пять процентов шанса, что кто-то на меня посмотрит и не помрёт с тоски, – прокомментировал я. – Мощно, конечно.
Я убрал тарелку-пепельницу ещё дальше, на антресоли, сложил паспорт и ключи на полку в коридоре. Квартира больше не казалась мне враждебной берлогой чужого человека. Она стала моей тренировочной базой. Базой в лагере беженцев, но всё же. Я выставил будильник на телефоне Димы с запасом на дорогу – вставать предстояло рано, чтобы к восьми утра быть у управляющей. После чего рухнул на диван, который жалобно скрипнул пружинами.
Уже на краю сна перед глазами всплыло окно:
Квестлайн «Дело Марины»: ожидание вызова.
Статус: вас уже ждут.
«Ждут? Ну и кто же? Да и зачем им вообще, этот Дима Распутин?»
С этим вопросом я и провалился в сон без сновидений.
* * *
Утро наступило слишком быстро. Будильник бил по нервам немелодичной трелью, заставляя сердце колотиться в бешеном ритме. Я разлепил веки. Тело хотело спать, молодость ленилась, но всё же молодость имела одно неоспоримое преимущество: после короткого сна я поднялся куда легче, чем поднялся бы на месте Лазарева. Суставы не хрустели, спина не отваливалась.
Я зевнул, широко раскрыв рот, и скула тут же напомнила о себе болезненным прострелом – вчерашний фингал никуда не делся, он лишь слегка пожелтел по краям, приобретя более живописный вид. Я потрогал синяк пальцами и скривился.
Я снял высохшую рубашку с верёвки. Она выглядела неплохо, если не присматриваться. Проверил время на телефоне. Шесть тридцать утра. До «Паруса» ехать больше часа с пересадками. Я оделся, проверил карманы: ключи, телефон, паспорт… выстроил себе маршрут ну и…
Попёрся на трамвай…
Последний раз я катался на трамвае в Барнауле, когда мне было десять… сейчас же, это был совершенно другой город, и совершенно другие ощущения. Не было у меня детского восторга, как тогда. Вообще не было!
Утренний трамвай был забит до отказа людьми! Протиснувшись к выходу сквозь толпу, пахнущую чужими духами и жареными пирожками, я вывалился у метро, где ещё полчаса трясся в вагоне, а потом двадцать минут шёл пешком до заведения в центре…
Кабинет управляющей располагался на втором этаже, куда можно было попасть с обратной стороны здания, либо через само заведение. Об этом я узнал от дежурной охраны какой-то частной конторки.
Вскоре я постучал в дверь с табличкой «Е. В. Соколова».
– Войдите, – раздался женский голос.
Елена Викторовна Соколова была не той женщиной, которую я видел на собеседовании. Соколовой было чуть за тридцать, на вид. Но смотрелась она… специфически.
На ней был строгий брючный костюм, а на запястьях – татуировки. Брюнетка, с привлекающей внимание родинкой над губой. Маленькой и аккуратной. Пухлые губы, очки… которые, скорее всего, ей даже не были нужны.
Красавица, одним словом.
Я подошёл к столу. Она молча указала мне на стул напротив. Я сел. Перед ней лежали бумаги, которые, видимо, успел заполнить ещё Распутин, а рядом лежал мой новый бейдж с надписью «Дмитрий». Я протянул ей паспорт.
Елена взяла документы… затем подняла карточку, затем подняла паспорт и положила их рядом.
– Где ваши реквизиты? – уточнила она, чуть приподняв тонкую бровь. – Где распечатка из банка?
– Деньги можно по номеру телефона? Ну, по СБП? – я расплылся в улыбке.
Елена не улыбнулась в ответ. Ни один мускул на её лице не дрогнул. Но в глубине её серых глаз мелькнула едва заметная искра веселья. Она взяла ручку и сделала пометку на полях заявления. Затем положила паспорт поверх бумаг.
– Ладно, по СБП так по СБП. Итак, Распутин, сегодня ты моешь барную станцию, – сказала она ровным тоном. – За разбитую посуду – штраф. Это мы сразу с тобой должны уяснить.
– Ладно. А почему… с утра? Это разве не во время смены делается?
Она проигнорировала мой вопрос и подвинула ко мне анкету.
