Текст книги "Тройная метка. Истинная диких Альф (СИ)"

Автор книги: Бетти Алая

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 19 страниц)

Глава 16. Запах свободы

Влас

– Исключено, – говорит Демьян, когда я сообщаю ему, что планирую поближе познакомиться с малышкой Евой. – Ты к ней не подойдешь.

Как только с меня сняли чертовы цепи, я помылся, переоделся и собрался навестить нашу самочку. Но выяснилось, что эти два осла наобещали что-то Макару и его жене.

– С какого хера? – рычу.

– С такого, что мы дали старейшине слово, – равнодушно бросает Савва, в этот момент разделывающий тушу кабана. По дому разносится приятный запах крови, но я не могу отделаться от мыслей о Еве.

– Это вы дали, – складываю руки на груди, – а не я. В этот момент меня сжигал гон.

– Так будет лучше для нее, – произносит Демьян, – она слишком слаба.

– То есть ты предлагаешь ждать неизвестно сколько, пока ее волчица соизволит вырваться? Напомнить тебе, чья она дочь? – я теряю терпение. – КРАСНОВА! Эта мразь наверняка сделала из нее покорную рабыню, а не дочь…

– С чего ты взял? – спрашивает Савва, замирая. Его руки все в крови. Наш педант, очевидно, заинтересовался моим выводом.

Я подхожу вплотную к Демьяну. Он наш негласный лидер, так уж вышло. Но несмотря на это, мы с Саввой ему не подчиняемся. Потому что все трое – наследники диких вожаков.

А значит, мой голос ничем не слабее голоса Демы.

– С того взял, – мы с Демьяном тараним друг друга взглядами, – что в ней одни сплошные барьеры. И их не обходить нужно, а ломать. Иначе они не выпустят ее дикую кровь.

– Не смей! – рычит друг. – Ей нужно время. Ева еще не привыкла к нам. Если ты её заставишь…

– А кто сказал, что я буду ее принуждать? – ухмыляюсь, ведь уже придумал, как уговорить малышку сделать первый шаг. – Не буду. Но и сидеть сложа руки тоже. Ходить вокруг и облизываться?!

Фыркаю, делая шаг назад, к двери.

– Нет, Демьян. Это не мой путь. И не ваш… мы не ждем решения проблем, мы сами их решаем.

Мои друзья переглядываются. Я делаю еще шаг назад и оказываюсь в дверях. Опираюсь на косяк, представляя, как сейчас увижу свою самочку.

– Подумайте об этом, – ухмыляюсь, – и о том, чтобы вы, зануды, без меня делали.

Разворачиваюсь и выхожу из дома.

Солнце бьёт в глаза, и я на секунду зажмуриваюсь. Сладко. Свободно.

Вдыхаю полной грудью. Два дня подвального плена чуть меня с ума не свели. Издаю низкий рык.

В цепях себя зверем не почувствуешь. Приятное напряжение в мышцах, сменяющие друг друга запахи и звуки. Да я романтик!

Демьян и Савва не идут за мной. Потому что понимают: я прав. Мы дикие альфы и мы решаем, когда забрать самку.

Ева должна ощутить запах крови. Аромат свободы. Выпустить себя настоящую. И я ей в этом помогу.

Уже на подходе к дому Макара меня одолевает предвкушение. Решил не обращаться и не портить одежду. Ева уже видела меня голым, пока с нее хватит.

На границе леса заяц щиплет траву.

Я поднимаю взгляд к окну и вижу ее. Глаза Евы сияют алым, она, не мигая, следит за зайцем.

– Умничка… – довольно скалюсь. – Ты уже хочешь крови. Значит, я тебе ее дам.

Молниеносным движением ломаю зайцу шею.

Мысленно зову малышку, и она слышит. О таком уровне связи мне рассказывала мать. Что истинная самка слышит самца на расстоянии. И они могут беседовать, не произнося вслух ни слова.

Признаться, я поражен, что самочка услышала и даже ответила.

