Текст книги "Тысяча гигатонн (СИ)"

Автор книги: Андрей Скоробогатов

Соавторы: Дмитрий Богуцкий
сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 16 страниц)

– Как давно функционирует этот комплекс? – спросил я Октавию во время посадки.

– Как только вас выбрали Великим Князем, ваше высочество, – вкрадчиво ответил за неё Андрон.

– Хм. А сколько человек обслуживают эту радость?

– Общий штат – двести пятьдесят человек и семьдесят сервов, господин главнокомандующий. На Орхидее с сервами плохо…

– Понимаю, – кивнул я. – С сервами плохо. Зато, видимо, с финансированием хорошо. Что-то жирновато для одного моего визита в год, особенно если учитывать, что я ещё пару часов назад ничего не знал про это богатство. Ладно, пошли на выход.

Нас встречали в традициях Орхидеи – девица в купальнике, с ветвистой короной на голове, на блюде лежала здоровенная копчёная рыбина, от которой следовало отломить ломоть, макнуть в соусницу и съесть.

Не, разве я мог отказать в удовольствии выполить такой ритуал. После, уже располагаясь и изучая многочисленные покои дворца – продолжил допытываться.

– Так за чей счёт это богатство?

– О, не волнуйтесь, Ваше Высочество! – воскликнул Андрон. – Могу вас заверить, всё профинансировано на средства резервных фондов, и никакие важные статьи бюджетов не пострадали. Более того, они дают ценные рабочие места и способствуют развитию регионов.

– Я делегировала задачу строительства ваших резеденций Андрону, – на всякий случай пояснила Октавия.

– Делегировала, значит. И сколько их всего, этих дополнительных резиденций? – спросил я.

– На данный момент девять и строятся ещё два, – сообщил Андрон. – Орхидея, Гиацинт, Ковыль, Помпада, Первопрестольная, Коварол, Войпель, Циркон. Строятся на Второпрестольной и на Большом Цефалоте.

Это тот самый, из-за которого был конфликт Ганзоригов и Олдриных.

Что-то многовато резеденций оказалось!

– Мдаа… Сплошное разорительство. И много у меня этих резервных фондов?

Андрон и Октавия синхронно выразили на лице некоторое удивление.

– Конечно. Достаточно. Мы же предоставляем все отчёты по подконтрольным вам фондам, личным, муниципальным и государственным. Вы их просматривали последний раз… шесть дней назад.

– Ладно, – отмахнулся я рукой. – Вечером изучу получше. Как там князь?

– Прибудет в течение получаса. Его светлость княжеский Егерь Вениамин Винтер тоже в пути.

И уже готовясь уходить – вдруг напряглась, встала с остекленевшим взглядом.

– Внимание! Обнаружено вторжение в зону безопасности поместья! Произвожу уничтожение!

Вот тебе и безопасная резиденция!

Глава 16
Графиня Гадюки

Октавия тут же вывела голограмму, изображающую ущелье. С одного из горных перевалов на нас летел рой дронов – плотная такая толпа, по одному аппарату на несколько квадратных метров.

Я посмотрел на это и даже приготовился поставить купол. Хотя почти сразу понял, что поместье действительно безопасное, и справится и без меня.

Откинулся на спинку кресла и принялся наслаждаться процессом уничтожения противника.

Квадробластерные турели тут же принялись поливать дорогу и склоны огнём. Красные точки гасли и падали, Октавия, судя по всему, помогала с этим, отключая удалённо аппараты, до которых могла дотянуться.

И всё это продолжалось целых четыре минуты.

А после поступил звонок от князя Иннокентия:

– Александр Игнатьевич! Кто-то атакует мои дроны! Вы видите что-то со стороны резиденции⁈

– Видим! – рассмеялся я. – Октавия, прекратить стрельбу. Это, оказывается, свои.

– Свои? Но как…

Стрельба, тем не менее, прекратилась.

А спустя десять минут пожаловал и князь. С торжественной процессией – на трёх белоснежных глайдерах-лимузинах, в сопровождании глайдербайков, шагоходов и боевых сервов. Сопровождали его сестра и какие-то дальние родственники и слуги, конечно же.

