Текст книги "Развод. Последний приказ (СИ)"

Автор книги: Анна Риман

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 14 страниц)

Глава 5

– Здравствуйте, – сказала я. – Мне нужен адвокат. По разводам.

На том конце линии сделали короткую паузу. – Можете подъехать сегодня? – спросили так, будто речь шла о ремонте обуви или налоговой декларации. – Часа через два.

Я согласилась не раздумывая.

Офис находился в старом бизнес-центре. Лифт ехал медленно, с остановками, будто нарочно растягивал время. Я смотрела на своё отражение в потертом зеркале и ловила себя на мысли, что выгляжу нормально. Не заплаканной. Не сломанной. Просто усталой.

Адвокат оказался мужчиной лет пятидесяти, с приятным лицом и аккуратной сединой. Представился, предложил присесть, налил воды. Без сочувствия. Без участия. Это почему-то сразу успокоило.

– Рассказывайте, – предложил он.

Я говорила коротко. Про брак. Про измену. Про ипотеку. Про то, что детей нет. Он почти не перебивал, делал пометки, иногда уточнял детали – спокойно, без оценки.

– Квартира приобреталась в браке? – спросил он. – Да. – Ипотека на кого оформлена? – На меня. – Платежи? – С моего счёта.

Он кивнул, будто всё складывалось в ожидаемую картину.

– Тогда смотрите, – произнес он, откладывая ручку. – По закону квартира считается совместно нажитым имуществом. Ваш муж имеет право на долю. Даже если фактически не платил.

Я молчала.

– При этом кредитные обязательства остаются на вас. Банк будет работать с тем, на кого оформлен договор. То есть – с вами.

Слова были простыми. Именно поэтому давили сильнее.

– Он может отказаться от доли? – спросила я. – Может. Добровольно. Но это уже вопрос переговоров. Или суда.

Я посмотрела на стол, на край папки с каким-то чужим делом, и вдруг ясно поняла: никакого «быстро» у нас не будет.

– Если он решит затягивать процесс, – продолжил адвокат, – это может занять месяцы. Иногда больше года. Экспертизы, оценка, заседания.

– И сколько это будет стоить? – выдавила я.

Он назвал сумму. Потом – ещё одну. Потом добавил про дополнительные расходы, если дело пойдёт сложнее. Я не перебивала. Просто складывала в голове цифры с ипотекой, коммуналкой, обычными тратами. Картина выходила тяжёлой и неутешительной.

– Я не пугаю вас, – сказал он в конце. – Просто обозначаю реальность. Решение, конечно, за вами.

Я кивнула. – Спасибо.

Когда я вышла на улицу, воздух показался холоднее, чем был на самом деле. Я постояла несколько секунд, прежде чем пойти к дороге. В голове звучала одна мысль – четко, без эмоций: денег нужно больше, чем у меня есть сейчас.

Я посмотрела на время и вспомнила, что машина осталась на парковке у офиса. Придется за ней вернуться. Я поймала такси и села на заднее сиденье, глядя в окно, пока город ехал мимо, будто ничего не изменилось.

А изменилось всё.

К офису я вернулась ближе к вечеру. Парковка была почти пустой – редкие машины, спешащие шаги, гул кондиционеров. Я села за руль и несколько секунд просто сидела, не включая зажигание. Руки лежали на коленях, будто им нужно было время вспомнить, что делать дальше.

Машина завелась не сразу. Я выдохнула и выехала, не включая радио. В голове всё ещё крутились цифры, слова адвоката, фразы, которые не требовали эмоций и потому били точнее. И всё равно – ехать было некуда, кроме дома.

Не домой – в квартиру.

Во дворе было непривычно оживленно. Чья-то коляска у подъезда, детский самокат, запах жаренного из открытого окна первого этажа. Я припарковалась на своём месте, поднялась по ступенькам и только у двери вдруг поняла, что сжимаю ключи слишком крепко.

Замок щелкнул сразу.

В прихожей горел свет. Не верхний – тот, что включают днём, чтобы было уютнее. Я остановилась, не снимая обувь. В воздухе пахло чем-то знакомым – не моим. Котлетами. Или подливой. Домашним, чужим.

