Текст книги "Туда и обратно (СИ)"

Автор книги: Андрей Савинков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 18 страниц)

Глава 14−1

Прежде чем отправляться исследовать негостеприимные подземелья исчезнувшего тысячу лет назад города некромантов, Серов все же проявил определенное благоразумие и попытался связаться со своей второй божественной половиной на предмет возможного получения некой помощи свыше. Оно конечно, Алсер будет как обычно ругаться по поводу коэффициента полезного действия своего мирского аватара, который как по своему обыкновению встрял в какую-то зажницу, из которой его теперь нужно выковыривать, тратя драгоценные крупицы собираемой с паствы веры, но все же это виделось меньшим злом нежели перспектива соваться в одиночку туда, куда даже со взводом магов идти, если честно, не очень хочется.

И вот тут Александра настигло новое открытие. Его второе «Я» неожиданно оказалось недоступно. При этом его связь с богом никуда не делась, граф продолжал ощущать ее как толстую нить, уходящую из него куда-то в бесконечность, вот только никакого ответа на его «вызовы» просто не последовало. Как будто сигнал затухал где-то на полпути, как с мобильной связью при заходе в металлическую коробку лифта: «индикатор» показывал «одну полоску», но вызов все равно не проходил. Странное ощущение.

– Ну ладно, – пробормотал себе под нос Серов, достал из кобуры пистолет, на ощупь проверил, что в магазин заряжены «спецбоеприпасы», которые, к сожалению, против призраков оказались совершенно не эффективны, так как вложенная в пули магия просто не успевала среагировать на полупрозрачную плоть энергетических существ, а небольшое отверстие не доставляло тварям в общем-то никаких неудобств, и, пару раз вздохнув, двинул к единственному на этот раз выходу с лестницы. – Посмотрим, что судьба приготовила мне на этот раз.

В отличие от первых двух ярусов, третий больше напоминал природную пещеру, которую лишь немного «доработали», приспособив для относительно сносного по ней перемещения. В темноте детали различить пусть даже усовершенствованному человеческому глазу было не так и просто, поэтому граф передвигался буквально на ощупь, очень осторожно прощупывая ногами каждый следующий шаг и используя лежащий в правой руке клинок как своеобразную трость слепого, которой он «щупал габариты» прохода перед собой и по сторонам. Передвигаться так было не слишком удобно – это еще очень мягко говоря, – но ничего умнее мужчина просто не придумал.

Так, на ощупь, спотыкаясь и поминутно чертыхаясь, Серов преодолел, наверное, шагов сто, прежде чем понял, что заблудиться тут еще легче, чем на верхних ярусах. Если наверху коридоры хоть как-то «держали форму», соответствовали некой условно человеческой логике, то здесь проходы поворачивали вправо и влево, ветвились, сходились, снова расползались в стороны безо всякой заметной системы. Будто гигантский червь – или даже несколько таких вот червяков – долго и бестолково ползал в толще каменной породы по одному ему известным делам, а потом бросил это неблагодарное дело на полдороге. Оставлять метки на стенах, как они делали это командой на втором ярусе, было нечем – с собой у Серова в момент начала неожиданно стремительного бегства оказалась лишь небольшая сумка через плечо с несколькими пустыми флаконами под эктоплазму, небольшая баклажка воды и пара бутербродов в качестве съедобного НЗ, – так что граф, не мудрствуя лукаво, просто придерживался все того же правила левой руки, благо путь его по ощущению потихоньку уходил «вниз».

Почему «благо»? Логика тут была простая, можно даже сказать машинно-компьютерная. Если Алсер загнал его в эту дыру не просто так – а в том, что не просто так, попаданец сомневался ни на секунду с самого начала, – то искомое наверняка спрятано в самом дальнем, самом глубоком, самом темном углу. Не просто в самой заднице, а в самой ее дырочке. Не то чтобы Серов был специалистом по подобным делам, но сотни пройденных еще в прошлой жизни компьютерных игр приучили думать, что цель квеста просто не может находиться сразу у входа в данж. Сначала нужно пройти все уровни, завалить босса и только потом получить награду, и то, что вокруг была реальность, а не компьютерная игра, ничего в общем-то не меняло.