И, конечно же, оказалось, что это дроны князя. Своим штатным он почему-то не доверял, поэтому закупил услуги какой-то частной компании.

– Вот гляжу я на это, и возникает вопрос, кто это ещё к кому должен был приехать? – прокомментировал я, глядя Октавии.

– Мы посчитали, что это будет верным. Поразительно, что мне не сообщили, что это дроны великого князя!

На самом деле, как говорится, «в каждой шутке есть доля шутки»: я всё ещё был графом Герберы, и надо мной был князь Орхидеи и Сефирота, но в то же время я был избранным, но не вступившим в должность Великим Князем… Ну, все эти иерархические вопросы я сейчас обсуждать не хотел. Приехал князь – и приехал.

Мы пожали руки с Иннокентием, затем коротко, по-мужски обнялись, похлопав другу друга по плечу.

– Выросли, возмужали вы, Иннокентий Игоревич, – улыбнулся я, решив называть его на «вы» даже при личной беседе. – При всех текущих кризисах и косяках – всё равно, молодец. Не ошибается тот, кто ничего не делает.

– Вы очень многому меня научили в Академии, – кивнул молодой князь. – Вы сделали многое для меня и моей сестры. Я очень вам благодарен, Александр Игнатьевич.

– Но как так получилось, что мы атаковали ваши дроны? Октавия, разберись, пожалуйста.

Всё оказалось достаточно просто. Дронов реально было много. Тысяч десять, наверное – простеньких, маломощных, противокинетических и дронов-перехватчиков. И подрядная компания не нашла ничего лучшего, чем просто замостить дронами всю дорогу от княжеского замка до моей резиденции. При этом, конечно же, не внесла идентификаторы дронов и не сообщила об этом распорядителям поместья.

Ситуация была, с одной стороны, курьёзная. А с другой – была немного тревожной. Потому что показала одну всплывшую фамильную черту.

Молодой князь испугался и пытается спрятаться. Другой причины передвигаться по своим же землям с полотном дронов над головой – я не видел.

– Иннокентий Игоревич, вы помните, что ваш отец сидел в вашем замке… сколько? Семь лет? – деликатно, чтобы не обидеть, спросил я князя.

– Помню, – кивнул он. – Вы мне сейчас намекаете, что я слишком обеспокоился своей безопасностью?

– Намекаю. Не очень хотелось бы, чтобы вы вместо решения насущных проблем закрылись у себя во дворце. Но я уверен, что в итоге вы возьмёте от своего отца только лучшие черты.

Когда мы уселись в гостиной, попросив убрать все камеры, и когда прибыл Егерь, я уже перешёл к делам:

– Я уже был в Баженове. Видел местных бунтовщиков. Поговорил с местным заводилой. Неплохой парень!

– Вы его арестовали? Уничтожили? – оживился князь.

– Нет, зачем! Он готов честно послужить Империи. Слегка наивен, но явно действует из лучших побуждений. Что нельзя сказать о Прокудине. Вообще – надо искать заказчиков. Выгодополучателей. Что ж у вас так плохо спецслужбы работают, ваше сиятельство? Не доглядели за ними всеми, ай-яй-яй.

– Нехватка кадров, – вздохнул Егерь. – Мы считали, что достаточно вашего контингента, Коварольской службы горничных…

– У них несколько другие задачи. Следить не за внутренним правопорядком, а за вопросами безопасности флота и дворянского сословия. Но я понял задачу – попрошу направить вам на усиление моих специалистов.

– Как вы поступите с Джанибековой-Сикорской? – спросил князь. – Это же измена, ведь так?

– Вы можете лишить её вассалитета, – я развел руками. – Это должно быть ваше решение, а не моё. Вы же сами сказали, что вы – князь, а я – граф, ведь так?

Мы поговорили и о других делах, о флотских, юридических и прочих и, общем-то, договорились о том, как будем себя вести на завтрашнем заседании. А все вопросы о решении сути проблемы – продовольственно кризисе – оставили на потом.

А вечером мне позвонила Даша и с ходу огорошила:

– Ромул! Ромул!

