Текст книги "Гимн шута XXV (СИ)"

Автор книги: Антон Федотов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 15 страниц)

– Вы не поняли, Павел Анатольевич, – мягко возразил поставленным голосом профессионального проповедника Калас. – Этот вопрос уже решен. С цесаревичем.

Волконский мысленно сосчитал от пяти до ноля.

– Так чего вы хотите от меня, господин Петров?

– Встречи, – твердо ответил магистр. – Полагаю, что нам нужно решить это вопрос лично.

«Нам еще вместе работать.» – осталось за кадром.

«Что ж!» – оценил Павел. Такой камень из-за пазухи действительно лучше доставать сразу. Иначе в будущем это может обернуться большой бедой.

– Я понял. Обговорите время в течение шестидесяти четырех часов с моим секретарем.

Больше беседовать было не о чем, и клановец дал отбой.

Несколько секунд он молча постоял, укладывая в своей голове новую реальность, после чего встряхнулся и направился к родичам. Как бы там оно ни было, обед в кругу семьи он заслужил.

Глава 9

Глава 9

– Рекомендую попробовать мурманский гребешок с гречей под трюфельным соусом. Мягкий, слегка упругий гребешок идеально дополняет кремовую основу из гречки. Ореховые нотки усиливаются и раскрываются благодаря глубокому земляному аромату трюфеля. Естественный же сливочно-сладкий вкус холодного северного моллюска гармонично сглаживается интенсивностью соуса…

Тук-тук-тук.

Павел задумчиво выбил ритм ногтем указательного пальца по столешнице. Мрачно разглядывая собеседника. Есть за этим столом, и в компании подобного спутника клановец не собирался. По нескольким причинам. И даже если исключить из них яркое желание постучать сидящему напротив мужчине по голове, то нынешняя ситуация складывалась таким образом, что включать вариантов с отравлением было нельзя.

Конечно, сестренка и родная Служба снабдили его целым набором защитных амулетов. На все случаи жизни. Но «свободовцы» очень далеко продвинулись в своих играх с Кровью. А Кошкина, ныне жившая в режиме постоянной готовности, могла и не успеть справиться с какой-нибудь хитрой пакостью.

Да и не очень хотелось, если честно.

– К делу, господин Петров, – потребовал ровно клановец.

Его голос звучал глухо и сухо.

Он оторвался от дел и нашёл время на встречу. И теперь же совершенно не желал тратить драгоценные минуты на обсуждение кулинарных изысков небольшого ресторана в центре города. Его волновали три простых вопроса: «Что?», «Где?» и «Когда?». А еще крайне интересовал ответ на вопрос «Почему?».

Но в целом клановец готов был обойтись и без этих сакральных знаний. Здесь и сейчас он находился по просьбе цесаревича. А это не приказ или требование. Так что молодой человек был готов встать и уйти в тот самый миг, когда решит, что здесь и сейчас потратил достаточно драгоценного в преддверии нескольких операций времени.

– Павел Анатольевич, мы могли бы обсудить сложившуюся ситуацию… – начал аккуратно Калас.

Бум.

В этот раз Волконский ударил по столешнице уже костяшками сжавшейся в кулак руки.

– господин Петров, – с некоторым усилием сдерживав рык, требовательно оборвал словоблудие Павел. – Вернёмся к делу. Сестра Анна. Почему?

Да, подтверждение от цесаревича уже пришло. Будущий самодержец действительно принял решение сохранить Анне жизнь, во всяком случае, пока. Передав её на поруки будущему магистру «Свободы воли» по всей России.

И да, небожитель прекрасно понимал, что в противостояние личных интересов одного отдельно взятого Волконского и государственной необходимости первые шли строем на фиг. Но это не значит, что Павел воспринимал создавшееся положение спокойно. Напротив, молодого человека невероятно раздражала мысль, что безбашенная убийца, без каких-либо колебаний положившая более сотни собственных сторонников, подорвав автобусы, ещё на свободе. Ведь смертник, пытавшийся взорвать его совсем недавно, мог зацепить и сестру. Такого прощать было нельзя в принципе.

