Текст книги "Музей бывших Аси Самолётовой"

Автор книги: Ася Самолётова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 20 страниц)

Хам.

– Никуда я не поеду. Я парня жду.

Незнакомец встал и ушёл, насвистывая какую-то мелодию. Я ждала Тёму. Он должен был сегодня быть на работе, но почему-то позвонил и сказал, что приедет.

– Привет, любимая, – хорошо, что он подошёл позже, не увидев меня с тем парнем. Ненавижу разборки.

– Привет, – от него опять несло водкой и жвачкой.

– Ты только не злись, меня уволили.

– Так ты три дня поработал. За что?

– Охранник учуял запах перегара.

– Почему пил?

– Так вышло.

Я уже не знала, что делать. Жалеть его, поддерживать, ругать, советовать, оставлять, как есть, бросать. Выбрала молчать.

– Мне тут заплатили за три дня. Может, сходим куда? В кино, например?

– Давай сходим в кино.

За почти два года проведённых вместе, сходить в кино – неплохая идея. Скорее всего, он решился на такой отчаянный шаг, чтобы сгладить вину и хоть немного приподняться в моих глазах.

– Я пивка только возьму, ты не против? Ты будешь что-то?

– Нет.

Запрещать ему пить бесполезно, начнёт уговаривать или будет ходить с кислым лицом. Думай о кино, Ася.

Мы пришли в кинотеатр. На удобное для нас время не было ничего интересного. Зашли в другой – то же самое. Краем глаза увидела Тёмин вздох облегчения.

– Пойдём тогда во дворы, чтобы пэпсы не запалили, что я с пивом.

Хотелось плакать.

– Пойдём.

Чувствовала себя поролоновой: односложные ответы, обречённость.

Он достал из кармана скомканные бумажки.

– Что это?

– Гороскоп совместимости. Ты говорила, что Стрелец и Козерог не очень подходят друг другу.

– Ты – земля, я – огонь. Это не очень сочетание. Земле с водой хорошо, огню с воздухом.

– Я тут поискал в интернете. Ну, есть точки соприкосновения, совместимость возможна. Дело не только в стихиях.

Надо же, как его припекло. Начал искать, шевелиться. Я уже не хотела об этом говорить. Что бы там не пророчили гороскопы, я видела кто передо мной.

– Нам пора ехать домой.

– Думаешь? Ну давай, раз ты хочешь, сейчас, я допью быстро.

Наверное, мой тухлый вид вдохновил его на подвиги. После того вечера он устроился торговым представителем на склад пива и газированных напитков. Эта работа позволила ему иметь ежедневный доход, кроме зарплаты. Место работы он подобрал, конечно, на свой вкус. Каждый день внезапно обнаруживался бой, который можно продать в магазин или взять домой, на вечерок.

Однажды вечером повторилось то, что было на Пасху. Артём опять начал говорить что-то несуразное. Посчитал меня водителем и спросил о накладных на слабоалкоголку. Испугалась. Он быстро вернулся в себя.

– Я тебе должен кое-что сказать, обещай не ругаться?

– Давай, говори.

– Нет, обещаешь?

– Да, не томи.

– Помнишь историю с ДТП, больницей? Я соврал. Не было никакой машины. Мы с ребятами тогда на бане напились. Ты прислала смс, чтобы я выбрал тебя или водку и я понял, что могу потерять тебя. Мы решили натереть кожу наждачной бумагой, чтобы инсценировать раны, историю придумали.

Придурки.

– Ты не злишься?

– Не знаю пока, мне казалась странной та ситуация, но такого я не ожидала.

– Блин, лучше бы не говорил…

– Ещё есть что сказать?

– Нет, прости. Я думал, ты забыла уже.

– Проехали.

В моей голове раздался треск и гулкие удары. Это те картины «вместенавсегдашнего» будущего, которые прочно висели в голове, начали падать. Как будто случилось землетрясение. Одна за одной: нет уже прогулки за руку и меня с аккуратным круглым животом, никакой светлой квартиры, кухни, где я готовлю ароматный ужин, никакого совместного будущего. Я не видела ничего этого. Осталось только подмести осколки.

