Текст книги "Изгнанная с ребёнком. Попаданка, ты сможешь! (СИ)"

Автор книги: Анна Кривенко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 15 страниц)

Глава 23 Змеиное логово

Я уверенно спустилась вниз, держа спину ровно. Перед этим я успела привести себя в порядок: нашла в шкафу несколько новых платьев, пусть и не особенно изысканных, но гораздо приличнее тех, в которых ходила прежде. Волосы аккуратно уложила в простую, но элегантную причёску. На мгновение задержалась у зеркала и невольно отметила, что выгляжу гораздо лучше, чем несколько недель назад. Лицо посвежело, тело округлилось, словно вернулось к жизни. Дмитрий постарался…

Мелькнувшее воспоминание заставило сердце болезненно сжаться, но я быстро отогнала мысли о нём.

Когда я вошла в столовую, мужа там не оказалось. Однако за столом сидела Тамара Павловна и две дамы, которых я прежде не видела. Очевидно, подруги. Женщины были разодеты в богатые наряды, волосы уложены с особой тщательностью, а на лицах играли презрительные улыбки. Стоило мне приблизиться, как разговор смолк, и все три пары глаз уставились на меня с одинаковой смесью брезгливости и насмешки.

– О, посмотрите, кто у нас тут! – воскликнула одна из дам, хихикнув. – Я думала, эта… особа питается в кухне, среди слуг.

– В самом деле, Полина, – с искусственной мягкостью подхватила Тамара Павловна, – тебе, наверное, будет уютнее с теми, кто тебе ближе по положению?

Я видела, как губы второй дамы дёрнулись в ухмылке, а её глаза с любопытством уставились на меня, ожидая реакции.

Я не двинулась с места, сохраняя хладнокровное выражение лица.

– Как любезно с вашей стороны заботиться о моём комфорте, – ответила я ровным голосом, – но я предпочитаю завтракать здесь.

В столовой повисла напряжённая тишина.

Тамара Павловна сощурилась, а её подруги переглянулись, явно не ожидая столь умелого ответа.

– Ну, конечно, – пробормотала одна из них, картинно закатив глаза. – А ты, Тамара, говорила, что она скромная.

– Видимо, я ошибалась, – ядовито процедила Тамара. – Раз уж ты так отчаянно хочешь сидеть здесь, давай проверим, насколько ты соответствуешь нашему обществу.

Она медленно отложила вилку, скрестила руки на груди и продолжила:

– Скажи-ка, дорогая, какие последние новости из столицы? Ты ведь наверняка знаешь всех значимых особ?

Я сразу поняла, что это ловушка. Любой ответ, который я бы дала, они превратили бы в повод для насмешек.

– О, не стану отнимать у вас радость блеснуть знаниями, – ответила я, безразлично пожав плечами. – Я к подобной демонстрации ума равнодушна. Вы же наверняка куда более осведомлены, чем я…

Одна из женщин захихикала, но Тамара недовольно поджала губы.

– Бедняжка, должно быть, тебе ужасно скучно здесь, – протянула вторая дама с притворным сочувствием. – Без балов, без внимания мужчин…

– О, напротив, – ответила я, невозмутимо отрезав кусочек хлеба, – мне настолько спокойно, что я даже начинаю находить удовольствие в утреннем чаепитии в компании таких… – я выдержала паузу, бросая взгляд на их ухоженные, но злые лица, – …веселых собеседниц.

Тамара вспыхнула, а её подруги одновременно поджали губы. Заметили, значит, издевку в моем тоне.

– Ах ты… – начала золовка, но была вынуждена замолчать, когда двери распахнулись, и в комнату вошёл Тимофей.

Он окинул нас быстрым взглядом и, казалось, уловил напряжённую атмосферу.

– Доброе утро, – произнёс он, проходя к своему месту.

Женщины тут же натянули улыбки, а Тамара резко отвернулась, делая вид, что сосредоточена на своём бокале.

Я же с каменным лицом продолжила завтракать, сжав пальцы под столом.

