Текст книги "Трагедия 22 июня: блицкриг или измена?"

Автор книги: Арсен Мартиросян

сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 60 страниц)

На самом же деле немецкий оригинал, т. е. сам план «Барбаросса», был обнаружен в 1945 г. при разборе захваченных трофейных документов гитлеровского военного командования. Впервые полностью он был опубликован в газете «Правда» 28 ноября 1945 г. Подчеркиваю, что немецкий подлинник попал в руки СССР лишь только после разгрома нацистской Германии.

План нападения вермахта на Советский Союз, июнь 1941 года

Поэтому-то, вместо того, чтобы очертя голову впадать в подобные соблазны, для коих, как видите, нет решительно никаких оснований, более чем желательно постараться понять, какие же противоречивые чувства обуревали тогда советское руководство, обладавшее едва ли не всей подробнейшей информацией. По меньшей мере это было двойственное чувство: с одной стороны, громадный политический и жизненный опыт и Сталина, и Молотова, и их ближайших соратников, а также тщательный аналитический учет всей массы информации приводили едва ли не к категорическому выводу, что все это правда, война на пороге. Но с другой, не менее очевидно было и то, что, например, тем же американцам категорически не за что было столь уж сильно любить явно ненавистное для них первое в мире государство рабочих и крестьян. И это не говоря о том, что между США и Великобританией существовало стратегическое партнерство, немалую часть основы которого составляли ярый антисоветизм и злобная русофобия.

Хуже того. Как уже отмечалось выше, с конца 1939 г. советская разведка непрерывно фиксировала бесчисленные попытки англосаксов как можно быстрее да поострее стравить СССР и Германию. Более того. В Кремле отнюдь не забывали ни о беспрецедентной готовности Запада напасть на СССР вместо того, чтобы воевать с Гитлером, с которым и Лондон, и Париж с 3 – 4 сентября 1939 г. пребывали в состоянии войны, ни также американского бойкота и эмбарго на поставки ряда стратегических материалов в Советский Союз, причиной чего послужила советско-финляндская война.

В такой ситуации даже самая достоверная информация, даже переданная в Москву из самых искренних побуждений, должна априори, увы, закономерно вызывать, если и не подозрения в чистом, классическом виде, то как минимум весьма настороженное отношение. Но и настороженность-то – настороженностью, однако же все ведь указывало на то, что поступающая информация правдива в принципиальной части, т. е. что готовится агрессия, что для этого концентрируются три группировки и что нападение произойдет по трем главным направлениям. И Сталин исходил именно из этого. Вся его политика того времени исходила из этого. Оно и понятно – ведь он был лидером государства и на нем лежала вся ответственность. Его вдумчивая осторожность была как раз более чем уместна, априори уместна.

Однако, что могло помешать тому же НКО или ГШ ориентироваться в оборонительных действиях, например, на схему ГРУ? Ведь она же подтверждалась с самых первых сообщений разведки о плане «Барбаросса» – с самых первых дней поступала информация только о трех направлениях немецкого наступления и, соответственно, о трех же группировках вторжения.

Р. Зорге, к примеру, еще в телеграмме от 28 декабря 1940 г. указывал, что нападение произойдет по трем направлениям: на Ленинград, на Москву и на Харьков (последнему особенно удивляться не надо, т к. само Украинское направление указано верно, да и Зорге вскоре подкорректировал свою информацию) [315]315
  Об информации Р. Зорге см. гл. IV II раздела.


[Закрыть].

Учитывая наличие трех группировок вторжения и схему возможных направлений главного удара каждой из них, самая элементарная логика уже должна была привести к мысли о том, что за всем этим кроется нечто особо опасное для советских войск.

Потому что получался какой-то необычный стратегический замысел – ведь в вермахте по-прежнему наблюдалось абсолютное господство стратегии и тактики блицкрига с резко выраженной склонностью германского командования к планированию захвата противника в клещи. В плане «Барбаросса» весьма оригинально решена эта задача – за счет расходящихся направлений, которые в итоге опять сходятся, образуя все те же «клещи». Так гитлерюги решали двуединую задачу превращения прорыва фронтального в охватывающий. Но ведь то же самое явственна вытекало и из схемы ГРУ. Тем более что и по другим данным хорошо было известно, какое огромное внимание они уделяли взаимодействию флангами. Все это должно было насторожить Тимошенко и Жукова. Ведь совершенна же очевидна было, что гитлерюги явно планировали путем расчленения советских войск одновременно на нескольких направлениях и глубокого вклинивания в нашу оборону как по сходящимся, так и по расходящимся направлениям специально созданными для этого сильными ударными группировками танковых и моторизированных соединений раздробить наши войска и разгромить их по частям.

