Текст книги "Дым сигарет с ментолом (СИ)"
Автор книги: Андрей Карелин
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 20 страниц)
«Девочка моя, прости меня».
«Ты всё равно не сможешь дать ей того что она хочет». В моей голове это звучит как приговор.
«Я знаю это и потому не стану даже пытаться. Со мной хорошо не будет никому. Я не хочу семью, я не хочу детей. Я вообще не собираюсь до старости доживать». Ложусь на скамью и беру на грудь штангу.
– Два, три! – с рёвом закидываю её на стойку, кровь пульсирует в висках. А-а-ах, хорошо! Да вот только мысли все о ней. Никак не могу выбросить её из головы.
Выглядываю на улицу. Зябко, надеюсь моя Юлечка там не мёрзнет под тоненьким одеялом. Просто если она продрогла, то я прямо сейчас брошу всё и приеду – согрею теплом своего тела. Возвращаюсь в дом, включаю беговую дорожку. Бегать можно не только по окрестностям. В такую погоду лучше заниматься дома.
После пробежки, разгорячённый, ныряю в бассейн. Проплываю несколько кругов. Плавать я могу подолгу, всегда мечтал попробовать переплыть Ла-Манш. Многие справлялись, думаю, и у меня получится. Но при такой жизни, на это просто не остаётся времени. Это же надо во Францию лететь.
Пиликает телефон, уже шесть утра. Время завтрака. Прожариваю стейк и поливаю его чёрным уксусом, приправа гадость конечно, но мама купила где-то на распродаже и раздарила всей семье. А для меня подарок матери это святое. И я должен теперь его доедать по утрам со стейками.
Принимаю душ и одновременно чищу зубы. Такая же неприятная, но необходимая процедура как бриться. Провожу ладошкой по подбородку, щетина пока не сильно колется. Спускаюсь в гараж и смотрю на свой побитый Инфинити. Нет, сегодня я поеду не на нём. Равнодушно прохожу мимо Ламборджини. Зачем я её купил вообще, был у меня такой этап в жизни, когда мне казалось, что Ламба это символ успеха. Сейчас-то я знаю, что это символ наших херовых дорог. И чтобы покататься на Ламбе, нужно искать более менее ровную трасу. Короче эта машина не едет без эвакуатора. А чтобы погонять у меня есть Кавасаки Ниндзя, 400 кубиков мотор, идеальный обтекаемый болид салатового цвета, мотоцикл супер спорт.
Надеваю защиту и шлем, выкатываю его из гаража и ставлю на автоматическое закрывание дверей. Запрыгиваю на моцик и вжимаю газ. У меня прямо кровь вскипает от самого звука его мотора. Обожаю чувство дороги под колёсами, обожаю обгонять и маневрировать. Это реальный спорт, не то что Инфинити на котором я стою во всех пробках, и не Ламборджини, что собирает все ямки на асфалте, спорт байк это вещь.
Вжимаю газ и улетаю вперёд. Ещё час до работы, погоняю по городу, всё равно приеду раньше всех, нужно подготовится ко встрече.
Как же отца не хватает в офисе. Непривычно быть самым главным.
========== Глава 10 ==========
Юля
Играет будильник, а я едва могу разуть глаз. Мне как обычно всю ночь снилась какая-то муть, будто я в тёмном лесу, от кого-то убегаю. Будто за мной по пятам гонится лесное чучело. И вот я дома, запираю дверь на замок, а оно стучится в ставни. Мама спрашивает: «Кто там?», а я ей кричу: «Не открывай!» В этот миг я обычно просыпаюсь «в холодной поту» и долго не могу уснуть. Но на сей раз первый лучик света заставил меня улыбнуться.
– Денис, – потягиваюсь ото сна, вспоминаю его имя, и улыбочка уже не сходит с моих губ. Он мне вчера позвонил, писал смски всю ночь. Он такой милый. Как же давно у меня не было мужчины и как его по-настоящему не хватало. С тех пор как Толик ушёл я одна, совсем одна. Господи как мне сейчас хорошо, как же я счастлива. И всего-то надо было пару смс написать.
«И ножку мне поцеловать», – напоминает внутренний голос.
Но на работу идти всё же надо. Нехотя поднимаю с кровати и волочусь в ванную. Стою перед зеркалом сонная, волосы кипой, глазки слипаются, я всё ещё не до конца проснулась. Потягиваюсь и от того постоянно зеваю, отчего глаза ещё и слезятся.
