Текст книги "Причина бессонных ночей (СИ)"
Автор книги: Даша Коэн
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 20 страниц)
Глава 8 – Вау
Тимофей
– Ну, если объективно, то так: я бы вдул, – пристально рассматривая фото рыжеволосой девчонки, хмыкнул мой лучший друг Захар Летов и облизнулся.
– Вот и я вдул. Как видишь, до сих пор отдача мучает, – пожал я плечами, натягивая на голый торс черную футболку и чуть проводя пальцами по щекам. Нормально, сегодня еще можно не бриться.
– Кто же знал, что она такая шизанутая окажется?
– Никто.
– Вот и я о том же. А что теперь девчонок не портить, что ли, Тим?
– Вопрос риторический, – хохотнул я, надевая на запястье массивные часы.
– Так и я о чем. Сначала они сами перед нами задом крутят, а потом плачут и волосы на голове рвут, что мы их не так охмурили, как они этого хотели.
– Кто кого еще охмурил в таком случае, – поиграл я бровями, а Летов заржал.
– Вот! Они же сами на грех напрашиваются!
– Как бы то ни было, но не всякий грех приносит соответствующее удовольствие, – развел я руками и хмыкнул.
– Так она реально, что ли, что-то с собой сделать хотела? – скривился Захар.
– Да откуда мне знать-то? Я уже через пару минут, как кончил в эту Олю, забыл, что она в принципе существует на планете Земля. И она ведь, когда трусы снимала, точно знала, что все веселье будет в демоверсии и без возможности продления. А потом, как гром среди ясного неба: отец орет, наш юрист какими-то бумажками передо мной машет, а я только и могу понять, что эта дева чего-то там наглоталась с горя, когда видео нашей совместной постельной зарядки слили в сеть.
– А кто слил, кстати?
– Кто-то из ее полудурошных подруг, скорее всего. Ну, или она сама, когда поняла, что продолжения банкета не предвидится, – похрустел я костяшками пальцев.
– М-да, дела...
– И все бы ничего – откупились бы и забыли. Но Оля разобиделась и давай жечь. Ну и понеслось: все поборники нравственности и чести нашего института подключились к этой истории, раздувая из мухи слона. И вуаля – я уже виновник всех бед на земле и вообще планомерно довел девчонку до необдуманных поступков, совратил на спор и бросил.
– Ну, Тим, так-то ты ее действительно совратил и бросил, – улыбнулся криво друг, но я только отмахнулся от этого замечания.
– Я, конечно, мудак и все такое, но девчонок еще никогда не насиловал.
– Хэй, я на твоей стороне, – улыбнулся друг, приподнимая вверх ладони. – Тем более что, как по мне, так все закончилось удачно. Дело замяли, эта Оля без царя в голове успешно угомонилась, папаня твой тоже остыл и более не собирается ссылать тебя в мужской монастырь, а мы теперь будем учиться вместе. Видишь? Все, что ни делается – все к лучшему.
Я же только закатил глаза.
– Куда орать от счастья?
– Да, брось. Ты разве не рад, что все так чудесно закончилось? – нахмурился Летов.
– Ладно, расскажи лучше, что там за персонажи ждут меня в моей новой группе?
– Сегодня сам увидишь же...
– Телки хоть зачетные есть?
– Вот ничему тебя жизнь не учит, Исхаков, – в голосину захохотал Летов, а я скривился.
– Так есть или нет?
– Конечно, есть. Даже одна королева красоты имеется.
– Покажи, – кивнул я на телефон, который все еще держал в руках друг, и тот сразу принялся искать одногруппницу в сети.
– Вот – Яна Золотова. Но учти, сначала в комнату заходит корона Яны, а потом уже она сама.
– Да срать мне на ее корону, Захар. Как показывает практика, она слетает одновременно с трусами.
– Точняк, – кивнул друг, и мы дали друг другу «пять».
А я впился глазами в экран, где была изображена блондинка с ангельской внешностью и улыбкой Мона Лизы.
– А без фильтров фотка есть? – спросил я, вопросительно выгибая одну бровь.
