Текст книги "Маркус (СИ)"

Автор книги: Анна Есина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 20 страниц)

– Да, – коротко отозвался Гена, не выражая ни радости, ни злости.

– Как идёт развод? – издалека начала Амина, пригубив ещё вина.

– Шикарно, кишки мне на лебёдку наматывают со смаком. Ты откуда про развод знаешь?

– Адвокат твоей жены звонил. Предлагал сдать тебя за вознаграждение, – новый глоток, от которого потеплело в желудке.

– И что ты ответила?

– Что знать тебя не знаю. Ведь правду же сказала. Я вообще ничего о тебе не знаю.

– Прямо совсем ничего? – в его голосе послышался намёк на заигрывание. Хороший знак.

– Только то, что ты сносно трахаешься, – Амина хихикнула. – Но об этом меня не спрашивали.

– Всего лишь сносно? – а вот теперь он флиртовал по-настоящему, даже, кажется, заурчал, как и положено мартовскому коту.

– Да, на троечку. Мне так запомнилось.

Она плюхнулась на пол, прислонилась обнаженной спиной к стенке холодильника и отчаянно захотела почувствовать такое же тёплое прикосновение к коже, но исходящее от крепкого мужского тела.

– У тебя явные провалы в памяти, Мин.

– Думаешь?

– Знаю. В последний раз ты кончила со мной трижды. Если это для тебя на троечку, тогда ты очень строга к окружающим.

– Почему ты так уверен, что я кончила, а не симулировала?

– В этом меня не проведёшь, – судя по интонациям, Гена улыбался.

Амина легко воскресила в памяти эту улыбку. Удивительное сочетание зрелости и той самой юношеской непосредственности, которая в её понимании считалась его визитной карточкой. Гена умел быть по-мужски обольстительным и в то же время лёгким, весёлым и игривым. Этакая ленивая брутальность, сводящая женщин с ума.

– Приедешь? – не колеблясь ни секунды, спросила она. Не жалобно, нет, но с подтекстом.

– А ты зовёшь? – не спешил с ответом Самойленко.

– Приглашаю на рюмку чая, ага.

– Чего вдруг? Ещё вчера видеть меня не хотела, а сегодня резко передумала.

– Да или нет? – она решительно отставила бутылку, чувствуя лёгкое головокружение.

– Скорее да, чем нет. И всё-таки ответь на вопрос, что заставило мне позвонить?

Амина хотела воспользоваться привычными колючками. Послать его по батюшке или обрить грубым словцом, а вместо этого ответила искренне:

– Злость и ревность. Я позвонила Илье, а он там с этой своей шалавой кувыркается.

– И ты решила покувыркаться в ответ, – заключил Гена с усмешкой. – Что ж, удачи в поисках партнёра.

На этом вызов завершился. Смартфон издал короткий звук, и наступила гнетущая тишина.

Амина в неверии уставилась на экран. Шок прошел тут же, потому как поступил входящий вызов от мужа.

– Чего тебе? – рявкнула она в трубку.

– Звоню извиниться. Я не разобрался, что ты по видеосвязи набрала… Мозг, знаешь ли, кипит к концу рабочего дня.

– Да видела я, что у тебя кипело, – хмыкнула она. – Извинения приняты. Сорян, что прервала вашу случку.

И отключилась, ставя телефон в режим "полёт". Беседа с этими двумя супчиками окончательно вытрепала нервы. Чувства сплелись в тугой клубок, который мечталось облить бензином и сжечь, приплясывая вокруг кострища в папуасских кривляньях. Один возомнил о себе черте что, другой вообще зазвездился. А какое ей, собственно, до них дело?! Пускай катятся к такой-то матери. Была охота страдать из-за ущербных.

Амина схватила напарницу в виде бутыли с вином, водрузила на центр стола, включила музыку, наложила себе целую тарелку вкусностей из числа тех, что пережили первый приступ гнева, и с аппетитом принялась есть.

Отужинав и порядком захмелев, она скинула с ног туфли на высоких каблуках, осторожно переступила через груду битых черепков на полу. На цыпочках добралась до спальни и только рухнула головой в подушку, как в дверь позвонили.