Сколько вот так Александр бродил в темноте, он бы и сам сказать наверное не смог бы. Внутренние часы в условиях подземного существования и так постоянно норовили сбиться, а тут и вовсе оттолкнуться оказалось не от чего. Может час, может десять. Причем скорее десять, потому что в какой-то момент мужчина уже почувствовал приличную усталость, хотя скорее психологическую, чем физическую. Хуже всего наверное была полная неопределенность – непонятно было, чего ждать. Уж лучше бы сраные призраки из-за каждого угла пытались выбраться и сожрать его, или еще какая-то гадость, потому что держать себя в состоянии напряжения и готовности отбиваться от любой угрозы, часами лазая в темноте и не встречая этой самой угрозы, было очень тяжело. Выматывало просто невероятно.

А потом тоннель неожиданно расширился, превратившись во вполне нормальный коридор, и уперся в тупик. В качестве тупика выступала здоровенная металлическая дверь. Вернее, то, что это именно дверь, Серов понял сильно не сразу: сначала ему показалось, что это просто стена, расписанная какими-то знаками и символами. Только обшарив руками всю поверхность, он сначала нашел полуутопленные петли, а потом и щель, отделяющую непосредственно дверь от каркаса.

– Тук-тук-тук, – Александр постучал в металл – в темноте было сложно определить, какой именно, да и не так важно на самом деле, даже если алюминий, ковырять его все равно нечем, – звук получился неожиданно глухой, видимо, толщина преграды была как у банковского сейфа.

– И что мне теперь делать? – Разговаривать с собой вслух было немного странно, но постоянная тишина угнетала и давила на уши. Пока идешь, хотя бы шорох от шагов спасал, а как только он остановился, стало совсем некомфортно. – Хороший вопрос, на все, что называется, деньги.

Так ничего и не придумав, граф просто сделал несколько шагов в сторону, сел прямо на пол, достал из сумки фляжку с водой, перекус и принялся неторопясь, так чтобы не потерять ни одной калории, поглощать свой нехитрый «обед». Почему в кавычках? Потому что представление о том, какое сейчас время суток на поверхности, у него уже окончательно сломалось, и это вполне мог быть «завтрак» или, например, «ужин».

И где-то в этот момент усталость видимо взяла свое, и Александр неожиданно для себя провалился в сон.

Серов стоял на стене и смотрел на окружившую город вражескую армию. Вернее, стоял не он: граф понимал, что все происходящее происходит не с ним, ему просто показывают «кино», однако слишком уж реальным был «эффект присутствия», разве что управлять «камерой» он не мог – просто сиди и смотри.

А посмотреть меж тем было на что: таких масс войск он в одном месте еще не видел. В будущем это было просто глупо, а тут максимально виденные им армии насчитывали тысячи человек в лучшем случае. Внизу же под стенами города раскинулся огромный лагерь, и чисто по ощущениям там могли обитать десятки тысяч солдат. И видимо осада велась по всем правилам: видна была контрваллационная линия из рва, вала, рогаток поверх земляного укрепления, окопы, набитые землей габионы, в общем все по-взрослому.

Прямо в этот же момент один из выставленных в ряд здоровенных – реально высотой с трехэтажный дом наверное – требушетов скрипнул, крутанулся и отправил в полет снаряд. Человек, чьими глазами наблюдал за всем происходящим Александр, тоже поднял голову и проследил за полетом черной точки на фоне голубого-голубого безоблачного неба. Та сначала быстро взмыла в воздух, а потом по дуге начала опускаться куда-то в район соседней куртины. Впрочем, куда бы снаряд попал в итоге, наблюдатель так и не узнал, потому что снизу на перехват первой рванула вторая точка, и где-то на высоте полсотни метров над землей они встретились, после чего раздался приличный такой взрыв, ударивший по перепонкам и слегка толкнувший дошедшей даже сюда взрывной волной.

