Текст книги "Музей бывших Аси Самолётовой"

Автор книги: Ася Самолётова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 20 страниц)

– Свят, прекращал бы ты это всё, – сказала я, опёршись на шкаф, когда он переодевался.

– А деньги? Тебе же нравится красиво одеваться, яхты, прогулки?

– Не такой ценой. Спокойствие и здоровье важнее.

– С таким баблом можно подлечиться.

– Не согласна. Лучше жить на зарплату и в спокойствии, чем вот так.

– Ладно, Ась, я понимаю тебя. Я доведу это дело до конца и заканчиваю с этим всем раз и навсегда. Просто мне нужен стартовый капитал для нормального бизнеса. И продажа этого дома – отличный шанс. Редкий шанс.

– Хочется верить.

– Верь мне, Ась! – Он обнял меня, а я сглотнула тысячный горький ком.

Какая же странная жизнь. Удовольствие тоненькой лентой вплетено в косу страдания.

– Ты только будь осторожна на улицах, ладно? Смотри по сторонам внимательнее, не наблюдает ли кто. За мной бывает наружка.

– Свят, что происходит?

– Ну, понимаешь ли… Все хотят денег с продажи здания. Я втянул в это дело Олега и Виталия, Диму и Лоренцо, а к Лоренцо подтянулись ещё люди. Каждый из них хочет забрать все деньги, кинув агентство недвижимости. Они готовы на всё. Вообще на всё. Скорее всего, во время сделки будет работать спецназ, чтобы защитить нас. Для меня пути назад нет. Если я сейчас уйду – меня найдут и убьют. Нам и так придётся на время покинуть Италию, в день, когда состоится продажа.

– Но у нас с девочками новое представление по плану.

– Ась, не надолго, но надо. Потерпи ради будущего.

Через неделю нам, всё же, пришлось на время уехать. По какой-то причине мы должны были на два дня покинуть город. Поехали в небольшой городок вблизи Тосканы. Остановились в отеле.

Перед сном я завела будильник на пять утра, чтобы встретить рассвет в потрясающем саду с видом на Альпы. Проснулась легко. На цыпочках спустилась по скрипучим доскам вниз. Вышла на лужайку, вдохнула полной грудью, сняла сланцы и стала на усыпанную росой траву. Солнцу было немного труднее вставать, оно не торопилось. Мне было несложно его подождать, я молча наслаждалась моментом. Когда же, всё-таки, мы поздоровались, я пошла назад, в отель. Меня догнало и остановило чувство единства с миром. Оно длилось секунду, а может быть и две, но я до дрожи в ушных хрящиках поняла целостность всего. Сильное, тотальное проживание гармонии настоящего.

Сентябрь 2015 года. Место моей силы

На мне: спортивный костюм, рюкзак. В наушниках: Deva Premal «Gayatri mantra»

Снова приснился Тимур. Я даже подзабыла, как он выглядел и давно перестала о нём думать, но у подсознания другие мысли на этот счёт.

В этом сне я была дома у бабушки. Он пролетал мимо на самолёте, сидел за штурвалом. Остановившись у окна, проделывал разные фигуры пилотажа. А я восхищалась. Потом он оказался рядом. Мы смотрели друг на друга и понимали, что представляем собой нечто единое, целое. Он сказал: «Я ещё вернусь».

Я проснулась с влажными глазами. Ничто так не трогало меня, никогда. Он зацепил меня за самую Самость, за суть, естество. Не было в этом сне поцелуев, прикосновений. Говорили души.

Как так вышло, что я, едва увидев человека, едва услышав пару слов, испытывала такое влечение? Пара самых обычных слов, пара самых банальных встреч.

Этот сон был обезболивающим от реальности, в которую я попала. Бегством от осознания, что в моей жизни есть проблемы.

В этот день Ника пригласила меня к себе домой. Как же здорово было провести с ней время! Ника закатывала маленькие баночки с вареньем, надевала поверх крышки клетчатые лоскутки и мы втроём, вместе с её дочерью, подписывали эти баночки.

– Мы с мужем сами построили этот дом. Два года ушло, – рассказывала она.

– В смысле, кирпичи клали?

– Нет, нанимали бригаду. Просто муж даже с работы ушёл, чтобы контролировать бригаду.

– Это вы ещё быстро.

