Текст книги "Статус: Само собой - Клинок системы (СИ)"

Автор книги: Ascold Flow

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 16 страниц)

Глава 8
Интерлюдия

До Кабановска оставалось полдня пути, и у Андроша уже затекли всевозможные мышцы. Дорога через подлесье выдалась спокойной до неприличия. Ни разбойников, ни зверья. Только пеньки свежих вырубок по обочинам да столбики с зарубками, отмерявшие будущую ширину нового тракта.

По пути встречались бригады рабочих и охотников, периодически попадались торговцы и патрульные. Порой и просто путники просились подвезти до ближайшей деревни. И для наёмника такая тихая дорога означала отсутствие заработка и дел. И потому пятеро людей Андроша дремали на ходу, привалившись к бортам телег.

Единственное, что развлекало, – это реакция временами встречавшихся дорожных рабочих при виде того, с кем Андрош делил место в случайно выросшем отряде. Мужчина представился новым начальником дорожных работ. Шишка весьма высокая, значимая, и его здесь явно знали в лицо лучше, чем иные знают собственного тестя. А значит, не прислали издалека, а поднялся в должности, будучи местным, всем знакомым и честным бригадиром, что внушало ещё больше уважения.

Он прибился к их обозу сутки тому назад на одной из развилок. Попросился в попутчики, так как его телега сломалась. Представился Жозе Аллегором, и с тех пор почтенный дорожник говорил почти без остановок. Прерывался разве что на выпить, поесть и поспать. Слушать его, впрочем, было интересно.

– Вы поймите, молодые люди, что такое тропа Лемана сегодня. – Аллегор даже карту развернул, не обращая внимания на ухабистую дорогу, которую, по его же словам, скоро выровняют и расширят. – Вот, посмотрите… Тропа выглядит и, по сути, является тонкой нитью через огромный Мортановский лес. Не везде и две телеги разъедутся… А через полгода тут будет настоящее шоссе! Насыпь, камень, водоотводы, постоялые дворы каждые тридцать километров, а защитные заставы – каждые три! Два богатых края сошьются напрямую, и по этому шву потечёт столько добра, что нынешние обороты покажутся ярмаркой в деревне.

– И разбойники потекут, – лениво отозвался Андрош, у которого к лесным дорогам был свой профессиональный интерес. – Лес большой, любит гостей.

– Разбойники в лесу закончились, – произнёс дорожник это так, будто сам участвовал в их устранении. – Кому повезло, тот успел сбежать. А с другой стороны леса вашему брату делать нечего. Зато у нас много зверья всякого и не хватает защитников. Оставайтесь лучше у нас, в Кабановске. Работы на десять лет вперёд: охрана участков, сопровождение обозов, зачистка делянок. Платим без задержек!

– Спасибо за предложение… Но нам в Крево бы попасть, почтенный, – пожал Андрош плечами. – Говорят, город так разросся, что контракты там раздают на каждом углу, а торговцев столько, что уже в золоте некоторые купаются.

– Говорят много чего, – согласился Аллегор. – Крево нынче и правда не узнать. Только учтите, молодые люди: где контракты раздают на каждом углу, там на каждом углу стоит очередь из таких же смышлёных. Получается, как везде: самым знаменитым достаются золотые заказы, а тем, кто без имени и сил, новичкам вроде вас, – всякий мусор, а не контракты. В лучшем случае через гильдию, отработав полгода, к какому-нибудь клану или альянсу прибьётесь… Но это ещё повезти должно. А здесь очередей пока нет.

– Ну, мы хотя бы попробуем. А если что, всегда и вернуться можно.

– Что ж, дело ваше. Вернуться и впрямь можно, да только к тому времени и спрос на авантюристов вроде вас упасть может. Потеряете время и шанс занять самые сладкие и вакантные контракты, а то и должности… Ладно, мимо Кабановска всё равно не проедете. А там, глядишь, и передумаете.