– Хочу…

Лишь одно слово поднимает во мне целую бурю чувств. Она согласна…

– Тогда иди сюда. Не бойся… – пристально смотрю на нее. Красивая. Хрупкая снаружи, сильнейшая внутри. Моя дикая волчица.

Я ни на миг не сомневаюсь в своем праве здесь находиться. Савва и Демьян могут булки мять сколько угодно. Для меня нет никаких преград.

– Дедушка только утром окно поменял, – раздается в голове нежный голосок. Прикрываю глаза, позволяя ему вливаться прямо в меня. Он освежает мою изголодавшуюся душу, словно живительный ручей.

Блядь, какое же нереальное чувство!

– Тогда открой окно и прыгай… – знаю, что она слышит.

Хочу коснуться ее! Хотя бы на короткий миг!

– Я боюсь, – ее голос становится тише.

Открываю глаза.

Понимаю, что сама она не сделает этот шаг.

Лениво захожу во двор через заднюю калитку.

– Открой окно, – приказываю, затем слышу щелчок сверху. Ловко забираюсь на второй этаж. И вот мы с моей самкой совсем близко.

Ее аромат врывается в нос, снося нахер все барьеры. Держать себя в руках рядом с Евой – испытание похлеще гона. Эта тяга огромна. Она выкручивает меня наизнанку.

И тело, и душу.

Волк воет внутри, не понимая, почему мы еще не в нашей сладкой самочке. Почему член еще не таранит ее девственную киску.

Вижу, как горят ее щеки, как во взгляде переплетаются интерес и страх.

Протягиваю руку. Ева мнется, слегка отступает. Боится?

– Не бойся. Той ночью я был не в себе. Прости… Я не трону, клянусь, – впервые в жизни извиняюсь.

Она обнимает себя руками, топчется на месте.

– Бабушка и дедушка будут переживать, – нутром чую ее сомнение. Сильную жажду познания и нежелание делать больно старейшине и его волчице.

– Я верну тебя до заката, – говорю спокойно, хотя внутри все вибрирует от напряжения. Она рядом… так близко… стоит руку протянуть, и Ева станет моей навсегда.

Но отчего-то я не хочу видеть боль в ее глазах. Кажется, понимаю, почему Демьян и Савва дали то обещание. Она пленила их… так же, как сейчас порабощает меня.

Протягиваю к ней руку. Даю выбор.

– Обещаешь? – спрашивает тихо, рассматривая мою ладонь.

– Клянусь.

Ева вкладывает крохотную ладонь в мою. И вылезает из окна. Я подхватываю ее, прижимаю к себе.

Малышка почти ничего не весит. И дрожит – то ли от страха, то ли от моей близости. По телу прокатывается волна возбуждения. Ева слишком близко… опасно…

Я не привык сдерживаться, но сейчас что-то внутри меня… какой-то стержень позволяет терпеть эту близость с истинной самкой.

Спрыгиваю. Мягко приземляюсь на траву.

Продолжаю прижимать к себе Еву. Не могу оторваться. Мы с волком тут солидарны. Она невероятно сладко пахнет…

– Ева, – шепчу ей на ушко, вижу, как бегут по бледной коже мурашки.

И тут она задает вопрос, от которого я мгновенно впадаю в ступор…

– А ты… Савва? Или Влас?

Глава 17. Зубы и когти

Ева

Меня сжирают сомнения. Под кожу пробирается страх. Но я все равно вкладываю свою руку в огромную ладонь дикого волка и позволяю ему похитить меня из дома бабушки и дедушки.

В итоге задаю самый дурацкий вопрос, который могу. И тут же покрываюсь красными пятнами от смущения.

– А ты… Савва? Или Влас?

Мужчина удивленно смотрит на меня. Затем взрывается таким хохотом, что я готова провалиться сквозь землю. Зачем ляпнула, дурочка?

Но это немного сбрасывает напряжение. Ведь как только этот волк коснулся моего тела там, в моей спальне, отметина на животе как взбесилась. Раз за разом пускала по телу горячие импульсы.

Кажется, что я вся превратилась в один оголенный нерв.

