Текст книги "Первая Галактическая (сборник)"
Автор книги: Андрей Ливадный
Жанр:
Космическая фантастика
сообщить о нарушении
Текущая страница: 56 (всего у книги 63 страниц)
На вилле Джедиана, в прохладной тиши библиотеки трижды звякнул зуммер электронной почты. Андор повернул голову. Сообщение предназначалось ему.
От библиотечного процессора к вскрытой черепной коробке андроида тянулся кабель интерфейса. Он взглянул на монитор, пробежав визуальными сканерами по скупым строчкам кодированного сообщения.
Губы Андора тронуло подобие улыбки.
Один из охранников, заглянувший в этот момент в окно, непроизвольно отшатнулся. «Господи, – подумал он, – что за привычки у хозяина коллекционировать всякую дрянь! То мутанты с заброшенной орбитальной станции, теперь этот робот с кабелем в башке сидит и корчит рожи!..»
Охранник сплюнул и пошел дальше. Через час, делая очередной обход, он вновь заглянул в окно.
Андроида не было.
Охранник вошел в библиотеку и тщательно осмотрел все углы, но робот словно испарился. Кабели были аккуратно уложены в нишу. Процессор отключен, лишь на панели спутниковой связи горел сигнал, свидетельствуя о работе факса. Охранник проверил код и непроизвольно присвистнул – информация была передана непосредственно адмиралу.
Он еще немного потоптался на месте, мысленно выругался и пошел прочь. В конце концов Джедиан не оставлял никаких инструкций относительно робота. За периметр виллы ему не выйти, а остальное никого не волнует.
На взлетную полосу выруливал рейсовый шаттл.
Машина медленно вползла в арку сканирующего устройства. Через секунду загорелся зеленый сигнал, означавший что груз полностью декларирован. Никаких посторонних предметов, полный автоматический режим.
Взяв короткий разбег, машина оторвалась от бетонной ленты и начала медленно набирать высоту.
В тесной кабине управления Андор наблюдал, как уменьшается фигурка охранника на краю взлетно–посадочной полосы. В электронной декларации он числился как дополнительный блок навигационного контроля.
Пальцы андроида вошли в контактный разъем.
Через несколько секунд компьютер шаттла изменил курс; на мониторе вместо привычных навигационных данных мелькнули помехи, сменившиеся грифом «Абсолютно секретно». Затем появилось графическое изображение громадного боевого корабля.
«Крейсер дальнего радиуса действия «ГЕНЕЗИС», – высветил монитор в командной строке. – Прошу код доступа».
Губы Андора вновь тронула улыбка.
***
С балкона банкетного зала открывался вид на Форт Стеллар.
Семен стоял, облокотившись о мраморные перила, задумчиво вертя в пальцах пустой бокал из–под шампанского. Резные двери за его спиной жалобно звякнули. Он повернулся.
– Адмирал?
Воронцов, в черном мундире космического флота, скрывающем детали спецкорсета, подошел к перилам. Титановый кортик адмирала глухо стукнул о мрамор.
– Хандришь?
Семен пожал плечами.
– Тебя трудно понять, – упрекнул адмирал. – Покидая свалку кораблей, ты мечтал о людях. И вот ты вернулся. Чему же ты не рад?
Семен пристально посмотрел в его лицо. Мелкая сеть морщин, как паутина, пролегла от глаз к вискам. Этого человека любил его отец… Как ирреально порой переплетаются судьбы…
– Я рад… – ответил он.
Воронцов не отвел взгляда. В желтоватых глазах адмирала таилась тщательно обуздываемая ярость. Он привык повелевать.
– Не лги мне! Я вижу – ты умен, но твоя голова повернута не в ту сторону! Не понимаю твоего циничного фатализма. Устроен прием в твою честь, а ты бродишь по залам с мрачной независимостью… От твоего вида бросает в дрожь. Ну прямо архангел смерти, получивший откровение о дне Страшного Суда!..
Семен улыбнулся краешком губ.
– Bellum omnium contra omnes… – процитировал он, глядя в глаза деда.
Воронцов вопросительно поднял брови.
– Война всех против всех… – перевел Семен. Я изучал латынь на той «свалке», которая была моим домом… Глядя на трупы, плавающие в вакууме, я думал о выживших. Я представлял, как они мучаются тем, что совершили. Я оказался наивным глупцом.