– Что c ним⁈

– Он пошёл! Сам! Бабушка с ним играла, потом меня зовёт, говорит – смотри! А он вдоль стенки, а потом ко мне в руки прошагал!

– Ничего себе! А Рэм что?

– А Рэм не спешит.

– Ну, он у нас всегда такой. Слушай, хотел тебя спросить. Я тут княжеские титулы раздаю…

– Ага. Вике своей бывшей вроде бы княжну выдал.

А сама прищурилась так хитро. Мол, всё-то я знаю, давай, оправдывайся теперь, мужинёк.

– Вот я про это же, – сказал я, мужественно проигнорировав интонацию. – Тебе полагается княжеский титул.

– Что, предлагаешь, выбрать? Вот так просто? Саша, я не сильна в феодальном праве, я ещё совсем недавно баронесса… Но разве так можно?

– Можно, – кивнул я. – Есть выморочные княжества. У которых либо уже давно нет князя, либо никогда не было. Либо князь погиб во время нападения Орды на дворец. Я вроде как могу – когда стану Великим князем. А заслуг перед Империей у тебя предостаточно.

– М-м… – протянула Даша. – На самом деле, Саш, мне ничего не нужно. Наверное, я просто сейчас в режиме молодой мамочки, и слишком далека от этого всего. А что, это тебе прямо так необходимо?

– Да вот, полагаю, что лишние князья для грядущего регентского совета могут быть очень полезны.

– А… – немного рассеянно отозвалась Даша. – Ну давай тогда. Привези мне княжеский титул.

– Хорошо. Привезу, – легко согласился я.

А затем стал думать, прибегнув к помощи Октавии:

– Выведи-ка мне подробную сводку по пригодным для обитания планетам в Великом Княжестве, в памяти освежить.

За прошедшие с захвата Ордой Лунного Дворца время изменений накопилось приличное количество.

Всего в Великое Княжество входили триста звёздных систем с оранжевыми и жёлтыми карликами, пятьдесят систем с голубыми гигантами и целая прорва малообитаемых карликов всех прочих сортов и рацветок. Терраформированных планет с населением больше миллиона человек насчитывалось всего пятьдесят пять, и ещё под сотню планет и спутников с купольниками, и ещё сотни две – пригодные к терраформированию, либо даже атмосферные, но необитаемые. Правда, там, как всегда, спорные владения с другими вел-княжествами.

А ещё двадцать некогда обитаемых атмосферных планет были разрушены Ордой и находились в полном упадке. А пару звёзд на дальней окраине Княжества, некогда расположенного на фронтире программ терраформирования, ордынцы вообще успели употребить для накачки своих реакторов через хромосферный насос.

В общем, взглянул я на всё это – и понял, что раздолье просто неимоверное. Из семидесяти пяти княжеских кресел заняты сейчас ладно, если половина. Остальные – или пусты по причине анархии, или по причине отсутствия человеческого населения на планете. Либо, по причине отсутствия планет, мда. Ну, был у нас случай, когда кое-кто уничтожил бывшую столицу Великого Княжества… скормил чёрненькому шипастому питомцу, вернее, его тени…

Короче, сажай своих людей – не хочу! Поэтому было бы странно чувствовать вину за мой слегка импульсивный мув с титулом княжны для Виктории.

Да тут вообще – просто подходящих людей не хватит, сколько княжеских мест надо занять! И ведь наверняка примерно тем же самым будут заниматься все другие великие князья…

– Что, Потёмкин, – обратился я к своему фамильяру, – хочешь официальный княжеский титул? А почему бы и нет… Ты же у нас святлейший князь! И тебе дадим.

– Господин главнокомадующий… – немного опасливо уточнила Октавия. – Вы серьёзно? Давать княжеский титул неразумному, ещё и агрессивному всеядному существу – очень сомнительно с точки зрения феодального права! История знает только десяток случаев с баронским и графским титулами, которых давали домашним питомцам, сервам, а также одному сумчатому жирафу… Но всё это из разряда курьёзов.

– Сумчатому жирафу? Графский титул? Так где у вас сумчатый жираф – а где Святлейший Князь броненосец Потёмкин! – сказал я, торжественно поднимая Потёмкина за подмышки к потолку.