Мне было безумно стыдно, но я жадно рассматривала красивое лицо этого мужчины.

Ведь той ночью была слишком напугана. А сейчас во мне просыпается любопытство.

– Влас, – отвечает, отсмеявшись, – забыл представиться.

Я опускаю взгляд, топчусь на месте. На мне все тот же легкий сарафан. Но сейчас он ощущается на коже как тяжелая броня. Хочется скинуть одежду.

– Ну что, дикая, начнем охоту? – Влас поднимает взгляд к небу. – Солнце садится. Быстро пробежимся, поймаем кого-нибудь, и верну тебя старейшине.

– Я не дикая, – поправляю его, – просто Ева.

Он хищно прищуривается. Делает шаг ко мне. Нависает сверху. Огромный, мускулистый. Руки покрывают изящные татуировки.

– Я докажу тебе обратное, – низкий рокот зверя отдается в моем теле приятной вибрацией. – Обратись в волчицу. Хочу посмотреть на тебя.

Он смотрит мне в глаза. Словно гипнотизирует. Наши взгляды сцеплены намертво.

– Давай… покажись мне… – Влас проводит ладонью вдоль моих волос, не касаясь. Я начинаю сильно дрожать, словно в ознобе.

Весь мир вокруг исчезает. Пение птиц, копошение лесных зверьков, смех и разговоры оборотней в деревне. Вся жизнь остается там, за кадром.

– Я не знаю… не умею… – лепечу, чувствуя, как начинает дрожать подбородок.

С ужасом понимаю, что до этого все разы обращалась только в сильном стрессе. Когда увидела измену Кости, услышала зов… их зов той ночью.

Сейчас я скорее в эйфории, и моя волчица купается во внимании сильного вожака. Обращаться по желанию я не умею.

Влас не касается меня, но между нами воздух словно раскален. Кончики пальцев покалывает в желании коснуться этого волка. Он мой… я чувствую это на совершенно ином уровне.

– Закрой глаза, – хриплый голос обволакивает, – позови ее. Городская жизнь отравила тебя. И когда-нибудь я перегрызу глотки всем, кто посмел сделать это с тобой. Но сейчас… просто отпусти. Прими себя настоящую.

Отпустить? Это как?

Ищу в себе что-то, что не было привито моей семьей. Что-то только мое. Но всюду натыкаюсь на барьеры.

– Давай! Очисти себя от их влияния! Освободись, Ева! И я покажу тебе, на что ты способна.

Закрываю глаза, стараюсь обратиться к своему зверю. Чувствую, как она начинает копошиться в грудной клетке, услышав зов.

Но всюду стены. Волчица тыкается, ищет путь наружу. Пожалуйста! Я так хочу дышать полной грудью! Забыть о том, какой должна быть! И просто быть…

Мне страшно до безумия. Обращение – это всегда боль. Ломающиеся кости, выпадающие зубы и ногти…

Но сейчас я хочу.

Слышу рычание совсем рядом. И чувствую запах… его запах. Резкий, терпкий. Аромат самца.

Влас обратился. В огромного серого волка, не знающего пощады.

Я должна быть рядом! Я ХОЧУ!

– Ну же! – срывается с губ крик вперемешку с волчьим воем. Адская боль в костях, жжение в глазах…

Суставы с хрустом перестраиваются, мое тело стремительно меняет форму. Лицо меняется, превращаясь в волчью морду. Длинные острые когти выталкивают ногти.

Я падаю на четвереньки, чувствуя, как из кожи прорывается густая серая шерсть. Раздается треск ткани.

Мой сарафан – последний оплот городской жизни, белой тряпкой падает к лапам.

А потом боль исчезает. Просто растворяется в сотнях различных запахов и звуков. Я встаю на четыре лапы, отряхиваясь.

Меня накрывает невиданная лёгкость.

– Красавица, – раздается в голове. Влас обходит меня. По сравнению с ним я совсем маленькая. – А теперь побежали. Уверен, ты безумно голодная.

Он срывается с места, я следую за ним.

