Текст книги "Маркус (СИ)"

Автор книги: Анна Есина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 20 страниц)

Глава 7

Последний урок на сегодняшний день – садоводство – проходил под открытым небом. В тёплом воздухе витали свежесть и ароматы влажной земли. Солнечные лучи, словно золотые нити, пробивались сквозь молодую листву яблонь, создавая причудливую игру света и тени на лицах детей.

Эля стояла в центре небольшой группы учеников. Её голос, мягкий и мелодичный, словно песня птиц, наполнял пространство:

– Сегодня мы будем сажать морковь. Но прежде чем взять в руки лопату, давайте прислушаемся к земле – она живая и мудрая.

Дети с готовностью присели на корточки, по примеру учительницы прижали ладони к теплой земле. Кто-то заметил божью коровку, ползущую по травинке, другой – наблюдал за муравьями, вереницей выползающими из крошечных отверстий-лунок. Никто не произносил ни звука. В этом молчании рождалось особое единение с природой, которое невозможно передать словами.

– А теперь представьте, – продолжила Эля, – как семечко становится маленьким ростком, тянется к солнцу, раскрывает свои первые листочки. Каждый из вас посадит свое семечко и будет наблюдать за его ростом, словно за маленьким чудом.

Злата, хорошенькая девочка с веснушками, подняла руку и спросила, получив одобрение:

– А как семечко знает, куда расти?

– Хороший вопрос! – улыбнулась Эля и ответила, – природа сама подсказывает семечку, где солнце, где вода. Мы с вами тоже чувствуем, что пора спать или есть, даже если нам никто об этом не напоминает.

Макар, серьезный мальчик в берете, задумчиво произнес:

– А я видел, как бабушка сажала огурцы. Она их поливала каждый день!

– Правильно, – кивнула учительница. – Растения, как и мы, нуждаются в заботе. Их нужно подкармливать, то есть удобрять, и обязательно поливать. А ещё пропалывать, что значит убирать сорную траву, и давать достаточно солнца. Приступаем к работе.

Дети взялись за небольшие лопаты и грабли с живым интересом. Они не просто сажали семена – они создавали что-то живое, вносили частичку своей души в землю. Кто-то напевал тихую песенку, кто-то делился с соседом своими наблюдениями за природой.

Есения, размечая вместе с Егором грядки, щебетала:

– Я вчера видела, как кошка умывается! Может, и растения тоже умываются росой?

Егор задумчиво отвечал:

– Может быть… А ты знаешь, что у каждой травинки есть свое имя?

В воздухе витала атмосфера волшебства и созидания. Элеонора Валерьевна ходила между детьми, помогая и подбадривая:

– Смотрите, как аккуратно у вас получается! Земля любит заботу и внимание. Не закапывайте семечко слишком глубоко, иначе оно долго будет прорастать.

Миша, самый усердный ребёнок в классе, вдруг воскликнул:

– Ой, здесь червячок! Он помогает земле, да?

– Совершенно верно! – подтвердила учительница. – Червячки – наши помощники. Они делают землю рыхлой и плодородной.

– А ещё их птички кушают, – добавила Злата.

– Их рыбы клюют, когда берёшь с собой на рыбалку, – внёс свою лепту Артур.

К концу урока сад наполнился не только посаженными семенами, но и радостью детских сердец, их улыбками и звонким смехом. На этапе рефлексии дети делились впечатлениями:

– Я посадил свое семечко рядом с тем местом, где видел бабочку!

– Я буду каждый день приходить и смотреть, как растет мой росток!

– А я придумала имя для своей морковки – Пушистик!

В из глазах искрилось отражение того особого понимания природы, которое приходит только через непосредственное общение с ней. Эля собрала ребят в круг:

– Помните, что каждое посаженное вами семечко – это маленькое чудо. И вы – его создатели. До встречи с нашими ростками!

***

Проводив до дверей класса последнего ученика, Эля счастливо улыбнулась, вернулась к столу и открыла выдвижной ящик, чтобы достать телефон. Огромным преимуществом вальдорфской школы было ещё и то, что в стенах здания категорически запрещалось пользоваться любой техникой. Здесь не было ни телевизоров, ни компьютеров (за исключением бухгалтерии), ни модных интерактивных досок с сенсорными панелями. Смартфоны также находились в чёрном списке. И часы занятий были тем благословенным временем, когда можно отдохнуть от всевозможных гаджетов и окунуться в мир живого общения.