Осталось только найти повод. Он должен быть веским. Например, сон. Для меня этот повод и впрямь оказался веским, потому что во время сна кричит подсознание, которое не может докричаться во время бодрствования, сквозь бетонную стену ума.

За день до дня рождения Андроида мне приснился сон, как я писала ему сообщение с поздравлением. Он мне ответил, что ждёт. Что нам нужно быть вместе.

Ощущения утром были двоякие: то ли это знак свыше, то ли я сама накрутила себя. Ай, что терять. Написала:

«Привет, Гуру! С Днём Рождения! Света, радости, искренней любви!»

Я уже говорила, с письмами у меня так себе. Щёлк, ответ пришёл.

«Спасибо! Я тебя жду.»

По-моему, это, всё таки знак. И пора решаться. Да, именно сегодня, больше тянуть некуда. Больше невозможно. Не такая уж у меня большая попа, чтобы размещать её на двух стульях.

Вечером я встретилась с Тёмой на лавочке у его дома.

– Я должна сказать тебе… Я не… Я не подхожу тебе. Мы не можем больше быть вместе.

– Как? Подожди, ты серьёзно? Мы же вместе навсегда, мы же …, – он взялся за голову.

Я еле сдерживала слёзы.

– Просто тебе нужно другое.

– Да как? Ты мне нужна! Давай, я не знаю, временно, может быть? Давай неделю подумаешь?

Я уже думала. Два месяца уже думала.

– Я не знаю, давай, но это вряд ли что-то изменит.

– Можно я сегодня позволю себе бутылочку пива? У меня стресс.

Я ничего не ответила.

Он проводил меня до автобуса. Я ощутила, что определённый этап в моей жизни закончился. Мне тяжело от боли, которую я причиняла Артёму и легко от того, что я приняла решение. Куда бы оно не вело, неопределённость и мрак сомнений хуже. Дворовая любовь закончилась так, как и должна была: на лавочке у подьезда. Я решила, что больше со мной рядом не будет парня, который пьёт.

Экспонат №2

Мы оказались во втором зале. Кажется, свет отключили. Подождите, сейчас зажгу свечи. Остались только ароматические, с запахом иланг-иланга. Надеюсь, вы не против?

Здесь вы видите знакомую фигуру высокого и худощавого парня в белой бандане. Он считает, что обладает сверхъестественными способностями, а потому в руках его магический шар. Я даже включила шар в розетку, чтобы сиреневые молнии сверкали. Правда, эффектно в темноте? Сейчас я поднесу свечу к его лицу. Только не пугайтесь: в свете свечи гримаса немного злобнее чем на самом деле.

Экспонат №2 способен на агрессивные выпады, но он не всегда такой. Давайте присядем здесь, где больше свечей. Я расскажу вам о нём.

Знак зодиака: Близнецы

Артефакты: филин, билет в Беларусь, печь.

Май 2011 года. Человек в белой бандане

На мне: белый сарафан, сандалии. Jennifer Lopez ft Pitbull «On the floor»

– Привет, с Днём Рождения, ещё раз!

– Привет, спасибо, – голос Андрея радостный, на фоне слышались разговоры, музыка.

– В общем, я определилась со стульями, если что, – выдохнула. Не хотела говорить, что сделала это сегодня.

– Класс! Это самый лучший подарок на День Рождения! Так что, когда приедешь?

Оп, а я и не подумала. И правда, как мы будем видеться? Если приедет он – не поселю же я его у себя дома. А я как приеду? Ехать в другую страну к парню? Хм.

– Ладно, ты не парься, мы ещё подумаем над этим. Пока можно по Скайпу, телефону общаться. Теперь-то ты посвободнее станешь говорить, да? Без ужимок?

– Думаю, что да.

– Супер! Ну, девочка моя, я очень рад. Вот реально рад, что ты решилась. Реально… хм. А ты задумывалась когда-нибудь над разницей между «реальностью» и «действительностью»?

– Нет, – сказала и прижала уши, как кошка, инстинктивно ожидая оплеухи за нежелание пораскинуть мозгами.