– Не ты первый, – ухмыльнулся адмирал. – Реальность, мой мальчик, порой действительно – грязь, но от нее не скроешься за иллюзиями. – Мы живем в жестоком мире. Приходится считаться с реальностью. Человек – это животное, едва приподнявшееся над уровнем инстинктов…
– Я не животное, – резко оборвал его Семен. Я – человек. Я вырос среди смерти и холода. Я знаю, что мог оказаться нищим, попади на другую планету, ходить не в этом, – он отогнул лацкан черного фрака, – а в лохмотьях, но я человек, и остался бы им!
Старый адмирал хмуро смотрел вдаль.
– Я могу многое для тебя сделать, – после затянувшейся паузы проговорил он. – Только не надо капать мне на мозги, понял, внук? – озлобился старик. Это, – он махнул рукой в сторону диких скал Стеллара, меж которых вздымались купола лазерных батарей, – это моя реальность. Может быть, через миллион лет люди перестанут грызть друг другу глотки, в чем я, честно говоря, сомневаюсь, но для этого нужно взять новое поколение и вырастить его за тысячу парсек от этих башен! – гневно выдохнул он.
Семен непроизвольно вздрогнул.
– Это здравая мысль.
Воронцов почувствовал, как механическое сердце гулко бьется в его груди. Ярость, сожаление, запоздалое раскаяние – все смешалось в его душе. «Нервы ни к черту, – подумал он. – Зачем мне все это?» Теперь он понял, что отчаянно хочет лишь одного – забыть!
– Я сделаю для тебя все, что смогу, – глухо повторил он. – Но только не думай, что перевернешь мир. Он крепко стоит на ногах.
– Мне нужен корабль, – внезапно проговорил Семен.
Адмирал не смог скрыть удивления.
– Что это значит? Зачем?!
– Какая разница? – устало спросил Семен. – Зачем громоздить одну ложь на другую, адмирал? Вы всегда знали, чего хотите, так почему сейчас пытаетесь обмануть себя? Вам не нужны тени из прошлого! Приступ человеческого сострадания был и прошел, и теперь все вокруг отчаянно хотят, чтобы мы оказались дурным сном и все вернулось на круги своя!
– Ты… Ты не смеешь! – прохрипел Воронцов. Он вцепился в мраморные перила побелевшими пальцами. Казалось, силы вот–вот покинут его.
Семен повернулся к Форту Стеллар.
– Адмирал, это ваш мир. И я не собираюсь оспаривать это. Пусть каждый получит свое. Мое место не здесь. Мне претит каждый дюйм этой поверхности.
Воронцов боялся отпустить перила. Далекие огни кружились перед глазами в бешеном хороводе. Кровь буквально ломилась в виски, раздирая их болью. Никто и никогда, по крайней мере за последнюю сотню лет, не разговаривал с ним с подобной беспощадной ясностью. Читать приговоры и вершить судьбы было его неотъемлемым правом… Щенок! Он предлагает ему сделку. Воронцов чувствовал, что бессилен возразить против голой правды. Внук не пытался шантажировать его, а просто облек в слова затаенные, порочные чувства…
– Хорошо… – взяв себя в руки, ответил он. – Ты имеешь право. Какой корабль?
– «Генезис».
– Это невозможно! Он стоит в сухом доке. Принято решение о его консервации.
– Но ведь он полностью готов лететь, в любую секунду! – возразил Семен.
– Там нет экипажа, – пояснил адмирал. – Он расформирован. Чтобы управлять таким кораблем, нужно как минимум тридцать человек!
– Не имеет значения. Мы с Яной справимся.
Воронцов ухмыльнулся. Вот, значит, как… Самонадеянный мальчик! Он почувствовал, что вновь обретает почву под ногами. Легкое разочарование сменилось предвкушением моральной победы. Что ж, пусть попробует. Потерпев неудачу, он придет… нет, уже не придет, а приползет к нему! Адмирал знал, что ни вдвоем, ни вдесятером с «Генезисом» не совладает никто…
Он достал коммуникатор:
– Альфа четыре, мне нужен флайер. Передайте на восьмой терминал чтобы сняли блокировку «Генезиса» и обеспечили стартовый коридор… – Он повернулся и с вопросительной усмешкой взглянул на Семена.