От Марка пришло несколько сообщений.

"С замками я закончил. Теперь тебе придется выкупать новый ключ от своего дома. Цену ты знаешь, Вкусняшка".

"И да, я немножко увлёкся. Сменил тебе дверь на более надёжную и установил охранную сигнализацию. Подрядчик попался грамотный, я даже не понял, как меня развели. Не вздумай приписывать мне паранойю, у меня иной диагноз".

"В пятницу мы идём в театр. А в субботу я хотел напроситься к тебе в гости. Приготовим что-нибудь домашнее, как тебе идея?"

Было и несколько пропущенных вызовов от мамы, подруги Ленки и пару посланий от неё же.

"Блин, Мартынова! Ты срочно мне нужна! Это вопрос жизни и смерти" и "Позвони мне быстро!"

В прошлый раз под столь грозной формулировкой таилась страшная проблема: Лена не могла выбрать подходящий наряд. Интересно, что стряслось теперь? Ломает голову над тем, какой цвет маникюра подойдёт к её сумочке?

– Элька! – завопила трубка ещё до первого гудка. – Ты свободна? Позарез нужно встретиться, иначе меня просто порвёт.

– Случилось чего? – она позволила себе капельку беспокойства.

– Да, катастрофа! Но не по телефону. Давай я подъеду, сходим в кафе или просто в парке посидим – есть важный разговор.

– Хорошо, ты только подыши перед тем, как за руль садиться. Неровен час посшибаешь столбы, вон как разгорячилась.

– Ты бы тоже разгорячилась после такого! Всё, кладу трубку. Бегу к машине! Элька, ты просто умрёшь, когда узнаёшь.

– Не сомневаюсь!

Она со смехом завершила разговор и тут же набрала номер Марка.

– Привет, Вишенка!

– Привет, Транжира. Помнится, утром мы обсуждали только замену замков.

– Да, и я увлёкся. Со мной такое часто бывает, ты привыкнешь.

– К тому, как ты соришь деньгами, сложно привыкнуть. Марк, можно попросить тебя кое о чём?

– Догадываюсь, о чём. Я постараюсь быть сдержаннее, Булочка. Забрать тебя?

– Пока нет, ко мне едет сумасшедшая лучшая подруга, которой срочно нужно выговориться.

– Не-ет, ты не можешь оказаться столь жестокой, – Марк изобразил разочарование.

– Я тоже не в восторге от этой затеи, наверняка дело пустячное, но она – мой друг, так что придется выслушать и посодействовать.

– Добавь в список друзей и меня. Гарантирую, что назавтра в моей жизни случится парад катаклизмов. Я соскучился по своей учительнице, – последнее предложение Марк нарочно протянул голосом, полным соблазна, который живо напомнил ей жар от утреннего поцелуя и опасное головокружение, с каким она шла на работу.

Эля резко выдохнула через рот, прикрыла глаза, наслаждаясь красными огнями от падающих на веки лучей солнца, и пальцем провела по губам.

– Я тоже по тебе скучаю, – молвила она.

– А можно нескромный вопрос?

– Давай.

– Когда рассказывала о прошлых отношениях, ты упомянула, что качество интима было далеко от идеала. А какой он, твой идеал?

Сотни вариантов ответа закрутились на языке, но как выразить их правильно?

– Давай я перефразирую, – пришёл на выручку Марк. – Чего тебе не хватало?

– Страсти, – с ходу выпалила Эля. – Иногда и самого желания. Не скажу, что всё было совсем плохо, но… Как-то механически и предсказуемо что ли. Ой, прости, у меня вторая линия. Это Лена, наверное.

– Передай ей от меня, что она обломщица, – Марк раздосадовано вздохнул. – И позвони заранее, чтобы я смог тебя забрать пораньше. Хочу задать ещё пару вопросов, глядя в глаза.

– Передам, целую тебя.