– Да, очень много сил было вложено. Пройдём туда, покажу тебе библиотеку.

– Ух ты, как здорово! Все книги прочитала?

– Да, процентов девяносто. Остальные ждут своего часа. Пойдём, покажу сад и гостевой домик.

Двор увивали листья винограда. В саду росли клементиновые и персиковые деревья, целая роща. У Ники очень уютно. Она стала для меня образцом идеальной жизни.

Впечатления от сна и Ники дали мощный заряд радости. Это нечто! Самое ценное в этом мире – люди. Близкие по духу люди, родственные души.

По дороге домой хотелось накормить сочным прошутто всех кошек округи. Меня переполняло счастье, изливалось фонтаном. Невозможно было не поделиться хоть с кем-то. Да, я таки накормила кошек по пути.

Прошло несколько дней. Я пролистывала ленту новостей и, вдруг, увидела одно красивое фото природы. Это был не типичный пейзаж альпийского лужка, с зеркальным озером и острыми вершинами. Тут нечто иное, не нарочито красивое. На снимке запечатлены огромные, слегка покрытые мхом валуны, лежащие на горной равнине, неподалёку друг от друга. Их окружали высоченные сосны с тонкими стволами. Вдалеке, окутанные лёгкой дымкой, виднелись макушки гор. Кажется, видела подобный пейзаж в фотоальбоме Алеccандро. Я ощутила, что мне срочно нужно в это место. Как будто под одним из камней кто-то зарыл сокровища, а я только сейчас об этом вспомнила. Мне мог помочь только дядя Алеccандро.

– Алло, добрый день, это Ася, – робко заговорила в трубку.

– Ciao signora come stai?

– Eccellente!

Дядя Алеccандро рассмеялся.

– Ладно, чего звонишь?

– Мне тут в одно место нужно съездить, только я не знаю, что это за место и где оно.

– Эх, русская душа. Хочу туда – не знаю куда. Рассказывай!

– Оно есть у вас на фото в фотоальбоме. Там большие камни и высокие сосны. Вы там ещё с сыном маленьким стояли, кажется.

– Это «Пасть Дракона».

– Что это значит?

– Говорят, что эти камни – зубы дракона. Ещё, это место называют «Камелья ди Пьетра»

– Каменная Камелия?

– Да, вроде как древние фантазёры усмотрели в этих валунах лепестки цветка.

– Интересно, а что вы ещё знаете об этом?

– Это место силы, которое для каждого открывается по-разному: если ты идёшь с дурными мыслями, то «Пасть Дракона» проглотит тебя, если со светлыми – перед тобой раскроется «Каменная Камелия». Говорят, центральный камень – это древний алтарь, на котором жрецы оставляли подношения богам – цветы, фрукты всякие. Вроде как, можно взобраться на алтарь и пожелать чего хочешь. Там энергетика мощнейшая, сбывается всё. Только если будешь в дурном настроении или зла кому-то пожелаешь – считай, заживо себя похоронил. Не знаю, может это и басни для туристов, но говорят, что учёные проводили там исследования и эта зона правда оказалась с одним из самых сильных магнетических полей на планете.

– Тааак, а ехать далеко? Как мне туда добраться?

– А ты можешь и вовсе не попасть. Есть поверье, что если ты ещё не готов к этому месту или злой человек по натуре, то «Каменная Камелия» не пустит к себе, будешь плутать, блудить – только напрасно ноги бить.

– Дядя Алеccандро, ну вы же знаете, что я хорошая. Дайте маршрут, а?

– Ай, сдались тебе эти глыбы? Ладно, пришлю смской все подробности. Говорили, что у людей там даже навигаторы из строя выходят. Да и вообще, будь осторожна.

– Спасибо большое! До свидания!

– Ага, чао, Сергеичу привет, лягушка-путешественница!

Пока на плите засвистел чайник, дядя Алессандро уже прислал сообщение с координатами местности. Крепкий чай и верный Гугл стали моими спутниками на ночь. Я сохраняла скриншоты карты и названий станций на телефон. На форумах прочла, что путь к месту силы проложен через лес, а потом придётся несколько метров карабкаться вверх по крутой отвесной скале. По моим подсчётам, чтобы добраться только до подножия горы нужно было потратить около трёх часов, а восхождение к самой «Камелии» занимало около часа.

