Текст книги "Тысяча гигатонн (СИ)"

Автор книги: Андрей Скоробогатов

Соавторы: Дмитрий Богуцкий
сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 16 страниц)

– Без понятия, – огрызнулся Песецъ, – мне приказали, я гружу, завидуй молча, окурок.

– Ты кого окурком назвал, маньяк недобиток? – опасным тоном поинтересовался Перельман.

– Разговорчики в строю, – негромко произнесла Октавия следуя за мной и тут же болтливые корабли примолкли. Невероятная всё-таки у неё дисциплинирующая мощь. Прям не знаю, как бы я без этого с ними справлялся. В угол бы, наверное, ставить пришлось, шалунишек.

Я задержался на причальной палубе, наблюдая как в корабль грузят спасательные капсулы, тут реально было всё, что смогли наскрести по флоту.

Сложные ситуации требуют сложных решений. Делаем, что можем.

Октавия доложила, что члены бросовой коллегии уже заняли рабочие места на вершине лифта, корабли флота вышли на оптимальные орбиты разделившись на транспортабельные группы, все готово, можем начинать.

– А если на Первопрестольной не справятся с переброской? – очень обоснованно, но не слишком вовремя поинтересовалась Иоланта. – Что будем делать без их флота?

– Обойдемся, – бросил я, а что еще сказать то? – На этот случай у меня готов план Бэ.

– А Бэ, это значит «безумный»? – прищурилась ехидная ученица.

– Ничего-то от вас не скроешь, сударыня, – буркнул я. – Да, что-такое и означает.

– Ну, так я вас не первый день знаю, господин, учитель, – усмехнулась Иоланта.

Предварительный план выброса предполагал более или менее синхронный выход в целевой системе в трех разных областях. Конечно с первой же секунды этот план полетит в ад. Но я надеюсь полетит примерно в одном направлении и со сравнимой скоростью.

Мы уже закончили погрузку, не всё конечно успели, но время уже не ждет, и начали поднимать трап, когда услышали:

– Стойте! Стойте!

Это Василий Гаврилович оптимат наш в последнюю секунду успел подняться прмичальную палубу «Песца» с Хромосферным Палачом, который за ним на плече, изнемогая, тащил Вова Крестовский.

Эк Василий Гаврилович Вову-то припахал. Умеет старый оптимат делегировать, не отнять.

– Вова? – удивленно подняла надменную бровь Иоланта.

– Успели, – выдохнул Вова, на подгибающихся ногах затаскивая Палача вверх по пандусу.

– Ага, успели, – согласился я. – Молодцы. А Палача чего притащили? Он же неисправен.

– Теперь совершенно исправен! Мы его даже улучшили, – Василий Гаврилович похлопал по Хромосферному Палачу на плече застонавшего Вовы у которого от этого тут же ноги в коленях просели. – Круче старого вдвое. Должен пригодится, я так думаю. Ну и я с вами. Поборемся еще за живучесть, да старая лоханка?

Песецъ проворчал в ответ на гиберлинке нечто непереводимое и наверняка не печатное. Ничо, переживет. Василий Гаврилович нам весьма кстати в этой переделке.

– Добро пожаловать в команду, – улыбнулся я, старому оптимату. – Надеюсь, бабуля не слишком расстроится.

– А мы ей ничего не скажем, – подмигнул мне этот хитрый ловелас.

Вот же жук. Но человек он в бою проверенный, надежный, я рад, что он сегодня с нами.

– Вова? – деланно удивился я. – А ты стройку, что ли, бросил?

– Я же ваш оруженосец, – ответил, задыхаясь, Вова под тяжестью стратегического меча. – А стройкой пусть папа занимается, если ему так нравится.

– Ну тогда таскай, оруженосец, – усмехнулся я. – Смотри, только не надорвись.

– Да вот-вот надорвусь, – буркнул Вова, сбрасывая меч на руки двум палубным сервам едва не раздавив обоих в хлам. Ну, да, Палач здоровенная дура, в этой махине кило сто, не меньше…

– Надену доспехи с сервокаркасом, и полегче будет, – сообщил Вова.

– Ладно, – усмехнулся я. – Закрывайте люк. Больше никого не ждем. Все по местам, минутная готовность.

Я прошел в резервный оперативный тактический пункт, который занял мой штаб под управление операцией.