– Только не на словах. Побереги губы для личной встречи, Лакомка.

Эля успела принять звонок и на бегу бросила в трубку:

– Спускаюсь.

Ленка, как всегда, сшибала с ног своим видом. Её внешность – это воплощение природной красоты и утончённости, где каждая черта лица, каждый элемент образа работал на создание современной, стильной женщины, которая умело подчеркивает свои достоинства без излишней драматизации. Подруги обнялись, поцеловались, под оживленную беседу перешли дорогу и с комфортом устроились в кофейне неподалёку.

– Ты помнишь мою соседку снизу?

– Ту, что разъезжает на новеньком Мерседесе и вечно паркуется чуть ли не под дверьми подъезда?

– Ага! Знаешь, откуда у неё деньги на дорогие шмотки и тачку?

– И зачем бы мне интересоваться источниками её дохода?

– Потому что вся суть кроется в ответе. Она – веб-модель.

– И ладно, пускай будет моделью. Ты об этом хотела поговорить?

– Нет, ты не поняла. Она этим зарабатывает. Раздевается на камеру перед ноутбуком и всё такое.

– Лена, я не вчера родилась, и знаю, что такое веб-модель. Любопытно другое, почему мы это обсуждаем? Ты решила уйти из салона связи и устроиться онлайн?

– Тогда рассказываю по порядку. Пару недель назад соседка – её, кстати, зовут Марина, – поскользнулась в ванной и сломала руку. Наложили гипс, понятное дело. Работать она не могла, кому захочется наблюдать за неловкими действиями покалеченной девицы? Поэтому и прибежала ко мне среди ночи.

– В смысле, поэтому? Хочешь сказать…

– Ой, не перебивай. В общем, есть у неё один клиент постоянный. Мужик обеспеченный, солидный, без особых тараканов. Звонит поболтать и покомандовать, так она это назвала. Извращений не просит, всего и надо, что подчиняться и томно дышать. Всё общение у них происходит в масках – это его условие. Видать, мужик довольно известный или же просто не глупый, не хочет, чтобы его потом шантажировали и всё прочее.

Короче, Маринка попросила её подменить. Мол, этот тип написал время привата, а она боится признаться, что выбыла из строя. Типа он психанет и найдет себе другую. А терять его очень не хотелось, щедрый мужик, к тому же бесхлопотный. Она пообещала заплатить вдвое больше, если соглашусь подменить. По комплекции мы схожи, а с маской на лице – знаешь же, такие мягкие бархатные маски в половину лица, которые делают в виде кошечек или заек? Вот в такой маске мы с Маринкой вообще, как близнецы.

Ну я рискнула. Вроде же не бревно, двигаться умею, как-нибудь изящненько разведу дядьку на оргазм и получу кругленькую сумму, так мне подумалось.

Эля ощутила стойкое изумление. Конечно, её подруга и раньше не отличалась скромностью, легко сходилась с мужчинами уже после часа знакомства, бесстрашно кидалась в самые опасные амурные авантюры, частенько влипала в сомнительные связи с женатыми мужиками, многократно обливалась горючими слезами, когда очередной роман заканчивался быстрее, чем ей хотелось, но до столь сумасбродного поступка додумалась впервые.

– Ты и в самом деле сделала это на камеру? И смотрела, как он там… Фу!

– Ой, да погоди фукать. Ты, если бы увидела его, да ещё услышала… М-м, я таких самцов прежде не встречала. Навскидку ему лет сорок, крепкий, подтянутый. А его голос, боже, я думала, умру. Но опять же, давай по порядку.

– Может, не стоит? Не хочу тебя обидеть, но мне ни к чему подробности.

– В них вся соль! Я ж ведь совершенно не знала, как всё будет. Умирала от страха. Включила фоном музыку, начала соблазнительно извиваться, воображать что-то. Он остановил. Велел сесть напротив, выпить воды и расслабиться. Наш фокус он раскусил сразу. Я понять ничего не успела, как он уже допрашивал меня. Как зовут, сколько лет, что с Мариной. Потребовал снять маску. Мы проговорили около двух часов, и всё это время я просто отвечала на его вопросы. Спрашивал он в основном о сексе: что мне нравится, что хотела бы попробовать, удовлетворяю ли я себя по ночам, когда сплю одна. И так далее.

