Текст книги "Мечты сбываются"
Автор книги: Дейна Рэнсом
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 16 страниц)
7
– Вставай и радуйся!
Лиза угрюмо посмотрела сквозь приоткрытую дверь на Тедди Стритера. Его мальчишеская энергия в семь утра казалась чем-то почти неприличным.
– Иди отсюда!
– Эй, солнышко уже сияет, пора браться за дело.
Лиза протерла глаза и тряхнула тяжелой со сна головой, собираясь с мыслями.
– Я не знала, что на сегодня назначены какие-то съемки.
– Формально-то ничего нет. Я надеялся побродить с тобой по кораблю, подыскивая удачные кадры.
– Ну и напрасно. – Лиза собралась закрыть дверь.
– А-а, Лиза, пойдем. Можешь представить себе, что меня здесь нет.
– Очень приятно, – буркнула она. – Я собираюсь принять душ. Полагаю, ты хочешь ко мне присоединиться?
– Определенные намерения у меня есть, – согласился он с ухмылкой.
– В мечтах.
Тедди тяжело вздохнул.
– Вот так мне не везет в жизни…
Лиза прислонилась к дверному косяку, чувствуя себя немного виноватой.
– Я собираюсь отложить душ до тех пор, пока не наведаюсь в тренажерный зал. Потом я пойду завтракать. Если хочешь ходить за мной хвостом, дело твое.
– Отлично! Большое спасибо. – Он шагнул вперед, но она уперлась вытянутой рукой ему в грудь.
– Я буду готова через минуту.
– Ну конечно, – и улыбнулся еще шире.
Спустя пятнадцать минут Лиза крутила педали на велотренажере, с твердым намерением узнать, через какое время она выдохнется совсем, и с желанием избавиться под действием физической нагрузки от чувства вины, если не удастся избавиться от набранных во время пиршества калорий. Тренажеры были установлены вдоль стеклянной стены вместо зеркальной, и вид на спокойное море действовал успокаивающе. Когда Лиза услышала щелчки фотокамеры Тедди, то бросила в его сторону сердитый взгляд.
– Считаешь, что стоит тратить на это пленку, Тедди?
Ее темные волосы были забраны назад повязкой, и мокрые от пота пряди прилипли ко лбу. Одета она была в белую футболку и черные тренировочные штаны. Ее лицо раскраснелось от напряжения.
– Очень естественно получается, – любезно ответил он и защелкал снова. Потом как бы невзначай добавил: – Мы вас не видели за обедом вчера вечером. Тебя и Харлана.
Лиза поднажала на педали, отказываясь подтвердить или опровергнуть его намеки. По крайней мере, словами. И кто же это догадался?
– А кстати говоря, что с мистером Джеймсоном? Где он нынче утром?
Лиза припомнила, что Мэгги встает поздно. Так что, возможно, он тоже там. Педали замелькали еще быстрее.
– Это ему ты обязана своим ранним пробуждением, – не отрываясь от работы, пояснил Тедди. – Он поднял меня из постели посреди сладкого сна в шесть часов. А поскольку у него на сегодня назначены разные дела, он решил, что будет забавно, если мы двое проведем день вместе.
Лиза продолжала крутить педали, обдумывая его слова. Это еще не значит, что Харлан не провел ночь со своей бывшей женой. Это означает только, что он не спит рядом с ней сейчас. Но это было слабым утешением. Он нашел время, чтобы приставить к ней спутника, хотя сам даже не нашел минутки, чтобы пожелать ей доброго утра. Отлично. Может быть, она не увидит его слишком скоро. По крайней мере, пока не возьмет свои эмоции под контроль.
Но такой удачи ей не выпало.
– Ох, ненавижу джоггинг.
Лиза сбилась с ритма, пропустила движение и получила выступающей ручкой тренажера прямо промеж глаз. И Харлан Джеймсон это увидел.
Она ощущала его мощную ауру, но могла только предполагать, насколько он силен физически. Трикотажные шорты, которые были на нем надеты, открывали его мускулистые ноги. Харлан был в спортзале не в первый раз и не случайно – он здесь был постоянным посетителем. Его мышцы были вылеплены тяжелым трудом, а не даны от рождения. Глава «Все для вас» выглядел настоящим атлетом.