Я пылала. Чувствовала, что этот путь я должна пройти, во чтобы то ни стало. Меня не пугала неизвестная дорога и подъём в гору. Я уснула, как счастливый человек – с мечтой, ведь это счастье – знать, куда ты хочешь.

В воскресенье купила рюкзак. Не большой туристический, а обычный мешок с ремешками, чтобы положить бутылку воды, бутерброды и фотоаппарат.

В понедельник по прогнозу обещали дождь. Это не лучшая погода для горных восхождений. Хотела отправиться в поход в солнечный день.

Решила посвятить понедельник медитации и очищению. Я много прочитала о том, что говорил Алессандро: надо идти с чистой душой. Место силы считывало энергетику, от него нельзя было скрыть страхи и печали. Оно приумножало то, с чем к нему приходишь. Я хотела увидеть распустившуюся камелию, как символ сбывшегося желания, а не умножить печаль, как будто меня дожёвывает дракон. Ещё там написано, что перед тем, как подойти к «Каменной Камелии» нужно свернуть вправо около двух раскидистых елей и взобраться выше по скале, там на вершине когда-то был древний храм. Постояв там, можно было идти к валунам с чистыми помыслами.

Целый день я успокаивала мысли, выводила кистью мандалу «Солнце», которую хотела взять с собой и возложить на алтарь.

Вторник начался совсем непривычно – с подъёма в пять утра. Раз поезд, два поезд. Два часа – и я на станции, уже купила билет. Час удивительных пейзажей, быстро смешивающихся в окне поезда в одно зелёно-белое пятно гор и лесов. Как никогда острый слух, чтобы не прослушать объявление нужной станции. Услышала. Ступила на твёрдый перон, ведомая жаждой духовных переживаний. До чего жаркий выдался сентябрь. Я опустила с головы солнцезащитные очки и побрела вперёд. Ну, «Камелья ди Пьетри», веди меня!

Сразу за станцией шла тропинка, как мне казалось, верная. Только обрывистая и слишком узкая, на форуме описание было другим. Значит, я свернула не в ту сторону. Окей, Ася, поворот назад, дубль два. Пошла влево. Похоже, теперь я была на верном пути. Почувствовала, что кругом – ни души, разве что, кроме души самого леса. Здесь, в окружении деревьев власть неприлично жаркого сентября поубавилась. Первый монстр, с которым пришлось сражаться – страх одиночества. Я одна в лесу. Представляла, что могу заблудиться, встретить медведя, маньяка, лепрекона – да кого угодно! Вся намедитированная чистота сознания рассеялась и я осталась настоящей, обнажённой трусишкой-Асей. «А стоит ли являть „Камелии“ свою трясущуюся суть?» – спрашивала себя я. Ответила, что стоит. «Будь что будет, Ася, иди к цели и не тормози. Ты уже здесь. Поздно бояться» – говорила я.

Прохлада леса работала недолго, от того, что я шла вверх, становилось жарче. По пути встретился родник. Я вылила тёплую воду из своей бутылки, чтобы набрать родниковой. И как же я была права! Свежая, прохладная, она наполнила силой идти дальше. Я осмотрелась вокруг и поняла, что в таком месте не нужно бояться медведей и лепреконов. Здесь хорошо. Рядом с родником лежало поваленное дерево. Его покрыл мох и обвили зелёные листья, сквозь которые проникал золотистый свет. Я уловила в этой картине волшебство, мне даже померещился край веночка лесной нимфы, которая пряталась за деревом, и послышались отголоски её звонкого смеха. А, может, и водичка тут волшебная. Всё-таки, пора продолжать путь.

Я дошла до двух раскидистых елей, как описано на форуме. Справилась за тридцать минут. Надо же, какая я быстрая. Дальше по плану поворот направо, к месту бывшего храма, чтобы успокоить мысли и подготовиться ко встрече с силой.

В висках стучало, понемногу начинала кружиться голова. В теле ощущалось удивление, ему непривычно идти под наклоном. С каждым шагом вдохи становились глубже и сложнее. Лицо горело. На подходе к храму должна быть отвесная скала, я столько прошла, но не видела её. Может, что-то не так? А те ли были ели? Сомнения понемногу заглушали щебет птиц.

Путь преградил камень, вправо вела протоптанная дорожка. Меня потянуло туда Поддавшись импульсу, я пошла. «Главное – запомнить дорогу назад» – прошептала себе.