Осталось выбрать, кому что достанется.

Ну, и первые прикидки я сделал. Распределил княжества между своими – осталось получить согласие от всех них – но это я решил сделать при личных беседах, и после утрясания других формальностей.

Например, той незначительной формальности, что я сам до сих пор не являюсь официально вступившим в титул Великим Князем.

Как бы это провернуть-то? Чтобы одновременно и максимально-законно, и без лишних нервов, и прочего?

Во сне Империя Терровна сидела в своём кабинете, держа в руках две телефонные трубки, и увидев меня, стоящего в дверях, погрозила пальчиком и сообщила:

– Запись на аудиенцию – только для Великих Князей!

И вот это что было? Жирный намёк и очередное реальное общение через сон – или что-то вытесненное из сознания?

В общем, проснувшись, я сказал Октавии:

– Запланируй-ка после моего возвращения, примерно через недели полторы, полёт на Помпаду, и организуй там коронацию Великим Князем. Малым составом, минимальная церемония, пригласи только соседних князей, чтобы зря корабли не гонять.

– Мы полетим на челноке, господин главнокомандующий?

– Нет, на этот раз – малой флотилией. Сама разберись, подбери подходящие корабли, штуки три-четыре.

А потом начали прибывать гости местной дворянской ассамблеи. Первой прискакала Лидия, отчитавшись о том, что успешно поговорила с бароном Прокудиным и позвала его на свидание сегодня вечером.

– Почему вчера же домой не привела? – строго спросил я.

– Я, по-твоему, базарная девка⁈ – возмутилась она. – Я почтенная светская дама вообще-то. Нельзя же просто так – после первого же звонка звать себе в апартаменты. Я и прибраться там не успела…

Раздал указания боевым горничным установить слежку за кварталом, где расположены апартаменты, и отправил Капитана Немо с парочкой сервов-помощников для захвата, чтобы караулили.

После приехали ещё графья и бароны – всего около пятнадцати человек. Я был знаком только с Погуляевым-младшим, Зивертовым и Джанибековой-Сикорской, конечно. Она явилась самой последней, сухо поздоровалась и села на самые задние ряды, держалась особняком. Я заметил, как на приветственном фуршете к ней один за другим подходили офицеры, чиновники и члены свиты других домов и пытались говорить на повышенных тонах.

Я же просто попивал местную содовую, сидя в кресле и молча сверля её взглядом через весь зал. А она нервничала, я видел, прямо-таки отворачивалась.

Затем снова приехал князь, и началось само заседание… Ох, вот именно, что «началось». Кто сказал, что подобные ассамблеи и совещания на высшем уровне – скучное дипломатическое занятие? Мне доставляло истинное удовольствие наблюдать, как почтенные люди вертятся, как караси на сковородке.

Особенно после моего озвученного тезиса о том, что надо дать людям зерно.

Зивертов мгновенно взвился:

– … В моих резервах осталось зерна на две недели! Цены в магазинах подняты втрое! А вы просите у меня открыть запасы⁈

– Мой вопрос больше адресован госпоже Джанибековой, – ответил я. – На сколько месяцев у вас запасы? А? Ну-ка, подскажите?

– Мои запасы – это мои запасы! – ответила она. – Я не виновата, что подданные других дворян потребляют больше! Не я отвечаю за голод на других территориях…

Тут уже Погуляев-младший вскочил с места.

– На ваших территориях живёт пятьдесят миллионов! А на моих – полмиллиарда!

В зале поднялся шум. Джанибекова-Сикорская вжала голову в плечи, и мне казалось, что она боится, что в неё сейчас начнут стрелять.

– Тише, тише… Мы долго думали, как вам так хорошо удаётся держать под контролем продовольственную безопасность? А оказывается, Катерина Сергеевна, вы заранее копили. А затем ввели фильтрацию по импланту покупателя на выдаче и продаже продовольствия в магазинах, – продолжал я, плавно повышая голос. – И отпускаете только своим, и в розницу, и оптом. Вы же знаете, что уже процветает серый рынок по перепродаже зерна с ваших территорий. Уже были нападения на сухогрузы. И продолжаете сдавливать удавку на горле своих соседей. Но что самое интересное…

Я сделал многозначительную паузу.

