Текст книги "Статус: Само собой - Клинок системы (СИ)"

Автор книги: Ascold Flow

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц)

– Сделаю, господин, – прошелестел дух. – Найду и покажу всех…

– Главное, сам не засветись. Охота любит тишину. Найди их верхушку, вычлени для меня связи между основными членами Лиги тут и на ваших базах. Я хочу нанести один удар, но такой болезненный, что он парализует их работу по всему городу, а то и королевству.

Корвен лишь кивнул и отправился в тени искать своих бывших коллег.

Оба духа исчезли. И Алиса решила поискать приличные рестораны на будущее, а заодно пополнить запасы кладовых. Я выдал ей местную валюту, пусть оставляет взамен. Мы же не воры какие-то.

Сам переместился за закрытую крышу той же казармы и наблюдал за городом уже с этой позиции.

Миасса – шумный город. По городским улицам ползли сотни телег, шагали десятки големов. Вдалеке был слышен свист гремлинских барж, перевозящих грузы в куда большем количестве, чем мы привыкли таскать на своих кораблях. Всё-таки они сильнее развились в этом мире. И как только к ним с их технологиями не пришли Часовые? Или они приходили и уже всё, что потенциально было слишком опасным, забрали…

Наблюдать за гремлинами было интересно. С одной стороны, я ощущал радость за то, что я человек. С другой – за державу было обидно… Это же гремлины! Почему у них есть так много всяких интересных штуковин, в то время как мы в каком-то отсталом средневековье живём⁈

Да, я понимаю, что за восемь лет продвинутую цивилизацию не построить. Мы, люди с Земли, лишь недавно пришли и постепенно укрепляем свою власть и позиции, начинаем продвигать прогрессивные идеи, но наш прогресс сыграл с нами плохую шутку: мы потеряли те нити раннего этапа перехода от средневековых технологий к промышленной революции и воплотить это здесь не смогли. Так ещё и магия, насколько я знаю, мешает заново создать электричество: оно становится слишком живым и неконтролируемым, прям как заклинания стихии молнии. Так что проблем у нас много, начиная с того, чтобы доказать, что нас тоже стоит слушать. На это ушли первые годы карьеры Архонтов с Земли.

Я вспоминал Домен и думал о прошлом, настоящем и будущем… И время пролетело в один миг. Незадолго до заката вернулся первый из разведчиков с докладом.

Гарвин поклонился мне и тихо заговорил, опасаясь находившихся в казарме солдат гарнизонной стражи:

– Город наводнён, господин. Я насчитал за день больше сорока и бросил считать. Это только те, кто попался на глаза. Торговые дома, цеха, стража, канцелярии… Во дворце их больше всего. Из ближнего окружения короля наши минимум в каждом втором кабинете. Писари, лекари, счетоводы казначейства, начальник дворцовой почты. Я такой плотности не встречал даже в Оплоте.

– Кто держит сеть?

– Это главное, господин… – Гарвин помедлил, что для него было равносильно крику. – Все нити уходят в одни покои. В опочивальню королевы-матери. Вирза Игс – глава местного филиала Лиги, и фактически она же, пусть и прикована к постели, управляет страной.

Корвен, подтянувшийся к концу доклада, только сухо дополнил, что курьерская сеть столицы завязана на дворцовое крыло королевы-матери, точки передачи обновляются раз в неделю, а маршруты уходят не только по Тизалии, но и на запад, к горам. К нашим горам…

Я опустил бинокль и некоторое время смотрел на золотящийся в закате дворцовый холм. Вот тебе и парализованная старушка, двигающая полкоролевства из постели.