Тропинка привела к деревянному столу. Я остановилась и прислушалась: вдалеке слышны волны, разбивающиеся о берег. Пробравшись сквозь деревья, я вышла на плато. Это был шаг в место без времени. От увиденного пробрала дрожь. Так сквозь тело проходит осознание величия природы. Так в душу врываются моря, волнами смывая страх и наполняя её спокойствием вечности. Я увидела больше, чем острые вершины и зелёные равнины, я увидела больше, чем лазурные бухты и розоватые пески. Это было пространство. Необъятное, спокойное, свободное пространство. Подчеркнутое снизу синим, плещущимся, сбоку серовато-белым, с пушистой зеленью, а сверху – голубым, с редкими белыми облаками. Подсвеченное золотом пространство… А я – маленький человек у обрыва, пытающийся поместить в себя безграничное настоящее, как сегодня утром бутерброды в рюкзачок.

Я фотографировала это место камерой и сердцем. Я запоминала ощущения от горячего камня, на который присела, чтобы мысленно возвращаться сюда и питать от него силы. Если моё сердце и было каменной камелией, то теперь оно расцвело живым, настоящим цветком. Я нашла своё место силы. Личное, не описанное на форумах и в древних преданиях. Как Кастанеда, катающийся по полу у Дона Хуана.

Вдруг, кто-то обратно включил время. Я поняла, что пора идти назад к камню и подняться на вершину, к храму. Вернувшись, я прошла по извилистой тропинке от камня я наконец увидела скалу. Ура! Схватившись руками за выступы, полезла вверх. Вскарабкалась. В висках уже не стучало, в них бешено колотило, перепуганный организм кричал: «Что ты творишь?! Место твоей силы – кровать с ортопедическим матрасом, а не вот это вот всё! Угомонись! Поехали домой»

Я переключила внимание на щебет птиц. Такая уловка недолго, но работала. Оглянулась вокруг. Я вижу «Камелию»! Вон лепестки! Только… она не там, где должна быть. Я заблудилась. Пошла не туда. Те ели оказались не те.

Бежала. Бежала. Бежала назад, к двум зелёным деревьям, пошутившим надо мной. Пальцы ног стирались с каждым шагом, икры твердели, казалось, начиная с них я сама постепенно превращаюсь в гору. Через пятнадцать минут прибежала к тем самым елям. Они склонились друг к другу, как две коварные подружки. Перешёптывались и, поглядывая на меня, смеялись.

Мне некогда выяснять с ними отношения, я бежала вверх. Уже далеко за полдень, а я ещё не дошла до «Камелии» и не знала, когда дойду. А ещё нужно идти назад. Боялась, вдруг, заблужусь и останусь на ночь? Кто меня будет искать? Как объяснить, где я нахожусь?

Выше и выше, круче и круче, больнее и больнее. Остановилась у дерева подышать. Снова побежала вверх. Десять минут, двадцать, тридцать. Хруст веток под ногами, сухость в горле, ни души в лесу. Я выпила воды из бутылки и вылила остатки на голову. «Камелья ди Пьетра», ты шутишь? Почему ты от меня скрываешься, я же хорошая! Что во мне не так?» – забеспокоилась я. Неужели снова пошла не тем путём?

Отчаяние пробиралось мокрыми холодными пальцами в душу, но оно не знало, что мокрое и холодное было мне на пользу. Я решительно ринулась вперёд.

Впереди была высокая земляная насыпь, а чуть ниже неё поваленное дерево. Я забралась на ствол, подтянулась на свисающих ветках и забралась на вершину. Ах! Впереди стояли две гигантские, по-настоящему большие ели. Вот это они! Хотелось упасть на траву и неподвижно радоваться. Но у меня не было столько времени. Его было так мало, что я решила уже не подниматься к храму.

Пошла к алтарю. Лепестки Камелии были высотой с самые высокие ели. Я поняла, что найти алтарь не так-то просто. По сути, это были камни, находящиеся далековато друг от друга, не так, как казалось на фото. Увидела тропинку, ведущую к одному из камней. «Скорее всего, это и есть тропа к алтарю, к нему больше всего посетителей».

Откуда-то взялись силы. Как кошка по дереву, я вскарабкалась на камень. На вершине лежали фрукты, цветы и конфеты. Алтарь.