Ты не поверишь, но за эту болтовню он заплатил, как за полноценный сеанс. И Марина сдержала слово, удвоила сумму. А вечером мне на телефон пришло сообщение.

Лена зачитала вслух текст:

"Хочу продолжить наше нескромное общение. Если согласна, напиши номер карты, я переведу аванс".

– И ты, дуреха, написала? – спросила Эля, заранее предвидя худший вариант развития событий.

– Зачем? Я хотела именно общения, а не крутить жопой перед камерой. Он мне понравился. Умный, красивый, властный. Неделю мы просто созванивались и каждый день заходили чуточку дальше.

– В смысле, секс по телефону?

– Ха! Да у меня такого горячего секса и в жизни не было, а тут лишь голосом, но каким…

– Ленчик, давай ближе к финалу истории, пожалуйста. Я чувствую, что подробностей чересчур много.

– Какая ты всё-таки зануда. Лёха из тебя монашку сделал. Ладно, вот во что всё вылилось. Всю прошлую неделю мы практиковали видео-звонки. И да, я уже поняла, что детали тебе не интересны. Но как не поделиться с лучшей подругой новостью о трёх оргазмах за ночь? Трёх подряд, представляешь?! И так всю неделю. А на следующей он прилетает и просит о личной встрече. Как мне быть?

– Вариант послать его, куда подальше, ты рассматриваешь?

– Нет, конечно. Я безумно хочу его увидеть вживую. Вот только меня смущает его условие о непроницаемой повязке на глазах во время встречи. Он сказал, что меня заберёт его водитель. В машине нужно надеть повязку. Снять её я смогу только на обратном пути.

– За эти две недели ты ни разу не видела его лица?

– Никогда.

– Не вздумай соглашаться на эту авантюру. Попахивает похищением с последующей продажей в сексуальное рабство.

– Да? А часто будущим рабыням дарят серьги с бриллиантами? – Ленка вынула из сумочки синюю бархатную коробочку и подала подруге. – Это он прислал сегодня с курьером. Прямо на работу.

Эля с опаской подняла крышечку и с удивлением воззрилась на украшения. Изящная геометрическая форма серёг из белого золота напоминала распускающийся бутон, где центральный бриллиант походил на каплю росы на изящном лепестке. Безупречные грани отражали мир в тысячах крошечных зеркал, создавая неповторимую игру света.

– Верни их от греха, мой тебе совет. И забудь этого типа. У меня очень плохое предчувствие.

– Кому вернуть, куда? Я даже имени его не знаю.

Ответить на сей перл Эле не позволил телефонный звонок.

– Как ты там, Сушечка? Я волновался.

– Болтаем. С меня бутылка валерьянки, Коржик.

– Сколько можно болтать? Я знаю лучшее применение твоим губам и языку.

– Это кто? – спросила Лена беззвучно, став невольным слушателем из разговора, затем зашипела на ухо. – Тот самый, с которым ты танцевала на даче у Васнецовых?

– Можешь выезжать, мы заканчиваем через десять минут. Заодно расскажешь, что это за применение.

– Я лучше покажу, Конфетка.

Эля подавила безумную улыбку и вновь сосредоточилась на проблеме подруги.

– Слушай, Лен, брось эту затею. Никаких встреч с незнакомцами в масках. Это всё кончится репортажем в криминальной хронике.

– Не нагнетай, – беспечно отмахнулась Лена. – Никогда себе не прощу, если упущу такую возможность. Ты, кстати, не ответила. Тебе сейчас звонил тот красавчик, которого Инга привела, Макс, вроде?

– Марк, – машинально поправила Эля и нехотя призналась, что звонил именно он.

– Вау! Так у вас…

– Конфетно-букетный период, ничего больше. Я пока просто присматриваюсь.

Ленка заржала.

– Он тебе лошадь что ли? Прищупывайся уже, тем более там есть, за что подержаться. Вспомнить хотя бы, как лихо он сотню раз подтянулся. Представляешь, сколько всего он может в постели?

Эля спрятала лицо в ладонях и расхохоталась.

