Текст книги "Мир без вуали (СИ)"
Автор книги: Дарья Верескова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 18 (всего у книги 31 страниц)
Глава 28. Гостеприимство землян
2 недели спустя.
Фран
– Знаешь, таких мужчин, как ты… Здесь сейчас нет, просто не бывает. Почти все они хотят отношений без обязательств, говорят, что наша жизнь коротка и о семье пока не стоит даже задумываться – вряд ли правительство её разрешит, – нежно говорила Кайлин Альберту.
Говорила она не слишком-то тихо, мы слышали их почти отовсюду, а приходила она к нам теперь каждый день. Девушка была даже моложе Альберта, из какого-то удалённого района Доминиона, и как они познакомились, я понятия не имела. Зато видела, что чувства молодых людей за эти пару недель превратились в настоящее безумие.
– У нас все такие, и Ленор, и Лойд тоже, – отвечал ей Альберт, и разговор прерывался поцелуями. – У нас не приняты отношения без обязательств, как это делается здесь. Если я выживу, я обязательно женюсь на тебе…
Почему у нас настолько тонкие стены?!
Анна скривилась, показывая, как её достали сюсюканья этой парочки, но из квартиры уходить не собиралась – она вообще стала домоседкой, проводила время здесь, общаясь с Ленором, и отлучалась только на поиски работы. Ленор по-прежнему восстанавливался, но, насколько я знала, через неделю он тоже сможет выходить в город.
Мы с Лойдом официально тоже ходили искать работу – для этого здесь существовала специализированная служба, и мы почти сразу же оба выразили желание вступить в разведгруппу за вуаль, хотя я видела, что Лойд сомневался.
Никто не собирался оседать здесь, начиная новую жизнь. Лойд и вовсе мог в любой момент решиться на путешествие обратно в Астралис, со знаниями, которые и не снились предыдущим отрядам. Единственной причиной, по которой он оставался здесь, было его решение… помочь мне уничтожить преобразователь вязи.
Сначала, конечно, он посчитал мою идею безумной и опасной – для всех, но мне удалось убедить его, что вуаль – это не защита, а ловушка. Никто не мог пересекать её, кроме драконов и землян, мы все стали заложниками внутри. И мы не жили на головах друг у друга, как люди здесь, в Доминионе, только потому, что огромное количество людей и, наверняка, целых королевств погибло после появления вуали, оказавшись отрезано от ресурсов. Таким образом земляне – или дракарры – всегда будут контролировать города, и остальные останутся на их милости, кроме единственного дня в году, просчитанного до мелочей.
Я не думала, что Лойд был до конца со мной согласен, но единственный другой вариант – ничего не менять. Позволять всё новым печатям появляться, позволять драконам быть правителями неба, заводить всё больше потомков и жён, на силы которых тоже уходят чьи-то жизни.
– Он опять пришёл, – Лойд посмотрел сквозь глазок двери и увидел, судя по всему, Рауля. – Не знаю, какую силу ты над ним имеешь, но попробуй узнать больше, у нас не так много источников информации. И я не верю, что Альберт не проболтался Кайлин о твоём статусе, тебя в любой момент могут запереть за связь с Тарреном и начать допрашивать. У нас нет практически никаких зацепок…
На самом деле это было не совсем так – за две недели мы смогли выяснить расположение энергетического сектора, прошерстить библиотеку, узнать, где находятся входы в подземелья, которые сейчас оставались по большей части необитаемы, и даже получить свободный доступ к военным объектам у вуали, поскольку проходили тесты на знания и готовность там работать. Проверка могла занять ещё месяц, но мы уже ходили туда как к себе домой, правда, не дальше зданий приёмной комиссии.
– Я попытаюсь, – улыбнулась я, думая про себя о том, что пытаться мне и не нужно.
За меня это сделает Целесте.
