Текст книги "Просто ещё один летний враг (ЛП)"

Автор книги: Ариэль Хендрикс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 20 страниц)

Глава 36

Саммер

Я не знала, что член может быть красивым, пока не увидела член Дейтона. Я хочу почувствовать его у себя в горле.

– Может, позже, Кексик. А пока мне нужно, чтобы ты нашла удобное место на камне, чтобы я мог войти в тебя.

«Чёрт. Я сказала это вслух».

Щёки вспыхивают, когда я откидываюсь назад, сдвигаясь, пока не нахожу гладкое место. Он ложится на бок рядом со мной, его пальцы тянутся между моих ног. Дейтон касается набухшего клитора, размазывая моё возбуждение вокруг чувствительного бугорка. Я резко дёргаюсь от прикосновения.

Я всё ещё не привыкла к тому, что он прикасается ко мне, и иногда это просто слишком. Он наклоняется, прижимаясь мягким поцелуем к моим мокрым волосам.

– Есть столько всего, что я хочу с тобой сделать.

– Тогда делай. Я готова, – задыхаюсь я.

Его большой палец лениво кружит по клитору. Я жалею, что отреагировала так, как отреагировала, потому что тогда он, вероятно, уже касался бы меня там, где мне нужно.

– Мне нужно разогреть тебя, немного растянуть.

Его палец скользит ниже, к моему входу. Я пытаюсь расслабиться. Задница наполовину в воде. Он вводит кончик пальца внутрь меня, а его большой палец поднимается, чтобы скользнуть по клитору. Я обвиваю одной рукой его шею, притягивая ближе.

Его тело такое большое, он едва помещается на камне. Я закрываю глаза, рот приоткрывается, когда он вводит палец глубже и сгибает его, задевая мои внутренние стеночки. Я вскрикиваю.

– Дейтон…

Он покусывает моё ухо.

– Можешь быть настолько громкой, насколько хочешь, детка.

Давление внизу живота уже нарастает. Он шепчет мне на ухо, говорит, какая я красивая, какая соблазнительная для него и всегда такой была. Я становлюсь чувствительнее каждый раз, когда его большой палец двигается в сторону, а палец внутри сгибается.

– Я хочу, чтобы ты кончила на моей руке, хорошо? Можешь быть хорошей девочкой и сделать это для меня?

Так хорошо, что мне хочется плакать. Он усиливает давление на клитор, и мои бёдра сжимаются вокруг его руки. Я открываю глаза, чтобы посмотреть, что он со мной делает. Вид его мускулистой руки, погружённой между моих ног, сбрасывает меня за край. Я выкрикиваю его имя, задыхаясь и кончая на его пальцах.

– Дейтон! Блядь, как хорошо.

Он удерживает меня неподвижно, пока я не перестаю дрожать. Потом убирает руку и забирается на меня сверху. Он приставляет член к моему входу и входит в меня. Я ахаю от его внезапного размера. Его пальцы не маленькие, но они ничто по сравнению с ним.

Я приподнимаюсь над водой. Он не тратит времени и начинает вбиваться в меня. Мои чувствительные нервы горят самым лучшим образом, удовольствия становится всё больше с каждым толчком.

Его рука движется к моим губам.

– Открой.

Открываю, и он проталкивает палец мне в рот. Я чувствую на нём вкус своего возбуждения. Он засовывает его так глубоко, что я давлюсь. Он немного вытаскивает, и меня захлёстывает ощущениями. Теперь моё тело используют, чтобы он получил удовольствие, но выражение его лица заводит меня. Он сосредоточен, его взгляд напряжённо прикован к моему. Каждый раз, когда его бёдра врезаются в меня сильнее, мой оргазм становится ближе, но всё ещё недосягаем.

Он вытаскивает палец из моего рта и начинает большим пальцем тереть клитор. Я взрываюсь, глаза закатываются, когда я в третий раз кричу его имя.

– Дейтон!