Почему же столь явно напрашивавшихся выводов не было сделано, особенно Жуковым, как начальником Генштаба? В какой-то мере на этот вопрос ответил еще великий полководец и подлинный Суворов Красной Армии, Маршал Советского Союза К. К. Рокоссовский. В ноябрьской 1930 г. аттестации Жукова Рокоссовский указал: «На штабную и преподавательскую рабату назначен быть не мажет – органически ее ненавидит»! [316]316
  ВИЖ. 1990. № 5. С. 22.


[Закрыть]

Не следует полагать, что и это навет на Жукова – в конце-то концов, Рокоссовский еще тогда был его командиром и знал Георгия Константиновича как облупленного. На и после войны Жуков сам открыто признавался, в т. ч. и тому же Симонову, что штабная работа не для него.

.. В нескольких беседах (13.06.1973 и 24.02.1974) с писателем Ф. Чуевым Главный маршал авиации А. Е. Голованов достаточно красочно описал Жукова на посту начальника Генерального штаба. Ниже приводится запись Ф. Чуева под названием Генштаб» из книги «Несписочный маршал» (запись от первого лица): «Не раз мы говорили о Генеральном штабе. Особенно после книг Штеменко и Василевского. Однажды я заметил:

– Василевский пишет, что Сталин не придавал значения роли Генштаба…

– А как он мог придавать, – откликнулся Голованов, – если до Сталинграда Генштаб был такая организация, которая неспособна была действовать и работать. Какое значение можно было придавать этому аппарату, который не в состоянии был собрать даже все необходимые материалы! Все основные предложения о ведении войны были от Сталина– я там каждый день бывал, а иногда и по нескольку раз в день.

Генеральный штаб войн у проморгал – вот что такое Генеральный штаб!

И я, между прочим, пишу так: «Генеральный штаб в первый год войны особой роли не сыграл» (Голованов тогда работал над рукописью своих мемуаров [317]317
  К глубокому сожалению, они так и не были изданы, тем более отдельной книгой. Партийно-военная цензура и тут перестаралась. А все из-за того, что Голованов был не только любимцем Сталина, но и просто порядочным человеком, и своего Верховного не предал и не охаивал.


[Закрыть] . – А. М.).

Жуков командовал дивизией, корпусом, округом. А что такое начальник Генштаба? Это человек, который все суммирует и докладывает без своего мнения, без навязывания идей, а когда все доложат, обсудят и спросят его мнение, он скажет.

А Государственному комитету обороны решать эти вопросы. Как бы там ни было, Жуков показал бы документы, вот то, что происходит, а вот мнение Генерального штаба, и расписался бы: начальник Генерального штаба такой-то. А почему этого не делали? Не делали потому, что Сталин говорил: смотрите, это провокация! (между прочим, Сталин-то был более чем прав! И эти его слова следует расценивать как предупреждение, а не как обоснование запрета на какие-то действия. – А. М.) И все хвосты поджали, к ядрене бабушке!

Жуков – вон Василевский пишет: решение о боевой готовности приказали отдать в 8 часов вечера, а они только в час ночи передали, а в 4 часа уже немцы напали. С восьми до часу ночи! Это, знаешь что, за одно место нужно подвесить за такие вещи? Василевский пишет: конечно, мы запоздали с этим делом.

Но мы же знаем, кт о был н ачальником Генштаба. Каждый должен быть на своем месте. Когда козел ест капусту, а волк — ягненка, это одно дело, а когда волк начинает капусту жрать, ничего не получается. Жуков полгода не просидел, наверно, на этом деле, его поставили на свое место – командовать фронтом, замом Верховного – вот это его место… Все встало на свои места, когда начальником Генштаба опять стал Шапошников. Жуков никаким начальником Генштаба не был я быть им не мог – для этого надо иметь не такой характер…» [318]318
  Чуев Ф. Несписочный маршал. С. 22 – 23.


[Закрыть]

При ничем неоправданной, упорной ставке на «жесткую оборону», тем более на линии госграницы, к тому же через пень-колоду реализованной ну просто на редкость крайне неадекватными самому понятию «жесткой обороны», а потому-то и заведомо негодными силами и средствами, дуэт Тимошенко – Жуков, подменив, по сути дела, официально утвержденный замысел, но, как увидим из дальнейшего, откровенно подделываясь под него, упорно протаскивал одну из самых фатально не адекватных реальности идей.