***
У нас с Талирой существовал сигнал на отключение и включение Целесте, понятный без слов – три коротких звонка, именно так я деактивировала её, когда находилась в комнатах допроса. Именно к Талире я обратилась первой, понимая, что по-хорошему у меня и Лойда нет совершенно никаких козырей по сравнению с высокоразвитой группой землян.
Единственное, что шло нам сейчас в плюс, – это то, что правительство и люди расслабились, никто не пытался изменить порядок вещей много сотен лет. Они не догадываются, что я знаю о преобразователе вязи, и уж точно, как я надеялась, им не придёт в голову мысль, что я могла бы хотеть этот самый преобразователь уничтожить.
Жаль, они не водят к нему экскурсии…
Талира оказалась неожиданным кладезем информации и сразу же отметила тот факт, о котором я даже не задумывалась.
У каждой группы землян был свой собственный искусственный интеллект, но никакая другая Целесте не управляла Доминионом. А это значит, что, скорее всего, курс землян и их решения не поддерживались их собственными технологиями.
– Если у них был доступ к протоколу, который ты использовала, я удивлена, что они не применили его раньше и сами не стали дракаррами. Земляне уничтожили свою планету, и, судя по твоим словам, направление их развития здесь показалось искусственному интеллекту слишком агрессивным, потенциально деструктивным.
– Ты говоришь почти как Целесте, – усмехнулась я. – Откуда ты всё это знаешь?
– Я получила доступ к огромному пласту информации… Думаю, что первые колонизаторы тоже получили эти сведения при основании города, именно поэтому они были так успешны.
– И что ты думаешь?
– Нужно убедиться, что настройки Целесте направлены именно на долгосрочное выживание человеческой популяции на этой планете, тогда её решения смогут идти вразрез с тем, чего хочет правительство Доминиона. Нужно вновь повысить порог её уверенности, тогда она будет действовать более радикально, но это больший риск.
– Спасибо… Давай попробуем. Талира… почему ты помогаешь мне? – я не могла представить, как настолько занятая женщина может тратить столько времени на меня и мои эксперименты. К тому же она всегда была на связи.
– Я глубоко беременна, почти не могу ходить от усталости и этого огромного живота, так что ты моё единственное развлечение, – честно ответила девушка. – Ты не представляешь, что земляне натворили на моей планете, и, судя по всему, они точно так же нарушили баланс всего, чего только можно, на твоей. Кроме того, время у вас течёт по-другому… Чуть быстрее. Только… Фран?
– Да?
– Рано или поздно Целесте догадается, что ты постоянно меняешь её настройки под собственные нужды. Она перехватит контроль над твоим телом и больше не вступит в диалог.
***
Мир с Целесте наступил неожиданно быстро – достаточно было пары смен настроек и включений-отключений с помощью ключа обхода. Искусственный интеллект признала, что преобразователь вязи приведёт к разрушительным последствиям для планеты, поскольку эта энергия пронизывает всё живое. Что, если рано или поздно земляне научатся извлекать её из деревьев и почвы, а не только через печати?
Последнего Целесте, конечно, не произносила, она никогда не попыталась бы сама настраивать меня против землян и наверняка остановила бы любую попытку навредить им лично.
Зато её помощь оказалась по-настоящему неоценимой – как и всегда. Она не только видела, слышала и замечала больше остальных, но и могла воздействовать на людей, подбирая именно те слова, которые они хотели услышать.
– Ты задумчива сегодня, – произнёс Рауль, не отрывая от меня взгляда.
– Просто думаю о том, что смысла находиться здесь нет. Какая разница, жить здесь или в Астралисе… Наверное, нам с Лойдом нужно возвращаться, – отвечала вместо меня Целесте, даже не притрагиваясь к чашечке кофе и кусочку шоколада. – Там, по крайней мере, у меня есть успешная работа.
Недавно она объяснила мне, что каждое её действие в общении с Раулем имеет смысл. По его реакциям легко можно было изучить, чего именно он ожидал, и действовать соответственно – подыгрывая его ожиданиям или, наоборот, разрушая их. Она также говорила, что её поведение не слишком отличается от моего, она использовала точно такие же короткие ответы или попросту молчала, но…
На самом деле Целесте обладала куда большим контролем, она не умела злиться, радоваться или вообще чувствовать эмоции вообще.