Из кухни доносились голоса. Максим что-то говорил негромко, вполголоса. Женский ответ – уверенный, спокойный. Я узнала его не сразу, а потом – слишком быстро.

Мама вышла первой.

В пальто, с сумкой через плечо, будто только что пришла или собиралась куда-то идти. Посмотрела на меня внимательно, оценивающе, без удивления. Так смотрят, когда давно решили, что скажут дальше.

– Наташа, – произнесла она ровно. – Ну наконец-то.

Я так и осталась стоять в дверях, с ключами в руке, понимая, что разговора не избежать.

Глава 6

– Мама… – произнесла я наконец. – Что ты тут делаешь?

Она чуть приподняла брови, будто удивилась самому вопросу.

– А что, матери уже нельзя к дочери приехать? – ответила спокойно. – Я волновалась. Вы трубку не берёте, дома чёрт-те что происходит.

Она прошла мимо меня вглубь прихожей, поставила сумку на тумбу, сняла пальто и повесила его аккуратно, как у себя дома. Движения были уверенные, привычные. Ни тени неловкости.

Из кухни показалась Света.

В домашнем свитере, с собранными волосами, без следов спешки. Она посмотрела на меня мельком и сразу отвела взгляд, будто ничего особенного не происходило.

– Ты голодная? – спросила мама, не оборачиваясь. – Света котлет нажарила.

– Я не за этим пришла, – сказала я.

Она повернулась. Взгляд был внимательный, оценивающий.

– А зачем тогда? – спросила ровно. – Чтобы продолжить этот цирк?

Я сжала ключи крепче.

– Света здесь жить не будет, – произнесла я. – Это моя квартира.

Света дернулась, будто я ударила её по лицу.

– Наташ… – начала она.

– Подожди, – перебила мама и сделала шаг ко мне. – Ты мне одно скажи. Как ты вообще могла такое подумать про сестру?

Слова прозвучали спокойно. Без крика. Именно поэтому от них стало холодно.

– Я видела, – сказала я. – Своими глазами.

– Что ты видела? – мама слегка наклонила голову. – Поцелуй? Жест? Или тебе просто показалось?

Я открыла рот, но она уже продолжала:

– Ты слишком много работаешь. Не спишь. Накручиваешь себя. А потом начинаешь рушить семью.

В прихожей появился Максим.

Он остановился рядом, положил руку мне на плечо – мягко, будто проверяя, на месте ли я.

– Наташ, – произнес он тихо. – Ну правда. Ты устала. Давай без резких движений.

От его прикосновения стало противно. Не больно – именно противно.

– Убери руку, – сказала я.

Он не убрал сразу. Только чуть сильнее сжал пальцы, будто успокаивая.

– Мама же приехала помочь, – продолжил он тем же тоном. – Давай просто выдохнем.

– Я сказала – убери, – повторила я и аккуратно, без рывка, сняла его руку со своего плеча.

Он посмотрел на меня с удивлением. Потом – с раздражением, которое быстро спрятал.

– Ты сейчас не в себе, – произнёс он. – Пойди отдохни.

Мама кивнула, будто это было самым разумным решением.

– Вот. Отдохни, – повторила она. – А мы тут разберёмся.

Я посмотрела на них по очереди. На Свету, которая стояла, опустив глаза. На Максима – спокойного, уверенного. На мать – уже решившую всё за меня.

Потом развернулась и пошла в спальню.

Дверь за мной закрылась тихо.

Я села на край кровати и несколько секунд просто смотрела на стену напротив. Обои в углу чуть отходили – я давно собиралась переклеить, всё откладывала. Потом. Когда будет время. Когда станет легче.

Стало смешно.

Я встала, открыла шкаф. Часть вещей была сдвинута в сторону, аккуратно, но не моими руками. На моей полке лежала чужая косметичка. Рядом – мятая футболка, не моя. Я взяла косметичку, подержала в ладонях и положила обратно. Не сейчас.

Достала спортивную сумку. Сложила туда документы: паспорт, папку с бумагами по ипотеке, кошелек. Немного одежды. Зарядку. Ничего лишнего. Руки двигались ровно, будто я просто собиралась в отпуск.

