Текст книги "Лекарка без диплома и маг в нагрузку (СИ)"

Автор книги: Анфиса Мэй

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 15 страниц)

Глава 28. Третье испытание, или Ступка как средство магической самообороны

После вчерашнего триумфа с теневой лихорадкой у Лены был выходной. Официально – день отдыха, пока Совет решает, какое место в целительской иерархии ей уготовано. Неофициально – день, когда можно наконец-то выспаться, поесть нормально и не видеть перед собой физиономию Торна.

– Как думаешь, что они решат? – спросила Лена, жуя бутерброд (уже пятый, потому что столичные порции только раздражали аппетит).

Тингол сидел за столом, разложив блокноты веером, и делал вид, что систематизирует записи.

– Два варианта, – сказал он. – Либо признают тебя полноценным целителем с правом практики, либо...

– Либо?

– Либо решат, что ты опасна и тебя надо контролировать.

– Контролировать – это как?

– Ну, – эльф задумался, – приставить наблюдателя, ограничить практику, забрать в столицу...

– Забрать в столицу?!

– Теоретически.

– Я не хочу в столицу!

– Знаю. – Тингол вздохнул. – Но Торн может настоять.

Лена замерла с бутербродом в руке.

– Думаешь, он попробует?

– Уверен. – Эльф полистал блокнот. – Я записывал его реакции. Он бесится каждый раз, когда ты его обходишь. Бесящиеся маги первого ранга – это опасно.

– Маги первого ранга? – переспросила Лена. – Торн тоже первого?

– Выше, – поморщился Тингол. – Он глава Гильдии. Формально – первый среди равных. Но сил у него побольше, чем у обычного первого ранга.

– А Корвус?

– Корвус – тоже первый. Но они в разных весовых категориях. Корвус – боевой маг, Торн – целитель. Сравнивать сложно.

Лена вздохнула.

– Скучаешь? – тихо спросил Тингол.

– По кому?

– По нему.

Лена промолчала. Но эльф всё понял и записал в блокнот: «Лиррэ скучает по Корвусу. Отрицает, но я вижу».

А в это время в роскошном кабинете Торн сидел и смотрел в одну точку. Перед ним лежали отчёты о вчерашнем испытании. Метод деда. Ручной вывод тени. Никакой магии.

– Что скажешь? – спросил он у лорда Велена, стоявшего у двери.

– Она умна, – осторожно ответил тот. – Использует знания деда. Но дара целительства не проявляет.

– Почему? – Торн задумался. – Может, боится? Может, не умеет? Может... – он запнулся, – может, это был только дар Ионавана? Убивать, останавливать сердце? А дар целительства – обычный, наследственный?

– Вы думаете, она не унаследовала ту сторону?

– Возможно. – Торн постучал пальцем по столу. – Ионаван был уникален. Но уникальность могла умереть вместе с ним.

– И что тогда?

– Тогда она просто талантливый целитель. Без криминала. Без угрозы.

– Это хорошо?

– Это скучно. – Торн усмехнулся. – Но безопасно.

Он помолчал.

– Хотя... надо проверить.

– Каким образом?

– Стресс. – Торн поднял глаза. – В стрессовой ситуации дар разрушения может проявиться спонтанно. Если он есть, конечно.

– Вы хотите...

– Хочу устроить ей небольшую встряску. – Торн улыбнулся. – Найди кого-нибудь, кто изобразит нападение, не слишком опасного, но убедительного. И посмотрим, что наша Лиррэ будет делать.

– А если он пострадает? Или Лиррэ?

– Не пострадают. – Торн махнул рукой. – Мы будем рядом. Просто... провокация.

Лорд Велен поклонился и вышел. Торн посмотрел в окно.

– Покажи мне, кто ты, Лиррэ Ионаван, – прошептал он. – Просто целительница или нечто большее?

В покоях Лена как раз доедала третий бутерброд.

– Тингол, – сказала она, – а почему у меня такое чувство, что сегодня что-то случится? Торн слишком долго молчит. Это подозрительно. Готовит очередную гадость?

– И это тоже возможно. – Тингол сделал пометку. – «Лиррэ подозревает заговор. Скорее всего, права».