Вот и сейчас Рауль сразу же нахмурился. Несмотря на то, что он знал меня всего ничего, ему явно не нравилось, что я совершенно не рассматриваю его в качестве любовника, а вместо этого думаю о другом. И я не скрывала своих настоящих чувств и желаний, не пытаясь смягчить ответ.
– Ты и здесь найдёшь работу, – ответил он почти раздражённо. – Бруно рассказал мне, что вы прошли базовые тесты, причём с отличием. Вы готовы к встрече с девятью разными видами нежити и нормально оцениваете свои шансы, хотя ваша психологическая устойчивость оставляет желать лучшего, да и физическая подготовка сильно отстаёт от нашей.
В этот момент я подумала о том, что все они не шли ни в какое сравнение с Лойдом – тем Лойдом, который когда-то покинул Астралис, а не его нынешней тощей копией. И Целесте почему-то решила озвучить эту мысль, несмотря на то, что не могла читать мои мысли:
– Ты не знаешь, каким был Лойд до того, как его почти сгнобили в тюрьме, – ответила Целесте в моём облике. – Он был сильнее вас, намного, и быстрее, и ему не требовались все эти технологии, чтобы сражаться с нечистью. И его физическая сила – это даже не половина всех его достоинств.
Рауль, услышав это, блеснул глазами, будто не верил, что я на самом деле это произношу.
– Ты влюблена в него? Ты вообще слышишь себя?
– А что, для того чтобы восхищаться человеком, нужно обязательно быть в него влюблённой или хотеть его? Ты понятия не имеешь, через какие ситуации Лойд протащил нас, через сколько конфликтов, через сколько смертей.
– А я? Ты восхищаешься мной хотя бы наполовину так же?
– Почему тебя это интересует? – Целесте наконец-то отпила из кружки кофе, но к шоколадке даже не притронулась. И это почему-то очень задевало Рауля, который постоянно ждал, что я попрошу о чём-то большем. – В тот первый день ты сказал, что твой интерес ко мне связан только с тем, что я жена дракарра, так какое тебе дело до того, восхищаюсь я тобой или нет?
Этот прямой вопрос зацепил что-то внутри Рауля. Он наклонился, не сводя с меня тёмных, почти чёрных глаз.
– Ты права, я сам не знаю, зачем это делаю. И сегодня не собирался приходить, и позавчера, но, видимо, твой отказ сильно ранит моё эго и заставляет пробовать вновь и вновь. Ты отказала мне, но при этом продолжаешь со мной общаться, и это сводит меня с ума, мне кажется, всё это – твоя жестокая игра.
Сама я ни за что не продолжила бы с ним общаться именно потому, что верила, что это даёт ложные надежды. И его открытое предложение мне не было интересно, даже в качестве эксперимента.
– Чего ты хочешь? Хочешь, я организую для вас встречу с Бруно? Он может взять вас в пробный выезд за вуаль, тогда у вас появится шанс проявить себя и доказать, что вам не нужны годы на то, чтобы получить разрешение. Зарплата участников разведгруппы очень высока, и вам понравится жить здесь, поверь, деньги многое меняют.
«Начальник безопасности – Матео Кастелланос, он родной брат Бруно, командира нашей разведгруппы», – промелькнуло у меня в голове.
Целесте только хмыкнула моими губами.
– И зачем это тебе?
Хорошо, что Целесте не умеет показывать эмоции. Точнее, она показывает только то, что хочет показать.
– Не знаю, может, хочу, чтобы ты и мной восхищалась? Ты ведь толком не видела, на что я способен, – заговорщически произнёс Рауль.
– А если я скажу, что всё равно не заинтересована в твоём предложении? Я не могу относиться к сексу так же спокойно, как это делаете вы, и не умею без чувств и доверия.