Из кухни доносились голоса. Мама говорила что-то уверенно, с расстановкой. Максим отвечал коротко. Света смеялась – негромко, осторожно, словно проверяя, можно ли.

Я застегнула сумку и накинула куртку.

В прихожей они уже ждали.

– Ты куда собралась? – спросила мама, глядя на сумку.

– Переночую не здесь, – ответила я.

– Наташа, ну перестань, – Максим сделал шаг ко мне. – Сейчас не время. Давай поговорим завтра. Всё утрясётся.

– Не утрясётся, – сказала я.

Он протянул руку, будто хотел взять сумку или обнять – я не стала разбираться. Отступила на полшага.

Мама вздохнула, как человек, уставший от чужих глупостей.

– Ты сейчас всё окончательно испортишь, – произнесла она. – Я, между прочим, когда вы эту квартиру брали, тоже помогала. Или ты уже забыла?

Я посмотрела на неё. Потом – на Свету. Та стояла у стены, сжимая рукава свитера, и молчала.

– Я не выгоняю вас, – сказала я. – Я ухожу сама.

– В таком виде? – мама скользнула взглядом по моей сумке. – Куда ты пойдешь?

Максим молчал. Ждал. Словно был уверен, что я остановлюсь.

Глава 7

Максим молчал. Ждал. Словно был уверен, что я остановлюсь.

Я посмотрела на дверь, потом снова на них.

– Мне нужно всё обдумать, – сказала я. – Одной.

Мама хотела что-то ответить, но я уже повернулась к двери. Рука на ручке дрогнула лишь на секунду – не из-за них, скорее от усталости. За спиной было тихо. Никто не окликнул. Никто не пошёл следом.

В подъезде пахло сыростью. Лифт ехал медленно, дергался на каждом этаже. Я стояла, глядя в зеркало, и видела там женщину с сумкой на плече и печальными глазами.

На улице было холоднее, чем я ожидала. Я застегнула куртку и пошла к машине, не оглядываясь на окна. Двор жил своей жизнью – кто-то разговаривал у подъезда, хлопнула дверца, засмеялся ребёнок. Всё продолжалось.

Ехать было некуда.

Я остановилась на светофоре, открыла навигатор и ввела первое, что пришло в голову. Гостиница. Поближе к работе. Не слишком дорогая. Палец задержался над кнопкой «построить маршрут» всего на мгновение, будто я всё ещё ждала, что кто-то решит за меня. Потом нажала.

Парковка у отеля оказалась почти пустой. Я заглушила двигатель и несколько секунд сидела, не выходя из машины. Сумка лежала на пассажирском сиденье, ремень съехал на пол. В голове было пусто – не спокойно, а ровно, как перед сложной задачей.

В холле пахло кофе и чем-то моющим. Девушка за стойкой улыбнулась, спросила фамилию. Я назвала, протянула карту. Терминал пискнул, экран мигнул. Оплата прошла.

– Ваш номер, – сказала она и отдала карточку. – Лифт справа.

Я взяла ключ и отошла в сторону, машинально открывая банковское приложение. Цифры на экране сложились не сразу. Я моргнула, провела пальцем еще раз.

На карте не было денег.

Тех самых – на ипотеку. Неприкосновенного запаса, который я берегла и пересчитывала каждый месяц, над которым тряслась сильнее, чем над всем остальным. Баланс был почти пустым.

Я остановилась в коридоре и прижалась лбом к стене. Холодная поверхность уперлась в висок, помогая не поехать окончательно.

Гостиница. Ещё и она.

Я медленно выдохнула, понимая, что через пару дней мне просто нечем будет платить.

Поднялась в номер, закрыла за собой дверь и щелкнула замком. Тишина стала плотнее. Я поставила сумку у зеркала, прислонилась к стене спиной и достала телефон.

Экран загорелся сразу. Имя было в избранном – палец не дрогнул.

Гудок. Второй.

– Да, – ответил Максим.

– Ты снял деньги с моего счёта? – спросила я без приветствия и предисловий.