– Разница в том, что реальностей в может быть много – виртуальная, искусственная. Действительность – она одна, это единственно истинное пространство. Не скажешь же «виртуальная действительность»? Нет. Ладно, у меня там шашлычок жарится. Ты, это, давай, думай там, ага? Ну всё, целую тебя, – он громко чмокнул в телефонную трубку и отключился.

«Девочка моя» – как же приятно слышать от него такое обращение. Я такая маленькая, такая кроткая рядом с ним. Неважно, что ростом почти два метра. Маленькая.

Почему-то я снова не могла ответить, когда он задавал вопросы или рассуждал. Мой язык был парализован, когда я слышала его голос на конце трубки. Даже больше – парализован мозг. Я просто не понимала Андрея. Весёлая болтушка Ася чувствовала себя совершенным ничтожеством, не способным понять элементарные, как считал сам Андрей, вещи. Анабиоз.

Чувствовала себя виноватой, что не могла поддержать разговор на его уровне, даже уточняющий вопрос задать, не говоря уже о возражении, аргументированном подтверждении, да хотя бы пошутить в тему – нет.

Надеялась, что когда мы встретимся – всё будет лучше. Улыбнуться можно, глазки состроить, показать себя красивую. Так лёд точно тронется.

Сегодня мне гадко из-за того, что не успела уйти от одного, как уже ворковала в трубку с другим. Может, всё таки нужно было побыть одной какое-то время? У нас же с Тёмой такие большие чувства были, планы, надежды. И всё вот так разрушено за один день, да ещё и ради туманной перспективы с человеком, который мне не до конца понятен. Я не могла с уверенностью сказать, что люблю Андрея. Он для меня имел какую-то судьбоносную важность. Роман с ним сулил возвышенную связь, духовное наставничество. Хоть и пока между нами сотни километров и всего лишь беспроводная связь.

Июнь 2011 года. Тётя Ася приехала

На мне: коктейльное платье глубокого синего цвета. Dc. Dre «I need a doctor»

– Так когда приедешь? Я оплачу дорогу.

– Как сессия закончится, я же не могу учёбу бросить. Где-то недели через две-три, если всё сдам.

– Это правильно, да. Я уже не дождусь, бабы полгода не было, член по утрам в потолок упирается.

Эмм, что? Я духовно развиваться еду, алё, какой член?

Вместо этого смущённо хихикнула в трубку.

– Ой, прекрати.

– Что прекрати? Он знаешь какой? Как лак для волос!

– Сильной фиксации? – попробовала я пошутить.

– Длиной как лак для волос Сьосс. Видела такой?

– Конечно, я им пользуюсь, – меня пробило на смешок, больше не могла сдерживаться.

– Двадцать один сантиметр! Если сильно хочется, как сейчас, то двадцать четыре сантиметра!

Мне это ни о чём не говорило. Представить двадцать четыре сантиметра на линейке несложно, но применимо к членам я не знала, насколько это много. Если как лак – то гигант, конечно. У меня не было опыта судить, насколько это хорошо. В народе говорят – чем больше, тем лучше. Вспомнился советский мультик про удава и попугая.

– А почему девушки долго не было?

– Потому что я не влезу на кого попало. Приемлю секс только в отношениях, никаких развлечений на одну ночь. А найти девушку для отношений не просто – за последнее время ты первая, кто нравится. Во-первых, пацанка. С такими проще. А ещё, ты красивая.

Я довольно улыбнулась, но не стала благодарить за комплимент. Я уже почти привыкла, к тому что хороша собой и мужчины говорили мне об этом.

– Ой, да ты не так поняла. Не надо тут расплываться в улыбке. Я не про эту красоту, не про внешнюю.

Я застыла.

– Я про энергетику, про внутреннюю красоту. В прошлой жизни ты была потрясающей красоткой, но пользовалась внешностью не во благо. Поэтому в этой жизни выглядишь вот так.

Вот так, значит? Мужчины врали?

– Я даже знаю, почему ты танцами занимаешься. Потому что хочешь доказать им всем. Тем, кто тебя обижал. Ты молодец, ты боец. Я такой же. Меня тоже унижали, я преодолел, перерос каждого, кто ткнул в меня пальцем. Где они сейчас? Спились, скололись. А я езжу по городам с танцевальными номерами и делаю то, что никто на сцене повторить не может. Я закалял свой дух и тело и впредь буду закалять, – последнее предложение он произнёс громко, как заклинание.