Видимо, Целесте хорошо меня изучила – её ответы в точности отражали мои собственные мысли.
– Как же это бесит… – Он говорил негромко, но раздражённо. – Никому ваше воздержание здесь не сдалось, вы просто обманываете самих себя. И чувства… не думаешь же ты, что я способен влюбиться в тебя, тем более так быстро?
Целесте ничего не ответила – просто поднялась, поблагодарила за кофе и за нетронутую шоколадку и вышла, не прощаясь. Рауль каждый раз выходил из себя от этой консервативности, но, видимо, она была достаточно необычной, чтобы удерживать его на крючке.
Вернувшись домой в тот день, я сказала Лойду, что у нас появился шанс подобраться к Бруно.
***
Бруно был неразговорчив, но в вылазку нас действительно включил. Едва оказавшись за вуалью, я сразу же задрала голову к небу, высматривая драконов, если они здесь ожидались.
Никого…
Ворона, к счастью, тоже не было видно, я не знала, какого размера он достиг к этому моменту, но надеялась, что он в безопасности. Я ощутила нити энергии, рванувшие от меня к нему, куда-то высоко в высь, и поняла, что он приближается… Пришлось приложить все силы, чтобы ментально оттолкнуть его.
Не знаю, сработало ли это, но чувство чужого приближения ушло. Так лучше, я не хочу, чтобы ему навредили.
– Если на нас нападут драконы или опасная нежить, вы не сможете просто скрыться за вуалью, как мы это делаем, – недовольно произнёс Бруно.
– Это наши проблемы, не так ли? – ответил Лойд. – Мы рискуем собственной жизнью и полностью это осознаём. Кроме того, ваша техника тоже пострадает.
Интересно, что неодушевлённые предметы мы проносили сквозь вуаль без всяких проблем, как и земляне, но с их боевым автомобилем возникло столько мороки. Скорее всего, дело в том, что он тоже работал на вязи, а не на обычных источниках энергии, просто простым людям об этом не говорили.
Рауль недовольно фыркнул, услышав слова Лойда, следя за моей реакцией. Но, не дождавшись её, он двинулся дальше, зато остальные новички провожали нас по-настоящему враждебными взглядами.
Они пытались пробиться сюда больше года, в то время как нас с Лойдом включили в группу просто так, через две недели после прибытия в город, основываясь лишь на прошлом опыте. Мы не казались им крепче или быстрее, поэтому новенькие считали, что мы оказались здесь исключительно благодаря удачному знакомству.
Так и было – благодаря знакомству с Раулем.
– Какие здесь могут встретиться представители нежити? – громко спросил Бруно, напоминая учителя на уроке.
– Скребуны и древники, – ответили несколько новеньких самый очевидный вариант.
– Никакие, – спокойно отозвался Лойд, вновь заработав этим кратким ответом враждебные взгляды.
– Господин Лойд Рассел, конечно же, захочет объяснить нам, почему он так думает? – подал голос один из участников разведгруппы, которого, кажется, звали Барис.
– Нежить не любит вуаль и почти никогда не появляется непосредственно около неё, – спокойно, почти доброжелательно ответил Лойд, никак не реагируя на то, насколько все недовольны нашим присутствием.
– Так и есть, – подтвердил Бруно. – Увидим, на что вы способны… Извините, я должен ответить.
В его руках зажужжала рация, куда более современная и тонкая по сравнению с той, что сейчас лежала в моей комнате, и он отошёл в сторону.
– Следуй за ним, – произнесла Целесте в моей голове. – Поддерживай дистанцию не менее пятидесяти метров и не сокращай её слишком быстро. Твои действия должны выглядеть как обычный осмотр местности.
Глава 29. Дракарр – союзник Доминиона
Прежде я ни за что не услышала бы разговор с такого расстояния – это физически невозможно. Но сейчас…
Целесте не управляла моим телом. Она, конечно, слышала всё гораздо лучше, но и я отчётливо осознавала каждое слово, произнесённое Бруно:
– Где?