В дверь постучали ровно в полдень.

– Вас просят спуститься в малый зал, – сообщил посыльный. – Для дополнительного собеседования.

Дверь закрылась.

– Я же говорила, – вздохнула Лена. – Гадость.

– Пошли, – Тингол схватил блокнот.

Малый зал оказался небольшим помещением без окон, с одним столом и парой стульев. Посередине стояла Лена, у двери пристроился Тингол с блокнотом.

– Ждём, – сказала Лена.

– Чего?

– Не знаю. Но что-то будет.

И в этот момент дверь распахнулась. В зал ворвался мужик. Лохматый, с безумными глазами, в разодранной мантии, размахивающий руками и издающий странные горловые звуки. Мужик рванул к Лиррэ. Тингол вскочил, но было поздно – безумец уже нависал над Леной, размахивая руками, в которых, кажется, начинала искриться магия. Лена не думала. Совсем. Рефлексы, выработанные годами работы ночной санитаркой, где всякое бывало, сработали быстрее мозга. Она схватила первое, что попалось под руку. А попалась под руку тяжёлая каменная ступка, кем-то оставленная на столе.

– Ах ты ж... – выдохнула Лена и со всей дури врезала ступкой по голове нападающего.

Мужик охнул, закатил глаза и рухнул как подкошенный. В зале повисла тишина. Тингол замер с открытым ртом и поднятым блокнотом. Он посмотрел на бессознательное тело, на Лену со ступкой, на свои дрожащие руки и медленно опустился на стул.

– Записываю, – сказал он севшим голосом. – «Лиррэ применила нетрадиционный метод обезвреживания противника. Тяжёлая ступка. Эффективно».

Дверь снова распахнулась. В зал вбежали Торн, лорд Велен и ещё пара магов в мантиях.

– Что случилось?! – воскликнул Торн, вбегая в зал.

Лена стояла над телом, сжимая в руке тяжёлую каменную ступку. Мужик на полу не шевелился.

– Напали, – коротко сказала она, кивая на тело. – Какой-то безумец. Я его ударила.

Торн посмотрел на ступку. Посмотрел на тело. Посмотрел на Лену. Тело на полу зашевелилось. Мужик простонал и попытался приподняться.

– Ой, – сказал он, держась за голову. – Больно-то как...

Торн глядел на него и чувствовал, как внутри разрастается холод: «Что я наделал? Если бы у этой девчонки был дар разрушения, как у её деда... если бы она применила его в страхе... этот мужик был бы сейчас мёртв. Мёртв. А мне пришлось бы объяснять Совету, почему подставной маг погиб во время несанкционированной проверки. Карьера. Репутация. Власть. Всё могло рухнуть в один момент.»

– Вас ударили ступкой, – любезно сообщил Тингол, выглядывая из-за спины Лены. – Очень эффективно.

– Ступкой? – мужик потрогал голову и посмотрел на Лену с уважением. – Сильно...

– Извините, – машинально сказала Лена. – Но вы сами напали.

Торн молчал. Он смотрел на Лиррэ и думал: «Дара разрушения нет. Или она его не применяет. В любом случае – сейчас она не опасна.»

– Ты прошла испытания. Ты целитель, маг двенадцатого уровня. Член Гильдии, имеешь право практиковать. – Торн говорил ровно, официально. – Иди.

– Просто... иди?

– А ты хочешь остаться?

– Нет! – слишком быстро ответила Лена. – То есть... нет. Я хочу домой.

– Тогда иди. – Торн махнул рукой. – Завтра утром финальное заседание совета, которое официально подтвердит твой статус. Потом можешь выезжать.

Лена вышла, уводя за собой Тингола. Дверь закрылась. Торн стоял неподвижно, глядя на дверь, за которой скрылась Лиррэ.

– Вы правда её отпускаете? – спросил лорд Велен, появляясь из тени.

– Да.

– Но вы же не уверены насчёт дара?

– Не уверен. – Торн повернулся. – Но сейчас она не опасна. А если дар появится – мы узнаем.

– Каким образом?

Торн усмехнулся.

– В деревне есть люди. Пациенты. Соседи. Кто-то из них будет следить. За небольшую плату, конечно.