– Соболева, ты неисправима.

Глава 8

Сообщения всегда приходили в виде пуш-уведомлений и не сохранялись в памяти телефона. Во всяком случае, Лена не знала, где их посмотреть. Ответить она тоже не могла. Её таинственный незнакомец в маске предпочитал одностороннюю связь.

Звонки от него тоже поступали с засекреченного номера: ни единой цифры, лишь сухая надпись на экране "номер скрыт".

Поутру она первым делом разблокировала телефон, нашла очередное послание:

"Я прилетел. Хочу увидеть тебя вечером. Водителя отправлю к 18:00. Второго шанса не будет. М."

Он всегда подписывался этой буквой, однако никогда не объяснял, что это значит. Первая буква имени? Фамилии? Прозвище? Может быть, Мистер или Мастер? Вполне вероятно, что так он сокращал слово Маска. Или вообще использовал первый попавшийся символ, наобум.

Короткий текст взбудоражил кровь, сон как ветром сдуло. Лена вихрем взвилась над постелью, умчалась в душ, затем тщательно вычистила зубы и высушила волосы. Думать она себе не позволяла, потому что заранее знала, чем это закончится – она струсит. Пойдёт на поводу у переживаний подруги, поддастся панике, откажется от предложения М., а потом горько будет сожалеть об упущенной возможности. Он четко пояснил, что не даёт вторых шансов. Если она не сядет в машину к водителю, их странная связь оборвётся в тот же миг.

Лена наметила примерный план на день: парикмахерская, массаж, обёртывание, маникюр-педикюр. Времени в обрез, но его должно хватить на то, чтобы привести себя в идеальное состояние. Тем более он прислал все необходимые сертификаты. Ежедневно она получала с курьером конверт с купоном на уходовую процедуру, а вчера в фирменной коробке с логотипом известного кутюрье лежало платье.

Лена вынула вещицу, распрямила на кровати и задохнулась от восторга. Наряд словно был соткан из закатного неба – такой же нежный и переливающийся. Шелковая ткань скользила по телу, словно танцуя в лучах заходящего солнца, создавая завораживающую игру света и тени. Кружевной лиф, расшитый искусными руками мастериц, облегал фигуру так естественно, будто был создан именно для неё. Каждый стежок, каждый изгиб ткани в точности совпадал со всеми линиями её тела.

Пояс из кристаллов мерцал, как звездная пыль, подчеркивая талию и превращая силуэт в произведение искусства. Многослойная шифоновая юбка оживала при каждом движении, создавая волшебный вихрь, похожий на морской прибой в лунном свете.

Это было не просто платье – это магия, превращающая любую женщину в настоящую королеву вечера.

В коробке нашлась записка, выполненная чёрными чернилами:

"Это всё, что тебе потребуется. Никакой косметики, никаких духов, никаких украшений и никакого белья. Туфли можешь надеть любые. М."

Почерк показался ей четким, разборчивым, буквы – умеренно крупными, они плавно соединялись в слова и имели правильно выписанные окончания. Она специально нашла в интернете статью о толковании особенностей почерка и сделала вывод, что четкость и разборчивость говорили об умении концентрироваться на деталях и принимать взвешенные решения. Размер букв указывал на лидерские качества и способность мыслить масштабно, а хорошо выписанные буквы свидетельствовали в пользу способности доводить дело до конца.

И вот настал момент Икс. Новое уведомление гласило:

"Водитель внизу. Чёрный седан марки Лексус. Не разочаруй меня, Елена. М."

Соболева собрала всю решимость в кулак, поправила платье, придирчиво осмотрела своё отражение. Она выполнила все условия и готовилась получить награду, но прежде стоило позаботиться о собственной безопасности. Поэтому, спустившись во двор многоэтажного дома, Лена первым делом отыскала среди автомобилей нужный и сфотографировала номерной знак и общий профиль блестящей лаковыми боками машины. Затем набрала номер Эли и скороговоркой произнесла:

– Слушай и не перебивай. Я всё-таки решилась на встречу с тем типом, о котором рассказывала. Фото его Лексуса и госномер отправила тебе сообщением. Если не объявлюсь до полуночи, бей тревогу.