Ещё поразительнее было то, что до меня долетал и ответ, звучавший лишь немногим тише голоса Бруно.
– У восточного выхода, на улице Роз. Да, трое, обычные подростки, но через этот выход пробираются уже во второй раз. Там очень удобная крыша, так что отправь туда больше людей, – говорил его собеседник. – И подай заявку на увеличение высоты забора, про камеры тоже не забудь.
– Я всё ещё возглавляю разведгруппу, у меня не так много подчинённых…
– Ты сам вызвался подменять Мюррэя, пока тот в родительском отпуске, Бруно. Я рекомендовал тебя Лукасу, так что не подставляй нас обоих, будь добр! – резко оборвал его голос из рации. – Раз не хватает людей, сними с другого направления, у ворот возле переулка Минаура вообще никогда никого не ловили. Это твоя работа, а у меня нет времени на споры.
Тяжело вздохнув, Бруно прервал связь, а затем заметил меня, стоявшую поодаль.
– Вам что-то нужно? – вежливо поинтересовался он, подойдя ближе. Судя по всему, ему и в голову не приходило, что я могла его услышать с такого расстояния.
– Хотела узнать, каковы условия приёма в команду. Мы с Лойдом осознаём все риски и никого не подвергнем опасности, мы готовы даже подписать соглашение… – быстро проговорила я.
– Здесь дела ведут иначе, Франческа. Мы ценим человеческую жизнь, даже если вам на неё плевать, так что забудьте свои варварские замашки. Никакие заверения вашего любовника не убедят меня в вашей готовности, я не готов принять вас в команду и выдавать вам зарплату. Если Раулю так хочется – пусть сам вас обеспечивает.
Похоже, кому-то очень не понравилось, что его подчинённый замолвил за нас словечко.
– Он мне не любовник, – ответила я только на последнее.
Этот разговор всё равно был бессмыслен – всё, что я хотела, я уже услышала.
– Мне безразлично, – бросил командир разведгруппы, возвращаясь к новичкам.
Я же только взглянула на Лойда, безмолвно давая ему понять, что у нас есть зацепка, и очень серьёзная.
***
На практике мы с Лойдом показали себя… тренированными, но Бруно явно хотел чего-то другого. Нежить, которая нам досталась, оказалась обычной стайкой скребунов, их было всего трое, и нападали они только группами, так что отбиться от них не составило труда. Я действовала на рефлексах и в одиночку разделалась с одним из них, прежде чем Бруно остановил нас, напоминая, что сегодня мы должны были только наблюдать.
Рауль избавился от второго скребуна, немного красуясь, когда Бруно закончил объяснения. Но я почти не слышала, что он говорит, думая о том, что подобные рефлексы мне раньше были не свойственны.
Целесте совершенно точно не управляла моим телом.
Вечером того же дня мы вновь остались караулить у автомобиля, ожидая, пока вуаль в этом месте чуть ослабят, позволяя нам пройти внутрь. Я не рисковала обсуждать что-то серьёзное с Лойдом прямо здесь, но про себя перебирала карту города. Улица Роз, переулок Минаура… Единственным крупным объектом поблизости был энергетический сектор.
Уверена, в энергетический сектор существовал и секретный ход, но нам он был без надобности…
Судя по всему, ничего серьёзного там не случалось уже очень давно – люди спокойно уходили в родительские отпуска, советовали своих родственников на разные роли и не ждали никаких неприятностей. У Бруно наверняка есть карта доступа, но как быть с камерами?
Целесте решила заговорить до того, как у меня появилась безопасная возможность ответить:
– Вход в энергетический сектор в районе переулка Минаура этой ночью будет ослаблен. Ты сможешь активировать механизм двери через ключ-карту Бруно, его разговор ранее подтвердил, что он задержится для отправки результатов по вашей тренировке. Я деактивирую камеру, но в течении дня зрение какое-то время для тебя будет недоступно, – она практически прочитала мои мысли.