– Вы хотите...

– Хочу знать, что происходит в этой избе. Кто приходит, кто уходит, не случается ли чего необычного. – Торн сел в кресло. – Если она применит дар – особенно тёмную сторону – это станет известно. И тогда...

– Тогда?

– Тогда мы вернёмся. – Торн улыбнулся. – А пока... пусть живёт. Лечит своих крестьян. Дружит с драконами. Нам не к спеху.

– Мудрое решение, – склонил голову Велен.

– Иди, – махнул рукой Торн. – И найди мне кого-нибудь в той деревне. Умного. Незаметного. Чтобы докладывал.

– Будет сделано.

В покоях Лена металась по комнате.

– Он просто так меня отпустил? – говорила она. – Это подозрительно! Это очень подозрительно!

– Согласен, – кивал Тингол, строча в блокноте. – «Торн отпустил Лиррэ без объяснений. Скорее всего, замышляет гадость».

– Не каркай!

– Я не каркаю. Я фиксирую.

Лена остановилась.

– Думаешь, он что-то задумал?

– Обязательно. – Тингол поднял голову. – Такие, как Торн, просто так не отпускают. Он будет следить.

– Как?

– Не знаю. – Эльф пожал плечами. – Но обязательно.

Лена вздохнула и села на кровать.

– Ладно, – сказала она. – Будем думать об этом завтра. Сегодня я хочу просто выдохнуть.

– И поесть?

– И поесть. Нормально. По-деревенски.

Тингол кивнул и записал: «Лиррэ мечтает о деревенской еде. Патриотично».

Вечером, когда Лена уже засыпала, Тингол вывел в блокноте:

«День шестой. Итоги.

– Торн устроил проверку с подставным магом. Лиррэ применила ступку. Эффективно.

– Торн понял, что рисковал карьерой. Испугался.

– Торн отпустил Лиррэ, но, скорее всего будет следить за ней из тени.

– Лиррэ подозревает подвох. Правильно делает.

Вывод: война не закончена. Просто перешла в другую стадию.

P.S. Надо будет в деревне проверить, нет ли шпионов. И котов научить следить за подозрительными».

Лена во сне улыбнулась. Ей снились коты. И где-то далеко-далеко – тень дракона в небе.

Глава 29. Финальное заседание, или Как получить низший разряд

Утро началось с того, что Лену разбудил не стук в дверь, а собственное предчувствие.

– Сегодня последний день, – сказала она в потолок. – Сегодня всё решится.

Она встала, потянулась и посмотрела в окно. Столица шумела, маги летали, где-то внизу торговали на рынке. Обычное утро в большом городе.

– Знаешь, – сказала Лена, – я, кажется, начинаю скучать по деревне.

– По курам?

– По Кузьме. По бабе Зине. По коту на печи. По тому, что я там – главная.

– Ты и здесь главная, – улыбнулся Тингол. – Просто они ещё не знают.

– Спасибо, – фыркнула Лена. – Утешил.

– Я не утешаю. Я констатирую.

В Гильдию их привели ровно в десять. Большой зал, где проходило заседание Совета, впечатлял размерами. Высокие сводчатые потолки, длинный стол, за которым сидели маги в мантиях, и в центре – Торн, восседавший во главе как паук в центре паутины. Лена чувствовала себя муравьём, случайно забежавшим на территорию хищников.

– Лиррэ Ионаван, – объявил Торн, когда она вошла. – Приблизьтесь.

Лена приблизилась. Тингол остался у двери, но Лена знала – он записывает. Каждое слово. Каждый взгляд. Каждую интонацию.

– Совет заслушал отчёты о ваших испытаниях, – начал Торн официальным тоном. – Теория. Практика. Стресс-тест.

– Стресс-тест, – повторил один из магов, седой старик с длинной бородой. – Насколько я знаю, там было нападение?

– Нештатная ситуация, – быстро сказал Торн. – С нападавшим разобрались.

– Разобрались? – переспросил старик. – Я слышал, его ударили ступкой.

Тингол за спиной Лены тихо хрюкнул.

– Это был... нетрадиционный метод, – процедил Торн. – Но эффективный.