– Было время, когда я по утрам пробегал пять миль, – сказал он, наклоняясь и касаясь пола кончиками пальцев.
Чувствуя себя полной дурой и лентяйкой, Лиза прикрыла рукой счетчик велотренажера, который показывал две с половиной мили.
Харлан выпрямился, стянул через голову взмокшую футболку и вытер ею потное лицо и шею. У него была широкая мускулистая грудь, заросшая светло-каштановыми волосами. Лиза засмотрелась на него и с трудом вернулась к реальности.
– Нет ничего более непродуктивного, чем бездействие головы при занятиях спортом, – продолжал Харлан. – Мне ужасно хочется приучить своих сотрудников проводить совещания на бегу.
– Не надейся на это, Харли, – уверил его Тедди. – Я не могу представить себе Мо, который трясет своими фунтами, или Джилл… да и себя тоже. Или Мэгги. Может быть, ты будешь бежать, а мы будем ехать рядом.
– Или я просто найду другой способ, – закончил Харлан. Его теплые голубые глаза взглянули на Лизу, и ее пульс сразу участился.
Он перевел взгляд с ее пылающего лица на свои часы и прижал пальцем вену, считая пульс.
– Харли…
– Минутку, Тедди. – Через тридцать секунд он устало вздохнул. – Полагаю, я не испущу дух нынче утром. Что там у тебя?
– Поскольку вы оба выглядите настоящими спортсменами, встаньте рядом, а я сделаю несколько кадров.
Он не мог выбрать более неподходящих слов. Или более точно бьющих в цель. Лиза ощутила, как застыли ее мышцы, когда Харлан двинулся к ней. Он был в одних обтягивающих шортах и выглядел как большой сильный самец – агрессивно-властный и, судя по его настроению этим утром, потенциально опасный. Что-то изменилось в его взгляде, устремленном на нее. Это был осторожный, оценивающий взгляд, делавший его хищным. И Лизе хотелось отступить от Харлана на безопасное расстояние.
Он заметил ее смятение. Мысленно Харлан представлял ее в объятиях Чака Уэбба. Она пришла в спортзал после захватывающих дух поцелуев своего смазливого приятеля. Харлан не мог понять ее выбора и это повергало его в бешенство. Он топчется вокруг нее. Может быть, он должен был наброситься на нее в кресле на палубе, а не выслушивать ее историю? Может быть, ей нравится именно такой подход? Бессильная ревность сотрясала его. Он не привык к бездействию. И он не был готов делиться женщиной с кем бы то ни было. Лиза Рейнольдс не имела ни малейшего понятия, с кем она имеет дело. Разве она не слышала его предупреждения насчет того, что он не любит, когда его дразнят?
Он встал между велотренажером и стеклянной стеной. Лиза сидела неподвижно, и он подшутил над ее напряженной позой, надевая футболку.
– Задержи дыхание, пока он не сделает снимки. Все заботы о личной гигиене исчезают к концу первой мили.
И обхватил ее рукой, притянув к себе так близко, что её рука и плечо мгновенно взмокли от жара его тела…
– Улыбайся, Лиза, – велел он низким, властным голосом.
Было очень трудно перестать смотреть на его блестящую от пота шею и устремить взгляд в черный безразличный глазок камеры. Лиза облизала губы, совершенно пересохшие, и подумала о запахе его кожи.
– Отлично, – воскликнул Тедди: – Еще один кадр и можете дышать.
Харлан привлек Лизу к себе и скомандовал:
– Тедди, найди мне минеральной воды и кофе.
– Конечно, Харли.
Он окинул быстрым понимающим взглядом фигуру босса и улыбнулся. Это была картинка, стоившая миллиона слов.
Харлан не двинулся с места, не шевельнулся, пока они с Лизой не остались наедине в залитом солнцем зале. Он чувствовал бьющую ее дрожь. Было ли это следствием усталости или ожидания, он не знал, но полагал, что может истолковать ее трепет в свою пользу. Он не тратил слов, а просто свободной рукой запрокинул голову Лизы так, чтобы можно было ее поцеловать. И на этот раз использовал все преимущества своей позиции.
