Текст книги "Время любви (СИ)"
Автор книги: Деметра Фрост
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 20 страниц)
Глава 8.1. Олег
Найти всю необходимую информацию о семействе Орловых оказывается совсем не трудно. Основное дает Олегу интернет, а вот детали уже к вечеру присылает один хороший знакомый, которому Должанский обещает в будущем ответную услугу.
И хотя Орловых в России – пруд пруди, Олег уверен, что не ошибается. Ведь доказательства на лицо.
Глобальная сеть учтиво предоставляет множество фото и даже видео, среди которых он не сразу, но находит знакомое лицо Татьяны. Правда, на них она выглядит почти незнакомо и очень стильно – в идеально сидящей одежде, с безупречном макияжем и прической. А еще улыбается – мягко и немного искусственно, как и полагается вышколенным девушкам из высшего общества. Иногда она стоит в компании подобных ей, иногда – с женщинами постарше, но оттого не менее эффектными. Но чаще всего – с молодым парнем яркой внешности и не лишенным определенного обаяния. Автор статьи, на странице которой Олег и находит данную фотографию, учтиво подписывает ее, и это заставляет мужчину начать самое настоящее расследование.
Хотя, конечно, в течение довольно-таки продолжительного времени мужчина просто неверяще смотрит в экран и почти не дышит, хотя проклятая аритмия предательски возвращается и с такой силой долбит в ребра, что, кажется, еще чуть-чуть и беспощадно проломит кости.
“Андрей Орлов и его спутница и друг семьи Татьяна Карпова”
Карпова.
Татьяна Карпова.
Татьяна, мать его, Карпова.
Разумеется, можно сослаться на совпадение.
Но одно дело – когда совпадение одно. В фамилии, например. Но фамилия плюс имя плюс подозрительно знакомая внешность одной женщины из прошлого – это уже звоночек.
Олег делает короткую дыхательную гимнастику и, успокоившись, принимается за пристальное и внимательное изучение всей доступной в сети информации.
Татьяна Сергеевна Карпова, 21 год. Студентка. Приемная дочь Марины и Петра Орловых, невеста их младшего сына Андрея Орлова.
Поправочка.
Уже жена.
А вот и видео со свадьбы. С подробными комментариями и фотоотчетом.
На картинке Татьяна в том самом платье, но в чистом и не рваном. При полном, как говорится, параде, с идеальной прической и макияжем. И с широкой искренней улыбкой. Девушка буквально сияет счастьем и уверенностью, целомудренно льнет к своему жениху и радостно смеется комплиментам и пожеланиям гостей.
И это заставляет вспомнить ту, другую, свадьбу, на которой Олег окончательно распрощался со всеми мечтами и чаяниями.
И это несмотря на то, что свадьба той Карповой была куда менее пышной и роскошной. И ткань платья уже весьма красноречиво обтягивала упругий и округлый животик, а сама невеста ничего, кроме воды и компота, и не пила.
Но вот выражение лиц обоих невест оказалось идентичным.
Снова совпадение?
Или проклятая генетика?
Вечерний звонок знакомого развеивает последние сомнения. Приятель просто в рекордные сроки узнает подноготную и Орловых, и той злополучной аварии, в которой Олег окончательно потерял любовь всей своей жизни и друга.
Но как? Как?!
Каким образом дочь Сони и Сергея оказалась живой? Ведь ему сообщили, что в автокатастрофе погибла вся семья.
Каким образом Таня оказалась в доме Орловых?
И как этот козел, ее муж, вообще решился на обман такой милой и добродушной девочки, как Таня? Как смог позволить уйти ей, на ночь глядя, в никуда и без единой копейки, да еще и в таком состоянии?
А если бы не он ее тогда нашел? А если бы ее поймали и засунули в машину какие-нибудь отморозки? Мало их, что ли, на дороге?
Еще одно совпадение. Забавные, однако, развлечения у судьбы. Невольно начнешь в нее верить. И в мистику заодно.
Во время ужина Олег сдерживается, чтобы не спросить лишнего. Что та помнит о родителях. Как им жилось в Чехии. Помнит ли она Валю Должанскую, с которой какое-то время даже училась в одном классе. Помнит ли ее отца. Который, черт возьми, сейчас сидит прямо перед ней за одним столом и готов взять на себя ответственность по решению всех ее проблем.
А ведь как иначе?
Это же дочь Софьи и Сергея!