Опять смотрю на своё отражение и вижу, какая же я всё-таки счастливая.
– Тебе мальчик улыбнутся… не мальчик, а мужчина. Муж-чи-на, – ещё раз повторяю вслух. Господи, какой же он классный, он просто идеальный. Жаль, мне с ним ничего не светит.
Тыкаю в своё отражение пальцем и строго говорю сама себе:
– Тебе с ним ничего не светит, девочка, так что и не мечтай.
«Но почему мне тогда так хорошо?»
– Не знаю, я не знаю, – сюсюкаюсь я сама с собой. – Но мне хорошо, просто от того что он где-то есть, что он существует, и что он поцеловал меня в ножку.
Улыбаюсь сама себе:
– Правда я до сих пор его боюсь, – пока чищу зубки я в сотый раз перечитываю все смс от него. Останавливаюсь на картинке кровати и смеюсь в голос.
«Конечно, размечталась она», иронизирую над собой. А в душе так тепло и спокойно.
Какой же у него голос, а как от него пахнет, а его руки, его глаза и губы. Хочу покрыть поцелуями всё его тело, хочу почувствовать его на вкус. Хочу его.
«О работе думай, ты же на работу устроилась, вот и думай о ней, а не о том, как устроить личную жизнь».
«Действительно, – опять смеюсь над собой. – Куда бы не пошла Юлечка, везде находит только приключения на свою попочку».
Поворачиваюсь попкой к зеркалу и шлёпаю саму себя. Какая же она у меня классная, моя популечка.
И сразу же в голове моей рождается дурацкая идея: сфоткать себя в ванной и ему отправь.
– Да ну не-ет, – говорю сама себе вслух. А саму таки подмывает учудить что то эдакое. По крайней мере, пожелать ему «Доброго утра» таким образом. А то надоело мне быть одной, хочу опять быть чьей-то, принадлежать кому-то.
– Денис Владимирович, – улыбаюсь я и хмурую брови. Стараюсь стать грозной как Денис. – Я серьёзный генеральный директор слушайтесь меня, бойтесь меня, трепещите передо мной. – И опять смеюсь. Какой же он всё-таки клёвый. Снова смотрю в телефон:
Пусть он мне позвонит. Ну пожалуйста, пусть он мне позвонит… он же вроде куда-то меня пригласил. Надеюсь, он не шутил. Я за ним идти готова куда угодно, хотя на край Света.
Дочищаю зубки и полощу ротик. Наклеиваю на зубы липучку и срываю, провожу по ним кончиком язычка. Беленькие и блестят.
И вообще я такая милашка в отражении. Как будто это я семь лет назад. И нет у меня никаких проблем и болячек и всё хорошо-хорошо, даже лучше чем когда-либо. А я счастливая-счастливая, полная надежд Юлечка. Достаю пачку противозачаточных, смотрю на таблетки, выдавливаю две штуки и запиваю водой. Режим нельзя нарушать, иначе опять проблемы, иначе опять в больницу, а в больницу я больше не хочу.
«Хватит с меня этих больниц, хватит боли, хватит переживаний, хватит страданий. Сегодня начинаю жить». Улыбаюсь себе в отражении. Возвращаюсь в свою комнату и начинаю одеваться. Новенькие трусики, надеваю с вишенкой, люблю вишни, и пусть вишенка будет на том самом месте. У меня вообще настроение сейчас игривое. Представляю, как буду сидеть пред ним на совещании и случайно раздвину ножки. Хочу, чтобы он посмотрел и увидел вишенку, и не смог больше говорить. А я такая наивная сидела и ресничками хлопала.
М-м-м, как же я хочу его. Хочу быть любимой, хочу быть желанной, хочу, чтобы он не мог без меня жить. А я-то от него никуда не денусь. Хочу, чтобы он пялился на мои коленки, целовал мои ножки. Я буквально пьянею каждый раз, как вспоминаю об этом. Неужели могло быть что-то эротичней. Он держал мою ножку в руках, и поцеловал её. А я меня прям заперло, я не знала что и думать тогда, что сказать ему, что ответить. Как же мне было хорошо. Наверное, это был один из лучших моментов в моей жизни. А когда он позвонил, у меня чуть сердце из грудей не выскочило. Я помню, как тогда покраснела, помню, как его слушала и помню, как писала ему сообщения. И если бы он сказал: «Приезжай» я бы не задумываясь, упала в такси и приехала, куда он скажет, оделась бы, как он захочет, и сделала бы для него всё, чего он пожелал бы.