Пауза была слишком короткой, чтобы он что-то обдумывал.

– Я взял, – признал он спокойно. – Нам сейчас нужнее.

– Это деньги на ипотеку, – выдавила я.

– Не начинай, – вздохнул он. – Ты сама ушла. Я должен был как-то обезопасить себя.

– Обезопасить? – переспросила я.

– Да, – подтвердил он тем же ровным тоном. – Ты сейчас не в себе. Можешь наделать глупостей. Я не собираюсь потом расхлебывать.

Я смотрела на стену напротив. На аккуратную рамку с каким-то абстрактным пейзажем. В гостиницах всегда вешают что-то безликое.

– Верни деньги, – сказала я.

Он усмехнулся. Я услышала это даже без видео.

– Не драматизируй. Я всё рассчитал. Ты всё равно вернёшься.

– Это мой счёт, – настаивала я.

– Мы семья, – ответил он. – По крайней мере, пока ты не начала всё рушить окончательно.

Я закрыла глаза.

– Ты всё сказал? – спросила я.

Он помолчал, будто ожидал продолжения. Потом произнёс:

– Наташ, давай без этих спектаклей. Приезжай домой. Поговорим нормально.

Я сбросила вызов.

Телефон в руке показался тяжёлым. Я положила его на тумбочку, села на край кровати и несколько секунд просто сидела, не двигаясь.

Глава 8

Утро у меня началось с банка.

В зале было тихо и прохладно. Люди сидели вдоль стены, уткнувшись в телефоны, кто-то листал бумаги, кто-то смотрел в одну точку. Я взяла талон и расположилась рядом с окном. За стеклом медленно тянулся поток машин, город уже жил обычным рабочим днём, будто у меня ничего не рушилось.

Когда загорелся мой номер, я подошла к стойке и села напротив молодой девушки в строгом пиджаке.

– Чем могу помочь? – спросила она нейтрально.

Я говорила коротко. Без предисловий. Блокировка совместного доступа. Смена паролей. Выписки по операциям.

Она кивала, что-то отмечала в системе, задавала уточняющие вопросы. Всё происходило буднично, почти скучно. Только цифры на экране резали взгляд. Сумма, которую Максим снял, выглядела аккуратно. Ровно столько, чтобы мне стало тесно. Но были и другие суммы, которых я раньше не замечала. Счет за ресторан. Покупки в магазинах, которые я не посещала.

– Готово, – сказала девушка через несколько минут. – Теперь доступ только у вас.

Я поблагодарила и встала. Никакого облегчения не было. Зато появилось ощущение, будто хотя бы один рычаг больше не потянут за моей спиной.

На работу я приехала немного позже обычного.

В коридорах уже шла жизнь: кто-то торопился с папками, кто-то переговаривался у кофемашины. Я сняла куртку, повесила её на спинку стула и включила компьютер. Почта мигнула новыми письмами. Всё было на своих местах, кроме меня.

Иван Семёнович вышел из кабинета, когда я как раз раскладывала бумаги.

– Доброе утро, Наталья Олеговна, – сказал он, бросив взгляд на часы. – Вы сегодня позже.

– Да, – ответила я. – Были личные дела.

Он кивнул и на секунду задержал взгляд, словно что-то прикидывая.

– Если будет возможность, зайдите ко мне, – попросил он ровно.

В кабинете Иван Семёнович не спешил начинать разговор. Перелистал бумаги, отложил ручку, взглянул в окно.

– Хотел уточнить, – произнес он. – Вы успели обдумать наш разговор?

Я посмотрела на край стола, на папку с документами, потом подняла глаза.

– Да, – ответила я после паузы. – Я согласна.

Иван Семёнович слегка кивнул, не меняясь в лице.

– Тогда давайте сразу обозначим рабочие моменты, – произнёс он. – Входить в курс дела придётся быстро. Объект сложный, времени на раскачку там не будет.

– Я это понимаю, – ответила я. – Поэтому мне понадобится аванс. На подготовку и дорогу.

Он посмотрел внимательно. Не удивлённо, но оценивающе.

– Сумма?

Я назвала цифру.

Иван Семёнович на секунду задумался, затем кивнул.