– Четыре из пяти компаний-производителей удобрений на этой планете принадлежат вам или вашим людям. Все цепочки поставок с соседних планет также контролируются вами. И цены за последние годы росли вдвое быстрее инфляции. У меня один вопрос, Катерина Сергеевна. Вы всё ещё подданная империи? Вы всё ещё княжеский вассал?

– Я подданная Империи! – сдавленно, но всё ещё громко ответила она. – Но мне тяжело работать… тяжело жить в таких условиях! При Игоре Артемьевиче, при Церберовых было всё так хорошо и понятно! И зерна всегда было вдоволь! И налоги были меньше. Но как только вы появились в системе, Александр Игнатьевич…

– Довольно! – прервал её Иннокентий. – Я правильно понимаю, что я вам не нравлюсь, как правитель, и вы добровольно отказываетесь от вассалитета? И менять ничего не собираетесь?

– Я не… я не отказываюсь! Просто мне нужно больше свободы! На моих курортах самые дорогие курорты и виллы, я не могу позволить уважаемым людям и их прислуге голодать…

– Свободы? Какой, к чёрту, свободы? – зарычал князь. – В таком случае я сам лишаю вас вассалитета! И лишаю вас всех вверенных вам земель, кроме вотчинных, и лишаю вас места в дворянской ассамблее! Свободны!

Да, повзрослел парень. Моя школа! Семнадцать лет уже почти, гормон так и прёт. Что ж, если юный Кеша Неронов решил играть роль злого полицейского – то я сыграю роль доброго.

– Я так понимаю, речь про экономическую и дипломатическую свободу, – спокойным тоном предположил я и спросил у графини: – Скажите, если мы дадим вам больше свободы, то вы сегодня же снимите ограничения, снизите цены на удобрения и отдадите зерно из резерва?

– Ну, я подумаю, что можно будет сделать, – поморщилась Джанибекова-Сикорская. – Но дайте мне время, нельзя же так сразу…

И вдруг она вскочила с места, глядя то на меня, то на него, то куда-то в точку прямо перед собой.

– Да как вы… да разве вы смеете⁈ Разве он имеет право⁈

Видимо, князь уже произвёл соответветствующие манипуляции через имплант, а княжеский геральт всё подписал и подтвердил. И изменения уже отобразились в системе. Да, жёстко он. Обычно как минимум следует производить следствие, консультации, затем – показательный суд.

Наш план «А», обговоренный ранее с князем, таял на глазах, но я ещё не терял надежды сгладить острые углы.

– Да, конечно же может. Но вы не переживайте, Катерина Сергеевна. Мы вашим управленческим талантам зря пропасть не дадим. На правах Великого Князя для вас найдём тёплое местечко. Есть вакантные места графинь, управляющих континентами на Войпеле, например. Или ещё на Агате полярный контитент после Орды поприбрать. О! Номур! Он, правда, формально не относится к Вел-княжеству, на границе. Но отличное место, чтобы построить всё с чистого листа. Что там, кстати, до сих пор ордынцы?

Я повернулся к другим собравшимся.

– До сих пор, – кивнул Егерь. – Наши патрульные регулярно видят там корабли Орды, но обычно – разную мелочь. Максимум – «Сорокопуты».

– Отлично. Октавия, свяжись после по квантовой связи с Королёвым. Корабли Че… Чемберлена, Ганса Рейкина и Питера Блейза. Ну и тысячи две пехотинцев. Оперативное дежурство, зачистка, уничтожение всех судов Орды в течение пары недель. Пусть точно зарубят на своём ротомордном носу, что это наша система. Вы же не против, Иннокентий Игоревич, по поводу задействования флота?

На всякий случай проявил уважение к князю, заодно и обстановку разрядил, с темы соскочить попытался.

– Нет, конечно, проводите операцию, Александр Игнатьевич, – отозвался он.

– Зато я! Я против! – возмутилась Джанибекова-Сикорская. – Что мне делать на пустой планете⁈ Я дворянинка! А вы, адмирал, обращаетесь со мной, как… как с флотской палубной девкой!