Обеспокоенный муженёк? Ему велено проваливать с горизонта. А если это подруга, и что-то случилось с Ваней?

Амина на всех парах помчала в прихожую. За дверью оказался Гена. Непривычно хмурый.

– О, блин, картина Репина "Приплыли", – с трудом ворочая языком, выговорила она. Одной рукой держалась за косяк, второй цеплялась за дверную ручку. В глазах плясали задорные бесята.

Гена окинул её цепким взглядом и вмиг повеселел.

– Ты когда надраться умудрилась? Два часа всего прошло с нашего разговора.

Он потеснил её в квартиру и сам зашёл без приглашения. Ах да, это ж почти его двушка! Щедро оплаченная.

Не желая ввязываться в споры или выяснения отношений, Амина подобрала длинную юбку, которая стелилась по полу, и чуть пошатываясь из стороны в сторону, вернулась в спальню. Упала на матрас лицом в потолок, разбросала руки и ноги в стороны и с наслаждением закрыла глаза.

– Это ты мне так отдаешься? – насмешливо спросил Гена, наблюдая за ней с порога.

– Это я так собираюсь спать, – не разлепляя век, пробормотала она. – Хочешь, присоединяйся.

Амина похлопала по кровати справа от себя, подразумевая лишь сон. Однако Самойленко всё трактовал в силу своей озабоченности. Лёг рядом на бок к ней лицом, подпёр голову рукой, согнутой в локте, а свободную пустил гулять вдоль её тела от шеи к бёдрам и обратно.

Она не реагировала, хотя и ощущала тёплые волны от его касаний. Дышала ровно и глубоко. Гена склонился над её рукой и принялся целовать запястье, поднимаясь всё выше, щекоча кожу щетиной и жарким дыханием. Подобрался к плечу. Потерся носом о грудь через слои одежды.

Амина открыла глаза и увидела перед собой его лицо. Красивый. Породистый.

– Почему ты приехал? – она очертила твердую линию челюсти и обхватила пальцами затылок, где волосы оказались совсем короткими и жёсткими на ощупь.

– Потому что ты позвала, – пояснил он как будто бы честно, а потом добавил сквозь улыбку, – на самом деле из-за тройки. Веришь или нет, но меня обидела твоя оценка.

– Хочешь ребили… релиби… реатиби… Да блин, – она никак не могла выговорить сложное слово и решительно переиначила, – трахнуть меня хочешь? На пятерку?

– Ага, не отказался бы реа-били-тиро-ваться, – дразняще высказался Гена и одарил её поцелуем.

Терпкий поцелуй всё длился. Мягкий, нежный, ничего не требующий. Просто касания губ. Амина порывисто подалась вперёд, обвила руками мужской затылок и провела своим языком по его, вначале по всей длине, потом поддела кончик. Прошлась по верхнему нёбу, чувствуя невероятное блаженство. Как давно её никто не целовал. Слишком давно.

Гена ответил взаимностью. Начал посасывать её язык. Запустил ладонь под юбку, огладил бедро и тут же накрыл треугольник трусиков, чуть надавил, потирая кожу тканью.

Она выгнулась всем телом, привставая на носочки. Отвернулась от его лица, остро нуждаясь в глотке воздуха. Он сместил губы на шею. Прикусил пульсирующую жилку, облизнул яремную впадину и продолжил ласкать ее между ног через ткань белья.

Амина застонала. Долго и протяжно, ощущая внутри нарастающее безумие. Накрыла его крепкую ладонь своей и уверенно направила под резинку трусиков. Он прошёлся двумя сведёнными пальцами вдоль влажных складок и чуть покружил подушечкой у самого входа.

– Ты такая мокрая, потому что ждала его? – с изрядной долей ревности спросил он, нависая над её лицом.

– Потому что тебя хочу, придурок, – агрессивно прошипела она и свела ноги вместе, словно зажимая его руку в тиски. Вильнула бёдрами, усиливая трение.

Гене вроде как понравился ответ. Он скользнул в неё средним пальцем, а большим накрыл чувственный бугорок. Безошибочно подобрал ритм проникновений и надавливаний. Взгляд не отрывался от её лица.

– Когда ты в последний раз была с мужчиной? – спросил он хрипло, жадно пожирая глазами гримасу удовольствия на её лице.