Теперь, зная это, мужчина разглядывает девушку особенно пристально и внимательно. Снова отмечает общие с Соней и даже с Сергеем черты. Движения. Реакции. Чувствует болезненные уколы в сердечную мышцу и учащенное биение. Но привычно держит марку – ведет себя строго и отрешенно, чтобы, не дай бог, не показать лишней заинтересованности и искреннего беспокойства о девочке.
Утром, увидев дом, в котором прошла юность Тани, мужчина едва не чертыхается. Отличный дом. Богатый. К счастью или сожалению, девушка не знает, что у четы Орловых давно нет средств содержать такую роскошь. И спасает их только то, ради чего, семь лет назад, они и взяли над сиротой опеку.
И почему в итоге в буквальном смысле свели ее с одним из своих сыновей.
Знакомый хорошо постарался, добывая для него информацию об Орловых. Олег достаточно давно воротит до неприличия разросшимся бизнесом, чтобы свободно чувствовать себя как в экономических, так и юридических терминах. И потому без особого труда понял, что Серега в свое время поступил очень мудро, оформив завещание, согласно которому Татьяна стала наследницей всех его сбережений и даже бизнеса. Оказывается, дело Карпова до сих функционирует, причем весьма успешно. А Петр Орлов, оформив опеку над девочкой, автоматически получил доступ к его дивидендам.
Черт возьми… Олег не удивится, если узнает, что Татьяна вообще не в курсе такого положения. Она-то считает, что по гроб жизни должна своим приемным родителям. А этот ее Андрюша так и вовсе – не только козел и кобель, но еще и артист высшей пробы.
Приятель умудрился отыскать компромат и на парня, который, несмотря на наличие невесты, ходил по бабам с такой частотой и регулярностью, будто вел какой-то свой счет.
Потрясающе.
Вот же потрясающе, черт возьми!
Собралась семейка!
Аж злость берет! Непривычная и почти забытая ярость на человеческую жестокость и расчетливость бередит давно затянувшиеся раны и заставляет Олега сжимать кулаки.
Но он заставляет себя успокоиться, чтобы не испугать рядом сидящую девушку. Говорит с ней мягко и емко, хотя та все равно шугается, когда Олег наклоняется к ней. Для начала ему надо наедине встретиться с Петром Орловым и, может, еще с его супругой. Он должен показать этой парочке, что знает обо всех их махинациях и мерзких делишках.
И потому присутствие Татьяны будет не только нежелательным, но лишним. Для самой девушки в первую очередь.
В вотчине Орловых его ждут. Ведь он заранее договорился об этой встрече. Девушка в классической униформе горничной провожает Олега по просторному коридору, через холл и гостиную и, деликатно постучавшись и дождавшись разрешения, распахивает перед мужчиной дверь. И даже слегка кланяется, вызывая у мужчины саркастическую усмешку.
Олег заходит в кабинет и цепко оглядывает Орлова – невысокого и немного обрюзгшего мужика в брюках и рубашке, который, встав с дивана, делает пару шагов навстречу, улыбается и протягивает ладонь для рукопожатия.
Мужчины здороваются, и Орлов приглашает своего гостя присесть.
Однако Олег отказывается.
– Чай? Кофе? – предельно вежливо интересуется опекун Татьяны.
– Спасибо. Обойдусь, – холодно отзывается Олег, – Я по делу.
– Да-да, конечно, Олег Степанович. И все же присядьте.
– Нет, – отрезает мужчина сурово, – У меня мало времени, Петр Иванович.
– Я вас слушаю.
– Это касается Татьяны Карповой, вашей… невестки.
Лицо Орлова удивленно вытягивается.
– А… причем тут Танюша? Я думал, вы по поводу бизнеса…
– Разумеется. Только не моего. А вашего. И Татьяны.
– О чем вы такое говорите… Причем тут Танюша?
– Эта девушка является главным держателем 83 % процентов RaviorHoll, не так ли? Холдинга, которым вы, по праву опекуна, управляли до ее совершеннолетия. На данный момент все выводящие из компании действия ограничены и строго курируются главным управляющим, так как Татьяна Карпова так и не вошла в свои права пользования. Однако все необходимые документы уже готовы, но с интересными деталями – будучи супругой вашего сына, Андрея, после подписания контракта она передает все эти права своему мужу. Я ничего не упустил?
Орлов пораженно хлопает ртом, а краски на его лице сменяются с умопомрачительной скоростью. Но в какой-то момент мужик все-таки берет себя в руки. Распрямляет плечи. И поджимает губы.
– А, собственно, в чем дело? – холодно, едва сдерживая ярость, спрашивает он, – И каким образом это вас касается, милейший?