И вот этим она мою порцию капель терпения исчерпала. Мы перегляулись с князем, и он кивнул.

Значит, мозгов не хватило у неё. Значит, договориться миром не получится.

Значит, план «Б».

– В этом случае могу предложить вам ещё более тёплое местечко! Графиня Гадюки, войд-герцогство Упырьское! Господа, уведите госпожу Джанибекову-Сикорскую, помогите собрать вещи и доставьте на Королёв. На сколько? Думаю, для первого раза пары месяцев будет достаточно.

Разумеется, параллельно я запустил уже подготовленный список приказов через Октавию – взять под контроль все базы челноков, все ключевые точки и все СМИ на континенте, подавить сопротивление гвардии, вот это вот всё.

Вроде бы всё? Всё успешно закончилось?

И тут случилось то, что, возможно, я и предусматривал – но всё-таки надеялся, что обойдётся. Два серва-привратника выхватили бластеры и встали стеной, готовые оборонять графиню. Странные какие-то бластеры. Интересно, они маломощные, парализационные, или и здесь нарушение, лениво подумалось мне, пока я уже выставлял купол.

А затем сервы выстрелили, синхронно. Два маленьких цилиндра хлопнулись на пол, перемигиваясь лампочками.

И вот тогда-то я и крикнул, хватая за шкирку князя и кидая его под стол:

– Ложи-ись!

Глава 17
Грей двигло!

Нет, конечно, я догадывался, что они попытаются изобрести что-то оригинальное, но такое? Свето-шумо-парализационная граната? Для разгона беспорядков, в зале вседворянского собрания? Серьёзно⁈

Перед тем, как глаза застелила дымная едкая пелена, а по ушам ударил грохот, я увидел, как у графини из массивной серьги на правом ухе выдвинулся и крепко укрыл нос и рот тонкий респиратор.

Затем наступила полная гулкая тишина цельновещественного кокона, слышалось лишь громкое дыхание князя в метре от меня.

– Вот же сучка! – проговорил он.

– Ну, князь, вам не подобает так изъясняться при вассалах! – не применул случаем съязвить я.

– Вы не вассал. Вы, Александр Игнатьевич, сейчас мой сотоварищ по чрезвычайной ситуации. Зачем это она⁈ Разве так можно?

– Ясно, зачем. Слинять пытается.

– Но разве у неё получится?

– Конечно не получится! Но она из тех людей, что отлично просчитывают ситуацию на шаг вперёд. А ещё через шаг любая тактическая хитрость грозит обернуться стратегической глупостью.

Дым потихоньку рассеивался, вытягиваемый системами вентиляции.

Я оглянулся, желая насладиться финалом представления. За окном неровным из-за порции ядовитого дыма, но вполне уверенным шагом, в гордом одиночестве от резиденции к стоянке челноков шагала Джанибекова-Сикорская. Шла-шла – и уткнулась в прочный барьер, отчаянно замолотив кулаками, словно лапкам золотая жужелица, которую поймали в стеклянную банку. Это я изловчился и второй кокон поставил, прямо на движущуюся цель.

На короткий миг, конечно, у меня возникло желание сжать кокон до таких размеров, чтобы поломались все кости, стало невозможно дышать, как пойманную муху в кулаке скомкать…

Но я же не злодей. При всём том зле, что она совершила – это же сейчас, по сути, беззащитная женщина, пусть и феодал. К тому же – небесталанный управленец. В ссылке мозги ей выправят, ещё сможет пригодиться.

Ну, а затем из зала выбежала Октавия и мощным хуком отправила графиню в нокаут.

– Всё? – спросил князь. – Сервы! Там остались её сервы!

– Всё. Они обезврежены, стоят неподвижно, Октавия их вырубила. Господа! – я, встал, снял кокон и обратился к собравшимся, бОльшая часть которых валялась в отключке или яростно откашливалась. – Объявляется перерыв на реанимационные процедуры. Полтора часа!

А чего, они думали, что из-за какой-то парочки светошумовых гранат можно будет слинять с совещания? Как будто бы эта мелочь может являться предлогом для отлынивания от рабочих задач!