– А ещё ты брахман. Странно, конечно, Стрелец – и брахман, – задумчиво сказал он.

– Что это значит?

– Я делю людей на касты. По энергетике. Бывают люди-шудры – прислуга. Люди-вайшьи – бизнесмены. Люди кшатрии – военные, менты. И брахманы – люди тонкого духовного плана. Я пробовал сопоставить со знаками зодиака: вода – шудры, земля – вайшьи, огонь – кшатрии, воздух – брахманы. Но ты не воздух, а чувствую тебя как брахмана. Вот это странно. Впервые встречаю.

– Хм, интересная классификация. Ты тоже брахман, выходит?

– Ну да, естественно.

После этого разговора я вновь зашла на его страничку во «Вконтакте» и стала внимательно изучать фотографии. Что же с ним не так? Почему его обижали? Прямо спрашивать не хотелось, неэтично.

Бандана. У него везде бандана на голове. Прячет голову? Может, уши как у меня? Похоже, у нас больше общего, чем я полагала. Скорее бы уже эта сессия закончилась и я поехала к нему. Хотелось пройти те медитации и психопрактики о которых он рассказывал.

Артём звонил. Долго, настойчиво. Я не брала трубку. Уже нечего объяснять. Кончено окончательно.

Сессия сдана. Как всегда: без пересдач, нервов и на отлично. В группе меня считали ведьмой. Для меня учёба – игра, развлечение. Мне нравилось учиться: питаться знаниями и расцветать от них. Были, конечно, и не очень полезные предметы, на мой взгляд. Вот латынь, например. Ладно, медику, биологу, филологу, а мне, дизайнеру, зачем лингва латина? Понимаю, вуз классический, но изучая латынь я не чувствовала развития. Разве что, когда-нибудь купаясь в море, я увижу бутылку, запечатанную сургучом, а в ней будет древнее послание, с указанием где лежит клад. Хм… А не так уж латынь и бесполезна.

Андрей забронировал билеты. Через три дня у меня поезд на Минск. Потом ещё автобус до деревни, где он жил. С моим пониманием топографии стоило серьёзно поволноваться перед отъездом.

Мама попросила скан его паспорта. Только на таких условиях согласилась отпустить меня в далёкие края. Удерживать не стала, чтобы я потом не винила её в неудавшейся личной жизни. Думаю, она втайне разрешила мне гулять по собственному полю с граблями.

Впереди у меня два автобуса и два поезда. Один автобус до вокзала, потом поезд до столицы, потом поезд до второй столицы и автобус до деревни. Ася-перекати-поле. Не могла поближе кого найти? Неужели мужиков больше нет? А, может, я вообще в Беларусь перееду. Буду ездить на тракторе и собирать картошку в большой ковш. И стереотипы о народе – туда же.

Мама сложила в дорогу курочку, яйца, конфеты и фрукты. Иногда мне кажется, что поезд отменят, если никто из пассажиров не возьмёт в дорогу варёные яйца. Столики плацкарта хранят три воспоминания: стук яичной скорлупы, железное донышко подстаканника и разлитую водку.

Люди и правда много пьют в поездах. Заводят дружбу на этом общем увлечении. И мешают спать. Хорошо, у меня с собой были наушники. Только бы батарею не посадить, иначе как я потом найду дорогу?

Я хотела чтобы при встрече Андрей увидел меня в платье. Боялась помять его в пути. Переодеваться и краситься решила в туалете вокзала. Хоть и не люблю приводить себя в порядок в таких местах: неудобно размещать все свои кисти и палитры на умывальнике, сумки некуда деть. Запахи эти, суета, рядом кто-то моет руки и смотрит искоса. Что поделать, родилась женщиной – будь добра, терпи женские туалеты. Наверное, это особое испытание, через которое должна пройти душа в воплощении женщины. Во-первых, выстоять очередь. Во-вторых, постараться не влазить на унитаз с ногами. Думаю, те женские души, которые так поступают, обречены на многие века перерождений. Я этот урок прошла давно, скорее всего, так как мне совершенно непонятны мотивы становиться на ободок ногами. Когда же я вижу след от шпилек, наверняка, выгляжу задумчиво, почти как «Мыслитель» Огюста Родена. В глазах застывает вопрос: «Зачем?»