Сестра Зиркса, мать короля и глава филиала Лиги в одном лице. Женщина, которая за неделю успела убить прежнего короля и захватить трон… Думаю, не своими силами она это сделала. За любой революцией в этом мире кроется след Лиги Тени. По крайней мере из тех, что меняют устройство целого королевства. А теперь она лежит в самом охраняемом крыле самого охраняемого дворца страны…

«Она мне почти нравится, – задумчиво отозвалась Алиса на мои мысли. – В смысле, как противник. Столько лет водить за нос целое королевство, не вставая с кровати, и избегать покушений…»

«Семейка Игсов вообще щедра на таланты. Один гений-механик, одна отравительница и серый кардинал на троне… Зиркса ждёт весёлое воссоединение с роднёй».

«Ты ему расскажешь? Про сестру?»

«Всё расскажу. Но сперва надо спутать планы Лиги. Осталось придумать как…»

Глава 10

Ближе к ночи я сменил место наблюдения: про ворота мне всё было ясно, а вот узнать, что из себя представляет дворец, очень даже хотелось. Поэтому я искал самую высокую и вычурную башню, выбрал одну из главных достопримечательностей города и переместился под её своды. Я стоял и спиной ощущал дуновение ветра от постоянно двигающегося исполинского механизма часов.

Вблизи выяснилось много разного и интересного, начиная с того, что фон на часах – это герб страны. Культурненько, нечего добавить… Шестерни ворочали позолоченные фигуры по кругу, и каждые полчаса башня вздрагивала всем корпусом, отбивая время, и к рассвету у меня уже гудело в голове.

Не лучшее место я выбрал… Но сюда без крайней нужды вообще никто не сунется.

С восходом солнца проснулась и столица. Первыми загрохотали по улицам хлебные повозки, следом высыпали разносчики с лотками, и город привычно загудел. Я жевал остатки мяса из собственных запасов, радуясь, что, попав в город, Алиса перестала резерв провизии подъедать. Иначе мне уже было бы нечего есть.

Идти на штурм дворца я не планировал. И дело не в его защите. Гвардейцы местные мне на один зубок – в этом я уверен. А с их волшебными консервными банками в виде големов я что-нибудь тоже придумаю. Уверен, их не так уж и сложно сломать. Проблема как раз в том, что нужно провернуть всё таким образом, чтобы обо мне никто не узнал. А значит, поработать мне придётся методами Лиги. Буду использовать тень и чужие руки. Наверняка в городе хватает тех, кого обидели лиговцы, захватившие власть в королевстве через подставных лиц.

Мне нужен свой гремлин. Дворец снаружи я осмотрел, крыло королевы-матери глазами Алисы – тоже. Проникнуть внутрь можно, но действовать придётся осторожно.

Постепенно в моей голове начал проклёвываться план. Нужно лишить Лигу главы филиала и заставить их паниковать. Только вот убивать прикованную к постели женщину как-то не очень благородно… И идти в её покои, где в каждой второй тени сидит наблюдатель, чересчур авантюрно.

Вирза годами не покидает покоев, и выковырнуть её из сердцевины дворца незаметно не получится. Даже с маскировкой шуму это наведёт, и не факт, что это принесёт мне пользу. Надо узнать её слабости…

Я призвал Реликварий, и тяжёлая книга раскрылась в утреннем полумраке.

– Гарвин, план меняется. Вчера ты искал лиговцев. Сегодня ищи их жертв.

Тень поднялась со страницы и застыла в поклоне, ожидая уточнений.

– Могилы? – спросил он.

– Нет, эти нам уже не помогут. Тех, кто был ими сильно обижен и обделён, кто раньше был при власти. Не факт, что мы такого гремлина найдём, но постараться стоит. Слушай лиговцев, собирай сплетни. А там посмотрим, есть ли такие… Я понимаю, что гремлинским ты не владеешь, но иногда достаточно просто проследить за теми, кто считает, что забрался на вершину мира, и проверить тех, кого они ненавидят.

– Сделаю, господин.

Я вызвал ещё одного бойца невидимого фронта.

– Корвен, с тебя перекрёстная проверка. Занимаешься тем же самым.

Дух курьера склонил голову и утёк следом за Гарвином. Работают красавцы. Того и гляди, скоро отпускать их придётся… К счастью, кандидаты на их замену каждую стычку с Лигой появляются.