Но не попросил, и ничего мне не сказал. Так обидно. Вот ждёшь-ждёшь от мужчины первого шага, а он всё никак его не делает.
«Ты уже не маленькая, Юлька, можешь и сама первый шаг сделать».
«Не-ет, я слишком его боюсь, чтобы отважиться на такое. Я ещё не готова». Он такой могущественный, такой властный. Я прямо таю перед ним, прямо потекла, бери меня голыми руками, только не отталкивай. Я готова ждать тебя сколько угодно, столько, сколько понадобиться, наивно мечтая, что ты ещё когда-нибудь посмотришь в мою сторону.
Чёрт, как же я его хочу.
«Люблю?» Я слишком часто бросалась этим словом в прошлой жизни, и слишком плохо это всё закончилось. Я не люблю его, а просто хочу до усрачки, до сумасшествия до невменяемости. Я контролировать себя не могу когда он рядом. Мечтаю войти в его кабинет, лечь на стол и раздвинуть ножки. И пусть он делает со мной всё что захочет. Только не игнорирует. Я этого не переживу.
«Хочу стоять перед ним на коленях, смотреть ему прямо в глаза в надежде, что он обратит на меня внимание», у меня бесконечная фантазия, но может вместо этого лучше почитать в интернете, чем занимается сммщик. А то мне на работу через час, а я до сих пор не вкурила чем я там буду заниматься, ну кроме того что влюблённо смотреть на генерального Дениса Владимировича и томно вздыхать.
«Ну пришли хотя бы смайлик, на мой одинокий серебристый телефон», вспоминаю песенку и улыбаюсь. Как бы мне настроение подняла пустая смс от него. А может первой ему написать, может он точно так же как и я ждёт, что я напишу ему первой. Он же не сильно умеет смсить. Я даже секса так не хочу, как получить от него сообщение. Вспоминаю стикер с кроватью и мне опять смешно. Он ещё и перезвонил мне, оправдывался, хотя я всё и так прекрасно поняла. Кровать это «Спокойной ночи».
С другой стороны я за эти годы так привыкла к одиночеству, и теперь не знаю, как пускать кого-то в свою жизнь. Я привыкла быть одна, и не представляю, как это жить с кем-то. Даже мамка уже со мной не живёт. Уехала в деревню к бабушке и там работу себе подыскала. Платят мало, но ей хватает, даже мне иногда помогает.
С ужасом представляю момент, когда и мне придётся так поступить. На что я надеюсь, что мамка со мной навечно. Но не может же мамка «уйти» и оставить свою доченьку одну на всём белом свете. Я не верю в смерть не верю что кто-то уходит навсегда. Не верю. Прижимаю к груди свой нательный крестик.
«Ещё вчера ты хоронила саму себя, а тут такие откровения», мой внутренний голос всегда на высоте.
Выбираю юбочку, не хочу ходить каждый день в одном и том же, но разве я могу позволить себе скрывать коленки, он же меня про них спрашивал.
– Денис, – повторяю его имя вслух и от наслаждения зажмуриваюсь. Его имя звучит, как музыка для моих ушей. Неужели я всё-таки смогу влюбиться ещё раз.
«Уже смогла… – говори внутренний голос. – Я бы раньше сказал «дура», но сейчас считаю, что для тебя любовь это полезно, даже несчастная».
«Почему это?»
«Чтобы ты снова почувствовала вкус к жизни и снова дышала полной грудью».
Кстати о сиськах. Смотрю на свои крохотулечки. Я всё надеялась, что они подрастут. Во время беременности они даже увеличились, но теперь они опять стухли. Так обидно.
«Это потому, что ты худая», подсказывает мне внутренний голос.
«Вот только не надо меня успокаивать».
Выбираю самый тугой бюстгальтер и натягиваю, ток чтобы груди торчали, чтобы между ними образовалось это, как его – декольте. Типа они ну хотя бы второго размера, а не первого. Но несмотря на все мои старания, большими они всё равно не кажутся. Надеваю блузочку с открытыми плечами, обожаю, когда мужики на мои плечи пялятся, считаю их едва не самой сексуальной частью своего тела, если конечно не считать ножки. Есть конечно штучки и посексуальнее, но их нельзя показывать на работе. А плечи – так жарко же, никто ничего не скажет. Они у меня такие стройняшные такие изящные, как и шейка, как тоненькая золотая цепочка на ней. Мне её будущий Катюхин муж на восемнадцатилетие подарил.
