Текст книги "А счастье пахнет лавандой!"

Автор книги: Бернадетт Стрэхн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 21 страниц)

– Не похоже, что твой молодой человек чувствует себя совсемкак дома, – подмигнув, сказала Би.

– На самом-то деле… – Иви подавила в себе желание признаться. – Нельзя сказать, что он хороший танцор.

Бедного Адена было почти не видно в грохочущем море танцующих. Бриджит так и крутилась вокруг него.

– Пора идти к нему на помощь. – Иви присмотрелась и, наметив цель, нырнула в толпу. – Видишь, я вовремя. – Она схватила Адена за руку и увлекла его прочь, пока ее мама отвлеклась замысловатым па в общем кругу танцующих.

– Доверься мне и будешь спасен. – Она втащила его в сарай за домом и захлопнула дверь. – Извини, нужно было вызволить тебя пораньше, но я очень заболталась…

– Ужас, я просто испугался. – Аден едва стоял на ногах. – Только что они все сидели и мирно беседовали о садоводстве и вдруг, ни с того ни с сего, запрыгали, будто совершают магический обряд.

Иви рассмеялась:

– Устраивайся поудобней и успокойся. Когда придешь в себя, мы разработаем план побега.

– Ну надо же! Кресло! – Аден устало опустился.

– Здесь отец находит спасение от длинной маминой длани. Это его убежище.

– А мне твоя мама понравилась. – Он сказал это так, как будто произнес самую важную новость. – В самом деле! – настаивал он в ответ на недоверчивый Ивин взгляд. – Она энергичная, в ней есть задор. И доброжелательная.

– Доброжелательная. Гмм… Так же доброжелателен был Гитлер, когда оккупировал Польшу.

– Нужно отдать ей должное, – сказал Аден, раздражаясь и все более настаивая на своем, – ко мне она очень добра.

– А все это из-за того, что она думает, будто ты мой бойфренд. Не очень-то к этому привыкай. Мы же с тобой пропитаны ложью, – драматично закончила она, взобравшись на шаткий стульчик.

– А разве не смешно, что мы сейчас здесь с тобой?

Иви вздохнула:

– Я понимаю, но чувствую себя немного…

– Подлой?

Иви кивнула.

– Папе ты действительно понравился. И тетя Би тебя одобрила.

– Но мы в любой момент можем признаться.

– О, не смей об этом и думать. – Иви пришла в ужас. – Я такого никогда не переживу. Нет, вот на следующей неделе мы с тобой можем серьезно поссориться и поклясться никогда больше не встречаться. К тому же я могу застать тебя в кровати, ну, например, с Сашей.

– Это несправедливо, – возразил Аден. – Тогда меня все возненавидят.

– А какой же из всего этого выход?

Казалось, Аден не имел об этом даже смутного представления.

– Ты можешь умереть, – сказала Иви.

– А не слишком ли это крайняя мера? А что, если я наткнусь на кого-нибудь из них на улице?

– Близнец! Злодей-близнец!

Аден покачал головой.

– Это же не сюжет для телефильма. Нет, нам просто придется разойтись из-за… из-за…. Из-за того, что много работы.

– Получится, что это у тебямного работы. Потому что у меня – ее совсем нет.

– Но это же только выдумка.

– Хорошо. Твоя работа занимает все твое время и нам некогда встречаться, поэтому наши отношения постепенно ухудшаются и умирают.

Наступила тишина.

– Это слишком грустно, – сказал Аден.

– Не глупи.

– Хочу, чтобы ты знала, что из всех фальшивых отношений, которые у меня когда-либо были, эти оказались самыми лучшими. Я никогда не забуду тебя и все те вещи, которые мы на самом деле не пережили вместе.

– А также все те прекрасные слова, которые ты мне не сказал и которые не запечатлелись в моем сердце.

– И вот теперь, когда наше фальшивое любовное приключение закончилось, давай останемся фальшивыми друзьями навеки.

Иви засмеялась:

– Да, навеки.

Аден горестно усмехнулся.

– Давай будем настоящими друзьями, Иви. У меня от таких шуток мурашки по коже. Разве мы не друзья?

– Конечно, друзья. – Иви засуетилась. Она никак не ожидала такого серьезного поворота в разговоре здесь, в сарае. – И что это здесь за вонь?

– Как будто пахнет псиной.

