Текст книги "Плоды обмана (СИ)"

Автор книги: Анна Архипова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 20 страниц)

Тонкая линия-7. Плоды обмана

Архипова Анна Александровна

* ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ!!! Этот текст содержит гомосексуальную тематику. Если вам нет 18 лет – покиньте эту страницу.

* Размещение текста где-либо, кроме моей странички, запрещено.

* В печатном варианте “Акутагава” заменен на “Сакиа”.

_________________________________

>>> ПРОЛОГ

Париж пробуждался.

Первые лучи мартовского солнца скользнули по небесному куполу над древним городом, опалив перистые облака багровым пламенем, отразившись в стеклах небоскребов, проросших в деловых кварталах, скользнув по крышам и мансардам жилых домов, и, наконец, мягко коснувшись крон деревьев в Венсенском парке. Ветви лиственных деревьев – дуба, тополя, ольхи, ивы и ясеня – были голы после только-только отступившей зимы, еще не наступило время проклевываться почкам; зеленели только хвойные деревья. Вода в озерах и каналах парка сохраняла холодный свинцово-серый оттенок, не спеша согреться дыханием вступающей в свои права весны.

По влажным парковым дорожкам, с которых только недавно стаял снег, энергичной рысцой пробегали мужчины и женщины, затянутые в трико, с чьих губ срывался пар – утро было довольно прохладным. Эти люди, размяв тело обязательной пробежкой, возвращались в свои комфортабельные квартиры, чтобы принять душ, проглотить легкий завтрак и отправиться на службу в офис где-нибудь в Дефансе. Утренняя пробежка в Венсенском парке – привилегия делового класса, заботящегося о своем теле как о бренде. Простые работяги, зарабатывающие себе на жизнь нелегким физическим трудом, не могут позволить себе такую роскошь как утренние пробежки, да и не видят в них смысла. Разве мало им мнут бока в вечно переполненном метро, отдавливают ноги и не высасывают все соки на службе?

Бегущие люди не обращали друг на друга особенного внимания, скользя по встречным и обгоняющим их людям мимолетными взглядами. Высокий, атлетически сложенный бегун в удобных спортивных штанах и толстовке с капюшоном, низко надвинутым на лицо, ничем не выделялся среди них. Он придерживался размеренного ритма во время бега, также, казалось, не замечая прочих сторонников здорового образа жизни. То, что он не простой служащий, просиживающий дни в офисном кресле, выдавали, пожалуй, только необычайная легкость его поступи и особая дыхательная гимнастика, благодаря которой он, несмотря ни на длительную пробежку, нисколько не вспотел.

Он свернул к ипподрому и оказался на дорожке, огибающей ограду. Здесь было значительно светлее и на пути попадалось куда больше народа. Поэтому он ускорил ритм, обгоняя встречных людей, затем вновь свернул и покинул оживленное место. Он не опасался ненужного внимания, просто ему хотелось уединения.

Подобная физическая нагрузка помогала ему собраться с мыслями и мобилизовать все ресурсы своего тела. Возможно, его сообщники и подумают, что совершать пробежку накануне важнейшей операции – будто это обыкновенный день, когда он волен распоряжаться собою и своим временем как пожелает – по меньшей мере легкомысленно, однако он ни на мгновение не сомневался: порученное задание будет выполнено без ошибок. Другие могут допустить ошибку, но только не он.

Оказавшись у канала, чье русло поддерживали зацементированные склоны, он остановился для небольшой разминки. Невольно его взгляд привлекла в мутной воде канала: кроны нескольких сосен, растущих так близко друг к другу, сливались в отражении в одно единое зеленое пятно. Замерев на секунду, он задержал взгляд на нем. Так бывало и раньше, когда он еще учился в спецшколе – он мог часами смотреть на зеленый цвет, и неважно, где он его увидел: на мрачных стенах секретного учебного заведения, на кузове автомобиля или кофточке случайной женщины.

Этот цвет напоминал ему глаза Насты.