Его поцелуй возмутил все ее чувства и смешал мысли. Лиза издала слабый возглас, не совсем протестующий, но и не выражающий полного согласия, когда его губы впились в ее. Вчера ночью на палубе, освещенной лунным светом, он продемонстрировал на удивление отменные манеры. В этом тесном жарком объятии он был больше похож на дикаря. Его поцелуй был жадным, требовательным, ненасытным. Потрясенная этим, Лиза сидела выпрямившись, неподвижно, пока Харлан не оторвался от ее губ. Она задыхалась. Глаза у нее были широко раскрыты и ничего не видели, как будто ее ослепила на некоторое время вспышка молнии.
«Ну ты и тупица, парень, – подумал Харлан, когда к нему вернулась способность логически мыслить, и он отступил от Лизы на шаг. – Пусть Чак Уэбб превзойдет меня в этом умении».
– Скажи Тедди, что я пошел под душ.
И с этими словами Харлан зашагал прочь.
Лиза чисто машинально крутанула разок-другой педали, глядя вслед Харлану, борясь с охватившей ее лихорадкой желания. Она попыталась окликнуть его, но голос пропал. Губы горели, Лиза еще ощущала этот неистовый поцелуй. Да, такие потрясения куда эффективней, чем велотренажер или беговая дорожка. Но у них один недостаток – они захватывают человека целиком.
Никогда она не ощущала так остро свою неопытность. Ее сексуальный опыт состоял из нескольких однодневных, вернее, одноночных приключений во время учебы в колледже. Те парни были чужими для нее, да и случалось это все от безнадежности и скуки. Она ни с кем из них не встречалась дважды. И не хотела. С тем же успехом она могла дожить девственницей до того момента, как Харлан ее поцеловал. С ним она не почувствовала бы неловкости. И это не было бы просто чем-то вроде постельной гимнастики, к которой стремился Чак. Прикосновение Харлана, его жаркие взгляды, намек на что-то более глубокое были тем, что она искала, о чем мечтала. И испытав это однажды, сможет ли она забыть его?
Верный своему обещанию, Тедди весь день ходил за Лизой по пятам, как привязанный. Они позавтракали в столовой, и Лиза не смогла устоять перед блинчиками.
Вместе они просмотрели что-то вроде корабельной утренней газеты, которую по утрам подсовывали под двери кают. Потом были съемки на верхней палубе и утренние упражнения в девять часов, разговор о путешествиях в десять, обучение игре в триктрак и попытки сделать зарисовки в одиннадцать. В полдвенадцатого был урок танцев. Послеобеденные часы были заполнены кино, игрой в шаффлборд и бридж, плаванием в бассейне и прочими развлечениями. Вечером были обещаны комический спектакль в главном зале, выступление иллюзиониста и бродвейского певца. Лиза решила участвовать буквально во всех этих мероприятиях, так что сделала несколько покупок в судовом магазинчике.
Тедди героически перенес киносеанс и вытерпел покупки сувениров и разных вещичек в дьюти-фри. Она купила кое-что для своих подруг по работе и книгу, которая показалась ей интересной. Одетая весьма скромно – в шорты и свободный топ – Лиза устроилась в кресле на солнечной палубе и собралась почитать. Случайно внимание Тедди, которому надоело ничегонеделание, привлекло что-то, что происходило на противоположной стороне бассейна, и он пошел туда.
Оставшись одна, Лиза отключилась от окружающего мира и попыталась с головой уйти в таинственную историю, излагаемую в книге. Этим она с успехом занималась до ленча. Она не видела ни Чака, ни Харлана и внушила себе, что се не волнует ни тот, ни другой.
– Привет, Лиза.
Лиза приветливо улыбнулась Джилл.
– Харлан позволил тебе сбежать с ленча?
– Это вроде мятежа. Команда, которая хорошо ест, счастлива, даже если его понятия насчет хорошей еды не совпадают с моими совершенно. Слушай, а где этот твой умопомрачительный парень?
Лиза недоуменно моргнула.
– А, ты имеешь в виду Чака!
– А кого еще?
В самом деле, кого же еще?
– Я его сегодня еще не видела.
– Если бы я была на твоем месте, я бы за ним присматривала получше. Половина женщин на этом корабле готова столкнуть тебя за борт, чтобы заполучить его.
– Это что значит, что я не должна поворачиваться к тебе спиной?