Эта схватка только начиналась…

* * *

Тимофей сел за стол, даже не взглянув на меня. Он выглядел уставшим, но держал себя с ледяной сдержанностью. Я опустила глаза в тарелку, стараясь не обращать внимания на обстановку, но долго игнорировать происходящее не получилось.

– Тимофей, дорогой, – протянула Тамара Павловна, демонстративно кладя вилку на край тарелки. – Я все думаю… тебе все-таки пора подыскать более достойную партию, чем эта… женщина.

Я замерла, крепко сжимая пальцы на коленях. Ах, вот как? Прямо при мне? Значит, дамочка решила додавить брата, подключив к моей травле еще и подруг?

– Ты же не обязан терпеть её здесь только ради ребенка, – поддержала одна из подхалимок Тамары, приглаживая юбку. – В конце концов, можно решить вопрос иначе. Разве не так?

– Конечно, – поддакнула еще одна. – Мы все так переживаем за тебя! Ты ведь столь многого добился. Вся столица говорит, что ты мог бы жениться на… – она сделала паузу, многозначительно переглянувшись с Тамарой, а затем произнесла с фальшивым сочувствием: – На Виктории Александровне Вельской. Это правда?

Ого, вот это новость! Тимофей собирался жениться на ком-то другом? Но что ему помешало? Только ли желание вернуть сына?

Я почувствовала на себе его взгляд, но он был слишком мимолетным, чтобы я его поймала. После этого муж холодно произнес:

– Давайте прекратим этот балаган! Дайте хотя бы поесть нормально.

Женщины замолчали, но я не пропустила того, как одна из них прикрыла рот веером, скрывая насмешку, а другая скользнула по мне презрительным взглядом.

– Как хочешь, братец, – с преувеличенной вежливостью произнесла Тамара. – Но ты же понимаешь, что это не может длиться вечно?

Тимофей ничего не ответил. Он просто продолжил есть, не глядя ни на меня, ни на свою сестру.

Всё это неспроста. С моим возвращением явно связано что-то ещё, и мне придётся выяснить, что именно.

Опустила взгляд в тарелку, но аппетит окончательно пропал. Хотя нет, поесть нужно ради молока.

А беспокойные мысли всё не давали покоя: Тимофей что-то задумал. И это точно…

* * *

Впрочем, находиться в этом гадюшнике дальше не было никакого смысла. Как только я покончила с завтраком, то встала со своего места, собираясь уйти.

– Старшие покидают стол первыми, прояви уважение, – раздался холодный голос Тимофея.

Я замерла, перевела на него взгляд. Он смотрел на меня с непроницаемым выражением лица, но в глубине его глаз плескалось раздражение.

– Меня ждет ребенок, – отрезала я. – Я не намерена ждать.

Развернулась и вышла, чувствуя, как горячий гнев пульсирует в висках. Шаги по паркету были чёткими, уверенными, внутри бурлила настоящая буря.

Чего ради я здесь? Чтобы терпеть вот это унижение? Чтобы выслушивать колкости его сестры и этих змей, которых она пригласила? Я никогда не была ни высокомерной, ни заносчивой, но и позволять топтать себя под предлогом «ты должна проявить уважение» тоже не собиралась.

Сама не заметила, как поднялась в комнату и захлопнула дверь, привалившись к ней спиной. Серёжка мирно сопел в кроватке, его маленькие ручки были раскинуты в стороны. Глядя на него, я глубоко вдохнула и сжала кулаки.

Нужно взять себя в руки.

Нужно решить, что делать дальше.

Я подошла к кроватке и осторожно провела пальцами по пухлой щёчке сына. Он был моим якорем, моей точкой опоры. Ради него я не имела права поддаваться отчаянию.

Но что дальше?

Бежать? Но куда?

Терпеть? Но сколько?

А главное…

Зачем Тимофей вообще вернул меня сюда? Зачем держит в этом доме? Вновь вспомнились взгляды за столом, его уклончивые ответы, слухи о некой аристократке, на которой он едва не женился.