– Через час, – подсказал он.
– Через час, – повторил Воронцов.
Он спрятал коммуникатор и похлопал Семена по плечу.
– Сейчас тут будет флайер. Тебя и Яну доставят на «Генезис». А через пару часов ты… – Он не договорил, резко развернувшись на каблуках. Счастливого пути, внук!
Глава 15Маленький корабль стремительно несся над искусственной равниной Стеллара. Город и горные вершины остались далеко позади. Вокруг расстилались бесконечные квадраты стартопосадочных полей.
Минуты казались Семену бесконечностью. Наконец аппарат притормозил и спикировал к приземистому зданию терминала.
Круглый люк раскололся на четыре сегмента, пропуская флайер. Переходную камеру начал заполнять воздух. Наконец пришел в движение внутренний люк. Колпак машины плавно отскочил вверх, и они спрыгнули на бетонный пол.
– Ты ввела код возврата? – спросил Семен.
Яна кивнула, взяв его за руку.
Они шагнули в открывшийся проход.
Семен почувствовал, как по ее телу прокатилась дрожь.
Ангар тонул в полумраке, который с трудом рассеивали гроздья прожекторов, подвешенные где–то вверху. Мерно вспыхивали голубые и красные огни, обозначая периметр стартовой площадки.
«Генезис» лежал на брюхе. Три километра покатой, абсолютно черной брони, от которой не отражался свет, даже близкие вспышки сигнальных огней тонули в этой черноте, как в омуте.
Семен шагнул вперед, чувствуя, что от этой затаившейся мощи по позвоночнику пробежали мурашки. Резко взвыли сервомоторы, и в носовой части крейсера, прямо под рубкой управления, обозначился проход. Часть обшивки опустилась, образовав пологий пандус. Внутри призывно горел свет.
В полном молчании они вошли в шахту лифта. Легкий толчок, и кабина понеслась вверх. На вмонтированной в стену панели мелькали цифры уровней.
«15»… Кабина плавно остановилась.
– Рубка управления, – сообщил голос. – Прошу экипаж занять свои места. Полная стартовая готовность будет объявлена через шестьсот секунд.
Двери открылись.
Семен и Яна ступили в сердце «Генезиса».
Пространство полусферического зала было плотно забито пультами управления, экранами, компьютерными консолями и прочей электроникой. Семен насчитал пятнадцать основных постов и еще пять вспомогательных. Все кресла были пусты, зато приборные панели перед ними призывно сияли огнями, требуя присутствия людей.
– Но как?.. – вырвалось у Яны.
Внезапно одно из кресел за центральным пультом, перед которым раскинулся многометровый обзорный экран, чуть повернулось вокруг своей оси.
– Достаточно просто! – проговорил Андор. Его черепная коробка была вскрыта, и от нее в недра пульта змеились десятки кабелей. Одна кисть андроида тонула в разъеме, пальцы другой лежали на клавиатуре. – Добро пожаловать на борт!
– Ну и видок у тебя! – прыснула Яна.
Андор пожал плечами. Других телодвижений он делать попросту не мог.
Семен сел в соседнее кресло.
– Получилось? – спросил он.
– Твоя идея сработала. Процессор «Генезиса» введен в режим речевых команд. Мы поговорили с ним по душам, и теперь я являюсь ретранслятором. Конечно, временно, – добавил он.
Семен кивнул, наблюдая, как неумолимо бегут секунды на дисплее обратного отсчета.
– Яна, твое кресло – шестое от меня по правому крылу пульта! распорядился он. – Это навигационная консоль. У тебя ровно сорок секунд.
– Ясно!
Она села.
– Курс?
– Удаляемся от Стеллара на ионной тяге. Траектория произвольная. Ориентируй по какой–нибудь яркой звезде. Радиус зоны безопасности системы для включения гиперпривода – три астрономические единицы.
– Андор?
– Тестирование систем окончено. Мы в автоматическом режиме. С пультов нужны только вводные данные.
– Отлично.
Пальцы Яны легли на клавиатуру.
Пошли последние десять секунд отсчета.
Купол ангара дрогнул, разделившись на десяток клиновидных сегментов. Из–под брюха «Генезиса» показалось малиновое сияние.
– Отрыв! – сообщил Андор.