– Нет, господин, так они будут ковырять нашу оборону до скончания веков. У нас еще три десятка потенциальных жертв осталось от захваченных после последней вылазки пленников, а эти, – в голосе говорившего явно слышалось пренебрежение, – даже не поняли, где выход из подземного хода. Искали что-то, искали, магов звали, а в итоге ничего не нашли. Не удивительно, что империя пала, измельчали маги… Измельчали.

– Не торопись записывать противников в идиоты, Накрис, это вообще может быть опасно, а уж в такой ситуации и вовсе… Смертельно, – произнес в ответ Серов. Ну, то есть не он сам произнес, а человек, от лица которого он наблюдал происходящее. Странное ощущение: при том, что графу были доступны все органы чувств «реципиента», он как бы ощущал, что его челюсть и язык двигаются, слышал звук собственного голоса, но при этом говорил кто-то другой. Шизофрения в общем самая натуральная. – Архимаг ан-Винкл, конечно, сука редкостная, но уж слишком опытен, чтобы не понимать бесперспективность такой осады. А значит…

– Значит, маги припасли что-то особо убойное. Вы так считаете, господин?

– Я в этом уверен, – в этот момент хозяин тела повернулся еще сильнее и посмотрел на город за спиной. Там в паре мест вверх поднимались дымные столбы, как бы намекающие на то, что вражеский обстрел был не таким уж и совсем бесполезным.

А вообще сам город был… Большим. И красивым, Серова даже неожиданно какая-то ревность что ли уколола. Тот же Александров при всем его стремительном развитии явно отставал от… Видимо, ему демонстрировали осаду Ноктума, не то чтобы граф неожиданно приобрел способность как-то профессионально различать средневековые города, скорее по контексту догадался. Так вот Ноктум чисто визуально был больше Александрова раза в три наверное, и это еще размеры пригородов сложно оценить. Большое количество каменных домов, преимущественно двух-, местами трехэтажная застройка, в нескольких местах торчали какие-то шпили, добавляющие городскому силуэту разнообразия и своеобразного шарма. Тот же Александров – ну не мог Серов не сравнивать увиденное с собственным детищем – в этом плане был куда скучнее: там кроме первохрама никаких особых «достопримечательностей» заметно не было.

– Допрашивали пленников? Что-то интересное они рассказали? – в этот момент еще один требушет метнул в воздух снаряд, на этот раз то ли заряды у «ПВО» закончились, то ли сбой какой-то произошел, однако черная точка вполне благополучно долетела до городской стены, ударилась об внешнюю ее часть и рванула, выбросив во все стороны языки пламени. Очевидно, какая-то защита там все равно сработала, потому что даже отсюда было видно мизерность нанесенных повреждений: фактически снаряд метательной машины смог только отколоть кусок каменного зубца да еще какой-то недотепа из защитников видимо от испуга свалился с галереи внутрь укрепления. Учитывая двадцатиметровую, пятнадцатиметровую высоту стены, такое падение вряд ли могло закончиться чем-то хорошим.

– Ничего не знают, простые наемники и всякий сброд, – тут же откликнулся поименованный Накрисом. – Перед строем им объявили, что армия идет уничтожать гнездо труполюбов, для большинства этого оказалось достаточно.

Видимо, некромантов местные не слишком любили, впрочем, немного познакомившись с их наследием, Серов в целом такую позицию прекрасно понимал и где-то даже разделял.

– А неофициально?

– Неофициально – и потому что в войске очень много жрецов семерки, ходят слухи о каком-то божественном артефакте, который якобы мы похитили в главном храме Раса. Что-то связанное с войной и желанием поработить весь мир.