Джилл засмеялась и присела на ручку кресла Лизы. Она была одета в легкий короткий комбинезон с крупными пуговицами на груди. У нее были длинные красивые ноги, и Лиза была уверена, что большинство мужчин поглядывало на них из-под темных очков. Включая Чака Уэбба.
– Прежде чем ты меня столкнешь за борт, я должна сказать тебе, что Чак здесь вовсе не в качестве моего… любовника. Мы работаем вместе.
– И это все? – изумленно спросила Джилл, и в вопросе этом слышалось искреннее облегчение.
– Это все.
И Лиза поняла, что это действительно все. Чак – ее сослуживец и не более того. Умопомрачительный парень, по выражению Джилл. Но кроме того он был себялюбив и поверхностен. Когда Лиза пришла к этому заключению, она не была уверена в своей правоте, но вместе с этим выводом одновременно пришли облегчение и сожаление. Облегчение – потому что это открытие избавляло от усилий, направленных на развитие каких-то отношений, сожаление – потому что Лизе предстояло провести круиз в одиночестве. Чак был привлекателен на вид, и ей нравилось представлять, как они будут вместе. Но она поняла, что за его шармом царит пустота. Он был не тем человеком, который осуществит ее мечту. Мысленно Лиза сравнила его с Харланом.
– Я уверена, он обрадуется тому, что ты проявляешь к нему интерес.
– Ты так думаешь? – трагически вздохнула Джилл. – Это хорошо, потому что для Харлана женщины не существуют.
– Что ты имеешь в виду? – Лиза была совсем не уверена, что ей хочется это узнать. – Я думала, что у тебя с Харланом хорошие отношения.
– А, Харлан мечтает только о работе, спит и видит свою работу. Он знает, чего хочет, не дергает тебя невероятными требованиями, и это превосходно, мило и все такое. Но я наверняка состарюсь, пока он соизволит заметить, что я женщина. Увы, но он однолюб.
– Мэгги?..
Джилл кивнула и издала безнадежный вздох.
– А кто может затмить ее? Я имею в виду – очевидно же, что он предпочитает женщину, в которой соединены компьютер и свой парень. А Мэгги – она ради него в огонь прыгнет.
С упавшим сердцем Лиза спросила:
– А ты знала их, когда они еще были женаты?
– Нет, что ты. Это было еще до того, как я с ними познакомилась. И, насколько мне известно, они сейчас более верны друг другу, чем были до развода. Бизнес сплачивает хороших компаньонов гораздо теснее, чем супругов узы брака. Так я считаю. А скажи… у Чака есть кто-нибудь там, откуда он? В Мичигане?
Лиза поделилась с Джилл всем, что она знала о Чаке, пока они вдвоем сидели за ленчем в кафе «Лидо». Потом настало время рабочих встреч для Джилл и пора возвращения пред очи фотокамер для Лизы. Тедди фотографировал ее в самых разных уголках корабля, пока они не обошли его весь. Лиза была близка к тому, чтобы ехидно прокомментировать причину, по которой они пропустили котельную и кубрик, но вовремя остановилась, испугавшись, что он возьмет, да и потащит ее туда.
Непосредственно перед обедом они заглянули в галерею Папарацци посмотреть выставленные там фотографии пассажиров. Было такое впечатление, что корабельный фотограф всегда оказывался на месте, чтобы сделать кадр каждый раз, как какой-нибудь пассажир оказывался в паре шагов от капитана, и был одержим желанием продать снимок за шесть долларов или пару за десять. Лиза обнаружила свою фотографию – рот открыт, глаза, наоборот, закрыты, и рассмеялась, в то время как Тедди решил купить этот снимок и показать всей компании для смеха. Но Лизе стало не до веселья, когда она увидела целую серию фотографий, изображавших Харлана рядом с красавицей Мэгги на коктейле у капитана. Казалась, что фотограф был до предела восхищен обнаженной спиной Мэгги и без конца выискивал возможности запечатлеть руку Харлана, по-хозяйски лежащую на нежной коже. Лиза почувствовала раздражение, да еще в придачу возмущение от того, что обнаружила свое изображение в таком дурацком виде, и посмотрела в сторону, где была почти дюжина фотографий Чака Уэбба, причем на каждой фотографии с ним была другая женщина. Лиза просмотрела их, не выказывая ни малейшего интереса к своему сослуживцу.