– Давно. Очень давно. С тобой, – отрывисто призналась Амина и запрокинула голову, встречая ещё более сильную волну.

Она шире расставила ноги и попыталась сама руководить движениями. Ей хотелось больше телесного контакта, больше его кожи и запаха. Почувствовать на себе вес его тела. Отдаваться так, как никогда и никому.

Его реакцию на свои слова она не поняла. Взгляд поплыл. Гена добавил второй палец, и она стиснула его внутренними мышцами.

– Два года меня ждала? – прошептал он на ухо так, будто похвалил. – Больше не жди. Кончай. С криками. Сейчас, Мин.

Он добавил третий палец, и чувство наполненности стало невыносимым. Одновременно с пальцем он прикусил острый кончик подборка, и лёгкая боль подстегнула разрядку. Амина скомкала в кулаках простынь и с диким горловым стоном воспарила на вершину блаженства. Она подмахивала ему бёдрами пока окончательно не обессилила, потом расслабилась и тяжело рухнула обратно на кровать, утыкаясь носом в его плечо.

Бешеный пульс разогнал кровь. В голове просветлело.

– Открой рот, – попросил Гена.

Она повернула голову, поймала его горящий огнём взгляд и медленно разомкнула губы. Облизнула нижнюю, провела по ней зубами, догадываясь, что он хочет сделать.

– Ты уже пробовала себя раньше?

Она кивнула и выставила вперёд кончик языка. Он чертыхнулся, зашипел, будто кто расковырял на нем болячку. Влажной от её соков ладонью прошёлся по её щекам, пачкая подбородок и губы, потираясь о пересохший язык. Затем затолкал все три пальца ей в рот и с придыханием велел:

– Соси. Если хорошо постараешься, я угощу тебя членом.

Амина закрыла глаза и с усердием принялась облизывать его пальцы. Гена наклонился и с не меньшим азартом стал вылизывать её щёку, пробуя тот же вкус.

– Ты сладкая, – произнес он, толкаясь пальцами в её рот. – Вкусная. Чистая. У меня колом стоит от одной мысли, что после меня тебя никто не трахал. Только моя, да?

Она сжала зубы, словно соглашаясь с ним. Не слишком сильно, но ощутимо. Гена заворчал. Убрал руку от лица. Встал с кровати и потянул её за собой. Поставил на ноги, придерживая за голые плечи. Развязал ленту горловины платья на затылке. Одним плавным движением спустил ткань до талии, высвободил аккуратные маленькие груди из бюстгальтера. Вдавил в мягкую плоть острые горошины сосков.

Амина в ответ просунула руки между пуговиц на рубашке и со всей дури рванула в разные стороны, выдирая застёжки с корнем. Жадно обнажила мужские плечи, прошлась ладонями по тугим мускулам.

Своей физической форме Гена уделял очень много внимания. Гладкая кожа, совершенство рельефа. Внушительные мышцы. Его хотелось облизывать, как леденец, и тереться о него всем телом в надежде получить ответную ласку.

– Нравится то, что видишь? – с неким бахвальством спросил он, вынимая из её волос шпильки.

– Фу, нет, ты омерзительный, – нагло солгала Амина и вопреки своим словам прижалась губами к его накачанной груди, сомкнула их на соске и осторожно оттянула. Затем принялась целовать всё, до чего могла дотянуться. Когда добралась до кадыка и облизала его, Гена яростно привлёк её бедра к своим, удерживая за задницу, и потерся впечатляющей выпуклостью о её живот.

– Не наигралась ещё? – спросил с угрозой.

Резко содрал с неё остатки платья, расстегнул ремень и бегунок на брюках. Снял всё вместе с бельём. Амина хотела было избавиться от трусиков, но он остановил её и толкнул обратно на кровать.

– Вытяни руки над головой, – приказал он, и её пробрало до мурашек от этой команды. Как хлыстом саданул, не причинив боли, но основательно взбудоражив.

Она послушно подняла руки. Гена опустился на колени рядом с её головой, скрестил ей запястья, подложил под голову подушку.

– Ты знаешь, что у тебя очень дерзкий рот?