Он, не имея тогда возможности встретиться с ней взглядом, без конца мечтал о том мгновении, когда она предстанет перед ним – такая живая, такая настоящая… И он заглянет в самую глубину ее изумрудных глаз, познает ее тайны, самую ее суть… Если становилось совсем невыносимо и груз, взваленный на него инструкторами школы, казался невыносимым, он искал спасения в своих воспоминаниях о Насте. Закрывая глаза, он представлял ее, приближался к ней в своих грезах, прикасался к ней…

Однако даже сейчас, покинув стены спецшколы, освободившись от оков надсмотрщиков и жестоких учителей, он не приблизился к ней. Все его мечты так и остались мечтами.

Электронные наручные часы издали требовательный писк, сообщая, что время, выделенное для пробежки, подошло к концу. Пора возвращаться. Стряхнув с себя задумчивость, он вновь побежал. На сей раз так быстро, как мог. В штаб-квартиру, которую его оперативная группа развернула в старом двухэтажном доме неподалеку от парка, он вернулся взмокшим от пота и сразу же отправился в душ.

Четырнадцать его сообщников, дожидавшихся его возвращения, уже все подготовили к предстоящей боевой операции: одежду, оборудование, оружие и, конечно, «визитную карточку». На языке государственного шпионажа и международного терроризма «визитная карточка» означала подставных лиц – тех, кто понесет ответственность за совершенное преступление.

Их «визиткой» станут четверо молодых людей арабской национальности, проживающих в Париже. Истовые мусульмане, исправно совершающие намаз и живущие по канонам ислама. Идеальные кандидаты в мученики. Когда бомбы взорвутся, полиция найдет то, что останется от них и все спишет на козни радикальных исламистов, а журналисты подхватят эту версию, с готовностью подогреют и без того напряженные отношения между коренными французами и арабскими иммигрантами, колонизирующими французскую столицу. В свете неудачных экономических реформ, возросшей за последние несколько лет безработицы и обострившейся национальной неприязни – вполне возможно вслед за «терактом» вспыхнут массовые беспорядки. И это на руку – чем больше шума, тем легче будет замести следы и покинуть страну незамеченными.

Молодые люди, приготовленные на заклание, не могли ощутить всего ужаса уготованной им участи. Их уже несколько дней основательно накачивали наркотиками, дабы отбить у них способность соображать, что к чему. Скованные наручниками, они лежали на грязных матрасах в одной из комнат, где предусмотрительно заколотили окна. Меньше чем через час их переоденут, посадят в автомобили и отправят в последний путь.

Смыв с себя пот, глава оперативной группы облачился в полицейскую униформу. К ней, помимо табельного оружия, прилагалось сделанное по высшему разряду удостоверение полицейского.

Именно форма должна стать пропуском к намеченным жертвам, она была фундаментом его плана – который не единожды пришлось перекраивать на новый лад из-за возникающих препятствий и обстоятельств. Все-таки нелегко найти лазейку, если ты имеешь дело с таким влиятельным человеком как Коеси Акутагава. Он, подобно знаменитым тиранам, окружил себя неприступной охраной, его система безопасности напоминает неприступную крепость и у Коеси повсюду есть осведомители. Только для того, чтобы сделать предварительные приготовления к сегодняшней операции и не засветиться перед стукачами, пришлось изрядно потрудиться.

Проведя ладонью по запотевшему зеркалу, глава группы окинул себя последним взглядом. На лице проступала трехдневная черная щетина, но так даже лучше – с ней он выглядит старше – плюс высокий рост, сто восемьдесят пять сантиметров. Невероятно тяжелый взор, въедливый и, одновременно, отрешенный, дополнял картину – никто и не предположит, что ему всего девятнадцать лет.

– Мы готовы выдвигаться, – доложил ему один из оперативников. – Наблюдатель на месте сообщает, что интересующие нас персоны отель не покидали.

