Текст книги "Вопреки. Том 4 (СИ)"

Автор книги: Анна Бэй

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 21 страниц)

Блэквелл был в отчаянии и был готов на всё, чтобы Алиса передумала:

– Как думаешь, что ей нужно?

– О... – загадочно произнёс Артемис, – Ей нужен человек, который будет любить её больше всего на свете, а она его.

– Но ты ведь не тот человек.

– Мы любим друг друга, но это не та любовь, Блэквелл, – Риордан был суров и задумчив, – Я ей помочь не смогу уже. Хотел бы... но это не в моих силах. Я теряю её... и это ужасно больно. Ты меня понимаешь? – как-то странно спросил он и пристально посмотрел в изумрудные глаза.

– Через слово... – неуверенно ответил Блэквелл, – Послушай, для меня задача ╧1 это вернуть её домой. Если у тебя будут идеи, то преодолей свою неприязнь и бегом ко мне, ладно? Я сделаю всё.

– Всё?

– Вопрос с подвохом? Выражайся ясней.

– Ты бы смог сделать её счастливой?

– Не знаю... пока не получалось.

– А дать ей свободу? Отпустить, смог бы?

Блэквелл много раз задавал себе этот вопрос, но сейчас вдруг понял: да, смог бы, если это действительно то, что ей нужно. Но в момент, когда она бы ушла, он бы перестал держаться за жизнь, и магия бы снесла все преграды. Он готов был отдать свою жизнь, чтобы Алиса была счастлива.

Артемис смотрел внимательно и едва заметно улыбнулся:

– Ты знаешь... может я идиот, верящий в невозможное, но надежда ещё есть. Ты ведь маг огня, может, ты растопишь тот лёд, которым она покрывается? Раньше ведь ты справлялся, когда у неё были истерики. Ей нужен муж, будь им.

Осталось только самому появиться и убедиться, что остроумие не покидает девушку, как бы далеко её мысли не уходили. Появившись в Форте Браска, Блэквелл убедился, что девушка хочет быть одна, это она сказала искренне. И тогда Винсент покинул её, а это было нелегко, учитывая тепло её тела, запах её волос и грусть в глазах. И вот Герцог остался один, мысли одолевали его, грусть от расставания со смыслом его жизни, с мостиком от его благоразумия до безрассудства, грызла душу громадной крысой.

Он мог увидеть её в ближайшее время только раз, когда она приедет, чтобы покинуть его. Возможно позже они встретятся однажды, но всё равно это был конец.

Ноги вели Блэквелла к единственному месту, где сейчас он надеялся найти поддержку: в каминный зал, к портрету отца. Двери каминного зала тихо открылись, и он пошёл в темноте к портрету по пути бормоча:

– Слушай, а ведь она права, я такой долбоёб в тебя! Я думал ты – рыцарь в сияющих доспехах, а ты такой же! Жене изменял, брак по расчёту, сыном не занимался, отдал его на воспитания чертям из преисподней, этим Вон Райнам! А хлеще того, ты знал, что за проблемы будут у меня, но ничего мне не сказал, не предостерёг от ошибок! Я же демона создал собственными руками, папа! Она через пару недель совсем потеряет человечность, если доживёт. И что ты сделал? Ты только посодействовал, чтобы её родители встретились, полюбили друг друга и родили маленького ангелочка с силой настолько большой, что она просто не сможет нести это бремя. Ты запутал мою жизнь настолько, что я сломал жизнь себе, другим людям, а самое главное – ей. Этому вашему с мамой "ключу" от смерти Верховных магов-демонов. Ты ведь знал, что она станет для меня смыслом жизни, знал и позволил этому произойти! Мама... не знаю её, но тоже лепту внесла. Вы ебучие стратеги! Чего добились? Оба на том свете по вине своих детей...

Винсент Блэквелл громким шёпотом доказывал что-то портрету своего отца. Огонь в камине полыхал, как и чувства в душе Верховного мага.

– Я люблю тебя, пап, такого какой ты есть. Но лучше бы ты был со мной откровенен...

Он развернулся и пошёл к себе в спальню.

Не зажигая свет, он сбросил одежду и упал на кровать. Небо сотрясалось раскатами грома и освещалось от проходящей сквозь облака энергии.