– Да что ты?! – ехидно хохотнула Амина, поедая глазами вздыбленную плоть. Красивый, как и его обладатель. В меру толстый, чуть изогнутый, с крупной головкой и бархатистым основанием.

– Очень дерзкий, – продолжил Гена. – И сейчас мы…

Она перебила, не дослушав.

– Погладь себя, Ген, – просьба, не приказ. Ей хотелось увидеть, как его широкая ладонь скользит по нему, как сдавливает, как совершает быстрые движения.

Он застыл на краткий миг. Наверное, от неожиданности. Очевидно же было, что он привык полностью руководить процессом, привык подчинять себе, выполнять только свои желания. И всё же попытался вернуться в привычную колею. Склонился над ней.

– Открой рот.

– Ген, я отсосу тебе. Без вопросов. Но вначале подрочи. Я хочу посмотреть, как ты это делаешь.

По его широченной улыбке от уха до уха становилось понятно, что её выходка ему понравилась. Он сдавил член в кулаке и замер, с вожделением поглядывая на её тело.

– Тогда и я хочу увидеть, как ты трахаешь себя. Сними трусики и покажи, как ты два года обходилась без меня.

Амина по-кошачьи выгнулась, свела колени вместе, перекинула на бок и изящно стянула бельё, наблюдая за тем, как медленно заскользила вверх мужская рука. Во рту пересохло ещё сильнее. Чёрт, а он хорош. Настолько хорош, что смущения не было вовсе. Она поигралась с грудью, представляя его губы на сосках, и плавными движениями опустила обе руки к бёдрам. Подушку из-под головы она положила под поясницу, широко расставила ноги и аккуратно коснулась пальцем набухшего клитора. Лёгкий стон слетел с губ. Гена дёрнулся всем телом и убрал ладонь с возбужденного органа, подал её Амине со словом:

– Оближи.

Она охотно прошлась языком по глубоким линиям на внутренней стороне его кисти и под солоноватый вкус кожи погрузила в себя палец.

Он вернулся к своему занятию, слушая её осторожные стоны и влажные звуки, с которыми её пальчик уходил внутрь.

– Давай в одном темпе со мной, Мин, – сипло попросил он, увеличивая скорость руки. – Теперь добавь ещё палец.

Амина выполнила. Дыхание сбилось. Терпеть сладкий натиск собственной руки становилось невыносимо, особенно когда перед лицом маячила та часть мужского тела, которую больше всего жаждала. Она первой прекратила себя ласкать. Перекатилась на бок, встала на четвереньки и потерлась щекой о его замершую ладонь.

Гена прижался членом к пересохшим губам и толкнулся бёдрами вперёд. Она облизнула его целиком, обхватила у основания тонкими пальцами и вобрала в рот крупную головку. Гена довольно заурчал. Собрал её волосы в пучок на макушке и потянул вверх, вынуждая смотреть в глаза.

– Хочу видеть, как ты меня заглатываешь. Сожми губы сильнее. Вот так, да-а. Глубже можешь?

Она попробовала. Гена надавил рукой на затылок, мешая отпрянуть. Пришлось приноравливаться и дышать носом. Она уже знала, что он любит глубокий горловой минет, и старалась угодить, впуская всё дальше.

Он выругался, резко вынул член и за подбородок подтащил к своему лицу. Наградил припухшие губы зализывающим поцелуем.

– Сегодня будем пробовать пожестче или сразу сделаем по моему?

Амина улыбнулась широко и искренне.

– По-всякому будем, – прошлась языком по небритой щеке. – Помнится, ты обещал мне небо в алмазах. Неужели уже сдулся?

Языком и губами она блуждала по его подтянутому телу, то поднимаясь к груди, то опускаясь почти до самого паха.

– У тебя презервативы есть?

– Что я слышу, Самойленко? – она не удержалась и заржала в голос. – Ты приехал ко мне без резинок?

– Да уж как-то так, – в притворном смущении проворчал он, заваливая её на спину.

– То есть на секс ты даже не надеялся? – ей показалась странной сама мысль о чем-то подобном. Потрахушки – разве не его второе имя?

– С тобой понадеешься, ага, – саркастически ухмыльнулся Гена и медленно скользнул внутрь.