Всё это начало складываться в странный, тревожный узор.

И мне очень не нравилось, каким он выходит…

Глава 24 Я-загадка?

Уже через пару дней служанка, приставленная ко мне, огорошила новостью, которая прозвучала как гром среди ясного неба:

– Сегодня вечером в поместье будут гости.

Я нахмурилась.

– И что мне до этого?

Служанка пожала плечами, но в её глазах мелькнуло что-то вроде сочувствия. Или, может, это мне показалось?

– Хозяин велел передать, что скоро пришлют наряд, в котором вам следует появиться.

Я сжала зубы. Какое ему дело до того, в чём я появлюсь? И почему вдруг нужно вообще являться?

Муж был подобен айсбергу. Со мной не разговаривал, о сыне не помнил. В общем, был холодным лицемером…

Если бы не Сереженька, живущий в тепле, не его сытые розовые щёчки и спокойный сон по ночам, я бы не осталась здесь ни на минуту.

Меня явно используют, но для чего? Загадка поведения Тимофея мучила меня всё сильнее.

Ладно. Буду разбираться по ходу жизни.

* * *

К вечеру эта же служанка, которую, кстати, звали Фекла, принесла платье.

– Вот, сударыня, держите, – её голос звенел от восторга. – Красота-то какая!

Я развернула ткань, пропуская её сквозь пальцы. Это было дорогое, но не вычурное платье – бежевого цвета, из тонкого шелка с легким золотистым отливом. Лиф украшали изящные вышитые узоры, а завышенная талия подчёркивала женственные формы. В комплекте к нему шли атласные перчатки в тон, нитка жемчуга и небольшая брошь в форме цветка, инкрустированная мелкими камнями.

– Вам очень пойдёт, – не унималась служанка. – Ой, сударыня, будет вечер-то какой! Народ прибыл знатный – господа и дамы из лучших фамилий. А вы, вы уж точно будете самой красивой хозяйкой на этом приёме! Вот у вас грудь теперь какая! Загляденье просто!

Я опустила взгляд на зону декольте, плотно облегаемую тканью. Бесспорно, я изменилась за последние месяцы. Будучи кормящей матерью, я сейчас имела внушительные формы, что не могло не бросаться в глаза.

– Ну что, помочь вам одеться? – весело предложила служанка.

– Справлюсь сама, – быстро ответила я. Мысли о своём теле, о том, как оно выглядит со стороны, были неприятны. Я не хотела разглядывать себя в зеркале и размышлять, кто и как меня теперь воспринимает. Всё это сейчас не имело значения.

Служанка поклонилась, собираясь уйти, но на пороге вдруг задержалась.

– Сударыня… А вам-то самой хочется туда идти?

Я подняла на неё глаза и увидела в них нешуточное беспокойство. Она явно понимала, что я здесь не по своей воле.

– А у меня есть выбор? – тихо спросила я.

Служанка кивнула, но ничего не сказала и поспешно вышла из комнаты, оставив меня одну с моими тревожными мыслями.

* * *

Я оставила Сереженьку в заботливых руках Фёклы и направилась вверх по лестнице, к третьему этажу, откуда уже раздавались музыка, чужая речь и смех.

Большой зал приёмов был залит светом свечей и люстр. Воздух был наполнен смесью цветов, вина и дорогих духов. Внутри собралось немало гостей – не меньше трёх десятков знатных дам и господ, разодетых по последней моде. Мужчины в расшитых камзолах, дамы в шёлковых платьях пастельных оттенков, с кружевными веерами и нитями жемчуга на шеях. Оркестр в дальнем углу негромко наигрывал приятную, неспешную мелодию, создавая лёгкий фон для бесед.

Я сделала пару шагов в зал и ощутила на себе десятки любопытных взглядов. Кто-то из женщин приподнял бровь, кто-то зашептался с соседкой. Мужчины окидывали меня холодными, оценивающими взглядами, словно решая, достойна ли я их внимания.