Идею захвата сразу трех мощнейших группировок отмобилизованного, прекрасно оснащенного, маневренного, обладающего хорошим боевым опытом в нацелившегося на блицкриг вермахта в гигантские клещи по сходящимся направлениям немедленным (т. е. по факту нападения) встречно-лобовым контрнаступлением советских войск непосредственно с флангов советско-германской границы!

Подчеркиваю, идею немедленного – по факту нападения – встречно-лобового контрнаступления, по сути дела, встречно-лобового контрблицкрига с использованием ударных группировок на крайних флангах советско-германской границы при условии, что между флангами «царила» организованная на редкость не адекватными даже самому этому понятию «жесткая оборона»в виде дырок от бубликов или швейцарского сыра!

Ничего более фатально не адекватного реальности выдумать было просто невозможно, даже если и очень стараться!

Генштабовская и публицистическая версия схемы исполнения этой идеи

Помните столь сильно запавший в память Рокоссовского резкий диссонанс в характере дислокации различных частей различных родов войск РККА – одни вроде бы изготовились к прыжку, а другие, напротив, этому никак не соответствовали. Цензура не зря вырезала эти слова Рокоссовского – именно в них подлинный ключ к тайне поражения наших войск в начальный период войны.

Небезынтересно в этой связи отметить один печальный факт, свидетельствующий о том, что тупости вдохновлявшейся дуболомным Агитпропом ЦК КПСС партийно-военной цензуры воистину не было предела. Ибо в то время, как из мемуаров Рокоссовского вымарали даже тень намека на то, что готовился крайне неуместный в тех условиях немедленный встречно-лобовой контрблоцкриг, именно этот же факт открыто фигурировал в художественной литературе!

Так, один из самых выдающихся писателей финального советского периода – Иван Фотиевоч Стаднюк – в своем знаменитом и великолепно экранизированном романе «Война» еще в начале 70-х гг. прошлого столетия открыто писал, что «с началом войны, когда события стали складываться стремительно и в чудовищным несоответствием с тем, как они предполагались в плане прикрытия, когда все преимущества расположения наших армий, имевших задачу в случае агрессии навалиться на врага могучими контрударами, перестали быть преимуществами» [319]319
  Стаднюк И. Ф. Война. М., 1976. С. 344.


[Закрыть] .

Вот это самое « имевших задачу навалиться на врага могучими контрударами»и есть художественное описание крайне не адекватного реальности замысла дуэта Тимошенко – Жукова учинить немедленный встречно-лобовой контрблицкриг.

Жаль только, что И. Ф. Стаднюк толи не захотел, толи, что более вероятно, был лишен возможности показать, что немедленный встречно-лобовой контрблицкриг против внезапного блицкрига автоматически и мгновенно все превратит в чудовищное поражение!Что, собственно говоря, и случились. Особенно же те самые «преимущества расположения наших армий»,под которыми явно имелись в виду Белостокский и Львовский выступы. Потому что при внезапном блицкроге против изготовившихся к немедленному встречно-лобовому контрблицкригу войск, тем более якобы с ударных позиций в лице этих выступов, последние автоматически превращаются в братские могилы. Это истина на уровне наидревнейшей аксиомы в военном искусстве, известной еще со времен сражения при Каннах (216 г. до н. э.)

К глубочайшему сожалению и прискорбию, двухтысячелетней давности опыт не стал уроком для Генштаба в лице Жукова, и трагедия грянула точно так же, как и тогда, в 216 г. до н. э.

Не стал даже невзирая на то, что со стороны военной разведки прозвучало прямое предупреждение, что гитлерюги готовят именно вариант Канн. На стр. 303 недавно опубликованной книги В. Лота «Альта против «Барбароссы» (М., 2004) цитируется одно из сообщений особо доверенного агента ГРУ «Альта» (Ильзе Штёбе) в начале марта 1941 г., в котором говорится, что некоторые высказывают удовлетворение этой концентрацией (советских войск на границе, преимущественно в Белостокском и Львовском выступах. – А. М.), так как считают, что русская армии не в состоянии будет отступать и поэтому… удастся осуществить против нее Канны»!