Приехала в Минск. Оказывается, чтобы сесть на автобус до деревни, нужно отъехать от центрального автовокзала. Переодетая в синее платье, на каблуках, купила стартовый пакет. Села на вокзале, поменяла карточку. Щёлк, крышка моей Нокии закрылась. Номер Андрея остался на той сим-карте. Ася, как же хотелось выругаться. Стихийное бедствие, ей-богу. Вдоволь поругав и пожалев себя, наконец, позвонила Андрею.

– Привет. Я приехала.

– Хорошо, садись на маршрутку, едь на автовокзал, я тебя встречу там.

Села на нужный маршрут. Как же хорошо, что здесь понимали русский. Ещё хорошо, что я заняла место сидя и мне не пришлось пробивать головой новый люк, когда автобус подпрыгивал на кочках. С вокзала вместе со мной ехал парень. Он всю дорогу нервно дёргался и поглядывал на меня. Показалось, что он под воздействием веществ.

Маршрутка остановилась на несколько минут. Я не поняла, то ли она сломалась, то ли особенное место какое-то. Люди вышли, а странный парень остался. Он попытался заговорить со мной, я повернулась в его сторону и тут слышу стук в окно.

– Выходи, приехали!

Андрей! Это он! Фух.

Блин, неудобно, я как раз сидела, повернувшись к нему своим проблемным ухом.

– Я что, по импульсу тебя должен всегда искать? Прям чувствовал, что сидишь там такая, одинокая. – Он радостно приобнял меня. – Ух, рад тебя видеть!

Оглянулась. Парень из маршрутки вышел следом за мной. Полчаса в городе, а уже чуть не обзавелась знакомством. Точная я, истинная.

Мы прошли к автобусу и поехали к Андрею домой. Я на взводе, эмоций много, но пока держала всё внутри. Он сидел напротив. Посмотрела ему в глаза.

– Хватит на меня так смотреть.

Интересно, как? За окном мелькали деревья, невысокие дома. Ничего примечательного, такого, чего нет на моей Родине. Не знай, что нахожусь в другой стране – подумала бы, что забрела в частный район своего города.

Когда приехали, я пожалела, что надела туфли на каблуке. Пошёл дождь, мои шпильки бурили смесь земли и глины.

Я предусмотрительно уложила волосы, накрасилась, надела лучшее платье, но не взяла зонт. Теперь все мои старания и переживания смывал стремительный поток небесной влаги.

– А ты знаешь, что под дождём целоваться приятнее? Чувства обостряются.

Пока я думала что это: пикаперский приём или правда, он подхватил меня, повернул к себе и страстно поцеловал. Я не знаю, какой была площадь плантации с помидорами, на которой он учился целоваться, но это было головокружительно. С чувством, с нежностью, с силой. Кажется, сейчас под землю ушли не только шпильки, но и я сама. В поцелуе под дождём и правда есть что-то особенное. Капли текли по лицу, касались губ. Я чувствовала жар его ладоней на талии. Июнь становился свежее. Солнечное сплетение приятно волновалось, а сердце стучало в такт вдалеке проходящему поезду. Андрей взял меня за руку.

– Тебе не идёт это платье.

Что? Я надела лучшее, что хранят тремпели моего гардероба. Ладно, про тремпели вру. Я так и не научилась вешать вещи в шкаф. Они порциями разложены по комнате: часть на кровати, часть на кресле, носки под креслом. А однажды, находясь в своей комнате, я потеряла надежду. Всякую надежду найти колготки. Опечалившись, я возвела глаза ввысь, спросить небо, почему я такая растяпа, и увидела колготки, висящие на люстре.

– Ты опять всё не так поняла. Твоему телу, фигуре это идёт. Твоей душе – нет. Эта одежда тебе не соответствует, – Андрей говорил в нежно-поучительном тоне.

Ася-2016 понимает, о чём речь. Это платье было пошлым, вычурным и лишённым природной нежности и изящества, которое есть часть моей души. Оно правда безвкусное, хоть и выгодно подчеркивало фигуру. Тогда я обиделась немного, так как раньше слышала только комплименты об этом наряде. Многие слова этого человека я смогла понимать лишь спустя годы. Всему своё время.