– Бредни для тупых земляных червей… – К сожалению, мысли реципиента Серов прочитать не мог, поэтому приходилось довольствоваться только той информацией, которую ему выдавали непосредственно. – Они просто устраняют конкурентов…

Тема с конкурентами в итоге осталась не раскрытой – хотя Александр с удовольствием бы послушал подробности, тема-то ему была близка, – потому что в этот момент мир вокруг содрогнулся.

– БАБАХ, – реципиент, чьими глазами Серов смотрел на мир, резко развернулся и увидел, как часть куртины между двумя башнями в стоне шагов по левую сторону от него взлетает на воздух.

– А вот и сюрприз, о котором я говорил! – Непонятно, чего в словах «господина» было больше: горечи от пропущенного выпада или удовлетворения от того, что он оказался прав. – Готовь гончих и перебрось третью когорту с восточной стороны, они сейчас пойдут на штурм…

Мужчина сделал характерное движение рукой – ох, сколько раз за последние десять лет Серов делал то же самое – и вытащил из ножен меч, причем клинок явно был не простой: по нему даже в обычном виденном человеческому глазу спектре пробегали подозрительные черно-зеленые искры, ничего хорошего врагам не обещающие.

– Господин, вам не стоит вступать в сражение лично, это опасно…

– Мне нужно прорваться сквозь барьер, Накрис. Я не знаю, как это сделать, может быть, в бою…

Дальше картинка пошла как будто в ускоренной перемотке: хозяин тела рванул к месту прорыва, принялся шинковать нападающих, используя тот самый подозрительный клинок и магию. Впрочем, нападающие тоже активно применяли разного уровня гадостные магические конструкты, и вряд ли солдат, у которого прямо на глазах сгнило тело, сильно больше страдал, чем тот, у которого тело сгнило заживо.

Так или иначе, скорость воспроизведения вновь вернулась к нормали после того, как именуемого господином реципиента – его Серов уже мысленно окрестил «оператором» – чем-то весьма качественно приложили. Чем именно, граф конечно не понял: просто мощная вспышка – и вот вместо цены битвы «в телевизоре» показывают уже только качающееся небо. Понятно: мужчину явно куда-то несут.

– Куда нести? – вместе с картинкой пострадал и звук, голоса доносились как сквозь слой ваты, но в принципе разобрать, что люди говорят, было вполне возможно.

– Вниз. В убежище, там концентрация энергии выше всего, – голоса звучали явно обеспокоенно, как бы ни на грани паники… – Нельзя позволить имперцам добраться до Господина, это будет означать конец всему. Пока он жив, мы не проиграли…

Дальше вновь перемотка, тут видимо смотреть было совсем нечего: только однообразные потолки подземелий, на которые Серов и уже сам насмотрелся до такого состояния, что блевать хотелось. Ну а финальной сценой демонстрируемого Александру фильма стал занос раненого в некое помещение сквозь вполне узнаваемые металлические – толщиной в добрые сантиметров десять, вполне тебе танковая броня – ворота, рядом с которыми граф как раз и решил присесть отдохнуть. Собственно, на этом моменте видение кончилось, и Серов вновь осознал себя сидящим на полу, все также сжимающим в руке флягу с остатками воды.

Первой мыслью было, что раз его не сожрал никто, пока сознание гуляло где-то отдельно от тела, то наверное все не так уж плохо… А вторая мысль была связана с все той же закрытой дверью, в которую он уперся ранее и которую видел потом чужими глазами. Она совершенно неожиданно оказалась открытой, створка приглашающе откинулась в сторону, как будто некий хозяин подземелья звал его к себе в гости.