Я положила свой листочек с мандалой, села в позу лотоса. Мысли-кузнечики. Успокоиться не удавалось. Я подумала о том, что больше всего мне бы хотелось идти по своему настоящему пути. Со своими близкими по духу людьми.

Домой меня провожал закат, а у порога встретила ночь. Болела голова, но сердце стало на место. Так радостно было, что я проделала этот путь.

Октябрь 2015 года. Моё море

На мне: драные джинсы, свитшот, кроссовки. В наушниках Noize МС «Моё море»

– Сколько за билет?

– Четырнадцать евро.

Четырнадцать евро должны стать моим спасением. Я отдала их с надеждой на то, что меня отвезут туда, где всё закончится. На море. Хорошо жить неподалёку от курортной деревеньки. Хотела смыть с себя печаль. Хотела душ для души.

Несмотря на осень, в маршрутке жарко и душно. Заняты все места, два парня ехали на деревянных табуретках. Предприимчивость местных водителей забавляла. Ехать около сорока минут. Почти двадцать три цента в минуту, я посчитала.

Я испачкалась, сильно. Нет, драные джинсы, свитшот, кроссовки – всё чистое. У людей почти всегда дерутся мысли в голове. Если говорить о моих мыслях – это бой в грязи.

Волны должны меня успокоить. Это вода, учёные говорят, она имеет свойство успокаивать. Хотя я ничего не слышала об успокоении людей, чьё беспокойство больше, чем море. Или об успокоении людей, склонных к утрированию.

Набережная пустовала. Не было щемящего голову невозможной громкостью «It’s going down for real», перекликающегося с «Take me to church» из соседней забегаловки и догоняющего, напоследок, «Cosa sei, cosa sei, cosa sei…» из караоке бара. Нет краснолицых мужчин в рубашках с пальмами и женщин в коктейльных платьях и шлёпанцах.

Батут загадили голуби.

Ощущала себя сталкером. Мне нравилась эта тишина, я как раз приехала побыть одна. Вернее, была одна встреча, которой я жаждала, но она вряд ли возможна. Я прошла вдоль деревянного забора, к пирсу. Ступеньки вели прямо вниз, к морю. Прохладно, но блики солнца на воде создавали ощущение лета. Я была здесь летом. Тогда всё ещё было хорошо. Или я более умело обманывала себя, что всё хорошо, а сейчас растеряла актёрский талант.

Сняла кроссовки и опустила ноги в воду. Хотелось бы тихого чуда, чтобы тот, о ком нельзя думать, безмолвно подошёл сзади и присел рядом. Он бы тоже снял обувь и опустил ноги в воду. Мы бы сидели и вдыхали соль. И счастье.

Вечером позвонила хозяйка квартиры, которую мы арендовали. Сказала, что Свят уже третий месяц не платил за жильё. Позвонила ему. Он сказал, что разберётся. Разобрался. Через два дня мы переехали на новую квартиру. Снова всей большой семьёй.

Я уже потеряла надежду на то, что когда-нибудь у нас будет свой маленький уютный мир. Хотелось бежать, бежать без оглядки.

Вместе с осенью, мы непрестанно лили дожди. Она из туч, я из глаз. Хотелось выпорхнуть в окно и встретиться с асфальтом, как жёлтый лист. Так всё достало. Внутри меня назревал шторм. Я подготовила речь.

– Свят, я больше не могу. Нам бы вырасти уже, да жить самостоятельно. Родители – святое, но нужно развиваться. Мы снова переехали все вместе. Ты только обещаешь. Я знаю, что у тебя и так хватает проблем, но я истощаюсь внутри.

– Ась, есть возможность переехать. Потерпи немного, всё будет.

– Просто может случиться так, что мне уже не надо будет.

– Ты самое дорогое, что у меня есть. Я не представляю жизни без тебя. Я на всё готов.

На всё, да не на всё.

Я стала много гулять по улицам, лишь бы меньше времени проводить дома. Там раздражало.

Свят как-то сказал маме, что мы планируем в будущем переезд, на что она с досадой произнесла: «Это чем же я тебя так обидела?» и сутки прорыдала в своей комнате.

Я даже не разбирала вещи после переезда. Они так и стояли в сумках.