– Хоть я и знал, что ты примерно так оденешься.

Я сняла каблуки и зашагала босиком по земле. Так намного легче, пусть я испачкаюсь, но мне будет комфортно.

– Вот это молодец, правильно. Ты, наверное, не расслышала, что я в деревне живу.

– У нас просто деревни другие, – я улыбнулась.

Он улыбнулся в ответ.

– Знаешь, в чем особенность чувства юмора, когда шутки удаются?

– Вовремя? – я не успела сформулировать ответ, из меня вырвалось это слово, само по себе.

– Правильно! Юмор основывается на точно и к месту сказанном предложении или слове.

Ура, я ответила на хотя бы одну из его загадок. Кажется, я начинала понимать, что он говорил о быстрых ответах не от ума, а от души. Я никогда раньше не слышала о принципах построения шуток и сознательно не помнила ничего такого. Я и на секунду не задумалась, как правильный ответ пришёл сам по себе.

– В этот раз ты попала с шуткой. Так-то ты не всегда бываешь уместной. Ещё и пошлишь много. Почему ты часто говоришь о сексе? Тебя насиловали в детстве?

– Нет. Была одна история, нет, даже две. До насилия не дошло, испугалась больше.

– Расскажешь?

– Там ничего ужасного.

– Всё же, я хочу понимать тебя лучше.

– Я тогда начну с той, что помягче. Шли мы как-то с подружкой со школы, классе в пятом-шестом тогда учились. Спустились вниз по улице, видим – красная машина стоит. Ну и пусть себе стоит, проходим мимо. Нас зовёт мужчина: «Девочки, а подойдите ко мне» Я воспитанная и добрая девочка, решила, что дяденька не знает дорогу и нужно ему помочь, подруга тоже так решила. Она подошла чуть ближе. «Смотрите, какой писюн», – говорит он. Мы запищали и убежали в мой подъезд. Я сразу расплакалась, рассказала маме и папе. Папа оделся и выбежал на улицу, решив поймать маньяка. Не догнал. На следующий день я не пошла в школу, было очень страшно. Пролежала весь день в кровати, думала вообще никогда не смогу выйти на улицу.

Когда, всё же, пришлось выйти – оглядывалась, боялась. Хотя я тогда не увидела то, чем он хвастался. Подруге повезло больше, после этого к урокам анатомии она была уже готова.

– Ну это эксгибиционист, они безвредные. Только показывают, дальше не заходят.

– Да, но тогда я не знала классификации извращенцев.

– А вторая история?

– Мой папа любит водку. Мне было двенадцать лет, когда его друзья пришли в гости, чтобы отметить Всемирный день друзей. Вход в мою комнату шёл через зал, где было организовано застолье. Я не участвовала в нём, проходила мимо. Почувствовала на себе взгляд, определить который было трудно. Сейчас могу обозначить его как оценивающий. Смотрел один из друзей, прозвище которого Боб. Обычно он был первым, кто засыпает в салате. Безобидный, лёгкий и весёлый человек, которого я годами ранее дразнила Бобиком. Из-за того, что алкоголь действует на него снотворно, парень остался ночевать у нас, в зале на диване.

В ту ночь мне было неспокойно. Я плотно закрыла дверь и легла на кровать, не снимая одежду. Я ждала. Беспокойство нарастало. Предчувствие ли, логика ли – уж и не знаю. Где-то за полночь штора, висящая над дверью, отодвинулась и в ней появилась кудрявая голова. Дверь подалась вперёд. Я подскочила с кровати, удивляясь тому, что происходит и в шоке от того, что я смогла это предвидеть. Я навалилась всем телом на дверь. Хрупкая девочка с трудом удерживала натиск. В конце-концов, обрела смелость оборвать этот штурм. Я открыла дверь.

«Что нужно?» – говорю ему

«Давай по-тихонькому, а?» – ответил он.

Как мне показалось, речь шла не о просмотре диснеевских мультфильмов. Тем более, в моей комнате нет телевизора. Боб закрыл вход в дверь своим телом.