– Ленка, ты чего творишь? Не вздумай…

Лена разорвала соединение, включила бесшумный режим и с видом великомученицы, сознательно идущей на казнь, двинулась к дорогому авто. Водитель заметил её загодя, вышел и придержал для неё дверцу заднего ряда кресел. Она оценила его серый костюм, идеально сидящий по фигуре, как недорогой, но качественный, и поежилась при виде безупречно белых перчаток на руках.

Прежде чем завести двигатель, водитель передал ей очередной свёрток, в котором лежал плотный черный шарф из грубой многослойной ткани. Лена, проклиная всё на свете, опустила голову и по возможности аккуратно завязала глаза. Затем придвинулась к дверце и постаралась расслабиться.

– Вы готовы? – вежливо спросил наёмный служащий.

– Да, – вопреки внутреннему голосу ответила она, боясь произнести что-то более длинное.

Её било крупной дрожью. Эмоции бурлили, точно в жерле готового к извержению вулкана. Страх. Её парализовало от одной мысли, какую гигантскую глупость она совершает. Неуверенность. Что будет, если он ей не понравится? Она ничего не знает, например, о его запахе. Вдруг от него воняет потом, немытым телом или какой-то болезнью? Она ведь никогда не видела его тело целиком. Лишь треугольник кожи под расстегнутым воротом рубашки, руки до локтей, подбородок с шеей и чёрные, как смоль, волосы, всегда пребывающие в идеальном порядке. Вопреки домыслам Эли он не спешил обнажаться перед камерой. Всё, что происходило с его стороны, всегда оставалось за кадром, Лене приходилось довольствоваться лишь звуками и руководствоваться его приказами.

Горько усмехнувшись, она вдруг поняла, что не знает даже, дееспособен ли он. Во всех смыслах. М. всегда сидел в кресле или на диване. Ни разу ей не доводилось видеть его в полный рост или расхаживающим по комнате. Он вполне мог оказаться инвалидом или импотентом. Дойдя до этой мысли, она чуть было не заорала. Остановись! Стоп! Встреча отменяется!

Однако молчаливый водитель уже заглушил мотор. Хлопнула дверца, через секунду открылась уже с её стороны. Лена молча заплакала, но почему-то упорно продолжала верить в лучший исход. Она подала руку своему провожатому и послушно пошла вслед за ним.

Звук шагов стал глуше, он словно тонул в мягком ворсе ковра. Механический щелчок. Металлический лязг. Тело устремилось вверх. По всей видимости, они поднимались на лифте. Снова щелчок и лязг. Водитель потянул её вперёд. Короткий стук костяшек пальцев о дерево: та-та-там-там.

Дверь распахнулась настежь. Изнутри повеяло ароматом кофе и чем-то терпким наподобие дорогого алкоголя.

– Свободен, – короткое указание для водителя, а затем более чувственно для неё. – Ты всё-таки осмелилась, моя королева. Что ж, я рад.

Лена едва не потеряла сознание от избытка эмоций. Слышать его вживую оказалось во сто крат приятнее. Сердце зашлось в бешеной пляске. Дыхание участилось. Тело налилось блаженной лёгкостью. Внутренности скрутило в единый ком. Она открыла рот, чтобы что-нибудь сказать, и обнаружила, что голос пропал. Ей не хватало воздуха. И света. Вокруг было слишком темно, что усиливало страх.

Он провёл теплой ладонью по её руке от плеча до кончиков пальцев, и придерживая под мышкой, завёл внутрь комнаты. Или квартиры. Или гостиничного номера. Дверь за её спиной закрылась, отрезая пути к бегству.

– Теперь можешь снять повязку, девочка.

Он стоял слева, и судя по звуку голоса, идущего чуть сверху, был выше на целую голову. Лена с благодарностью сорвала с лица дурацкую тряпицу, отерла щеки от слёз, проморгалась и… осталась всё в той же кромешной тьме. Разве что чернота разбавилась серыми всполохами окружающих предметов. Внезапно он наклонился и прижался носом к её шее, шумно вдохнул воздух. Она неосознанно дернулась в сторону, однако он придержал за талию и не позволил далеко отклониться.