– Не веришь, что она настоящая? – хмыкнул Летов.
– Ну, ничего такая, – покачал я головой, мысленно соглашаясь с тем, что девчонка из высшей лиги: пухлые губы, голубые глаза, высокие скулы и овал лица сердечком. Прямо эдакая няша, с которой можно неплохо зависнуть. Но не более.
– Нравится?
– И что у такой Барби нет Кена?
– Я же сказал: все люди как люди, а Яна у нас королева.
– С прибабахом, значит? Ну, спасибо, друг. Я только от одной звезданутой отбился, так ты мне другую подсовываешь, да?
Летов снова начал смеяться, пока я продолжал листать фотки еще незнакомой мне девчонки, зависая на некоторых особенно долго, замечая, что помимо красивого лица, тут еще и формы не дурные имеются. Задница, грудь, тонкая талия – ну прямо зачет.
– Ты просто спросил, а я ответил. Потому что, по факту, так и есть – Золотова в авангарде всего потока, если не всего института.
– Сам не пробовал? – прищурился я на один глаз.
– Боже упаси! – и Летов даже перекрестился.
– А кто пробовал?
– Никто, Тим. Держу пари: между бедер этой венценосной особы еще ни один мужик замечен не был.
– Как интересно, – передал я Захару телефон и зевнул, тут же забывая о блондинке и ее бездонных голубых глазах.
– Не впечатлила?
– Нет, – совершенно честно ответил я, потому что просто красивой мордашкой меня удивить было практически невозможно. Ну, сколько я их уже перебрал? Прилично. Но так, чтобы зацепила? Увы...
Все телки были одинаковые. Пресные. Скучные. Ревнивые. Эгоистичные. Надоедливые, как навозные мухи. Бзззз...
Да и у меня всегда была за пазухой пара боевых подруг, с которыми не нужно было озадачиваться вечным поиском компанией на сон грядущий. Так что, сначала необходимо было посмотреть, что там за контингент в новом учебном заведении, а потом уже выбирать, кто будет глядеть на меня влюбленными глазами на временно постоянной основе.
Но спустя несколько часов, когда наступил вечер и мою квартиру заполнили будущие одногруппники, которые еще не подозревали, что именно я пополню их ряды с нового семестра, мне пришлось в корне пересмотреть свое первоначальное мнение насчет белокурой королевы красоты.
Она ворвалась в мою гостиную, как разъяренная валькирия, с ходу принимаясь сыпать нелицеприятными характеристиками в мой адрес. А я лишь сидел, смотрел на нее во все глаза и, кажется, даже не дышал.
* * *
Внутри резонировало не по-детски.
С одной стороны – прямо ВАУ! Меня даже повело. Грешным делом, я на краткое мгновение решил, что это не просто приступ восхищения, а нечто большее, что может случиться с парнем в моем возрасте при виде хорошенькой попки и губ, напрашивающихся на грех. Ибо там было на что поглазеть от души и до самого утра. А ночной клуб? Да и шел бы он лесом!
Передо мной уселась натуральная блондинка, вся точеная, как на заказ. Даже руки зачесались, так захотелось ее во всех стратегических местах потрогать как следует. Как змея, короче: красивая до гипнотического транса, но лучше пока не прикасаться, чтобы тебя не закусали до смерти.
Но все так, как и на фотографиях в сети, без обмана и приукрашивания. Глазищи на половину лица – голубые-голубые. Губы – сочные ягоды – так бы и сожрал. Вся аккуратная до безобразия, что даже зацепиться не за что. Вот обычно как бывает? Смотришь на девчонку – нормальная, можно пробовать, но что-то, да не так, до ста баллов явно недотягивает. Какая-то изюминка найдется все равно: маленькая грудь, задница или мозг, чересчур яркий макияж, крашеные волосы, ну или писклявый голос на худой конец.
А тут прям едва ли слюна не закапала.
И это у меня-то?
Пф-ф-ф...
И пока я откровенно залипал на фасад девчонки, она сама щедро награждала меня титулами. Кем я у нее только не был.