– Генри? – Иви расцеловала черную морду, высунувшуюся из-за скамейки. – Вот ты и пришел, мой мальчик!

За этим последовало усиленное вилянье хвостом, вытягивания, фырканье и пыхтенье, а после этого – возбужденное облизывание и исступленное радостное прыганье.

– О, Генри, как я тебя люблю!

– Привет, Генри! – Аден протянул руку для приветствия, которая тут же была вежливо облизана. – Хороший мальчик. И такой красавец!

– Ты ему тоже понравился. – Когда кто-нибудь хвалил Генри, Иви радовалась, прямо как приемная мама. – Жаль, конечно, что от него исходит такой запах. Раньше я никогда не замечала. В первый раз я поняла причину маминых переживаний.

– Да кто обращает внимание на собачий запах? – сказал Аден, играя с обвислыми ушами Генри.

Внезапно раздался громкий треск. Музыка прекратилась, и вместо нее послышались вопли. Аден с Иви переглянулись и бросились вон из сарая.

Во дворе царил хаос. Несколько распростертых тел сурбитонцев корчилось среди перевернутой садовой мебели. Картофельный салат живописно размазался по обширной груди соседки. Колбаски раскатились по траве. Кто-то поднимался на колени, отряхиваясь от крошек. Крики и визг постепенно затихали.

– Никогда не предполагал, что стану свидетелем такого бурного окончания танца, – сказал Аден с благоговейным трепетом.

Бриджит, со сбившейся набок прической и остатками пиццы на груди, истерически закричала на Иви:

– Что стоишь и смотришь! Помогай!

Иви поставила на место парочку стульев, пока Аден помог встать на ноги тяжеловесной даме.

– Где Джон? И куда он умудряется исчезать, когда он больше всего нужен? – кричала Бриджит с истерическими нотками в голосе.

Иви был виден отец: он скрывался за задней стеной сарая; плечи его тряслись. Стало ясно, откуда у Иви эти неподдающиеся контролю приступы смеха. По щекам отца струились слезы.

Бет, непостижимым образом не задетая разлетевшейся во все стороны пищей, обняла мать рукой и увела в дом. Через несколько минут она вернулась.

– Маме нужно ненадолго прилечь. Почему бы нам не выпить чего-нибудь покрепче?

Раздались одобрительные возгласы, и вскоре обычная для жителей Сурбитона атмосфера была восстановлена.

Джон вернулся во двор и невинно поинтересовался:

– Что случилось? Я что-нибудь пропустил?

Самообладание, продемонстрированное сестрой, произвело на Иви большое впечатление. Такое большое, что она даже стала помогать раздавать джин с тоником раскрасневшимся дамам. Бет была спокойной и грациозной; она вовремя поняла, что самое лучшее сейчас – успокоить всех этих растрепанных, помятых и взвинченных гостей. Иви неожиданно для себя открыла, что она гордится Бет. Она знала, какое смятение царит у сестры внутри, но внешне это никак не проявлялось. Вот чем мы отличаемся, подумала Иви, наблюдая исподтишка, как Тамсин оживленно хихикает с Маркусом около компостной кучи. Аден уловил блеск в ее глазах.

– Иви, что это ты затеяла? – спросил он.

– Пришло время удалить некоторых садовых вредителей.

Иви так резко бросилась вперед, что не услышала его неодобрительного возгласа.

– Ну как дела? – леденящий душу сарказм был направлен на Маркуса и Тамсин.

– Большое спасибо, – весело проворковала Тамсин. – Все дамы в порядке?

Проигнорировав ее вопрос, Иви обратилась к Маркусу:

– Ну что, Маркус, тебе есть что сказать?

Маркус казался растерянным.

– По какому поводу?

– Я думаю, в данный момент повод может быть только один. А ты и не знаешь? – всплеснула руками Иви.

Аден подошел сзади и положил свою ладонь Иви на руку.

– Отойди. – Иви обернулась к Тамсин. – Я все о тебе знаю, милая. Я знаю твой мерзкий маленький секретик. И как смела ты сюда заявиться? Да еще вместе с ним? – Она так воинственно ткнула пальцем в сторону Маркуса, что тот вынужден был попятиться.

– Подожди… Послушай… – начал Маркус. Он замолчал из-за резкого крика Тамсин.