Винсент почувствовал движение энергии в комнате, которая двигалась к нему. Алиса появилась рядом с кроватью. Она содрогалась и растирала себя руками, её зубы стучали от холода, а белков глаз было не видно за чернотой демонической сущности:

– Я не могу... согреться, – тихо сказала девушка.

– Квин? – позвал он и она кивнула, – Иди ко мне, – сказал он спокойно и раскрыл навстречу руки, – Ну же, не бойся, я просто тебя согрею.

Она снова кивнула, стуча зубами и легла на кровать, подползая ближе к мужу:

– Но я... не Алиса.

– Ты – Алиса. Та её бесчеловечная часть, что всегда будет жить, – он грустно улыбнулся и поцеловал её в лоб, – Моя маленькая искорка.

Квин отстранилась и хмуро на него посмотрела жутковатыми глазами:

– Ты меня принимаешь. – констатировала факт она, – Ничего не требуешь, ничего не просишь.

– Ты здесь – это главное.

– Феликс говорил так же.

– Ты проявлялась в маме?

Она отрицательно закачала головой:

– Это убило бы её, ведь её тело не имело ничего общего с Элементалями. Но... иногда, когда Эва погружалась в мысли, Феликс чувствовал меня и говорил со мной, а не с ней.

– Что говорил?

И тогда Квин замялась и закусила губу:

– Чтобы я потерпела. Что ещё не время.

– Время для чего?

– Для меня.

– Для Алисы? – осторожно сказал Винсент, – То есть папа действительно знал тебя.

– После смерти Эвы, он выходил в бурю на улицу и разговаривал с грозой.

– Ты это слышала?

– Далёким эхом, но слышала, ведь я – энергия. Мне хотелось сделать его боль хотя бы чуточку меньше, но... его боль... – лицо Квин искривила гримаса горя, – Он не заслужил такого, он был таким честным, таким чутким. Любил Эву, но меня он баловал, будто ребёнка. И, когда я, наконец, родилась... – она усмехнулась, – Мой день рождения никто ни разу не праздновал в Мордвине, кроме Феликса. Только он не остановился на этом и каждый год...

– Да! – улыбнулся Блэквелл, – Он, между прочим, мой день рождения так не праздновал, да и Элайджу как-то более сдержано поздравлял. Ох, Алиса... – тяжело вздохнул Блэквелл и закрыл глаза ладонью.

– Что!?

– Я был прав про раздвоение личности. Ты – не простая Алиса и стихийная Квин. Всё ты – стихия. Реальная стихия... с реальной памятью о прошлых воплощениях. Понятно, почему ты так быстро постигала магию, до этого выжидая момент...

– И что плохого? – она сладко зевнула, будто все эти вещи были очевидными.

– Легенда про Элементалей. Стихии воплощались в магах, чтобы чувствовать, но сами стихии этого делать не могут.

– В целом... ты прав, но основного тебе не понять.

– Чего?

– Что тепло всё же уходит... – загадочно сказала она и прижалась крепче, – Будь я просто стихией из плоти и крови, то сразу была бы демоном.

– Очень милым и вместе с тем очень кровожадным, – улыбнулся Винсент.

– ...С потерей человечности не остаётся ничего милого. Вся эта гниль, отторжение и прочее... но мне нравится быть милой, я умею быть человеком, училась этому у каждого из своих воплощений, которые не выпускали меня. Но теперь холодно, – она снова зевнула.

– Какое совпадение, что твой муж Маг Огня, – улыбнулся он ей в темноте и крепче обнял, накрывая одеялом, – Прости меня, ладно?

– За что?

– За всё. За Лимбо, за свадьбу... – он перешёл на шёпот, – ...За любовь. Ты говорила, что моя боль будет соизмерима с моей силой, но и любовь такая же необъятная. Ты даришь мне счастье, такое, о котором хочется кричать на весь мир, вести себя как идиот, – он говорил с придыханием, а сердце его билось учащённо. Жена, лежащая в его объятьях это слышала, смотря серьёзно демоническими глазами, – Я очень хотел бы, чтобы ты дала мне шанс показать моё чувство, ведь... я бы подарил тебе весь мир, всё, что ты бы попросила, милая.

– Всё уже решено, и это решение Алисы. Пыталась её убедить неоднократно, но она такая упрямая.

Он перебирал пряди её светлых волос и целовал в макушку, слушая биение её сердца, которое сначала было явно ускоренным, но постепенно успокаивалось.

