Текст книги "Игла (ЛП)"

Автор книги: Дэн Эймс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 17 страниц)

Глава 41

Джо сомневался, что она придёт. Это была очередная авантюра, но после разговора с Итаном он знал лишь одного человека, кто мог ему помочь и сделать это быстро. Он вошёл в бар и попросил столик на двоих и немного уединения. Метрдотель провёл его в дальний угол зала, слегка скрытый от посторонних глаз. Джо огляделся – он никогда здесь раньше не был, но слышал об этом месте и счёл его подходящим для этой конкретной встречи. Всё вокруг было из тёмного дерева и кожи, пропитанное густым слоем конспирации. Бар-ресторан «Эдгар» в отеле «Мэйфлауэр» был культовым местом водопоя для вашингтонских воротил и получил своё название в честь Дж. Эдгара Гувера, который выпил здесь немало коктейлей, наблюдая за толпой, постоянно делая пометки и собирая информацию, которую можно было бы позже использовать как рычаг давления. Джо сидел за угловым столом с виски и содовой, когда заметил агента Блейк. Должно быть, она описала его метрдотелю, так как тот немедленно проводил её к их столу. Рост шесть футов шесть дюймов, бритая голова? Да, проходите сюда. Она выглядела даже лучше, чем прежде, возможно, благодаря лёгкому макияжу. На ней был тёмно-серый костюм и белая блузка с открытым воротом. Этот эффект делал её зелёные глаза ещё более яркими. Джо встал, пока метрдотель выдвигал ей стул, и она села. Тут же подскочил официант, и она попросила бокал охлаждённого белого вина. – Это определённо неожиданно, – сказала она. – Я думала, нашей последней встречи вам было достаточно. Удивилась вашему звонку. Как же, подумал Джо. Женщина перед ним вряд ли чему-то удивлялась последние лет десять. Он подумал, что она могла бы вести разговор с ним гораздо лучше, но понимал, что она работает. Это часть игры. Он не держал на неё зла. – О, знаете, мне показалось, наш разговор оборвался слишком резко, – сказал он. – Возможно, нам есть что ещё обсудить. Она сделала глоток вина и убрала прядь тёмных волос от глаз. – Вот как? – спросила она. – Мне казалось, мы обсудили всё. Что же мы упустили? – Всему своё время. Как прошёл ваш день на работе, агент Блейк? – спросил Джо и рассмеялся, когда выражение замешательства на её лице сменилось усталой улыбкой. – Ах да, вечная проблема. Всё остаётся внутри здания, стоит только выйти наружу, верно? Некоторые не могут с этим справиться. Им нужно знать всё. Джо случайно задел больное место. – Вообще-то у меня есть имя, – сказала она. – Рэйчел. – О, значит, вы можете его использовать. Агент звучит так официально. В бар вошла группа из четырёх мужчин, громко разговаривая и окружив мужчину в тёмном костюме с красным жилетом. – Лоббисты, – сказала она. – Кажется, это сенатор штата. – Её взгляд вернулся к нему, и она продолжила: – А вы? – Что я? – Ваш день? Что такого вы сделали, что привело к звонку вашей покорной слуге? Вы снова приняли предложение подвезти вас от незнакомца? – Не могу такого сказать. Сам сел за руль, вообще-то. – Куда ездили? – В Пентагон. – Прекрасное местечко, – заметила она. – У меня там всегда такое чувство, будто я в садовом лабиринте или вроде того, прямо как в конце фильма «Сияние». – Это определённо своего рода лабиринт, – согласился Джо, отпивая виски. Тепло напитка приятно согревало, как и вид Рэйчел Блейк, хотя и по-разному. – Расскажите о себе, Рэйчел. Как вы оказались в Лэнгли? – Я во многом похожа на вас, Ричер. Дитя военных. Только вот солдатом становиться не хотела, а поскольку была умна, отец предложил стать аналитиком. Одно потянуло за другое, и оказалось, что я неплохо справляюсь и в полевых условиях. – Неудивительно. Вы похитили меня довольно гладко. – О, теперь это уже похищение? Мне казалось, вы сами добровольно сели в машину. Причём охотно. Джо улыбнулся. – Подозреваю, если вы чего-то захотите, вас ничто не остановит, – сказала она. – И наоборот, если не захотите – ничего не выйдет. Примерно так? Он пожал плечами, поймал взгляд официанта и дал понять, что нужен