Ни о чём другом Целесте решила мне не сообщать – ни о том, куда перевели людей от переулка Минаура, ни о том, кто отвечал за безопасность и где этот человек сейчас. Она защищала землян как могла, пусть даже сама верила, что преобразователь вязи должен быть уничтожен.
О… плане, наверное, я рассказала Лойду только тогда, когда мы оказались в раздевалке, но даже там я не решилась говорить открыто. Вместо этого затащила его в женский туалет – к этому моменту все остальные новички давно покинули раздевалку, оставляя в здании только нас, рабочий персонал, Бруно и кого-то из начальства.
– И ты не собираешься объяснять, как поняла всё это, просто один раз подслушав Бруно?! – Лойд буквально рычал, я никогда его таким не видела.
С другой стороны – он ввязывался в безумную авантюру на одном только доверии ко мне. И вновь я просила его... просто доверять.
– Тише, – попросила я. – Я не знаю, поверишь ты мне или нет.
Если я и могла доверять… кому угодно в этом мире, то это был Лойд. И он обязан мне жизнью, я знала, что он не предаст.
– Фран…
– Во мне находится что-то вроде паразита, – мужчина напротив меня нахмурился, и я продолжила. – Это искусственный интеллект, неживое существо, система, умнее нас, умнее любого человека, даже землян. Я не знаю, как объяснить тебе это проще, мы даже технологию такую понять не способны. В Доминионе она когда-то тоже была, но её уничтожили или остановили – скорее всего, потому, что её программы пошли вразрез с установками на долгосрочное выживание на этой планете.
– Планете? – он нахмурился ещё сильнее, и тогда я поняла, что не смогу объяснить ему всё прямо сейчас – ни о других планетах, ни о землянах, ни о Талире и Даниэле. Живя с этой информацией все эти месяцы, я сумела переварить её и принять, но для Лойда это практически невозможно, он считал землян кем-то вроде другого народа. – Фран!
– Не сейчас… Пойдем домой, я объясню там всё, что смогу… Просто сначала мне нужно кое-что сделать здесь, чтобы мы могли пробраться в энергетический сектор.
– Ты ведь не можешь всерьёз собираться провернуть это сегодня! Нам нужно нормально подготовиться, просчитать все пути отступления, – возразил Лойд, напоминая мне чем-то Целесте.
Он был прав, конечно, нам нужна подготовка получше, но я буквально чувствовала, что с каждой секундой пребывание здесь становится всё опаснее. Рано или поздно земляне узнают, что я была фавориткой Таррена, даже если никто из наших не проговорится. И что я ушла оттуда только потому, что обрела… дракона.
– Всё дома, пожалуйста, – тихо попросила я, – подожди меня у выхода.
Я собиралась полностью доверить Целесте операцию по краже ключ-карты, на самом деле сомневаясь каждую секунду. Она вполне могла просто притворяться и выдать меня людям в любой момент – и меня, и Лойда. Наш… план, если это можно так назвать, держался исключительно на её возможностях.
Но на выходе из уборной нас задержали. В раздевалке находился Рауль, и взгляд, которым он смерил нас, когда мы вышли из женского туалета, говорил больше любых слов.
– Вот, значит, как…
Почему я почувствовала в этот момент… почти отголосок стыда? Будто я обманывала его, обещала ему что-то? Впрочем, стоило ему произнести следующие слова, как это чувство бесследно прошло.
– Строишь из себя всю такую невинную, говоришь, что не спишь без чувств, а сама готова трахаться с ним в туалете, даже не успев смыть с себя запах нежити. Что ж, я всё понял. Думаю, ради него ты и выпрашивала эту работу…
Казалось, он ждёт какой-то реакции на свои слова, в конце концов, он ухаживал за мной – коряво, как умели только земляне, по-моему, напрочь забывшие, что такое нормальные отношения. Возможно, я бы и ответила ему, если бы действительно планировала здесь остаться.
– Бесишь. – Не дождавшись ответа, Рауль наконец-то ушёл.