– Дай мне пару месяцев счастья. Прошу... это сделка! Я отдам свою жизнь за тебя, ты будешь жить дальше, будешь Герцогиней, будешь распоряжаться своей свободой как захочешь, будешь воспитывать сына, а я... без моей Алисы мне жизнь всё равно не нужна.

Он почувствовал изменение в её лице и заглянул в её глаза с интересом. Она улыбалась:

– Вообще-то это хорошая идея.

– Что?

– Мир без тебя. Это ведь... хороший стимул полноценно жить дальше!

Сказанное было зловещим и ранящим, отчего грудь Блэквелла сковало ледяными цепями отчаяния. Они лежали и думали каждый о своём: Герцогиня зловеще улыбалась, а Герцог смотрел в потолок слезящимися глазами.

– Ты будешь сегодня спать дома? – надрывно спросил он через несколько минут, но она не ответила, потому что уже спала.

36. Глава

Беглый экс-Барон Кэмптон Энтони Саммерс шёл по коридорам Мордвина с победной походкой в обеденный зал и пил из склянки зелье.

Все уже расходились с ужина, народу прибыло много, почти все союзники Эклекеи. К Саммерсу присоединилась его лучшая стража и несколько союзников, он многозначительно сказал им "Пора", после чего они целеустремлённо двинулись к Лорду Блэквеллу.

– Господа, прошу внимания! – он начал играть на публику, – Сегодня я прошу вас обратить внимание на произвол одного когда-то уважаемого человека. Этот человек ваш предводитель – Герцог Мордвин.

Все подтянулись к шоу и обратили взгляды на Лорда Блэквелла.

– Этот человек, безусловно, талантлив и влиятелен, его родословная заставляет снять шляпу...

Блэквелл вышел вперёд с улыбкой и скрестил руки на груди. Он возвышался над хилым Саммерсом.

– Но в последнее время он подводит Эклекее всё больше и больше. Потеря людей на Востоке, в битве при Мордвине – всех этих жертв можно было избежать искусной работой военачальника.

– Что ты такое говоришь, Саммерс? И как, интересно? – вступился "Зевс".

– Легко, но не в этом сейчас суть. А как он много от вас скрывает? И сколько раз он, в ущерб общему делу, запирался у себя, сотрясая замок и подвергая всех опасности? А не так давно он ради личной выгоды отказался от выгодной сделки, которая могла приблизить нас к победе. А что было после? "Несчастный" случай наследницы аристократической семьи Сакраля. Господа, вас обманывают! Этот человек давно уже не в состоянии управлять не только Эклекеей, но и Мордвином! В замок дважды проникали враги, и где был его Хозяин?

– Заткнись, клоун! – выкрикнул Зевс, – А кто в это же время прикрыл своей грудью воинов, беря на себя весь удар от твоей ловушки, сукин ты сын!?

– Пусть говорит! – поддержал Саммерса Николас Ноксен, которого сильно подкосило горе от потери младшей сестры Софи, – Мы давно знаем, что Блэквелл неуправляем и опасен. Он и до Высшей магии был ненамного безобидней Некроманта!

– Вот видите, об этом всем известно, даже уважаемому Совету, который боится своего начальника. Посмотрите на меня, уважаемая публика: я – обычный барон, ищущий убежища и готовый предложить Эклекее всё, что имею, а имею не мало! Как только договор был заключен, меня этот господин превратил почти в мясо, пользуясь своим магическим и физическим преимуществом... а потом вышвырнул из замка.

В один момент поднялись крики и споры, зал наполнился шумом. Лорд Блэквелл стоял неподвижно и совершенно несокрушимо.

– Господа! Внимание! Если вы думаете, что у вас нет выбора, то давайте рассуждать логически! Я не призываю вас перейти на сторону врага, хотя, уверен, он окажется к вам справедливей, чем Герцог Мордвин. В ваших силах выбрать другого вождя!

– Тебя что ли? – выкрикнул кто-то.

– Я польщен, но зачем же меня? У нас есть кандидатура более достойная. Среди нас другой союзный Архимаг из рода Пемберли-Беркли, а ныне представитель рода Блэквеллов, который по воле рока должен подчиняться этому чудовищу! Моя дорогая Леди Блэквелл, где вы?