Целую крестик и вспоминаю молитву. Но все мысли только о нём.
– Спасибо Тебе, Господи, что ты создаёшь таких красавчиков, Аминь, – молюсь с игривой улыбочкой. Я понимаю, что похоть это первородный грех. На, Господи, это же Ты меня такой создал, а значит, ты сам хотел, чтобы я была такой. Наварено, я слишком старомодна со своей религией, но как же она мне помогала. Если бы не вера, меня бы, наверное, уже на Свете не было. Я даже когда-то вены себе резала, чтобы посмотреть, как течёт моя кровь. Но сейчас я об этом вспоминать не хочу. Мне слишком хорошо сейчас, чтобы думать о плохом.
Выбираю туфельки. Не такие яркие, как вчерашние «лабутены» (кстати, надо будет отнести их в ремонт, чтобы каблук на место поставить), но тоже ничего, изящненькие на шпильках. Намазываю ножки телесным кремом, чтобы блестели и тут вспоминаю о колготках.
«Я же обещала Денису Владимировичу прийти в колготах». Открываю полочку, где у меня колготы и чулки лежат. Порванные, все колготки порванные. А может чулки надеть. Я в них такая секси шмэкси.
«Не-е-ет, колготки, я же обещала колготки. Нужно будет новые купить в переходе, по дороге на работу».
Надеваю свои любимые часики Гесс, они так мне подходят. Укладываю волосы, подкрашиваюсь. Нет, я не просто подкрашиваюсь, я штукатурюсь в своих лучших традициях. Я ж до восемнадцати из дома не выходила без слоя тоналки. Боялась, что меня кто не накрашенной увидит, и узнает какой у меня естественный цвет кожи.
Шикарные ресницы, тени вокруг глаз. Укладка волос лаком. Губки, для губ у меня отдельный карандаш и блеск. Долго думаю, каким накраситься цветом: ярко-красным или бледно розовым, но выбираю почти что белый. Знаю, это выглядит как провокация, но «один раз живём», хочу, чтобы он в меня влюбился с первого взгляда. Хочу любви.
«Господи, пожалуйста, я так давно у Тебя ни о чём не просила. Сделай так, чтобы он полюбил меня сильно-сильно. Так же сильно, как и я его».
«Ага, в сантиметровом столе штукатурки, – подзуживает внутренний голос. – А утром увидит без косметики и испугается».
«Да как угодно лишь бы полюбил. Я так хочу любви. Она нужна мне как воздух. Она нужнее воздуха. Потому что без воздуха я быстро окочурюсь и безболезненно, а без любви я буду умирать медленно и мучительно».
«О-о-о, псевдо философия пошла, – смеюсь я сама над собой. – Скоро начнёшь цитатками из контактика разговаривать. И кстати, когда ты инстраграмм заведёшь».
«Да прямо сейчас. – Смотрю на часы. – Нет, сейчас времени нет, чуть позже».
Складываю в сумочку помаду и тушь и выхожу из дому.
========== Глава 11 ==========
– Доброе утро, – здороваюсь с соседкой.
– Доброе, Юлечка, тебя не узнать прям, такая цветущая, – отвечает она.
– Вас тоже. Вы так помолодели, – улыбаюсь ей, мне весь мир сейчас улыбается. Как же мне хорошо, как я счастлива.
Захожу в привычную маршрутку и сажусь возле водителя. Около него всегда место вперед свободное (для меня, наверное). Сижу рядом с ним и не подтягиваю юбочку вниз, пусть любуется. Я же вижу, как он пялиться на мои коленки. Приятно сделать человеку приятное, особенно в такой день.
Он улыбается мне, и я улыбаюсь ему.
Подъезжаю к работе и выхожу из маршрутки. Счастливая-счастливая, довольная-довольная, сияющая на крылышках любви, на шпильках буквально добегаю до стеклянных дверей центрального входа. Краешком глаза вижу свою раздолбанную машину. Там ничего такого, задняя фара и крыло чуть погнулось. Ездить будет. Роюсь в сумочке, не забыла ли ключ, сегодня домой поеду на своей машинке.