И после все вернулись, и закрутился маховик обсуждений. Сильно продуктивнее разговор пошёл.

С союзных челноков приказали произвести десантирование в районе заводов удобрений и бункеров-элеваторов резерва Джанибековой-Сикорской. И нейтрализовать сопротивление, если потребуется. Назначить совместное управление из егерьской стражи, совместно с Погуляевым и проверенными людьми с Помпады, Ледовская-Жувак поделится кадрами…

– Только это не поможет, – заявил Зивертов.

– Почему? – спросил я.

– Сейчас проблемы с распределением связаны с экономикой. Нехватка зерна, его причина – нехватка удобрений, нехватка техники, сервов. Но уже в этом сезоне прибавится изменение климата.

– Это какое такое изменение климата?

– Так называемый Супервулкан, – подсказала Октавия. – На северной гряде четыре месяца назад проснулась цепочка вулканов. В течение года ожидается похолодание на три градуса по всей Орхидее. Юг Большого Аграрного континента рискует замёрзнуть, даже при условии поставки удобрений – общее снижение урожая зерновых и кормовых на две трети по планете.

– Хм. Октавия, проведи аналитику, когда и почему это случилось. Я не очень верю в совпадения. Не думаю, что это просто так, по воле Творцов одновременно с голодом вдруг случился супервулкан. Что же по поводу удобрений…

– Ваше высокопревосходительство, – обратился к нам один из баронов. – Джанибекова-Сикорская не просто так стала монополистом на рынке удобрений. Все поставки и зерна, и удобрений из других планет княжества, и из Центральных планет – осуществляются через Всеимперскую товарную биржу. А там творится чёрти что! Котировки пляшут непонятным образом. Тендеры перехватывают компании-пустышки. Стоимость товара меняется, в зависимости от планеты, причём безо всякой привязке к логистике, ей богу!

– Например? – поинтересовался я.

– А я приведу вам пример. Я сверялся со своим двоюродным братом из Циркона, связывался по квантовой связи. В один момент времени прислать сухогруз с кубокилометром чернозёма высшей категории с Пихты до нас стоило на пять миллионов имперок дороже, чем до Циркона! При том, что до нас ближе на четверть.

– Октавия, разберись, – попросил я.

И она тут же отписалась мне во внутренний экран.

«Всё программное обеспечение товарных, сырьевых и корабельных бирж контролируется корпорацией „Апофис“, расположенной на Асториазисе. Вероятно, след Хольмдома. Сервисы используют квантово-подпространственное шифрование на базе региональных ротор-процессоров Гейзенберга, их невозможно взломать. Из решений – могу попробовать запустить их аудит».

«Запусти, конечно.»

Сам же принял очевидное решение:

– Что ж, пока всё не закончилось – придётся заливать всё деньгами и резервами. Я сегодня же поручу связаться с Ковылём и Помпадой по поводу организации гуманитарных поставок зерна. К концу недели должны будут прибыть первые сухогрузы.

Один из баронов спросил меня:

– Но как решить проблему оттока рабочей силы? И беженцев… некоторые районы остаются перенаселены. В них люди голодают больше всего, и именно они требуют переселения на Герберу.

– Герберу уже вовсю называют Третьепрестольной, – проворчал Егерь.– Жить в будущей столице Империи надо ещё заслужить.

Тут он был прав. Конечно, мои двери были открыты, но тут был тот самый случай, когда дашь укусить палец – откусят руку. В Империи сотни планет с куда худшим экономическим состоянием. Одно дело – трудовая миграция квалифицированныз кадров, и совсем другое – превращение столицы в один большой лагерь беженцев.

Но барон не унимался.

– Но на Орхидее мало суши! Мы – планета-океан. А у вас так много площади!

– Да бросьте, – усмехнулся я. – Я на верю, что один миллиард человек не помещается на семи континентах, пусть и небольших! Даже с учётом гор, курортов и прочего. И мы уже говорили сегодня об этом – на Курортном материке живёт всего пятьдесят миллионов человек.