Глава группы кивнул в ответ. По его приказу оперативники погрузили боеприпасы в фургон с надписью «Прачечная служба «Чистюля», планируя добраться на нем до отеля. Мучеников поделили между двумя легковыми автомобилями, начиненными взрывчаткой – те, находясь в наркотической нирване, безропотно позволили себя усадить за задние сидения машин. Первая партия взрывчатки поедет к зданию Международной Торговой Палаты, где сегодня должна стартовать международная конференция, собравшая под своей эгидой представителей полсотни государств. Вторая партия отправится к фешенебельному отелю «Гранд Бэльон», поблизости с которым и взлетит на воздух. Глава оперативной группы не надеялся взрывом уничтожить свою цель. Это ненадежное средство. Посему взрывы сыграют роль декораций, будут отвлекающим маневром, внесут необходимую сумятицу и облегчат ему дорогу к жертвам.

Заложив напоследок бомбу в дом, служившим им убежищем, они отправились на задание. Бомба в жилом доме взорвется самой последней и уничтожит те следы, что остались после них. Группа разделилась: часть оперативников облачилась в полицейскую форму, а другая часть – в бесформенные балахоны и маски. Это походило на игрушечную войну: мальчишки поделились на «хороших» и «плохих», и приготовились сражаться друг с другом.

Тем временем жизнь в Париже закипала по мере того, как солнце освещало улицы и прогревало воздух. Лавочники уже распахнули двери в свои заведения, переполненные транспортом улицы наполнились раздражающим гулом, густые людские потоки водопадом низвергались в чрево метро, чтобы потом разноцветным и суетливым потоком выплеснуться из под земли в другом месте. Жизнь тут текла так же, как и всегда, и даже прелесть наступающей на Париж весны вошла в привычку.

Фургон припарковался неподалеку от «Гранд Бэльон». Глава группы дожидался доклада от оперативников, обязанных доставить взрывчатку и «визитки» по адресу. Несмотря на автомобильные пробки, автомобили благополучно добрались до пунктов назначения. Один по поддельным документам спустился в подземную стоянку Торговой Палаты, другой припарковался напротив отеля.

– Мы должны управиться за десять-пятнадцать минут, – обратился он к своим сообщникам. И надавил на кнопку детонатора.

Они не услышали взрыва на стоянке Торговой Палаты. А вот взрыв рядом с отелем заставил землю вздрогнуть, а фургон подпрыгнуть на мостовой. Грохот взрыва заглушил звон рассыпающихся от ударной волны стекол в домах, а после того как шум стих, на пару секунд воцарилась оглушающая тишина. Затем с треском обрушился фасад «Гранд Бельон», засыпав каменными обломками улицу и частично обнажив внутренности здания. Выдержав такую жуткую паузу, люди, оказавшиеся поблизости от эпицентра взрыва, принялись истощенно вопить, выть, призывать на помощь. Раненные, истекая кровью, стонали и кричали среди обломков и тучи поднявшейся в воздух пыли.

Оперативная группа времени не теряла. Рассредоточившись, оперативники открыли стрельбу: перестреливаясь друг с другом, чтобы создать видимость схватки полицейских с террористами, и заодно устранить настоящих полицейских и охрану отеля. Люди, напуганные и дезориентированные взрывом, услышав выстрелы, разбегались кто куда, ища спасения.

Оставив группу отвлекать на себя внимание внизу, глава бросился наверх по лестнице. Навстречу ему бежали перепуганные мужчины, женщины и дети, выпрыгивая из окон на первом и втором этажах. Чтобы усилить сумятицу и создать впечатление некой хаотичности нападения, он застрелил пятерых или шестерых человек, попавшихся на пути. Он знал, что намеченные жертвы не попытаются спуститься вниз, в холл, если там слышны выстрелы. Следовательно, путь отступления только один – на вертолетную площадку, расположенную на крыше отеля. Время догнать их есть, вертолет не дежурит там постоянно, убегающим придется подождать две-три минуты, пока тот долетит до отеля.

Он не ошибся.

У вертолетной площадки стояли две молодые женщины и двое детей – восьми и девяти лет – окруженные дюжиной напряженных до предела телохранителей. Это они. Вдовы китайских миллиардеров – Мэнфу и Юэ Ланьчжа, и их сыновья – Хуанфу и Жуань. Вдовы, превратившиеся в неразлучных подруг после смерти мужей, приехали во Францию на Парижскую неделю высокой моды, собираясь потратить на покупки целое состояние.