ещё один раунд напитков. – Вы голодны? – спросил он её. – Пока нет, – ответила она с лёгкой улыбкой. От её бокала на скатерти остался круг конденсата, и она обвела его пальцем. Джо решил нарушить молчание и перейти к делу. – Когда я был в Пентагоне, у меня состоялся интересный разговор со старым коллегой. – Как там поживает Итан? – усмехнулась она. – Итан Хейс, верно? Надо признать, она хороша. Он начал задаваться вопросом, нет ли на нём маячка, и знают ли они о его местонахождении круглосуточно. – Неразговорчивый, что ему обычно несвойственно, – сказал он. – Он напомнил мне кое-кого, кто был причастен к той операции, о которой вы упоминали и ответственность за которую переложили на меня. – Просто хотела посмотреть на вашу реакцию, – сказала она. Зелёные глаза искрились весельем. – Без обид. А вы достойно отреагировали. Узнали что-нибудь полезное от своего старого приятеля? Здесь Джо пришлось быть осторожным. Ему не хотелось подставлять Итана. – Не напрямую. Но после того, как я ушёл, всплыло одно имя. – И какое же? – Николай Лебедев, – сказал Джо. – Звучит по-русски, – улыбнулась она. – Похоже, вы знаете каждый мой шаг, может, знаете и его? – Приятно видеть, что вы стали таким прямолинейным. Свежий подход, честно говоря. Иногда я устаю от всех этих игр. – Спасибо, – сказал он. – Что вы о нём знаете? Официант поменял им напитки, и Блейк сделала основательный глоток из своего бокала. – Здесь действительно прохладное место. Отличная атмосфера. Богатая история. И оно соединено с отелем, что удобно. – Она заглянула на Джо поверх края бокала. – Вы кажетесь очень уверенным в себе человеком, Ричер. Интересно, были ли вы настолько самонадеянны, чтобы забронировать для нас номер? Глаза её теперь смеялись, и Джо почувствовал жар желания, исходящий вовсе не от алкоголя. – Уверенный – да. Самонадеянный – нет. Я не бронировал номер. Она допила остатки вина одним глотком. – Что ж, я и то, и другое, и я это сделала, – сказала она и протянула ему руку. – Идём.

Глава 42

Айви свирепо уставилась поверх перегородки своего кубикла. Кто-то говорил слишком громко, и её концентрация рассеивалась. Да заткнитесь же! – подумала она. Люди вообще-то работают, знаете ли! Разумеется, она никогда бы не сказала ничего подобного вслух, но ей стало интересно, куда подевались приличия и уважение к окружающим. Особенно с учётом того, какую работу они выполняют. Это вам не коробки с макаронами отгружать. Дело серьёзное, и относиться к нему нужно соответственно. Ага, слезь со своего высокого коня, – одёрнула она себя. Честно говоря, с тех пор как она встретилась с Джун Ли, у неё было ужасное настроение, и она никак не могла понять почему. Да брось, какой вздор, – подумала она. Я прекрасно знаю почему. «Вам нужен номер», – сказал он. – Мне нужно гораздо больше этого, – пробормотала она. – Например, тишина и покой. Раздражение внутри неё приближалось к точке кипения. И дело было не в шуме, а в почти подсознательном знании того, что ей сказали нечто важное, а она до сих пор не смогла расшифровать, что именно. Айви всегда хорошо давались головоломки любого рода. Кроссворды, поиск предметов, даже викторины. Она могла быть упорной, любила детали и больше всего на свете ненавидела проигрывать. Ей казалось, что пару раз она была близка к разгадке того, что имел в виду Джун Ли, только для того, чтобы ответ снова ускользал из рук. Не помогало и то, что каждый раз, когда она пыталась успокоить разум, ей приходилось слушать, как один из соседей по кубиклу заходится хохотом над шуткой, которая не была смешной от слова совсем. Этот проклятый Джун Ли. Почему он просто не выложил всё напрямую? Потому что хочет сделку, – подумала она. Вот почему. Он сказал «номер». Не «номера». А «номер». Сначала Айви гадала, не является ли этот номер комбинацией от сейфа или чего-то подобного. Или банковской ячейки. Может, адресом. Номером телефона. Кодом. Номерами банковских счетов. Боже мой, список был бесконечным. Новый взрыв смеха из соседнего кубикла прервал ход её мыслей. Айви