Амина судорожно сглотнула, чувствуя неимоверную наполненность. Обвилась ногами вокруг его торса и похлопала руками между лопаток.

– Т-ш, здоровяк, не торопись. Порвешь меня изнутри.

Он медленно отступил, потом плавно толкнулся вперёд. Ей нравилось прижиматься к нему всем телом, чувствовать мельчайшие капли пота на его коже. Волшебные ощущения.

Постепенно она привыкла к его размеру, подстроилась под ритм и начала двигаться навстречу, прогибаясь так, чтобы он попадал в особую точку, от которой по всему организму расходились наэлектризованные всполохи чистой неги.

– Ты так кончишь? – шумно выдохнул Гена, вбиваясь в неё всё сильнее.

– Да, ещё немного, – она приподняла голову и поцеловала его, поймала язык губами и стала посасывать, вспоминая, как проделывала то же самое с членом.

Короткими ногтями она прошлась по всей спине, не царапая, а скорее лаская бархатистую кожу. Первые спазмы удовольствия оказались мощными. Она приподняла бедра и запрокинула голову, крича что-то бессвязное.

Амплитуда его движений стала резче.

– Подставь свои сиськи, когда буду кончать, – хрипло попросил Гена, и её окончательно сорвало.

Вонзив пальцы в идеальный мужской зад, она вытянулась всем телом и уплыла в царство ошеломительного оргазма. Жаркий прилив всё не прекращался, мышцы внутри словно с ума посходили. Гена упёрся кулаком в матрас возле её лица и брал её с такой силой, что голова мотылялась туда-сюда.

– Мин, сейчас.

Он вышел из неё со влажным звуком, навис сверху и в пару движений руки достиг пика. Амина с готовностью подставила небольшую грудь под горячие капли, а глазами жадно впитывала его реакцию на удовольствие. Ей понравилась хмурая морщинка между бровями и сцепленные челюсти, от которых на щеках проступили желваки. Гламурная красота плейбоя уступила место чисто мужской привлекательности.

Это был отнюдь не первый их секс, но первый, когда ей действительно всё понравилось.

Глава 26

Ослепительные лучи раннего летнего солнца скользнули с подушки на лицо. Амина поморщилась и перевернулась на другой бок. Где-то невдалеке затрезвонил мобильный. Она слепо выпростала руку из-под одеяла и пошарила по тумбочке.

– Алло, – хриплым ото сна голосом буркнула.

– Извини, что так рано. Не разбудил? – вежливо спросил Илья.

– Ты в последнее время только и делаешь, что извиняешься, Давыдов, – сухо ответила она. – Почисти карму что ли, у тебя явные нелады с совестью.

– Как-то само получается.

– Ага. Чего хотел-то?

– Заехать хотел перед работой, карточку тебе передать. Я оформил дочернюю от своего банковского счёта. Ну знаешь, на покупки там всякие: на еду, игрушки, одежду. Хотел передать её тебе, – неловкостью, с которой ему давалось каждое слово, можно было затыкать сквозные дыры, столь густой она казалась.

Амина собиралась согласиться с его визитом, потом сквозь дрёму почувствовала на животе тяжёлую мужскую ладонь и передумала. В принципе, ей не так уж и важно, узнает Илья о том, с кем она коротает ночи или нет, но выпячивать сей факт не стоило.

– У меня с утра работа, – солгала она. – Встретимся где-нибудь в городе?

– Вообще-то я уже у твоего подъезда.

– Вообще-то я ещё сплю, – ворчливо отозвалась Амина. – Ладно, поднимайся. Сейчас открою.

Она убрала телефон, аккуратно выпуталась из объятий Гены, мельком взглянула на расслабленное лицо. Что-то внутри жалобно скукожилось при виде него. Разбираться, что это, не было времени. Взяв со стула домашний халат, она закуталась в атласную ткань, поплотнее завязала поясок и на цыпочках вышла из спальни.

Не удостоив своё отражение в зеркале даже крохой внимания – наверняка она похожа на пугало огородное после вчерашней ночи – Амина открыла дверь и впустила в прихожую свежего, как зимний ветерок, мужа.