Встревожено размахивая удостоверением, глава группы бросился к ним, восклицая по-английски с четким французским акцентом:

– Где вертолет? Террористы поднимаются наверх, вам необходимо немедленно эвакуироваться!

Введенные в заблуждение полицейским удостоверением и беспокойством на его лице, телохранители позволили ему подойти ближе.

– Вертолет уже летит сюда, – сообщил один из охранников.

Женщины тряслись от страха, прислушиваясь к отзвукам выстрелов. Вдали послышался гул вертолетных пропеллеров. На их лицах только-только успела мелькнула надежда, как ее тут же сменил ужас. Псевдо-полицейский, очутившись подле них, выхватил пистолет и открыл стрельбу. Стрелял он безупречно и действовал так молниеносно, что за несколько секунд расправился с жертвами и их телохранителями.

Добив последнего телохранителя, он подбежал к лежащим в луже крови членам семьи Ланьчжа. Восьмилетний Хуанфу, раненный в грудь, еще дышал и издавал тонкие, жалобные стоны. Глава группы добил его выстрелом в голову, затем дождался приземления вертолета и расстрелял всех, кто находился внутри.

Выкинув трупы из кабины, он сел за штурвал сам и по рации скомандовал той части своей группы, что изображала из себя террористов, подниматься наверх. Забрав шестерых бойцов, он поднял машину вверх. Оставшиеся оперативники должны были покинуть место операции сами, притворившись полицейскими.

Только после общего сбора в условленном месте, убедившись в том, что ни один оперативник не попал живым в руки полиции и разведывательных служб, глава группы связался с заказчиком.

– Операция прошла успешно, – доложил он, говоря по-русски.

– Да, новости обогнали тебя, Кир, – ответствовал Никос Кропотов, в его голосе звучало удовлетворение. – Неплохо сработано.

Кир пренебрежительно хмыкнул. «Неплохо»!.. Он сам разработал план и претворил его в жизнь, продумав все до мельчайших деталей. Следовало бы сказать: «безупречно», но чего еще ждать от старого плешивого интригана? Тот не упустит возможности указать подчиненному на его место.

– Возвращайся в Россию, Кир, – продолжил между тем Никос Кропотов. – Княгиня Харитонова наградит тебя.

_____________________________

1

Все шло по плану, к вящему удовольствию Никоса Кропотова. Кир выполнил поручение превосходно – недаром руководство спецшколы, где тот проходил подготовку, распевало дифирамбы в его честь. Парню всего девятнадцать, но он заткнет за пояс и бывалых сотрудников секретных служб! Теперь, после того как побочные наследники достояния клана Сангяцанма убиты, можно приступать ко второй части плана. А именно: к уничтожению главного врага Наталии Харитоновой – Коеси Акутагавы.

Конечно, все пошло совершенно не так, как планировала покойная княгиня Адель Харитонова. Ее наследница – Наталия – не знает до сих пор, что Адель Харитонова предвидела свою смерть. Она предполагала, что ее попытается убрать с дороги либо Коеси, либо Коннор Ваалгор, пять лет назад диктовавшие волю всем и вся в мире. Княгиня не страдала от излишней мнительности, а всего лишь трезво смотрела на вещи и предприняла шаги для защиты созданной ею империи. Для этого она оставила своему ближайшему советнику – Никосу Кропотову – вполне четкие указания. Если она погибнет прежде своих врагов – Ваалгора и Коеси – то ему следует взять шефство над Наталией и… выдать ее замуж на Акутагаву.

На первый взгляд такое распоряжение выглядело абсурдным. Выдать внучку замуж за злейшего врага, который только и ждет удобного момента, чтобы нанести удар? Что может быть более недальновидным? Впрочем, Адель Харитонова недаром слыла мудрой женщиной, она смотрела дальше других и предвидела скрытые от прочих людей события и обстоятельства. Княгиня отлично понимала: единственный, кто сможет защитить Наталию – это могущественный Акутагава Коеси.