– Анна имеет обширные связи среди региональных отделений нашей организации.

Калас больше не пытался притворяться радушным. И заинтересованным в проблемах Павла. Сейчас перед молодым человеком сидел будущий магистр. Холодный и расчётливый. Руководствовавшийся исключительно выгодой.

Ну так пусть не удивляется, если ситуативные сторонники, получившие едва ли не буквально нож в спину, будут действовать на свое усмотрение.

На абсолютно ничего не значившую для него фразу «небожитель» просто промолчал, продолжая беззвучно выбивать ногтями ритм по столешнице. Его немигающий взгляд уперся в переносицу Каласа.

– Её участие позволит избежать больше крови в будущем, – предпринял еще одну попытку «свободовец».

Тук.

Палец Павла замер на столешнице. Молодой человек слегка подался вперёд и упрямо наклонил голову.

– Уверен? – спокойно спросил он. – Пока ваша Анна крови не чуралась. Ни в прямом, ни в переносном смысле.

Несколько секунд мужчины смотрели друг на друга. Дополнительных слов не требовалось. Магистр прекрасно понимал, что своим решением он убивал возможность конструктивной работы с Волконским. Нет, опричник, конечно, выполнил приказ сюзерена. Но рассчитывать на то, что молодой человек хотя бы пальцем пошевелит, например, ради спасения его жизни или придёт на помощь в нужный момент без приказа, более не приходилось. Да и в случае получения оного может вспомнить о солнечной Италии и традициях местных забастовок.

В общем, если перевести с политического на русский высказывания Каласа, то его можно было свести к простой фразе: «Анна нам важнее, чем твоя жизнь».

– Я полагал, что мы сможем найти общее решение, – сухо констатировал Калас.

– Ваши ожидания – ваши проблемы, – глухо ответил Павел.

Есть вещи, через которые переступать нельзя. Например, попытка убийства сестры.

Такого Волконский простить не мог никому и ни за что.

И уж если для Каласа было так важно сохранить жизнь этой сумасшедшей бабы, то стоило попытаться сначала решить вопрос с воеводой региона, а не проворачивать свои махинации за его спиной.

– Наш «большой друг» согласился с необходимостью сохранить жизнь ключевого актива будущей организации.

Лицо Павла не дрогнуло, хотя ему до ужаса хотелось скривиться. Однако разговор с Цесаревичем он отложил на потом. И очень надеялся, что у будущего императора будут достаточно веские доводы в пользу этого решения. Вслух он так ничего и не сказал. Лишь внимательно рассматривал исподлобья собеседника, словно запоминая этот момент со всех сторон.

Кажется, взгляд очень не понравился «господину Петрову».

– Я сделаю так, что она покинет Империю, – продолжил Калас, так и не дождавшись ответа. – Она больше никогда не вернётся сюда.

Павел негромко и очень невесело хмыкнул. Серьёзному человеку нет нужды объяснять, что, даже находясь в десятках тысяч километров, можно устроить множество пакостей в любой точке планеты. Было бы желание и ресурсы. Последних у Анны вполне хватало, как оказалось. А вот с мотивацией оставались вопросы. Даже Светлана, просчитывая возможные дальнейшие варианты для этой сумасшедшей сектантки, выдавала слишком большой спектр развития событий. И это говорило вовсе не о гибкости мышления, а о непредсказуемости. А с непредсказуемым человеком договариваться смысла не имеет никакого.

– И как вы собираетесь обеспечить выполнение вашего обещания? – сухо спросил Павел.

Не то чтобы ему было интересно. Скорее, он уточнял для себя, насколько серьезной будет конфронтация с «господином Петровым» в дальнейшем.

– У меня есть способы, – уклонился от обсуждения конкретики Калас. – Можете не сомневаться, больше сестра Анна вам проблем не создаст.

Тук-тук-тук.

Ещё три щелчка ногтем по столешнице подстегнули мыслительный процесс.

– Допустим, – чуть-чуть склонил голову Павел. – А как быть с попыткой убийства, в которой едва не пострадала моя сестра? Вот как мы с этим поступим, господин Петров?