Люблю свою машинку. Обожаю её, жаль, что вожу редко и потому опыта у меня маловато. Просто бензин дорогой, да и некуда мне особо ездить одной, разве только к маме и бабушке в деревню.
– Приветик, – здороваюсь я с Алёной на ресепшене, или как это место называется.
– Приве-е-ет, – высокомерно отвечает мне она, продолжая подкрашивать губки. Вся такая в образе и на пафосе. А мне не до этого, я такая счастливая.
Прохожу в зал, бросаю по пути взгляд на кабинет босса. Поскорее бы он вызвал меня «на ковёр».
– Юу-у-улька приве-е-ет! – издалека замечает меня Катюха, и бежит ко мне обниматься.
– Приветик Катюх, – теперь уже я в образе, но всё равно я такая улыбчивая.
Катюха заключает меня в свои объятия:
– Так рада тебя видеть, – говорит она мне и поворачивается к остальным. – Девчонки, это Юлечка, я вам о ней рассказывала.
– Привет Юль, – кивают мне остальные сотрудницы, я так понимаю СММ отдела.
– Всем привет, – машу я им пальчиком.
– Я и не надеялась вытащить тебя из твоей ракушки. Ты так надолго засела… жизнь-то идёт, жизнь продолжается. А ты сидишь.
– У меня проблемы были… – невнятно отвечаю я.
– А у кого их нет? У вех проблемы, у Инны вон проблемы, – показывает она на довольно крепкую женщину на вид намного старше меня. – У меня проблемы. У Зотова…
– У кого, – уточняю.
– У Дениса Владимировича Зотова, – отвечает Катюха. – Ты же говорила, что вчера с ним познакомилась.
– Да-а-а, – смеюсь я, а мне само упоминание Дениса прямо душу греет.
– А я-то думаю, знакомый Ланцер на парковке стоит. Где фару стукнула?
– Да то давно ещё, – краснею и хочу сменить тему. – Так в чём заключается моя работа?
«Господи даже в интернете не посмотрела, влюблённая дурочка».
– Да погоди ты. Успеешь, давай лучше кофе пока попьём. У тебя кружка есть? – В ответ я отрицательно качаю головой. – Возьмёшь пластиковый стаканчик из кулера. Бери сразу два, чтобы не обжечься.
Катюха хватает со своего стола кружку с фотографией мужа Димки со старшеньким на руках. Это так мило. Она даже на кружке разместила их фотографию. А я на кулере беру два пластиковых стаканчика, как она и советовала, и мы направляемся к кофейному аппарату. Всегда мечтала иметь дома кофейный аппарат, из него кофе получается вкусный.
Катюха набирает кружечку кофе и смотрит по сторонам:
– Юль, прости, но здесь нет заменителя, а сахар, я знаю, ты не ешь.
– У меня с собой, – достаю из сумки баночку Стевии и трясу ею в воздухе. Ставлю на кофейный аппарата рядом с вазочкой полной кусочков тростникового сахара. Пусть это будет мой скромный вклад в наш офисный быт. С чего-то же надо начинать.
Делаю первый глоточек кафе, обнимая пластиковый кружечку двумя руками. М-м-м, как вкусно, хочу домой себе кофемашинку.
К нам подходит буквально подлетает молодой парень. Хотя присмотреться, он старше меня, просто эта нелепая странная причёска (не люблю когда у мужиков длинные волосы), неаккуратная мятая рубашка на которой застёгнуты все пуговички. Слишком яркий ремень и джинсы на подтяжках. А он точно здесь работает?
– Саваш, Юля, это вы? – смотрит он на меня и не знает, как ко мне подступиться
– Ну да, я. – Улыбаюсь я и делаю ещё один глоточек кофе.
– Зотов поручил мне ваше рабочее место показать. А ещё после обеда зайдите в бухгалтерию, нужно будет с вами трудовой договор подписать. – Вижу как он волнуется, как пацан малолетний, места себе не находит в присутствии двух привлекательных девушек. Ну Катюху он положим, знает, но меня-то в первый раз видит.
– Пархомов, я покажу Юлке её стол и компьютер, тем более сисадмин только вчера его поставил, – вступается за меня Катюха.
– И в курс работы введёшь? – как-то неуверенно смотрит он на меня. Слишком неуверенный этот пацан, для руководителя, хотя этих айтишников фиг поймёшь.
– Да, да, всё будет норм, – подмигивает ему Катюха.