До города они добрались без приключений, скрашивая время байками и рассказами о том, как вычищали разбойников Мортановского леса. Кабановск, что стоял на краю огромного леса – в том месте, где официально начиналась тропа, – открылся и сумел удивить заранее заложенными масштабами. Стены, что наполовину из свежего частокола, наполовину уже из камня, окружали ещё пустые кварталы, расчерченные под будущие дома. Было видно, что местные привыкли строить своими руками, а не тратить на это дело милость Системы и таланты.

– Видимо, местный Архонт тот ещё жлоб… – заявил один из парней.

– Да нет. Скорее талантов на темпы роста города не хватает. Дорога – дорогое удовольствие. А тут ещё и оплачивать защиту от лесного зверья и монстров всяких нужно, – не согласился Андрош.

– Да, так и есть. К тому же торговцы практически не платят за проход: по указу Совета действует девяностопроцентная скидка для караванов и будет действовать ещё полгода либо пока не закончат возведение безопасного шоссе, – поделился Аллегор.

В городе не просто пахло, а резко разило древесной стружкой и ароматом жареной дичи. Лес кормил этих людей, и это ощущалось всеми органами чувств. Народу на улицах толкалось на удивление много, и половина, судя по инструментам за плечами, была строителями либо добытчиками.

Перед воротами развернулась ярмарка: переехавшие в Кабановск мебельщики продавали столы, стулья, табуретки, а столяры хвастались рукоятками для топоров, статуэтками и обещали сделать за два таланта полуметровый идол любого бога на заказ всего за сутки.

У самых ворот надрывался вербовщик, зазывая странников в городскую стражу с упрощённой проверкой навыков и зарплатами такими, что Андрош невольно притормозил и пересчитал в уме, сколько он за год смог бы поднять. Выходило прилично, честным конвоем в обжитых землях столько не поднять. Город был молодой, с проблемами, и потому привык платить деньгами своим работникам за неудобства.

Проехав через ворота, путники на первой же вывеске трактира нашли огромную кабанью голову. Сразу стало понятно, откуда пошло название города. Кабанов в окрестных дубравах водилось столько, что копчёные окорока здесь шли по цене курицы. Даже на гербе города был изображён кабан. Да не один, а целая стая.

Кроме этого, ходила городская легенда: мол, тропу через лес когда-то проложил Архонт, но пробился с большим трудом, и о ней забыли, как о слишком опасной. А в следующий раз по ней двинулись уже авантюристы из отряда «Кабаны» и так лихо зачистили местность в округе да сэкономили несколько недель пути, что Архонты ближайших городов обсудили и решили превратить эту тропу в полноценный торговый тракт.

Отряд Аллегора встретили у ворот и увели в сторону ратуши. Дорожник на прощание ещё раз посоветовал не пороть горячку с Крево.

Заночевать авантюристы встали на постоялом дворе у площади, и вечер по заведённому порядку продолжился в трактире «Медный пятак». Эль в нём подавали сносный: очень свежий и хотя бы неразбавленный; а копчёные кабаньи уши были местным деликатесом, щедро посыпанным лесными травами, что привлекали голодных наёмников не меньше эля.

Андрош, усадив отряд за длинный стол, привычно развесил свои уши, похрустывая кабаньей закуской. Наёмник без свежих слухов – всё равно что клинок без точила.

Слух в этот вечер был один на весь зал, и его пересказывали уже по десятому кругу…

– Говорю вам, их трое! Патруль на двадцать втором километре встретил…

– Трое? Врёшь! Десяток их и все с огнестрелом! Кузнецу с просеки рассказывал кум, а куму…

– Да хоть двадцать! Ты дальше слушай. Монстры на них из чащи вывалились прямо посреди знакомства с патрулём. Свежие, только из системного выброса. Так эти новички их положили сами, патрульным даже оружие не дали вытащить из ножен.

– Да это ещё что! Они, грят, отказались сразу уходить: у них там, дескать, телега в лесном болоте застряла. Что там такого в той телеге, что новички отказались в город идти?

– Да какое болото? Кони им нужны были! Кто телегу сам по лесу своими руками потащит? Ты больной, шоль?