Сложно описать всю гамму чувств, которая наполняет волчье тело. Пьянящая свобода, ощущение собственной ловкости и мощи. Обостренные инстинкты.

Мы несемся на бешеной скорости. Лапы увязают во мху, но я почти не чувствую веса собственного тела.

Влас чуть впереди. Его мощный серый силуэт то и дело мелькает среди елей. Альфа ведет меня, прокладывая дорогу, пока я упиваюсь этим безумным адреналиновым коктейлем.

Внезапно Влас резко замирает, припадая к земле. Торможу рядом, шумно втягивая носом воздух. Чувствую запах хвои и опасности.

– Секач, – раздается в моей голове низкий рык Власа. – Старый и злой. Я выгоню его прямо на поляну, а ты добей. Ощути вкус первой крови.

Во мне все мгновенно леденеет. Внутренняя городская девочка в ужасе сжимается.

Кабан? Настоящий дикий зверь с огромными клыками?

Я не смогу! Я же никогда никого не убивала!

– Я боюсь, Влас… – жалобно скулю, пятясь назад. Барьеры, которые только что рухнули, снова пытаются подняться, сковывая волчье тело.

– Ложь! Твоя волчица жаждет этого! Не думай, просто доверься инстинктам! – жестко обрывает. Затем серым вихрем исчезает в густых зарослях.

Спустя минуту со стороны чащи раздается яростный визг.

Влас с рычанием загоняет огромную, покрытую жесткой бурой щетиной тушу прямо на меня.

Сглатываю. Я не умею… ничего не умею!

Кабан несется напролом, опустив массивную голову с огромными клыками. Он очень зол. Нутром чувствую его ярость.

Страх парализует. Застываю посреди поляны, растеряв всю свою уверенность. На секунду мне кажется, что эта махина сейчас просто раздавит меня.

– Целься в шею! – приказывает мне Влас.

Делаю рывок вперед, пытаясь достать кабана. Но теряю долю секунды из-за сомнений.

Прыжок выходит неуклюжим. Секач резко уходит в сторону и со всего маху бьет меня боком в грудь.

Удар выходит такой силы, что я взвизгиваю от боли и качусь по прелой листве. Залетаю в колючие кусты ежевики. Боги, как же страшно!

Боль горячей волной пронзает все тело.

– Влас! – зову своего альфу.

Жалобно скулю, пытаясь подняться на дрожащие лапы.

Кабан разворачивается, бьет землю копытами. Готовится затоптать маленькую городскую волчицу, посмевшую встать на его пути.

И тут…

Зверь взвизгивает. Его накрывает огромная серая тень. Обезумевший от злости Влас…

Удар волка смертоносен и быстр. Я невольно любуюсь тем, как ловко он фиксирует клыками мощную шею кабана.

В нос врывается запах крови. По венам растекается животное ликование даже несмотря на боль.

Когда кабан перестает дрыгаться, Влас подбегает ко мне.

– Ты в порядке? – осматривает меня, тыкается носом. Я встаю, пошатываюсь.

– Вроде.

– Точно? Дай-ка я тебя осмотрю получше.

Не успевает сделать шаг, как из чащи выходят двое других вожаков – Демьян и Савва. И их вид не обещает ничего хорошего.

Глава 18. Рождение хищницы

Ева

На меня обрушивается мощь обоих вожаков. Лапы подгибаются, из пасти вырывается тихий скулеж.

Волчица, которая еще минуту назад ликовала от вкуса свободы и первой охоты, теперь испуганно сжимается. Мощная доминантная аура придавливает к земле.

Воздух вокруг пропитывает аромат волчьих феромонов и первобытной ярости.

Инстинктивно поджимаю уши и всем телом прижимаюсь к мокрой траве. Городские вожаки никогда не умели так подавлять. Одной лишь силой присутствия.

Дикие альфы – само воплощение первобытной угрозы.

– Ты что творишь, ублюдок?! – низкий рык Демьяна заставляет меня вздрогнуть. – Мы дали Макару слово! А ты притащил Еву сюда и подставил под удар кабана?!