Одним из октябрьских вечеров мне предстояло вновь встретиться с фотографами, чтобы обсудить работу над новым представлением. Когда я собиралась, позвонил Свят:

– Ась, ты, это, не бери трубку если будет звонить Дима или его любовница. Вообще, не бери трубку с любых номеров.

– В смысле?

– Так надо.

Очередной вздох, очередная мысль: «Когда всё это закончится?». Трубку не брала, как просил Свят. Хоть телефон разрывался. Пошла на встречу. Свят прислал смс: «Всё, уже можешь отвечать на звонки». Надо же, какое счастье.

Вечер в компании Летиции, Антонио, Катрины и Риты проходил приятно. Я отвлеклась на обсуждение пьесы. Как вдруг позвонила любовница Димы:

– Ну и? Какого хера мы не берём трубку, а?

– В ванной была, – спокойно ответила я.

– А перезванивать мы не умеем?

– Ты что-то хотела?

– Уже ничего, но ты трубочку научись брать, ага?

Скорее всего, с уголка моего рта тоненькой струйкой уже стекала пена. Не от капучино. Ася в бешенстве. Я быстро попрощалась с ребятами и вышла навстречу к Святу, который был неподалёку. Подошла к нему.

– В жопу всё! – кричала я на всю площадь, – В жопу деньги, в жопу бизнес, в жопу шмар твоих!

Это была истерика.

– Останешься со своими деньгами один на один, с ними живи!

Свят ошарашенно наблюдал за мной.

– Тише, тише, что случилось?

– У суки этой спроси, что мне звонила, пусть разговаривать научится сначала!

– Объясни, я разберусь.

– Подстилка Димина предъявляет претензии, что я трубку не брала. Ещё и грубым тоном.

– Давай я позвоню, поговорю с ней.

– Проехали, – я начала успокаиваться. Приятно одно – Свят всегда готов постоять за меня. Почему я не могла так ответить ей лично?

– Мне так осточертело всё это, Свят. Я не могу уже, правда.

– Скоро закончится всё, Ась. Я сам уже не могу.

На следующий день он повёз меня смотреть квартиру, в которой мы якобы будем жить. Уже договорился с хозяйкой, что оставит задаток. Вернее, так сказал мне.

Ноябрь 2015 года. Что-то пошло не так

На мне: зелёная пижама со слониками. В наушниках: 5Nizza I «Believe In You»

Источник. Я решила, что источник реальности – я. А потому могу повлиять на весь мир, только бы наладить расстроенное пианино души. Я поддержу Свята, во что бы то ни стало.

Танцевала. Каждое утро я клала телефон в карман, вставляла наушники и танцевала. Это целая терапия. Правда, сжимало то, что Джэгода могла зайти в любой момент. Мы так и не переехали, хозяйка той квартиры позвонила и сказала, что не дождалась задатка и сдала квартиру другим людям.

Свят отвёз на свой офис фотоаппарат и ноутбук. Теперь у меня поубавилось занятий. Поэтому я читала. Брала у Ники книги. Мне здорово помогали Зеланд и Ошо.

Готовила. Каждый вечер старалась встретить Свята новым блюдом. В Италии я научилась кухонному творчеству. Лазанью сменяло тирамису, затем следовали каннеллони, паста болоньезе, бискотти.

Я больше не высказывала ему претензий и недовольств. Изо дня в день добывала из недр души силы, чтобы поддержать его в это нелёгкое время. Последние триста евро потратила на рубашку для него. Просто так, чтобы поддержать.

Вчера вечером сделала массаж ног с маслом лимона.

Однажды Свят позвонил и сказал, что ему срочно нужны три тысячи евро. Дома таких денег не было. Джэгода продала свои украшения, чтобы выручить его.

На следующий день я пришла в общину, Катрин встретила меня вопросом:

– Ася, почему Свят не возвращает людям деньги?

– Какие деньги?

– За услуги. К нему обращались люди из нашей общины, он не довёл до конца то, что обещал. Бухгалтер ваш тоже трубку не берёт.

– Какой бухгалтер?

– Женщина с необычным именем. Что-то на Джэ.

– Я ничего не знаю об этом.

– Поговори с ним, пожалуйста, – холодно сказала Катрина.

Как же неловко. Кажется, я только что потеряла друзей. Да ещё и непонятная история со Святом. Похоже, это те самые люди, которые писали ему смс с угрозами. Недовольные клиенты?