Алиса была спокойна и совершенно невозмутима, но мало кто решался смотреть в её зловещие смоляного цвета глаза, от которых веяло холодной уверенностью и силой. Она стояла, облокотившись спиной о стену, и смотрела на играющий формами огонь зажжённых в канделябре свечей, не обращая внимания на происходящее.

– Леди Блэквелл, хотели бы вы стать свободной и не выполнять приказов человека вами пренебрегающего? Ведь ваша необузданная магия не терпит оков, как долго вы будете терпеть гнёт? – провоцировал её Саммерс. Она перевела демонический взгляд спокойных глаз на Саммерса, по коже которого пробежали мурашки.

– Она ведь может повести нас за собой не хуже Блэквелла! С помощью опытного Совета мы можем добиться большего, а теперь в её власти, и Мордвин! – подхватил Саммерса союзник, стоящий за спиной.

– Сэр Айвори, а вы? Вы бы хотели свободы для этой женщины? Вы же говорили мне ещё на Юге, что хотите освободить её и взять в жёны. Вам карты в руки. – с напором и напускным пониманием обратился Саммерс к Мэтью Айвори, который растерянно смотрел то на него, то на Алису, то на Лорда Блэквелла.

– Держать в узде Леди Алису – преступление. Алиса, вы же хотите свободы, я знаю... – обратился он к девушке, которая опять смотрела в огонь, – И всё же я уверен, что Винсент Блэквелл незаменим.

В зале снова воцарились шумные споры, присутствующие разделились на два лагеря, бросающиеся звонкими оскорблениями. Совет разделился так же, "Омега" ждал решения от невозмутимой девушки, которая теперь неотрывно наблюдала за своим Хозяином, который обреченно смотрел на неё.

Блэквелл всегда знал, что среди его союзников у него слишком много недоброжелателей, но с этим было ничего не поделать. В ситуации с Алисой, он так же понимал, что ничто не вечно, она слишком опасна и вместе с тем беззащитна. Его посещало чувство ещё в самом начале, что, выкупая её, он подписывает себе какой-то приговор, и вот как всё вышло.

Провокация с изменой и убийством Софи Ноксен вела именно к этом событию, всё было ради того, чтобы вбить клин между и без того недружным союзом Герцога и Герцогини, а потом простым незатейливым бунтом сменить власть, оставив её в руках представителя фамилии Блэквелл.

Энтони Саммерс форсировал события своей сделкой, запросив Алису на ночь, посеяв семя раздора, но Блэквелл переиграл врага брачным союзом, однако брак оказался на руку Ксенопорее. Оружие Саммерса оказалось приманкой, ведущей Блэквелла в ловушку. Алиса предупреждала его, но он не послушался и пошёл на встречу с смертью, которая миновала его лишь стараниями его жены. Это было неожиданно для заговорщиков, ведь никто не ожидал, что Винсент выживет, и тогда была подстроена измена и убийство единственного свидетеля, бросающего тень на верховную власть. И вот Саммерс пришёл в Мордвин, чтобы добить Винсента Блэквелла, а Алиса... она была невозмутима и леденяще спокойна в момент, когда от неё зависела судьба Сакраля.

Хаос в зале набирал максимальные обороты, на стороне Блэквелла было меньшинство, и Саммерс победно улыбнулся:

– Лорд Блэквелл, вы видите всё сами: вы в меньшинстве. Я настаиваю на вашей отставке от лица Эклекеи. Арестовать его! – кричал он своим стражникам.

Часть стражи двинулась к Советникам, что были на стороне Блэквелла, но к Герцогу подойти не решались.

– Вот так просто решили меня арестовать в моём же доме? Силёнок-то хватит? – Блэквелл хамски улыбнулся, пока стража Саммерса окружала его плотным кольцом.

– Уверен, что не хватит до тех пор, пока мы не услышим мнение Герцогини!

Блэквелл перестал улыбаться и посмотрел в сторону Алисы, которая смотрела в одну точку, скрестив руки на груди. Весь её вид показывал безразличие ко всем проблемам мира, и Блэквелл спокойно сказал ей:

– Лис, ты можешь принять то решение, которое хочешь, – сказал он и нежно посмотрел на неё, а потом прибавил, – Даже если оно не в мою пользу.