– Ступкой? – старик оживился. – Молодая леди, вы правда ударили мага ступкой?

– Правда, – кивнула Лена. – Он напал, а под рукой больше ничего не было.

– А магия?

– Я не владею боевой магией.

– Но вы целитель. У вас есть дар, вы могли поставить щит.

По залу пронёсся шёпот.

– Тишина! – призвал Торн. – Мы здесь не для обсуждения методов самообороны. Мы здесь для решения судьбы Лиррэ Ионаван в Гильдии.

– Судьбы? – переспросила Лена.

– Вашего статуса, – поправился Торн. – Мы должны определить, какой ранг вам присвоить.

– И какой вывод? – спросил старик с бородой.

– Вывод такой: Лиррэ Ионаван присваивается двенадцатый уровень.

– Двенадцатый? – Лена даже не поняла, хорошо это или плохо.

– Низший, – пояснил Тингол шёпотом. – Для начинающих.

– А, – кивнула Лена. – Понятно.

– С правом практиковать, – добавил Торн. – В своей деревне и окрестностях. Без права преподавать в академиях и лечить высших магов.

– Я и не собиралась, – буркнула Лена.

– Это официальное решение Совета. – Торн поставил печать на каком-то документе. – Поздравляю.

Лена взяла бумагу, даже не глядя.

– Свободна, – махнул рукой Торн. – Можешь возвращаться в свою деревню.

– Прямо сейчас?

– Прямо сейчас.

Лена развернулась, чтобы уйти, но её окликнули:

– Молодая леди! Подождите!

Это был тот самый старик с бородой. Он ковылял к ней, опираясь на посох, и глаза его горели любопытством.

– Я слышал, вы лечите русалок? – спросил он, понизив голос.

Лена замерла.

– Э-э-э... да. Было дело.

– Правда? – старик просиял. – Настоящих русалок?

– Ну, одну. У неё был грибок на хвосте. Лечила ванночками.

– Ванночками? – старик схватился за сердце. – И помогло?

– Помогло. Через неделю чешуя очистилась.

– О, Великая Магия! – старик схватил её за руку. – Милая, запишите рецепт!

– Что?

– Рецепт! Для русалок! – Он замялся и понизил голос до шёпота. – У меня жена... полурусалка. По материнской линии. У неё с кожей проблемы. Каждую зиму шелушится. Маги не помогают, целители не помогают, даже я не могу ей помочь.

Лена смотрела на него и пыталась переварить информацию.

– Ваша жена – полурусалка?

– Ну да. – Старик развёл руками. – Бывает. Мы пятьдесят лет вместе, а с этим всё никак не справимся. Помогите, а?

Лена вздохнула.

– Тингол, – позвала она. – Запиши рецепт.

– Уже, – отозвался эльф, появляясь с блокнотом. – «Для полурусалок: ванночки с корой дуба и календулой. Три раза в неделю. Курс – месяц».

Старик чуть не плакал от счастья.

– Спасибо, милая! – Он пожал её руку. – Если что – обращайтесь. Я хоть и старый, а в Совете голос имею.

– Спасибо, – улыбнулась Лена. – Буду знать.

Она вышла из зала, чувствуя себя странно.

С одной стороны – двенадцатый уровень. Низший. Обидно.

С другой – разрешение практиковать. И даже союзник в Совете появился.

– Ты как? – спросил Тингол, догоняя.

– Нормально. – Лена пожала плечами. – Двенадцатый уровень – это же не смертельно?

– Это почётно для начинающих, – успокоил эльф. Я записал. Исторический момент.

– Ага, – усмехнулась Лена. – История. Двенадцатый уровень. Потомки будут помнить.

– Будут, – серьёзно кивнул эльф.

В коридоре их нагнал лорд Велен.

– Лиррэ Ионаван, – сказал он официально. – Глава Торн просил передать, что это не конец. Он будет наблюдать за вашей карьерой. Если проявится дар... вы знаете, где нас искать.

Лена посмотрела на него долго.

– Передайте Торну, – сказала она, – что если он будет наблюдать слишком пристально, я могу прописать ему компрессы. От бессонницы. Очень эффективно.