Мужчина замолк и откинулся на спинку стула, рассматривая собеседника. И да, он прекрасно понимал застывшего напротив «небожителя». Калас и сам предпочитал не оставлять врагов за спиной. В пользу Анны говорили её связи и личные эмоции магистра. И он даже верил, что первый аргумент весил в принятии решения гораздо больше второго.

– У вас есть поговорка, – ровно начал он. – Не стоит бить горшки…

– Бред, – коротко охарактеризовал Волконский. – Мне больше нравится другая: «глаз за глаз, зуб за зуб.». Если ваше знание русского языка не настолько хорошо, то выражусь яснее. Я вам даю понять, что ни на какой компромисс идти не готов. Не в этом вопросе. Более того, вынужден сообщить, что более вам не доверяю.

И раньше о «большой любви» речи не шло. Но Павел был готов положиться на слово цесаревича. Теперь его будет недостаточно.

– Что ж, – выдохнул Калас. – Я вас понял. Я готов смириться с последствиями моего решения.

Он едва заметно дёрнул кулаком рта. И вовсе не из-за плохого контроля. Мужчина явно желал показать собеседнику своё отношение к происходящему.

– Что ж, как знаете, – спокойно отреагировал Павел.

Не всегда худой мир лучше прямого столкновения. С иными «друзьями» и врагов не надо.

Павел помолчал. Довольно долго. Теперь же настала очередь Каласа заткнуться и дожидаться вердикта.

– У вас есть неделя, – сухо сообщил Волконский. – Если в течение этого времени она не покинет империю, я сделаю всё, чтобы она осталась здесь навсегда. Это понятно?

Калас ещё раз глянул на молодого человека, чьи глаза выражали непреклонность и готовность идти в своём решении до конца.

– Вполне, – в том же тоне ответил он.

Павел откинулся на спинку стула и еще раз смерил изучающим взглядом собеседника.

– В таком случае сроки я обозначил, – продолжил без эмоций, во всяком случае внешне, Павел. – Дальше буду действовать по своему усмотрению, без оглядки на кого-либо.

Калас лишь кивнул. Молодой человек встал и, не утруждая себя прощанием, вышел из зала ресторана. Ему нужно было подумать над всем случившимся.

* * *

Павел вышел из ресторана и несколько раз с силой «затянулся» прохладным вечерним воздухом, прибежавшим с реки. Он не то чтобы потерял рассудок от бешенства, однако мысль о том, что пытавшаяся убить его сестру психопатка будет разгуливать где-то живой, сохранив большую часть своих возможностей, его не устраивала категорически. И дело вовсе не в кровожадности. Просто от этой женщины можно было ожидать всего.

Сделав еще несколько глубоких вдохов, Павел решительно кивнул сам себе и направился вдоль небольшой пешеходной улицы, ведущей к уютной площади в центре города. Оценив направление сюзерена, охранники, оставшиеся во внедорожниках, мягко тронулись с парковки, объезжая квартал таким образом, чтобы принять набор господина уже с другой стороны площади.

Перед самым стартом тяжёлый внедорожник покинула стройная фигурка. Следом за Волконским направилась лишь Мышь.

– Я с тобой, – объявила девушка, догоняя Павла.

Молодой человек задумчиво кивнул, размышляя о чём-то своём.

– Ну вот опять завис, – с грустью прокомментировала Мышь.

Но уже так тихо, что клановец расслышать ее слова мог лишь случайно.

В сегодняшнем «приключении» Павла сопровождали Настя и Сергей. Приказом Князя на данный момент основной задачей группы было обеспечение безопасности самого младшего её члена.

– Поговорили? – с непосредственной улыбкой спросила Мышь, шагая рядом с молодым воеводой.

Павел уже хотел что-то ответить, но его отвлекла вибрация во внутреннем кармане. Достав коммуникатор, он негромко хмыкнул:

– Кажется, недоговорили.