Походкой хищницы Алиса целенаправленно пошла по линии разделения двух сторон, поворачивается к Саммерсу.

Винсент смотрел ей в спину с грустью, но в то же время и с облегчением. Он не стал её останавливать, не стал сопротивляться, а просто смирился и спокойно стоял, выжидая своего приговора.

– Моя дорогая Леди Алиса решила присоединиться к победителю? Добро пожаловать... – Саммерс не успел договорить фразу, как хрупкая изящная девушка подошла к нему, схватила рукой за горло, поднимая над собой. Он в бессилии хватался за её руку и дрыгал ногами:

– Дура, это же твой ключ к свободе! Вон Райны даруют её тебе! Ты хочешь всю жизнь провести, будучи рабой? Почему?

– ...Рабой единственного достойного предводителя. Не тебе, ублюдок, решать кому я должна подчиняться. И я порву тебя в клочья, если ты хоть взгляд косой на Него бросишь! – шептала она сквозь зубы своей жертве, в её глазах была первобытная ярость, – Освободить Герцога Мордвин! – звонко приказала она, и Артемис с "Омегой", с участием воинов из отряда Касселя, которые приехали на время в столицу, с готовностью обезвредили охрану Саммерса.

– Готово, Али! – ответил Артемис, держа меч над одним из союзников Саммерса. Алиса кинула Саммерса Блэквеллу, а тот одним лишь точным ударом в грудь, вырывал из грудной клетки сердце предателя. Тоже самое произошло с остальными предателями, один за другим они упали замертво от рук "Омеги" и Винсента Блэквелла.

А Алиса стояла в центре происшествий и неуверенно обнимала себя руками, напевая мелодию старой шкатулки. Спустя миг она повернулась к Блэквеллу, и замерла в низком поклоне:

– За Герцога, – негромко сказала она, но голос её прокатился по залу с оглушающим эхом, донося каждое слово до каждого присутствующего.

По цепной реакции один за другим люди сгибали спины и приклоняли колени, перед единственным законным предводителем, который воинственно стоял и грозно смотрел смоляными глазами на подчинённых, обличая непокорных.

– Кто хочет нарушить присягу? – заговорил ледяным голосом Блэквелл, который тоже погрузился в магический транс. В его окровавленных руках были сгустки полыхающего огня, от вида которых те из немногих, кто не присел в поклоне, согнули спины перед видом Архимага, – Более не задерживаю.

Он всё стоял и недоверчиво наблюдал, как подданные расходились из бальной залы, а Алиса всё сидела перед ним на полу и не поднимала голову.

– Али... ну же, вставай... – ласково прошептал ей на ухо Артемис, пытаясь приподнять за локоть, – Малыш, ну иди ко мне... не пугай меня так! – он властно приподнял её и обнял сзади, – Ты узнаешь меня? Алиса...

Но она ничего не отвечала и не поднимала глаза, а Артемис уткнулся в её волосы и спрятал лицо от боли. Он растирал её холодные плечи и крепко обнимал, будто понимал, что это последняя их встреча:

Блэквелл смотрел за этой картиной спокойно и даже с сочувствием, потому что видел какие искренность и отчаяние в поведении Риордана. Он подошёл и положил руку на плечо Артемиса со словами:

– Она тебя слышит, Риордан, – соврал он, видя в Алисе такую отстранённость, в какой она не прибывала никогда, – Отведи её в нашу с ней спальню, ей надо поспать.

– Винсент, не слишком ли ты перегнул с потрошением предателей? – спросил Дронго Флэтчер.

– Не слишком. Это даже слишком мягкое для них наказание.

– Может ты и прав... Я не ожидал от Алисы такого!

– Ты в ней сильно ошибался, Дронго. Она верна мне, несмотря на всё, что я с ней сделал. И я должен отпустить её.

Блэквелл смотрел только на Алису и понимал, что это конец. Она сделала больше, чем он просил, и теперь была готова покинуть его. Она кивнула ему и пошла к выходу.

37. Глава

Артемис не довёл Алису до спальни, потому что она растворилась в воздухе на середине пути, оставляя друга в ужасе смотреть на свои руки, которые только что держали её за плечи.

Скинув с себя одежду, Алиса упала в свою кровать в Форте Браска и тут же заснула.

– Я ухожу, – грустно и вместе с тем слабо сказала Алиса, – Сегодня.