Жнец уже в десантном скафандре поджидал меня тут.

– Быстро ты, – произнес я, располагаясь в своем адмиральском кресле. – А где Эрнандес?

– Дома с дочкой, – коротко ответил Жнец. – Готовят эвакуацию на Куру. Им не впервой.

Ну да, они у него беженцы со стажем.

Эрнандес, Даша, да бабуля. Должны справится. Обязаны…

– Вова, а где твоя Эльза? – поинтересовался я.

– Я оставил её дома, – гордо отозвался мой оруженосец.

– Серьёзно? – удивился я. – И как же ты её убедил?

– Ну, раз вам можно, Ваше Высокопревосходительство, то и мне можно, – легкомысленно отозвался Вова.

– Это из-за детей, – с осуждением ответил я. – Кто-то должен о них позаботиться.

– Ну, а у нас ещё будут дети, – оптимистично заявил Вова. – И тогда она точно позаботится о них.

– Пф! – усмехнулась Иоланта. – Хорошо, что я решила не спешить с деторождением, вот чего из-за детей бывает. Я лучше в сражении поучаствую!

А в пункте управления уже вовсю кипела работа, огромная тактическая голлограмма окрестностей Второпрестльной обновленной по самым свежим разведданным уже сияла над круглым столом. Тут ждали только меня.

Вот сейчас закончу одно важное дело, так сразу и начнем.

Я инициировал широковещательную конференцию и обратился с речью к экипажам кораблей и десантникам, которым вот-вот уходить в бросок.

– Соратники! Бойцы! Товарищи! Там на Второпрестольной гибнут люди. Наши люди! Наши соратники! Спасти их можем только мы! Вломим Орде всей нашей мощью, так, как мы это умеем! Наотмашь, чтобы клочья во все стороны полетели! Мы долго готовили этот план, мы сделали все чтобы этот удар был внезапным, непредсказуемым, ошеломительным!

Хотя, конечно, я сам час назад не знал, что он будет. Но, тем не менее, я выдержал паузу и продожил.

– Мы гнев небес! Мы молот богов. Мы их раздавим! Все как один! Вперед! За империю! За человечество!

– Ура-а-а-а-а-а-а-а! – отозвалась в миллион глоток единым ревом мощь всего флота и десанта.

Когда я слышу это, то верю, что мы затащим.

Корабли начали уходить в бросок один за другим. Они не свалятся прямо на головы ордынцам, мой план хитрее. Но кому-то придется упасть ей как тяжелая сосулька на башку, и если не пробить, то ошеломить, отвлечь все внимание на себя.

И конечно этим кого-то я назначил себя. Ну а кого еще послать на такое самоубийственное дельце? Кто еще такое затащит? Ну вот то-то.

Я в своем бронированное кресле развернулся к столу, охватил взглядом все детали тактической схемы. Пока всё нормально. Но это только пока.

Не больше чем через минуту всё полетит к черту. Но пока план выглядит живым, реальным, красивым даже.

Но он не продержится и пары минут. Что будет потом не знает никто.

Ладно, хватит. Без нервов. Война свой план покажет. Уже пошел обратный отсчет и для нас. До броска три секунды.

Две. Одна. Ни одной.

– Ну, понеслось, – пробормотал я, напрягшись в адмиральском кресле.

И, конечно, тут же всё и понеслось.

Потому что ровно в этот момент один из членов бросковой коллегии на площадке на вершине первого орбитального лифта, откуда они один за другим отправляли корабли в бросок, огромное, невыносимо огромное количество тоннажа даже для них – надорвался от непосильной нагрузки, схватил внезапный инсульт, столбом свалился на пол и умер на месте.

А мы уже летели брошенные им куда-то туда.

Глава 3
Тысяча гигатонн в секунду

Блин!

Этот гребанный план и гребаной секунды даже не продержался, сломался в самом начале! Мой личный рекорд.

Летим теперь точно неизвестно куда! И выйдем ли живыми из броска – неизвестно.

Что-то он затягивается…

Вышли! По классу и цвету солнца и положению крупных, но потускневших звезд сразу понял, что это система Второпрестольной, алилуйя! В правильную сторону полетели. И долетели.

И мы живые!

Ну, пока что…

– Где мы? – прорычал я. – Определить местоположение! Немедленно!