– Я тебе лекарство пропишу, ещё раз в разговор влезешь!

В одной части трактира началась заварушка, и Андрос переключился на разговор за соседним столиком.

– Они-то, может, и сильные, с огнестрелом, но затребовали связать их с Советом Домена, прикинь? – фыркнул один из лесничих. – Наглый молодняк пошёл…

– Да кто их к Совету пустит, новичков сопливых! – поднимая эль, ответил ему собутыльник.

Андрош отхлебнул эля и переглянулся со своими. Следопыт отряда покрутил пальцем у виска, зато молодой щитоносец аж подался вперёд, ловя каждое слово. Ему в новых землях мерещились подвиги…

Новичок, переживший первую встречу с монстрами без чужой помощи, – это уже байка. Новичок с огнестрелом – байка вдвойне: огнестрел стоит дороже иной деревни.

А дальше начиналось и вовсе несуразное: пришельцы, если верить залу, вели себя дерзко, по лесу ходили, как по собственному двору, прятали какие-то сокровища в телеге и требовали ни много ни мало встречи с Советом Домена. Откуда новичкам вообще знать про совет Домена и Архонтов? Странно…

Похоже, интересные вещи в этом лесу происходят чаще, чем Андрош думал, и идея тащиться неделю в Крево, возможно, не стоит того.

Не успели они допить по первой кружке, как издалека, со стороны леса, донёсся стрекочущий звук, от которого разом замолчала половина зала. Приглушённый расстоянием, ровный, частый, он походил на треск гигантской трещотки.

В углу у бочек поднялся седой мужик с нашивками северных легионов. Явный отставной военный, перебравшийся в более спокойные земли. Он встал так резко, что опрокинул стол вместе с кружками, и лицо у него стало белее пены на полу.

– Да будь я проклят, – выдохнул он в притихший разом зал. – Это же сраный богоподобный пулемёт… Я этот звук ни с чем не спутаю! Когда мы отражали вторжение ящеролюдовской наёмной швали на северной заставе, один такой сдержал три сотни тварей, пока подкрепление не подошло из Ратибора!

Слова «пулемёт» в зале не знал почти никто, зато все знали, что такое Ратибор и три сотни наёмников ящеров, которые шлялись очень долгое время по северным границам Домена.

Отставник рванул к дверям, опрокинув по дороге ещё и лавку, и трактир высыпал следом, потому что сидеть на месте после такого не смог бы даже мёртвый.

На улице треск слышался яснее. Он то смолкал, то рассыпался длинными очередями, и в промежутках теперь различались одиночные хлопки. Городская стража уже суетилась: со стороны казарм бежали бойцы, на ходу застёгивая ремни, на надвратной башне ударили в сигнальный гонг, и по улицам покатился крик о наскоке тварей, прущих из леса.

Андрош, повинуясь чутью, потащил своих к стене. Что бы ни приближалось к городу, смотреть на это лучше сверху.

Со стены тропа просматривалась до первого же аванпоста. Мимо него по тракту во весь опор неслась пара лошадей, запряжённых в повозку, а на повозке, развернувшись назад, работали трое. Одеты они были в пятнистую экипировку, серо-зелёную, сливавшуюся с сумерками. Старший из троих что-то командовал, а установленная на борту угловатая махина плевалась огнём в сторону леса. Звук бил по ушам даже отсюда, с большого расстояния.

Двое из отряда Андроша потянулись к арбалетам, и он осадил их коротким жестом. Не их драка. Да и помощь несущейся троице требовалась меньше всего.

– Твари из леса! – заорали с башни. – Твари идут за ними! Система выбросила!

Из-под опушки и правда выкатывалась волна. Приземистые туши мчались в тени деревьев. Часть из них падала на бегу, будто спотыкаясь о невидимую проволоку.

Ворота начали закрывать и придержали только для того, чтобы повозка успела влететь. Заскрежетал засов, и на стене стало тесно от стражи. Отставник с севера протолкался в первый ряд, наплевав на чужие локти, и не отрывал глаз от угловатой махины на борту.