Маргинал.
Отрыжка этого мира.
Дегенерат.
Надо ли говорить, что первое очарование от такой неоспоримой красоты у меня быстро сошло на нет? Переглянулся с Летовым, и мы поняли друг друга без лишних слов. Как говорится: если уж носить корону, то с честью.
Конечно, друг малость подретушировал историю обо мне и моих подвигах, но Яне Золотовой и того хватило. А уж вид ее расширившихся от шока глаз и рдеющих щек и вовсе привел меня в неописуемый восторг.
Такая наивная.
Такая святая.
И как бы было по кайфу с ней грешить, м-м...
Жаль, очень жаль, что эта горделивая идиотка сама все испортила. Конечно, у нее еще был шанс на спасение, но девчонка его эпически профукала, когда не пожала мне руку. Знакомое чувство накрыло в моменте. Так со мной уже случалось в детстве, когда мать на мое пятилетие заказала огромный и невероятно красивый торт, с объемными фигурками. Я так радовался, когда задувал свечи, а через пару минут скис и скривился, потому что бисквит оказался сухим и приторно-сладким. До тошноты. Вот и в этом случае магия момента развеялась как дым, а я сделал свои окончательные выводы.
Да – Яна потрясающая.
И да, – Яна потрясающая дура.
Вывод? Проехали. Кто там следующий? И я тут же оглядел несколько пар глаз, которые заинтересованно обгладывали меня с головы до ног. О! А вот это уже мне знакомо и привычно, не то, что брезгливое выражение лица у блондинистой королевишны, которая до сих пор восседала передо мной с кислой миной.
Ну и сиди дальше...
И я тут же забыл о существовании звезданутой красотки, принимаясь очаровывать всех особ женского пола, которые мне только попадались под руку. Особенно выделялась одна из подружек блондинки. Имя я ее, конечно, не запомнил, но все вокруг упорно называли девушку Мякишем. Ничего такая, симпатичная, стройная. И смотрела на меня уже с изрядной поволокой в глазах, такой знакомой, но давно приевшейся и набившей оскомину, если честно.
Хотелось какого-то перца.
И взгляд как по заказу возвращались туда, где сидела Золотова, аки царица египетская. Нос задрала, губы надменно выпятила. Аж, бесит! И платье напялила на себя, как на панель – ярко алое, экстремально короткое, с низким декольте, в котором можно было все без труда рассмотреть.
Нет, ну правда бесит!
– Классная у тебя квартира, Тим, – отвлекла меня от разглядывания стройных бедер блондинки ее подружка.
Как же ее зовут? Саша, Глаша, Маша? Хоть убей, не помню.
– Я знаю, – кивнул я вяло, но тут же заставил себя широко улыбнуться, отчего девчонка тут же покраснела.
М-да, готов клиент. Можно брать.
– У нашего Тима и дом классный, – подошел к нам Летов и приобнял меня за плечо. – Да, Тим?
– Да, – закивал я.
– На берегу озера стоит, – не унимался рекламировать меня друг, хотя тут было уже и без надобности, – из бани выходишь и сразу в купель нырнуть можно. И на плюшках-ватрушках кататься там же. И на девчушках. Прикинь, Маш?
– Что? – затроила брюнетка, а мы дружно рассмеялись.
– Приедешь ко мне в гости, Маша? – поигрывая бровями, спросил я у девчонки, пытаясь запомнить ее имя.
– Я? – еще больше покраснела та.
– Ты, – улыбнулся я, медленно облизывая нижнюю губу.
– Что-то я даже не знаю, – принялась заправлять стыдливо за ухо прядку моя будущая одногруппница, а я решил пока сжалиться над ней.
– Страшно?
– Ну чуть-чуть.
– Тогда нужно всех твоих подруг с собой брать. И друзей тоже. Да, народ? – оглянулся я, и все тут же одобрительно загудели, загалдели, передавая приглашение из уст в уста. И заливая все это дело приличной дозой огненной воды.