– Никаких духов, правильно? – низким голосом спросил М., затем провёл большим пальцем по её губам и щеке и вновь удовлетворился. – Никакой косметики. Ты позволишь убедиться, что на тебе нет белья?

Лена испуганно вжалась в стену и отчаянно замотала головой. Как он хотел убедиться? Взять её прямо на пороге?

– Тш-ш, моя девочка. Тебе не следует бояться. Я не причиню тебе боли. Только доставлю удовольствие. То самое наслаждение, которое ты всегда у меня вымаливала, помнишь?

Он обнял её, буквально накрыл своим телом, даря ровное тепло и успокоение. Лена отчаянно обвилась руками вокруг его талии. Подняла ладони вверх, исследуя широкую спину, плечи, массивную шею, погладила мягкие пряди волос на затылке. Он казался идеальным. Пьянящая смесь силы, мужества и спокойствия.

– Можно я… – она робко коснулась пальчиками его нижней челюсти.

– Королеве можно всё, – сладко прошептал он на ухо и прикусил мочку.

Лена заворожённо изучала его лицо. Острые линии подбородка, колючая щетина на щеках и мягкая поросль жестковатых волос над верхней губой, прямой нос с небольшой горбинкой посредине, чуть влажные губы, впадины глаз, островки бровей, высокий лоб. Ни одного ощутимого изъяна. И пах он невероятно свежо и вкусно.

Его запах окутывал словно теплый, бархатистый туман, в котором чувственные древесные ноты переплетаются с легкой свежестью цитрусовых. Этот аромат – как прикосновение шёлка к коже, где пряный мускус сплетался с тонким шлейфом ветивера. В нем было что-то первобытное и одновременно изысканное, что-то, что пробуждало самые потаенные желания, заставляло учащенно биться сердце и замирать дыхание. Это не просто запах – древнее таинство, способное заворожить, околдовать, заставить следовать за собой, растворяясь в его чарующих объятиях.

Надуманные страхи улетучивались. Он вполне оправдывал её ожидания и даже во многом превосходил их.

Они потянулись к губам друг друга одновременно. Лена чуть промахнулась и ткнулась носом в щёку. Оба засмеялись, и этот прекрасный звук – глубокий, рокочущий смех, рождающийся в недрах его груди, – окончательно убедил её, что всё правильно.

Первый поцелуй был изучающим, осторожным. Он долго пробовал её вкус, то надвигаясь, то отступая. Движения языка так же казались неспешными, пока он не накрыл ладонью её грудь и не оттянул двумя пальцами сосок. После этого его язык требовательно вторгся внутрь. Лена глухо застонала.

Он тут же прервался и стремительным движением развернул к себе спиной. Надавил на затылок, вынуждая прижаться щекой к стене.

– Стой смирно, девочка. Я хочу кое-что проверить.

Продолжая удерживать затылок, другой рукой он провёл вдоль позвоночника, спускаясь к кромке платья. Задрал пышную юбку и звонко шлёпнул по голой попке.

Лена вскрикнула от неожиданности.

– Ты выполнила все условия, моя королева, – одобрил он, поглаживая место удара и скользя средним пальцем вдоль мягких полушарий. – Ты очень послушная, правда?

Она согласилась и сильнее прогнулась в пояснице, подставляя всю себя под эти чувственные поглаживания.

– Пойдем, я хочу наградить тебя за послушание.

Он потянул её за руку, затем передумал и подхватил на руки, словно невесту. Лена обвила руками его шею и сорвала с губ очередной ласковый поцелуй.

В комнате, куда он её принёс, оказалось чуть светлее. Помимо тусклого блеска кожи и мерцающих огоньков глаз, она смогла различить силуэты мебели: широкий стол справа и гигантскую кровать с высоким матрасом по центру. Он опустил её на ноги у постели. Ловко нащупал крошечную застёжку на боку платья, расстегнул до самого низа.

Лена, пускай и смутно, увидела его лицо и с трудом удержала слёзы. Наконец-то! После стольких дней мечтаний, фантазий и грёз наяву она станет принадлежать ему по-настоящему. Целиком. Душой и телом.