– Заполняй свои сведения. Смена – три с половиной тысячи плюс процент с чаевых, если они будут. Сегодня учебная, но платим как за полную. Но учти, Дмитрий, – она посмотрела мне прямо в глаза, – малейший скандал, и я уволю тебя. У нас очень известное место, и новичков я буду задрачивать.
«Ух, а на выражения она не стесняется.»
Я взял ручку и начал вписывать сведения, которые услужливо подсказывала мне система. «Три пятьсот. На ТВ я столько оставлял на чай гардеробщику», – подумал я, но вслух ничего не сказал.
Вскоре я вышел из кабинета, на ходу прикалывая бейдж к нагрудному карману рубашки.
* * *
Я спустился в общий зал, где и был вчера. В целом, мало что изменилось за ночь…
Но самым важным было то, что утром я был не один! Здесь была вчерашняя рыжая соперница, которую я видел на собеседовании. Она протирала бокалы. На её бейдже красовалось имя: Ольга Ветрова. Видимо, вчера она тоже получила вакансию. На моё появление она никак не отреагировала. Она невозмутимо протирала стакан и бросила через плечо:
– Распутин, твой выход.
– Чего? – переспросил я.
– Твой выход, – повторила она, наконец повернувшись. – Ты сегодня у меня на побегушках. Так что бери ящик и тащи к мойке.
В руки мне прилетел увесистый ящик, доверху набитый грязными бокалами. Стекло звякнуло, и я едва не выронил ношу.
«Что за ерунда? Почему посуда не на подносе? На кой чёрт здесь ящик?»
Но спрашивать это я не стал, просто молча поплёлся к мойке. Пока мыли и раскладывали стекло, Ольга объясняла устройство станции: «Сюда ставим чистое. Здесь берём расходники. Этот проход нужен второму бармену. Не загораживай лёд». Я старался всё это впитывать и не задавать лишних вопросов.
Делая всё это и слушая её, я понимал: с тех пор, как я молодым стоял за стойкой, мало что изменилось. По сути, всё было то же самое. Так что вскоре я понял, куда что складывать, где что должно находиться и, как говорится, с чем это едят.
Потом к нам подошла ещё одна девушка и, не здороваясь, сообщила, что сегодня на закуп поедет какой-то Паша, так что на стафф будут пельмени. Что такое стафф – я знал.
Вскоре я закончил работу, и это очень сильно удивило Ветрову.
– Реактивный парень, – хмыкнула она, принимая из моих рук мерный стакан.
Перед глазами тут же мигнула иконка интерфейса:
Внимание!
Взаимодействие с Ветровой О.
Уровень симпатии: «Допущен к работе»
– Рад стараться, – ответил я, аккуратно расставляя бокалы на полке.
После мойки мы перетаскивали заготовки и наводили порядок в зале. С утренней работой управились за три часа, а уже потом поговорили подробнее.
– Думал, я с тобой за место билась? – хмыкнула Ветрова, когда разговор у нас более-менее заладился. – Я тут два года стою. Меня на кастинг для массовки посадили. Ну и посмотреть, с кем работать придётся.
– И апельсин тоже для массовки?
– Апельсин – для проверки, – пожала она плечами. – Велели забрать у новенького то, без чего он не справится, и посмотреть, что сделает. Обычно идут жаловаться.
«Проверку я раскусил. А вот что она тут два года стоит – проглядел. Старею. Или молодею – не понял».
А затем меня предупредили:
– Смена начинается каждый день в четыре вечера, – Ветрова курила. – До четырех утра. Но, с пятницы по воскресенье включительно, у нас есть негласное правило – работаем до последнего клиента.
– До последнего? А если он под утро только соберётся?
– Никого не волнует. А ещё, чай мы делим на бар. За кухню – делят повара. Это очень важное правило.
Я улыбнулся, но ничего на это не сказал. Ровно в этот момент система решила подкинуть мне небольшую неприятность:
Внимание!
Основное задание!
Вам нужно понравиться Елене Викторовне Соколовой.
Уровень симпатии в данный момент: «Полное игнорирование!»
Поднимите рейтинг на три пункта, иначе, последствия будут необратимыми.
Срок: испытательный период – 14 дней.
«Чего? Какой пункт, какие последствия?»




