Градус всеобщего веселья с каждой минутой только крепчал. Вот уже посреди гостиной кто-то начал исполнять странные танцы и коряво подпевать заезженным по радио хитам. И вроде бы даже и мне в один момент стало весело, но я снова зачем-то перевел взгляд на Золотову и скривился. Ну до чего же красивая, аж придушить хочется!
Черт!
– Ты ее взглядом сейчас расчленишь, Тим, – ощутимо толкнул меня в плечо Летов, а я недовольно поджал губы.
– Дегенерат? В натуре? Меня сейчас просто порвет к чертям собачьим! – прошипел я, передергивая плечами.
– И что думаешь? – словно Доктор Зло, рассмеялся Захар, а я долго смотрел на него, а затем хмыкнул и кивнул.
– Думаю, что орех сам напросился на грех.
– Сбивать корону собрался или только чуть поправить? – прикусил губу Летов и вопросительно на меня посмотрел.
– Сама слетит, когда бессонными ночами наша Яна будет вспоминать, как сладко ее целовал отбитый на голову маргинал.
– Отдача не замучает, Тим? – усмехнулся Летов, а я лишь фыркнул.
– Вот уж не думаю.
М-да, если бы я только знал...
* * *
Хотя развести на поцелуй Золотову получилось с полпинка. Я думал, она будет умнее, но нет, девчонка тупо пошла на принцип. Ах, как я, смерд паршивый, посмел у королевишны всякую чушь спрашивать? Бла-бла-бла...
На позорный столб меня!
Тем не менее Яна, как наивная мышь, сунула нос в мышеловку, в которой даже сыра не было. Но сама суть оставалась прежней – она меня чертовски бесила. Своей позой – нога на ногу так, что выглядывал краешек ажурных чулок. Я таких картинок в реале перевидал столько, что и не счесть, но конкретно эта вносила капитально. Даже в голове звенело и мотор за ребрами то и дело троил или вовсе глох. А чего стоила ее надменная улыбка, манерная жестикуляция и неприязненный взгляд голубых глаз будто бы свысока?
Не нравлюсь я ей, видите ли.
Ну прямо разочарование века. Пойду порыдаю в подушку и папе пожалуюсь, что плохая девочка и не хочет со мной играть.
– Я бы на тебя не клюнула никогда, даже если бы ты был последним парнем на земле. Ясно?
Это был стопроцентный вызов. Все равно, что красная тряпка для быка. Я в моменте сделал стойку на то, чтобы доказать – ее болтовня не стоит ровным счетом ничего, когда дело доходит до более близкого общения.
И конечно же, Яна сдалась.
Но надо сказать, что у нее и альтернативы-то особой не было. Правда, когда она сама вызвалась целовать меня не на глазах у всех присутствующих, я чуть не завопил от восторга. Глупая рыбешка сама поплыла в мои сети, радостно накручивая хвостиком.
Чума!
А затем, когда мы оба оказались в полумраке спальни, мое сознание практически потухло, передавая бразды правления инстинктам и оголенным эмоциям. Золотова что-то там еще лопотала возмущенно, пыталась дерзить, а я не слышал ни слова. Гул ее голоса и ноль понимания смысла. Ответы на автопилоте.
А в голове только команда набатом билась: «фас»!
Когда она подошла ближе и я повел носом, хапая щедрую дозу ее аромата, то и вовсе испытал что-то странное. Не знаю, будто дури хапнул какой-то забористой: по позвоночнику ток, волоски по всему телу встали дыбом и кончики пальцев загудели страшно, так захотелось к ней прикоснуться. Немедленно!
Вот же змея.
И да, я не знал, какими такими духами она облилась. Я абсолютно в этом не разбирался. Но мог сказать лишь одно – это была чистая эйфория. Сладкая. Обволакивающая. Бессовестная. Вот как пахла Яна Золотова.
И я почти возненавидел ее в тот момент, потому что захотел так, как никого и никогда прежде. Страшное чувство. Изматывающее. Оно скручивало тело колючей проволокой и давило, требуя своего, пока в лёгких не закончился воздух.