Вечером Джэгоде позвонила хозяйка новой квартиры и напомнила об оплате. Денег не было. Я не могла уснуть всю ночь. Мысли терзали. Последнее время я спала, крепко сцепив челюсти. Я боялась, что как-нибудь утром не смогу открыть рот. Ника говорила, что это соматика сильного напряжения.

Наутро я решила пойти продать свои украшения. Мне было страшно оказаться на улице, без жилья. Ноябрь непригоден для ночёвок под открытым небом.

Брела по городу, как в тумане. Голова не соображала. Я не понимала, на каких остановках выходить и куда я еду. Позвонил Свят, сказал, что всё решит и не нужно ничего продавать.

Страхи плотно облепили меня. Мой психологический иммунитет полностью ослаб. Я боялась бандитов, полиции, бомжевать на улице, сойти с ума от этих страхов.

Снова пришло время поговорить со Святом.

– Слушай, мне в общине рассказали, что ты кинул людей на деньги.

– Да никого я не кидал. Я же говорю, недовольные. Сами не знают, чего хотят.

– А зачем маму втянул?

– У меня времени не было, надо было, чтобы кто-то деньги забрал у клиента. Асич, перестань меня доставать. Я делаю всё это для семьи, я стараюсь, понимаешь? Тут недёшево жить и кто-то должен вас обеспечивать.

– Свят, ну не будет добра от нечестных денег!

– Я сам разберусь.

Декабрь 2015 года. Побег

На мне: болоньевая куртка, утеплённые джинсы. В наушниках: «Трансерйинг реальности. Шелест утренних звёзд»

Мир, реши всё за меня. Возьми меня за холку и поставь на верный путь. Я просто уже не знаю, что делать.

Так я сидела у окна и клянчила перемены. Позвонила Ника.

– Ася, как дела?

– Да, живу. Пока на этом всё. А у тебя?

– Сегодня важный день для энергетических практик. Мир переходит на новый уровень вибраций.

– И что теперь будет?

– Все начнут потихоньку становиться на истинный путь. Только это может случаться через болезненные события.

– Чудесно.

Как интересно совпало. Только я переложила ответственность за свою жизнь на мир, как тут оказалось, что день для этого – идеальный.

Вечером мы со Святом прогуливались по парку.

– Как ты смотришь на переезд? – вдруг спросил он.

– А куда?

– Не знаю ещё, поближе к Родине. Мы пока обсуждаем с Олегом и Виталием.

– Внезапно, конечно, но мне кажется, это шанс исправить жизнь. Последнее время стало очень тяжело.

– Да, я тоже думаю, всё наладится, – Свят улыбнулся, – осталось только родителей уговорить. Они не знают ещё.

– Им тяжело будет. И так с места на место таскаемся. А если они захотят остаться?

– Нельзя.

– Почему?

– Тебе не нужно этого знать.

– Хоть там, надеюсь, мы отдельно от родителей будем жить? Я знаю, моё нытьё надоело тебе, но мне уже нужен кровельщик. Потому что крыша моя съезжает. Уже четвёртый год пошёл, как ты обещаешь.

– Да, я обещаю тебе. Выезжаем в субботу. Завтра точно скажу, куда.

Окей, это значит, в пятницу я успею сходить в однодневный поход в горы. Вечером собрала вещи для переезда.

– Свят! Я ещё раз тебе говорю: мы с Сашей никуда не едем, – с кухни доносился голос его матери.

Я чуть приоткрыла дверь.

– Надо ехать. Тут никто не должен остаться, – ответил Свят.

– Кого ты боишься? Ты можешь сказать, почему мы уезжаем?

– Пока что не могу, просто слушайте меня!

Я услышала, как Джэгода швырнула столовые приборы в мойку.

– Значит так, драге мой, мы или остаёмся здесь или едем в свой дом. Точка! – свирепо закричала она.

– Что, Свят, напорол боков? А я говорил, говорил, что эти Димы твои – уроды вонючие! Всё, обосрался? Мы что, всю жизнь теперь бегать от них будем? – Выскочил Александр Сергеевич.

– Да нас порешают всех нахер, как вы не понимаете? – всегда спокойный Свят вдруг вспылил.