Насте хватило одного взгляда на экран, чтобы тут же технично отойти шагов на десять в сторону. Во-первых, подробности таких бесед она знать не желала в принципе. У нее и так грехов за душой… то есть, подписок в личном деле подшито столько, что иногда становилось страшно жить. Во-вторых, с небольшой дистанции было удобнее работать с объектом. Легче заметить опасность и среагировать на изменение обстановки.

– Здравствуйте, Константин Дмитриевич, – сухо поздоровался Павел.

Наследник трона лишь тяжело вздохнул. Он уже прекрасно понял, в какие моменты между ними пробивалось это самое «вы». Исключая формальные беседы, конечно же.

– Заканчивай, Павел Анатольевич, – попросил он. – Мне и самому неприятно. Но ситуация складывается так, что содействие этой женщиной поможет нам сохранить множество жизней, в том числе и среди оккультистов. А я напомню тебе, что в свободу воли очень часто входят первые или вторые сыновья многих известных Фамилий.

– Я понимаю, – сухо подтвердил Волконский.

Он действительно мог понять государственную необходимость. Гражданской войны здесь и сейчас не хотел никто. Но это не значило, что настроение молодого человека становилось лучше.

– Ни хрена ты не понимаешь, – с досадой выдохнул Долгорукий. – Я тебе вышлю расчёты.

Павел сжал зубы, сдержав уже готовое вырваться замечание. Всё-таки он дал клятву опричника. И говорить с сюзереном нужно соответствующе. Хотя кое-кто мог бы и поставить его в известность заранее.

– Эта Анна покинет территорию Империи, – подытожил Цесаревич. – Вопрос не обсуждается.

Самое неприятное в создавшемся положении было то, что Павел прекрасно понимал: да, в регионе ответственный за ситуацию он. Однако Калас решал задачу более высокого порядка. Фактически цесаревич требовал от него приведения филиала «Свободы воли» во вменяемое состояние на всей территории страны. Ну, есть ли где-то в мире такое место, где слова «политика» и «дерьмо» не воспринимаются одним и тем же?

– Почему, чёрт возьми, я узнаю об этом последним? – глухо спросил он.

– Потому что решение принимать мне, – спокойно объяснил Долгорукий. – С тобой я готов обсуждать другой вопрос.

– Это какой же? – уточнил Павел.

– Как минимизировать потери от этого решения.

Волконский задумался. Читать между строк он умел прекрасно. И последние слова Цесаревича внушали надежду на светлое будущее.

– Сколько? – слегка севшим голосом уточнил он.

Пусть эта сестра Анна решает задачу на благо империи. В конце концов, чем спокойнее будет в её границах, тем проще будет жизнь Волконского.

– Шесть месяцев максимум, – ответил Константин Дмитриевич.

«…Затем можешь делать всё, что хочешь.» – вслух произнесено не было. Однако подстрочник был понятен обоим собеседникам.

– Вплоть до? – уточнил Павел прямо.

– Вплоть до, – подтвердил Цесаревич.

Ему тоже психопаты со столь интересными возможностями на этом шарике земном не были нужны как класс. Так что решение Долгорукому далось легко.

«Вот ведь жук!» – оценил невесело Павел.

Мало того что цесаревич получит профит от объединения «филиалов» под началом Каласа с минимальными затратами. Так ещё и после уберёт Анну чужими руками, просто перестав стоять на пути у своего опричника.

– Политика, – с нескрываемым отвращением произнёс Долгорукий.

– Что ж, – наконец решил молодой человек. – Я готов подождать. Но не более полугода.

Царевич не ответил, но Волконский почти наяву увидел, как тот кивнул задумчиво.

– Второе условие. Я смогу использовать любые понадобившиеся мне мощности, чтобы установить местоположение сестры Анны после того, как в ней отпадёт необходимость.

В этот раз Константин Дмитриевич всё-таки ответил вслух:

– Без фанатизма, Павел Анатольевич, – строго произнёс он.

На это промолчал уже Павел, про себя решивший, что возьмет столько, сколько понадобится для обнаружения сумасшедшей сектантки. Ну не мог он иначе воспринимать человека, способного убить сотни ради того, чтобы спасти нескольких приближённых.

– В таком случае, – негромко произнёс Долгорукий. – Мы договорились.