– Она знает, она все знает! Какое унижение!

Идеальное маленькое личико Тамсин сморщилось, как скомканная салфетка.

– Извините меня, пожалуйста, все, все! – выпалила она, захлебываясь от хлынувших слез. Затем бросилась в дом и дальше, прямо через него, на крыльцо. Хлопнувшая входная дверь побудила Маркуса к действию. Всегда мягкие черты его лица исказились гневом.

– Неужели ты не можешь не лезть не в свое дело? – бросил он Иви в лицо и выбежал следом за Тамсин.

Иви была в шоке от того эффекта, который произвели ее слова. Она ожидала триумфа, но его не было. Она испытывала только лишнюю нервозность, как будто минуту назад выпустила тигра из клетки.

В дальнем углу притихших, уставившихся на нее во все глаза гостей она поймала взгляд Бет. Ее сестра стояла с пустым подносом. К ней приблизилась Би и, стараясь успокоить, положила руку ей на плечо. Бет отвела взгляд.

Этот взгляд так и остался у Иви в памяти. Взгляд боли и панического ужаса.

– Аден, нам пора уходить, – проговорила Иви пересохшими губами.

Ни с кем не попрощавшись, они прошли к машине и уехали.

19

Машину остановили около реки, усеянной утками, беспрестанно резко и требовательно крякавшими.

– Они надеются, что ты их покормишь, – заметила Иви.

– Им крупно повезло. – Аден производил ртом какие-то странные манипуляции, пытаясь справиться с острыми вкусными чипсами, за которые только что принялся.

– Если уж говорить о чипсах, то нужно выбирать «Королевские».

– Ты права. Это и есть чипсы моей мечты.

Далее последовала пауза, периодически заполняемая кряканьем пернатых и пережевыванием жареного картофеля.

– Спасибо тебе за сегодняшний день, – сказала Иви.

– Я отлично провел время.

– А теперь, пожалуйста, не надо все портить, пускаясь в банальности.

– А я этого и не делаю.

– Знаешь, Аден, тебе очень легко дается искренность.

– Это потому, что я действительно искренен. Тут нечему «даваться».

– Ты хочешь сказать, что отлично провел время, получая удовольствие от того, что моя мама чуть не затискала тебя до смерти, или разговаривая о птичьих повадках, или, может, наблюдая, как все попадали во время зажигательного танца? Тебе понравилось наблюдать за семейным скандалом?

– Да, – терпеливо объяснял Аден. – Мне было приятно, что меня тискают. Потому что она хотела только хорошего. Мне понравилось говорить о птицах – может, это сейчас и не модно, но вопрос моды меня меньше всего волнует. И мне понравился этот латиноамериканский танец. Не каждому доведется такое увидеть. И я не считаю, что это был семейный скандал.

– Бет была очень расстроена.

– Ты преувеличиваешь. – Аден умел говорить подобные вещи очень доброжелательно, Иви даже не заводилась от его слов. Если бы Бинг изрек что-либо подобное, она сразу же заняла бы оборонительную позицию. Она только сказала:

– Хотелось бы мне думать, что это действительно так.

– В том, что ты сделала, был бы смысл, если бы ты действовала немного… обдуманнее.

– Я так поступила потому, что не умею не совать свой нос в чужие дела, – призналась Иви в не свойственном ей порыве откровенности. – Бет четко мне объяснила, что единственное, чего хочет она от сегодняшнего дня, это провести его без осложнений. А я ворвалась, как Анни Оукли.

– Нет уж, как Лара Крофт.

– О ужас! – Иви закрыла лицо руками, пропахшими солью и уксусом.

– Бет – твоя сестра. Она все поймет. Просто поговоришь с ней об этом.

– Вот этого-то мы и не делаем. – Иви глубоко вздохнула, не убирая рук от лица. – Крампы не разговаривают. Мы увиливаем от разговора, избегаем друг друга, иногда на что-то намекаем,но поговорить – никогда!

– Значит, пришло время тебе начать. Богу известно, что ты прекрасно разговариваешь с чужими людьми.

Иви с несчастным видом запихнула в рот горстку чипсов. (Заметьте, она никогда не несчастна настолько, чтобы перестать есть.)

– Мне очень жаль, Аден, что я затащила тебя во все это дерьмо. Зачем тебе чужие проблемы!