– Я так понимаю, он больше не поможет нам попасть в это здание и в тренировочную группу? – поинтересовался Лойд, провожая его взглядом.
– Видимо, так. Всё, жди меня на выходе, Лойд, и я постараюсь объяснить тебе дома всё, что смогу.
– И ты…
Глазами я сказала «не здесь», слишком опасаясь, что нас могут подслушивать.
***
Позднее глубокой ночью мы выбрались из апартаментов и добрались до условленного места – тихо, незаметно, скрываясь даже от остальных, потому что Анна и Ленор всё больше замечали, что я провожу слишком много времени с Лойдом. Непривычно много.
Нет, вряд ли они думали, что между нами есть что-то большее, чем дружба. Скорее, волновались, что мы затеваем какой-то план, из которого они исключены, но ввязывать в это дело ещё больше людей мне не хотелось. Единственным, кто по-прежнему ничего не замечал, оставался Альберт.
Лойд по дороге со мной почти не разговаривал, он всё ещё пытался переварить услышанное и как-то уместить в голове существование других планет, прошлое землян, о котором даже я знала очень мало, и тот факт, что где-то есть разум, превосходящий человеческий – независимый… и неживой.
И этот разум сейчас буквально обитает в моей голове, по соседству с моим собственным.
В рюкзаке у меня лежали ключ-карта и странный прибор длиной в половину моего плеча, сооружённый из рации Бруно и штуковины, которую Целесте назвала пусковым конденсатором. Его она вытащила… из стиральной машины в наших апартаментах, оставив её полностью нерабочей.
Что именно она делала с рацией и этим конденсатором, я понятия не имела – на время сборки она закрыла мои глаза, действуя вслепую, но в итоге у нас получилось устройство, способное заглушить камеру. Рация, привязанная к конденсатору, примотанные к длинной палке и проводам, а на самом конце… кастрюля с намотанной катушкой из медной проволоки. Выглядело это сооружение настолько убого, что я искренне сомневалась в его работоспособности, а вот Целесте была уверена на сто процентов.
– Готов? – спросила я Лойда и он кивнул, хотя вряд ли был полностью готов.
Я соединила оголённые провода между конденсатором и рацией, которые Целесте оставила для меня, и выждала, пока голос в голове не произнёс:
– Сейчас.
После этого я направила своё устройство на ворота. Целесте сразу предупредила, что радиус действия окажется внушительным и заглушит не только камеры, но и другие датчики – возможно, нам даже не понадобится ключ-карта.
Стражников у этих ворот было немного – всего двое, они неторопливо переговаривались, стоя в тени и, судя по всему, прикуривая. Если верить словам Бруно, здесь практически никогда ничего не происходило, к тому же именно сегодня людей отсюда перевели на более проблемный участок.
Воздух резко запах озоном, мой странный прибор в руках мгновенно нагрелся, и пластиковый корпус рации даже немного поплыл, но больше ничего не произошло – никакого шума. Искусственный интеллект в моей голове тут же выдал указание:
– Двигайтесь в теневой зоне, непосредственно вдоль забора. Судя по доступным маркерам, их внимание направлено в противоположную сторону, они поглощены диалогом. Не издавайте ни звука.
Нам не нужно было повторять дважды – в конце концов, мы долго тренировались перед выходом за вуаль и умели передвигаться практически бесшумно. Разговор стражников, действительно стоявших с сигаретами, не прерывался. Как оказалось, одному из них изменила жена, поэтому он говорил особенно эмоционально.
Дверь для персонала была самого обычного размера, я приложила ключ-карту к устройству на стене, и замок тихонько пикнул. Этот короткий сигнал показался мне оглушительным, уничтожил каждую клеточку в моем теле…
Но стражники даже не повернулись.
Дверь за собой мы закрыли беззвучно. Внутри патрулей почти не было – вряд ли сюда вообще кто-то пытался пробраться. Если верить Целесте, энергетический комплекс во многом автономен и не требует постоянного присмотра, хотя охрана по периметру, конечно, стояла.