– Хорошо. Оформим сегодня.

Он поднял взгляд.

– Рассчитываю, что вы доведете эту историю до конца.

– Да, – пообещала я.

– Тогда действуем, – подвёл он итог.

Я встала, поблагодарила и вышла из кабинета, чувствуя, как дышать стало немного легче.

К адвокату мне удалось выбраться после обеда.

В его офисе было тихо, шаги отдавались гулко, словно их слышали лишние уши. Мужчина за столом говорил спокойно, без эмоций, как врач, который давно перестал удивляться чужой боли.

Я передала аванс, подписала несколько листов, ответила на вопросы. Про ипотеку. Про совместное имущество. Про сроки. Он не обещал быстро и не говорил, что будет легко. Просто объяснял порядок действий и возможные сценарии.

– В ближайшее время ничего резкого не делайте, – предупредил он на прощание. – Пусть всё идёт через меня.

Я кивнула и убрала копии документов в папку. Бумага шуршала сухо, почти успокаивающе. По крайней мере, теперь было понятно, куда идти и что делать дальше.

На улицу я вышла с ощущением странной пустоты. Не той, что накрывает после удара, а ровной, рабочей. Как после сложного разговора, который давно откладывали.

На работу я вернулась уже ближе к вечеру.

Офис заметно притих – часть коллег разошлась, в коридорах стало свободнее. Я прошла к своему столу, села, включила компьютер. Несколько писем требовали ответа, пару документов нужно было проверить перед отправкой. Всё делалось автоматически, без мыслей и лишних движений.

Я закрыла папку с личными бумагами и убрала её в ящик стола. Там же лежали рабочие файлы, блокнот, старая флешка. Всё вперемешку – как и в моей голове сейчас.

Ира подошла тихо, остановилась рядом.

– Ты решила? – спросила она негромко.

Я подняла на нее глаза и кивнула.

Она ничего не сказала. Только сжала губы и отвела взгляд.

– Я рада, что ты едешь, – добавила она после паузы. – Правда.

Я не ответила. Сейчас слова были лишними.

До конца дня оставалось немного. Я закрыла последние задачи, разослала письма, сделала пометки в календаре. Дата выезда уже стояла – аккуратно вписанная, без выделения цветом.

Когда я собирала бумаги для дороги, секретарь попросила зайти к Ивану Семеновичу перед уходом.

Я постучала и вошла.

Он сидел за столом, просматривал какие-то отчёты, поднял голову.

– Документы подготовили? – спросил он.

– Да.

– Хорошо. Тогда заберите всё у кадров и у снабжения. Остальное пришлют по почте.

Я кивнула.

Он помолчал секунду, словно решая, стоит ли продолжать, и добавил:

– Работать там будете не одна. Службу безопасности на объекте возглавляет Волков Сергей Андреевич.

Имя мне ничего не говорило, но я посмотрела на начальника внимательнее. Слов на ветер он не бросал.

– Мужик надёжный, – продолжил Иван Семёнович. – Но характер непростой. Бывший военный. Привык, чтобы всё было по уставу. К компромиссам не склонен. Женщин не жалует, особенно на объектах.

Он сказал это буднично, словно подобная деталь ничего не значила.

– Просто имейте в виду, – закончил он. – Работать придется в связке.

Я снова кивнула. И только выходя из кабинета, поймала себя на мысли, что теперь назад дороги действительно нет.

Глава 9

После разговора с Иваном Семеновичем я вышла в коридор и несколько секунд просто стояла не двигаясь. Дверь за спиной закрылась тихо, почти неслышно. Как и всё сегодня – без резких звуков, но с ощутимым давлением.

В отдел я вернулась медленно. Не потому что тянула время – просто тело не сразу согласилось идти дальше. В голове еще крутились его слова. Не как угроза. Как предупреждение, от которого нельзя отмахнуться.

Я села за стол, включила монитор. Почта, документы, служебные чаты – всё было на своих местах. Мир не треснул. Не остановился. Продолжал работать.

Через пару минут рядом появилась Ира.

– Как ты? – спросила она тихо не присаживаясь. – Когда выезжаешь?