Я даже не понял, как и когда набросился на нее. Вот она еще что-то злобно шипела рядом с моими губами, а потом все – и вот уже я фиксирую ее лицо своими ладонями, языком пробуя ее на вкус. Крышу сорвало тут же. Я весь прижался к ее стройному телу, совершенно не заботясь о том, что могу напугать ее своим напором и откровенными движениями, которые совсем не скрывали, чего именно я от нее в тот момент хотел.
Всего!
Как минимум: забить на все и выйти из этой комнаты только к утру.
Как максимум: выгнать всех отсюда к чертям собачьим, и окопаться в квартире до тех пор, когда я снова не смогу связно мыслить.
И, клянусь, я бы затормозил где-то. Остановился, но Яна сама подкидывала дрова в, и без того, раскочегаренную печь моей обезумевшей похоти. Тихий стон. Тонкие пальчики, вцепившиеся в мне футболку. Язык, который отвечал на каждую мою ласку. И уже не осталось сил жать на тормоз. Полный вперед и погнали, забивая совершенно на все причины, почему мы оказались вдвоем в этой комнате.
Плевать!
Оказались? Ну так мы тут и останемся!
Вот же – мои руки везде! И эта совершенная девушка вся горела, потому что я чиркнул спичкой. Грудь, задница, бедра – оно все мое! Я так решил...
Подол платья вверх. Ладони уверенно пробежались в опасной близости от нижнего белья. Коснулись тонкого кружева, и я едва не сошел с ума, понимая, что не смогу быть нежным.
Я чертов псих сейчас! И все это из-за нее!
Мне не хватило всего одного движения, чтобы навсегда подписать себе смертный приговор. Секунда – и можно было бы заказывать реквием. Я был так близко к тому, чтобы самому подставить шею под укус смертельно ядовитой змеи.
Я дебил.
Эпический!
– Не надо, – выдохнула она, а я как будто бы проснулся.
Ушат ледяной воды на голову, за шиворот и в штаны, где все стояло колом. Жесть! Да я рехнулся, не иначе!
Шаг назад и в глаза ее впился льдистые, качая легкими наэлектризованный воздух и не понимая, что в этой девушке такого особенного вдруг нашлось, что у меня пробки враз вышибло и, кажется, даже проводка перегорела. И что самое ужасное – мне было одновременно больно смотреть на ее разнузданный вид с истерзанными мною губами, но в то же время, я почти презирал ее за то, что она позволила мне зайти так далеко.
Винить себя я не собирался.
Пф-ф-ф, хрен там! Она сама исправно выпрашивала, чтобы ее, в этой комнате так распяли. Вот, только сбегая с места казни, я с ужасом понимал, что легче мне не стало. Наоборот, я будто бы вляпался в какое-то феерическое дерьмо, но еще сам не понимал, насколько серьезно.
Нет!
Я улыбался, когда вышел из комнаты. Даже умудрился как-то добраться до своего места на диване, где удержался от того, чтобы залпом не закинуться чем-то безумно крепким и оглушающим. Я нацепил на себя покерфейс и делал вид, что ничего не случилось.
Ничего, я сказал!
– Ну и как это было? – спросил Летов после того, как все вокруг уже успели задать тот же самый вопрос.
– Скучно, – сдался я, отвечая так тихо, чтобы это слышал лишь Захар.
Даже не догадываясь, что вечер еще только начинается...
Глава 9 – Застолбил
Тимофей
Иррациональное, совершенно тупое чувство пилило меня изнутри и мешало легким в нормальном режиме качать кислород, но, да – я совершенно точно не успокоился, а желание разносить в щепки вселенную неугомонной блондинки, кажется, стало только крепче. И мозг словно бы со свистом вылетел из черепной коробки лишь от одного вида, как Яна Золотова, словно венценосная особа голубых кровей зашла в комнату, уселась в свое кресло, как на трон, и насмешливо обвела взглядом присутствующих, словно преданных вассалов.
И вот тут меня приколотило правдой, ибо я не хотел тормозить. Наоборот, меня давило ощущение, что я как-то маловато разогнался.
Мне определенно нужно еще! Дальше бесить ее!