Вы понимаете, что это такое?! Разведка заблаговременно и четко предупреждает, что при незаконна избранном дуэтом Тимошенко – Жуков «безграмотном сценарии вступления в войну» трагедия наподобие Канн катастрофически неминуема! А они, достославные да крутозвездные, же свое гнут! Хуже того, 2 мая 1941 г. Р. Зорге сообщил, что, по мнению германского командования, советская система обороны на германо-советской границе чрезвычайно слаба, а 19 мая он же сообщил а том, что стратегическая схема нападения на Советской Союз будет взята из опыта войны против Польши. Т. е. вновь сообщалось, что нападение будет осуществлено по трем рассекающим направлениям с превращением этих ударов в охватывающие маневры. Ни то, ни другое положение из телеграмм Зорге не были доложены Сталину. Так вот, что прикажете думать по этому поводу?

«Органическая ненависть к штабной работе», «ничего нового в стратегическом опыте вермахта нет», видите ли, но только ли они?

После войны бывший начальник Генерального штаба Сухопутных сил вермахта, хорошо известный всем историкам и исследователям Второй мировой войны генерал Франц Гальдер рубанет – намертво пригвоздит: «Русское военное руководство потерпело крушение со своим принципом жесткой обороны»! [320]320
  Орлов А. Сталин в преддверии войны. С. 407


[Закрыть]

Жаль, что не написал, что вместе с планом контрблицкрига, хотя отказать ему в абсолютной точности попадания, что называется, «в яблочко» – и так невозможно.

Потому что действительно не войска как таковые, а именно высшее военное руководство СССР, т. е. Тимошенко, причем не только как нарком обороны, но и как первый главнокомандующий в войне, и Жуков, соответственно не только как начальник Генштаба и первый зам. наркома обороны, но и первый же по счету заместитель первого главнокомандующего» – потерпели это сокрушительное поражение! Поражение трагически закономерное, потому как не бывает встречно-лобовых немедленных контрблицкригов при «жесткой обороне» в виде дырок от бубликов или швейцарского сыра, тем более с плацдармов в виде потенциально неизбежных «братских могил»…

Обладавшая кратным превосходством над противником в танках и авиации и просто превосходством в артиллерии, громадная сухопутная группировка советских войск в западных приграничных округах не могла вот так просто, едва ли не в мгновение ока исчезнуть, да еще при исторически беспрецедентном перевесе количества угодивших, причем, в абсолютном большинстве, отнюдь не по своей воле, в фашистский плен над числом погибших на полях первых сражений.

Ведь это же не просто соотношение 1:4, о котором говорилось выше; угодило в плен (и «без вести пропало») 80% первоначальной численности собственно группировки РККА.

Это просто немыслимая цифра, потому что, начиная с 1943 г. для того, чтобы взять в плен одного советского солдата гитлерюги должны были убить или ранить 34 других солдат, т. е. соотношение 34:1 [321]321
  Мухин Ю.Убийство Сталина и Берии. С. 250 – 252.


[Закрыть], а для того, чтобы пленить одного советского офицера, гитлерюгам необходимо было убить или ранить 40 других советских офицеров, т. е. соотношение 40:1 [322]322
  Там же.


[Закрыть].

Схема дислокации советских войск накануне войны

Даже если и посчитать по количеству сдавшихсяв плен, а это, как вы понимаете, слишком разнится с приведенным выше примером, то все равно картина такова: чтобы в плен сдался один советский солдат, гитлерюги должны были убить 10 других советских солдат, а чтобы в плен сдался один советский офицер – им нужно было убить 14 других офицеров.

Цифры потерь в живой силе в начальном периоде войны, особенно в процентном отношении, просто немыслимые. Но поскольку за эти потери отвечает лично командный состав, то, естественно, нам не избежать детального ознакомления с качественными характеристиками командного состава, с которым РККА вступило в войну. Внемлите, пожалуйста, с особым тщанием приведенным в таблице цифрам.

ХАРАКТЕРИСТИКА КОМАНДИРОВ ОСНОВНЫХ ПОДРАЗДЕЛЕНИЙ, ЧАСТЕЙ И СОЕДИНЕНИЙ ВОИСК КРАСНОЙ АРМИИ НА 01.01.1041 (%)

(цит. По Бородин В. П. День Победы. К 50-летию Победы советского народа в Великой Отечественной войне. М., 1996. С. 39)

Полвека нам вдалбливали, что-де репрессии 1937 – 38 гг. подорвали командный состав РККА – потому-то, мол, и произошла трагедия 22 июня 1941 г. Однако едва ли кому-либо удастся избежать изумления в связи с этими цифрами из архива Главного управления кадров РККА по состоянию на 1 января 1941 г.

