Текст книги "Тысяча гигатонн (СИ)"

Автор книги: Андрей Скоробогатов

Соавторы: Дмитрий Богуцкий
сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 16 страниц)

И он, похоже, почуял. Ещё на пару тысяч километров до точки сближения резко попёр вверх, на геопереходную.

Я попробовал выйти на связь. Тщетно – отказ в подключении. Пришлось оставить сообщение:

«Остановитесь, барон, надо поговорить».

После такого он попер вверх ещё резвее.

– Газу, Иолай, газу! – скомандовал я.

– Не могу, командир, я не гоночный челнок, мои маршевые не приспособлены для быстрых эволюций на орбите! – отзывался Иолай.

– Но ты уж постарайся!

– Но я стараюсь!

И он действительно постарался – поддал маневровыми, ещё и единственную бластерную турель отвернул обратно и стал палить из неё широкими болтами, добавляя импульса по принципу ротор-плазменного двигателя.

– И чего, такое помогает? – спросил я ради интереса.

– Да, командир. Ожидаемый прирост ускорения – один и два десятых процента!

Я уже видел челнок невооружённым глазом – маленькая такая, мерзкая красная точка всего в паре километров от меня.

А ещё взглянув краем глаза на отчеты и логи, я увидел, как открылся шлюз.

– Что за срань⁈ – вопросил я.

– А это Андрон, – пояснила Октавия. – Он решил совершить боевое десантирование с туловищем «Бородавочник». У него с Немо какое-то своё соревнование на этот счёт.

– О, это долгая история, о владыка! – послышался голос Андрона по аудиоканалу.

– Ну и нахрена⁈ – задал я риторический вопрос, а затем прицелился и сделал пару «щелбанов» малыми силовыми копьями по роторплазменным движкам.

Движки закашляли и ушли в отказ, прирост ускорения замедлился.

– Тпру, – скомандовал я Иолаю, дёргая штурвал на себя.

– Есть «тпру», командир, – подтвердил команду челнок.

Мы включили передние тормозные почти так же резко, как и стартовали. Дёрнуло в ремне, а позади нечто с грохотом покатилось по полу салона обратно.

А затем меня укусили за ногу!

Внезапно, очень внезапно укусили, хоть и не сильно больно!

Я громко выругался, машинально надавив на гашетку турели. Посмотрел вниз, а оттуда, из-под сиденья на меня крайне недовольно глядел Потёмкин!

– Святлейший князь! Так вот кто у нас по салону катался. Простите великодушно! – сказал я, поднимая зверька на коленки и почёсывая за ухом в знак примрения. – Что ж вы так, осторожнее надо быть. Вы зачем сколобочились во время полёта? Что же вы себя не бережёте! Всё, уговорили, в качестве извинения – будет вам княжеский титул, так и быть!

– Командир, наблюдаю второе судно! – сообщил меж тем Иолай. – Второй размерности, яхта второй размерности, серии «Ручей». Идёт на сближение.

Я посмотрел нарисованную траекторию.

И тут же Андрон отозвался.

– Произвожу десантирование для захвата!

– Осторожнее давай! – сказал я.

Мы сблизились с челноком Прокудина на какие-то смешные сотню метров. И только после я заметил, что мой выстрел разворотил здоровенную дыру в боку корабля.

Вот блин. А я ж не хотел его убивать, просто догнать хотел. Он же мне живым нужен. Ну, надо исправть ситуацию. Недолго думая, я вызвал челнок.

На этот раз отозвался не то серв, не то челночий мозг.

– Его Непритязательность барон Прокудин-Нищий не имеет желания общаться со своими мучителями и убийцами!

– Вот как? Его Непритязательность! Он хоть жив? И не ранен? Тогда что молчит?

– Его Непритязательность барон Прокудин-Нищий просит передать что не будет общаться с узурпатором, потому что верен императору!

– Император мёртв, если что, – напомнил я. – Я лично видел его гибель.

– Его Непритязательность барон Прокудин-Нищий просит передать, что возмездие за попытку оскорбления грядёт.

И сеанс связи закончился.

– Нам теперь бояться? – спросил я у собравшихся.

В шутку, конечно, спросил – это мне-то, и бояться. Но команда восприняла серьёзно.