– Опять Система чистку устроила, – ругнулся рядом немолодой десятник, взводя арбалет. – Выбросила зверьё в лес, а нам разгребай…

Андроша чуть не скинули со стены, и он решил уступить место защитникам, которым платят за отстрел монстров. Он посмотрел на повозку и прибывших новичков, чья одежда разительно отличалась от экипировки местных. Старший из троицы – плечистый мужик с коротким толстым ружьём на груди, парой пистолетов по бокам и клинком там же, на поясе – спрыгнул с повозки и начал распоряжаться так, словно это его город и его солдаты. Второй боец по его отмашке отцепил лошадей, и вдвоём они закатили повозку под самую стену.

– Никого не подпускай. Если не поймут, стреляй по ногам! Даю добро! Последствия – на мне, – сурово произнёс он, охладив пыл городских авантюристов.

Третий тем временем сдёрнул с борта свою гремящую тяжёлую махину, взвалил на плечо, хотя весила она на вид как хороший сундук, и потащил по лестнице наверх, на площадку над воротами, матом сигнализируя остальным, чтобы они «рассосались в стороны». Чужаки в невиданной одежде, с невиданным оружием посреди приграничного городка удивляли даже больше, чем прущие в сторону городских ворот монстры…

Наверху махина легла сошками на камень и заработала короткими очередями, оглушая местных, непривыкших к такому шуму. Твари, добежавшие до расчищенной полосы перед стеной, ложились рядами, не дотянув до рва, и стража, вскинувшая было арбалеты, постепенно опускала их, потому что стрелять было уже не по кому.

Единственная тварь, проскочившая мртвую зону, прыгнула на стену и начала карабкаться по ней. Пулемёт туда не развернёшь, а защитники города не ожидали подобного напора. Пара выстрелов из арбалетов отправилась в неё, и болты застряли в твёрдом панцире. Тварь мигом домчалась до верхнего яруса и резким рывком перемахнула через стену, бросаясь во внутреннюю часть города.

Старший группы проводил её полёт взглядом, перехватил висящее на груди оружие и выстрелил ей прямо в морду. Зелёные ошмётки мозгов разлетелись по толпе защитников, что выхватили клинки для самозащиты.

Приземистую тушу отбросило назад, и кто-то из ветеранов, шумно вдохнув, произнёс: «Вот был бы у меня такой дробовик… Я бы, может, и не женился никогда».

– Есть в городе Архонт? – прогремел старший из троицы неизвестных, задрав голову к стене. – Мне нужен Архонт или старший представитель власти! Срочно!

По стене прокатилось замешательство, а потом из-за спин стражи раздалось спокойное:

– Архонт прибыл.

Андрош обернулся и почувствовал, как у него отвисает челюсть. Сквозь строй, на ходу отряхивая дорожный плащ, шёл недавний попутчик, почтенный дорожник Жозе Аллегор, и стража расступалась перед ним без единого вопроса. Кто-то из молодых стражников удивлённо охнул, мол: а он что, в городе?

Начальник строительных работ, столько времени травивший попутчикам байки про водоотводы, оказался хозяином этих земель. Андрош задним числом сообразил, что весь день ехал бок о бок с Архонтом и тот даже умудрялся ему советы давать. Наёмничье чутьё его явно подвело.

– Я Архонт этого города, – остановился Аллегор в трёх шагах от чужака. – С кем имею честь говорить и что происходит?

– Майор Бородачёв, командир группы портального прорыва, – коротко наклонил голову чужак. – Прошу простить за переполох, зверьё увязалось по дороге. Господин Архонт, мне нужно подтверждение ваших полномочий. Печатка или любой другой артефакт Архонта, будьте добры.

Просьба звучала неслыханно, наглец требовал подтверждения у хозяина города, но Аллегор, помедлив, стянул с пальца перстень и протянул вперёд. Над печаткой развернулось системное уведомление, чужак вчитался, и плечи его заметно расслабились.