Он ведёт меня через оргазм, не сбавляя темпа, пока тот обрушивается на моё тело. Когда последняя волна прокатывается по мне, он наконец резко выходит и кончает мне на живот. Я смотрю на его лицо, любя страстное выражение, которое появляется на нём во время оргазма.

Он облизывает губы, встречаясь со мной взглядом.

– Я не собирался здесь с тобой заниматься любовью. Я собирался заставить себя подождать.

Я качаю головой.

– Я больше не могла ждать.

Он наклоняется, прижимаясь поцелуем к моим губам.

– Ты стоишь ожидания, Саммер.

Его рука нежно обхватывает мой затылок.

Сердце сжимается в груди. Я думала, что смогу сопротивляться ему, но каждый момент, который мы проводим вместе, затягивает меня ближе. Такое чувство, будто я медленно скольжу вниз по скользкому склону, не в силах остановиться и не влюбиться в него полностью.

– Какой… план?

– План? – спрашивает он.

– План… ну, знаешь, с тем, что между нами происходит.

Я – чистая трусиха, потому что даже не могу прямо задать вопрос «Кто мы друг другу?».

– Ну, план «А» был – повеселиться с тобой сегодня, потом уехать и больше никогда тебе не звонить, чтобы мне не пришлось чувствовать боль от того, что ты отправляешь меня на голосовую почту. Ты в этом бикини и мистические силы Тайной бухты разрушили план. План «Б» – сделать так, чтобы ты глубоко влюбилась в меня, и каким-то образом убедить тебя больше никогда не игнорировать мои звонки.

Я смотрю на его красивое лицо.

– О, вот как? А как насчёт того, чтобы ты глубоко влюбился в меня?

Он вздыхает, убирая мокрую прядь волос с моих глаз.

– Слишком поздно для этого, Кексик. На тринадцать лет слишком поздно.

Сердце сбивается. Колодец слёз начинает наполняться за глазами, прежде чем они проливаются из уголков и катятся по щекам. Он стирает и их тоже, прежде чем поцеловать дорожку, которую они оставили.

– Тебе нужно время, чтобы догнать меня, и это нормально. Трать столько времени, сколько нужно, – шепчет он.

Глава 37

Дейтон

Мы с Саммер приехали к улочке с фургончиками с едой, чтобы послушать живую музыку, которая играет сегодня вечером. Она планировала встретиться с несколькими своими подругами. Сейчас она болтает с Сильви, Миа и Венди неподалёку от места, где играет группа.

Пока я стою в очереди в «Суперсладко», чтобы купить Саммер клубничный кекс, я замечаю Бэнкса, разговаривающего с мистером Аканой у фудтрака неподалёку. Бэнкс работает в сфере финансов в Нью-Йорке. Должно быть, отдыхает здесь. Заплатив за заказ, я подхожу к ним.

– Бэнкс, мистер Акана, как дела? Ваш дом не пострадал от бури?

Мистер Акана такой маленький по сравнению со мной и Бэнксом. Мы выглядим как гиганты, нависающие над ним. Он запрокидывает голову, чтобы улыбнуться мне снизу вверх.

– Здравствуйте! Нет, к счастью, у нас не было особых проблем. Слышал, вашей недавно построенной террасе досталось больше всего.

Я киваю.

– К сожалению, да. Это отбросило нас назад по срокам.

Бэнкс качает головой.

– Не повезло, мужик. Рад, что никто не пострадал. Дом повреждён?

– Нет. Упавшее дерево снесло террасу, но она ещё не была полностью прикреплена к дому.

– Инвесторы уже стучатся в дверь?

Я киваю.

– Вообще-то несколько.

– Держу пари, я мог бы найти тебе заинтересованных покупателей, если бы у вас уже были предварительные фотографии, – предлагает Бэнкс.

Уверен, он наверняка знает толпу покупателей, которые могли бы прямо сейчас сделать мне предложение с оплатой наличными. У мистера Аканы в глазах практически сверкают знаки доллара. Он потирает руки.