Алиса материализовалась неподалёку с накрытой полотенцем корзинкой, и до меня донёсся аромат булочек.

– Держи и не смей говорить, что я о тебе не забочусь! Местная выпечка должна быть лучшей во всём королевстве. Монеты, как ты и просил, оставила на прилавке, всё честно.

– Спасибо, красавица моя… А ты что-нибудь нашла? Какой-нибудь секрет, который мы сможем против них использовать? – поинтересовался я.

– Секретов полно, и большую из них часть я уже записала в книгу рецептов. Но, чем тебе это поможет, я без понятия.

– Ну, тогда будем ждать разведку антилиговской коалиции, – улыбнулся я, кусая вкусную свежую булку.

До полудня я занимался тем, что тайно путешествовал по городу, ныряя из тени в тень. Миасса разворачивалась передо мной квартал за кварталом, и чем дольше я смотрел, тем больше убеждался, что здесь нечто вроде нашего ренессанса. Именно в плане архитектуры, как если бы Леонардо да Винчи был гремлином и своей рукой начертил каждый второй дом и подворотню. Про механизмы я вообще молчу.

У монетного двора работал печатный дом. Из его ворот каждые полчаса выбегали мальчишки со стопками свежих листков, и уже через квартал эти листки расходились по медяку за штуку. Один я стянул с лотка, оставив монету, и по слогам одолел заголовок. Что-то про пошлины на южных шлюзах и про скандал в весовой палате. Городские сплетни, отпечатанные тиражом в тысячи листов.

Отправив газету в кольцо, я двинулся пустынной дорогой, полной нечистот, в сторону набережной. Там заметил внушительных размеров очередь. Полсотни гремлинов жались к стене здания с гербом в виде шестерни и пера, и почти каждый прижимал к груди ящик или свёрток. Патентная контора или что-то подобное?

Пока я наблюдал, очередь дважды перестраивалась после драк, а писарь у входа в открытую торговал местами поближе к двери. Из дверей за это же время вышел один счастливец с грамотой и трое – с пустыми руками. Изобретатели ждут неделями, чтобы чиновник за минуту похоронил их работу… Из таких очередей и вырастают Зирксы. Им проще уйти в руины к монстрам, чем что-то доказывать родной короне. Домену бы половину этой очереди, я бы их лично на работу взял.

У южных пристаней ворочались водяные подъёмники, разгружая корабли за счёт силы воды и механики – никакой магии. На Земле я такого не помню, но, может, это просто мимо меня прошло, и теперь я стою да пялюсь, удивлённый больше, чем от встречи с высшими демонами.

За каналом начинался финансовый квартал с банками, ростовщиками, лавками, и я туда решил не заходить. От количества гремлинов в этом месте даже мне стало дурно. Не люблю такие толпы. Плюс ко всему, в самых крупных из них заведует делами прикормленный Лигой ушлый ростовщик.

Со стороны всё это складывалось в картину до странного знакомую… Убрать дым, поднять жителей на сантиметров тридцать, и получится город из Земного учебника истории. Какая-нибудь Флоренция или Амстердам времён первых мануфактур: кругом каналы и цеха, а поверх стен – печатные листки со сплетнями.

К полудню я вернулся к часам, готовясь закрыть уши, чтобы не оглохнуть. Там же меня нашёл Гарвин с докладом. Список у него получился короткий, но хотя бы кого-то он сумел найти, а это уже радость. Есть с чем работать.

– Трое, господин. Первый – отставной капитан дворцовой гвардии. Выгнан за спор с казначейством. Дворец знает наизусть, власть ненавидит громко. Пережил семь покушений за последний месяц.

– Слишком привлекает внимание… Кто ещё?

– Вдова советника весовой палаты. Умна и вхожа в приёмные королевского дворца. Однако её сын сам стал лиговцем…

– Отпадает. Третий?