– Благодарю. Подходите. – Он вернул перстень и двинулся в сторону телеги. Немного подумав и оглядевшись, он решил не искать аудиенции, а озвучить всё в присутствии сотен свидетелей. – Я особый посланник Искателя Домена людей, генерала Леи Ковалёвой, вернувшейся на Землю из этого мира. По её настоянию и с нашей помощью вашему миру передан груз военной помощи.

На этих словах он откинул брезент, и десятки стволов, а также ящиков с боеприпасами появились на глазах у всех до единого свидетелей этой сцены.

– А также мне велено через любого из Архонтов связаться и передать послание её отцу, Архонту Ковалёву, либо же Совету Домена. Господин Архонт, в городе установлен терминал для связи?

Аллегор открыл рот и закрыл его обратно. Андрош его понимал. Тут любой бы обалдел от такого арсенала… Не каждый из прославленных Архонтов владеет таким количеством огнестрельного оружия. Тем более такого мощного и современного. А тут ещё и новости, мол, кто-то, оказывается, сумел вернуться на Землю. А ведь это невозможно! Это все знают!

По стене пополз шёпот, и в этом шёпоте фамилия Ковалёвых повторялась на все лады. Многие и знать не знали о таком Архонте. Кто-то из более опытных сказал что-то про орков, другие вспомнили, что это был исследователь с пограничья. Боец у телеги тем временем без церемоний оттеснил прикладом двух особо любопытных стражников, и толпа вокруг груза сама собой раздалась пошире.

Со стены донёсся голос бойца:

– Товарищ майор, твари зачищены. Квадрат чист! Разрешите спускаться?

– Разрешаю, – коротко ответил главный из троицы.

Слово «квадрат» Андрош не понял, зато интонацию – прекрасно: так докладывают люди, для которых сегодняшняя бойня была рядовой работой. Истинная элита военного ремесла.

Майор кивнул наверх, шагнул ближе и опустил руку на плечо Архонта.

– Ну так что, есть или нет? Не переживайте, я в курсе того, куда попал. Генерал рассказала многое об этом мире. Она готова оказать помощь Совету и отправить большое количество оружия для Домена. Но и нам на Земле будет нужна помощь.

– Как? – Аллегор, наконец, совладал с голосом. – Как мы можем помочь Земле? У нас нет с ней связи…

– Есть, – майор произнёс это с уверенностью человека, у которого за спиной – телега доказательств и пулемёт. – Но я должен встретиться с Архонтом Ковалёвым либо с Советом Домена. Если мы справимся, поверьте, в этом мире многое поменяется. Грядёт эра людей!

Глава 9

Если кто-либо меня спросит, чем земли гремлинов отличаются от человеческих, я без сомнения сразу отвечу: «Дымом». Коптили небо здесь каждые пару километров вдоль трактов и в глубинках. Десятки мастерских в каждом городе. Каждая дымит и сжигает огромное количество древесины.

Неудивительно, что на освоенных землях гремлинов практически нет лесов, а те, что есть, охраняются усерднее, чем торговые тракты. Прийти и забрать чужой лес для собственных мастерских – нет подлянки ненавистному соседу лучше, чем эта. Если, конечно, не считать отравленного вина, похищенных детей и прочей мерзости, что они возвели в ранг одобряемого безумия.

Мы шли по воздуху вдоль торгового тракта, и внизу день за днём тянулась одна и та же картина: городки с дымящими трубами, каналы с цепочками водяных колёс, карьеры, обозы. И обязательно где-нибудь на горизонте пылил очередной отряд ополчения в сопровождении голема, который в половине случаев тоже дымил.

За три дня полёта мы преодолели четыре маэстрата, и мирным не выглядел ни один. Местами дрались, кое-где обменивались артиллерийскими залпами, очень часто был слышен грохот от взрывов снарядов.

Страна мастеров, которая трудится без выходных и сама же себя обворовывает по ночам, погружая жизнь рядовых обитателей в хаос… Уважаю их трудолюбие, но в шоке от их безалаберности. С такими соседями Домену придётся держать ухо востро.