– Это тебе, – он подал ей конверт из плотной бумаги с логотипом банка и прозрачным оконцем, откуда выглядывала пластиковая карта, – пин-код 5453. Лимита на карте нет, трать столько, сколько нужно.

Амина бестолково посмотрела на конверт, потом на лицо раннего визитера. То, что вчера смахивало на странную игру света и тени, оказалось обширным кровоподтёком на щеке и у крыльев носа. Повреждения не были свежими, поскольку уже начали отливать желто-зелеными тонами. Скулу украшали ссадины, покрытые запекшейся корочкой. Ей вспоминалась мордашка Гены в день встречи в салоне красоты, и недоумение проступило на первый план.

– Вы, что, подрались с Самойленко?

И тут по законам жанра из спальни вывалился позевывающий Гена в одних трусах. Вильнул в сторону уборной, затем как-то странно застыл посреди коридора, обернулся и помахал рукой Илье.

– Утречка, Марковник, – после чего с самой невинной физиономией пошлепал голыми пятками по линолеуму, направляясь в туалет.

Амина проводила обнаженную фигуру злым прищуром, потом с видом правого во всём человека нагло посмотрела на муженька.

Давыдов выглядел растерянным. Из уборной послышался звук сливаемого бачка. Илья пришёл в себя, нацепил на лицо дежурную улыбку и попятился к двери со словами:

– Никто не дрался, этот так – производственная травма. В общем, не буду мешать.

– Спасибо за карту, – безэмоционально молвила Амина. – Злоупотреблять не буду, не переживай.

– Марк, может, по кофейку? – гостеприимно предложил Гена, появляясь из-за спины любовницы. Его наглая лапища обвилась вокруг талии.

– Не пью кофе, спасибо.

Илья, едва ли не спотыкаясь, сбежал. Амина со всей дури шлёпнула Самойленко по руке, как только дверь закрылась.

– Ай, ты чего?

– А ничего! – вспылила она. – Ты ещё углы метить начни, собственник хренов. И скажи-ка мне, что у Ильи с лицом? Вы уровнем тестостерона мерились?

– Да я же не знал, что это он, – совсем не убедительно начал оправдываться Гена, следуя за ней хвостиком на кухню. – А за его физиономию я вообще не в ответе. Слушай, даже если я знал, что это он приперся, что с того? У него своя жизнь, у тебя теперь своя.

– Ген, не юродствуй, – она шваркнула на плитку сковороду и зажгла газ. – Ты не моя жизнь и никогда ею не был, так, ничего не значащий абзац. Я бы даже сказала предложение.

Проговорила и себе не поверила. Но лучше уж так, чем тешиться глупыми надеждами на совместное будущее. Безусловно, ей бы хотелось попробовать перевести их отношения в более серьезное русло, раз уж о попытках наладить контакт с мужем можно позабыть раз и навсегда. Вот только серьезные отношения и Гена – параллельные прямые, и сколько не бейся, в одной плоскости они не пересекаются. Закон природы.

– Яичницу с беконом будешь? – спросила, так и не дождавшись реакции на свои слова.

Вынула их холодильника всё необходимое, обернулась на гостя. Он сидел на облезшем диванчике от кухонного гарнитура и смотрелся как-то потеряно. Взъерошенный, непривычно хмурый, со следом от подушки на щеке. Такой милый и в то же время совершенно чужой.

Решив не допытываться, какая муха цапнула его с утра пораньше, Амина молча стала готовить завтрак. Когда разбивала яйца, Гена встал за её спиной и без лишних слов прижал к себе. В считанные секунды огладил всё тело, запуская ладони всюду, куда мог дотянуться. В поясницу ей упёрлась та самая штуковина, которая подчиняла себе все его помыслы. Он потерся о её задницу и нежно прикусил кожу на шее.

– Сколько же тебе секса надо для сытости? – с укоризной поинтересовалась она, с готовностью принимая предложенную ласку. Её аппетит понятен, два года воздержания не прошли даром.

– Минимум раз в день, – наконец снизошёл он до разговора. Подлез под её рукой, выключил плиту, сдвинул сковороду на соседнюю конфорку и развязал узелок халата. – Но с тобой эта фишка не сработает. С тобой вообще без тормозов.

– В твоём-то возрасте, – она осуждающе покачала головой и сбросила с плеч халат. – Кстати, сколько тебе?