– Старик из Коллегии Мастерства, господин. Мадрок Крылец. При короле Зогране был смотрителем развития короны и главой этой Коллегии. Сейчас он писарь при комиссии, заверяет чужие протоколы. Чист. Семьи нет. Больше нет… Старику, правда, говорят, что они живы, и, если он будет работать как следует, их однажды вернут. Но возвращать там уже некого…

Чего ещё ожидать от этих ублюдков… Пойду познакомлюсь с этим стариком, пожалуй.

Корвен нагнал меня по пути и тоже произнёс его имя, добавив к сведениям факты постоянного шантажа и периодических избиений. Одно из таких произошло буквально вот только что, на его глазах.

Найти бедолагу удалось на рабочем месте. Побит и, судя по взгляду, сломлен окончательно. Он сидел в просторном дворе, расчерченном под испытания мастерства. Гранитные подставки под произведения инженерного искусства, водоёмы, тяжёлые грузы для испытаний, боевые манекены, многие из которых были сломаны. Он как раз чинил один из таких. Ну, как чинил… Делал вид, что ковыряется, а сам смотрел глазами в пустоту.

Вскоре его вызвали в кабинет начальника, и он, вытерев руки о собственный рабочий камзол, безвольно подчинился и двинулся по лестнице наверх.

Я уселся в тени колонны. Алиса посеменила следом за ними, и её глазами я увидел очередной разнос старика, будто ему и без этого было мало. Ссадина на щеке и разодранная до крови рука и так намекали, что ему досталось.

В кресле восседал, словно король на троне, какой-то гремлин-сопляк. Молодой для такого кресла, холёный, самодовольный. Из-под крыши здания переместился сгусток тени и превратился в Гарвина.

– Там старшина Коллегии Крунст. Он одна из сошек, подставная фигура Лиги. Он собирается…

– Понятненько… Я вижу, что там происходит. Продолжай наблюдение по периметру, чтобы меня не вычислили. Место тут закрытое, но всё равно. В тенях сидеть неудобно: ману сжирает. Пойду наружу.

– Да, господин.

Вообще, смотреть на мир из тени очень интересно. Там обостряются одни органы чувств, включая чувство магии, а некоторые отключаются. Запахов нет, осязания тоже, зрение становится контрастным, чёрно-белым.

Я вернулся в зал и глазами Алисы продолжил наблюдать за разворачивающейся сценой. У края стола сгорбился старик.

– Почему ты не поставил допуск мастера Жоты? – суровым тоном, покачивая ногой и ковыряясь в носу, поинтересовался Крунст.

– Бездарность он, ваше благородие… Чтобы его голем заработал, надо всё уничтожить и создать заново, – ответил старик, опустив глаза в пол.

– Я что, спрашивал твоего мнения? Я спросил, почему допуск не стоит. Он заплатил огромные деньги и ждёт, пока мы выдадим ему лицензию. Мне что, понизить тебя до подмастерья, старый дурак? Лошади в загонах менее упрямые и более смышлёные, чем ты!

Крунст поднялся из-за стола, не вынимая пальца из своего «гнёздышка», подошёл и зарядил второй рукой пощёчину заслуженному мастеру. Затем вытащил бумагу из ящика стола и швырнул под ноги подчинённого.

– Ты либо делай, что я говорю, либо жди возвращения своей поганой семейки. По частям! Убирайся! Поставишь печать и подпись и принесёшь лично мастеру Жоту, ублюдок старый.

В конце, чтобы, видимо, ещё больше самоутвердиться, засранец ногой наступил на руку Мадрока, когда тот потянулся за бумажкой, и покрутил сапогом, улыбаясь, как маньяк, при виде болезненного выражения лица старика, стиснувшего зубы.

«Я сейчас ему голову оторву… Вернее, не я, а ты! Иди и убей эту тварь!» – рассвирепела Алиса.