Летели мы, по возможности не снижаясь к городам, и держались в стороне от наезженных трактов. Подорожная грамота Гварца хороша на его земле, и чем ближе к столице, тем меньше мне хотелось объяснять патрулям, что за человек с крылатым спутником пересекает чужие маэстраты без спроса.

Ночевали где придётся. Старались находить места без гремлинов, пусть даже рядом с монстрами. С ними уж мы как-то справимся.

Вечера проходили по заведённому распорядку: лагерь, ужин, книги, тренировка, сон. С книгами дело двигалось туго, но двигалось. Семь гремлинских томов, купленных в Брусте наугад, оказались пёстрым набором: два любовных романа, сборник героических баллад, счётная книга какого-то цеха, детская азбука с картинками, история какого-то местного успешного лавочника и что-то вроде свода дорожных правил.

Азбука, над которой ржала вся моя душа в лице одной белой лисы, на деле оказалась полезнее остальных, вместе взятых. Буквы у гремлинов угловатые, похожие на след куриной лапы. Зато их всего три десятка, и к третьему вечеру я уже разбирал вывески из памяти по слогам, а на закуску одолел первую страницу романа и торжественно опознал слово «яд». Оно встречалось на странице шесть раз.

Свод дорожных правил подарил отдельное открытие: штраф за проезд без оплаты пошлины у гремлинов вдвое выше штрафа за наезд на пешехода. Приоритеты нации уложились в один параграф…

Разговорную речь я по-прежнему не понимал, когда незаметно проскальзывал к лагерям и стоянкам гремлинов: слишком быстро тараторят. А вот письменность поддавалась, и это уже вопрос практики и времени, когда я её освою. Знание языка соседа лишним не бывает, особенно когда собираешься сажать на его трон своего кандидата.

Ночёвки проходили по-походному мирно. Алиса взяла на себя выбор меню, а я пытался приготовить его и не убить лису своими кулинарными шедеврами. Аттид, почёсывая голову, признался, что готовить он разучился тысячу лет назад, а то и больше, так что подпускать его к продуктам даже Алиса не рискнула. Ему оставили охоту на птиц, раз уж крылья есть. Я же добывал что-то попроще: зайцев, павлинов, крокодилов… Ну, это я их так называл. На деле просто всякие местные животные. Не всегда вкусные, но всегда костлявые…

Хорошо, хоть приправы в изобилии были, как и картошка. Её я всегда минимум мешок с собой таскаю, как и всякие крупы. После пары месяцев выживания в Системой забытых местах как-то уже стало привычкой иметь запас провизии на всякий случай.

Тренировки на привалах тоже шли своим чередом. Я гонял связки стихий, учился применять высасывающую всю силу Энтропию, поочерёдно выписывал магические фигуры, радуя Алису. Это уже не просто заклинания, это чуть ближе к искусству. А ещё я усвоил одно простое правило: если хочешь создать персональное заклинание, то куда проще придать ему форму, чтобы на уровне подсознания запомнить каждое движение маны, необходимое для появления заклинания. Так у меня появился водяной якорь, позволяющий не просто швырнуть водой в соперника, а сделать это элегантно.

Сперва сбиваю с ног плотным мощным потоком, а затем уже волной сношу потерявшего контакт с землёй врага. Проверено на Аттиде. Улетает в два раза дальше, при тех же вложениях маны, что и при обычном заклинании. Ещё и выглядит эффектно!

Ну и много мы физически разменивались ударами с полукровкой божественно-демоническим. Он уже освоил своё тело, но оно было действительно слабовато в сравнении с тем, что я привык чувствовать при встрече с аватарами богов, что дерутся, не жалея сил.

На четвёртый день пути тракт внизу вильнул к северу, огибая широкой дугой гряду невысоких гор, и я сверился с картой. До Миассы, столицы Тизалии, отсюда оставалось несколько часов полёта, а сама гряда на обеих ворованных картах была залита ровной серой краской без единой пометки. Ни дорог, ни рудников, ни даже охотничьих троп. Для страны, где продают и покупают каждый камень, белое пятно в дне пути от столицы выглядело неприлично, и я повернул к горам.