В общем, ничего нового…

Обнаружила Тимофея в центре зала. Высокий, сдержанный, с неизменным выражением ледяного спокойствия на лице – он общался с какими-то важными чинами, но, стоило мне появиться, как его взгляд сразу же метнулся в мою сторону. Я не могла разобрать, что промелькнуло в нем – недовольство или напряжение. И что ему не так? Я же пришла, как он и просил…

Муж тут же вернулся к разговору, оставляя меня одну перед толпой светских людей.

– Ах, вот и наша хозяйка! – раздался слащавый голос, и из группы дам навстречу мне вышла светловолосая женщина в бледно-розовом платье. Её лицо было красивым, но взгляд острым, насмешливым. – Как же долго мы ждали, чтобы познакомиться с вами! Ведь до сих пор вы почему-то избегали высшего общества…

Её слова вызвали приглушённый смешок среди её подружек. Я выпрямилась и сдержанно улыбнулась:

– Я предпочитаю проводить время с сыном, а не в праздных развлечениях…

– С сыном? – удивилась дамочка, введя меня в ступор. – Разве у вас есть сын? Вы ведь совсем недавно вышли замуж!

Ее подружки навострили уши, и я поняла, что передо мной обычные распространительницы сплетен…

– Недавно – понятие растяжимое… – ответила я со смешком. – Извините, мне пора…

И ушла от них подальше, чувствуя глубокое отвращение. Надо было не приходить…

Когда я нашла укромное место у окна, незнакомый мужчина, стоявший неподалёку, шагнул ближе и склонился в лёгком поклоне.

– Позвольте представиться. Граф Алексей Ланской. Вы позволите мне составить вам компанию?

Я взглянула на него – высокий, с чётко очерченными скулами, проницательным взглядом. На вид лет тридцать пять.

Я не знала, чего он хочет, но отказ был бы невежливым, потому что пока этот тип мне не грубил.

Кивнула:

– Конечно.

– Вы так редко появляетесь в обществе, что многие удивлены видеть вас сегодня… – заметил он, легко улыбаясь. – Может, есть причина, почему вы не желаете общаться со всеми нами?

Ты смотри, какой любопытный…

– Я предпочитаю уединение, – спокойно ответила я.

– Вы отсутствовали на подобных мероприятиях почти год, – продолжил он, внимательно изучая меня. – Неужели ваш супруг настолько ревнив, что не желал показывать вас миру?

Я взглянула на него с удивлением. Он ничего не знает? Ни о ребёнке, ни о том, что меня выгоняли?

– Так сложились обстоятельства, – уклончиво ответила я, стараясь не выдавать подробностей.

Граф приподнял бровь, уловив мою скрытность. А я сделала вывод, что сплетников тут пруд пруди.

И всё же… почему Тимофей никому не рассказывал о беременности настоящей Полины? Тем более, никто, похоже, не знает, что меня выгоняли из дома. Значит, он намеренно скрывал этот факт? Почему? Он с самого начала собирался меня вернуть? Тогда почему не сделал этого сразу? Вряд ли можно было потерять меня так надолго…

Я взглянула на Ланского с любопытством.

– Видимо, вы обожаете разгадывать загадки… – насмешливо произнесла я.

Мужчина немного смутился, не совсем понимая, что я имею в виду, но потом все-таки заулыбался, расценив на свой лад.

– О, да сударыня, и вы одна из самых интересных загадок высшего света…

У меня брови поползли вверх. А за этими слова точно что-то стоит! Я – загадка? Для всего высшего света? Что обнаружилось в Полине Сергеевне такого, что она остро понадобилась мужу и всякого рода сплетникам? Может в этом и кроется причина, почему меня вернули сюда?

– Что ж, надеюсь, вы хорошо проведёте этот вечер, сударыня. – граф легко улыбнулся, но в его взгляде по-прежнему читался интерес.