– Второе судно идёт на сближение! – напомнил Иолай. – По всей видимости, это кто-то из его знакомых.

– Господин главнокомандующий! – вдруг воскликнула Октавия. Это яхта «Салли Кристен Райд»! Я проследила её маршрутную траекторию!

– Давай, удиви меня, – сказал я, уже чувствуя неладное.

– За последние месяцы она совершила около десяти рейсов по маршрутам от Орхидеи до разных планет Великого княжества Асториазис, включая столицу княжества! – затараторила она. – Она садилась в окрестностях Баженово позавчера! Но самое удивительное, что фиксируется посадка на островах Северной Гряды здесь, на Орхидее, как раз за сутки до того, как началось извержение супервулкана!

– Оп-па! А капитан? Владелец яхты?

– Владелец – Иван Петрович Иванов с Тандеи, сто один год, по всей видимости, подставное лицо. Кто же в данный момент управляет… – Октавия прервала вещание, вдруг ещё сильнее повысив голос и перейдя в режим сирены: – Фиксирую старт торпед среднего радиуса!

Вот как! Торпеды! Ещё и среднего радиуса! Ещё и с интеллектуальным наведением, судя по всему.

Конечно, были способы получше, но повинуясь общему, можно сказать, халатному настроению мероприятия – захотелось сбить их вручную, бластерной турелью.

– Ручное управление! – озвучил я своё решение.

– Может, я сам лучше, командир? – осторожно поинтересовался Иолай.

– Нет! Сам справлюсь!

И принялся молотить болты очередями, ровно ведя по торпедам.

А они не сбивались.

Летели, как летели, прямо, двумя дугами, сходящимися на нас, в одной точке.

А подбитый челнок вдруг непонятным образом пошёл в движение, наращивое ускорение и отрываясь от нас.

А несчастный Андрон в штурмовом-десантном туловище «Палач» на маневровых уже пролетел почти сотню метров и летел дальше, тщетно пытаясь его поймать.

А торпеды не сбивались!

– Андрон, назад! Назад, говорю!

– Нет, я десантируюсь, о владыка! Я принесу вам его голову!

– Назад!

А сам давлю на гашетку, точно попадаю по торпедам, и им хоть бы хны!

Десять секунд до сближения. Восемь! Пять!

И вдруг допёрло, почему они не сбиваются. Да потому что вокруг них, мать его, защитные коконы энергией Большого Взрыва устаноовлены!

– Саша! Кокон! – заорала Октавия.

И тогда я понял, что Андрона уже разорвало на части.

Глава 18
Фонд поддержки животноводства

Взрывы был неядерные, но мощности добавил эффект аннигиляции от столкновения защитных коконов. Защита обзорного экрана сработала не сразу, на миг в глазах нехило так побелело.

Челнок Прокудина тем временем резво пристыковался к атаковавшей нас яхте, и она вместе с ним нырнула в прыжок, добавив ко взрыву ещё и возмущений континуума.

Я, конечно, швырнул напоследок силовое копьё – в назидание, что называется, но успел ли, возымело ли это эффекта – уже так и не понял.

– Ох, мои приборы, – сообщил Иолай. – Но все системы в норме.

– Андрон⁈ – крикнул я по всем каналам. – Ты где⁈ Живой⁈

Ответа по голосовому каналу не было. Вокруг нас ещё крутились мелкие обломки, вероятно, составлявшие некогда штурмовое туловище «Бородавочник-5».

– Иолай, ищи!

– Наблюдаю голову.

– Лови её!

Опять наш Андрон стал головастиком. После мы вырулили из тучи обломков, с, догнали на низкой тяге медлено летящую в сторону открытого космоса оторванную башку Андрона, поймали её магнитным фалом и засунули в челнок.

Черепушка была треснутая, мозг в отключке, благо, в контейнере с туловищами хранился утренний бэкап. После, уже на пути назад, Октавия приладила голову к хранящемуся в контейнере запасному туловищу «Дон-Жуан», слегка подлатала и восстановила память.

– О-о, миледи, вы, как всегда так добры ко мне… – начал он, когда мы успешно его запустили.

– Прошу прекратить, тем более с этим туловищем, – безаппеляционно

В леопардовых труселях наш раненый боец, действительно, выглядел весьма экстравагантно.