– Мы можем сделать фотографии первым делом завтра утром. Моя жена – интерьерный декоратор, так что она будет готова заняться стейджингом, как только работы закончатся.

Я снова смотрю на Бэнкса.

– Ценю, мужик.

Я поворачиваюсь к мистеру Акане.

– Именно об этом я и хотел с вами поговорить. Я не хочу, чтобы Саммер знала об этом, хорошо?

Он моргает, бросая взгляд на неё.

Я хлопаю его по плечу.

– Поговорим в понедельник. Мне нужно доставить этот кекс.



Мне требуется остаток выходных и весь понедельник, чтобы разобраться с бюджетом и счетами по дому и посчитать, сколько мы потеряли из-за ущерба от бури. Во вторник утром я сижу за крошечным столиком-бистро в «Приливы и столики» с ноутбуком.

Я скучаю по рабочему столу. Как бы сильно мне ни нравилось проводить время с Саммер, мне нужен более постоянный вариант для работаты. Её студия слишком маленькая, а когда я сижу снаружи, меня отвлекает то, как она занимается йогой на пляже. Когда я пытаюсь разговаривать по телефону, всегда какая-нибудь пила или дрель мешает мне слышать.

После того как я всё посчитал, выходит, что мы потеряли почти пятьдесят тысяч долларов, что выводит нас почти на семьдесят пять тысяч сверх выделенного фонда на ремонт.

Я запускаю пальцы в волосы, пытаясь понять, как мы вообще можем закончить всё в таком темпе, не говоря уже о том, чтобы добавить летнюю кухню. Я не хочу, чтобы Саммер знала о задержке. Последние несколько дней она была блаженно счастлива, и я не хочу, чтобы она чувствовала стресс из-за этого.

После потери матери и расставания она заслуживает немного времени, чтобы побыть беззаботной, без тяжести бюджета на плечах.

Я закрываю ноутбук и убираю его в кожаную сумку-мессенджер. Выходя из кофейни, набираю мобильный Генри и прижимаю телефон к уху.

Он отвечает на втором гудке.

– Эй, ублюдок. Как отпуск?

– Я не в отпуске, придурок.

– Правда? А меня можно было обмануть.

– Я помогаю Саммер закончить дом.

– Да, будь у меня такая горячая сводная сестра, как Саммер, я бы тоже помог ей кончить… дом.

Я останавливаюсь посреди тротуара, стиснув зубы.

– Слушай, я позвонил, потому что мне нужно, чтобы ты продал часть акций с моего личного счёта и перевёл мне сто тысяч долларов.

На линии повисает тишина.

Для меня снять столько наличных – крайне необычно. Для Генри это было бы ничто. Мы оба уверенно держимся в статусе миллионеров, но я – тот, кто копит и инвестирует. Генри – транжира. Ему плевать на цель стать миллиардером к тридцати пяти, как мне. У него несколько домов, яхта и гараж, полный машин, на которых он никогда не ездит.

У меня один пентхаус, две машины и дом в Коконат-Бич. Каждый другой цент на моё имя инвестирован и приносит мне миллионы в год процентами.

– Ты покупаешь ей кольцо? – наконец говорит он. – Надеюсь, меня пригласят на свадьбу.

– О чём ты вообще? – я продолжаю идти по улице, солнце палит мне в спину. – Мне нужны деньги на дом.

– Блядь, вы настолько вылетели за пределы бюджета? Ты никогда так жёстко не лажал с инвестициями.

Я слышу, как он печатает на клавиатуре.

– Просто сделай это.

Я сбрасываю звонок.

Мы с Генри одного сорта мудаки, когда дело касается бизнеса. Никому из нас не нужны любезности или светские беседы. Мы говорим коротко и по делу, особенно друг с другом, и именно так за последние десять лет построили успешную империю.