– Дурное место, – оценил Аттид гряду ещё на подлёте и поёжился, что для существа его биографии дорогого стоит. – Старая рана мира, уважаемый. Тут был Срыв…

Причина запустения открылась с первого же перевала. Горы были мёртвые… Не пустые, а именно мёртвые.

Порода на склонах шла волнами, оплавленная и застывшая, деревья стояли каменные до последней ветки, а в долине между хребтами темнели руины поселения, от которого остались фундаменты и всё те же оплавленные камни. Кто здесь жил и когда, сказать было невозможно, но Срыв этот закрыли. Не знаю уж, гремлины или Избранные Системы во время серии турниров как-то подсуетились… Но это не главное.

Главное то, что энергия смерти тут была очень сильна даже спустя столько времени, и я чувствовал исходящее от этого места давление. Шло оно в основном на разум, но и телу будет мало приятного, если надолго задержаться тут. Словно радиация невидимая убивает…

Но не для всех это место закрыто. Первая тварь выползла из руин ещё до того, как я приземлился: приземистое тело на шести лапах, суставов на пару штук больше, чем предусматривает нормальная анатомия, и пасть, распахивающаяся на три стороны. Порода известная: в закрывшихся зонах всегда доживает век такое вот наследство.

Восприятие насчитало в долине ещё десятка два сигнатур покрупнее и мелочь. Для местных гремлинов это смертельный заповедник. Для меня же – оплаченный полигон с самообслуживанием.

– Привал будет долгим, – обрадовал я Аттида, снижаясь к площадке над руинами. – Обустраивайся. А я пойду поработаю.

– Поохотиться собрались?

– Совместить полезное с полезным. Мне нужны туши, кровь и спарринг-партнёры, которых не жалко. А тут полный набор и ни одного свидетеля вокруг.

Следующие часы прошли продуктивно. Твари Срыва, даже остаточные и одичавшие, противники прямые: прут напролом и не жалуются. Я обкатывал на них связки заклинаний и работу клинком через тень. Нашёлся даже кто-то вроде босса этих мест, и я с огромным удовольствием с ним повозился, не стремясь быстро закончить битву. Живучий противник – идеальный спарринг-партнёр.

Но всё хорошее рано или поздно заканчивается… Вот и я, совершив очередной рывок и уйдя из-под атаки монстра, попал в слабое место и кританул. И туда вошли ещё два последовательных эхо-удара магических, и корпус огромного монстра едва не располовинило.

– Ну и ладно, – пожал я плечами и, пока тварь не сдохла, выпил её крови, чтобы сфера «Цепеш» не простаивала.

Вечером у костра на площадке над мёртвым городом я, наконец, взялся за подсчёт итогов и планирование собственного развития. С прошлого усиления незаметно прошло четыре недели. Разовый бонус от «Сфинкса» порадовал, но стабильность важнее удачи. Каждый день я пил кровь монстров или животных, не пил лишь кровушку Аттида. Странно было просить его поделиться. Да и как бы Система вместе с моим Статусом не сломались от попытки добыть Эфир через умирающее тело бога с силой высшего демона… В общем, интуиция и Алиса говорили мне, что этого делать не стоит.

Получение капель Эфира регулярно ускорялось то дневным светом, то ночными перелётами, и множество бонусов сложилось в невероятный эффект. Тысяча восемьдесят шесть единиц Эфира – это вам не хухры-мухры. А значит, пора стать сильнее. Вода камень точит, вот и Эфир по капельке делает из меня кого-то, кому будет по плечу совершать чудеса всё большего и большего масштаба. Не только в рамках отряда или Домена, но и такие, что даже Система довольно улыбнётся, пусть способность улыбаться ей алгоритмами и не заложена.

Начал я с Воли. Базовый выбор, необходимый для контроля над собственным сознанием в свете грядущих битв со всякими Фиорами. Сразу триста капель вложил, лишним точно не будет.