– Ты что, не слышала, что я говорил? Мне очень понравилось. Моя семья не очень-то любит собираться вместе.

– Почему?

– О, отец живет во Флориде, мама вышла замуж во второй раз. Мы с ее новым мужем не очень-то ладим. Да и с братом у меня отношения непростые. Он работает в Сити. Думает, что делать фильмы – это так, мальчишеское увлечение. Поэтому семейных обедов не бывает: никому и не приходит в голову их организовывать. – Он ударил рукой по рулю.

Иви была растрогана. Разве могла она предположить, что такой рассудительный, правильный Аден на самом деле очень одинок?

– Поэтому-то тебе и понравилось у моих родителей. Что поделать, уж такая она и скучная, и невероятно притягательная эта обычная семейная жизнь.

– Да, что-то в этом роде.

– Что же, добро пожаловать на все последующие дни рождения и рождественские праздники, – улыбнулась Иви, – а также на все разводы, – добавила она уныло.

– Я отвезу тебя домой.

Неожиданно взревевший мотор испугал уток, и они с разобиженным видом поспешно засеменили к воде.

– Прямо до двери. Вот это я называю сервис. Хочешь зайти на чашечку кофе или что-нибудь перекусить? Не могу обещать, что найдется что-то похожее на барбекю…

– Мне пора возвращаться.

– Что ж, пока-пока! О Боже, как же мне… – Иви родилась без того важного гена, благодаря которому люди умеют открывать дверцы машин. Аден вытаращил от удивления глаза и нагнулся, чтобы ей помочь. – Большое спасибо, – проговорила она, – за то, что ты притворился моим молодым человеком.

– Нет проблем. Это очень просто.

И тут она появилась. Та самая тишина. Молчаливая тишина между ними, которую Иви тотчас узнала. Эта тишина возникает между двумя людьми перед тем, как они поцелуются. Невидимая эластичная нить, прикрепленная у каждого на груди, в такой тишине притягивает людей друг к другу. Она даже почувствовала, как на миллиметр придвинулась к Адену.

– Дай знать, когда будут известны результаты прослушивания! – вдруг небрежно сказал Аден, поворачивая в замке ключ зажигания.

– Да-да, конечно! – Иви почти так же небрежно выскочила наружу и захлопнула дверцу. – Пока!

И что это на нее нашло, раздумывала она, забегая на ступеньки? Раньше для того, чтобы поцеловать мужчину, в которого она не влюбилась, нужно было здорово напиться. Конечно, получилось бы очень некрасиво!

– Но ты же обещал, – настаивала Иви.

– Ничего подобного. – Бинг стоял на своем.

– Черт побери, ты обещал!

– Какие прекрасные выражения!

– Отвяжись. Все же ты обещал. – Иви не очень-то прельщала перспектива одной сидеть с ребенком, и поэтому она собиралась заарканить Бинга.

– У меня свои планы.

– Ты сказал, что будешь дома.

– У меня свои планы дома. Сегодня вечером я занят. Тебя никто не тянул за язык, но ты наобещала. Я тут ни при чем. Я не делаю детей.

Итак, Иви пошла наверх, в квартиру «В» в одиночестве, стараясь не обращать внимания на клавесинную музыку, раздававшуюся из-за исцарапанной двери П. Уарнз/а.

Дверь в квартиру Кэролайн была открыта. Иви заглянула внутрь. Было слышно, как плачет Милли – может, Кэролайн никак не может ее успокоить? Она на цыпочках пошла в кухню, откуда раздавались всхлипывания.

Но, просунув голову в дверь, она увидела за столом одну Кэролайн. В руке у нее был скомканный лист бумаги.

– Что стряслось, Кэролайн? – Иви обошла стол, чтобы заглянуть ей в лицо. – Плохие новости?

– Ничего, – сказала Кэролайн, отбросив бумагу. Она пошмыгала носом и вытерла глаза уже увлажненной салфеткой. – Я в порядке.

– Ты уверена? – Иви осторожно протянула руку, чтобы дотронуться до Кэролайн. Хоть она и знала, что та не питает особой любви к прикосновениям, но не представляла, как еще можно ее сейчас успокоить.

Кэролайн насмешливо посмотрела на протянутую к ней руку, как будто это был зверек, однако не оттолкнула ее.