– А дело в том, что Татьяна Карпова, ныне Орлова, сейчас находится в моем доме. Я подобрал ее, как какую-то бродяжку, ночью, когда она, сбежав со свадьбы, шла по дороге – вся в слезах и на грани истерики.
Это Олег, конечно, приукрасил. Татьяна была не на грани. У нее в тот момент реально была истерика и нервный срыв.
– Таня у вас? – в глазах Орлова мужчина увидел облегчение и радость. Может, не все так плохо с этим Петром Ивановичем? – Как она?
– Сейчас лучше. Она ждет меня в машине, здесь, у входа.
– Я должен увидеть ее, – вскричал Орлов, дергаясь в сторону двери кабинета.
– Стоять! – резко и холодно приказывает Олег, и мужчина инстинктивно замер – повелительный и холодный тон Должанского просто не оставил ему выбора. – Сядьте! Вы пойдете только после того, как я вас отпущу.
Медленно обернувшись, Орлов зло посмотрел на него и некрасиво скривил рот.
– Вы в моем доме, Олег Степанович, – шипит он раздраженно, – И не имеете никакого права распоряжаться здесь.
– Сядьте, – повторяет свой приказ Должанский и, дождавшись его выполнения, вкрадчиво и жестко продолжает, – И слушайте меня внимательно. Ваш сын – козел. Он изменял своей невесте, причем регулярно и без какого-либо разбора. И совершенно не постеснялся это сделать даже в день своей свадьбы. К сожалению, Татьяна и узнала об этом именно тогда, а не раньше. Теперь придется тратить время на бракоразводный процесс.
– Какой развод? Зачем развод? – переполошился Орлов, вскакивая, – Подождите… Зачем вам это надо?! Ты… ты, что, любовник Татьяны?! Ты хочешь ее денег?! Ах, ты, сволочь!
– Закрой рот, Орлов! – негромко, но тяжело бросает Олег, буквально припечатывая мужика к месту одной лишь интонацией своего голоса, – К слову, вы сами собирались обобрать девочку. И в дом ее к себе взяли только по этой причине. А не по доброте душевной!
– Ты не имеешь права говорить о том, чего не знаешь, молокосос! – кричит Орлов истерично, сжимая кулаки.
– У нас с тобой незначительная разница в возрасте, Петр Иванович, – жестко обрывает его Олег, – Но большая – в приоритетах.
– Я люблю эту девочку! Она стала моей дочерью! – продолжает Орлов тем не менее, – Она много лет живет под моей крышей, я видел, как она умирала от депрессии, как плакала и как взрослела. Как влюблялась и как радовалась даже мелочам – поездке в лес и экскурсиям. Не говоря уже о Париже и Швейцарии! Я одевал ее, обувал и обеспечивал всем самым лучшим! Она никогда и ни в чем не нуждалась! Она без нас, ее семьи, просто не справится! Таня совершенно не приспособлена к этой жизни без меня и моей жены! И без Андрея!
– Слушай, ты… Баран хромоногий… – Олег подступает к орущему мужику, а на его лице – жуткая и угрожающая гримаса, мгновенно накинувшая его облику с дюжину лет. Орлов бледнеет, машинально отступает назад и неловко плюхается обратно на сидение, – Не знаю, играешь ты или правда испытываешь к Татьяне теплые чувства, но зафиксируй в своем чайнике – если ты, или твоя дражайшая супруга, или кобелина-сын хоть словом, хоть действием помешаете мне или девушке реализовать ее законные права, я обнародую крайне интересные факты. И отступными вы не ограничитесь. Мне перечислить статьи из уголовного кодекса, которые вы нарушили, или сами понимаете весь масштаб… трагедии?
– Я сам тебя по судам затаскаю! – яростно шипит Орлов, зачем-то сжимая пальцами ворот своей рубашки, – И засажу до конца твоих дней в самую грязную и вонючую конуру на краю страны!
– Эй, Петр Иванович, – Олег кривится в презрительной успешке, – Ты сейчас в своем уме? Если нет – напомню: ты дал на лапу законникам, чтобы те после смерти Софьи и Сергея Карповых не оповестили ближайших родственников о том, что Татьяна выжила. И оформил опекунство, также благополучно обойдя парочку законов. Скрыл от нее завещание родителей и информацию о наследовании. Опустошил подчистую два счета, направленных на ее содержание, и запустил лапу в холдинг, чтобы использовать дивиденды в своих целях. Например, – Олег демонстративно обвел взглядом кабинет, – Вот этот дом. Мне продолжать? Или остальное сам вспомнишь?