Мигнуло уведомление, подтверждающее успех и значительный прирост характеристики. Следом отправил по сто единиц в каждую из трёх магических характеристик. Магия – универсальный инструмент в битве, палочка-выручалочка, спасающая от огромной доли проблем. Пока я укрепляю свою магическую основу, но позднее и самими стихиями займусь.

В Теле, я решил, настала пора повысить Выносливость: для меня это жизненно необходимая характеристика, позволяющая телу выдержать рост силы в пылу затянувшейся битвы. Сто капелек – это немного, но плюс один к Выносливости с учётом имеющихся бонусных процентов своё дело сделает.

Дальше выбор стоял в усилении собственной защиты, и я решил, что крепкое тело – мой приоритет. А то Алиса становится сильнее… Скоро от её укусов придётся на больничный отправляться, а у меня времени нет. Укрепил кожу, кости и связки с сухожилиями. На каждую характеристику по сто капель, то есть по десять процентов прочности.

Пятьдесят капель оставил в качестве резерва, а тридцать шесть капель направил в качестве эксперимента в заклинание «Воспарение» и сумел на тридцать шесть сотых секунды увеличить длительность действия с базовых десяти секунд. С учётом того, что мне постоянно приходится дёргаться и активировать «Воспарение» заново, как будто есть смысл избавиться от этой проблемы и увеличить время хотя бы до минуты.

Я сжал кулак и прислушался к обновлённому телу. Ещё гуляло послевкусие усиления, тёплое и звонкое, будто внутри натянули струны.

Утром я оставил Аттида хозяйничать в лагере и ушёл к Миассе один. Ну, почти один… Алиса дремала в глубине души, а Реликварий унёс со мной гвардию призраков.

Через пару часов полёта впереди показалась столица Тизалии, и на неё правда стоило посмотреть. Город лежал в речной долине кольцами.

Внешнее кольцо состояло из стен и предместий, кварталов мастеров и военных плацев. В среднем было полно богатых домов с черепицей, каналов и садов с цветами. Чувствовалась аккуратность во всём. А внутреннее кольцо было тем местом, где вершилась судьба королевства. И делалось это в одном огромном дворце с десятками флигелей и внутренних двориков, с позолоченными крышами зданий самых разных направлений, встроенных в его проект, и фонтанами. А ещё даже отсюда, с расстояния, было видно, как на главной башне, отделяющей проход между внутренним и средним кольцом вращался исполинский механизм – не то куранты, не то герб, – а над кварталами тут и там поблёскивали латунные фигуры на шпилях.

Река у верфей щетинилась мачтами, вдоль набережных ворочались дымящиеся грузовые краны. Город производил впечатление организма, который жрёт, куёт и торгует одновременно, не прерываясь на сон.

Я устроился в тенях главных городских ворот и стал искать место потише. Нашёл такое в виде казармы городской стражи, рядом с воротами. Все были на службе, так что внутри никого. Отсюда можно было начать операцию.

– Гарвин.

Тень выскользнула из Реликвария и застыла в полупоклоне:

– Опять работать?

– Всё верно. Мы в столице. Здесь точно будет много лиговцев. Задача – найти их верхушку, взаимосвязи, имена. Старайся вычленить самых главных: мы всё равно не сможем устроить тотальную зачистку. Это будет слишком показательно и может выдать меня. Времени тебе до заката.

– Слушаюсь.

Дух стёк по стене и исчез в направлении города, а я задумчиво взвесил Реликварий на ладони. Одной пары глаз на такой муравейник мало. Вторая пара у меня, вообще-то, есть и до сих пор лежит мёртвым грузом.

Реликварий раскрылся на ещё одной странице, и дух Корвена Дюлы поднялся над книгой, переместился и стал передо мной. За недели в книге бывший снабженец портальной службы потерял весь свой энтузиазм и молча ждал, что я ему скажу.

– Мы прибыли в Миассу, – кивнул я в сторону окна. – Если хочешь обрести свободу, тебе придётся помочь мне покончить с Лигой. Иначе твоя душа будет томиться тут целую вечность, стенать и страдать от безысходности. Готов поработать?