По иронии судьбы, именно Коеси Акутагава оказался виновником гибели Адели Харитоновой. После гибели княгини пришлось приложить усилия, чтобы склонить Наталию к браку с Коеси. Упрямая девчонка ненавидела этого мужчину и мечтала только о мести. С огромным трудом Кропотов убедил ее, что только так она сумеет отомстить Коеси за смерть бабушки, и только тогда Наталия согласилась принести свое достоинство в жертву. Она предложила Акутагаве себя, переступив через жажду мести и гордость.

Однако планы Наталии и Кропотова все же потерпели крах. Погиб Коннор Ваалгор и в мире не осталось никого, кто смог бы противостоять Коеси. Союз с кланом Харитоновых потерял для Акутагавы прежнюю привлекательность и тот разорвал помолвку. Дальнейшая судьба Наталии могла сложиться весьма печально, если бы не Акутагава, который – движимый то ли чувством вины, то ли какими-то соображениями благородства – внезапно принял решение взять свою бывшую невесту под свое покровительство и защитить ее от алчных родственников, мечтавших заполучить в свои руки наследство Адели Харитоновой. Благодаря этой помощи Наталия и Кропотов удержали в своих руках власть.

Если б только Коеси мог представить, чем для него в скором будущем обернется эта передышка! Прошло пять лет с момента смерти Адели Харитоновой, Наталия накопила достаточно сил и способна бросить Акутагаве вызов…

– Дорогой, как же завтрак? – в кабинет, где Никос Кропотов работал с деловыми бумагами, заглянула длинноногая красотка в шелковом халатике, накинутом на обнаженное тело.

Никос даже не поднял на нее глаз, изволив лишь покоситься на свои часы. Восемь утра. Да, стоит, наверное, позавтракать, ведь через полчаса ему нужно отправляться на службу. Убрав бумаги в сейф, Кропотов покинул кабинет и прошел в столовую, где его ожидал завтрак, чью изысканную сервировку дополняла своей красотой его содержанка – Жанна.

Старательно пережевывая хрустящие французские тосты и запивая их терпким кофе, Кропотов листал утреннюю газету, скользя по тексту беглым взглядом. Жанна, соблюдающая фигуру, пила кофе без кофеина и щурила невероятно голубые глаза на городскую панораму, расстилающуюся за окном. Она привыкла быть чем-то вроде части интерьера в доме Никоса Кропотова и ее вполне устраивала подобная роль. Жанна любила деньги, а Кропотову была необходима красивая женщина, которая бы сопровождала его на светские мероприятия и не совала свой нос в чужие дела. Ей хватало ума выполнять все его условия и поэтому они живут вместе уже шесть лет. Иногда Жанне даже казалось, что Никос привязался к ней. Не так, как мужчина может привязаться к женщине, но все же… Ему было удобно с ней.

Он никогда не требовал от нее секса. Конечно, мужчина его возраста вполне может перестать интересоваться сексом, но почему-то Жанну не оставляло стойкое убеждение, что дело тут отнюдь не в пожилом возрасте Кроптова. Скорее всего, он никогда и не интересовался женщинами, а содержанку завел для отвода глаз. Кого он предпочитает? Мужчин? Юношей? Или, быть может, детей?.. Но тот платил ей не за любопытство, так что Жанна все вопросы и соображения держала при себе.

– Вечером будешь вовремя? – задала она Кропотову дежурный вопрос, провожая его на службу. – Сегодня в филармонии будет выступать Давид Михельсон, мы могли бы…

– Увы, я буду занят допоздна, – равнодушно откликнулся тот, принимая из ее рук дипломат.

– Жаль, – притворно вздохнула Жанна, соблюдая все необходимые формальности их отношений.

– Возьми кого-нибудь из подруг и сходи, если хочешь.

– Удачного дня, дорогой! – пропела женщина ему на прощание.