Комментарий о кольце заставляет голову кружиться, пока я приближаюсь к пляжному бунгало. Я даже не думал о кольце или предложении.

«Она готова к этому?»

«Она этого хочет?»

Я даже не знаю, что она сейчас чувствует ко мне эмоционально. Мы занимаемся сексом, потрясающим сексом, регулярно. Она с энтузиазмом относится ко всему, что я хочу делать с ней в постели. И она гибкая.

«Блядь, не думай сейчас о том, насколько она гибкая».

Реальность в том, что Саммер, вероятно, хочет развивать наши эмоциональные отношения гораздо медленнее, чем я. Будь всё по-моему, я бы уже обозначил её как свою и дал всему острову понять, что она больше не свободна. И снял бы денег на кольцо тоже.

Когда я дохожу до дома и прохожу через боковой двор, она стоит в позе собаки мордой вниз на песке, заканчивая свой класс йоги для пожилых. Все «пчёлки» здесь, плюс Шери. Она присоединяется просто потому, что считает их уморительными. Амелия рядом с ней выполняет все позы так хорошо, как может пятилетний ребёнок.

Я наблюдаю возле двери студии, восхищаясь терпением Саммер с этой очаровательной группой лучших подруг. Когда они все оказываются в одной позе, напоминающей треугольник, Саммер хватает камеру, лежащую поверх её пляжного полотенца, и делает фото.

– Снимай мой зад с хорошего ракурса! – кричит Дженьюари.

Все дамы начинают драматично выпячивать попы, прежде чем теряют позу из-за смеха. Саммер качает головой, делает ещё несколько снимков, прежде чем повернуться ко мне. Она поднимает руку, чтобы помахать, и я отвечаю тем же. На ней бледно-зелёный комбинезон для йоги, подчёркивающий все её прекрасные изгибы.

– Эй, босс! Можешь подойти на минутку? – зовёт Хавьер из дома.

Я поднимаюсь на заднее крыльцо и захожу внутрь, где он на кухне контролирует укладку кухонного фартука. Красивый дизайн из ракушек тихоокеанского синего цвета.

Полы всё ещё укрыты, чтобы защитить их от ботинок рабочих. Маляры закончили, а электрик завершает развешивать светильники.

Хавьер пожимает мне руку, когда я подхожу.

– Позвонил парень, который делает летнюю кухню. Он готов начать каркас основания. У вас есть финальные спецификации всего, что вы хотите там видеть?

– Уточни у Саммер, прежде чем что-то окончательно утверждать. Я знаю, она хочет раковину, плоский гриль и место для мини-холодильника.

– Хорошо. Сделаю. По внутренней части планируем закончить в конце недели, террасу с кухней – на следующей. Ландшафтные работы начнутся завтра.

– Ты отлично справился, Хавьер. Это место выглядит лучше, чем я мог представить.

Он сияет, глядя на меня.

– Спасибо, босс.

– Уточни у Саммер насчёт озеленения. Возможно, она захочет какие-то конкретные растения или цветы.

Он кивает, снова пожимая мне руку. Я выхожу обратно на пляж, где Саммер стоит с Дженьюари, Шери и Амелией, наблюдая, как устанавливают крышу новой террасы.

– Они и правда быстро работают, – говорит Саммер.

Я обнимаю её за плечи. Удивительно, но она прижимается ко мне. До этого мы почти не проявляли привязанность на публике. Ни одна из женщин никак на нас не реагирует, доказывая, насколько очевидными мы были всё время.

Задняя часть дома имеет красивую форму – фронтон над стеклянной раздвижной дверью главной спальни, сайдинг «под дерево» на верхней половине дома и окна в чёрных рамах. Терраса глубокого цвета мокко, и когда на ней появятся гирлянды и мебель, это будет самый уютный маленький уголок на всём пляже.

– Мне будет грустно с ним расставаться, – Саммер вздыхает, переплетая свои пальцы с моими. – Хотела бы я, чтобы мама увидела его таким.