Да и как избежать, если цифры откровенно свидетельствуют, что 94% из 8425 командиров батальонов имели среднее и высшее образование? Да, формально 2% с академическим образованием вроде бы маловато, однако вся суть тут в том, что академическое образование стало проникать на уровень комбатов! До «разгрома военных кадров» подобного не было и в помине.

Как не впасть в изумление, если 1833 командиров полков, фактически две трети имели за плечами академии и училища (14% – академии и 60% – училища) и лишь 26 – ускоренные курсы?

Как не поразиться тому факту, что 52% командоров корпусов имели академическое образование, а среднее – 48%, или, например, тому, что 100% командиров дивизий и бригад имели высшее (академическое) и среднее образование?!

Как, наконец, не закипеть от возмущения ложью о том, что-де в результате репрессий в РККА не осталось командоров с опытом, если по стажу военной службы 91% командиров батальонов, 100% командиров полков, бригад, дивизий и корпусов имели опыт в диапазоне от 11 до 20 и более лет? И, кстати говоря, обратите особое внимание на то, что стареем в 21 год и более обладали 96% командиров корпусов, 82% командиров дивизий и бригад, 50% командоров полков.

Обратите внимание еще и на то обстоятельство, что с 1937 г. по 22 июня 1941 г. численность РККА возросла в 3,75 раза – с 1,433 млн. чел. до 5,373 млн. чел.

Так вот, и спрашивается, если столь высокие качественные характеристики командного состава в условиях почти четырехкратного роста численности армии – это что, «результаты репрессий», разгрома военных кадров?!

Это что, «обезглавливание армии», когда академическое образование стало проникать доже на уровень комбатов, в то время как до этого даже «гениальный стратег» не удосужился окончить военную академию». Какое отношение этот ублюдочный, еще Троцким в 1937г. запущенный в оборот «термин» имеет отношение к армии, в который за период с 1937 по 1941 г. масло офицеров с высшим и средним военным образованием выросло вдвое – со 164 до 385 тыс. чел.? Какое отношение этот подлый, оскорбительный для армии «термин» может иметь отношение к РККА, если доля комсостава без Военного образования накануне войны составляла всего лишь 0,1%?! И вновь особо это подчеркиваю, при столь резком возрастании и численности самой РККА, и, естественно, численности офицерского корпуса – к 01.01.1941 – 580 тыс. чел., к 22 июня – 680 тыс. чел.

Так что же нужно, если следовать «логике» лжи и фальсификаций, чтобы считать такие кадры действительно образованными и опытными? Ничего, просто не надо следовать этой преступной «логике»!

Приведенные в таблице и далее данные если и свидетельствуют о чем либо, так только не об «оценке той степени разгрома военных кадров», потому как самому Господу Богу неведомо, что это такое – «та степень»! Они свидетельствуют об очень высоком уровне квалификации командных кадров РККА, а также о том, что все основные части и подразделения армии, на которых и зиждилась тогда структура РККА, были укомплектованы исключительно опытными и для своего-то времени отличными, в значительной мере уже академически образованными кадрами командиров. Такие кадры чисто интеллектуально не могли устроить столь грандиозную катастрофу. И именно им и их военной доблести воздают хвалу уцелевшие нацистские генералы при описании в своих мемуарах ожесточеннейшего сопротивления наших войск в самом начале войны. Потому как это именно они устроили кровавую баню вермахту и его блицкригу.

В то же время, затронув столь острую тему, было бы весьма неверным шагом уклониться от детального анализа вопроса о реальном количестве выбывших из списков личного состава во второй половине З0-х гг. командиров РККА, в т. ч. и о количестве репрессированных и, естественно, за что.

Это до чрезвычайности важно, особенно если учесть, сколь нагло и подло матерые бандиты пера, эфира и слова, эти, к глубочайшему сожалению, не переводящиеся как вид бандерлоги антисталинской пропаганды коварно жонглируют цифрами, не желая отдавать себе отчета в том, что за каждой из них людские жизни, а то и человеческие трагедии. Для них главное оглоушить мозги читателей, отупить их коварной ложью, не дать им ни малейшей возможности самим разобраться а сути тогда произошедшею.