– Мы договорились, – подтвердил Павел и, наконец-то дошедший до своей цели, нагнулся над окошечком кофейного ларька. – Капучино двести, пожалуйста.

Получив заверение, что всё будет сделано в течение трёх-пяти минут в лучшем виде, он вновь вернулся к разговору, краем глаза отмечая, как подъезжает его машина.

– Кофе балуешься? – констатировал Царевич.

– Наслаждаюсь жизнью, пока могу, – объяснил свою позицию Павел.

Этой фразой было сказано гораздо больше, чем казалось бы на первый взгляд.

– Отличное решение, – поддержал Цесаревич. – Кстати, твоё заявление на отпуск без сохранения оплаты я получил.

Последние несколько реплик несли в себе множество смыслов, непонятных стороннему наблюдателю, даже если кто и смог бы подключиться к защищённой линии спецсвязи Государевой.

– Когда? – просто спросил Долгорукий.

Павел посмотрел на часы.

– Через…

Молодой человек задумался.

– Ваш кофе, пожалуйста.

Бариста справился с напитком в рекордные сроки. Павел вздохнул и взял стаканчик с подставки. Прикинув объём и время, чтобы не спеша расправиться с напитком, он просто ответил:

– Пять минут.

– Что ж, желаю удачи. Держи меня в курсе событий.

– Понял тебя, Константин Дмитриевич, – ответил Павел, снова переходя на «ты», вполне допустимое в приватных беседах.

Сбросив соединение, клановец сделал последний глоток и отбросил стаканчик в урну – точно, без замаха – и шагнул к подъехавшему внедорожнику. Выскочивший гвардеец тут же распахнул перед ним пассажирскую дверь. Прохлада салона, запах кожи, и привычный полумрак приняли Волконского в свои объятия.

Клановец опустился в кресло, и бронированная машина плавно тронулась с места, вливаясь в вечерний поток.

Парень успел подумать о том, что сегодня ещё нужно успеть. Успел отметить, как успевшая обойти машину Мышь пристегнулась рядом. Даже, казалось, смог разглядеть, как в боковом зеркале мелькнула тень.

А потом мир схлопнулся.

Взрыв не был громким – во всяком случае, для тех, кто внутри. Сначала пришёл удар: машину швырнуло вбок. Ремень безопасности с силой впился в грудь Павла. Через секунду огонь «лизнул» крепкую броню. Уши заложило от воя и скрежета рвущегося металла.

Внедорожник, ещё секунду назад такой тяжёлый и надёжный, теперь кувыркался по трассе, разбрасывая обломки, точно игрушечный. Куски брони, вырванные с корнем, врезались в асфальт, в бордюры, в припаркованные машины. Клубы дыма и пыли поднялись над улицей, заволакивая вечернее небо.

А затем настала тишина.

«Вот и все!» – успел подумать Павел, таки дотянувшись до амулетной связки.

И тут же на него обрушилась тяжелая темнота.

Глава 10

Глава 10

За двести десять минут до взрыва.

Маленькая юркая машинка с задорным жужжанием обогнула выставленную в качестве одного из препятствий коробку с куклой. После чего резко затормозила в «створе» из двух стульев, которые продавец приволок из подсобки. На несколько секунд зал магазина небольшого игрушек замер в тишине.

– Ну как вам? – поинтересовался наконец консультант, окидывая прилично одетого господина странным взглядом.

Посетитель и впрямь вёл себя несколько странно для своего возраста. На вид ему было лет сорок пять, но выбирал он игрушечную машинку на радиоуправлении с серьёзностью покупателя «Феррари» коллекционного выпуска. «Знаток» внимательно осмотрел десяток предложенных вариантов. Из них отобрал три. И вот уже четверть часа серьезный на вид мужчина тестировал «фаворитов» на импровизированной трассе.

Конечно, на своей памяти продавец видел много «тридцатипятилетних мальчиков», покупавших игрушечный вертолёт «для ребёнка». Но с таким энтузиазмом, что становилось понятно: двухлетнему малышу игрушка явно не достанется. Однако и там со столь основательным подходом он не встречался.