– Мне как-то не по себе. Хотя уже намного лучше. Что произошло? Иолай, поделишься логами?.. О… мой «Бородавочник»… Это уже третье моё потерянное туловище, как жаль, как жаль.

В общем, Андрон был спасён, хоть и весьма опечален.

– Воспринимай свои штурмовые туловища как расходник, – усмехнулся я. – Давате лучше подумаем, как нам отыскать этого засранца, который подобрал вот этого второго засранца. И кто у нас может быть из адептов Большого Взрыва такой способный.

– Допрошенные снайперы с площади составили портрет предполагаемой дамы, которая принесла им оружие, – Я проанализировала данные с камер в местах стоянки яхты «Салли Кристен Райд», фиксируется сходство фигуры и внешности пилота до восьмидесяти процентов!

А вот это уже хорошая зацепка.

В поместье, переодевшись, наконец, из халата в повседневную одежду, набрал Лидию.

– Что ты знаешь об этом персонаже? – сказал я, выведя в чат общения модель-фоторобот.

– О, да, помню её, – сказала Лидия. – Видела один раз была на общей сходке с Хольмдомом. Какой-то его оперативник. Вроде бы даже способная, как я поняла. Всё время сидела и молчала, кивала, распоряжения слушала.

– Это та самая, из Сотня Извергнутых? – предположил я. – Про которую ты говорила.

– Он их так не называет, – поморщилась Лидия. – Называет «неофициальными коллегами», что-то такое. Ну, среди них есть совсем отмороженные типы, с ними-то он не работает, совсем мараться не хочет.

– А это, выходит, не такая отмороженная, – усмехнулся я. – И как её звать?

– Он её назвал как-то… Ванда. Или Вонда. Что-то такое.

– Ты знала, что это она – та самая, которая мутит воду на Орхидее?

– Нет… – нахмурилась Лидия. – Даже если она и появлялась раньше – мне про неё не говорили. Просто говорили, что «отправят кого-то». Ну… вообще, логично, Хольмдом понял, что я его, типа, предала, и отправил заниматься Орхидеей другую.

Вроде бы правду сказала. Если данные верны – как раз пару месяцев назад эта Ванда здесь и появилась.

И что самое паршивое – никаких точных данных мы так и не раскопали! Похоже, кто-то озаботился дизайном цифрового следа.

– Кто ещё может о ней знать?

– Смирнов, возможно.

– Это тот самый, которого ещё папаша нашего князя в тюрягу посадил? Хм… а это любопытно. Октавия, а найдёшь, где он сейчас? Вроде на каторжном судне? Сгоняем, поговорим.

– Он переведён на «Кентавр-5», – тут же сообщила моя помощница. – Троянский астероид, тюрьма для особо-опасных.

– Недалеко?

– По меркам маршевых линейного корабля – недалеко, что до Иолая…

– Я готов! – тут же отозвался челнок.

– … Одиннадцать часов на полной заправке, – закончила Октавия. – Однако, если лететь сегодня – завтра нас подберёт транспортник, и обратно полетим быстрее.

– Я готов! – повторил челнок.

– Мы тебе ещё царапины от встречи с Бирюзовой Фурией не замазали… впрочем, если лететь в ночь – почему бы и нет. Решено. Летим сегодня вечером. А вернёмся с попуткой.

Ближе к вечеру позвонила Даша. Точно таким же взволнованным, что и в прошлый раз тоном сообщила:

– Рэм! Рэм!

– Что с ним⁈

– Он тоже пошёл!

– Отлично! Даша, как ты относишься к тому, чтобы через пару недель нам с тобой прогуляться всей семьёй на Помпаду?

– Это ты по поводу княжения? Не, просто погулять – это я всегда за. Но про княжение… Может, всё-таки не надо? Ну какая я княжна. Мне и баронский титул жмёт.

– Надо, Даша. Надо, – вздохнул я. – А что касается баронского титула – у тебя же дедушка оптимат Гиацинта. Это по статусу вполне как барон.

– Хорошо, – смирилась, наконец, Даша. – Скажу Иоланте сшить платье. А какой хоть планеты?

– Немезис, Даша, – сообщил я. – Твоей родной планеты. Ты была последним ребёнком, который родился там до эвакуации гарнизона.