– А ещё есть два заповедных контитнента, – несколько мрачно сообщил Егерь. – Там живёт меньше миллиона. В прошлые годы я бы даже не подумал это озвучить, но… поскольку Иннокентий Игоревич не склонен продолжать традицию княжеской охоты – возможно, стоит начать их освоение.

Тут же в зале началось возмущение.

– Нет, но как можно, это же священная земля княжеского рода…

– Я не против, – отозвался Иннокентий. – Только чтобы без ущерба экологии.

Октавия тут же кивнула, выводя на экран карту с уже подсвеченными зонами строительства.

– Можно использовать пять процентов площади в бухтах на побережье для размещения лагерей временного проживания и хозяйственной инфраструктуры для них. Они смогут вместить пятьдесят миллионов человек, как раз население бедных, голодающих районов…

Мы ещё пару часов обсуждали плотность населения, планы по вынужденному переселению, организацию выдачи пайков голодающим и прочие идеи.

Проблем оставалось много. Во-первых – захваченный лифт. Люди оттуда просто никуда не собирались уходить.

Во-вторых – вулкан этот. Беспокоил он меня, с супервулканом точно надо было что-то делать…

И в третьих – все мегапроекты на Орхидее упирались в нехватку ресурсов. Строительная отрасль была в упадке, новых больших проектов на планете на было уже несколько десятилетий. Строить новые города было некому, рабочей силы не хватало – сервы не работали, а из людей очень многие уже уехали на заработки на соседние планеты, остались старики и дети.

Так вот беда, и на Гербере ресурсов не хватало! Октавия давала выкладку – чтобы завершить все строительные проекты – желательно минимум пятьдесят, а лучше сто миллионов рабочих рук…

– Хрен с ним, – махнул я рукой. – Они хотели столицу – будет им столица. Октавия, организуй-ка мне канал с Угэдеем Угэдеевичем Ганзоригом. И «Калигуле» напиши, чтобы сюда вёслами гребла.

Заседание закончилось сильно под вечер. Лидию я отпустил сильно раньше, потому как у неё было назначено свидание – с одним из главных дирижеров местных беспорядков.

И только я отправил по домам всех гостей, напоследок поговорив с Егерем и князем о дальнейших шагах, только принял душ и откинулся на спинку кресла с безалкогольным коктейлем в руке на берегу пруда…

Как коммуникатор тут же взорвался: позвонили и Лидия, и Капитан Немо, возглавлявший команду слежения.

– Прокудин ушёл! Он вышел из челнока, пошёл к дому… затем резко развернулся, заговорив с кем-то, и убежал! – это Лидия.

– Я преследовал на глайдербайке, командир, но он добежал до челнока и теперь стартует, – это Немо.

– Октавия, пеленгуй и веди засранца, – сказал я и неохотно отложил коктейль.

Вот ведь, никак не дадут отдохнуть!

– Челнок делает петлю, которая завершается ровно над курортным континентом. Выдать координаты патрульникам?

И что-то щелкнуло у меня – я поднялся и решил.

– Не. Сам хочу. Нечего инфоповоды создавать. Иолай, грей двигло.

– Вы имели в виду «необходимо активировать предстартовый прогрев двигателей», командир? – осведомился дотошный челнок в голосовом чате.

– Не. Я сказал «грей двигло». Это означает «активируй прогрев двигателей, выполненный с максимальной резвостью и в ожидании изнурительной погони».

– Грею двигло, командир! – отозвался Иолай.

Мы запрыгнули в челнок втроём – я, как был, в халате, ещё Октавия и Андрон.

– Пойду переоденусь, – сообщил он и поспешил к контейнеру со своими туловищами, который прихватил с Герберу и который занимал добрую половину грузового отсека челнока.

– Только быстрее, ща грузанёт, – сообщил я, по высокой параболе поднимая корабль в небо.

Да, давненько я «с дрифтом» не стартовал с грунта на малых судёнышках! Гравитаторы не справились, и аж самого впечатало, и уши заложило, а по отсекам прокатилось что-то, что было не закреплено. А ещё халат распахнулся, вот срам-то какой, хорошо, что только Октавия видела, она уже и не такое повидала.

Мы резво набирали высоту и шли на уравнивание орбит, чтобы к концу его витка догнать и забортовать челнок.