– Система Второпрестольной… – пробормотал дежурный навигатор. – Где-то в поясе обитания…

– Да я и так в курсе! Где точно⁈ – рявкнул я. – На схеме покажите! Я хочу все видеть!

Нужные отметки наконец появились на тактической карте. Всё не так уж и плохо.

Всё гораздо хуже, чем я надеялся!

Чёртов план! Все пошло не так!

– «Песецъ»! «Песецъ»! – орал Яков Перельман. – «Песецъ» не вышел из броска! Кто-нибудь! Скажите, что видите его! Песецъ! Отзовись!

«Перельман» в составе первого дивизиона. Они вышли там, где я наметил. И уже начали вести огонь по намеченным заранее целям. Ну хоть что-то прошло по плану.

Судя по докладам второй и третий дивизион также выходили на намеченных для них орбитах. И второй точно так же, как и первый обрушил шквал огня на ордынские корабли.

Но мы были от них всех слишком далеко…

– Лучше бы нам не отзываться, – пробормотал Жнец, глядя на экраны внешнего обзора.

Там, вокруг нас на сколько хватало разрешающей способности тактических телескопов, летели по орбите над планетой, десятки и сотни кораблей-могильников, огромных, как малые планеты. В основном – класса «Тиранозавр-Комедиант» и «Кракен-Зануда», это одиннадцатый и двенадцатый человеческий класс размерности, не меньше.

Их ряды загораживали свет солнца. Мы прятались в их тени.

– Вот дерьмо, – прошептал Вова. – Мы в самой их середине.

И это было чертовски верно.

Мы были в самой середине Орды. И Орда нас ещё не заметила. И это точно ненадолго.

– Может быть, если мы будем вести себя тихо-тихо… – прошептал Вова.

– Да хрен там! – прорычал я. – Так даже лучше будет! Атакуем немедленно! Или нас просто тупо и бездарно прикончат!

– Нам кабзда, – уныло заключил Вова.

– Кабзда, да не та, – прорычал Песецъ во всеуслышание. – Главнокомандующий! Для меня было честью служить с вами! И мы там, где должны быть! Соберитесь все, нас ждет горячие тридцать секунд, и не все из присутствующих доживут до их конца!

Чертовски верно, старый убийца…

– Я одинокий воин на пути славы! – внезапно запел, а может зарычал Песецъ в своем ультранизком демоническом диапазоне. – Пусть прольется град стрел и гром небесный сокрушит небеса, но воин, не дрогнув, направляет колесницу навстречу гневу богов! В любой непонятной ситуации – выбирай путь, ведущий к героической смерти, и я выбираю его, не дрогнув, ведь только этот путь – единственно истинный! Делай, что должен, и будь что будет! Из звезд мы вышли, к ним и вернемся! И я пройду долиной смертной тени и не убоюсь зла, взойду к небесам по лестнице из черепов моих врагов, потому что я самый злобный хер во всей округе, с самым охренительным пенетратором в галактике! Увидимся на другой стороне, поганцы! Или вы, обезьяны, собрались жить вечно⁈

Все в командном пункте в полном охренении смотрели на меня.

Ну и чего так смотрите? В сказку, думаете, попали? Или реально думали жить вечно?

– Погнали, – процедил я. – Огонь из всех орудий. И пусть живые позавидуют мертвым.

И «Песецъ» словно взорвался.

Десятки и сотни спасательных капсул стартовали с его корпуса, разлетаясь стремительно расширяющимися кольцами, словно огненная корона из выхлопов их двигателей. Словно адский салют, фейерверк конца света. И нашего конца, потому что после такого номера нам точно не выжить.

По космическим меркам мы палили практически в упор, с «пистолетной дистанции», как это когда-то называлось на парусном флоте. Никто не мог уклониться от нашего удара. Мы тоже – но мы нанесли свой удар первыми.

И следующие тридцать секунд были тем ещё адом. Тысяча гигатонн в секунду – есть тысяча гигатонн. Такую плюху мало кто на этом свете переварит смертельно, не подавившись. Да вообще никто не пеереварит.

«Песецъ» щедро разбрасывал импровизированные тандемные термоядерные торпеды в спасательных капсулах, а ничего другого мы просто не успели соорудить.

И они не кончались, потому что мы набили ими корабль до отказа. Как тот рояль в башне корпорации – фейерверками, не зря же устроили компьютерную симуляцию в виртуальной реальности! Это был настоящий полный «Песецъ», начиненный смертью и разрушением. И Песецъ пел свою песню.