– Алиса, послушай меня, я...

– Да ладно ты, прекрати! Я вижу, что ты цепляешься за каждую возможность, и прекрасно понимаю почему ты не хочешь быть демоном. Я нужна тебе, чтобы чувствовать, но я почти пуста.

– А теперь заткнись и внимательно слушай! – грозно произнесла Квин, – Ты дашь мне всего один день, а потом вали хоть на Марс!

– Хорошо. В чём твой план?

– Тебе не понравится моя авантюра, но твоё упрямство надо ломать, а на это понадобиться вся моя сила. Я ненавижу так делать, клянусь, но выбора нет. А теперь слушай, – Квинтэссенция заговорила медленно и вкрадчиво, пристально глядя чёрными глазами в глаза Алисы, – Ты будешь уязвима как обычный человек эти сутки. Так что придумай место, где тебя никто не тронет. Отнесись к этому серьёзно, а не как всегда... твоя безопасность в следующие 24 часа – самая важная задача, какую только можно представить. По исходу времени, я дам тебе видение. Настоящее, каким были видения Эдамана Вон Райна, Китаны Бар, Эвы и ещё пары моих воплощений.

Всё это выглядело странно даже для снов Алисы, и она напрягла мозг, чтобы убедиться, что это действительно не игра воображения. Она кусала губу и пыталась принять правильное решение, потому что вся затея ей на самом деле не нравилась:

– Чёрт с тобой, Квин, по рукам.

Как это часто бывает, когда открываешь глаза после глубоко сна, сначала ты помнишь всё в мельчайших подробностях, но с каждой минутой детали меркнут и смысл теряется. Алиса с натугом пыталась припомнить что говорила ей Квин, но сон сменился другим сном, который запутал её мысли.

Она давно не видела такого: какой-то хвойный лес большой равнины, яркое солнце, пробивающееся сквозь высокие деревья, мох на корнях и голос:

– Ты куда опять пошла? Ведь опять потеряешься?

– Нет, мам, я просто... – начала отвечать Алиса приятной женщине, которая ласково на неё смотрела, а потом осеклась, – Мам? Ты – моя мама?

– Ты головой ударилась? – хихикнула её мать, – АЛИСА! – внезапно крикнула она, – АЛИСА БЫСТРЕЙ ДОМОЙ! СКОРЕЕ, ИНАЧЕ БУДЕТ ПОЗДНО!

Алиса проснулась и села в кровати своей скромно обставленной комнаты в Форте Браска. Солнце встало и теперь пыталось согреть остывшую за ночь крепость своими ласковыми лучами.

– Домой. Мне надо домой, – сказала она уже позже Дрейку, стремительно преодолевая длинный мост, – Дрейк, поехали со мной...

– Поехали? Ты обычно по хлопку исчезаешь и ищи свищи...

– Не работает, – угрюмо ответила Алиса, которая уже пыталась переместиться в Мордвин, но не выходило, – Я лишилась силы.

– Господь всемогущий! – воскликнул он, – И как ты доберёшься до Мордвина? У нас нет ортоптера, можно было бы сесть на Крема Брюле, но на пути ты попадёшь в заварушку. В Рэйнице очередной бунт.

– Мне надо домой, Дрейк! – требовала она, – Мне плохо.

По её лицу это было очевидно, на лбу была испарина, а глаза выглядели уставшими. Дрейк подошёл ближе и посмотрел так испепеляюще, что Алиса невольно отшатнулась.

– Умерь свою гордыню немедленно! – в приказном тоне произнёс он, – Иначе я доложу Герцогу сам, только это займёт куда больше времени. Позови его. Это займёт пару минут...

Алиса закусила губу, и глубоко вздохнула, понимая, что друг прав. Она сжала в кулаке свой медальон и тихо позвала:

– Винсент, мне нужна помощь.

Прошли не больше десяти секунд, и посреди комнаты возникло огненное облако, а из него вышел взволнованный и очень озабоченный чем-то Лорд Блэквелл. Увидев Алису, он чуть расслабился и выдохнул, но видно было, что он всё ещё напряжён и ждёт объяснений, которые тут же последовали от Алисы:

– У меня села батарейка. Забери меня домой, пожалуйста, – она побледнела и оборвала фразу, потому что чуть не сказала вслух то, что остро ощущала: ей было страшно, ведь она впервые была так беззащитна.