– Кому мы нужны? Тебя, как дурака, запугивают! – было слышно, как брызжет слюна из уст Александра Сергеевича.

Кажется, пора вмешаться.

– Послушайте! – вышла из комнаты, облокотилась на лутку.

– Давайте так: мы сейчас просто уедем отсюда, буквально, на месяц, а там решим, домой ехать или куда-то ещё. Я сама не знаю, что у них там стряслось, – показала на Свята, – но, видимо, уехать действительно важно. Мы-то всего не знаем и не можем оценить масштаб проблемы.

Родители молчали. Александр Сергеевич вышел на балкон покурить, Джэгода смотрела в стену, даже не пытаясь вытереть слёзы, которые катились по щекам.

– Хорошо, давайте уедем, – произнесла она тихо. – Не зря Морфей вчера по шкафам лазил. Он там никогда не был. Намекал, вещи пора собирать.

Иногда мне казалось, что я втайне от себя владею гипнозом. Одной маленькой речью без веских доводов мне удалось невозможное.

Я собрала почти все вещи. Сегодня нужно лечь спать пораньше, может, схожу в поход завтра.

Слишком, слишком мрачно и дождливо для раннего пробуждения. В такие дни не то, чтобы проснуться пораньше, – вовсе не хочется покидать постель. Сегодня не пойду в горы. Объявила этот четверг традиционным еженедельным днём лени. Пошла праздновать чаем. Пакетированным, естественно. Кто в день лени заваривает в чайнике?

Джэгоды не было дома, она умчалась покупать корзинку для транспортировки Морфея. Александр Сергеевич на работе. Приятно оставаться дома одной в такой праздник.

Это самый короткий праздник на моей памяти. Джэгода вернулась через десять минут, а затем позвонил Свят:

– Ася, мы выезжаем сегодня.

– Что? Куда? Почему? Подожди!

– Всё, давай, позже объясню!

Блин, что стряслось?

В соседней комнате играл телефон Джэгоды. Если я попаду в ад, рядом с моим котлом будет вечно играть этот рингтон. Одна ассоциация – страх. Последнее время ей часто звонили и требовали вернуть деньги, а она угрожала суицидом.

Через полминуты я услышала истошный вопль из её комнаты.

– Свят, что ты делаешь с нами, Свяяяят! – она рвала горло до хрипоты, срываясь на слёзы и визг. Я выбежала из комнаты. Увидела, как она швырнула телефон на кровать. Боялась подходить к ней. Боялась, что у неё снова случится приступ, я даже не знала, как помочь.

– Божееее, – она ухватилась за голову.

Джэгода ещё не успела переодеться, в одних колготках забегала по дому, закидывая в сумки первое, что попадётся.

– Я же не собирала, не собирала ничего ещё, – кричала она.

Мысли устроили марафон в голове и бегали одна впереди другой. Стол и мойка завалены жирной посудой. Куда девать технику, мебель? Мы не увезём всё сейчас. Оставить хозяевам квартиры на память? Услышала грохот в спальне. Забежала.

– Я не могу таааак, не могу большеее. Я не знаю, что делаааать, что брать, как всё везти. Боже, Свят, зачееееем? – Джэгода беспомощно сидела на полу в спальне и рыдала.

Мне стало жутко.

– Может, воды? Таблетки? – не знала, чем ещё помочь. Принесла воды, Джэгода выпила своё лекарство.

Я пошла мыть посуду. Свят уже должен приехать, Александр Сергеевич тоже, он привезёт машину, на которой мы уедем.

– Сколько мы вам должны за полмесяца? – слышу голос Джэгоды в спальне. Похоже, говорила с хозяйкой.

Написала Святу смс: «Где ты?»

Свят: «Долбаные пробки, в центре стою. Пешком бы дошёл уже»

Я: « Свят, что случилось? Почему сегодня?»

Свят: «Потом расскажу всё»

Я: « Ну, блин, страшное что-то?»

Свят: «Нет, не бойся»

Да как не бояться? Ещё немного – и я заревела бы посреди комнаты, как Джэгода.

Спустя пол ужасных часа, которые казались полной ужаса вечностью, зашёл Свят. Бледный и беспокойный.

– Свят, что творится? – мать кинулась ему навстречу, – объясни мне! – она снова разрыдалась.

– Всё под контролем, нам просто нужно уехать побыстрее – и всё будет хорошо.