– Ну и ну… Мне совершенно точно не стоит туда заходить… – Пробормотал мужчина, прикидывая все «за» и «против». Лезть в логово какого-то древнего существа, которое ко всему прочему еще и на магии смерти специализировалось, виделось поступком не слишком разумным. А с другой стороны – какая альтернатива? Повернуть обратно и топать ко входу на второй уровень в надежде, что помощь придет раньше, чем он сдохнет от жажды? Звучит как-то не слишком весело. – И тем не менее…

Глава 14−2

– И тем не менее…

Серов тяжело поднялся на ноги, убрал флягу в сумку, перехватил клинок поудобнее и, пару раз глубоко вздохнув – как будто собирался нырнуть в прорубь – шагнул за порог.

Внутри оказалось неожиданно светло. Вернее, не то чтобы по-настоящему светло, скорее правильнее будет сказать, что в помещении присутствовало некое собственное свечение. Его, пожалуй, было бы недостаточно, чтобы, например, читать книгу, но вполне хватало, чтобы иметь возможность разглядеть кое-какие подробности без необходимости всё ощупывать. После многочасового блуждания в кромешной тьме глаза попаданца отдохнули, уже привыкли к недостатку освещения, и даже совсем небольшое свечение казалось относительно комфортным. Источником же этого призрачного мерцания служили тонкие, наполненные знакомой уже чёрно-зелёной субстанцией жилы, которые опутывали стены сплошной сетью. При этом они мерно пульсировали, как будто где-то в глубине сооружения билось огромное неторопливое сердце. От всего этого вида у Серова начали натурально подрагивать руки – слишком уж окружающее его творение выглядело… Не по-человечески. В том оставленном за барьером бытия мире киношники, вероятно, изобразили бы внутренности космического корабля чужих.

И конечно, помещение разительно отличалось от всего, что граф видел на верхних ярусах. Там-то вопросов к назначению помещений чаще всего не возникало: кладбище оно и есть кладбище, нора она и есть нора. То есть, конечно, логика создателей далеко не всегда была очевидна, но вот общие принципы… А тут наоборот: идеально круглый зал, свод которого смыкался над головой правильным полусферическим куполом. Стены, отшлифованные до зеркального состояния, – Серов мельком успел поймать глазом своё отражение и усмехнулся, видок у него после всех блужданий был мягко говоря помятый, – по этим стенам, а также по полу и по своду тянулась та самая сеть светящихся жил, сходившаяся к центру зала, где…

– Твою мать, – только и сумел выдохнуть попаданец. – Это правда уже какое-то голливудское поделие напоминает…

В центре зала стояла камера. Не каменный саркофаг типа того, что были на верхнем ярусе и в которых «мариновались» недоделанные личи, а что-то совсем – невообразимо – иное. Вертикальная капсула из мутного, похожего на толстое стекло материала, оплетённая всё теми же пульсирующими чёрно-зелёными каналами так густо, что снаружи она напоминала кокон какого-то чудовищного насекомого.

– Только лицехватов не хватает… – Весь антураж действительно напоминал какой-нибудь космический ужастик, декорации к которому разрабатывал Гигер. Серов, глядя на это всё, даже в какой-то момент развернулся и двинул обратно к выходу, чтобы не повторять участь тех придурков из подобного рода фильмов, которые непременно заканчивают очень плохо, вот только отступить ему не дали. Дверь – ворота, вход, шлюз, чёрт знает как это правильнее назвать – едва он продемонстрировал желание сбежать, тут же дёрнулась и быстро закрылась, скрыв проход внутрь помещения.

– Понятно, выпускать меня никто не собирается, ну ладно… – Пришлось вернуться к изучению внутренностей «капсулы». Граф, не желая подходить к самой капсуле, двинул вокруг неё, пытаясь рассмотреть всё максимально внимательно.

К капсуле стекались все жилы зала, и именно здесь, у её основания, свечение было самым ярким, а пульсация – выраженной. Как будто – скорее всего так и было – вся эта исполинская конструкция существовала ради одного-единственного: подпитывать то, что находилось внутри. Или вернее кого.