На вертолетной площадке московского небоскреба Никоса Кропотова уже поджидал вертолет. С небес сыпался настырный и мелкий, как крупа, снег, было морозно и совсем не чувствовалась наступающая весна. У вертолета дежурили молчаливые и основательные телохранители, напоминая темные изваяние, припорашиваемые снежинками. К своему удивлению, Кропотов увидел среди них и Кира тоже. Рослый парень стоял, опираясь на вертолет, прикрыв голову капюшоном толстовки.

– Ты? – осведомился Кропотов, позволив себе слегка утратить свою обычную сухость. – Я знал, что ты уже должен был приземлиться во Внуково, но не ожидал, что ты заявишься без предварительного звонка.

– Зачем звонить? Ведь встреча состоится в любом случае, – равнодушно ответил парень.

Пожилой мужчина недовольно поджал губы. Тон Кира был почти оскорбительным, но именно «почти» – тот научился таким образом разговаривать с ним, что Кропотов и сам перестал видеть границу между присущей Киру некоторой развязностью и намеренной подколкой. После смерти Адели Харитоновой этот парень стал единственным, кто мог так разговаривать с Никосом Кропотовым.

«Все же где-то я дал слабину с этим засранцем», – подумал мужчина с незаметным вздохом, затем повелел ему садиться в вертолет.

Иногда ему казалось, будто Киру известна его тайна – отсюда и проистекает его вызывающее поведение. Но потом “серый кардинал” одергивал себя: откуда тот может знать тайну своего происхождения, если Кропотов приложил все усилия для надежного сокрытия правды. Кир всего лишь задиристый мальчишка, считающий, что его таланты оправдывают его наглость в отношении важный персон.

Пока вертолет летел, рассекая завесу снисходящего на Москву снега, Никос Кропотов изредка поглядывал на Кира поверх деловых бумаг, извлеченных на время полета из кейса.

Кир сдернул с головы капюшон и несколько раз провел рукой по коротко стриженным темным волосам, от чего те только сильнее взъерошились. На лице щетина, которую он носит постоянно с тех пор, как у него появилась растительность на лице – с ней он выглядит куда старше своих лет. Высокий лоб, прямой нос, волевой рисунок бровей и скул, пронзительный взгляд каре-зеленых глаз и обворожительный рисунок губ, придававших его лицу невероятную сексуальность. Кир унаследовал многое из фамильной красоты Харитоновых, разве что цвет глаз и атлетическая фигура ему досталась от его отца – футболиста Григория Ерохина. Ну а своим острым умом и криминальным мышлением… Кир, безусловно, пошел в свою бабку, Адель Харитонову.

Та всегда испытывала смешанные чувства к своему незаконнорожденному внуку, однако в равнодушии к его судьбе обвинить ее было нельзя. Адель Харитонова практически не замечала трех сыновей и двух дочерей, рожденных в законном браке, не говоря уже о внуках и правнуках, а вот о Кире помнила всегда. Конечно, все из-за этого Ерохина! В Кире княгиня видела продолжение того, кого она полюбила на закате своей жизни и с кем она не смогла разделить всей сладости любви.

Многообещающего спортсмена Адель Харитонова встретила на своем пути, когда ей исполнилось шестьдесят лет, а Григорию Ерохину – двадцать пять. Ерохин, весьма неплохо играя в футбол на родине, между тем мечтал получить место в одной из европейских футбольных клубов. Встреча с княгиней изменила его судьбу: он стал фаворитом Харитоновой, при помощи ее денег и власти его карьера совершила стремительный вираж, устремляясь под самые небеса. Идиллия продлилась около двух лет и завершилась, стоило только княгине узнать об интрижке Григория с ее дочерью. Как оказалось, Ерохин – то ли с глупости, то ли от желания упрочнить свое положение – в тайне закрутил роман с тридцатисемилетней Антониной.