Велен побледнел.

– Вы... вы угрожаете главе Гильдии?

– Я предлагаю помощь. – Лена улыбнулась. – Я же целительница. Двенадцатый уровень. Имею право.

Она развернулась и пошла, уводя за собой Тингола. Велен смотрел ей вслед с открытым ртом. В покоях Лена наконец выдохнула.

– Всё, – сказала она. – Завтра домой.

– Ты рада?

– Ещё бы. – Она плюхнулась на кровать. – Соскучилась по коту. По избе. По тому, что никто не пытается меня убить или проверить.

– Торн будет следить, – напомнил Тингол.

– Знаю. – Лена вздохнула. – Но это потом. А сейчас – свобода.

– Относительная.

– Тингол!

– Что? Я фиксирую факты.

Лена засмеялась.

– Ладно, фиксируй. Только сначала помоги собраться.

Вечером Тингол записал:

«День седьмой. Финальное заседание.

– Лиррэ присвоили двенадцатый уровень.

– Торн отпустил, но будет следить. Предсказуемо.

– Один из членов Совета попросил рецепт для жены-полурусалки. Теперь у нас союзник.

– Лиррэ пошутила про компрессы для Торна. Велен в шоке. Я записал.

Вывод: столица позади. Впереди – деревня, пациенты и, возможно, новые приключения.

P.S. Надо будет проверить, нет ли в деревне шпионов. И котов научить следить за подозрительными».

Лена уже спала. Ей снились коты, русалки и где-то далеко – тень дракона в небе. Завтра они ехали домой.

Глава 30. Возвращение домой

Дилижанс трясся по ухабам, ящеры мерно шагали, помахивая хвостами, а Лена сидела у окна и смотрела на проплывающие мимо поля. Столица осталась позади. Торн – позади. Испытания – позади.

– Я свободна, – сказала она вслух, проверяя, как это звучит.

– Относительно, – тут же отозвался Тингол, не отрываясь от блокнота.

– Тингол!

– Что? Я просто констатирую факт. – Эльф поднял голову. – Торн будет следить. Совет будет наблюдать. Гильдия – ждать. Но формально – да, ты свободна.

– Слушай, – сказала Лена. – Я всё понять не могу. Чего все так носятся с этим даром деда? Ну, убивать может. И что? Вон, боевые маги убивают без разбора, и никто им претензий не предъявляет. Фаерболлами направо и налево кидаются, и ничего.

Тингол посмотрел на неё серьёзно.

– Ты правда не понимаешь?

– Не понимаю.

– Боевые маги убивают, да. – Эльф задумался, подбирая слова. – Но это их работа. Они воины. Они обучены. Их контролирует Совет, Гильдия, император. Если боевой маг сорвётся – его остановят другие боевые маги. А дед был целителем. Целители по определению не могут убивать. Их дар – лечить. Максимум, что они могут в защите – выставить магический щит, кто-то слабее, кто-то сильнее. Торн, например, может накрыть щитом небольшую деревню.

– А дед?

– А дед мог убить одним прикосновением. – Тингол развёл руками. – Понимаешь? Целитель, который несёт смерть. Это ломает всё, что они знают о магии. Это пугает. Представь: ты идёшь к лекарю, а он может не только вылечить, но и убить. И никто не знает, когда он решит применить второе. Это страх.

– Но дед никого не убивал, – возразила Лена. – Ну, кроме тех, кто нападал.

– А они не знали. – Тингол пожал плечами. – Для них он был угрозой. Просто угрозой, которая ходит среди них и улыбается. Но они побоялись связываться. Наставник был силён. Очень силён. Если бы они начали войну, кто-то из них точно бы погиб. А умирать никто не хотел.

– Поэтому он просто ушёл из Гильдии?

– Поэтому. – Тингол кивнул. – И они вздохнули с облегчением.

Лена задумалась.

– А теперь они ждут того же от меня?

– Ждут. И боятся. – Тингол посмотрел на неё. – Потому что если у тебя есть этот дар, ты можешь стать такой же угрозой. Или даже больше. Потому что ты молодая. У тебя вся жизнь впереди. Ты можешь научиться, развить дар, стать сильнее деда. – Эльф помолчал. – А можешь передать его другим.