хотелось иметь собственный кабинет. Для этого требовалось повышение, которое она хотела бы заслужить, причём не ради денег, ответственности или азарта. Нет, она хотела его ради кабинета с дверью. Дверью, которую можно закрыть. Убежищем, где она сможет делать свою работу без помех. Айви откинулась назад и посмотрела вдоль ряда офисов по обе стороны от себя. Она решила, что захочет левую сторону, так как та находилась дальше от кухни и кофеварки. Офисы возле выходной двери тоже никуда не годились. Когда эта дверь с грохотом захлопывалась, казалось, будто кто-то выстрелил из корабельной пушки. С другого конца коридора сидели старшие агенты. Она задумалась, через сколько офисов от выхода ей нужно расположиться, чтобы подпрыгивать до потолка всякий раз, когда кто-то будет спешно выходить. Айви подняла указательный палец и начала считать. Один. Два. Три. Четыре. Она уже собиралась сказать «Пять», когда поняла, что офисы стали немного просторнее. Как младшему агенту, ей ни за что не достанется одно из больших помещений; офисные интриги жестоки, и люди начнут ворчать и жаловаться. Четыре. Именно там она и хотела бы находиться. Офис четыре. Сердце гулко забилось в груди, позвоночник прошило электрическим разрядом, а руки начали дрожать. Она вскочила на ноги. – Вашу мать! Те, кто разговаривал громко, тут же замолчали. Один из них даже шикнул на неё. Она не обратила внимания. Айви рухнула обратно в кресло и рывком выдвинула нижний ящик стола. Там лежали папки и файлы, и она начала вытаскивать их и швырять на стол, отчего раздавался громкий хлопок при каждом приземлении. Кто-то заглянул к ней из-за перегородки, но она проигнорировала это и сорвала обложку первой папки. Она бегло просматривала страницы и пролистывала их, просматривала и пролистывала, отбросила первую в сторону и повторила процесс со следующими пятью. Айви ударила кулаком по столу. – Чёрт возьми! – выругалась она. Она с грохотом задвинула ящик, вскочила на ноги и бросилась к выходной двери. Она толкнула её изо всех сил и практически прыгнула вниз по лестнице, пока дверь за ней взрывалась, словно в здание попала крылатая ракета. Айви распахнула наружную дверь и побежала по коридору к первой двери справа. Библиотека Казначейства. – Оно должно быть здесь, – сказала она. Комната была пуста, и она принялась перерывать книжные полки. Она искала один из первых отчётов, которые читала, будучи новобранцем. Он назывался «Всеобъемлющий отчёт об угрозах глобальной валютной системе». Книга за книгой, файл за файлом, скоросшиватель за скоросшивателем летели в сторону. – Что за бред! Айви отступила на шаг. Думай. Секция, в которой она находилась, называлась МЕЖДУНАРОДНЫЕ ОТНОШЕНИЯ. Она осознала свою ошибку и подбежала к дальнему стеллажу. На торец прохода была прикреплена табличка ПОДГОТОВКА. Айви промчалась по проходу, остановилась и сделала два шага назад. Используя указательный палец, она провела им по каждой полке сверху вниз. Во втором шкафу, на третьей полке снизу, она нашла его. – Да! – воскликнула она. Её голос эхом разнёсся по библиотеке. Зажав папку под мышкой, она подбежала к столу и бросила её на деревянную поверхность, создав очередной громкий хлопок. Она распахнула обложку, нашла оглавление и отыскала нужную часть. Она засунула руку между толстыми страницами и потянула влево. Затем пролистнула двадцать страниц назад. Вот оно. Под заголовком Северная Корея. В начале семидесятых, гласил текст, Ким Чен Ир учредил департамент, единственной целью которого было ведение преступной деятельности для сбора средств партийным лидерам. Департамент развернул операции в наркоторговле, торговле людьми и мошенничестве. Они также были весьма искусны ещё в одном виде преступной деятельности. Фальшивомонетничество. Айви закрыла глаза. Имя тебе не нужно. Тебе нужен номер. Она не знала, что чувствует, но ей казалось, что она только что выиграла золотую медаль на Олимпийских играх. Ким Чен Ир дал департаменту простое название, основанное на его неприметном местоположении. Отдел 39.