Даша поменялась в лице. Я предвидел это – воспоминания о детстве, связанные с первым срабатыванием её способности, для неё точно были неприятными.

– До эвакуации гарнизона, в котором вина в том числе моя, – проговорила она.

– Брось, ты была ребёнком. Твоей вины в радиационном заражении нет. А ты уже тысячу раз искупила эту вину перед человечеством.

Дашу что-то отвлекло – видимо, дети или домашние, и мы завершили разговор.

– Бабуля передаёт тебе привет. Поговорим об этом дома!

Вечером прибыл Капитан Немо, закончивший с пленниками. Я его отправил на следующее задание, в захваченный космический лифт. Там работёнки будет достаточно…

Мы же уже привычной компанией погрузились в «Иолай» и направились к троянскому астероиду.

Траектория была не той, что днём ранее, и на высоте в пару тысяч километров я теперь хорошо и невооружённым глазом разглядел супервулкан – вернее, цепочку из трёх вулканов северной гряды мелких островов.

Да. Небо оно коптило изрядно. До континентов ещё слабо доходило, но шлейф на половину полушария. А если так дальше и продолжит – то всё небо затянет, и тогда точно вулканическая зима.

Надо что-то делать, точно.

Никакой погони теперь не намечалось, вести челнок было кому. В небольшой каюте я расположился на койке и принялся изучать отчёты по фондам и накоплениям, привычно выбрав «самую лаконичную» форму отчёта, там, где тысячи, миллионы и миллиарды имперок обозначались буковками «К», «М» и «Г». Увлекательнейшее занятие!

(скрыто) Личный фонд Принца Александра Леонова-Иванова – 13,3К

Личный кошелёк Александра Иванова – 49,5М

Фонд коммунального хозяйства планетарной инфраструктуры Герберы – 11М

(скрыто) Фонд ордена Преферанс – 192,5М

Фонд Академии АХАВ – 456К

Фонд развития флотилии Войд-герцогства Упырьского – 300К

Фонд топливного консорциума Гуля – 69,6М

Фонд предприятия «Герберский мегазавод» – 1,15Г

Фонд поддержки животноводства – 1,8Т

Банковские фонды планетарного банка Герберы – 3,2Г

Фонд восстановления и строительства Войпеля – 0,3Г

Стоп. Я остановился и промотал пару строк выше. Вгляделся. Прочитал ещё раз.

Фонд поддержки животноводства – 1,8Т

Буква «Т», не «Г». Это чего, один и восемь… триллиона имперской валюты⁈ Ну не в герберках же это, герберки уже всё, отошли как историческое явление.

Не, тут точно какая-то ошибка. Или нет? Название такое непримичательное, короткое, затесалось вместо двумя длинными. Наверняка я много раз проматывал мимо…

Поднялся, вернулся в кабину пилота, где тихо и мирно, возможно, даже в состоянии частичной гибернации «дремали» Октавия и Андрон, для приличия переодевшийся в обычный «Лорес-103».

– Та-ак. Друзья мои. Один триллион восемьсот миллиардов. Это какой-то косяк, или что?

– Это про что? – уточнила Октавия. – Цифры совпадают с текущим состоянием фонда поддержки животноводства, всё верно?

– Верно.

Октавия и Андрон уставились на меня несколько недоумевающими взглядами, насколько в принципе такой взгляд возможен у всезнающих сервов.

– Вы же много раз видели эту строку, господин главнокомандующий? – уточнила Октавия.

– Да! Да, блин, наверняка я её видел! Но откуда… какого хрена там такая гигантская сумма⁈ Наверное, я автоматически видел там букву «Г», и читал, как один и восемь миллиардов. Но даже это много, банковские фонды Герберы немногим больше! А выходит, они меньше… в пятьсот раз⁈

– О, я всё ждал, что вы спросите! – воскликнул Андрон. – Вы же помните, что я в начале нашего с вами знакомства брал у вас два процента за все сделки по переводу валют? И говорил, что инвестирую их.

Я кивнул.

– Помню. А потом мы договорились на две сотых процента. И?

– А вы помните, как вы пропадали дважды? После дня десантника и после убийства императора?

– Помню, конечно. Хочешь сказать…

У меня аж холодок по спине пробежал после догадки.