– Два метра!.. Пять! – Голос Яны был ломким от волнения. – Пятнадцать!..
Над серой поверхностью Стеллара показался черный силуэт, облитый малиновым пламенем, словно из недр планеты поднимался, глухо ворча и содрогая равнину, могучий космический зверь.
– Сорок метров… Входим в сектор обстрела батареи Дзета пять…
– Двигатели синхронизированы. Активность систем противокосмической обороны отсутствует…
Палец Семена на мгновение застыл над клавишей.
– Ты отправил факс? – спросил он у Андора.
– Да, – лаконично ответил андроид.
– Тогда нам нечего тут больше делать.
Корма «Генезиса» вспыхнула, залив поверхность Стеллара нестерпимым голубым светом.
Еще секунда, и корабль слился с бездной, почти мгновенно превратившись в одну из крохотных звезд.
***
Направляясь к апартаментам адмирала, Джедиан пребывал в отличном настроении. Ему удалось определить планету, на которой родился Семен. Это был Богом и людьми забытый планетоид в системе Эпсилон–32, на котором когда–то добывали урановую руду. В начале Первой галактической штурмовой отряд Земного альянса уничтожил рудник, но, к счастью, сохранились копии компьютерных файлов. Там были ДНК всех колонистов. Значит, определить, кто такой Семен, теперь не составит никакого труда…
В комнатах адмирала горел свет. Ланге прошел через приемную и остановился на пороге кабинета. Вокруг ни души. Странно. Пятнадцать минут назад он разговаривал с дедом по интеркому, предупредив, что зайдет.
Джедиан толкнул дверь кабинета и остолбенел.
Адмирал Воронцов сидел в кресле, за рабочим столом. Перед ним лежали исписанные от руки страницы. Судя по характерному отпечатку, они были получены по факсу.
Но не это в первые мгновения привлекло внимание Ланге. Голова адмирала как–то неестественно свесилась набок, словно он уснул в неудобной позе. Но кто же спит с открытыми глазами! Джедиан почувствовал панический страх. Он крадучись, словно боясь вспугнуть Воронцова, подошел к столу.
На панели систем жизнеобеспечения бесновались огни. Ему хватило беглого взгляда, чтобы понять – у адмирала приступ.
Ноги Джедиана подкосились. Схватившись за край стола, он едва не смел с него бумаги с факсимильным текстом. Взгляд Ланге скользнул по строкам, почерк которых был чем–то похож на его собственный…
«…Каждый из нас, прежде чем умереть, должен был сойти с ума…» – прочел он первую, попавшуюся на глаза строчку. Внутри все похолодело. Он понял, что это за листки, но…
«…Но я помню. Помню беззаботный смех матери, добрые глаза отца… Теплую воду пурпурного океана родной планеты. Помню свое ощущение безграничного покоя и счастья, какое бывает только у маленьких детей. Мир лежал у моих ног, такой огромный, удивительный и теплый. Он был моим… но все наши мечты оказались втоптаны в грязь, смешаны с пеплом, заморожены вакуумом…»
«Неудивительно, что нервы старика сдали…» – подумал Джедиан, чувствуя, что сам не в силах оторваться от рукописных строк…
«…Я не обвинитель и не пацифист. Я профессиональный солдат, легализованный государством убийца, силой обстоятельств вырванный из порочного круговорота смерти и брошенный посреди ледяного, великого ничто, подыхать и думать…»
Это был дневник Андрея Воронцова.
Рука Джедиана непроизвольно потянулась к проводкам, идущим от систем жизнеобеспечения к креслу адмирала. Дрожащими пальцами он выдернул их. Голова Воронцова конвульсивно дернулась. По контрольным мониторам поползли ровные линии – от края до края.
Он воровато оглянулся и вставил проводки на место.
Круг замкнулся.
Эпилог
В глубинах космоса, далеко от оживленных галактических трасс, медленно дрейфовало циклопическое сооружение.
Звездная Крепость колонистов…
Двадцать обитаемых планет принимали участие в ее сооружении. Двести лет назад, когда разгорелся конфликт Земли и колоний, последние не питали надежд победить в надвигающейся войне и создали Крепость, как последние прибежище, на случай оккупации родных планет.
Первая галактическая война ввергла обитаемый космос в хаос. После сокрушительных поражений Союз Свободных колоний распался под ударами эскадр Земного альянса.