Глава 43

– Девушка могла бы к этому привыкнуть. Джо открыл глаза. Лицо агента Блейк находилось в нескольких дюймах от его собственного. В её зелёных глазах плясали озорные огоньки, и он надеялся – искорки удовлетворения. – Что ж, я считаю, что наш мандат заключается в расширении сотрудничества между ведомствами, – сказал он. – Чтобы по-настоящему научиться взаимодействовать друг с другом и способствовать удовлетворению потребностей друг друга. По моему мнению, то, чем мы только что занимались, является знаком нашей взаимной приверженности этой цели. – Так мы просто делали свою работу? – спросила она со смехом. – На работу это было не похоже. – Миссия выполнена, – сказала Блейк. Она выскользнула из-под одеяла и прошла в ванную. Джо услышал, как зашумел душ. Он вытянул ноги и осознал, насколько хорошо себя чувствует. Мысль, которая вернула его на землю, была довольно простой: он всё ещё не получил нужную ему информацию. Душ выключился, и Блейк вернулась в комнату. Она начала одеваться. – Полагаю, тебе нужно больше сотрудничества, – сказала она. – Конечно. – Не такого сотрудничества. Настоящего. Того, которое ты действительно искал. Он сел в кровати, откинувшись на спинку изголовья. Комната была большой, с замысловатой лепниной под потолком, роскошным ковром и обоями в едва заметную полоску. – Мне кажется, это я у тебя в долгу, а не наоборот, – сказал он, жестом указывая на обстановку комнаты в целом. – Ой, да брось. Она была права, конечно. – Ты знаешь что-нибудь о Николае Лебедеве? – А если знаю? Что ты собираешься делать с этой информацией? Есть ли там что-то, что может доставить мне неприятности? – Зависит от обстоятельств. Я лечу вслепую, если честно. У меня куча разрозненных зацепок без малейшего понятия, куда они ведут. Джо встал, чтобы дать ей время подумать, быстро принял душ, вышел обратно и оделся. Блейк сидела в кресле за письменным столом. Оно было сделано из красноватого дерева, вероятно, вишни, и стол был таким же старинным. – Как думаешь, Лебедев – тот самый, кто обошёл тебя в Москве? – спросила она. – Не знаю. – Мы тоже. Как я уже говорила, это были те самые вещи, которые люди жаждали забыть. – Да уж, легче сказать, чем сделать для некоторых из нас. Она кивнула. – Всё, что я знаю, так это то, что он якобы до сих пор жив. И у него есть псевдоним. Как я уже говорила, это не входит в мою компетенцию, и я не думаю, что кто-то расследует что-либо против него. У всех сейчас рыба покрупнее. – Ясно. – Однако, когда ты позвонил, мне стало любопытно, смогу ли я что-нибудь выяснить, потому что я знала, что ты звонишь не из-за моего природного обаяния, каким бы мощным оно ни было. – Именно из-за него. Она слабо улыбнулась. – Олег Марков. Джо промолчал. Блейк встала, пересекла комнату и поцеловала его. – Пусть это не выйдет мне боком. Он собирался отпустить какую-нибудь остроумную шутку про эту часть её анатомии, но она приложила палец к его губам, а затем ушла. Джо последовал за ней не сразу. Он предположил, что Блейк хотела уйти отдельно, на случай, если за ними следят. Можно вытащить агента из ЦРУ, но нельзя вытащить ЦРУ из агента. Он шёл через вестибюль, когда запищал пейджер. Джо взглянул на маленький экран: NEED 2 TLK. IVY (Нужно поговорить. Айви). Он задался вопросом, что обнаружила Айви, и решил, что это может подождать, пока он не вернётся в офис. У него было другое место, куда нужно было зайти. В перерывах между занятиями любовью Блейк шептала ему на ухо разные вещи. Он не был уверен, осознавала ли она сама сказанное, но нашёл их любопытными. Олег Марков. Интересный псевдоним для Николая Лебедева. Весьма интригующий выбор, поскольку у людей, использующих псевдонимы, часто сохранялись одни и те же инициалы настоящего имени. Питер Джонсон становился Полом Джефферсом. Лебедев поступил иначе. Он сдвинул каждую букву на одну вперёд. Из Николая в Олега, а из Лебедева – в Маркова. Слабая связь, но тем не менее связь. Даже закалённым агентам КГБ требовалось сохранять хотя бы крошечную часть своей истинной личности. Джо счёл это