– Сорок шесть в конце лета исполнится, – прошептал на ухо, жадно сминая в ладонях грудь.

– Так ты по гороскопу дева?

– Не угадала, лев. И сейчас я тебя научу правилам моего прайда. Номер один: никогда не говори хищнику, что он для тебя пустое место.

Он действительно учил. Долго, обстоятельно и невероятно талантливо. На твердую пятерку с плюсом.

***

В залитом янтарным светом зале ресторана, где старинные зеркала в тяжёлых рамах отражали игру света в хрустальных бокалах с минеральной водой, за столиком у панорамного окна расположились двое.

Адвокат в идеально сидящем костюме от Kiton рассеянно крутил в пальцах незажжённую сигариллу, время от времени бросая взгляды на улицу, где внизу, словно муравьи, суетились обитатели деловой Москвы. Напротив него сидела клиентка – некогда блистательная светская дама, теперь похожая на увядший цветок: её дизайнерское платье, способное затмить витрины бутиков, висело на плечах безжизненно, как на вешалке. Между ними возвышался кофейник, источающий пар, который причудливыми спиральками тянулся к высокому потолку. Официант в безупречном смокинге бесшумно материализовался рядом и уже готов был принять заказ, но атмосфера за столиком была настолько напряжённой, что даже воздух, казалось, звенел от невысказанных слов.

– Я принесла брачный контракт, – сказала Полина, выкладывая на стол тощую пластиковую папку.

– Вы позволите? – Вадим потянулся к документу.

Клиентка кивнула. Он углубился в чтение, спустя десять минут перевел взгляд на окно, помутневшее от дождевых капель.

– Любопытный экземпляр, – наконец заключил он. – Знаете, я видел много подобных документов, но этот… скажем так, особенно щедр к одному из супругов.

– Я даже не читала его толком, когда подписывала, – Полина понуро опустила голову, коря себя за глупость. – Муж сказал, что это стандартная форма. Вернее, тогда он был женихом.

– Стандартная форма, говорите? – адвокат казался обескураженным. Всё-таки он надеялся найти пункт о лишении имущественных прав за супружескую измену, что позволило бы оспорить в суде законность контракта, но его не было. – А пункт о том, что вы не имеете права на имущество после развода, тоже стандартный?

– Как такое вообще возможно?! – госпожа Самойленко вскинула голову, в глазах мелькнула плохо сдерживаемая ярость. – Я же не нищенка какая-то!

– Возможно, и ещё как. Но знаете что? Закон – это не всегда приговор.

– То есть? У нас ведь двое детей, он не может оставить меня ни с чем!

– Вот именно! Дети – это ваш главный козырь, – Вадим наклонился вперёд, понизил голос, добавляя разговору оттенок доверительности. – Давайте поговорим о мирном урегулировании. Вы говорили, супруг настаивает на сохранении права опеки без ограничений. Я прав?

– Да, он сказал, что оставит мне дом, машину и прислугу в обмен на возможность видеться с сыновьями беспрепятственно, в любое время дня и ночи. О ежемесячном содержании обещал подумать.

– Мы можем предложить ему компромисс, – озвучил Мартынов основу их будущей стратегии. – Развод – это всегда неприятно, но можно сделать его менее болезненным.

Полина вспомнила их с Геной разговор накануне, в котором он напрямик обвинил её в попытке нападения. Начал издалека, долго юлил и выматывал, и в итоге она сгоряча брякнула, что, мол, приложила к этому руку, наняла банду плохих парней и ещё не раз воткнет ему нож в спину. До чего же болтливый у неё язык!

– Что конкретно вы предлагаете?

– Давайте я подготовлю соглашение, которое бы учитывало интересы всех сторон. В нём чётко пропишем ваши условия и распределим опеку над детьми. Вы беседовали со старшим сыном?

– О чём? Вы думаете, я должна сообщить ему о разводе? – Полина казалась сбитой с толку. Отпила немного кофе из крошечной чашки и нервно скомкала тканевую салфетку в тонких пальцах.

– Давайте я растолкую саму суть происходящего. При наличии несовершеннолетних детей развод всегда проходит исключительно через суд.