Это было мрачное для цивилизации время. В космосе царствовал беспредел. Сотни сражений вспыхивали в пространстве, создавались и разрушались союзы планет, бесчинствовали каперы, гибли целые планетные системы…
Те, кто находился на борту Крепости, не питали никаких иллюзий относительно будущего. Среди старших офицеров нашлись разумные люди, и после первых поражений колоний, когда хаос еще только начинался, они повернули циклопический корабль–станцию в сторону незаселенной и неисследованной части пространства.
Это были мужественные люди. Они вели Крепость в неизвестность, надеясь бежать от всеобщего безумия и найти новую родину для своего бесценного груза.
У колонистов был богатый опыт заселения чуждых миров. Прототипом Крепости стали колониальные транспорты старой Земли, к которым добавился весь опыт выживших колоний.
Крепость канула в никуда. Несколько раз ее видели случайные корабли, но постепенно она стала легендой. Правительства некоторых планет даже предпринимали попытки поиска затерявшейся станции, но безрезультатно.
Трагическая разгадка была проста, и ее следовало искать в архивах ныне покойного Земного альянса…
***
В рубке «Генезиса» было темно.
Десятиметровый лобовой монитор создавал ощущение окна, распахнутого в бездну.
Яна, затаив дыхание, следила, как растет в его стерееобъеме нечто невероятное.
Издалека это выглядело как миниатюрная планета, окруженная темными, зловещими кольцами, но, чем ближе они подлетали, тем четче становились видны леденящие подробности.
В центре ирреальной конструкции находилась сорокакилометровая сфера Крепости. То, что издалека казалось несколькими темными кольцами, на самом деле представляло собой целое поле, составленное из изуродованных кораблей. Почти пятьдесят километров сплошного металла, окольцовывавшего станцию.
– Это печально известный своим таинственным исчезновением Пятый флот Земного альянса, – проговорил Андор, указывая на жуткое кольцо из погибших кораблей.
– Они пытались захватить Крепость? – спросила Яна, запуская программу компьютерного видения. Прожектора «Генезиса» были бессильны осветить исполинскую конструкцию, и в отсутствие иных источников света нарисовать четкую картинку мог только процессор их корабля.
Андор внимательно рассматривал проступающие изображения.
– Адмирал Пятого флота был весьма амбициозен и к тому же – жаден. Он понимал, что командование не одобрит его рейд, но… победителей не судят. Захват легендарной Крепости мог вознести его на вершину славы, не говоря о баснословной стоимости этого сооружения и уникальности его бортового оборудования. Поэтому он, получив разведданные о ее местоположении, решился на самостоятельные действия.
В этот момент процессор «Генезиса» окончил сканирование, и на обзорном экране вместо мрака и смутных контуров проступила четкая картинка.
– Нужно позвать Семена! – выдохнула Яна. Она привыкла к подобным картинам еще на Острове, но разыгравшееся воображение неумолимо воскрешало далекие события. – Это ведь именно то, что мы искали целых пять лет!..
Андор кивнул, отжав клавишу интеркома.
– Семен, мы приближаемся. Поднимись в рубку, на это стоит посмотреть.
– Иду. Рейдер почти готов.
Руки Яны легли на клавиатуру.
«Процесс: сканирование» – ввела она директиву.
На дисплее вспыхнуло изображение Крепости, считанное из памяти бортового компьютера.
– Перед вами базовая модель космической межзвездной станции, – раздался голос бортового компьютера. – Диаметр по горизонтали 42 километра, по вертикали 47 километров. Обшивка выполнена из керамлитового сплава. Станция имеет три внутренних космодрома, сто двадцать постов управления, системы противокосмической обороны и планетарной атаки. Штатный экипаж – тысяча двести человек. На борту имеется пять криогенных залов, банк генофонда, инкубаторы воспроизведения и неустановленный набор планетарной техники. Данные по загруженности криогенных залов отсутствуют…
Яна услышала шелест распахнувшихся дверей и нажала паузу. Голос компьютера смолк.
Семен подошел к ее креслу.
– Ну как дела?
Яна взяла его за руку.