слабостью. Быстрый поиск в телефонном справочнике в вестибюле не дал никого с таким именем, что неудивительно. Однако Джо знал, что большинство русских, работающих в своём посольстве в Вашингтоне, предпочитают жить в определённом районе на Посольской аллее, в квартале северо-западного округа Колумбия, чуть севернее Дюпон-Сёркл. Этот район считался эпицентром посольств, дипломатических миссий и иностранных дипломатов. Джо воспользовался платным телефоном, чтобы позвонить атташе по дипломатическим вопросам, с которым работал ещё во времена армейской разведки. Его специальностью была слежка и шпионаж за русскими коллегами. Джо позвонил ему и спросил, знает ли он пожилого человека по фамилии Марков, вероятно, как-то связанного с российским посольством. После нескольких минут ожидания на линии он вернулся к трубке с адресом. Джо оказался прав; дом находился на Посольской аллее, в русском секторе. Он покинул отель, сел в машину и влился в поток транспорта. Машин было много, и продвигался он медленно. Наконец, он повернул на улицу чуть восточнее Массачусетс-авеню. Он проехал мимо и увидел дом с правильными номерами: величественное здание явно исторической постройки, с бежевой штукатуркой снаружи, высокими окнами и двумя дымоходами. В нём было два этажа, но оно не выглядело огромным. Практичная резиденция для очень высокопоставленного агента КГБ и куратора нелегалов. Джо проехал мимо дома и не заметил внутри никакой активности. Он приехал сюда не для ведения наблюдения, он просто хотел взглянуть на свою цель, почувствовать, с кем и с чем он имеет дело. Когда он достаточно удалился от Посольской аллеи, то заметил общественную телефонную будку. Он припарковался рядом, набрал номер Айви. Она ответила немедленно. – Ричер? – Да. – Ты не поверишь, что я нашла. – Хорошо, буду в офисе через двадцать минут, если пробки не остановят. – Разве ты не хочешь узнать, что я нашла прямо сейчас? – Хочу, но лучше расскажи мне всё с самого начала. Какова краткая версия? Он услышал, как она глубоко вздохнула. – Я знаю, откуда берутся Супердоллары.

Глава 44

– Ладно, начни с самого начала и расскажи мне всё, даже если мы это уже обсуждали. Джо и Айви были у него в кабинете, и она принесла папку со ссылками на Отдел 39, а также свои заметки из интервью с Джун Ли. Она начала с поездки в тюрьму, пустой комнаты для допросов, уклончивой манеры, в которой Джун Ли пытался заставить её заключить сделку, не предоставив никакой информации. В конечном итоге Айви описала, как пошла ва-банк, дав понять, что ему нужно выдать им хоть что-нибудь, прежде чем они вообще смогут начать говорить о сделке. – Верно, – сказал Джо, вспоминая их предыдущий разговор о её визите. Айви выложила перед ним всю хронологию событий. Фразу «вам нужен номер» и воспоминание о том, как она сидела в аудитории в начале своей карьеры в Казначействе, слыша упоминание теневого Отдела 39, также известного как Комната 39. – Это имеет смысл, – сказал Джо. – И объясняет, почему Супердоллары впервые появились на Западном побережье. Но почему Парк просто не рассказал тебе? Зачем он заставил тебя прыгать через обручи? – Я задавалась этим вопросом, – ответила Айви. – Думаю, он выигрывал время. Он не хочет ехать в тюрьму строгого режима, но при этом не хочет выдавать нам всё сразу. – Да, это серьёзная мотивация. Айви спросила: – Что дальше? – Нам нужно связаться с нашим отделом по Северной Корее. Запросить всё, что у них есть, включая данные наших коллег из разведки. Если за всем этим стоит Комната 39, нам нужно выяснить, убили ли они Коплина и Эрвинга потому, что те подобрались слишком близко. Хотя ни один из них не упомянул Северную Корею в своих записях, так что я не уверен, обнаружили ли они эту связь или нет. Может быть, и обнаружили, но просто не успели внести это в файлы. – Возможно, – сказала Айви. Айви заколебалась, и Джо изучающе посмотрел на неё. На её лице было странное выражение. А затем он понял, почему. – Отличная работа, Айви. Ты действительно выбила мяч за пределы поля. – Просто делаю свою работу, – сказала