– Ишь ты, защитничек выискался, – лицо Орлова исказилось, – А сам-то? Чем ты лучше? Вряд ли по доброте душевной решил заняться девчонкой, ведь я прав? Тоже хочешь ее денег? Оно и понятно… Невеста-то с приданным…
Олег морщится – он начинает чувствовать себя усталым от этого разговора. И одного только присутствия такого сучьего сына, как Орлов.
– Повторяю для недоразвитых, – мужчина говорит спокойно, почти равнодушно, при этом наклонившись к сидящему Петру Ивановичу, – Ты сидишь на жопе ровно и к Татьяне не лезешь. Живешь своей жизнью. Разводу не препятствуешь. Сейчас девушка заберет свои вещи, и мы уедем. И больше мы с тобой никогда не встречаемся. Понятно изъясняюсь?
– Сволочь, – яростно шипит Орлов.
– И это еще мягко сказано, – кивает Олег и повторяет. – Я понятно изъясняюсь?
– Я понял…
– Не слышу.
– Я понял!
– Прекрасно.
Должанский выпрямляется и, бросив на мужчину прощальный, полный тихой ярости и предупреждения взгляд, молча выходит.
Глава 8.2. Татьяна
При виде Андрея сердце пропускает удар и предательски наполняется волной радости. Я даже хочу сделать шаг вперед, чтобы сократить расстояние между нами, ведь я так давно не видела столь милые и любимые черты…
Но в следующее мгновение замираю, и перед глазами неожиданно проносится воспоминание.
Спальня в гостевом домике. Кровать. Дергающийся от волнения и поспешно приводящий себя в порядок новоиспеченный муж. Вольготно развалившаяся на сбившемся покрывале большегрудая Алина.
И потому я инстинктивно шарахаюсь назад. И даже хватаюсь за ручку автомобильной двери, чтобы юркнуть внутрь. Вот не зря Олег сказал мне сидеть в машине!
Но Андрей оказывается быстрей – я лишь на ладонь успеваю открыть дверь перед тем, как Орлов захлопывает ее и крепко сжимает меня в своих руках.
В таких родных и крепких объятьях, окутанная любимым и хорошо знакомым запахом, я моментально млею и плыву. Привычно обхватываю мужской торс и прижимаюсь щекой к груди.
– Танечка! Танюша! – порывисто выдыхает мне в волосы Андрей и несколько раз целует в макушку, – Любимая моя! Родная! Как же я волновался! Как боялся! Ты так внезапно исчезла! Я уж думал, что никогда тебя не увижу! Родная! Котеночек мой!
Голос Андрея действительно срывается и дрожит. Он жадно ощупывает меня, а после, обхватив пальцами мое лицо и приподняв его, страстно целует. Немного грубо и жестко, но оно и понятно. Мой Андрюшка соскучился и сейчас от радости едва может себя контролировать.
Я успокаивающе глажу парня по спине и с удовольствием растворяюсь в этой грубоватой, но столь желанной ласке.
– Танечка… Любимая… – повторяет жарко Андрей, покрывая поцелуями мой лоб, виски и щеки, – Наконец-то ты дома!
Самым неожиданным образом последняя фраза отрезвляет меня. Я замираю и задерживаю дыхание – резкий приступ тошноты едва не выворачивает меня наизнанку. Я пытаюсь извернуться и выпутаться из объятий мужа, но без особого успеха.
– Андрей… Андрей… – зову я испуганно, – Пусти меня, пожалуйста… Андрей…
Но парень совершенно меня не слышит.
– Пусти… пожалуйста! – повторяю я уже громче, – Орлов!
Немного отпрянув, но продолжая удерживать меня кончиками пальцев, Андрей недоуменно смотрит и хлопает ресницами.
– Что такое, любимая? Почему ты говоришь такое? – спрашивает он удивленно, – Или… господи, Таня! Ну конечно! Ты все еще обижаешься на меня! Танечка, дорогая! Это все пустяки! Это было всего лишь раз, Лина меня чем-то опоила! Я был уверен, что это ты! А когда ты исчезла, я места себе не находил! Где я только не искал тебя, родная! Я всю округу обегал, звал тебя, вел себя, как умалишенный! Танечка, я так виноват перед тобой, я знаю это! Прости! Прости меня, дорогая!
Андрей все говорит и говорит и упрямо продолжает целовать меня куда ни попадя, пока я, к своему удивлению, все больше и больше погружаюсь в пучину необъяснимого страха.