Взгляд молодого по сравнению с посетителем мужчины скользнул на полку с летающими радиоуправляемыми моделями. «Отчего нет?» – задумался он в который раз. Детей у него не было. Но почему проживший почти треть жизни человек не имеет права порадовать себя?

– Давайте ещё раз проверим предыдущий вариант, – спокойно попросил странный клиент, постояв в задумчивости.

Продавец не возражал. Это было уже не в первый раз. Минут десять назад еще один «претендент» был признан негодным. Так что «борьба» продолжалась между двумя моделями.

«Одно радует: ты не бассейн покупаешь!» – оценил ситуацию продавец. Однако озвучивать свои мысли вслух молодой человек не собирался, а потому он просто взял со стойки очередную машинку и протянул посетителю другой пульт. Сколь бы странной ни казалась ему ситуация, он был готов простоять ещё столько же. Ведь будущий покупатель рассматривал приобретение далеко не самой дешёвой модели.

– Попробуем ещё раз, – и громко прокомментировал свои действия мужчина, не обращая особого внимания на свидетеля собственных странных манипуляций.

Вновь взвизгнул достаточно мощный электрический моторчик, и очередная машинка сорвалась со стартовой черты, тут же с едва слышным скрипом резиновых колёсиков, юркнув в первый поворот импровизированной трассы.

Продавец сразу мог бы сказать, что опыта работы с владением такими игрушками у посетителя нет. Однако с каждым прогоном он обращался с пультом управления всё увереннее. Если в первые «заезды» посетитель постоянно задевал расставленные препятствия, то к нынешней попытке он уже вполне сноровисто и чисто проходил не самую простую трассу.

– Могу предложить радиоуправляемый вертолёт, – всё-таки рискнул пошутить продавец.

– Не нужно, – серьёзно ответил мужчина, уже достаточно ловко загоняя электрический болид в «створ» из двух стульев.

В этот раз игрушечная машинка остановилась именно там, где он запланировал.

– Я возьму вот эту, – наконец определился с выбором покупатель.

Совладелец магазина поднял большой палец вверх. Ему и самому показалась, что хищная багги для игр без подготовленного покрытия, чуть четче справляется с поворотами.

– Пятьсот рублей, – аккуратно напомнил продавец.

Вполне приличная средняя зарплата по городу.

Посетитель небольшого семейного магазина игрушек хоть и был одет довольно прилично, впечатления богача не производил. Потому молодой человек из личного расположения решил деликатно, как он «умел», напомнить о цене.

– Благодарю, я осознаю свои финансовые возможности, – спокойно отозвался посетитель. – Можете обратно в коробку не собирать. Также мне нужен ещё один запасной аккумулятор и второй комплект батареек для пульта.

Продавец кивнул. Это заявление вполне объясняло наличие пустой сумки, ныне служившей одним из конусов на импровизированной трассе. Но ничего криминального в просьбе не усмотрел.

– Конечно, сейчас всё сделаем, – принялся вытаскивать он из коробки инструкцию и гарантийный талон. – Желаете оформить продлённую гарантию?

В ответ мужчина еле заметно усмехнулся. Невесело как-то, но вполне явно.

– Благодарю, это не понадобится, – покачал головой придирчивый клиент.

Консультант ответил укоризненным взглядом. Он искренне считал, что если человек способен на такую покупку, то и потратить несколько рублей на продленную гарантию стоит обязательно. Особенно если он столь серьёзно подходит к вопросу.

Самое интересное, что в данный миг им двигал чистый альтруизм, а не жажда наживы.

– Зря вы так, – пожал плечами словоохотливый продавец, вполне искренне расположенный к потратившему довольно крупную сумму в его магазине покупателю. – Стоит недорого. От многих проблем убережёт. Вы же завтра помереть не собираетесь?

Шутка вышла неловкой. Так что молодой человек лет двадцати семи виновато улыбнулся: «Мол, простите мой дурацкий юмор».

– Не уверен, – ровно ответил посетитель с такой серьёзностью, что продавцу вдруг стало очень и очень не по себе. Резко. А руки его зашевелились в два раза быстрее.