– Ей бы понравился твой дизайн, – говорит Шери. – У тебя невероятный вкус, и вы с ней были очень похожи.

Она улыбается мне снизу вверх, глаза становятся влажными.

Я киваю, целуя её в лоб.

– Правда.

– Ей нравится дом. И знаете, они говорят, что всё в порядке. Они не расстроены из-за вас, – говорит Дженьюари.

Мы трое смотрим на неё.

Она улыбается так, как улыбается, когда выдаёт незапрошенные экстрасенсорные предсказания.

– Клара на самом деле в восторге. А Рассел, ну, вы знаете, какой он. Если он не злится, значит, он не против.

В груди болит так, будто грусть смешалась с облегчением. Саммер смеётся, становясь передо мной. Я полностью обвиваю руками её плечи и притягиваю к своей груди.

«Моя».

Может, мне и правда нужно перезвонить Генри насчёт ещё одного перевода. Придётся лететь в Нью-Йорк, чтобы выбрать идеальное кольцо. И мне нужно будет посоветоваться с Шери.

Моя кузина теперь смотрит на меня, слёзы собираются у неё в глазах. Она смеётся, вытирая их. Амелия копается в песке, не замечая перемены, которая сейчас происходит между взрослыми.

– Ну, в таком случае о чём мы так переживали? – Саммер откидывается на меня.

Дженьюари вскидывает руки.

– Понятия не имею. Вина – пустая трата драгоценного времени. Живи своей жизнью, дорогая.

Глава 38

Саммер

Три недели спустя

– Они красивые, но мне кажется, белые барные стулья такие непрактичные.

Жена Фрэнка, Дженис, кивает.

– Можно взять ткань, устойчивую к пятнам, но если дом купит кто-то с детьми, сохранить их по-настоящему белыми будет невозможно. Дай я сделаю пометку и посмотрю, какие ещё ткани есть в наличии.

Я перелистываю страницу дизайнерской книги.

– Вау.

Огромные качели для веранды размером с двуспальную кровать занимают всю страницу. На них матрас, стопка мягких подушек, и на фотографии они свисают с потолка задней веранды. Я тут же представляю милую семью, которая целое воскресенье лежит на них, отдыхает и покачивается.

Цена – пять тысяч долларов.

– Эта сделана очень качественно. Каждый клиент, которому я её продавала, говорил, что она стоит каждого цента.

На веранде для неё было бы достаточно места, но я не могу оправдать такую стоимость, зная, что мы продаём дом.

Сильви отворачивается от задней двери, в которую смотрела, и подходит туда, где мы стоим у мраморного кухонного острова.

– Ты такая талантливая. Не могу поверить, насколько хорошо выглядит дом после той развалюхи, которой он был раньше.

Я оглядываюсь по дому, пытаясь представить, как он выглядел раньше. Он разваливался, дерево прогнило, и полы были повреждены водой из-за протекающей крыши. Когда я впервые его увидела, он уже был наполовину разобран.

Теперь трёхметровый потолок, тянущийся от кухни в гостиную, украшен толстыми балками из натурального дерева и ротанговыми подвесными светильниками в форме капель над островом. Гостиная сейчас пустая, если не считать медленно вращающегося вентилятора.

Стены тёплого белого цвета, а деревянный пол, который тщательно восстановили и всё время держали укрытым, вымыт до блеска. Это моя любимая часть всего ремонта. Цвет морилки я смешала сама, пробуя разные оттенки вместе, пока не нашла идеальный тёплый прибрежный бежевый.

Все окна заменили на чёрные створчатые, которые открываются рычагом, кроме одного. На кухне над раковиной нам удалось спасти оригинальное витражное окно, изображающее маяк Санрайз-Бич у океана с рассветом на заднем плане. Дженьюари сказала, что много лет назад его создал художник и подарил первому владельцу.