Он чуть склонил голову и отошёл, оставив меня с волнительными мыслями. Кажется, я нащупала правильное направление. Мне срочно нужно узнать, что из себя представляла настоящая Полина…

Глава 25 Неожиданнность

Всё здесь было фальшивым. Каждый жест, каждая улыбка, каждое слово. Слова льстивые, глаза лукавые. Аристократы смотрели на меня, как на незваную гостью, как на нечто забавное, как на предмет обсуждения.

Я невольно вспомнила Дмитрия. Его открытый взгляд, прямоту, с которой он говорил со мной. У него не было этого ядовитого налета светского общества – он был живым, искренним, настоящим.

Как же не хватает его светлого взгляда…

Я вздохнула, словно отгоняя призрак, который следовал за мной в мыслях. Не время. Не место.

Но тут внезапно заметила движение в другой части зала. Тимофей спешил через толпу, пробираясь к кому-то.

Я обернулась и на входе увидела женщину, которая только вошла и сразу же стала предметом внимания всех окружающих. Она была молода, красива, со статной осанкой. Её сопровождал мальчик лет десяти, похожий на неё, как две капли воды и с таким же светлым лицом. Похоже, сын…

– Сестра, дорогая! – громко воскликнул Тимофей, целуя женщину в обе щеки. – Как же я рад тебя видеть! А это мой племянник? Здравствуй, Николай! Да ты вырос!

Она рассмеялась, положив ладонь на плечо ребёнка.

К ним тут же подступили другие аристократы – кто-то улыбался, кто-то взволнованно задавал вопросы, а кто-то даже взял напряженного мальчика под руку.

Я с удивлением поняла, что пожаловала ещё одна родственница.

Выдохнула.

Змеиное кубло расширяется ещё на одного члена. Только этого не хватало!

Я медленно развернулась, решив, что мне стоит взять бокал и на минуту скрыться от чужих внимательных глаз. Но услышала, как кто-то поспешно направляется ко мне.

– Полина, дорогая!

Вздрогнула и обернулась.

Женщина, та самая незнакомка, вдруг оказалась рядом, а в следующий миг заключила меня в объятия.

Я замерла.

– Как я рада тебя видеть! – искренне воскликнула она. – Жду не дождусь увидеть моего племянника!

Я медленно подняла взгляд и встретилась с её глазами.

Честные-пречестные!

Или эта змея намного искуснее остальных?

* * *

Утро следующего дня началось с завтрака в кругу семьи, который мне совсем не хотелось разделять.

Стол ломился от блюд – свежий хлеб, масло, мёд, фрукты, яичница с зеленью и, конечно, пресловутая манная каша, которая густым комком лежала в тарелке у юного Николая.

Я молча наблюдала, как он лениво ковырял ложкой в белой массе, явно не испытывая ни малейшего желания её есть. Весь его вид говорил о покорности, будто он привык делать то, что от него ждут, не возражая, но и не находя в этом удовольствия.

Дарья же щебетала, как птичка. Молодая, красивая, с живыми глазами и очаровательным голосом, она то и дело смеялась, касаясь брата за руку.

– Ах, Тимофей, а я так рада снова быть здесь! – воскликнула она. – Кажется, за эти годы ничего не изменилось… ну, разве что ты стал ещё серьёзнее!

Тамара Павловна посмотрела на неё с умилением, в её глазах читалась сестринская гордость. Дарью она явно обожала.

На меня же бросила быстрый недовольный взгляд.

– Даша, дорогая, ты ведь не скоро нас покинешь? – с теплотой спросила Тамара, размешивая ложечкой чай.

– Думаю, пробуду здесь до лета, – пожала плечами Дарья. – Пока Алексей не вернётся, мне нет смысла торопиться.

– Тима, ты не против? – ласково обратилась к брату Тамара.

– Разумеется, нет, – отозвался тот с достоинством, как будто этот вопрос уже давно был решён.

– Ах, как я рада! – с энтузиазмом выдохнула Тамара. – В доме сразу станет теплее!

Она снова улыбнулась Дарье, словно она была тем самым лучом солнца, дающим тепло. Но когда её взгляд скользнул по мне, уголки её губ дрогнули, и выражение лица вернулось к обычной холодности.