– Я уверена, – сказала она ясным и сильным голосом. – Милли спит. Я долго не задержусь. – Она поднялась.

– Ты прекрасно выглядишь, – восхищенно произнесла Иви. Она раньше не видела Кэролайн такой разодетой и ухоженной.

– Гммм… – Кэролайн отнеслась к комплименту подозрительно. – Пока.

– А куда ты идешь? – Иви бежала за ней, как маленькая собачка, выпрашивающая лакомый кусочек.

– В кино.

Что ж, Кэролайн была скупа на подробности.

– И что ты будешь смотреть?

Кэролайн взвилась:

– Я иду одна! Это тебя интересует?

Иви неубедительно пожала плечами.

– Да нет, что ты, ничего подобного. Я просто так спросила. Иди и веселись, пожалуйста, и ни о чем не беспокойся.

Пока Кэролайн проверяла Милли и уходила, Иви расположилась на продавленной кушетке. Через минуту она вскочила с дивана не хуже любой борзой и полетела в кухню. Черт! Смятое письмо исчезло. Характеру Кэролайн можно было позавидовать! Сама себя презирая, Иви все-таки поставила ногу на педаль, открывающую мусорную корзину… И здесь – ничего!

Ничего не оставалось, как усесться в выкрашенной новой краской комнате и смотреть новости. Собственно говоря, ее интересовали только эксцентричные новости в конце программы, поэтому ее взгляд медленно блуждал по комнате. Она рассмотрела маленький книжный шкаф, заполненный руководствами по уходу за малышами и блокбастерами. Везде, где только можно, стояли фотографии Милли в рамочках. Никаких фотографий семьи Кэролайн Иви не заметила, что еще сильнее преисполнило ее жалостью.

Что-то мучительно-горькое было в том, что она ушла в кино одна. Хотя Кэролайн была из тех, кто самостоятельно справляется со своими неприятностями. И эта черта в ней восхищала Иви. Однако кому-то все же удалось пробить ее защитную оболочку.

В разделе «Невероятно» было сообщение о кошке, которая умеет отвечать на телефонные звонки, но Иви едва обратила на это внимание. Ее голова была занята мыслью о том, что же это могло довести Кэролайн до слез. Деньги, решила Иви. Долги.

В этом плане Иви мало чем могла помочь.

Какие у Бинга были планы на этот вечер, стало ясно, как только Иви вернулась к себе немного раньше, чем она предполагала. Эти планы включали в себя ванну, большое количество пузырьков и здоровенного гостя.

– Дорогая, – кричала в трубку Мередит, – Хью Джеймс дал мне ответ по поводу той пробы, на которую ты ходила.

Иви скрестила пальцы, ноги, глаза.

– И что?

– Он сказал… Барри!– Голос Мередит перешел в пронзительный крик: – Нет! Никакого вина! Ты и так уже поднабрался! – Она опять обратилась к Иви: – В общем, дорогая, поговорим в ближайшее время. Пока!

– Нет! Мередит! Нет!

– Черт побери, ты визжишь как резаный поросенок, а не как профессиональная актриса. Не издавай таких звуков!

– Ты же не сказала мне, что ответил Хью Джеймс.

– О, разве нет? Все в порядке. Ты получила роль, дорогая.

Иви окаменела. Она так старательно подготовила себя к разочарованию, что теперь не представляла себе, как пережить успех.

Мередит, как всегда, о всех важных мелочах имела весьма и весьма смутное представление. Съемки начнутся через несколько недель. Сценарий прибудет через несколько дней. Вопрос гонорара решат по договоренности. Мередит могла только подтвердить, что сериал называется «Закат солнца», а героиню зовут Хепсиба.

– Хепсиба! – проворковала Иви, вальсируя по комнате. – Какое очаровательное имя! – Увидев себя в зеркале, она остановилась. Она показалась себе совсем другой. Она провела пальцами по своему лицу, замирая от восторга. – О, Белл! – прошептала она. – Я на правильном пути. Наконец-то я – настоящая актриса!

Замечательной новостью не с кем было поделиться. Бинг ушел на вечерний спектакль. У Саши был вечер посланий в «Калмер Карме». Маме и сестре Иви не отваживалась позвонить после того, что произошло два дня назад в Сурбитоне. Аден! Он же просил ее дать знать, как только будет известно.

– Мне дали роль! Мне дали! Мне дали!