Бледно-жёлтый цвет, который я выбрала для верхних шкафов, точно такого же оттенка, как один из солнечных лучей на витраже. Половину верхних шкафов заменили открытыми полками, кроме одной стены, где мы использовали ту же морилку, что и на балках, и сделали огромный шкаф для хранения.

В ванных комнатах я выбрала разные дизайны плитки. Гостевой туалет в коридоре рядом с кабинетом – самый смелый. Я выбрала яркие обои с розовыми и красными журавлями и глубокий малиновый цвет для тумбы. Овальное зеркало в золотой раме было таким тяжёлым, что его пришлось закреплять в стене двойным креплением.

Любимая комната Дейтона – кабинет сразу возле фойе. Я спроектировала книжные полки на заказ из акациевого дерева, которые тянутся от пола до потолка. Арочное окно выходит в сад, снаружи под ним клумба с гортензиями, оригинальный каменный фонтанчик с птицами и скамья.

Они с Кэлом идут по коридору со стороны фойе, голос Дейтона эхом разносится по пустому дому.

– …большой массивный стол и кресла из коньячной кожи.

– Просто добавь коробку сигар и хрустальный графин – и всё будет готово, – говорит Кэл.

Дейтон улыбается и кивает. Он подходит ко мне и смотрит через моё плечо в каталог.

– Нам нужно это купить.

Он указывает на качели.

Я смеюсь, качая головой, пока переворачиваю страницу.

– Где «Полиция бюджета», которую мне приходилось уговаривать последние шесть месяцев?

Он утыкается носом в мою шею, вдыхая. Задняя раздвижная дверь открывается, и внутрь входит Дженьюари, а за ней Бёрди.

– Посмотрите только на это место, – воркует Бёрди.

Сильви подходит и обнимает её сбоку.

– Разве оно не великолепное? Не могу дождаться, когда увижу его полностью меблированным.

– Скоро увидишь, если я смогу определиться с барными стульями. Когда доставят всё остальное?

Большую часть покупок я уже сделала больше месяца назад. Доставка на остров занимает больше времени, чем в большинстве мест.

– Первая доставка завтра! Это будет как рождественское утро каждый день всю следующую неделю.

– Бери качели для веранды. Сколько времени займёт доставка?

– Дейтон! Нам не нужны качели, чтобы продать дом.

– Тебе они не нравятся?

Он отстраняется, чтобы посмотреть на меня.

– Я их обожаю, но это слишком для стейджинга.

– Берите, – говорит он Дженис. – И ускорьте доставку.

Я закатываю глаза, удивляясь, что на него нашло. После того как ему пришлось из собственных денег оплачивать восстановление террасы и летнюю кухню, я чувствую вину даже за выбор мебели.

Я не спросила, сколько всё стоило. Я знаю, продажа всё покроет, но это не могло быть дёшево. Он успешный бизнесмен, который ненавидит тратить деньги. Когда он сказал мне не переживать, потому что всё под контролем, я решила, что ему, возможно, пришлось занять у друга или взять кредит.

Правда в том, что я вообще ненавижу думать о деньгах. Мама никогда о них не говорила, и мы всегда сводили концы с концами. Мне не нужно много, чтобы быть счастливой. Этот дом намного красивее любого места, где я когда-либо мечтала жить.

– После того как он продастся, ты знаешь, куда поедешь, Сам? – спрашивает Сильви.

Все взгляды поворачиваются ко мне. Я переплетаю свои пальцы с пальцами Дейтона. Он сжимает их. Мы вообще не говорили о будущем. Совсем. Последние три недели мы были вместе без остановки, не считая нескольких ночей, когда ему приходилось летать в Нью-Йорк на встречу с клиентами.

Я знаю, что ему надоело работать из студии и что, если смотреть реалистично, его компания в Нью-Йорке. Филиал в Майами слишком мал, чтобы он был нужен там постоянно.