М. неторопливо спустил с её плеч рукава. Расстегнул пояс из кристаллов. Встал на колени рядом с её ногами и медленно вынул ступни из узких лодочек.

Её несколько смущало его молчание. Прежде он всегда много и охотно говорил, выказывал восхищение, хвалил, воспевал её красоту. Платье скользнуло вниз по ногам. Лена поежилась, но не осмелилась прикрыться руками. С присвистом выдохнула и вобрала в грудь побольше воздуха.

Он вдруг встал и отошёл к столу. Звякнула посуда, следом послышался звук наливаемой жидкости. Она продолжала молча стоять, в корне отказываясь понимать происходящее.

М. сделал несколько глотков. Звякнули льдинки в его бокале. Подошёл к окну, отдернул самую дальнюю из портьер. Света значительно прибавилось, и на краткий миг она во всех деталях увидела его.

На лице, обрамлённом тёмными, чуть тронутыми у висков сединой волосами, читалась печать прожитых лет – неглубокие морщины у глаз и в уголках рта добавляли его облику характера и глубины. Прямой нос, высокие скулы и волевой подбородок создавали образ уверенного в себе мужчины, достигшего определённого положения в жизни. Небрежная щетина и ухоженные усы, короткие, но выразительно очерчивающие верхнюю губу, придавали его лицу особый шарм, этакая сексуальная деталь, дополняющая сугубо мужественный образ.

Фигура, облачённая в деловой костюм без пиджака, говорила о хорошей физической форме – прямая спина, широкие плечи и подтянутый живот свидетельствовали о регулярных занятиях спортом и здоровом образе жизни. Рубашка, аккуратно заправленная в брюки, подчёркивала стройность, а закатанные до локтей рукава добавляли непринуждённости.

– Подойди ко мне, – попросил он, возвращаясь к столу.

Лена приблизилась, замерла в шаге от него, встав напротив. Тяжело сглотнула. Ей было некомфортно. Стоять абсолютно нагой перед полностью одетым мужчиной, который и взглядом не желает тебя удостоить – довольно унизительно.

Наконец он отставил стакан, потянулся рукой к её лицу, погладил по щеке.

– В жизни ты гораздо красивее, чем на экране. И молчаливее, что приятно удивляет. Разденешь меня?

– А можно мне тоже что-нибудь выпить? Желательно воду.

– Конечно.

Он вмиг подобрел, взял с подноса чистый стакан, наполнил водой из графина, подал ей, а когда она попыталась взять его, покачал головой, запрещая касаться, и поднёс стеклянный край ко рту, предлагая пить из его рук.

Расстояние между ними стремительно убывало. Лена цедила воду маленькими глоточками, боясь подавиться. Зубы лязгали о стекло.

– Прости мне дурные манеры. Я просто не ожидал, что ты будешь такой совершенной.

В полумраке она разглядела на его лице довольную улыбку и попыталась растянуть губы в ответ. Несколько капель скатились по подбородку и упали на грудь. Он тут же убрал стакан и языком осушил их.

Она отступила назад и упёрлась ягодицами в столешницу.

– Раздень меня, королева, – повторил он свою просьбу и сам устроил её подрагивающие ладони у себя на груди.

Лена принялась вытаскивать пуговицы из петель, когда дошла до живота, выпростала рубашку из-за пояса, на удивление ловко справилась с ремнем и расстегнула брюки. Спустила их вместе с бельём и с радостью поняла, что страшилась напрасно. С потенцией, как и с размерами, у него не наблюдалось проблем.

Откинув в сторону штаны и носки, М. прижался к ней всем телом и покрыл поцелуями лицо. Чуть дольше задержался на губах, склонился к шее. Нежные и неторопливые ласки расслабляли тело.

– Ляг спиной на стол и разведи ножки как можно шире, – велел он и помог осуществить задуманное. Её ноги он согнул в коленях и расставил ступни по краям стола. Коснулся губами напряжённого живота. Царапнул зубами по выпирающим рёбрам.

Лена выгнулась и протяжно застонала.

– Красивая. Лакомая. Идеальная, – прошептал он, покрывая кожу смачными поцелуями. – Приласкай свою грудь, девочка, пока я пробую тебя на вкус.