– Отлично! Успокойся! – смеялся Аден, который оказался как раз свободен и предложил отпраздновать событие.

– Прекрасная мысль! Давай куда-нибудь завалимся.

«Цветок в руке» – это не что иное, как паб, ни больше и ни меньше. Столы и большие пивные кружки. Австралийский бармен, который на самом деле из Новой Зеландии.

– Я не очень-то знаком с необычными заведениями. Это подойдет? – сказал Аден, извиняясь.

– Здесь здорово. – Иви была в таком радостном настроении, что ей понравилось бы даже на скотобойне. Она подскакивала на месте, как тигрица, когда Аден поставил на стол их напитки.

– За тебя! – Аден церемонно поднял бокал.

– За Хепсибу! – Иви подняла водку с тоником. – Ты потерпишь, если я сегодня буду слишком много болтать?

– О чем говорить. Ты мой гость. – Аден облокотился на спинку стула и с хитроватой улыбкой сцепил руки за головой.

– Я пока не знаю всех подробностей, но мне известно, что это сериал по роману, действие которого относится к Викторианской эпохе, и называется он «Заход солнца». По-моему, там шесть серий. Это история молодой женщины, которую насильно выдали замуж за ворчливого старика. Он умирает и оставляет ее одну с двумя маленькими детьми. Она переезжает в деревню и вынуждена все взять в свои руки. Конечно, окружающее ее общество ждет, что она будет сломлена и растеряна, но она находит особую прелесть в тяжелом физическом труде и радость в том, что ей приходится принимать ответственные решения. Итак, мы наблюдаем расцвет и становление этой независимой и стойкой женщины. И в то же время история очень сентиментальная. – Иви отклонилась со вздохом назад. – Кажется, все это так интересно, что я сама бы посмотрела такой фильм, если бы в нем не играла. – Она опять подалась вперед. – Я играю не саму героиню (Боже! Если бы!), а ее служанку, Хепсибу. Я очень преданная, и наша дружба тем крепче, чем больше трудностей мы преодолеваем. О, Аден, и за все это мне еще и платить будут!

– Надо думать.

– Я бы рада была играть и бесплатно! – разошлась Иви. – Я бы им сама заплатила! А вообще за это можно получить кучу денег, если Мередит будет внимательна, когда будет подписывать контракт.

– Думаю, они оценят твою работу по заслугам.

– Я теперь самая настоящая актриса! Настоящая актриса!

– Да. Конечно.

– Правильно, и хватит об этом. А что ты сегодня делал, Аден?

– Давай посмотрим. Часть дня я потратил на просмотр фотографий местности для предстоящего фильма. Потом вернулся в монтажную аппаратную, чтобы еще раз взглянуть на уже готовый фильм.

– Извини Аден, я, оказывается, еще не все высказала. Нужно дать этому выход, а то как бы тебе не пришлось отвезти меня в больницу.

– Хорошо. Продолжай. Мне очень приятно тебя слушать. Честное слово. Тебе, похоже, не приходится подпитываться от сети.

Иви открыла пакетик сухариков.

– Я все думаю, будут ли там какие-нибудь известные актеры. – Иви резко выпрямилась. – Раньше я об этом и не подумала. Может, Рейф Файнес или Эван Макгрегор!

Аден склонил голову набок.

– И что, если будут?

– Они могут в меня влюбиться без памяти! – произнесла Иви с полным ртом сухариков.

– А я-то думал, что ты уже сыта актерами по горло, – сказал Аден, рассматривая что-то интересное на дне стакана.

– Я сыта неизвестными актерами, – подтвердила Иви. – Но от известных актеров никто в здравом уме еще никогда не отказывался. А может, будет Шон Бин?

– Известный артист – точно такой же, как и неизвестный. Разница только в том, что он… более известен, – упорствовал Аден.

– Я смогу устроить свадьбу в шикарном ресторане!

Аден поморщился.

– Я же шучу! – Иви вдруг стала очень серьезной. – Не делай такое лицо. Теперь мне разрешается влюбиться в любого известного актера, раз мой фальшивый бойфренд покидает меня из-за уймы работы.

– Вон там какой-то мужчина со странной прической что-то хочет тебе сказать, – сообщил ей Аден.

– Это, должно быть, Бернард.