Персональный триггер – вот кем я хотел стать для Золотовой, и меня накрыло этим ужасным и разматывающим желанием. Чтобы она не смогла уже жить спокойно, зная, что я вращаюсь в ее периметре. Чтобы по венам ток простреливал, а волоски по всему телу приподнимались, вызывая волны колючих мурашек, когда ее глаза смотрят на меня.
Только на меня одного.
О, это будет весело.
Это уже и сейчас было весело, когда Золотова принялась загонять пургу про то, что никакого поцелуя между нами не было. А у самой губы искусаны и венка на шее, как оголтелая билась. Но придушить ее хотелось за каждое лживое слово. И встать на ноги, а затем схватить ее за хрупкую шею и снова показать, как быстро может схлопнуться весь этот ее карточный домик гордости и неприступности.
Я бы мог это сделать.
Но не стал, бесконечно пытаясь доказать самому себе, что я не соврал Летову.
Мне скучно. Было. Есть. И будет!
Кажется, хватит глупостей. Я и так потратил на эту блондинистую королевишну слишком много времени.
Точка!
Быстро списался с друзьями из моего уже бывшего института и договорился, что этот вечер будет куда веселее, если мы немного скооперируем наши силы. И уже через пятнадцать минут карета была подана, а я подмигнул темненькой Маше-Глаше, чтобы она усадила свою симпатичную попку рядом со мной. И пока мы ехали в ночной клуб, я основательно успел полапать девчонку во всех интересующих меня местах, причем не встретив никакого сопротивления. Итоги? Ну, восторга бурного она не вызвала, конечно, но и не отвернула окончательно. Так что можно брать.
А дальше на какое-то время телки вылетели у меня из головы. Старые добрые друзья сумели занять мозг. Тут был и Каха Царенов, с которым мы были знакомы еще с детского сада. Парни, с коими я занимался боксом и стрельбой. Мы какое-то время обсуждали свои терки, ржали над всякой ерундой, и я уж было решил, что меня попустило.
А потом как кувалдой по мозгам – БАМ!
– Кто такая? – заорал рядом Царенов, замечая мой пристальный взгляд и кивая в сторону изгибающейся в танце Золотовой. А та будто специально восьмерки бедрами накручивала, гадина.
Я поджал губы и дернул подбородком, давая понять, что Яна – никто. И звать ее – никак.
Полнейший ноль.
– Первый номер, – перекрикивая музыку, ответил Летов, а я кинул на него недовольный взгляд, но в разговор не полез, продолжая раздраженно полировать девчонку глазами.
– Вау! – хлопнул в ладоши Каха. – И чья будет?
– Пока ничья, – развел руками Захар, а мне вдруг захотелось рявкнуть на него, дабы он заткнулся и желательно, уже до утра.
Знал же, что девчонка с основательным таким выстрелом в голове, так он еще и рекламировал ее направо, налево, привлекая алчные взгляды таких плохих мальчиков, как я или Царенов. Ладно, мне она до лампочки, а вот Каха ее сломает чисто по приколу и выбросит за ненадобностью уже через секунду после того, как от души позабавится за ее счет, напрочь забывая имя этой симпатичной куклы.
– Ну, так и чудесно, – облизнулся Царенов и хрустнул пальцами, – если желающих больше нет, то моя будет.
Да и плевать. Мне ведь все равно? Пф-ф-ф, конечно, мне все равно!
Гуляем дальше. Вот же, по кайфу все: вип-зона, девчонки на все согласные и на любой вкус крутятся рядом, музыка долбит бит, прокачивая настроение до максимума. Все так, как надо. Так было всегда, сколько я себя помню. Так будет и дальше, и весь мир станет принадлежать нам, если мы этого только захотим.
Расслабься, Тим. Давай...
Но тело вопреки всем этим увещеванием натянулось струной, когда Яна кивнула своим подружкам и направилась на выход. Спустя всего минуту Царенов последовал за ней, хищно улыбнувшись. И я совершенно точно знал, что будет дальше.