Я промолчала.

– Нам нужно подумать об обучении для Коленьки, – продолжила Тамара.

При упоминании своего имени мальчик вздрогнул.

Я перевела на него взгляд.

Он, до этого молча ковырявший кашу, очевидно напрягся. Весь его вид выражал странную настороженность, будто он боялся, что его снова отправят куда-то, где ему не по душе.

Что-то в этом казалось неправильным.

– Конечно, – спокойно кивнул Тимофей. – Я займусь этим немедленно. Учитель должен быть достойным, с хорошей репутацией.

– Благодарю, брат, – Дарья тепло улыбнулась, погладив сына по голове.

Коля вздрогнул, но ничего не сказал.

– Кстати, – Дарья вдруг повернулась ко мне, – а как здоровье, Полина? Надеюсь, ты уже оправилась после родов?

Я подняла голову и встретилась с её взглядом.

– Спасибо, – ответила скупо. – Всё хорошо.

– Прекрасно! – воскликнула она. – Мы все очень ждём возможности увидеть маленького Сереженьку!

Я насторожилась.

– Он ещё слишком мал, – сказала осторожно. – Почти всё время спит.

Дарья разочарованно надула губы, но прежде, чем она успела возразить, я заметила, как Коля поднял на меня взгляд.

В его глазах не было ни холодности, ни высокомерия, свойственного взрослым. Он действительно хотел увидеть двоюродного брата.

– Приходите после обеда, – смягчилась я.

Лицо мальчика тут же просветлело.

Он впервые за весь завтрак улыбнулся.

* * *

Коля пришёл один.

Когда я открыла дверь, он стоял передо мной, ровно выпрямившись, но в глазах читалась лёгкая робость.

– Простите, – сказал он вежливо. – Можно посмотреть на брата?

Я удивилась его такту. Ни тени заносчивости, никакой напускной важности, которая часто бывает у детей из знатных семей.

– Конечно, – ответила я с тёплой улыбкой.

Провела его в детскую, где Сереженька спал в своей колыбели. Мягкий свет падал на его крошечное личико, губы чуть подрагивали во сне.

Коля подошёл неслышно, словно боялся его напугать. Осторожно протянул руку и с благоговением коснулся крошечной сжатой ладошки.

– Он совсем маленький, – прошептал он.

Я кивнула, наблюдая за ним.

Мальчик посмотрел на меня сияющими глазами.

– Я всегда мечтал о брате, – признался он.

Но вдруг его лицо помрачнело.

– Но мама говорит, что у неё больше не будет детей…

Я нахмурилась.

– Почему? – осторожно спросила я.

Коля сжал губы и отвёл взгляд. Кажется, он понял, что сболтнул лишнего.

– Мне пора, – резко сказал он и шагнул назад.

– Не уходи, – мягко произнесла я. – Останься. Я больше не буду задавать неудобных вопросов.

Он колебался, но всё же остался.

В комнате снова стало спокойно. Коля внимательно разглядывал Сережку, лёгким движением поправил уголок одеяла.

Я решила разрядить обстановку.

– Ты любишь учиться?

Мальчик вздохнул.

– Нет. Это скучно.

Я улыбнулась.

– Но уже завтра мне выберут учителя, – добавил он, чуть скривив губы.

– Уже завтра? – удивилась я. – Так скоро…

* * *

На следующее утро, спускаясь вниз, я сразу заметила кандидатов.

В холле, неподалёку от кабинета Тимофея, стояли несколько молодых мужчин. Одеты они были просто, но с оттенком официальности – чёрные сюртуки, аккуратно завязанные шейные платки, книги в руках.

Как быстро Тимофей всё организовал! Удивил…

Я на мгновение замедлила шаг, но решила не задерживаться – лучше пройти мимо, не привлекая к себе внимания.

Но в тот момент, когда я уже собиралась скрыться за колонной, дверь кабинета распахнулась, и оттуда вышел молодой мужчина, при виде которого мое сердце упало куда-то в пятки…