Александр неторопясь обошёл помещение по периметру, благо его диаметр был примерно метров сорок, так что много времени это не заняло. Вздохнул пару раз, ничего так и не придумав, подошёл ближе к самой центральной капсуле, уткнулся взглядом в полупрозрачное «стекло». За ним, в толще какого-то вещества, опять же навевавшего ассоциации с ужастиками, угадывалась человеческая фигура.

Это был высокий мужчина в остатках некогда богатых одежд, с худым осунувшимся лицом и едва наметившейся бородой на подбородке. А ещё Серов быстро понял, что его он уже видел, причём совсем недавно – в продемонстрированном ему отрывке чужих воспоминаний. Там он, конечно, не мог видеть лица, но руки и одежды были именно эти, ну и вряд ли это может быть простым совпадением.

– Так-так-так, – пробормотал Александр, и по спине у него пробежали мурашки размером с лошадь. Сначала сверху вниз, а потом снизу вверх. Не так часто можно встретить существо возрастом в тысячу лет, которое являлось живым свидетелем исторических событий, определившим когда-то политическую географию этого мира. – А ведь я тебя знаю, приятель. Ты у нас, стало быть, тот самый «Господин» без имени. Хозяин этого весёлого местечка, которое, судя по всему, было одним большим концентратором, тянущим энергию из внешнего мира и собирающим её в центре.

Что-то подобное существовало у самого графа в Александрове, – во всяком случае знаки на внешней поверхности двери и компоновка энерговодов очень сильно напоминали то, что когда-то показывал ему Ариен, – только в неизмеримо меньшем масштабе. Если тут сфера диаметром в сорок метров, то у графских магов вот эта центральная сфера – в Александрове она была окружена дополнительно специальными каменными «аттракторами», здесь, видимо, обошлись без них – была диаметром два метра. И даже это обошлось Серову в очень и очень приличную сумму золотом, сколько же стоила постройка вот этого великолепия вокруг, попаданец даже боялся думать.

– Здравствуй, смертный, – Серов не сразу понял, откуда идёт звук, несколько раз обернулся, готовясь рубить неизвестную угрозу, но через пару мгновений осознал, что никакого звука, собственно, и нет, чужой голос раздаётся у него прямо в голове. Не то чтобы это был для мужчины совсем новый опыт, он точно так же разговаривал с Алсером, вот только тут голос был чужой и ощущался… Странно. Как будто собеседником являлся худой старик с прокуренными лёгкими и пропитыми голосовыми связками. – Давно ко мне не заходили гости.

– Тысячу лет, я полагаю. – Александр постарался взять себя в руки и унять дрожь, очевидно, что перед «лицом» существа, которое может залезать тебе в голову, сделать это не так-то и просто.

– Тысяча лет… Я и не думал, что прошло столько времени… Что там произошло за эти столетия?

– Всё то же самое, – от такого вопроса Серов даже мысленно хмыкнул. «Пьют и воруют» – классика, – люди воюют друг против друга и против представителей других рас. Войны, эпидемии, катаклизмы. Ненависть к тому, кто хоть чуть-чуть отличается от тебя. Готов поставить мякоть против золотого, что тысячу лет назад было всё то же самое.

– Ничего не поменялось… – Задумчиво повторил голос в голове, – и тем не менее ты тут. Не человек, а сущность иного порядка, при том, что Боги ушли за грань ещё при моей жизни… Ты тот, кем не стал я. Чтобы понять, где я ошибся, пришлось просуществовать в виде полумёртвой мумии… Тысячу лет…

– Ты не умер, – чтобы получить ответ, Александру достаточно было сложить два и два. Его самого убили в том самом подземелье Карланда, а главного некроманта, видимо, – нет. – Твои подчинённые не позволили тебе умереть, заперев здесь… Что это? Артефакт, поддерживающий в тебе жизнь?

– О! Ты ничего не знаешь? Как ты вообще нашёл это место, если ничего не знаешь? – В «голосе» собеседника послышалось искреннее удивление.