она, но Джо видел, что ей хотелось признания и она испытала глубокое удовлетворение от того, что получила его. Она ушла, а Джо откинулся на спинку кресла. Иногда он забывал о человеческом факторе. Быть Ричером, служить в Армии – всё это имело свойство отсекать повседневные любезности. Мелочи, которые создают человеческую связь. Джо усмехнулся про себя. Если люди думали, что он плох в социальном этикете, они бы пришли в ужас от его брата Джека. Джо чувствовал усталость и размышлял, уйти ли из офиса или поставить кофе. Он решил выбрать чёрное зелье. На кухне он сварил свежий кофейник и прочитал листовки на холодильнике. Там была благотворительная акция для бездомных, требовались консервированные продукты. Кто-то потерял солнцезащитные очки. Кофе закончил вариться, и он налил себе чашку, после чего понёс её обратно в офис. Его портфель лежал на столе и был открыт. Джо замер, стоя как вкопанный. Однодолларовая купюра (примечание переводчика: в оригинале hundred-dollar bill) была приклеена ко дну портфеля. Удерживаемая на месте… …каким-то ножом. Он изучил его. Он был длинным, с деревянной рукоятью и режущим лезвием на конце. Казалось, он невероятно острый. Джо мгновенно понял, что это такое. Гравёрный резец. Инструмент для гравировки, о котором Мендельбаум там, в Бюро гравировки и печати, рассказывал ему. Джо присмотрелся к купюре внимательнее. В правом нижнем углу был нарисован красный круг. Там же стоял штамп: Доказательство Казначейства. Джо осознал, что это значит: это была одна из тех самых Суперкупюр, которые он изучал в комнате вещдоков. Но кто вынес её оттуда? Им ведь запрещалось покидать помещение. От этой мысли его пробрал холод. Он схватил купюру и прошёл в ближайшую конференц-зал, который был тёмным и пустым. Щёлкнул выключателем, увидел оверхед-проектор и включил его. Позади него появился большой экран. Он положил купюру на стеклянную поверхность и сфокусировал линзу на круге. На экране позади него круг увеличился, достигнув почти четырёх футов в окружности. Джо изучил его. На что я смотрю? – задумался он, на мгновение отложив вопрос о том, как кто-то проник в его кабинет. Он впился глазами в изображение, пока ему не пришлось отвернуться. Он моргнул, активировав слёзные железы. Когда зрение вернулось в норму, он снова посмотрел на экран. И тогда он увидел это. На хвостике микроскопического завитка. Вплетённое в сложную паутину линий и изгибов, скрытое внутри невероятно замысловатого узора. Песочные часы. Метка Иглы. Джо опёрся на стол, пошатнувшись от последствий этого открытия. Это невозможно, – подумал он. Он тут же начал искать слабые места в этой теории. Это тоже может быть подделкой поверх подделки. Шуткой. Розыгрышем. Кто-то развлекается, глядя, как агенты Казначейства бегают кругами. Джо опустился в кресло. Этого не может быть, он был уверен. Не может быть. А затем ему вспомнилась фраза, пришедшая словно из ниоткуда. Это было то самое, что практически необъяснимо. Не сходится. Эту фразу произнёс Итан Хейс. Тогда, помнил Джо, он был озадачен. Оно определённо сходилось: КГБ узнал о побеге Труакса и убил его, его жену и их сына. Не сходится. Какая странная вещь, чтобы сказать. Если только… Джо повертел это в голове, посмотрел на это под разными углами. Затем он снова взглянул на экран. Метка Иглы, ясная как день, на фальшивой стодолларовой купюре из Комнаты 39 в Северной Корее. Не сходится. Другими словами? Цифры неверны. Хейс пытался сообщить ему что-то, не говоря слов напрямую. Технически это называется «правдоподобная отрицаемость». Теперь, подумал Джо, он понимал. В той машине на площади Ноблокин в 1989 году должно было быть три сгоревших трупа. Возможно, их было не три. Или, что столь же вероятно, тела были поддельными. Фальшивками. Они могли насладиться иронией обмана ЦРУ с помощью поддельных людей. Или, что столь же вероятно, людьми в машине были те, кого КГБ счёл расходным материалом. Таких наверняка было очень много. Джо снова посмотрел вверх на значок песочных часов. Может ли это быть правдой? Жива ли Игла?