Узнав об измене фаворита, Адель Харитонова не просто разорвала отношения с неверным любовником, но также и приложила все усилия, чтобы разрушить его жизнь и карьеру. Княгине стоило только щелкнуть пальцами и неверного возлюбленного стерли с лица земли, но это стало бы слишком легким и быстрым наказанием. Ерохин лишился работы и перспектив в будущем, отныне играть в футбол он мог только на улице, все его сбережения исчезли с банковских счетов, недвижимость и драгоценности отняли. Григорий ушел в запой, ища утешения на дне бутылок с водкой – когда же денег не хватило на очередную бутылку, он смастерил из бельевой веревки удавку, закрепил ее на газовой трубе в подъезде и повесился.

Известие о смерти опального фаворита Адель Харитонова восприняла с презрительным безразличием. Впрочем, несмотря на кончину Ерохина, история не закончилась вместе с его смертью. Спустя два месяца Антонина родила мальчика, едва взглянув на которого Адель Харитонова поняла, кто его настоящий отец. Тогда княгиня отняла у дочери ребенка и передала его на воспитание законспирированной семье, проживающей за границей – никто, кроме нее и Никоса Кропотова не знал, где спрятали Кира.

Время шло, Кир рос, обнаружив себе незаурядные способности: физическую силу, ум, фотографическую память. Княгиня Харитонова никогда не порывалась встретиться с внуком лицом к лицу – не желая, чтобы тот узнал о родстве с могущественным российским кланом – однако могла часами разглядывать фотографии Кира или видеозаписи, запечатлевшие кусочки его жизни. Не оставила без внимания она и таланты внука.

«Необходимо указать ему направление, – заявила Адель Харитонова своему верному помощнику, Кропотову. – Мирная жизнь только повредит ему, испортит характер, помешает развить дарования. Следует как можно скорее отдать его на обучение…»

Так судьба Кира решилась. Он стал учеником сверхсекретной школы, готовящей для государства бойцов и диверсантов, военных стратегов, шпионов. После тестирования руководство школы направило мальчика на самый высококлассный курс, какой имелся в данном учреждении. Сей курс был настолько тяжел, что закончить его удавалось отнюдь не каждому «счастливчику» – но Кир с успехом доучился. Теперь он служит государству и Наталии Харитоновой, унаследовавшей достояние Адели Харитоновой.

Вертолет пронесся над парком, окружающим усадьбу Харитоновых, и снизился над вертолетной площадкой, подняв вращающимися винтами тучу снежной пыли. У площадки уже дежурили вооруженные охранники, тщательно обыскавшие Кира на предмет оружия – у него они изъяли пистолет и складной нож.

– Явиться на встречу с княгиней при оружии? Просто замечательно! – не удержался от замечания Кропотов, пока они шагали по дорожке к особняку. – Хочешь, чтобы она посчитала тебя опасным?

– Нет. Хотя я действительно опасен.

Советник княгини нахмурился, недовольный подобным ответом. Сегодня княгиня впервые увидит Кира, а тот, судя по всему, решил держаться с показательной бравадой. Неужели в Кире заиграли честолюбие и мальчишеский задор? Он собирается произвести на Наталию Харитонову впечатление?..

Наталия ожидала гостей в кабинете, где после завтрака занималась делами. С тех пор как на ее плечи вместе с наследством бабушки свалилась громадная ответственность, она привыкла много работать. По сути именно она, двадцати двухлетняя девушка, держала в своих руках экономику России. От ее решений по любому вопросу зависело столь многое, что она просто не имела права позволить себе легкомысленно тратить время. Хозяйка усадьбы – облаченная в строгое, почти монашеское одеяние, с волосами, убранными в аскетический пучок на затылке, – поприветствовала прибывших гостей, не вставая из-за стола.

– Я наслышана о вас, – обратилась она к Киру холодно, отдавая должное ему и, вместе с тем, подчеркивая его подчиненное положение. – Вы хорошо справились с возложенным на вас заданием относительно семейства Сангяцанма, и я вынуждена признать: похвала господина Кропотова в ваш адрес оправдана. Более того, вы достойны не просто похвалы, но и награды…

– Мне не нужна награда, – возразил Кир с почтительностью. – Для меня достаточно того, что я служу вам.