Тедди Стритер улыбался, его любопытство было возбуждено.
Во время обеда за столиками, которые занимали сотрудники фирмы «Все для вас», не хватало двоих. Харлан и Мэгги обедали с капитаном. Стив объяснил, что они обсуждали возможность использовать некоторые моменты программы «Все для вас» в программе круизного маршрута.
Лиза исподтишка разглядывала группу людей за дальними столами, а сидящий рядом с ней Чак наблюдал за тем, куда она смотрит. Харлан был в обычном вечернем облачении, пиджаке и джинсах, а Мэгги надела черный атласный жакет и розовую свободную блузку. Рядом с Харланом она смотрелась деловой женщиной и подчеркивала это каждой деталью одежды и манерами. Лиза так погрузилась в изучение ее облика, что не заметила меню, которое раскрыл перед ней маленький стюард, и Чак вывел ее из затруднения.
– Лиза, я сделаю заказ для тебя, – он улыбнулся и добавил: – Она будет то же, что и я.
Лиза благодарно улыбнулась ему и дала себе твердую клятву, что не станет больше смотреть в ту сторону, и держала ее целых двадцать секунд.
– Ты можешь научиться здесь кое-чему полезному.
– Что? – Она растерянно взглянула на красивого мужчину, сидящего рядом.
Чак кивком указал на капитанский стол.
– Мэгги Джеймсон. Вот женщина, которая получает все, что захочет.
Лиза уставилась в свой бокал с коктейлем и стала помешивать его содержимое тонкой соломинкой. Ее глаза сузились.
– Да, получает.
И именно что все, чего хочет.
– Конечно, у нее ничего не было бы, если бы она не спала с боссом, – добавил Чак.
Лиза снова посмотрела на него, и на лице ее было ясно написано удивление.
– Мэгги упорная женщина. Я сомневаюсь, что она должна спать с кем-то, чтобы чего-то добиться.
Чак рассмеялся.
– Боже, как ты наивна. Бизнес – это мужской мир, Лиза. Не сердись, но это действительно так. И ты сама знаешь, что это правда. Если женщина хочет занять в этом мире какое-то место, она должна сделать определенные… уступки.
– Интересно, какие же?
– Ну, она должна быть радушна и сердечна, а говоря о деле, одновременно сулить наслаждение.
– Ну, спасибо!
– Ты так не думаешь? Посмотри на Мэгги. Посмотри, как она одевается. Она что, не знает, что каждый мужчина здесь заглядывает в ее декольте? Разумеется, знает. Она использует это как орудие, точно так же, как мужчина использует свой портфель. Это верно, она упорна. Достаточно упорна, чтобы использовать то, что ей досталось, наилучшим образом.
Лиза нахмурилась, обдумывая его слова. Она изучала Мэгги Джеймсон, придирчиво анализируя ее манеры, ее поведение, и не замечала ничего явно соблазняющего, о чем говорил Чак. Только в памяти отдавались эхом слова, произнесенные нежным женским голосом: «Возьми меня в постель». Может быть, она ошибалась насчет Мэгги. Может быть, она ошибалась и кое в чем кроме этого.
Заметив ее сомнение, Чак добавил:
– Мужчины не находят ничего привлекательного в напористых женщинах, озабоченных лишь карьерой. Если хочешь преуспеть, тебе лучше понять это как можно быстрее. Мужчины хотят, чтобы в женщине всегда было немножко нежности и кокетства, даже в партнерше по бизнесу. Мужчины продвигаются вперед, пожимая нечистые руки и смеясь над плохими шутками. Женщины делают то же самое, показывая длинные ноги и намекая на свою доступность.
– Так что же – если я хочу, чтобы мои дела шли хорошо, я продаюсь наряду с предлагаемым мною товаром?
Он поднял руки в притворно защитном жесте.
– Только не тянись к моему горлу! Таковы правила игры. Не я их устанавливал.
– Я не играю в игры, – сказала Лиза ледяным тоном.
– В самом деле? – насмешливо возразил он. – А каким образом, по-твоему, ты заполучила дела Макгуайра? Ты не подумала о том, что от вида тугих бедер под короткой юбкой у бедного одинокого вдовца закружится голова? Если ты думаешь, что на него произвели впечатление только твои достижения в делах, почему же он не продвигал тебя, пока ты не превратилась из гадкого утенка в очень сексуальную пташку?