Но Влас даже не думает поджимать хвост. Он угрожающе скалится, обнажая длинные клыки, с которых все еще стекает алая кровь секача. Серая шерсть встает дыбом.

– Она волчица, Демьян! А не кукла, которую нужно охранять от ее собственной природы! Еве нужна была свобода, и я ей её дал! – яростно огрызается серый альфа.

– Ты едва не погубил её! – взрывается черный вожак.

Демьян делает молниеносный рывок вперед. Влас не успевает уклониться. Серая тень принимает удар грудь в грудь.

Два огромных оборотня сцепляются, разрывая когтями землю и разбрасывая вокруг сухую листву.

От их утробного рыка кровь в жилах стынет. Мамочки! Это они из-за меня дерутся?! Но как же так?!

Хруст ломающихся веток, глухие удары тяжелых тел…

Демьян подминает Власа под себя, впиваясь клыками в холку. Будто наказывая за самоуправство. Влас хрипит, но упрямо пытается вырваться, щелкая челюстями в ответ.

Ужас парализует меня лишь на секунду, а затем страх за Власа и за этот хрупкий новый мир превращается в нечто иное.

Эмоции вырываются наружу. Все мои внутренние барьеры с треском рушатся. Я отчаянно не хочу, чтобы мои альфы дрались из-за меня! Я этого не вынесу!

Из груди вырывается громкий волчий визг, который разносится по всему лесу.

Метка на животе обжигает пламенем.

Демьян замирает с раскрытой пастью прямо над горлом Власа.

Он крутит ушами, алые глаза удивленно расширяются. Серый волк под ним тоже каменеет.

Вся их ярость сходит на нет, подчиняясь моей мольбе. Савва, наблюдавший со стороны, издает довольный рык.

Сильнейшие вожаки леса полностью подчинены зову своей истинной самки.

Но стоит адреналину чуть отступить, как левый бок пронзает острая боль. Я жалобно хриплю. Лапы подкашиваются. Валюсь на бок. Рана, оставленная клыком кабана, открывается и начинает сильно кровоточить.

Демьян отпускает Власа. Он в два прыжка оказывается рядом со мной. В алых глазах читается тревога. Альфа осматривает мою рану.

Я поскуливаю, сходя с ума от боли.

– Тихо, маленькая, тихо… Не двигайся, – его хриплый голос звучит в моей голове. Мягко, успокаивающе. Демьян осторожно прижимает меня к земле своей тяжелой лапой, не давая пошевелиться. – Дай посмотреть.

Черный хищник наклоняется к моему окровавленному боку. Я испуганно замираю. Горячий язык касается раны, аккуратно зализывая поврежденную плоть.

Что происходит? Почему он это делает?!

Пытаюсь дернуться. Но Демьян удерживает меня весом своего мощного тела.

И тут…

В месте, где он касается, жгучая боль сменяется приятным теплом. Рассеченная кожа стягивается прямо на глазах.

Кровотечение останавливается, оставляя лишь окровавленную шерсть.

Нас учили, что регенерация – это долгий процесс, требующий медицинского вмешательства, но здесь… магия дикой крови исцеляет за секунды.

– Что это? Почему… как? – лепечу, глядя на Демьяна круглыми от изумления глазами.

Альфа отстраняется. На его морде остался след моей крови, отчего он выглядит еще более пугающим и хищным.

– Это истинная связь, малышка. Она лечит, – спокойно отвечает, поднимаясь во весь рост. – Больше не болит?

От нежности в его голосе по телу проносится волна тепла. Я чувствую себя… в безопасности.

– Нет… – послушно отзываюсь. Я все еще шокирована тем, что произошло.

– Влас прав, ей нужно восполнить силы, – в голове раздается спокойный, бархатный голос Саввы.

Огромный пепельный волк плавной, величественной походкой приближается к туше убитого кабана. Влас внимательно наблюдает за ним.

Серебристая шерсть красиво отливает в наступающих сумерках.

Савва обнюхивает тело секача. Затем кивает и переводит на меня внимательный взгляд.