Молодой еще совсем парень и сам не смог бы сказать, отчего ему резко стало так «зябко» в присутствии этого человека. Но хорошее отношение буквально смыло волной смутной тревоги. Хотелось только одного: чтобы господин оказался подальше отсюда. И как можно скорее.

Наконец, игрушка, запасные аккумуляторы и прочие расходники были сложены в сумку. Посетитель выложил на стойку шесть сотенных купюр и кивнул продавцу.

– Благодарю вас за помощь в подборе, – объяснил покупатель оставленную в качестве чая сотенную.

Продавец резко сцапал деньги с прилавка и засунул их куда-то под стол. Наверное, чтобы странный посетитель не передумал.

– Рад был вам помочь, – произнёс он, испытывая необъяснимое нетерпение.

Покупатель молча кивнул и, закинув сумку на плечо, зашагал вдоль прилавков.

На выходе из отдела за его спиной тенью пристроился крепыш лет тридцати в чёрной куртке. Профессионал, доведись ему увидеть эту картину, сразу бы предположил наличие у него оружия. Вот только откуда ему взяться в детском отделе на окраине небольшого городка?

– Сюда, – хрипло бросил крепыш, едва они оказались на улице.

Контрразведчик кивнул. Больше своим мыслям, чем боец, чьего имени «информационщик» так и не узнал. На этих людей вышел Кондрат. Он же оплатил заказ. И «Иван Иванович» был вынужден признать, что дело своё ребятушки знали туго. Хоть как-то обозначил себя лишь директор небольшой компании, специализирующейся на услугах безопасности официально и торговле информацией, на которой и делался основной доход. Но и он ограничился коротким то ли прозвищем, то ли позывным – Ник.

– Садись, – предложил крепыш, едва они подошли к не самому новому, но всё ещё приличному седану. – Сумку давай.

С этими словами сопровождающий изъял сумку и сложил ношу в багажник.

– Ник сказал, что жильё готово, данные по первичному наблюдению доставят через час. «Сеть» мы уже развернули.

Контрразведчик кивнул. Делец по имени Ник был известен даже за пределами Красноуральска. Конечно, вне «мёртвого узла» его возможности были сильно ограничены. Однако если внешний игрок изъявил желание работать на этой территории, то более осведомлённого торговца информацией найти было сложно. За определённые, хотя и очень высокие комиссионные, Ник готов был взяться за любую задачу. Вопрос был лишь в цене. Так что его совершенно не смутила необходимость проследить за новым воеводой, чтобы в реальном времени сообщать о его передвижениях заказчику. Также бывший имперский представитель, собравший вокруг себя довольно профессиональную команду из отставников различных ведомств, без труда достал пятьсот грамм артефактной взрывчатки. Но дороже всего обошлась работа десятка «топтунов», сменяя друг друга, неотрывно следивших за перемещениями цели. Кроме того, Ник брал на себя услуги трансфера и размещения. Можно было доплатить и за анонимность прибытия в регион. Но «информационщик» не видел в этом смысла. Какая разница, если его всё равно уберут сразу же после исполнения заказа? Во всяком случае, на месте Кондрата и его сюзерена он бы поступил именно так.

– Квартира готова, – продолжил крепыш, усевшись за руль. – Доставили всё по списку. Наблюдение ведётся уже шестнадцать часов.

«Оперативно!» – оценил контрразведчик, качнув головой. Но в диалог вступать не пожелал. Ограничился всего одним словом:

– Поехали.

* * *

За девятнадцать минут до взрыва

На всю подготовку контрразведчику понадобилось около трёх часов. Всё это время служба наблюдения раз в пять минут уточняла местонахождение цели. Ровно до того мига, пока люди Ника не получили первую зацепку. Как уж им удалось выяснить такие подробности – неизвестно. Оставалось лишь верить в профессионализм «топтунов» и технического отдела торговца информацией. Судя по всему, Павел Анатольевич Волконский, умудрившийся перейти дорогу Кардиналу, собирался на деловую встречу в ресторан с поэтическим названием «Старик и море».

