Текст книги "Развод. Цена искупления (СИ)"

Автор книги: Анна Гранина

Жанр:

Современные любовные романы

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 14 страниц)

Назад к карточке книги

Глава 55.

Вика.

Чемоданы стоят у двери, молчаливым напоминанием о том, что назад пути нет. Их два. Хотя когда я только собиралась уезжать, думала, что вещей будет не больше одной небольшой сумки.

Но оказалось, что почти за сорок лет жизни в этом городе копится не только память, но и одежда, книги, записные блокноты, маленькие, казалось бы, ненужные безделушки, которые выбросить рука не поднимается. Я даже место в багаже докупила, хотя смеялась, что беру с собой минимум. Оказалось – не такой уж и минимум.

Я присаживаюсь на край кровати, провожу рукой по гладкой поверхности чемодана и вздыхаю.

Это правда происходит. Я правда уезжаю.

Вчера заезжала в клинику – врач сказал, что всё в порядке. Никаких отклонений, головные боли и усталость от стресса, но предложил сдать анализы, чтобы убедиться наверняка. Я пожала плечами, согласилась. Просто на всякий случай. Хотя, чего уж там, стресс последних месяцев мог дать любой сбой.

В окно пробивается мягкий вечерний свет, и я понимаю, что скоро приедет Оля. Последний вечер в этом городе, который я провожу не в одиночестве.

Она звонит в дверь, и я вздрагиваю. Моя подруга, мой спасательный круг, теперь ещё и управляющая ателье, входит с коробочкой кмоих любимых конфет и маленьким пакетом, глаза блестят, но я вижу в них грусть.

– Ну что, беглянка, – говорит она, обнимая меня, – последний вечер в Москве. Поехали в «Лаванду», посидим по-людски. А это, – указывает на то, что принесла, – Откроешь в другой стране.

Я киваю, и мы едем в небольшой, но уютный ресторанчик в центре. Столик у окна, с приглушённым светом и запахом свежего хлеба. Оля заказывает вино, я беру чай.

Мы едим тёплый салат и пироги, и разговор течёт сам собой.

– Я всё ещё не верю, что ты уезжаешь, – говорит Оля, качая головой. – Это же не ты. Ты всегда держалась за дом, за привычное.

Я усмехаюсь, делая глоток чая.

– Я тоже. Но видимо, что-то изменилось.

Оля смотрит на меня пристально, будто пытается разгадать, что именно.

– Ты счастлива?

Я задумываюсь.

– Я свободна.

Она кивает.

– Хороший ответ. И ты улыбаешься.

Мы замолкаем. Через минуту Оля смеётся, вытирая слёзы, которые навернулись на глазах.

– Блин, Вика, я ведь думала, что ты останешься тут навсегда. Будешь время от времени приходить в ателье, злиться на меня, что я делаю всё не так…

– Я и издалека смогу злиться, на расстоянии, – ухмыляюсь я.

– Ох, уверена, – фыркает она.

Мы смеёмся, но потом снова замолкаем. В воздухе висит прощание, неизбежное, тёплое, но от него всё равно щемит в груди.

– Ты справишься, – говорю я, сжимая её руку.

– Я знаю, – улыбается Оля, но глаза мокрые. – Но ты будь там осторожна, ладно? Не теряйся.

– Не потеряюсь, – обещаю я.

Мы сидим ещё долго, просто говоря обо всём и ни о чём. О планах, о работе, о том, как быстро летит время. Смех сменяется слезами, слёзы – улыбками. Время тает, и когда мы выходим на улицу, ночь уже накрывает город своим тёмным покрывалом.

Оля обнимает меня крепко, так, что становится трудно дышать.

– Я тебя люблю, дура, – говорит она шёпотом.

– Я тебя тоже, – отвечаю я.

Мы стоим так ещё немного, прежде чем разойтись. Завтра меня здесь не будет.

Утро приходит холодным. Я еду в аэропорт, чемоданы в багажнике такси, сердце колотится.

Всё происходит слишком быстро. Регистрация, контроль – всё как в тумане. Пишу Ромке, что уже прошла регистрацию.

В зале ожидания я стою у окна, смотрю на людей, и страх сжимает грудь. А вдруг он приедет?

Максим.

Я оглядываюсь, ищу его в толпе – его высокую фигуру не спутаю ни с кем. Он наверняка знает, что я уезжаю. Я чувствую это – он всегда знал каждый мой шаг, следил, контролировал и заботился.

Но его нет. Ни в толпе, ни у выхода, нигде.

Я выдыхаю, облегчение смешивается с грустью.

Если бы он пришёл, было бы совсем тяжело.

Я сажусь в самолёт, у окна, смотрю на Москву – серую, родную, мою.

Грудь сдавливает. Глаза жгут. Слёзы текут по щекам, и я не пытаюсь их сдержать.

Прощай, Москва.

Прощай, мой дом.

Прощай, Максим.

Я беру телефон, пальцы дрожат. Решаю написать ему, поставить точку. «Прощай, Макс. Будь счастлив.»

Отправляю. Доставлено. Прочитано.

Сердце сжимается, но я выдыхаю – это сделано.

И тут же телефон вибрирует снова.