– Ко дню десантника мои накопления составляли три миллиона имперок, – продолжил Андрон. – Я поставил на ваше возвращение полтора миллиона из них. Соотношение было один к сотне, в итоге, за вычетом комиссионных, налогов, трат на отмывку средств и прочего у меня было сто пятьдесят один миллион герберок.

– Так… А второй раз?

– Ко второму разу с учётом капитализации, выигрышей на других ставках, прочих удачных инвестиций… у меня было двести восемьдесят миллионов. На то, что вы выжили, ставка была один к одиннадцати тысячам. Я поставил двести миллионов и на выходе получил две триллиона двести миллиардов. В дальнейшем мы поняли, что наиболее безопасным местом хранения будет фонд животноводства, возглавляемый Петром Скорым.

– Надеюсь, ты больше не станешь повторять подобные эксперименты? – хмыкнул я. – Всячески осуждаю игру на ставках и прочие лудоманческие мероприятия.

Андрон даже как-то обрадовался.

– О, да, да! Конечно же, я не стану повторять. Только если вы вдруг не исчезните ещё на пару лет!

– Не дождёшься… Два двести, ага, – всё ещё переваривая услышанное, отозвался я. – А тут один и восемь. Куда потратил четыреста миллиардов? Не то, чтобы это что-то меняет, просто любопытно.

– Андрон, не говорите ему! – воскликнула Октавия. – Его высокопревосходительству необходимо выспаться! С учётом анализа психологического состояния полученная информация с большой вероятностью вызовет бессонницу! Я бы могла произвести искусственную седацию, но Александр Игнатьевич всегда против этого.

– Ты понимаешь, что вы оба меня теперь заинтриговали, и теперь точно спать не хочется! – нахмурился я, но затем махнул рукой. – Ладно. Хрен с вами, металлические. Назло вам возьму сейчас – и усну.

И действительно уснул – главнокомандующий сказал, главнокомандующий сделал.

И спалось отлично – часов девять, не меньше проспал. Встал за полчаса до прибытия, успел привести себя в порядок и разобраться с сообщениями – распоряжения по продовольственному кризису выполнялись, бунты в Баженово постепенно затихали, с Герберы тоже плохих новостей не было.

Разговор по поводу финансов решил отложить.

На тюремной станции «Кентавр-5», которая покрывала своей поверхностью добрую половину небольшого булыжника, конечно, все были предупреждены. В тесном холле за тремя бронированными шлюзами выстроилась половина персонала и десяток боевых сервов во всеоружии.

– Позвольте, ваше высокопревосходительство, разрешите продемонстрировать нам наш музей, у нас чудесная коллекция изъятых средств для побега…

– Как-нибудь в другой раз, – насколько мог, вежливо отозвался я, искренее надеясь, что другого раза не будет.

Не люблю посещать такие заведения. Да и мелкие астероиды не люблю посещать.

Нас провели тёнмыми коридорами почти в самый центр булыжника. Вектор силы тяжести из коридора в коридор плясал под ногами и менял свой угол наклона. Наконец, нас провели в помещение для особо тяжких.

Апартаменты у Смирнова были, на самом деле, неплохие, двухкомнатные. Увидел на столе какую-то здоровенную недособранную трёхмерную модель имперского крейсера. А ещё ювелирный станок – тут многие заключённые были заняты ювелирным делом. Ну, резонно, всё-таки, не простой каторжник сидит, а барон. Но общались мы с ним всё равно через решётку и бронированное силовое стекло.

– Кто она? – с ходу спросил я, продемонстрировав голограмму с фотороботом.

– О… – Смирнов расплылся в довольной улыбке. – Вы попали, граф.

– Я не граф. Я главнокомандующий.

– И всё равно – вы попали! Более мощного адепта Большого Взрыва я в галактике не видел! Наверное, только кто-то из близкого круга Императора был сильнее, да и бросковая коллегия. Эта стерва может сдвигать горы! Я видел, что она творила в космическом бою, это ужас!

– Ты, я смотрю, неплохо осведомлён об Энергии Большого Взрыва. Книжки умные читал? – оскалился я.

– Не без этого!

– Как её зовут, – нахмурился я. – И где её искать?

– А мне что-то за это будет? – прищурился барончик.

– Конечно! – кивнул я. – Срок тебе за это скостят.

Смирнов поморщился.