– Как-как. Ногами, – огрызнулся Серов, которому вся эта беседа с полумёртвой мумией откровенно не нравилась. Впрочем, варианта уйти ему всё равно не оставили, поэтому он постарался немного унять раздражение. Получалось, нужно признать, не очень. – Свалился по лестнице, погонял местных призраков, полюбовался на паутину. Обычный день.

– Я расскажу. Мне некуда торопиться, а тебе – полезно послушать, тем более что мы можем быть полезны друг другу. – Но сначала скажи, что ты знаешь о богах?

– То, что они используют веру людей, и то, что богов в этом мире почему-то нет, а основные культы работают «вхолостую».

– Всё так, но знаешь ли ты, что так было не всегда…

И «Господин» – он представился как «принц Нигон» – рассказал.

Когда-то богов было много. Семёрка – это те, кто в итоге победил в высшей «игре престолов», те, кто смогли сформировать собственный пантеон и выдавить конкурентов. Они привели в этот мир разных разумных существ, формируя таким образом себе паству. Фактически весь мир представлял собой такую себе закрытую ферму, где боги аккуратно содержали кормящую их скотину и пропалывали иногда появляющихся конкурентов.

– То есть рождение богов – это не такая редкая ситуация?

– Редкая, но не уникальная…

Дальше ставка была сделана на людей, и очень долго всё шло своим чередом. Боги получали свою энергию, иногда творили чудеса, иногда позволяли случаться всяким катастрофам, чтобы люди не забывали молиться поусерднее. Короче говоря – обычная такая жизнь.

А потом в семье императора родился младший сын с неожиданно прорезавшимся талантом к магии смерти. Настолько сильным, что его решили удалить из столицы, поскольку этот аспект силы всегда считался… Не очень «благородным». Но шли годы, принц набрал силу, собрал вокруг себя учеников и просто близких по духу людей и в какой-то момент решил, что хочет большего. Взять власть, встать на один уровень с богами.

– Амбициозная цель, – хмыкнул Серов. Он в начале своего пути о подобном и не мечтал, каждый раз решая конкретные узкопрактические вопросы, а то, что в итоге его дорожка вывела в то место, в котором он оказался сейчас, это, считай, просто удача. Цепочка в нужном порядке сложившихся обстоятельств, не больше того.

– Достойная великого человека, – невзирая на проведённое в «капсуле» тысячелетие, принц Нигон, или то, чем он сейчас являлся, явно не растерял повышенного чувства собственной важности.

Ну и в итоге некроманты поставили перед собой амбициозную цель. Поскольку для того чтобы «родить» нового бога естественным образом сил у них не было, а всё население Ноктума с окрестностями явно не дотягивало до того уровня, чтобы обеспечить необходимое количество энергии веры, они решили пойти другим путём. Построить машину, которая сможет «перехватить» идущую богам энергию, так чтобы одновременно устранить конкурентов и возвысить себя.

– Это вообще возможно? – С сомнением протянул граф, всё, что он себе представлял о божественной энергии, говорило о сомнительности такой задачи.

– Для великих умов нет ничего невозможного, – с пафосом ответил древний некромант, но потом добавил: – Однако решение этой задачи в итоге вылилось в годы изысканий, да и результат вышел…

Что-то пошло у некромантов не так, и в итоге машина вместо того чтобы «перехватить» чужую энергию, начала корежить сам божественный план этого мира, что вызвало повсеместные катаклизмы разного рода и… Уход богов. Семёрка, чей культ был в империи официальным и государственным, просто испугалась за свои шкуры и предпочла «отступление» из «зачумленного мира» вместо того чтобы спасать свою паству. Принц сам не смог – а может, и банально не захотел раскрывать свои тайны первому встречному – объяснить, как именно они добились такого эффекта, признав, что вышло это случайно.