Точно, это был он. Стоял около стойки бара не в самом удачном наряде. Ему явно не шли кожаные брюки, хоть они были и недешевые. Аден позвал его, и Бернард, скрипя и шурша одеждой, направился к ним. Головы подвыпивших посетителей поворачивались в поисках источника странных звуков.

– Всем привет, – сказал Бернард, раскачивая головой. – Полагаю, я вам не помешаю, если сяду с вами? – Он был похож на щенка, которого отовсюду гонят.

– Конечно. Рады тебя видеть. Садись.

Бернард залез на табурет и из-за этого стал гораздо выше Иви и Адена. Посмотрев на них сверху вниз со своего насеста, он спокойно произнес:

– Пойду, поищу стул – я быстро обернусь. – Последние слова он произнес так, как будто заключил их в кавычки, явно гордый тем, что разговаривает совсем как завсегдатай подобных заведений.

После того как он отошел, Аден прошептал:

– Я его даже не узнал. Что у него с волосами? На него кто-то напал?

– Нет. По всем виновата стрижка. Бедняжка. Он старается изо всех сил быть современным и кое-что ему удается. – Иви задумчиво посмотрела вслед Бернарду. – А волосы у него отрастут, – добавила она мечтательно.

Бернард втиснулся между ними.

– Я заказал себе гиннес [20]20
  Гиннес – крепкий ирландский портер.


[Закрыть], – признался он.

– Отлично. – Аден, казалось, не знал, как вести себя с Бернардом. Он немного отклонился от него с озадаченным видом. – Очень хорошо.

Бернард понизил голос:

– Я в пивном баре впервые.

– Значит, пей потихоньку, а потом подумай о чем-то своем.

– Я чувствую себя ужасно виноватым. – Бернард обхватил бокал рукой, но так и не поднял его. – Моя мама ненавидела пиво. Она вообще отрицательно относилась к алкоголю, но к пиву – особенно, так как считала, что его пьют только те, кто совсем низко пал.

У Иви мелькнула догадка, что маму Бернарда не очень-то часто куда-нибудь приглашали.

– Так значит, ты у нас совсем низко пал? – спросила она Адена.

– О Боже! Я не это имел в виду… О, простите…

– Перестань, Бернард. – Иви подняла руку, как полицейский на перекрестке. И зачем она привязалась к Бернарду? Лучше было обращаться с ним попроще, ну, как с Генри. Уверенно и по-доброму, но не допуская сомнений относительно того, кто из них хозяин. – Мы прекрасно поняли, что ты никого не хотел обидеть. А теперь принимайся за свой гиннес.

Бернард со страхом поднес бокал к губам. Сделал глоточек. Проглотил. Улыбнулся.

После четырех бокалов гиннеса Бернард разговорился.

– Конечно, я хочу с кем-нибудь познакомиться, – сказал он гораздо громче, чем всегда. – Я хочу серьезных взаимоотношений больше всего на свете. Но у меня этого никогда не получится.

Аден сидел удрученный, понурив голову. Иви, совсем наоборот, вертелась, как на электрическом стуле.

– И почему это ты так думаешь? Ты такой же, как все мужчины, – утешала она его.

Аден, который был рядом, поднял брови.

Иви разглагольствовала, как духовный наставник.

– Все в твоих руках, Бернард. Не задавай вопроса «почему?», задай вопрос «а почему нет?» Ты можешь влюбиться и стать счастливым. Ты это заслужил. Если ты этого действительно хочешь.

– Да. Да! Это то, чего я действительно хочу!

– Тогда мы с тобой куда-нибудь отправимся завтра же вечером.

Бернард отстранился, с ужасом стараясь понять, что к чему. Аден выпрямился, вопросительно глядя на Иви.

– Нет, я не назначаю тебе свидания. – Оба вздохнули с облегчением, а Иви продолжала (конечно же, Бернард заслуживает серьезных взаимоотношений, но не с ней): – Мы куда-нибудь с тобой пойдем, и я подскажу тебе, как вести себя, чтобы познакомиться с девушками, как их разговорить.

В мгновение ока гиннес прекратил свое действие, и Бернард боязливо проговорил:

– Нет, я не смогу.

– Значит, ты хочешь остаться один навеки?

– Иви, не надо так сильно на него давить, – проговорил Аден.