– Иди сюда. Первая кровь и добыча по праву принадлежат тебе. Твоя волчица голодна.

Я встаю на лапы, тяну носом. Запах свежей крови будит внутри нечто совершенно первобытное. Дикий, ненасытный голод хищника. Он вышибает из головы все мысли.

– Я… не могу, оно же сырое… – пытаюсь протестовать, но лапы сами несут меня к добыче. Я чувствую ликование… словно моя волчица уже долго ждала этого.

– Можешь, – рычит Влас, подталкивая тушу в мою сторону. – Твой зверь знает, что делать. Забудь о правилах. Здесь правят инстинкты, детка.

Я делаю первый в своей жизни укус. Клыки вонзаются прямо в теплую, сочную плоть.

Вкус горячей крови взрывается на языке сотнями оттенков. В этот миг внутри меня окончательно рушится старый мир.

Никакого отвращения! Только чистый, дикий восторг!

Я рву зубами плотную шкуру, добираясь до сочного мяса. С каждым укусом по венам разливается дикая сила.

Волчье тело напитывается мощью леса. Инстинкты обостряются. Моя волчица сейчас по-настоящему счастлива.

Я жадно, с утробным рычанием впиваюсь в мясо, пачкая морду в алой крови.

Савва подходит ближе и аккуратно проводит языком по моему загривку, отчего по телу пробегает волна сладких, обжигающих мурашек.

– Умничка, – ласково хвалит он. – Настоящая дикая самка. Это твоя добыча, Ева. Наслаждайся.

Демьян и Влас молча наблюдают за моей трапезой.

Они буквально пожирают меня глазами, шумно втягивая ноздрями воздух, пропитанный запахом крови и моих феромонов.

Это не просто еда. Это принятие себя. Теперь я одна из них. Дикая.

Когда с трапезой покончено, Влас смотрит на темное небо. Я и не заметила, что солнце уже село за горизонт и наступила ночь.

– Прости, что недооценил этого кабана, – бормочет он. – Я не хотел, чтобы ты пострадала.

– Всё хорошо, Влас. Ты же спас меня, – искренне отвечаю. В нос бьет сплетение трех безумно притягательных ароматов.

– Пора возвращаться. Нам еще объясняться перед старейшиной, – произносит Демьян.

Альфы берут меня в кольцо, и мы выдвигаемся в сторону дома бабушки и дедушки.

Демьян идет впереди, Савва и Влас – по бокам, надежно закрывая меня своими могучими телами.

Дикие альфы возвращают свою самку домой, но их собственнические, горящие взгляды говорят о том, что это затишье ненадолго.

Уже на подходе я чувствую, как воздух наполняется напряжением и тревогой.

Возле калитки стоит крупный серый волк. Его тело напряжено, глаза горят желтым. Дедушка.

– ЯВИЛИСЬ! – громовой бас дедушки заставляет меня вздрогнуть. Он делает три широких шага навстречу альфам. – Вы нарушили уговор! Демьян, Савва, я поверил вашему слову! А вы похитили мою внучку прямо из спальни?!

Он переводит взгляд на меня, замечает кровь на шерсти, и в его глазах появляется страх.

Демьян останавливается. Смотрит на старейшину твердым, холодным взглядом вожака:

– Спокойно, Макар. Не рычи. С Евой все в порядке. Как видишь, она цела и невредима.

– Вы не имели права трогать её! – дедушка оскаливается. – Ева, немедленно иди в дом!

– Но… – поскуливаю.

– Ева, домой!

Робко делаю шаг, но Влас внезапно преграждает мне путь. Он смотрит на дедушку, не мигая.

– Это моя вина, Макар. Я забрал твою внучку, чтобы она познала радость первой охоты. Природа сделала свой выбор. Но мои братья ни о чем не знали.

Дедушка шагает навстречу диким альфам…

Нет! Только не это! Не надо больше драк! Делаю рывок и встаю между ним и вожаками.

– Я пойду… – шепчу мысленно. – Спасибо вам за эту охоту! Разворачиваюсь и направляюсь домой.