«И тогда к Мардоку будет столько внимания приковано, что он станет для нас бесполезным. Месть – это блюдо, которое нужно подавать холодным. Давай проследим за ним и предложим помощь», – с трудом сохранил я самообладание, помня о своей цели.

Старик, подгоняемый пинками, вывалился из кабинета начальника, с достоинством поднялся, отряхнулся и посмотрел на проклятую бумажку. Никто вокруг не подал ему руки и не помог: все боялись за своё место и будущее. Старик был как прокажённый: поможешь ему – и сам станешь следующей жертвой самодура в кресле главы комиссии.

За Мадроком я двинулся по крышам, не выпуская сгорбленную фигуру из виду. Шёл он долго, прибыл в богатый район, где оставил в дверях лист с оценкой за экзамен и, постучав, пошёл прочь. Если бы он задержался тут хотя бы на минуту, ему бы опять досталось – в этом я не сомневался.

Вместо работы он двинулся куда-то ещё и вскоре оказался в полусгоревшем доме, что явно знал когда-то лучшие времена. Часть его была приведена в порядок. Именно туда старик вошёл и присел на край деревянной кровати.

Посидев минут пять, старик поднялся и зажёг лампу. Приглядевшись, я понял, что это и не дом вовсе, а мастерская. Сгоревшая, правда, и переделанная под что-то среднее, похожее на дом. Верстак во всю стену, инструменты на самодельных держателях. Я забрался на крышу и увидел приоткрытый ящик с механическими латунными птицами, бережно укутанными в солому.

Вскоре пришлось затаиться, так как старик поднялся на лестницу и, проверив свой ящик, вытащил одну из многочисленных птиц на свет. Тяжело вздохнул и, видимо, чтобы другие его не подслушивали, на первичном языке произнёс: «Простите, кажется, ваше время никогда не настанет… Нет смысла нести патент и подавать заявку в комиссию мастеров. Вас либо уничтожат, либо отберут. Для этой страны уже не настанет светлых дней…»

Он вытащил из кармана записку, посмотрел в неё пару секунд, пустил слезу и запихнул в ящик, после чего закрыл. Всё, что я успел разобрать в его гремлинских записях, – это обвинение королевскому дому и главе комиссии, слова про похищение и то, что он знает правду: их уже не вернуть. И раз этой стране он не нужен, значит, и она ему не нужна.

Старик закрыл ящик, спустился вниз за верёвкой и начал наматывать её вокруг потолочной балки.

Дальше я смотреть не стал. Если Система предоставляет нам всем выбор и возможность, то и старику этот шанс тоже выпадет сегодня с моим появлением.

– Добрый вечер, – поздоровался я на первичном, выпрямляясь из тени посреди комнаты.

Мадрок обернулся, увидел человека на две головы выше себя и попятился, прижав моток к груди.

– Так и знал, что даже тени следят… Можете не марать руки, я сам… – просипел он, явно путая меня с лиговскими.

Первичный в его исполнении звучит даже чище, чем у половины Архонтов Домена…

Я протянул ладонь и забрал верёвку, после чего кивнул на кровать, предлагая присесть, достал звукоизолирующий артефакт, прикрыл дверь на улицу и занавесил тряпками мелкие окна мастерской.

– Не угадали. Я не от них. Я против них.

Я подцепил ногой табурет и сел, чтобы не нависать над хозяином.

– Люди в Миассе бывают крайне редко… – Мадрок опустился на край лежанки, не сводя с меня глаз. – А такие, чтобы говорили на первичном и выходили из тени посреди моей комнаты, мне ещё не встречались. Так кто же вы?

– Враг тех, кто держит за шкирку твоего короля и управляет этой страной в своё удовольствие. Для начала этого знать достаточно. Я сегодня наблюдал за тобой, Мадрок Крылец. Та записка в ящике на чердаке – предсмертная, как я понимаю. Устал сражаться в одиночестве?