И вот я уже бьюсь в самой настоящей панике. Прикосновения Андрея уже не кажутся мне такими же приятными и воодушевляющими, а его запах – теплым и родным. Мне категорически не нравится, что он продолжает обнимать меня и целовать. Мне мерзко от одной мысли, что этим же самыми руками он трогал другую женщину, и вот этими самыми губами – целовал ее.
Тошнота становится все сильнее, и вот я уже ору как истеричка.
– Андрей Петрович, – слышу я, как сквозь дымку, голос дяди Коли, – Отпустите девушку, видите – ей плохо.
– Тебя спросить забыли! – огрызается Андрей неожиданно зло. И до боли сжимает мои плечи, встряхивая.
Я пораженно вскрикиваю.
– Прости-прости! – глаза парня пораженно распахиваются, и он наклоняется, чтобы заботливо вглядеться в мое лицо. – Я не специально, любимая! Просто я так перепугался! Пожалуйста, не исчезай так больше, Танечка!
– А ты перестань держать меня! – восклицаю я громко, – Мне же больно!
– Танечка, ну зачем ты так со мной… Мне тоже больно…
– Отпусти девушку, парень! – воздух внезапно взрывает яростный рык, но в моих ушах он звучит просто ангельской музыкой. Я узнаю голос Олега. – Или мне руки тебе переломать?!
Он же появляется рядом и одним мощным и резким движением, как котенка, отбрасывает от меня Андрея. В инстинктивном порыве я прижимаюсь к своему спасителю и обхватываю руками, а сам Олег обнимает меня за голову, притягивая к себе еще теснее.
Чувствую, как глаза и щеки обжигают внезапные слезы. Я всхлипываю, стараюсь сдержаться, но снова – бестолку.
– Ты кто такой?! – рычит Андрей, – Сука! Отойди от моей жены!
Я испуганно вскрикиваю, но Андрея внезапно останавливает дядя Коля – охранник просто обхватывает его за локти и без какого-то видимого труда удерживает на месте. Тот дергается, матерится и рвется вперед.
– Андрей Петрович, успокойтесь, пожалуйста, – просит он его спокойным тоном, – Посмотрите – Татьяна Сергеевна боится вас.
– Олег, что мне делать? – я поднимаю заплаканное лицо вверх.
– Не волнуйся, – тихонько и неожиданно нежно проговаривает мужчина, погладив меня по макушке, – Все будет хорошо. Иди в дом и собери свои вещи.
– А Андрей?
– А с Андреем я сам поговорю. По-мужски.
– Олег! – испуганно охаю я.
– Не волнуйся, – повторяет Олег настойчиво.
Я вжимаю голову в плечи и хотя никакой агрессии в его голосе не слышу, мне хочется слушаться его беспрекословно.
Я киваю и, нехотя расцепляя руки, действительно бегу в дому. Перед дверью я слышу очередной режущий уши крик Андрея и только прибавляю скорость.
Странно, но я не испытываю ничего особенного, оказавшись в месте, где провела последние семь лет. Меня не трогают ни стены, ни знакомая мебель, ни собственная комната, которую я все это время оставляла практически без изменений. Меня не волнует кровать, на которой я впервые отдалась Андрею и лишилась девственности. Не волнуют и многочисленные фотографии на стенах и стеллажах, на которых мы с Орловыми с неизменными улыбками и одинаково счастливым выражением лица. Не волнуют и плюшевые игрушки – подарки Андрея. И даже невесть откуда взявшийся здесь свадебный букет – я мажу по нему взглядом и остаюсь абсолютно равнодушной.
Я прохожу в смежную с моей спальней гардеробную и не без труда достаю с верхней полки большой чемодан, чтобы, открыв его, быстро поскидывать в него первые попавшиеся вещи – некоторые даже с вешалками. Перетащив чемодан в комнату, добавляю к ним косметику и украшений, кое-какие книги и альбомы и, разумеется, не забываю о самом главном – телефоне с зарядкой, кошельке, фотографиях родителей и брата и документах. С большим трудом закрываю молнии и снова возвращаюсь в гардеробную, чтобы в просторную мягкую сумку сложить несколько пар разной обуви и два аккуратных рюкзачка – красивые и дизайнерские, но не самые функциональные сумки и клатчи я оставляю без внимания.
Напоследок оглядев спальню, я молча прощаюсь с ней и зачем-то киваю каким-то своим, не особо внятным мыслям. Уверенно покидаю комнату и как можно быстрее тороплюсь на улицу, чтобы уехать отсюда как можно дальше.
Все.
Теперь я окончательно начинаю новую жизнь.