– Передать? – Лена насторожилась. – Как это?

– Целители могут передавать дар не только по наследству, – объяснил Тингол. – Но и ученикам. Если ученик достаточно талантлив и если учитель достаточно силён.

– И что?

– А то, – эльф понизил голос, – что если ты возьмёшь десяток учеников и передашь каждому частицу этого дара... у тебя будет десяток бойцов, которые могут убивать одним прикосновением.

Лена похолодела.

– Торн этого хочет?

– Торн этого боится. – Тингол покачал головой. – И хочет одновременно. Если он получит контроль над тобой, он получит контроль над этим даром. Сможет использовать его для своих целей.

– Каких целей?

– Власти, – просто сказал эльф. – Он рвётся к вершине. Но Верховного Мага просто так не одолеть. Нужно что-то особенное. А отряд целителей-убийц – это очень особенное.

Лена сидела молча, переваривая.

– То есть, – сказала она наконец, – я для него – потенциальное оружие?

– Да.

– Которое он хочет либо получить, либо уничтожить?

Лена закрыла глаза.

– Вот гадство, – выдохнула она. – И что мне с этим делать?

– Жить, – пожал плечами Тингол. – Лечить. Не давать дара ученикам. И надеяться, что Торн не придумает новый способ тебя достать.

– А если придумает?

– Тогда будем придумывать, как защищаться.

Лена посмотрела на него.

– Ты со мной?

– Я эльф, – напомнил Тингол. – Я уже в истории. И не собираюсь из неё выходить.

Лена вздохнула и снова уставилась в окно. За окном было красиво. Зелёные холмы, синее небо, редкие облака. И никаких магов, летающих над головой. Никаких башен до неба. Никакого Торна с его холодной улыбкой.

– Знаешь, – сказала она, – а я ведь привыкла.

– К чему?

– К деревне. К избе. К тому, что каждый день – новый пациент, новые истории, новые проблемы. – Она улыбнулась. – В столице всё было... ненастоящим. Люди как будто играли роли. А там – живые.

– Это называется «принятие», – философски заметил Тингол. – Ты приняла этот мир как свой.

– Думаешь?

– Уверен. – Эльф полистал блокнот. – Я записывал твои реакции. Первый месяц: «Где я?», «Что происходит?», «Верните меня домой». Второй месяц: «Кузьма, не ешь сало», «Баба Зина, не тяните». Сейчас: «Соскучилась по коту». Прогресс.

– Ты серьёзно записывал мои реакции? И что ещё ты записал?

– Много чего. – Тингол задумался. – Например, что ты начинаешь говорить как местная. Вместо «ужас» – «страсть какая», вместо «очень» – «до чего ж». Вместо «спасибо» – «спаси Хранитель».

– Я так говорю?!

– А ты не замечала?

Лена замерла.

– Нет, – честно сказала она. – Не замечала.

– Вот видишь. – Тингол кивнул. – Ассимиляция прошла успешно.

Дилижанс тряхнуло сильнее обычного. Лена чуть не слетела с сиденья.

– Ящеры, – пояснил возница снаружи. – Дорога плохая. Держитесь.

За окном потянулись знакомые места. Вот лес, где они собирали травы. Вот поле, где паслись коровы. Вот деревня, где жил тот мужик с «само пройдёт».

– Скоро дома, – сказала Лена.

– Ты рада?

– Очень. – Она улыбнулась. – Соскучилась по коту. По бабе Зине. По тому, что я там – нужна.

– А по Корвусу?

Лена замерла. Вопрос повис в воздухе, тяжёлый и неудобный.

– Не знаю, – сказала она наконец. – Наверное, да.

– Наверное?

– Ну... – Лена замялась. – Он ушёл. Сам. Без объяснений. Оставил меня одну в этой ситуации.

– Потому что ты всё ещё человек, хоть и признана целителем двенадцатого ранга, – Эльф вздохнул. – Вы, люди, всё меряете быстротой реакций. Ушёл – значит, не любит. Молчит – значит, забыл. А для магов время течёт иначе.

– Ты уже это говорил.