– А малые боги? Все эти духи предков и хранители мест?

– На них наша машина почти не повлияла. Слишком слабые там потоки силы, нет, тех, кто рядом с Ноктумом жил, конечно, развоплотило, а остальные и не заметили ничего, наверное…

Уход богов и творящаяся повсеместно дичь магического характера привели, собственно, к развалу империи, которая была весьма плотно завязана на божественное присутствие, ну а потом собравшиеся имперские маги пришли под стены Ноктума и сравняли его с землёй, справедливо решив, что теперь такую язву у себя под боком просто страшно. Если некроты смогли прогнать богов из мира, то со временем для обычных людей тут тоже может стать слишком мало места.

Насчёт «справедливо» – это, конечно, Серов уже додумал сам, древний некромант ругал трусов и «предателей» на чём свет стоит. Причём судя по несколько раз промелькнувшему слову «предатель», вся интрига там была ещё более глубокой, видимо, официальные власти империи изначально тоже тяготились божественной опекой, и весь проект был «совместным творчеством» с целью чуть-чуть прижать небожителей и получить больше свободы для себя. Но получилось как получилось…

– Вот только стать богом самому у меня так и не получилось. В последней битве при штурме города меня зацепило одним крайне гадостным проклятием, и чтобы не дать мне умереть, ученики отнесли меня сюда. Здесь я и провёл следующую… Тысячу лет размышляя над тем, что сделал не так. И только уже здесь я понял, что главной моей ошибкой было держаться за жизнь до последнего, нужно было отбросить человеческое тело, пройти через смерть… Но даже сейчас я не могу этого сделать, данная машина продолжает собирать энергию и не даёт мне умереть.

– И что ты хочешь от меня? – Переспросил граф, уже предполагая ответ.

– Помоги мне умереть. Мне нужно наконец прервать существование физического тела, чтобы уйти «наверх».

– Помочь тебе умереть, – медленно повторил Серов, покатав фразу на языке. – Оригинально. Обычно меня просят об обратном.

– Не убить, – поправил Нигон, и в «беззвучном голосе» вновь прорезалась нотка раздражения. – Убить меня невозможно. Но вот тело моё… Оно зависло в состоянии между жизнью и смертью, поддерживается только благодаря вливаниям огромных масс энергии. Оно держит меня как кандалы, приковав к этому месту. Помоги мне освободиться, чтобы пройти перерождение и наконец обрести божественность.

– Зачем мне это, вот в чём вопрос? – Резонно поинтересовался Александр. Он, конечно, не мог просчитывать шаги Алсера наперёд и не знал точно, зачем Бог его сюда послал, но вот в том, что целью была помощь в создании потенциально мощнейшего божественного конкурента, имелись совершенно определённые сомнения. – Какая мне выгода от появления в мире нового бога?

– Я чувствую в тебе частицу высшей сущности. Светлой, если я правильно понимаю, значит, пока меня не было, наверху многое поменялось. Мы могли бы образовать пантеон на двоих, дополнять друг друга, стать вместе сильнее, чем поодиночке.

Дальше древний некромант ещё с десяток минут рассказывал о том, какие выгоды получит Алсер от получения «напарника», о том, что боги не просто так объединяются в Пантеоны с разделением по «направлениям», что там идёт некая синергия, что общая сила их больше, чем силы каждого по отдельности, но…

– Нет, не думаю, что мне это интересно, – покачал головой граф, осматриваясь. Пока собеседник рассказывал ему о том, как они совместно построят Нью-Васюки, попаданец лихорадочно пытался понять, что делать дальше. Ну то есть убивать некроманта нельзя, он сам этого хочет, выйти отсюда возможности нет, дверь закрыта, а гномий клинок у него в руках, конечно, артефакт и всё такое, но по своим свойствам до джедайского светового меча он всё равно не дотягивает, и десятисантиметровый слой металла прорезать не сможет совершенно точно. Тупик.