Мне почти не нужно было обсуждать с ним что-то серьёзное до этого момента, но теперь, когда дом наконец готов, а моя жилищная ситуация повисла в воздухе, нам пора поговорить о нас.

– Честно говоря, я не совсем уверена. Я не хотела об этом думать. Думала о Калифорнии. Саванна сказала, что я могу какое-то время пожить у неё. Я не ожидала, что влюблюсь в Коконат-Бич, пока буду здесь.

Эмоции подступают к горлу от этих слов. Влюбляться вообще не входило в мой план.

И всё же вот она я. Глупо влюблённая.

Тепло Дейтона у меня за спиной и мягкое сжатие его руки вокруг моей ослабляют напряжение в плечах.

Глаза Сильви смягчаются. Дженьюари ухмыляется, как Чеширский кот, который знает что-то, чего не знаю я. Она всегда знает. Кэл бросает на Дейтона вопросительный взгляд, который я не могу расшифровать.

– У тебя есть время во всём разобраться, – тепло говорит Бёрди.

– И много друзей, которые поддержат тебя, пока ты будешь разбираться со следующими шагами, – говорит Сильви.

Я улыбаюсь и киваю. Она права. На этом маленьком острове у меня появились невероятные друзья. Часть меня не может представить, как я улетаю обратно на Западное побережье.

Быть здесь – значит чувствовать себя ближе к маме и Расселу.

Быть здесь – значит быть дома.



Солнце опускается на западе, когда Дейтон наливает каждому из нас по бокалу шампанского. Мы на втором этаже террасы, где он только что закончил развешивать гирлянды. Мебели здесь ещё нет, так что он принёс наверх наши пляжные кресла.

На мне простое белое льняное платье с открытой спиной. После того как он почти месяц подряд провёл здесь, его кожа приобрела то самое золотистое сияние, которое всегда было у него в школе. Бледно-жёлтая рубашка на пуговицах подчёркивает его грудь.

Он поднимает свой бокал шампанского к моему.

– Тост за то, что мы наконец закончили ремонт дома.

Мы чокаемся и отпиваем. Я выдыхаю, прежде чем посмотреть туда, где волны встречаются с розовым небом. Сердце кажется тяжёлым, но наполненным.

– Я буду скучать по этому виду.

– О, это напомнило мне. Я кое-что тебе купил.

Я смотрю на него, когда он вытаскивает из заднего кармана сложенный лист бумаги. Кожа покалывает, когда я тянусь к нему. Я понятия не имею, чего ожидать.

«Может, билет на самолёт, чтобы навестить его в Нью-Йорке».

Я разворачиваю его и смотрю на документ, который определённо не является авиабилетом.

Наверху жирными буквами написано: «ГАРАНТИЙНЫЙ АКТ О ПЕРЕДАЧЕ ПРАВА СОБСТВЕННОСТИ».

Под этой строкой стоит моё полное имя – Саммер Ларк Салливан.

– Что это? – бормочу я, не веря своим глазам.

– Документ на дом.

Он говорит это так, будто заказывает бублик с грёбаным сливочным сыром.

Я снова моргаю, пытаясь осмыслить слова, которые он только что произнёс.

– Но почему здесь только моё имя?

Я переворачиваю лист, пытаясь найти Рассела Дейтона Коупленда II.

– Потому что он твой, Кексик. Я хочу, чтобы он был у тебя. Я хочу, чтобы ты осталась.

Мои глаза медленно поднимаются по его телу, пока не встречаются с янтарным взглядом. Пульс бьётся неровно, кожа горит.

– Я не понимаю…

Он протягивает руку, чтобы заправить мои волосы за ухо.

– Ты не хочешь остаться здесь?

Мои руки дрожат.

– Хочу. Просто… это слишком.

Цена дома со столькими нулями. Слишком много, чтобы я могла принять его в подарок.

– Мне не нужен такой большой дом.