А тупа эта ложь именно тем, что тут же и непреодолимо напарывается на всесокрушающие вопросы: «Кто же тогда оказывал яростно ожесточенное сопротивление гитлеровцам в 1941 г.? Кто же тогда начисто сорвал весь замысел блицкрига, утопив его в тевтонской крови? Кто же тогда дошел до Берлина в 1945 г.? И, что особенно важно в этой связи, под чьим же командованием это произошло? Под чьим же командованием была достигнута Величайшая Победа? Заметьте, кстати говоря, что всего-то за 2 года, 4 месяца и 9 дней, если считать от крайней точки сражений, т. е. от Сталинградской битвы и битвы за Кавказ. А заодно освободили от фашизма по сути дела чуть ли не всю Европу!

Частично на эти вопросы мы ответили еще содержанием таблицы о качественных характеристиках командного составе РККА накануне войны.

Но остался вопрос о роли и значении т. н. «репрессий» в отношении комсостава в трагедии 22 июня 1941 г. Не установив Истину в этом вопросе, мы опять будем обречены на выслушивание лжи бандерлогов антисталинской пропаганды.

Так что вместо того, чтобы вслед за ними и совершенно беспочвенно да бездоказательно все валить на Станина и на Берию, и уж тем более разглагольствовать о невесть откуда взявшейся, но якобы невероятной степени разгрома военных кадров или, того хуже, о якобы имевшем место «обезглавливании армии» (кстати, еще раз подчеркиваю, что термин-то «изобрел» Троцкий еще в июне 1937г.), обратимся лучше к архивным данных, ибо нам эти языческие визги бандерлагов ни к чему.

Итак, за обычно именуемый бандерлогами антисталинской пропаганды период «жестоких репрессий» в отношении командного (начальствующего) состава наших Вооруженных сил было уволено – именно уволено (а не репрессировано и уж тем более не расстреляно) всего 36 898 «человек (по опубликованным еще при жизни Сталина, т. е. в 1951г., данным в книге «Военные кадры Советского Союза в Великой Отечественной войне» – тоже 36898 человек; см. также РГВА. Ф. 3783. Оп. 19. Д. 87. Л. 42 – 52; Ф. 37837. Оп. 18. Д. 890. Л. 4 – 7).

Однако эта цифра – 36 898 уволенных лиц начсостава – охватывает период не 1937 – 38 гг., а с 1 января 1937г. по 1 мая 1940 г., т. е. почти за три с половиной года.

Увольнение 8213 чел из них приходится на долю так называемой «естественной убыли», то есть по причинам:

а) смерти – ее еще никто не смог отменить;

б) несовместимых с воинской службой болезней и инвалидности – к сожалению, и такое нередко, от этого еще никто не смог застраховаться;

в) достижении предельного возраста – увы, законы жизни тем более никому не удавалось отменить;

г) морального разложения – к искреннему прискорбию, в России и ее армии пьянствуют и дебоширят, порой с тяжелыми последствиями, при любых режимах и формах государственного устройства, как, впрочем, и воруют тоже, не говоря уже о прочих уголовно наказуемых во все времена «художествах», коими наша армия печально славится исстари (в архивах Военной прокуратуры, Министерства обороны, военных округов, военной контрразведки такое количество материалов на сей счет, с описанием таких, с позволения сказать, «художеств человека с ружьем», что волосы дыбом встают).

Так вот, по изложенным в п. п. «а, «б» и «в» основаниям за указанный выше срок в 3,5 г. были уволены 4165 чел., по указанной в п. «г» причине – 4048 чел, (архивное подтверждение то же самое). При этом большая для из указанных 8213 чел. – 6692 чел. приходится на период 1937 – 38 гг.

В отношении оставшихся 28 685 чел. из числа уволенных лиц начсостава за этот период явно может появиться искушение причислить их к лику именно репрессированных и именно же по политическим мотивам. Но это искушение будет явно от лукавого, особенно если внять нижеследующим цифровым данным.

По политическим мотивам, то есть во исполнение решения ЦК ВКП(б) № П47/102 от 29.03.1937 уволенных в связи с исключением из партии, за связь с врагами народа, в т. ч. и с заговорщиками, в 1937г. было 11 104 чел., а вот арестованных – всего 4471 чел., причем 1139 из них угодили за решетку за необузданное пьянство, моральное наложение (в т. ч. и за изнасилования лиц женского пола) и хищения народного достояния. Следовательно, по политическим мотивам за решеткой оказались не 4471 чел., а 3332 чел. (на самом же деле и того меньше – 3080 чел.). Всего же в 1937г. по всем основаниям было уволено 18 658 чел. (13, 1% общей численности начсостава), из них политсостава – 2194 чел.