Лиза уставилась на него, ошеломленная его словами.
– Очнись, Лиза. Я ничего не имею против тебя. Я первый говорю тебе – используй все возможности, которые тебе доступны. Не упускай того, чем наделила тебя природа. Покачивай бедрами и кокетливо прищуривай глаза, одевайся смелее и капризно надувай губки… Да что, мне тебя учить женским уловкам?
Лиза не ответила. Она смотрела на то, как Мэгги Джеймсон наклонилась вперед так, что в вырезе ее свободной блузки показалась грудь. Именно настолько, чтобы Харлан и капитан могли увидеть ее нежную кожу.
Их заказ прибыл. Лиза ела, не замечая вкуса. Авокадо, жирный суп-пюре, обжаренный в кипящем масле лобстер, гарнир из риса и хлеб. Выскребла до последней ложечки пышное мороженое с ромом из хрустальной вазочки. Плотная еда служила ей сейчас единственным утешением. Но это было пустое утешение. Такое же пустое, как и ее достижения.
Лиза, Чак, Джилл и Стив заняли места в главном салоне, где шло какое-то комическое представление. Лиза улыбалась и смеялась в нужных местах, но не услышала и не запомнила ни одной шутки. Когда Стив извинился и ушел, а Джилл и Чак стали украдкой переглядываться, Лиза незаметно выскользнула из-за столика. Она чувствовала на себе взгляды, которыми мужчины провожали ее, когда она проходила мимо. Ни один из них не удостаивал ее ни малейшим вниманием год назад, хотя сама по себе она нынешняя не сильно отличалась от себя тогдашней. Они реагировали только на ее внешний вид. Ее возмущали эти изучающие взгляды точно так же, как возмущал тот факт, что не таланту, а внешности она была обязана успехом в делах и отношением Макгуайра.
Харлан нашел ее в тихом укромном уголке салона. Она набирала уже второе блюдо сладостей из бара, когда он пристроился за ней и забрал у нее поднос.
– Прошу прощения, я был занят весь день, – сказал он ей со своим мягким произношением. Она выпрямилась, готовая к столкновению.
– Не надо оправданий. Вы не моя нянька и не обязаны со мной возиться.
– Как бы там ни было, я прошу прощения. Я должен был бы уделять вам больше внимания.
«В самом деле должен?» – читалось в ее взгляде. Лиза снова стала смотреть в бокал, который вертела в руках, а он жадно изучал ее профиль. Она не имела понятия, насколько искренними были его слова. Харлан же с трудом заставлял себя сегодня сосредоточиться на делах. Он никак не мог забыть, как она выглядела в лунном свете, и это воспоминание заставляло его забывать о делах. Он точно знал, как она провела день, – с точностью до минут. У него были фотографии, документально подтверждающие это. Но следовать за ней по снимкам Тедди, по его фотоотчету, было совсем не то, что находиться рядом с ней. Он жалел каждую минуту своего времени, которую провел не с ней, – ведь времени у них и без того было мало. Он хотел получше узнать Лизу. Харлан хотел понять, что творится у нее в сердце и в мыслях. И он хотел заняться с ней любовью – и это желание было самым сильным. И отнюдь не последним в его списке.
– Так почему бы нам сейчас не возместить это? – предложил он с притягательной улыбкой. – Пойти в мою каюту и сбросить с усталых ног обувь.
Ее взгляд мог заморозить теплые воды Карибского моря.
– Мистер Джеймсон, я не собираюсь снимать что-либо с вами за компанию. И я не намерена смешивать ваши удовольствия с нашим делом.
Застывшая улыбка очень медленно сползала с его лица. Его голос прозвучал глухо и невыразительно:
– У меня и не было такого намерения. Я думал, что мы могли бы расслабиться и обсудить некоторые идеи, которые возникли у меня в связи с рекламной кампанией «Все для вас», но это может подождать до завтра. Когда нас будет окружать толпа народу.
Он взял корзинку всяких пирожных со стойки бара и молча поставил перед ней. Затем, не пожелав даже спокойной ночи, пересек салон и исчез из виду.