Темные брови Наталии слегка приподнялись в удивлении, которое затем сменилось снисходительностью. Сделав жест, означающий: «Как вам будет угодно!», она закурила сигарету. Переведя взгляд темно-синих чрезвычайно серьезных глаз на Кропотова, по-хозяйски расположившегося в одном из кресел, она заговорила вновь:

– Что ж, перейдем к делу. Первые шаги в осуществлении нашего плана сделаны. Коеси, конечно, встал на дыбы после убийства своих родственников, сейчас он безуспешно ищет виновных. И он справедливо полагает, что следующий удар будет нанесен по нему, поэтому поспешно усиливает и без того непробиваемую охрану и укрепляет позиции.

– Мы это предусмотрели, – ответил Кропотов небрежно, кивнув Киру

– Это верно, – согласился тот, сохраняя бесстрастность. – Я знаю, как ослабить систему безопасности Акутагавы Коеси.

– И как же?

Никос Кропотов выудил из кейса конверт и передал его Наталии Харитоновой. Вскрыв его, та обнаружила внутри стопку фотографий, сделанных в разное время и в разных местах. Она неторопливо просмотрела их, отметив, что все эти фотографии объединяют три человека. Акутагава Коеси, ее заклятый враг. А также черноволосые и зеленоглазые мужчина и женщина, похожие друг на друга как две капли воды. Это было не все: женщину на фото Наталия знала лично – ее имя Наста Панова, когда-то она служила клану Харитоновых.

– И что же следует из этого? – поинтересовалась Наталия, отложив фото. – Мой враг, предательница и ее близнец. Что дальше?

– Он не просто ее близнец, – отрицательно покачал головой Кир. – Он, как и его сестра, проходил обучение в российской спецшколе. Он учился на том же курсе, что и я, но не завершил обучение и сбежал. Его зовут Иврам и о нем ходят легенды как о безупречном убийце. Теперь он и его сестра работают на Коеси. Они – мозговой центр системы безопасности Акутагавы Коеси, именно благодаря им его охрана настолько непробиваема. Если рядом с ним не будет этих двоих, защита Коеси ослабнет и вы сможете нанести решающий удар.

– Если они так хороши, – синеглазая женщина ткнула пальцем в фото, – как их можно убрать?

– У каждого человека есть слабое место, нужно только отыскать его. Я сделаю так, что Коеси лишится своих безупречных телохранителей – именно они, как это не парадоксально, его слабое место. Что касается близнецов… – Кир позволил себе криво улыбнуться. – Они друг для друга та самая ахиллесова пята. Мне не придется долго нащупывать больное место.

«Мне не придется долго нащупывать больное место…»

В течении дня Наталия вновь и вновь вспоминала слова самоуверенного молодого человека. Оставалось надеяться, что юный криминальный гений не ошибается! Наследница клана Харитоновых поставила на кон все – и, если планы Кира потерпят сокрушительное поражение, то она может поплатиться не только своим достоянием, но и жизнью! Стоит только Коеси узнать, кто стоит за убийством его родственников… и Акутагава немедленно уничтожит ее, в этом Наталия не сомневалась.

Убийство вдов Ланьчжа и их детей было веской необходимостью. Они стояли на пути к деньгам и власти Коеси, являясь его прямыми наследниками в случае, если тот умрет, не оставив после себя детей. Будь на то воля самой Наталии, она бы выждала больше времени, прежде чем нанести удар по Акутагаве, но времени не оставалось – недавно ее шпионы донесли, что японский идол собирается жениться. Тот итак тянул с женитьбой до тридцати двух лет, чем вызывал беспокойство общественности, желающей видеть его в качестве семьянина, мужа и отца; четыре года назад его помолвка с Наталией Харитоновой развалилась – но теперь он вновь нашел себе невесту с богатым приданым и безупречной репутацией. Узнав об этом, Наталия поняла: нужно действовать незамедлительно! Если Акутагаве родит ребенка его законная жена, то Наталии будет уже куда сложнее воспользоваться припрятанным в рукаве козырем…