В 1938г. по всем основанием были уволены 16 362 чел. (9,2% общей численности начсостава), из них политсостава – 3282 чел.

По указанному выше решению ЦК уволены были 3580 чел., как иностранцы – директива НКО № 200ш от 24.06.38 – 4138 чел., арестованы же из общего числа уволенных 5032 чел., из них 2671 чел. опять-таки за пьянство, моральное разложение, хищения народного достояния, т. е. под категорию «политики», выходит, подпадают 2361 человек.

В 1939 г. всего было уволены 1878 чел., в т. ч. по политическим мотивам – 238 чел., а ват арестованы – всего 73 [323]323
  Нельзя не заметить, что едва только Л. П. Берия появился на Лубянке, а произошла это 22 августа 1938 г., когда он был назначен на должность первого заместителя наркома внутренних дел СССР (29 сентября того же года по совместительству еще и начальником Главного управления Государственной безопасности СССР), и только с 25 ноября 1938 г. он стал наркомом внутренних дел СССР – так тут же исключительно резко снизились масштабы всех видов репрессий против, в частности, командного состава РККА – как арестов, так и увольнений по политическим мотивам. Если последние снизились без самой малости а 10 раз, то первые – более чем в 61 раз по сравнению с пиком арестов лиц комсостава в 1937 г. (с 4474 до 73). А нам все Берия да Берия… А ведь то же самое происходило и с «репрессиями» в отношении гражданского населения. Подонок Ежов с подачи таких же подонков, как Хрущев, Эйхе и прочая партсволочь, наарестовал за 1937—38 гг. 1 372 392 чел. «врагов народа». Из них 681 692 чел были расстреляны. Берия же только за 1939 г. и первый квартал 1940 г. способствовал освобождению из тюрем 381 178 чел., а к началу войны еще примерно 130 тыс. чел. И это не говоря уже о тысячах и десятках тысяч реабилитированных. Именно из-за этого Генеральный прокурор СССР в 1939 – 40 гг. М. Панкратов дважды строчил доносы на Берию, что-де он умышленно прекращает дела на «врагов народа» и освобождает их. Дважды этим вопросом занималась авторитетная партийно-государственная комиссия и дважды же подтвердила абсолютную законность и обоснованность действий Берии и возглавляемого им НКВД СССР. Конечно, это не значит, что органы госбезопасности почивали после этого на лаврах и ни хрена не делали. Нет, ибо этого не могло быть по определению – государственный механизм не может не функционировать, иначе не будет государства. Просто все пришло в соответствие с законами того времени. Так, если при Ежове за 1937—38 гг. за контрреволюционные преступления (ст. 58 УК РСФСР) были осуждены 1 372 392 чел., то за 1939 г. – только 63 889 чел., т. е. в 21,5 раза меньше. К тому же следует иметь в виду, что абсолютное большинство арестованных в 1939 г. за контрреволюционные преступления – свыше 80% – приходится на конец 1939 г., т. е. на период освобождения и присоединения к СССР Западной Украины и Западной Белоруссии, кишмя кишевших всевозможными подрывными элементами, националистами, агентурой польской и германской разведок и т. п. дрянью, сожалеть об арестах которых едва ли приходится… Вот вам и злодей Берия…


[Закрыть] .

Итак, по данным Главного управления па командному и начальствующему составу РККА, к 1 мая 1940 г. арестованных лиц указанных категорий насчитывалось 9579 человек. Учитывая, что уже в 1939 г. 1457 человек из них были реабилитированы и восстановлены в РККА, следовательно, арестованными (за этот период с 1937по 1939 г. и начало 1940 г.) остались 8122 человека. Непосредственно же за контрреволюционные по тогдашнему Уголовному кодексу (ст. 58 УК РСФСР в редакции 1926 г., со всеми ее «ответвлениями») преступления военными трибуналами и Военной коллегией Верховного суда СССР, а только они-то и имели право рассмотрения таких дел в отношении военных, были осуждены – подчеркиваю, осуждены, а не расстреляны – в период с 1937 по 1940 г. 9913 чел., относившихся к категориям лиц высшего, среднего и младшего комсостава, начальствующего состава (в этом сегменте больше всего политработников), а также рядового состава. Если по годам, то картина такова: в 1937 г. – 4079 чел., в 1938 г. – 3132 чел., в 1939 г. – 1099 чел., в 1940 г.– 1603 чел.