– Здесь всего четыре спальни плюс студия. Если ты не против, я буду работать из домашнего кабинета, а ты могла бы оборудовать одну спальню под фотостудию для портретов. Ты даже могла бы сдавать апартаменты кому-нибудь за дополнительный доход, чтобы покрывать налоги и страховку.

– Ты тоже хочешь здесь жить?

Он отпивает шампанское.

– Мне правда нужно делить время между этим местом и Нью-Йорком. Я сохраню свой пентхаус там, но мы можем проводить лето здесь и летать туда-обратно, когда тебе нужно.

«Мы».

Я смотрю на белые гребни волн в сгущающейся темноте. Гирлянды висят над головой, создавая тёплую, уютную атмосферу. Слёзы щиплют уголки глаз.

– Это слишком, Дейтон. Я не могу это принять. Разве тебе не нужно выплатить кредит?

Я снова смотрю на его лицо и вижу, что он хмурится.

– Какой кредит? Они владели домом полностью. Я думал, ты знала.

– Кредит на новую террасу и летнюю кухню.

Я указываю на каменную столешницу с плоским грилем, раковиной и мини-холодильником со стеклянной дверцей.

– Я не хочу, чтобы ты был вынужден продолжать его выплачивать, когда он должен быть погашен из продажи. И этот дом был и твоим наследством тоже! Нет, я не приму такой подарок.

Он громко смеётся, ставя бокал.

– Мне не нужен был кредит на ремонт.

Я оглядываюсь на роскошную террасу. Теперь, когда я действительно об этом думаю, – он сегодня заплатил Дженис напрямую за мебель. Я просто решила, что они дают её нам в пользование и потом возьмут больше из комиссии после продажи.

Я складываю руки на груди.

– Как ты его оплатил?

Он пожимает плечами.

– У меня были инвестиции, которые хорошо сработали в этом году. Слушай, – он забирает мой бокал и ставит его на перила, прежде чем взять меня за руки. – Слишком поздно отказываться. Документы оформлены. Я переписал свою половину на тебя. Мне не нужны эти деньги. Всё, о чём я прошу, – сохрани для меня место в своей кровати и позволь мне поставить стол в одной из комнат, чтобы работать оттуда, когда я не занимаюсь с тобой сладкой любовью на новых качелях на веранде.

– Но…

– Никаких «но». Перестань спорить со мной и позволь мне любить тебя, женщина.

Он обнимает меня, притягивая для поцелуя.

Его губы находят мои. Я таю в его поцелуе, запрокидывая голову. Его рот накрывает мой. Его мягкие губы раскрываются, чтобы он мог коснуться языком моего. Из глаз вытекает ещё больше слёз. Меня распирает от такого количества чувств, что я даже не знаю, с чего начать их осмысливать.

Я отстраняюсь, ища его глаза.

– Почему? Почему ты это делаешь?

– Потому что я безумно влюблён в тебя. Мне нужно доказать тебе, доказать, что ты значишь для меня больше всего на свете.

– Я тоже люблю тебя, Дейтон, – шепчу я, теперь плача сильнее.

– Наконец-то, – говорит он со стоном. – Я так чертовски долго ждал, чтобы услышать от тебя эти слова.

Я смеюсь, снова целуя его.

– Прости, что мне понадобилось столько времени, чтобы догнать тебя.

Он утыкается носом в мою шею, покачивая нас вперёд-назад в такт музыке.

– Всё в порядке. Ты догнала, и теперь мы здесь. Мы вместе. Этот момент – больше, чем я когда-либо надеялся получить с тобой.

– Слава богу, ты наконец ей сказал, – кричит Дженьюари снизу, очевидно подслушивая. – Меня уже тошнило от необходимости хранить этот секрет!

– Я ей даже не говорил, – шепчет он мне на ухо.

Я смеюсь, прижимаясь к нему. Закрываю глаза, чувствуя себя более довольной и спокойной, чем за многие годы.

– Это значит, что теперь я всегда должна отвечать на твои звонки?

– Да.