– Посмотри на это. Мне кажется, я никогда не привыкну…
Крепость приближалась. В ее обшивке зияли безобразные пробоины, обломки надстроек окружал зацепившийся за них мусор. Ни одного огня, никаких признаков жизни, лишь неподвижный изуродованный металл вокруг.
На экране появилась выделенная красным окружность. «Генезис» приближался к ее краю.
– Это зона безопасности, – пояснил Андор. – Неизвестно, так ли мертва станция, как кажется. Колонисты отбивались до последнего, уничтожив целый флот. – Он красноречиво указал на окольцовывавшие Крепость обломки. – Так что тут, как и на Острове, могут оказаться боевые машины, не говоря о системах обороны самой Крепости.
– Ясно. – Семен подошел к экрану, словно это могло ему помочь рассмотреть нечто, ускользающее от взгляда других.
– Яна, ты остаешься тут. Вы с «Генезисом» должны быть готовы к любым неожиданностям. Возможно, нам придется экстренно отступать. Мы с Андором попытаемся проникнуть внутрь.
– Но зачем? Что ты надеешься там найти?
Семен покачал головой.
– Пока рано об этом. Нет ничего хуже пустых надежд. – Он коснулся губами ее щеки. – Мы уже проходили такое, верно?
***
Маленький десантный корабль осторожно приближался к Крепости.
– Три километра, – проговорил Андор. Перед андроидом светился экран радара. – Никакой активности.
Семен, устроившись в кресле стрелка, напряженно вглядывался в проплывающие под брюхом корабля обломки звездолетов. Кольцо не было однородным, как казалось издали, и глыбы металла, лишь отдаленно напоминающие творение человеческих рук, пребывали в медленном, хаотичном движении, словно гигантские молекулы…
Пять лет они смотрели один и тот же кошмарный, однообразный сон… «Генезис» посетил десятки подобных кладбищ. Но ни на одном они не нашли жизни…
– Два километра. Похоже, системы обороны Крепости не функционируют.
Андор на секунду включил дюзы коррекции, подтолкнувшие корабль к огромной пробоине в борту.
Семен закрыл забрало гермошлема и встал.
Провал приближался, словно черная пасть мифического монстра.
– Пятьсот метров…
От рейдера отошли две телескопические штанги причаливания.
– Двести метров…
Глухой удар возвестил о контакте. Сработали автоматы вакуумной сварки, разбрызгивая ослепительные искры, и корабль намертво пристыковался к станции.
– Яна, как слышишь нас?
– Слышу нормально. Изображение устойчивое. Удачи!
Семен открыл люк.
Звездная Крепость занимала все обозримое пространство вокруг. Ее выпуклый борт уходил в бесконечность.
Медленно перебирая руками по причальной штанге, Семен пересек провал и коснулся ногами края безобразной пробоины. Следом за ним двигался Андор.
Преодолев нагромождение взломанных взрывом бронеплит, они оказались в просторном радиальном коридоре, ведущем в недра станции.
Два фонаря резали тьму столбами света.
Здесь когда–то кипел бой. Видимо, все, кто уцелел после гибели космического флота, пытались штурмом овладеть цитаделью колонистов… Семен шел по коридору, заглядывая через сорванные взрывами двери в отсеки, но видел лишь разбитую аппаратуру, взорванные пульты да посеченные лазерами стены.
– Нужно найти транспортный тоннель, – проговорил он. – Иначе мы можем шагать по этим коридорам до скончания века.
Андор согласно кивнул. Перейдя в режим сканирования, он быстро отыскал вход в транспортную систему станции.
– Все цепи обесточены, – предупредил он.
Семен шагнул в указанный проход и оказался в просторной трубе. Под треснувшей пластиковой облицовкой виднелись жгуты проводки. Когда–то здесь работали электромагниты, создававшие подъемную силу в транспортном колодце.
Он оттолкнулся руками от стен и продолжал отталкиваться, пока не набрал необходимую скорость.
Сзади Андор повторял его движения. Андроид продолжал сканировать, передавая изображение на оперативный планшет Семена.
– Триста метров в минуту. Думаю, что достаточно.
Мимо проносились огромные плоскости палуб. Никакой электрической активности, лишь мрак и мертвый металл.
Спустя некоторое время разрушения вокруг закончились.