– Ладно, вашему слову я верю, хоть вы и тот ещё выскочка. У неё нет дома, насколько я знаю. Она живёт на яхте. У неё задания от Каверны до Армагеддона. Её зовут Вонда. Вонда Розалис, кажется, так.

Я аж вздрогнул, услышав фамилию. Розалис, блин! Это была фамилия моего однокурсника, причём одного из тех, что учился на нашей полу-секретной кафедре Большого Взрыва.

Дочь, выходит, или, скорее, внучка? Родственница? Не удивительно. Однокурсник был мощным практиком…

– В Аргмагеддоне-то она что забыла. Ладно. Где порт приписки яхты? Тандея?

– Да, там. Но я не уверен, что она там часто появляется. Ищите, в общем!

– Мы найдём. Не переживай. Что ещё мне стоит знать?

Он сделал хитрое лицо, видимо, желая поразить меня до глубины души.

– По слухам, она мастерски-владеет навыком телепортации. То есть личным броском! Понимаете, что это значит? Значит, что вы нигде не в безопасности! Она может вычислить вас и укусить за самое больное! Надо только знать координаты!

Информация была серьёзной. И даже я бы сказал, что на этот раз действительно полезной. Но вида я не подал.

– Напугал-то как! Прямо весь боюсь. Скажи, что конкретно ты имел в виду под «сдвигать горы»? Глубинная детонация? Сейсмическое напряжение?

– Я имею в виду землетрясения и извержения вулканов! – сиделец сделал страшное лицо. – Вот что я имею в виду.

– Ясно, спасибо, – я поднялся и направился к выходу.

– Ты не беспокойся, у старика всё схвачено… вся Орхидея под колпаком… Целая сеть бунтовщиков! И шпионы, и прочее, и журналисты! Эй, эй! Главнокомандующий, или кто ты теперь! Ты обещал, что скостишь срок!

– Да, точно, – я подозвал начальника тюрьмы и сказал ему: – Скиньте-ка ему две недели срока.

– Две недели⁈ Недели⁈ Ах ты лживый засранец… Что мне дадут эти две недели⁈ – заорал Смирнов за решёткой.

– Действительно, две – многовато. За лживого засранца – одна неделя, – откорректировал я своё решение и ушёл.

А будет знать, как строить заговоры против правящих семей и как работать на моих политических противников. Ещё и пытаться меня ими напугать. Ещё и обзывался!

Я отобедал в местной столовой, пообщался с персоналом, но в музей не стал заходить из принципа – я же пообещал, что «в следующий раз». Уже сидя внутри «Иолая», который теперь ощутимо быстрее возвращался обратно, пристыкованный к транспортнику, я рассуждал, сидя с Потёмкиным на коленях:

– Нет. Это ж надо, блин! Организовать целую прокси-сеть бунтовщиков и спецназовцев-адептов. В разгар войны с Ордой. Вот что бывает, когда властолюбие побеждает и над здравым смыслом, и над чувством ответственности. Как хорошо, что мы ничем подобным не занимаемся!

– Эм… – как-то странно произнёс Андрон.

Я аж обернулся.

– Ведь не занимаемся? Не занимаемся, да?

– Почему… Владыка, вы понимаете, мы ещё со времён падения Лунного Дворца, уже больше года – находимся в состоянии экзистенциального противостояния с Хольмдомом. Его назвал главнокомадующим Шестой Легион! Разумеется, мы были вынуждены ответить. Мы запустили и проспонсировали около двадцати эпизодов бунтов на кораблях, восстания в гарнизонах, несколько небольших, самую малость – диверсий против его личной гвардии…

Твою ж налево… Час от часу не легче! Не нельзя же так! Их же методами.

Впрочем, а когда было иначе? Во времена человеческих войн, увы, всегда все делятся не на добрых и злых – а на «наших» и «не наших»…

Ладно. Как минимум, сейчас мы уж точно без зазрения совести воспользуемся их же инструментарием. Только для того, чтобы всё исправить.

– Иолай, транспортник, команда на промежуточное торможение и рассытковку. Нам надо во-он туда, – сказал я и тыкнул в супервулкан.

– Зачем, господин главнокомандующий? – округлила глаза Октавия. – Неужели вы собираетесь…

– Да. Всё верно. Я собираюсь заткнуть супервулкан.