Блэквелл кивнул и всё так же пристально оглядывал жену, что-то ища в её образе. Дрейк почувствовал себя лишним в гнетущей обстановке, в которой супруги соревновались в тяжести взгляда, поэтому решил оставить их наедине:

– Раз уж всё теперь под вашим контролем, Лорд Блэквелл, я позабочусь о том, чтобы никто не заметил отсутствии Алисы. Али, – он обратился к девушке, после кивка Блэквелла, – Будь осторожна.

И тогда он вышел, оставляя молчаливых Блэквеллов.

– Что-то случилось? – осторожно поинтересовалась девушка, – Ты... странный.

Винсент действительно выглядел слишком сосредоточенным, она давно таким его не видела, он будто онемел, но всё же заговорил:

– Тебя будто нет. Я тебя почти не чувствовал.

– Сила пропала. Я просто человек... – оправдывалась Герцогиня, – И хочу домой, – она сделала неуверенней шаг к нему, и он протянул руку очень медленно. Их переглядки продолжались, но они не сотрясали воздух лишними словами. Алиса почему-то боялась прикоснуться к мужу, боялась приближаться к нему.

– Ты боишься меня? – хрипло спросил он и поднял брови.

– У меня раны не заживают, – тихо сказала она и показала руку, на которой был испачканный кровью бинт, – Если ты впадёшь в транс, то я не восстановлюсь, ты это понимаешь?

Он задержал дыхание и нахмурился, и, спустя несколько секунд, расправил плечи и замотал головой, будто стряхивая тяжесть:

– Всё в порядке, я под контролем, – он снова протянул её руку, – Я защищу тебя даже от себя! – и, когда она положила свою ладонь на его, мягкая улыбка озарила уставшее лицо Блэквелла, – Ох и трусиха вы, Миледи!

Всего через миг они очутились на территории Мордвина, но слишком далеко от замка. Алиса вдохнула запах дома полной грудью и прикрыла от удовольствия глаза:

– Я дома... – прошептала она с нежностью, – Но почему так далеко?

– Я задаю вопросы, потом уже ты... – поставил в известность Винсент, – Где твоя сила?

– Если меня не обманывает моё воображение, то она покинула меня временно.

– Зачем? Что-то случилось? У вас опять склоки?

– Не-ет, – протянула она и наморщила нос, – Всё как обычно, только... я не помню. Что-то снилось, но запомнила только отрывки...

– Сколько по времени это может занять?

– Думаю не больше суток...

– Точнее! – слишком сурово сказал он и Алиса подняла на него внимательные глаза.

– Ты говорил, что всё под контролем, так почему психуешь?

Он взялся за виски и закрыл глаза:

– Прости... – искренне извинился Винсент, – Я на взводе.

– Почему? Скажи мне...

– А ты как думаешь!? – снова рявкнул он, – Я только лёг спать, как вдруг... тебя будто не было. ДА Я ЧУТЬ С УМА НЕ СОШЁЛ!

Он кричал, но Алиса лишь застыла в удивлении и немного втянула голову, как провинившийся ребёнок:

– Простите, Милорд... – робко прошептала она и захлопала ресницами.

– "Милорд"!? Ты специально меня бесишь?

Он в миг приблизился к ней и начал буравить её суровым взглядом. Алиса сделала движение навстречу и чуть прикрыла внезапно помутневшие глаза:

– Ты рядом и всё хорошо, – спокойно заговорила она так, как всегда делала, чтобы подчинить себе ситуацию, – Мне ничто не грозит... кроме тебя!

– Ох, Лис... ты такая безответственная, когда дело касается твоей безопасности... – он уже успокоившись взял её за талию и прижал к себе, – Я подумал, что потерял тебя, что ты ушла не попрощавшись.

Она молча прижималась к нему и гладила его волосы. Несколько мгновений их уединения они будто замерли, время замерло и всё стало как-то иначе. Алиса почувствовала, как её веки закрываются, как сознание отключается после долгих тяжёлых нагрузок.

– Эй, спящая красавица! – позвал он, когда она начала обмякать в его объятиях, а пальцы перестали перебирать его волосы, – Господи, какая же ты непутёвая, – засмеялся он и взял её на руки.

– Я дойду... просто в сон клонит! – возмутилась она, – Куда ты опять меня тащишь?