Если же обратиться к наиболее полному поименному перечню расстрелянных в те годы за контрреволюционные преступления офицеров, который был оставлен О. Сувенировым, то обнаружим, что к высшей мере социальной защиты (расстрелу) было приговорено 1634 человека. Именно их фамилии и фигурируют в этом списке.

Итак, что же получилось в итоге? А вот что: из уволенных в 1937 – 39 гг. по различным основаниям лиц командно-начальствующего состава в количестве 36 898 чел. на долю т. н. «естественной убыли» приходится 8213 чел, фактически арестованных, т. е. уже за вычетом 1457 чел., реабилитированных и восстановленных в РККА в 1939 г. – 8122 чел. (не будем также забывать, что значительная часть из них угодила за решетку не за «политику» а сугубо по уголовным основаниям – за всевозможные «художества», начиная от пьяных дебошей и перестрелок с отягчающими последствиями до тривиального воровства, с которым тогда боролись, не в пример нынешним временам, куда жестче и суровей) [324]324
  Откровенно говоря, ввиду своей искусственности, это деление на политические и уголовные преступления не имеет отношения к юриспруденции и применено здесь в сугубо публицистических целях. В России, как при царе, так и при Советах, как, впрочем, и ныне, все, что относится якобы к политике, т. е. измена, шпионаж, пособничество врагу в различных формах, заговоры с целью свержения законной власти или убийства представителей власти и т. д. и т. п., всегда подпадало под действие Уголовного кодекса (до 1917 г.– Уголовного Уложения Российской Империи). Впрочем, абсолютно аналогичным образом выглядит ситуация с этими преступлениями и в других государствах мира. Но только в России из-за этих ублюдочных козлов-«дерьмократов» додумались столь по-идиотски разделять эти преступления, предусмотренные одним кодексом – Уголовным! Как кого заметут из-за явной коррупции – тут же визги: «Политика!» Едва только кого-то арестуют за шпионаж – так получите «узника совести»! И ни при каких обстоятельствах этой сволочи-дерьмократам – и в голову не придет простенькая мысль: а была ли у этих подонков – «узников совести» – совесть, самая простая, человеческая совесть родившегося, выросшего и живущего в России, но продающего ее за тридцать сребреников?!


[Закрыть] , фактически уволенных по политической мотивам – 16 690 чел. Дело в том, что из 19 106 чел. уволеннных по этим основаниям 2416 чел. была изменена статья увольнения, восстановлены в РККА к 1 мая 1940 г. – 12 461 чел., к 22 июня 1941 г. – 15 тыс. чел.

С какой стати увольнение по целому ряду оснований 17,91% общей численности командно-начальствующего состава РККА в 206 тыс. чел в начале 1937г. должно являть собой якобы факт «разгрома военных кадров»?! Да-да, с какой такой стати, если из 19 106 чел. уволенных, а не репрессированных, по политическим мотивам 13 тыс. человек были восстановлены в РККА к началу войны?!

К слову сказать, за весь послесталинский период и вплоть до наших дней командно-начальствующий состав наших Вооруженных сил дважды подвергся чудовищному разгрому – натуральному разгрому при лысом подонке Хрущеве и при его нынешних «наследничках»! Ведь свыше 2/3 офицерского корпуса изгнали, просто выкинув их на улицу! Дважды же! А за оба раза выходит примерно миллион человек, если не того более… Это значит, демократия, не к ночи, миль пардон, помянутая – ведь 75% офицерского корпуса ни за что выгнали на улицу, а 17,91% – это репрессии?! Это что, по-вашему, «необоснованные репрессии», если фактически были арестованы всего 3,94% общего числа командно-начальствующего состава в 206 тыс. чел. в начале 1937г.?

Причем арестованы в соответствии с действовавшим тогда законодательством, к тому же значительная часть – за сугубо уголовные преступления.

Это что, по-вашему, «незаконные репрессии», если за контрреволюционные преступленья под расстрел угодили всего 0,79% общего числа командно-начальствующего состава РККА на начало 1937 г.?!

Это что, по-вашему, «жестокие репрессии», если даже по официальным данным было подано свыше 30 тыс. жалоб и прошений о пересмотре дел по увольнению (а также арестов и приговоров суда)? Чтобы такое количество жалоб и прошений было подано, надо, чтобы их подавшие остались живы! Неужели это непонятно?

Тогда где же те невероятные цифры якобы репрессированных, в основном якобы расстрелянных, коими до сих пор стращают народ бандерлоги антисталинской пропаганды?! На чем они были основаны, цифры этих негодяев? Да ни на чем, кроме как на зоологическом антисталинизме!