Мировой суд рассматривает бракоразводные дела, если сумма иска, то есть делимого имущества, не превышает пятидесяти тысяч рублей. Это не наш с вами случай. Мы подадим иск в районный суд.

На заседании будут решаться сразу несколько ключевых вопросов: с кем из родителей останутся проживать дети, как будет организован порядок общения второго родителя с ними, какой размер алиментов будет установлен и как будет разделено совместно нажитое имущество. В нашем случае решающую роль будет играть брачный контракт, согласно которому вы не имеете никаких прав на имущество, поскольку не участвовали финансово в приобретении оного. Именно поэтому я предлагаю направить второй стороне проект соглашения. Вам понятны мои слова?

– Да, очень доходчиво. И всё-таки при чём здесь разговор с сыном?

Клиентка делала акцент на маловажных вещах, и это осложняло общение. В отличие от их первой встречи, сегодня она выглядела потерянной, словно чувствовала, что наломала дров и теперь не знает, что с ними делать. Она явно переживала наиболее затяжную стадию развода – сомнения.

– Поясняю, – с холодком в голосе начал Вадим. – При определении места проживания детей суд учитывает целый ряд факторов: степень привязанности к каждому из родителей, личные качества и образ жизни родителей, материальное положение сторон, режим работы и условия проживания. Важно отметить, что мнение ребенка, которому уже исполнилось 10 лет и старше, обязательно учитывается судом. То есть вашего старшего сына непременно спросят, с кем он хотел бы остаться. Потому я и интересуюсь, вы знаете, каков будет его ответ?

Полина задумалась. Если задвинуть за шкаф бурлящий котелок обиды на мужа, что останется в сухом остатке? Плохим отцом его не назовёшь, он всегда был внимателен к детям. Подарки, общение, совместный досуг – он умел находить время для сыновей. Кажется, даже любил их.

– Я не знаю, кого выберет наш старший сын, – призналась клиентка. – У них с отцом довольно крепкая связь.

Вадим вздохнул.

– А Геннадий сам захочет забрать старшего сына, как думаете? Не с целью вам насолить, а искренне, я имею в виду.

– Да, думаю, такой исход вероятен. Гена – он такой, если что-то решит, то назад дороги нет. Трудностей он не боится. Да и какие проблемы может испытывать человек с его достатком? При желании он может нанять хоть десяток нянь и столько же воспитателей.

Мартынов отметил про себя эту её черту – маниакальную жадность. Он уже не сомневался, что развод затевался лишь из корыстных побуждений. Пятнадцать лет она закрывала глаза на похождения мужа, а тут вдруг резко вспомнила о попранной гордости и бросилась к юристу за помощью.

Ещё его сильно беспокоила разница в возрасте между детьми. Складывалось ощущение, что второго ребёнка она родила, чтобы покрепче привязать мужа к семейному гнёздышку. Что-то произошло между ними два года назад, возможно, на горизонте возникла опасная соперница. Но это всё так, домыслы, не относящиеся к делу.

– Полина Андреевна, теперь обсудим то, что касается сроков. Возможность примирения для вас, как я понимаю, исключена?

Она нехотя кивнула.

– Бракоразводные дела в районном суде рассматриваются до двух месяцев, с возможностью продления еще на месяц. После вынесения решения необходим еще один месяц для его вступления в законную силу.

По завершении процедуры вам будет выдано свидетельство о расторжении брака.

Если мы сумеем убедить вторую сторону пойти на мировую – под мировой я подразумеваю соглашение, которое подготовлю уже к завтрашнему дню, – тогда к концу лета мы с вами получим на руки все необходимые бумаги.

За столом повисла напряжённая тишина, нарушаемая лишь тиканьем старинных часов на стене и редким стуком дождя по стеклу.

– Поверить не могу, что он обвёл меня вокруг пальца, – пробормотала клиентка, косо поглядывая на папку с брачным договором, будто та была источником всех бед в её жизни.

– К сожалению, в нашей стране незнание законов не освобождает от ответственности. Вы доверились мужу в тот момент, когда следовало полагаться на юриста. Однако настоятельно рекомендую не отчаиваться. Интуиция подсказывает, что ваш супруг согласится с нашими условиями.