Сколько раз мы проигрывали здесь все эти сценарии, да? Я, он, Летов. Слово «нет» переставало существовать, когда нам тупо приспичило. Никаких табу. Никаких отпоров. Мы знали, что нужно сказать и сделать, чтобы любая крепость пала. Даже такая неприступная, как у Золотовой.
Меня хватило на пятнадцать минут. А потом кто-то из друзей подкинул оправдание, за которое я с радостью ухватился.
– Парни, я отлить.
– Я с тобой, – поднялся я с мягкого дивана, еще толком не понимая, что собираюсь сделать.
Но когда увидел, как в алькове скрылась блондинистая макушка Золотовой, а вслед и мощная фигура Царенова, то меня моментально снесло каким-то ужасным чувством, имени которому я еще не знал. Оно не понравилось мне до жути, но и просто игнорировать я его уже не мог.
С меня будто бы чеку сорвало.
И да, я сам себе был противен, но и допустить, чтобы эту блондинистую дурочку лапал кто-то другой, отчего-то уже был не в состоянии...
* * *
М-да, если бы Золотова была чуть умнее, чем тыква, и сообразительнее кузнечика, то она бы сразу все поняла. Да и корона, очевидно, так сильно сдавливала ее мозги, что девчонка была уже не в силах отличить очевидное от невероятного. Она хлопала своими голубыми глазищами, слушала, что я говорю Царенову, но не слышала.
На мое счастье.
Однако посыл был и ежу понятен. Да и Каха вкурил все с полпинка, хотя и сделал свои дурацкие выводы, обвешивая их розовой ватой, романтичными финтифлюшками и тем, чего тут и отродясь не было. Но да, эту куклу если и будет кто-то ломать, то только я.
Точка.
И плевать мне, что Царенова вся эта ситуация лишь позабавила. Мои глаза смотрели на него, но видели одну Золотову, которая едва ли не срослась с отделкой стены. В этом своем невозможном платье, которое больше открывало, чем прятало.
Ну какая же бесявая, а!
Каха что-то еще болтал, засоряя эфир. Я ему отвечал на автопилоте, но только и выжидал, когда же он наконец-то оставит нас наедине с блондинкой. У меня аж пригорало, так хотелось основательно вынести ей мозги, а еще объяснить, что в таком виде по ночным клубам лучше не шляться и так задницей на танцполе крутить тоже не стоит. И вообще, предпочтительнее бы ей сидеть дома, а не напрашиваться на неприятности.
Но ведь она уже. И я не планировал упрощать ей жизнь. Хотя и не знаю, чтобы я сделал, если бы вдруг Яна переключилась из режима «стерва» на «хочу все знать» и принялась бы задавать мне неудобные вопросы по типу:
– Почему твой друг так сказал?
– Что он имел в виду?
Нет, наверное, я бы посмеялся над ней и снова опустил ниже плинтуса. А может, пошел бы дальше. Например, сделал бы то же самое, что только что делал Каха. Или больше: увозя ее из этого клуба, дабы научить, как именно нужно гладить одного конкретного кота.
От этой мысли стало плохо. Но в то же время очень-очень хорошо. И я бы был в одном шаге от пропасти, если не знал наверняка, чем все это может закончиться. Как в случае с парадоксальным раздеванием, когда человек уже не осознает опасности, но продолжает снимать с себя одежду, пока не получает летальное обморожение.
А назад дороги уже нет...
Так и эта блондинка действовала на меня. Я мог ее получить по щелчку пальцев. Я бы даже, наверное, хотел этого. Очень. Но я ведь не самоубийца, верно?
А затем она сама поставила точку в этой дилемме.
– Конкретно этого кота мне бы хотелось кастрировать, а еще лучше отравить, чтобы не мучился.
Ну вот и ладушки.
Выдыхаем. Не огнем, а спокойствием. Разворачиваемся и идем наконец-то получать наслаждение от этого долбанного вечера. Да!
И понеслась...
Я клеил все, что двигалось и принадлежало женскому полу, вообще без разбора. В темноте ведь все кошки серы. Одна даже ничего такая попалась: и пахла классно, и формы зачетные под руки подставляла, и налицо приятная, вот только один недостаток – пургу вдруг нести начала.