– Бои продолжались долго, – прокомментировал Андор. – Видимо, колонисты во что бы то ни стало пытались удержать центр станции…
Семен не ответил. Он устал от безумия. Конечно, он понимал, что, если еще какое–то время им придется исследовать уродливые обломки войны, можно запросто сойти с ума. По крайней мере однобокое и превратное отношение к цивилизации будет гарантировано. Нельзя забывать, что люди создали много доброго и прекрасного, это Семен повторял себе достаточно часто…
Бытие определяет сознание… Древний постулат заставлял его думать, снова и снова… Люди имели право на жизнь, но не такую. Миллиарды детей рождались в обстановке противоборства, их души калечила пропаганда, низкий социальный статус и еще сотни уродливых обстоятельств. И лишь единицы могли пройти через это, не потеряв себя…
– Семен, вы приближаетесь к какому–то источнику энергии! – прервал его мысли голос Яны. – Это семьдесят пятая палуба станции.
– Понял.
Семен перевернулся и затормозил двигателями реактивного ранца.
Андор пролетел еще с десяток метров и остановился у закрытого палубного люка.
– Я пойду первым, – предупредил он.
Через минуту они вышли в кольцевой коридор семьдесят пятой палубы.
Тут вообще не было разрушений. Стены облицовывал белоснежный пластик, бликующий в свете фонарей.
«Криогенный зал номер один», – прочел Семен надпись у массивных бронированных ворот.
Андор тщетно возился с замком.
– Источник энергии расположен дальше, – подсказала Яна. – Подключитесь к любому разъему палубы, и я скажу точнее.
Андор быстро нашел распределительный щит, снял облицовочную панель и включился в цепь.
– Так… Это триста метров вправо по коридору! Сейчас… – Голос Яны на мгновение смолк. – Вот, нашла! По схеме это будет криогенный зал номер три!
Семен почти бегом бросился по коридору.
У внушительных створов шлюза, запирающего вход в криогенный зал, горел зеленый сигнал. Это была первая искра света среди мертвого мрака Крепости.
Андор, не говоря ни слова, склонился к кодовому замку.
Наконец тяжелые створки дрогнули и поползли в стороны.
Семен, сгорая от нетерпения, вошел в просторную камеру.
Мучительно долго тянулись секунды, пока заработавшие компрессоры нагнетали воздух. Внутренний люк начал открываться, но застрял, – что–то хрустнуло в его механизме. Семен с трудом протиснулся в образовавшуюся щель и оказался в операторской.
Перед прозрачной стеной находилось несколько пультов управления. Ровные шеренги зеленых индикаторов наполнили сердце Семена радостью и смятением.
Чуть в стороне стоял пустой письменный стол. В кресле, за ним, полулежало тело человека в истлевшей форме. Длинные седые пряди волос обрамляли лицо мумии, но даже иссохшие и искаженные черты красноречиво свидетельствовали о том, что перед ними – глубокий старик, скончавшийся естественной смертью. На пустом столе призывно желтел лист бумаги.
«Вверяю их вам», – прочел Семен.
– Что все это значит?! – раздался в коммуникаторе взволнованный голос Яны.
Вместо ответа Семен толкнул прозрачную дверь и вошел в криогенный зал. Он чувствовал всю сверхъестественную древность этого помещения. Шаг, который он сделал, был самым важным в их жизни
Ровные шеренги подсвеченных изнутри низкотемпературных капсул гиперсна терялись в бесконечности зала. Их были сотни, и в каждой лежал… ребенок!
Казалось, впервые в голосе Андора послышалось смятение:
– Ты знал об этом?!
Семен кивнул, не в силах оторвать взгляд от концентрических кругов, составленных из пятен бледно–голубого света.
– Это дети колонистов. Чтобы спасти от ужасов войны, родители отправили их на борт Крепости. Теперь ты понимаешь, почему экипаж станции сражался до конца?!
Андроид подошел к ближайшей камере и заглянул внутрь, сквозь прозрачную крышку.
Он увидел белокурую девочку лет пяти, укутанную клубящимся саваном консервирующего газа.
Семен повернулся.
«Нужно взять новое поколение и вырастить его за тысячу парсек от этих башен!» – вспомнил он слова Воронцова, сказанные на далеком Стелларе.
Его губы тронула улыбка. Некоторые страшные сказки все же имеют счастливый конец
Перед ним лежали те, кому было суждено стать завтрашним днем цивилизации.