«Пусти» – шепчу ему, сама не понимая, что делать.

А он такой: «Куда?» – я постаралась изобразить спокойствие, говорю: «Мне в туалет нужно»

Как только отошла на безопасное расстояние, побежала в мамину спальню и сказала, что он ко мне ломился. Так испугалась, что продрожала всю ночь. «Собаке – собачья смерть», – сказала мама в сердцах.

Кошмара в его поведении нет. В тот вечер он напился, а потом кому-то в голову пришла гениальная идея посмотреть кино для взрослых, как я узнала позже. Одно к другому – и вот, инстинкты руководят человеком, а не человек инстинктами. Этот человек умер мучительной смертью в онкологическом отделении.

– Я понял тебя и причины твоего недоверия к мужчинам. Ты, кстати, первая из моих девушек, кто держит осанку. Это похвально. Я обычно ругал бывших, оттого что они сутулились. Все мои бывшие – шлюхи и тупорылые овцы.

Переводит тему, понятно. Не хотелось бы мне оказаться его бывшей, хотя бы потому, чтобы не удостоиться таких сомнительных отзывов.

– Почему ты так говоришь? Они же тебе нравились чем-то?

– Ну, первая – это была прям любовь. Стрелец, как ты. Она потом уехала на учёбу, я ждал её, бегал пополнял счёт, звонил постоянно. Вернулась через год, жирная такая, при встрече пиво попросила купить. Мне стало мерзко, от того, что она не следит за собой и пьёт. Ты же помнишь, да? Я вообще не пью и никогда не пил. Тут я понял, что полюбил не девушку, а образ, который сам ей создал.

Тут я задумалась. Может и у меня с Артёмом произошло что-то подобное?

– А последняя шалава, её по всем деревням соседним тягали. У нас с ней серьёзно всё было, жили вместе, общая касса, все дела. Ссорились постоянно. Мирились в кровати. При чём, чем громче скандал – тем извращёнее секс. Я думал, мы оба сойдём с ума.

– Что ж вы такое делали?

– Ты уверена, что хочешь это слышать?

– Любопытно.

– Одна моя рука оказалась в ней, а кулак второй – у неё в заднем проходе.

– Ага, поняла, хватит.

– То то же, таким неженкам, как ты, лучше не слушать.

Скоро ли мы придём? Что же так далеко? Сначала мы шли по тропе, потом прошли торгово-развлекательный центр деревни.

– Здесь пивной ларёк, а тут – наш клуб ночной. Раньше конюшня была, – Андрей проводил экскурсию.

– Вот мы и пришли, – он свернул к воротам одного из похожих друг на друга домов. У порога женщина домывала пол, рядом бегал мальчишка лет двенадцати.

– Мам, да завязывай ты уже! Малой, метнись кабанчиком, организуй чаёк. Мам, это Ася!

Ого, приятно, вижу, что к моему приезду готовились.

– Александра Ивановна, – мама улыбалась, – ну, я пойду, поздно уже.

– А чай?

– Андрюш, давай в другой раз.

Мама ушла, мы остались втроём: я, Андрей и его младший брат Миша. Я подошла к полке с книгами и взяла «Бхагавад-Гиту», открыла на месте, где мне показалось, лежала закладка. Наткнулась на несколько крупных купюр.

– Так, сразу унюхала, – Андрей взял у меня книгу, захлопнул и положил обратно на полку.

– Я такие вещи чувствую, – сказала смеясь.

– Баба же!

Мы прошли по комнате и сели на кресло.

– Слушай, ты такая живая. Ай, бьющийся шар энергии! Так, прекрати на меня так смотреть. Ты умеешь возбуждать мужчин одним взглядом, научилась, сучка!

Ах, вот что он имел ввиду в автобусе.

Андрей сел на кресло и снял бандану. Вопросительно посмотрел на меня.

– Ну, что, не жалеешь, что приехала?

Его голова была покрыта маленькими шелушащимися ранами.

– Да не ссы, не заразно. Экзема.

Меня не напугало то, что я увидела.

– И давно это?

– С рождения. Представляешь, как мне доставалось в школе? Иногда проходит, кстати. Потом возвращается. Болезнь неизлечима.