– Я сеятель смерти! – орал он, падая между взрывающимися кораблями Орды, кругами рассшвыривая бомбы. – Я бог войны! Это мой час! Это мой день! Неповторимый день! Я счастлив! Я так счастлив!

Ну хоть кому-то здесь хорошо.

Спасательные капсулы, выброшенные на полусветовой скорости электромагнитными катапультами – пассажиров-то нет, по стенкам не размажет, – неслись к ближайшим целям, разжигая на лету двигатели, с помощью которых уходили в интенсивное маневрирование в зоне безусловной корабельной обороны. В той самой, в которой жгут всё, что движется быстрее корабля. К ним добавлялись торпеды и ракеты из всех возможных торпедных и ракетных аппаратов. Они взрывались, пораженные лазерами. Прорывались сквозь рой встречной шрапнели. Поражали цели двойным взрывом – первым на поверхности, а вторым – уже влетев внутрь на параболическом фронте ударной плазменной волны, пробивая несчастный кораблик до осевых хорд и взрываясь внутри, выворачивая полкорпуса наружу в одной короткой вспышке.

На «Песце» больше всего пусковых установок такого типа, поэтому мы тут. Ультимативное оружие последнего шанса.

– Вот так-то, твари! – заорал Вова, тоже завелся с полоборота. – Получите! Получите! Хрен вы нас достанете!

– Ага, щаз, – процедил я. – Жди ответку, сейчас пожалует.

Я глянул на мрачного Жнеца в кресле младшего офицера:

– Кокон на движущийся объект ставить можешь?

– Могу, – отозвался Жнец.

Ага, ожиданий не обманул.

– Ну так давай ставить! – я махнул рукой. – Я нос, ты корма! Надеюсь, нас хватит.

– Понял. – отозвался Жнец.

– Я тоже могу! – внезапно выдала Иоланта.

– Чего? – возмутился Вова. – Это с каких пор?

– Пока ты спал, я медитировала, – самодовольно сообщила Иоланта. – Вот и научилась.

Ого, вот это новость! В общей куче сообщений падающих мне после ремонта Системы на внутренний экран, я сообщение об этом ее апгрейде благополучно пропустил.

– Прикрывай обитаемую часть, – приказал я Иоланте.

– Есть Ваше Высокопревосходительство! – браво отсалютовала Иолната.

– Вот стерва, – пробормотал Вова.

– Завидуй молча, – бросила Иоланта.

– Учись, Вова, – добавил я. – Отстаешь, оруженосец!

– Я дворец для регентов строил! – возмущенно заявил Вова. – Когда бы я успел?

Тем временем, Иоланта поставила свой кокон и даже сумела синхронизировать его с движением корабля. Он у неё меньше моего и того, что поставил Жнец, словно спрятался внутри них, но это и к лучшему, образовалась более надежная многослойная защита.

Вот теперь, когда нас трое, а с отстающим Вовой – почти четверо, это реально похоже на серьезный энергетический кулак, которым старался обладать каждый уважающий себя император, инструмент проецирования силы и применения сфокусированной мощи. А ведь я намерен стать уважающим себя императором. Иначе зачем это все?

И, может, мы теперь действительно продержимся. Я же блин вообще никак не планировал выброс в середине вражеского строя…

Ага. А вот нам и ожидаемая ответочка полетела…

Ордынские корабли не сразу перенесли на нас свой огонь, наш первый и второй эшелоны изо всех сил закидывали их торпедами и прижигали огромными пучками квадробластерных болтов, ордынцы отбивались вспышками лазеров и выбросами противоракетной шрапнели. Но наконец они перевели на нас прицелы своих огромных орудий и понеслась!

Бах! Весь корабль содрогнулся, когда кинетическая энергия обернулась в тепловую на поверхности кокона и породила звуковую волну на каркасе нашего корабля.

– Ух, ты блин, – проговорил Песецъ. – Вот черт!

Это ему прилетело еще раз с другого направления.

– Маневрируй! – прорычал я.

И «Песецъ» маневрировал, сбрасывая с себя актуальные прицелы и уходя от огненного потока совокупного залпа половины ордынского флота. Если бы в нас попали, нам бы уже пришел конец. Но пока толком не попали

Наверное потому, что Орда поливала непрерывным огнем не только нас, но и остальные наши корабли на других направлениях.