– Кто это? – извиваясь на мне сверху и покорно подставляя губы для поцелуев, спросила новая знакомая, имени которой я не запомнил, да и, кажется, даже не спрашивал.
– Где?
– Вон там, – кивнула себе за спину девчонка, – та блондинка в красном платье? Она твоя бывшая?
А я даже и что ответить не нашелся. Завис в ступоре и все.
– Ты меня целуешь, а смотришь на нее. Так себе, знаешь ли, – и губы надула, очевидно, ожидая от меня каких-то разъяснений.
Вот только я не собирался их давать. Я больше скажу, меня выбесили в моменте! Я улыбнулся, прихватывая девчонку за волосы и подтягивая ее лицо к себе. Затем нежно лизнул и прикусил ее мочку, замечая, как податливое тело в моих руках покорно выгибается, негласно давая мне зеленый свет.
Вот только мне было уже неинтересно.
– Пошла отсюда, – произнес я ей на ухо, не убирая из голоса шаловливых нот.
– Что? – отпрянула она тут же, смотря на меня вопросительно и обиженно.
– Ножками, – подмигнул я ей и закатил глаза, когда девица, ругаясь трехэтажным матом, слезла с моих колен, поправляя юбку и уматывая к чертовой матери.
– Чем не угодила любопытная Варвара? – ткнул меня в бок Летов, но я только еще больше раскалился.
– Слишком длинным носом, – буркнул я и снова принялся сканировать толпу в поисках новой жертвы. И как же меня бесило, что собственные гребаные глаза, то и дело, ввинчивались в фигуру Золотовой, которая по-прежнему наяривала задницей восьмерки, даже не догадываясь о том, как сильно я мечтаю ее придушить голыми руками.
Хотя справедливости ради, стоит сказать, что я не один страдал. Захару тоже досталось от его неугомонной рыжей одногруппницы. Казалось, что девчонка взяла за цель довести Летова до ручки или нервного тика, или всем вместе разом, не знаю.
– Ну, Захар! Ну, пожалуйста, потанцуй со мной!
– А давай выпьем на брудершафт?
– А у меня сегодня родителей дома нет, представляешь?
– Ой, что-то я напилась, Захар. Голова кружится. Отвезешь меня домой?
Странное дело: позорилась эта рыжая чучундра, а стыдно почему-то было мне. И даже когда Летов по жести ей задвинул идти по определенному маршруту, она и тогда не отвалила, а продолжала сидеть напротив него, раболепно смотреть в его равнодушные глаза и ждать, когда же ей кинут кость со стола.
Спустя еще час такого «веселья» мы оба едва ли не рычали. Но я был настроен решительно хотя бы закончить этот вечер прилично. А потому уже облюбовал себе новую красотку, которая привычно была согласна на любые подвиги. Терять время попусту я более не стал. Приобнял за талию свою «волшебную пилюлю» от всех бед и печалей и поволок к себе в берлогу делать хорошо.
Но уже спустя полчаса, когда моя терапия была в полном разгаре, меня бессовестным образом прервали. А еще через десять минут я, как придурочный, мчал обратно в клуб. Причина?
А-а-а!
«Блонда твоя пропала, а куда именно даже подружки не в курсе».
Вашу ж маму!
Гребаный Каха! Вот на хрена спрашивается, а?
Вот только, когда я весь в мыле и на какой-то тупой измене снова появился в заведении, то вместо ожидаемого кипиша лишь увидел, как заливисто принялся хохотать Царенов. У этого говнюка даже слезы на глазах выступили!
А затем он шагнул ближе, похлопал меня по плечу и сказал так, чтобы слышал только я:
– Осади, дружище. Домой на такси твоя кошечка уехала. А я просто хотел убедиться...
– Вот скажи мне, Каха, ты дебил?
– Добро пожаловать в клуб, мой дорогой, – не переставал веселиться Царенов, а я только скрипнул зубами.
– Черта с два...