Я улавливала даже отдалённый шёпот, по какой-то причине мой слух обострился, да и в теле появилось больше силы – это стало заметно ещё во время схватки со скребунами. Могла ли так влиять связь с драконом?
– Я предполагаю, преобразователь вязи находится в центральном здании, – подала голос Целесте.
Там, в самом центре, возвышалась башня – огромная, не меньше десяти этажей, доходящая чуть ли не до защитного экрана. Остальные постройки были гораздо ниже, но шире и длиннее, и к ним от центральной башни тянулись тысячи проводов.
– Не могу поверить, что мы внутри, – негромко произнёс Лойд. – Как думаешь, что в остальных зданиях? Мне кажется, твой преобразователь точно в центре.
– Не знаю… Сервера какие-нибудь, распределители, стабилизаторы, служебные и ремонтные помещения. Может, охлаждающий комплекс – у нас в Астралисе такой есть, хотя он, наверное, расположен рядом с преобразователем.
Лойд нервно кивнул, но решил не отвлекаться на разговоры. Мы двинулись к центральному зданию, по-прежнему держась тени, хотя здесь, за забором, нам не встретилось вообще ни одного человека. Дверь послушно открылась всё той же ключ-картой, внутри царили пустота и толстый слой пыли, словно сюда никто не заглядывал уже очень давно.
– Преобразователь функционирует в автономном режиме, видеофиксация по-прежнему деактивирована. Ближайшие к глушителю камеры, по моим расчётам, полностью выведены из строя без возможности восстановления.
Мне очень хотелось спросить у Целесте, как нам удалось обойти их систему безопасности настолько легко, но правда, скорее всего, заключалась в том, что… никакой сверхсложной защиты здесь и не требовалось. У землян просто не было технологических конкурентов – даже развитый Астралис отставал от них на сотни лет, что уж говорить о других городах. Скорее всего на самой Земле их объекты охранялись куда серьёзнее.
– Она разговаривает с тобой? Твой… искусственный интеллект? – не выдержал Лойд, всё ещё не до конца веря, что во мне уживаются два сознания.
– Да, но я не могу отвечать ей так же, она не читает мои мысли.
Длинный коридор тонул в полумраке, за ним начался следующий – всё вокруг выглядело заброшенным и немного обветшалым. Кое-какие двери стояли приоткрытыми, обнажая пустые комнаты без окон, но в самом конце прохода мы видели плотный, насыщенный свет, струящийся из огромного зала. Сердце колотилось так громко, что я почти перестала слышать окружающие звуки, пока мы приближались к этому свечению.
Потоки света исходили от странной колонны в самом центре башни – угольно-чёрной, матовой, закрученной по крутой спирали. Эта колонна издавала едва уловимый сухой треск, а ещё от неё пахло… так, что к горлу мгновенно подступила тошнота. Находиться в зале было физически тяжело, и это вполне объясняло, почему в здании не держали постоянный персонал.
– Думаешь, это место опасно для здоровья? – хмыкнул Лойд, но мне было не до шуток.
У меня благодаря драконьей связи хотя бы работала регенерация, а у Лойда – ничего.
– Давай не будем терять время, – нервно выдохнула я, направляясь прямиком к преобразователю, справляясь с тошнотой.
Матовая спиральная колонна уходила глубоко вниз, в провал шахты, и вверх, в башню. Похоже, её основание находилось на самых нижних ярусах – Рауль же упоминал, что земляне долгое время жили под землёй. Могли ли они со временем достроить колонну вверх просто потому, что городу требовалось всё больше энергии?
Целесте никак не комментировала происходящее.
К колонне вели несколько широких опор от стен башни, гасивших микровибрацию. Вдобавок почти по всей длине к ней подходили пучки кабелей, которые затем исчезали в стенах и тянулись наружу – в другие здания.
– Здесь есть пульт управления? – спросил Лойд, и меня волновало то же самое.