Мой флот начал получать попадания. Флот начал нести потери.

– Первый эшелон! – прорычал я. – «Железная бабочка», Второй эшелон – «Гиперболоид»!

Эшелоны начали перестраиваться, как было приказано. Сложнее противнику, нам проще, у нас эшелонированная защита и эффективный короткий перенос огня, а у ордынцев часть кораблей по прежнему перекрывала сектор обстрела. И почти треть на низкой орбите над планетой. Они спустились туда для поддержки десанта на Второпрестольную и так просто в другую формацию из такой уже не перестроится, надо сначала отползти от края гравитационной воронки.

А мы им не дадим.

Относительно недалеко от нас, в шести сотнях километров, в отсветах от вспышек взрывающихся вражеских кораблей висел, размеренно двигаясь по своей орбите над планетой молчаливый мертвый Лунный Дворец. Он тоже скрывал нас от части ордынских кораблей.

– Песецъ, прячься в тени Дворца! – приказал я.

– Понял тебя, командир! – прорычал Песецъ, уходя от очередного встречного потока высокотепмпературной плазмы.

А я проводил взглядом кувыркнувшийся на обзорных экранах черный диск Дворца на фоне голубого серпа Второпрестльной, удерживая в фокусе возникшую мысль.

Лунный Дворец – вот он. Рукой подать. Рискнуть или нет? Рискнуть?

Десять секунд, обдумать. Вцепиться – или бросить. Время пошло.

Расстояние до Дворца.

Расстояние до ближайших кораблей нашего первого эшелона. Выживание кораблей первого эшелона. Выживание кораблей второго эшелона.

Выживание «Песца». Выживание команды.

Взвесить, измерить, признать негодным.

Пять секунд.

Взаимное положение объектов в системе, расположение скоплений кораблей, векторы их общего движения, их положение через пять минут, через двадцать минут, через полчаса, через час. Десантные корабли Орды заходят на выброс, несмотря на то, что мои корабли уже сбивают их на высоких орбитах.

Масштабы наземного сражения на северном континенте Втропрестольной разрастаются в геометрической прогрессии. Уже убиты миллионы. Еще миллионы погибнут в ближайшие три часа. Если ничего не изменить.

А я могу изменить.

Десять секунд прошло. Прошу ещё пять. Держи свои пять.

«Песецъ» получил очередную плюху, нас заметно встряхнуло в защитных креслах.

Баланс взаимных потерь. Запасы гигатонн на борту «Песца» уже истрачены. И хотя мы пробили огромную дыру в рядах ордынских кораблей, словно взрыв звезды, и от столкновений обломков пошла цепная реакция – нам не хватит сил разрушить объединенное сопротивление Орды, уничтожить все её корабли, всех её десантников. Никак. Не сходится. Не сходится.

Если не убрать из уравнения одно крупное обстоятельство. А я могу его убрать? Я смогу его убрать и не сдохнуть?

А вот это уже не важно. Обратного пути уже полчаса как нет. План есть, готов к выполнению.

Я вернулся из сверхтранса боевого планирования.

За прошедшие пятнадцать секунд наши дела от просто скверных сместились на позицию необратимой катастрофы.

– А, блин! Вот, козлы! – Это Песца вовсю мордовали ответным огнем и он, рыча и ругаясь встречал удар за ударом. – Твари ротомордые! Да, чтоб вас!

Ему прилетало со всех сторон, кидая из стороны в сторону. Если бы не локальная гравитация – нас всех бы уже кровавый фарш взболтало.

Поставленный многослойный кокон ещё стоял, отражая большую часть ударов, один я бы так долго его не удержал.

Ага, вот один слой погас, это часть Жнеца, он тут же растянул новый слой. Крепкий парень Жнец, не отнять. Весь в деда.

– Всем на борту, посменно, надеть десантные скафандры, – приказал я по общей связи. – Штаба это тоже касается. Вова, мой комплект для тяжелого штурма.

– Сейчас будет! – выпалил Вова отстегиваясь и высовываясь из кресла.

– И сам обрядись! – крикнул я ему в спину. – И захвати Палача!

– Будет сделано! – крикнул Вова не оборачиваясь.

– Василий Гаврилович, – произнес я.

– Слушаю, – оптимистично не по ситуации отозвался наш престарелый оптимат.