– Повторю. – Тингол посмотрел на неё серьёзно. – Он может думать месяц. Год. Десять лет. Для него это не срок.

– А для меня – срок.

– Значит, вам придётся учиться жить в разных временах. – Эльф пожал плечами. – Или не жить.

– Я хочу его увидеть, – сказала она тихо. – Очень.

– Я записал. Это исторический момент. Первое честное признание. – Эльф показал блокнот. – «Я хочу его увидеть. Очень». Цитата.

Лена закрыла глаза.

– Ты невыносим.

Дилижанс ехал дальше, а Лена думала. О Корвусе. О его глазах, которые умели быть холодными и тёплыми одновременно. О его руках, которые умели убивать и бережно держать ступку. К вечеру они добрались до постоялого двора, где ночевали по пути в столицу. Тот же трактир, та же комната, даже старушка с курами сидела в углу и пила чай. Они поужинали, поднялись в комнату. Лена легла на кровать и уставилась в потолок.

– Тингол, – позвала она. – А если он не вернётся?

– Вернётся.

– Откуда такая уверенность?

– Потому что он смотрел на тебя так, как смотрят на то, без чего не могут жить. – Эльф открыл блокнот. – Я записал. «Взгляд Корвуса. День первый. День второй. День двадцать четвёртый». Мне продолжать?

– Не надо. – Лена улыбнулась. – Спасибо.

– За что?

– За то, что ты есть.

Лена смотрела в окно и считала верстовые столбы. Ещё двадцать. Пятнадцать. Десять. Пять. Три. Один. И вот она – родная деревня. Знакомые крыши, знакомые поля, знакомый запах дыма из труб.

– Дома, – выдохнула Лена.

Дилижанс остановился у околицы. Лена выпрыгнула, чуть не упав от радости. Тингол вылез следом, увешанный сумками с блокнотами.

– Пошли, – сказала Лена. – Коты заждались.

Они пошли по знакомой тропинке к избе. Сердце колотилось где-то в горле. Дверь была приоткрыта. Лена толкнула её и вошла. В избе пахло ромашкой и мятой. Коты на печи – все трое – синхронно повернули головы и заорали от радости.

– Рыжий! – Лена бросилась к печи. – Соскучились?

Коты орали, тёрлись о руки и явно требовали отчёта, где она была и почему так долго.

– Я вернулась, – сказала Лена, гладя их. – Вернулась.

– Лиррэ-лекарка! – раздалось с порога.

Баба Зина стояла с корзинкой и смотрела на неё сияющими глазами.

– Вернулась! А мы уж думали, не доедете! Кузьма вон картошки притащил, я пирогов тебе напекла!

– Спасибо, баб Зин, – улыбнулась Лена.

– А маг ваш где? – спросила баба Зина, оглядываясь. – Не видать что-то.

Лена замерла.

– Не знаю, – сказала она тихо. – Может, потом.

– Ага, – понимающе кивнула баба Зина. – Бывает. Мужики – они такие. То есть, то нет. Ты не расстраивайся, Лиррэ. Придёт.

– Спасибо.

Баба Зина ушла, оставив корзинку с пирогами. Лена стояла посреди избы и смотрела на пустой угол. Тот самый угол, где всегда сидел Корвус. Пусто.

– Он был, – сказал Тингол, заходя следом. – Я чувствую. Магический след свежий. День, может, два. Может, ещё вернётся.

Лена вздохнула. Она подошла к столу, разобрала травы, погладила котов. Жизнь продолжалась.

Вечером Тингол записал:

«Возвращение домой.

– Лиррэ вернулась в деревню. Счастлива.

– Коты встречали. Орали. Тоже счастливы.

– Баба Зина принесла пироги. Кузьма обещал картошку.

– Корвуса нет, но его след есть. Был недавно.

– Лиррэ сказала: "Если захочет – вернётся". Я записал.

Вывод: дом есть дом. Даже если в нём кого-то не хватает.

P.S. Надо будет проверить, не оставил ли Корвус послание. Эльфы иногда так делают».

Лена уже спала. Ей снился маг. С холодными глазами и тёплыми руками. И где-то далеко – тень дракона в небе.