– Ещё как… Эти проклятые бездарные ублюдки отняли у меня всё. Их интересуют только деньги, власть и удовлетворение своей маленькой прихоти… Они управляют комиссией мастерства, но понятия не имеют, какого это – знать, что ты создал нечто великое, что изменит будущее! И они даже детьми не гнушаются… Они – бездушные твари…

– Ну, отчасти я согласен. Они твари, но не бездушные. Просто душа у них чёрная, грязная, и есть особое удовольствие в том, чтобы заставлять её работать против них же. Я именно так тебя и нашёл в этом городе. И готов помочь тебе воздать по заслугам тем, кто превращает твою родину в помойку, тем, кто забрал твою семью и гордость мастера.

– Это невозможно…

– Убить бога – вот это невозможно. Для смертного… Но, если видишь проблему, можно найти и решение.

Старик потёр лицо ладонями и неверяще посмотрел на меня.

– Возможно, я уже мёртв, и ты просто моя предсмертная галлюцинация… Всё это бесполезно. Они захватили власть над всей страной, а тех, кто хоть что-то хочет исправить, их… Зачем тебе я, человек? В этом городе тысячи гремлинов полезнее. Я – просто уставший старик без власти, без денег, без связей. От меня открестились все!

– И именно поэтому ты подходишь идеально. Мне доложили, что при Зогране ты был смотрителем развития короны.

Старик поднял голову, и в глазах у него впервые появилась жизнь.

– Тебе и это известно… Двадцать два года, человек… Двадцать два года я был вторыми руками короля. Каналы южной стороны и водяные подъёмники у пристаней, половина дворца в его нынешнем виде – всё это чертилось вот на этом верстаке, когда он стоял в другом кабинете… И Коллегию я держал двадцать лет, – продолжал он, поглаживая край столешницы. – Принимал испытания мастерством. Восхождение самого Зограна заверял вот этими руками.

– А потом Зогран умер.

– А потом Зогран умер… – повторил он, и голос у него сел. – И явился Краззик с железом. Испытания не было, человек. Совсем. Мне принесли готовый протокол и велели поставить печать. Красивый протокол, с каллиграфией и подписями свидетелей. Только зал испытаний в тот день стоял пустым, уж я-то знаю: ключи были у меня.

– И ты отказался.

– Конечно, отказался! Это же испытание мастерства! Святая обязанность правителя! Уже к утру я был в подземелье, а мне показали список: имена моих сыновей и адреса их семей. И вежливо предложили уйти самому, по возрасту и слабому здоровью, напоследок подписав бланк признания фактического короля. Здоровье у меня с того дня, как видишь, действительно слабое.

– И что же сыновья? Исчезли?

– Перевелись в другие города по настоянию королевских помощников. Кто отказался, погибли при странных обстоятельствах. Остальные сами сбежали. Они не дураки и знали, отчего всё так вышло. Кто был поумнее, открестились от меня и в семью жены вошли как мастера. Кто поглупее… Я не смог их защитить… Я даже не знаю, кто из них остался в живых. И при этой власти никогда не узнаю…

– Ну так давай сменим её, эту власть, – буднично произнёс я, и старик посмотрел на меня как на безумца. – Одному мне будет сложно, но что, если за моей спиной будет один из величайших мастеров этой страны и целое государство по соседству, а также претендент на престол, наследник идей самого Зограна? Жизнь полна неожиданностей, и сегодня у тебя есть шанс изменить эту страну. Ты ведь железный, я по твоему духу это вижу. Столько лет провёл в сражении с этим безумием и не поддался. Мне бы только понять, как пошатнуть местную верхушку, пока я собираю силы для свержения нынешнего правителя.

– Да что тут думать… Надо лишить их денег, лишить их власти, убить верхушку, изменить законы…

– Законы… Да… – И мне пришла на ум одна идея… – Скажи, по законам до сих пор мастерство и отсутствие шрамов, то есть чистота правителя должны быть идеальными, так?

– Ну да… – с сомнением ответил старик.