– Готовьтесь к борьбе за выживание, – мрачно сообщил я. – Сейчас нам пустят кровь.

– Вас понял, – отозвался оптимат. – Побрахтамемся!

Ага. На вас одна надежда, что мы дотянем туда куда стремимся.

– «Принц Александр» вызывает «Песца»! – прокричали по общей связи. – «Принц Александр» вызывает «Песца»!

Во! Это ещё кто там надрывается? Никак Череп? Неужто беспокоится за нас?

– «Песецъ» на связи, – прорычал я в общий канал, залезая в доставленный Вовой из арсенала доспех. – Череп, это ты? Чего хотел?

– Не лезьте на рожон! – проорал Череп в ответ. – Я тут с группой товарищей флиртую с ордынскими над северным полюсом Дворца! Мы вас отсюда прикроем, главное – не нарывайтесь! Уходите в тень! Там они вас серьезно не покалечат! Поберегите старичка!

Да, это он хорошо придумал. Тоже, видимо, гены прорезались, в родимого дедушку пошел, стервец.

– Это ты кого старичком назвал, чепушила смешная? – опасным тоном осведомился Песецъ.

Вот мне тоже очень интересно стало, кого. Не меня ли часом?

– Ой, да не заводись, убийца малолетних преступников, – захохотал во весь голос Череп. – Я ж со всем уважением!

– То-то, – мрачно буркнул Песецъ, уклоняясь от очередного выброса ярости со стороны Орды. – Запомни и не забывай.

– Череп, действуй! – приказал я. – Удерживай точку напряжения над Дворцом, я сейчас тебе подгоню подмогу.

Отвечая на мою команду, части второго эшелона выбросили к Дворцу два длинных клина из тяжелых крейсеров, выжигая все перед собой. Под их прикрытием к Дворцу рванули наши десантоносители. «Принц Александр» с компаньонами под командованием Черепа шел параллельно этим клиньям, не давая их рассечь и рассеять ударами с более высоких орбит и вбить наш десант.

А мы старались выжить, прорываясь им навстречу. срывая двигатели. Обзорные экраны вибрировали, звезды на них двоились.

Перед нами все дрожит, за нами все горит. Натурально горит, позади нас догорает огромная сфера обломков, выбитая нами из рядов противника. Жаль, боеприпасы кончились, а то бы мы им еще вломили.

Если мы вырвемся живыми, я сумею воспользоваться этой пробоиной во вражеском монолите наилучшим образом.

Кого другого уже сожгли бы трижды, но мы ещё держались. Мы ещё держались!

Орда медленно, словно огромный неспешный динозавр наконец начала реагировать на наше давление, уловила логику нашего движения, забеспокоилась. Подтягивала силы, стараясь отразить наше давление.

И стараясь перехватить «Песца», не дать нам уйти. Вырваться.

Но коридор к Дворцу уже расчищен. И Череп на своем «Принце Александре» не давал ордынцам его перекрыть. Осталось только им воспользоваться.

Мы почти ушли, но на выходе к Дворцу нас догнали в кормовую проекцию несколько огромных квадробластерных болтов основного калибра, пролетевших через облако оставленных нами обломков.

«Песца» этими последовательными ударами наклонило, закрутило вокруг оси.

Корабельные огни на миг погасли, меня едва не сбросило с места из-за вмиг ослабшей палубной гравитации, но потом медленно снова разогрелись один за другим. Гравитация притянула меня обратно к палубе за подошвы доспехов.

– Да чтоб вас, – проговорил я, вставая на палубе.

Это было опасно и очень близко.

– Сука, – прошептал «Песецъ», старый корабль, приходя в себя. – Это был гребанный нокдаун.

Я выдохнул. Пронесло.

И именно в этот момент мы и поймали три своих фатальных финальных плюхи. Они прилетели одна за другой, как удары пылающей дубинки, бах-дах-бам! сбив все коконы тщательно установленные нами над корпусом корабля, разорвав в клочья внешнюю палубу, разворотив две орудийные башни.

Вышибли из нас всё уцелевшее дерьмо.

* * *

Дорогие читатели!

Если вы уже дочитали до 12 тома, и есть пара минут – напишите, пожалуйста, какой-нибудь комментарий в том номер 1 ( /work/441009 ). Спасибо, и приятного чтения!