Я прикинула в голове варианты.

– Может, даже сегодня… или завтра утром – тянуть всё равно некуда, – сказала я задумчиво.

Ира на секунду сжала губы. Виновато заглянула в глаза.

– Слушай…, – произнесла она. Потом добавила, уже осторожнее: – а он тебе сказал, с кем ты там будешь работать?

– Сказал, – ответила я. – Волков. Сергей Андреевич.

Имя всё ещё звучало для меня пусто. Просто набор звуков.

Ира замялась. Посмотрела по сторонам, будто проверяя, кто может услышать.

– Я, возможно, лишнее сейчас скажу, – произнесла она тихо. – Но лучше знать заранее.

– Что? – спросила я.

Она выдохнула.

– Про него разное говорят, – выдавила она наконец. – Неофициально. Ну, ты понимаешь.

– Например?

Ира пожала плечами.

– Что сложный. Очень. С женщинами работать не любит. – Она помолчала и добавила тише: – В отделе кадров девчонки между собой шепчутся. Говорят, у него там уже были конфликты. Не скандалы, нет. Просто… он не любит чужих на объекте, если это не его команда.

Слова повисли между нами неприятно точно.

Я посмотрела на экран. Курсор мигал в пустом документе.

– Почему тогда его держат? – спросила я.

– Потому что он результат даёт, – ответила она сразу. – И объект сложный. Там не до мягкости.

Я кивнула. Это было логично, но как-то не успокаивало.

– Прости, – добавила Ира вдруг. – Я, может, зря тебе это говорю. Просто… чтобы ты была готова.

– Спасибо, – ответила я. И это было искренне.

Она постояла ещё секунду, потом тихо ушла к своему столу.

Я машинально ответила на пару писем, поставила галочки в списке задач и только потом поймала себя на том, что делаю это на автомате.

Открыла календарь. Дата выезда была уже завтра. Без «потом», без запаса. Всё, что ещё утром казалось разрозненным, сжалось в одно короткое слово – ехать.

Из отдела кадров позвонили ближе к вечеру.

– Наталья Олеговна, – сказала девушка по телефону, – вы сможете зайти? Нужно подписать пару документов по командировке.

Я пришла через пять минут.

Кабинет был маленький, аккуратный, с папками вдоль стены. Девушка за столом листала бумаги быстро и уверенно.

– Здесь стандартный пакет, – пояснила она. – Допуск, ответственность, режим работы.

Она говорила ровно, но на словах «режим работы» сделала микроскопическую паузу.

– Если будут вопросы по взаимодействию на объекте… – начала она и замолчала.

– Да? – подтолкнула я.

Она улыбнулась – вежливо, но осторожно.

– Просто имейте в виду, – сказала она, – что служба безопасности там работает автономно. Решения принимаются быстро. Не всегда обсуждаются.

– Волков? – уточнила я.

Улыбка стала ещё аккуратнее.

– В том числе, – ответила она и тут же протянула мне ручку. – Подпишите здесь и здесь.

Я подписала.

Когда вернулась за стол, офис был уже наполовину пуст. Рабочий день медленно сходил на нет. Я собрала папку с документами, убрала её в сумку и вдруг поймала себя на том, что откладываю уход. Не потому что было что доделать. Просто не хотелось выходить в вечер.

Я выключила компьютер, надела куртку и все же вышла.

Охранник мне привычно кивнул на прощание. На улице уже стемнело. Фонари отражались в мокром асфальте. Я остановилась у машины, положила сумку на пассажирское сиденье, но не села сразу.

Телефон был в руке. Экран погасший. Я знала, кому могу позвонить. И знала, куда этот звонок приведёт.

Убрала телефон обратно в сумку.

Дом сейчас был не вариантом. Даже мысль о нём вызывала усталость сильнее, чем весь этот день.

Я завела двигатель. Машина откликнулась не сразу, но всё-таки завелась. Посмотрела на часы. Поздно. Разумнее было бы ехать утром.

Включила фары и выехала с парковки.

Позвоню, когда доберусь.

Эта мысль была короткой и удобной – как временная договоренность с самой собой. И я поехала. В ночь.