– Поминутный отсчёт, – потребовал информационщик, складывая в сумку уже «заряженную» машинку.

Организм мгновенно собрался и переключился в режим предстартовой проверки.

Саму «игрушку» мужчина складывал очень аккуратно. Не самая безопасная конструкция получилась. Однако опыт в изготовлении смертоносных ловушек у него был неплохой. В своё время он служил в специальных инженерных частях Императорского егерского корпуса. Так что соорудить СВУ направленного взрыва для него не составило особого труда.

– Я готовлю машину? – оторвался от журнала развалившийся в кресле крепыш.

Личный помощник тоже входил в цену пакета услуг в договоре с Ником. Именно он координировал работу коллег и обеспечивал взаимодействие всего механизма, получившего топливо в виде приятно шелестящих бумажек, упакованных в аккуратный чемоданчик.

– Выезжаем через десять минут, – обозначил время старта «информационщик», неожиданно подумав об иронии ситуации.

За служившей ему много лет маской Ивана Ивановича скрывалось то же имя, что и у его будущей жертвы. Павел. Вот только кто об этом помнил-то уже? Кроме жены, естественно. Нет, в личном деле, при определённом уровне доступа, можно было найти и настоящее имя сотрудника. Но ому это было нужно, пока он исправно выполнял свою работу…

– Машину через десять к подъезду, – бросил водитель в рацию и вновь развалился в кресле, продолжив изучать такой непростой мир коммерческой недвижимости в ярко иллюстрированном отраслевом журнале.

– Пенсия сама на себя не накопит, – буркнул крепыш, заметив внимательный взгляд «гостя».

Контрразведчик пожал плечами и отвернулся. Молча. Ему о пенсии мечтать не приходилось.

Остаток времени до выхода «информационщик» провёл за перепроверкой собранного, походом в туалет и умыванием холодной водой.

– Всё, в путь, – буркнул он ровно через восемь минут.

Крепыш отреагировал моментально, плавно перетекая из сидячего положения в стойку, демонстрируя столь характерную моторику, что наниматель даже заинтересовался его прошлым местом службы до ухода на «вольные хлеба».

Обувь и куртки мужчины не снимали. Так что уже через тридцать секунд оба покинули конспиративную квартиру. Дверь запирать не стали. Проводник просто захлопнул её и первым потопал по лестнице вниз. Лишь на мгновение боец задержался на первом этаже, бросив ключи в почтовый ящик.

Контрразведчик выбор маршрута оценил. Лифты он не признавал. Особенно на боевом выходе. Уж слишком резко ограниченное пространство может стать ловушкой. Да и находилась квартира всего на третьем этаже. Так что подобная забота о здоровье была вполне оправдана. И не только паранойей, неизбежно развивающейся у представителей опасных профессий.

Внизу их ждала всё та же машина и ещё один боец сопровождения.

– Объект на точке, разговаривают, – доложил он сразу же. – Заказ делать отказался. Предположительное время отхода – не более нескольких минут.

Естественно, крепыш брал по миниму. Но оно и правильно. Лучше подождать, чем опоздать.

– Пять минут до точки, – сообщил крепыш, прикинув расстояние.

– Приемлемо, – мысленно оценил контрразведчик.

Пять минут – вполне нормальный срок, чтобы успеть. Городок-то небольшой. Да и машин по этому времени суток на улице немного, а уж о столичных пробках и говорить нечего.

Всё равно приехать заранее – плохая идея. Мгновенно примелькаешься.

Они почти успели.

– Объект снимается, – раздался в наушниках голос старшего «топтуна».

– Шестьдесят секунд до цели, – тут же дисциплинированно предупредил помощник.

Контрразведчик кивнул, чувствуя, как в груди сжимается холодная пружина. Нет, это были не нервы. Скорее готовность перед прыжком. Однако если сейчас они не успеют перехватить клановца, то когда подвернётся следующий шанс – непонятно, а закрывать вопрос нужно было срочно. До конца обозначенного нанимателем дедлайна оставалось восемь часов. После этого выполнение заказа не будет иметь смысла. Лечения его жена не получится.