– Без этого вопроса не обойтись. – Иви была непреклонна. – Бернард, ты хочешь умереть в одиночестве или пойти со мной завтра и, что не исключено, встретить свою судьбу?

Бернард повесил голову. Когда Иви в таком настроении, он был перед ней безоружен.

– Я хочу пойти с тобой завтра и встретить свою судьбу, – сказал он очень тихим голосом.

Бернард отправился за новой порцией пива в противоположный конец бара. Аден поднялся:

– Мне пора идти. Бернард тебя проводит.

– Может, еще немного посидим, – упрашивала Иви.

– Нет. Не выдумывай.

– Подожди хотя бы, пока Бернард подойдет.

– Лучше я пойду сейчас. Если честно, я как-то неудобно себя чувствую в его присутствии.

– Почему? Он же абсолютно безобидный. – Иви бросилась на защиту своего протеже.

– Так-то оно так. На самом деле я чувствую себя неудобно из-за тебя. – Аден перебросил сумку через плечо.

– Что ты хочешь этим сказать? – спросила растерявшаяся Иви.

– Ты продолжаешь дело его мамы-драконихи.

Иви почувствовала себя уязвленной.

– Я же пытаюсь ему помочь.

– Ты так думаешь? Да ты наслаждаешься той властью, которую над ним имеешь, и пользуешься ею, чтобы заставить его делать то, что лучше для него, по твоим представлениям!

Иви продолжала свое:

– Я пытаюсь ему помочь. – Но теперь ее слова звучали жалобно.

– Почему же ты тогда обращаешься с ним, как с Генри?

Ошеломленная, Иви смотрела на такого приземленного Адена и удивлялась его способности читать чужие мысли.

Аден пожал плечами.

– Слушай, не обращай на меня внимания. Это не мое дело. Похоже, я всегда порчу тебе настроение. – С этим он и ушел.

Иви смотрела ему вслед. И почему все так получилось? Она совсем не наслаждалась своей властью над Генри, ой… Бернардом. Нет-нет, и правда, наслаждалась. Но она же использовала свою власть ему во благо! Иви чувствовала себя неправильно понятой.

А она и не думала, что Аден так умеет кусаться. Какая-то ее часть рвалась за ним вслед, умоляя: «Пожалуйста, не разочаровывайся во мне!», в то время как другая хотела прокричать: «Ну и проваливай, индюк надутый!»

Иви никак не могла сделать и то и другое, поэтому она не сделала ничего. Она просто осталась одна на перепутье, правда, с пакетиком чипсов, да еще с Бернардом.

По дороге домой их головы проветрились. Оба затихли, погруженные в собственные мысли. Брюки Бернарда музыкально поскрипывали на замысловатых поворотах Ивиной мысли.

– Снова здесь эта машина, – сообщил Бернард, когда они завернули на Кемп-стрит.

– Какая машина?

– Вот эта белая, посреди дороги. Она то приезжает сюда, то уезжает вот уже целую неделю.

Через желтоватый туман уличных фонарей Иви пыталась присмотреться получше.

– В ней кто-то есть.

– Да. Так обычно и бывает. Только не знаю, леди это или джентльмен. – Бернард посеял колючки страха, и они тут же пронзили Иви. – Кто бы там ни был, он определенно наблюдает за нашим домом.

– Пошли скорее внутрь. – Иви ускорила шаги. Сознание, что за ней следят, мешало ей нашарить в рюкзаке ключи.

– Позволь мне, – галантно предложил Бернард. Он достал ключи и тут же их уронил. – О ужас! Перебор с гиннесом!

Ключи ему удалось не просто уронить, а уронить за лестницу, так что они упали прямо в разросшийся куст.

– О, Бернард! – Иви была возмущена и напугана. А что, если фигура выйдет сейчас из машины, пересечет дорогу и захочет им представиться? С ножом? Темнота способствовала разрастанию страха у Иви. – Достань своиключи, да побыстрее!

– Ах да. Сейчас! – Бернард тщательно изучал содержимое своих карманов.

Иви закусила губу. Даже если она сейчас разорвет на нем всю одежду, это, наверно, не поможет, но у нее возникло сильное желание это сделать. Она опасливо поглядывала через дорогу.

– Вот они! – Бернард извлек ключи на цепочке. Они походили на те, что носят тюремщики. – Это у меня мамины остались, – объяснил он.