– В самое безопасное место.

Самое безопасное место застыло перед Алисой через какое-то время мрачной картиной:

– Вот блядь! – выругалась она.

– Знакомая реакция...

– Это мне тоже снилось! Склеп Блэквеллов!

Войдя в склеп, Винсент заговорил тихо:

– В таких древних склепах всегда самая сильная защита. Руническая. Мы с тобой Блэквеллы, только мы можем сюда пройти, все остальные могут просто ходить рядом или даже оплакивать моих предков, но зайти – только с позволения горячей крови Блэквелла. У Элайджи она холодная, поэтому можешь не волноваться.

– Как... романтично, – иронизировала она, – Но что поделать!

Она забралась на пустую плиту и легла, смотря в потолок.

– Лис? – робко позвал он, – И как это? Ты – обычный человек, тебя не поглощает сила, не давит Некромантия...

– Знаешь... ты был прав – Квин – это я. Сейчас я чувствую себя... слабой, заурядной. Неполноценной.

– Но ты не обычная, – хмыкнул он, – Даже сейчас.

Алиса еле заметно улыбнулась, а потом спустя несколько молчаливых минут сказала неожиданную для Винсента вещь:

– Я скучала по тебе.

– Правда? – на его лице появилась глупая улыбка, а сердце заколотилось с бешеной скоростью, – Но ты ведь ещё злишься на меня?

– Я не злюсь, – она сказала это так, что Винсент снова почувствовал весь гнёт вины.

– Лис... у меня с Софи ничего не было. Это было подстроено. Честно! Просто верь мне.

Он развернул её к себе лицом и нагнулся, чтобы смотреть ей прямо в глаза:

– Алиса, у тебя нет памяти о людях, которые были тебе дороги, ты не понимаешь, что такое их потерять! А у меня уже отняли всех близких одного за другим, осталась только ты, ты – мой тыл, моя жена.

– Эндрю. Ты хотел наследника, ты его получил.

– Я не смогу без тебя нормально воспитать его и поднять государство.

– Ты сильнее, чем думаешь. Я знаю.

– Только ты даёшь мне силу и вдохновение, веришь в меня, как никто другой! Ты так заботишься обо мне... я благодарю бога за то, что ты появилась в моей жизни, моя девочка.

– Ещё недавно ты жалел об этом.

Алиса смотрела в его глаза со злостью, а потом вдруг почувствовала какие-то изменения где-то внутри себя. Она закусила губу, чтобы не выдавать свои слабости мужу, который и так слишком часто был свидетелем её боли и слёз.

– Винсент... оставь меня, пожалуйста, – прошептала она, хотя говорить было немного тяжело.

Вид Герцога выражал растерянность и боль:

– Не гони меня, Алиса. Позволь быть рядом!

Но она точно знала, что сейчас ей лучше побыть одной. Её одолевала слабость и какие-то неведомые ощущения. Всё, чего ей хотелось, это провалиться в сон, который уже две недели посещал её только короткими вспышками. Она собрала силу в кулак и требовательно повторила:

– Оставь меня, – и уже мягче прибавила, – ...На пару часов, а потом, если захочешь, приходи.

– Я приду, – он поцеловал её руку и посмотрел, – Обязательно приду...

Эти слова уже прозвучали эхом в голове Алисы, она медленно легла на плиту со словами:

– Смертельно устала... будто не спала целую вечность.

Винсент поцеловал её в лоб и вышел из склепа, чтобы вернуть туда ровно через два часа. Алиса крепко спала всё в той же позе и выглядела ровно так, какой он её оставил. Образ дополняла гнетущая атмосфера склепа и запах сырости, хотя в целом склеп Блэквеллов был относительно уютным и содержался в чистоте. Винсент взял с собой целых четыре одеяла и подушку, пару сэндвичей и книгу, которую тут же начал читать, пока жена спала.

Терпение начало подводить, когда он перелистнул двухсотую страницу средних размеров тома. Он сел на край мраморной плиты, на которой спала Алиса, и посмотрел на неё с нежностью. Сейчас Алиса была действительно беззащитной, была человеком без магии, простой девушкой в самом соку лет, при этом даже без той уникальной энергии, которой наделил её бог, она оставалась самой удивительной женщиной, которую он встречал в своей жизни. Он положил руку на её голову и погладил.