– Что, если мы заставим их отменить эти пункты, а затем, когда трон освободится, выставим кандидата, что будет силён как Зорган, опасен и влиятелен, способен железной рукой вычистить безумцев из дворца и навести порядок? Конечно, ему понадобится соответствующий двор, желающий перемен… Но это я возьму на себя.

– Так а как мы заставим их?..

– Ну, давай подумаем… Король сам правит?

– Нет, его матушка, дочка Зоргана…

– Вот в ком корень проблемы. Значит, мы лишим страну этой старой мымры.

– Нельзя её убивать! Лишь она одна может управлять королём. Без неё он станет безумцем! – уверенно заявил гремлин.

– Хм… А если похитить её и потребовать реформ в обмен на освобождение?

– Это не… Мы не… Такое никому… Хм… А кто её украдёт? – Похоже, старый мастер быстро прошёл через все стадии отрицания и загорелся новой идеей.

– Беру на себя. А вот как доставить требования, чтобы Лига не раскрыла их источник…

– А вот это уже беру на себя я, – поднялся старик и стукнул себя кулаком в грудь, после чего резво побежал на чердак и притащил оттуда пыльную коробку. – Вот! Моё незарегистрированное изобретение! Миниатюрные доставщики посланий… Заставить их летать было очень тяжело, и пока я не прибыл в долину парящих камней десять лет назад и не взял образцы камней на изучение… В общем, о них никто понятия не имеет. Я ими занимался редко: работы было много, – а потом вообще вся жизнь с ног на голову перевернулась.

Мадрок провёл пальцем по латунному крылу и принялся их смазывать одну за одной, наполнил маной приёмник и активировал одну. Птица взлетела и раскрыла клювик, ожидая, пока в него вложат что-то. Старик вложил своё же завещание-проклятие, и она стала парить, ожидая, пока он выпустит её наружу.

– И куда она будет доставлять послания?

– Я же её для имперского дворца разрабатывал. Вот туда и будет доставлять. На балкон королевской канцелярии.

– Отлично. Осталось придумать, как выкурить из дворца эту змеюку… Соваться туда мне нежелательно по множеству причин. Вот бы её на свежий воздух, подышать, отправили… Я бы по дороге и перехватил, тайно.

– Дворец… – Старик медленно опустил птицу на верстак и вытащил послание из клюва. – Половину его нынешних коридоров проектировал я. Грузовые ходы и защитные заклинания. Маноприёмники тоже мои, само собой. Устав дворцовой службы на случай бедствия писал, опять же, я. После пожара в западном крыле. Был при Зогране такой весёлый год: перегревшийся накопитель выжег двадцать комнат за час.

– И по этому уставу, если во дворце запахнет большим взрывом и перегревшимся накопителем…

– То всех внутри, особенно короля, тут же эвакуируют, – продолжил старик.

Какой умный и хитрый гремлин мне в руки попался… С таким и голову ломать не надо, он сам всё придумает!

– И королеву-мать тоже. Куда она отправится – второй вопрос…

– Так это… На север, в родовое гнездо Игсов. Куда же ещё? Туда и казну, и сокровищницу в случае чего переправят. Их родовое гнездо вообще считается неприступной крепостью, защищённой во многом даже лучше, чем столичный дворец.

Мадрок подобрался, и от недавней унылости не осталось следа. Я щёлкнул пальцами, и надо мной раскрылся Реликварий, прошелестел страницами, а следом и два призрака Лиги поднялись из теней.

– Установить наблюдаемый периметр. При появлении агентов Лиги дать знать. Впереди нас ждёт долгая ночь планирования, убедитесь, что нам никто не помешает. Алиса…

– Чего это ты и меня запрячь решил? – возмутилась она, появляясь на кровати рядом со стариком, который ужаснулся появлению ещё большего количества незваных гостей, да ещё и столь странно выглядящих.

– Есть чего пожевать? – с надеждой посмотрел я на неё.

– Ох, что бы ты без меня делал… Так и быть. Проверю, чем там сегодня его величество кормят.