– Гляди, а то Зотов меня убьёт, – косится он на меня.
– Ну-у, придёшь, проконтролируешь, – наивно хлопаю ресничками. А он уже вообще в осадок выпал. Не хватало, чтобы в меня ещё и начальник отдела влюбился. Так, нужно срочно сделать вид, что я стерва или лесбиянка. А как ещё этих мужиков отвадить.
«Одеваться надо ярче, юбка покороче, шпильки подлиннее, раскраска поагрессивней»
Но Катюха берёт всё в свои крепкие руки:
– Не волнуйся, всё будет в лучшем виде, Юлька была лучшей на потоке. Она не подведёт.
– Ну ладно, – как-то наигранно улыбается мне Пархомов и уходит. Он слишком долго задерживает на мне свой взгляд, чтобы все его пошлые мыслишки не стали всем очевидны.
– Очень толковый спец, – говорит Катюха когда он уходит. – Он лучший в построении сетей. Он разработал прогу, в которой ты будешь работать.
– Спасибо тебе, – шепчу я, делая ещё глоточек кофе. Господи, какой же он тут вкусный.
– За что? – не понимает Катюха.
– Ты назвала меня лучше на потоке. А ведь лучше всегда была ты, а я только за счёт «красивых глаз» выезжала.
– Ну-у-у, не без этого, – смеётся Катька.
– А кроме того, я же так и не закончила институт.
– Да забей, в реальной жизни образование никому не нужно. Думаешь, мне пригодились мои знания? Скорее мне пригодилось увлечение инстой.
– Ха, – улыбаюсь я, – представляешь, я так и не завела аккаунт в инсте. Вот сколько раз пыталась, но всегда забивала в итоге. А последние годы вообще не до этого было, я в такой депрессии находилась. Спасибо, Катюха, что меня вытащила.
– Ты на депрессивную сейчас не похожа, такая сияющая, такая цветущая. Признавайся, кто он, – по-дружески толкает меня плечо Катюха.
Автоматические стеклянные двери открываются, и на пороге появляется Денис. Он в мотоциклетной крутке, сверкающий зеркальных очках формы капелька. Его чёрные как смоль волосы слегка взъерошены, что только придаёт ему лоска. В руках громадный мотоциклетный шлем и офисный костюм в целлофановом пакете.
Я смотрю на него, а у меня перебивает дыхание и холодеет в груди. Он кажется мне ещё красивее, чем вчера. У меня дрожат поджилки, подкашиваются коленки, а на глазах выступают слёзы. Есть что-то дьявольское в его чертах: и идеально красивые скулы или же слегка загорелая кожа, чёрные как смоль ресница, широкая грудь, сильные руки. Я мечтаю увидеть его без футболки. Я так хочу его, что даже кофе в горло не идёт.
Он проходит мимо нас, и я вижу, как приподнимется со своего кресла Алёнка. Она так рисуется перед ним, что я уже ненавижу её всей душой, всем сердцем. Его взгляд на мгновение задерживается на мне, но после он снова переводит его на Алёнку. Денис снимает очки, и первая на кого он смотрит, это наша гиалуроновая блондинка.
– Позвони на объект, скажи, что я на месте, пусть приезжают, – говорит он тихо, но чётко и предельно ясно.
– Будет сделано, Денис Владимирович, – услужливо кивает она. Она его чуть глазами не пожирает, прямо сейчас готова ножки перед ним расставить, вот сучка. Хотя я на её месте вела бы себя точно так же.
«Посмотрим, как ты себя на своём месте будешь вести», внутренний голос не покидает меня. И только Катюха спокойна, она одна среди нас не видит в нём мужчину из своих грёз, а просто начальника, грозного, но справедливого.
– Здравствуйте Денис Владимирович, – здоровается с ним она.
– Привет, – кивает он ей с дежурной улыбкой, а после поворачивается и на меня смотрит. – Юлечка, зайдите ко мне через… – Денис снимает мотоциклетную перчатку с защитой и смотрит на свои «Ролексы». – Минут через семь.
– Окей, – сглатываю я, чтобы хоть как-то смочить пересохшее горло. Только теперь я чувствую аромат его духов. Это Пако Рабан или Армани Код, если честно, я в них не особо разбираюсь. Чувствую себя как маленький кролик под гипнозом гигантского удава. Мне кажется, я неспособна ему отказать, мне надо будет о-о-очень постараться, чтобы ответить «Нет», но я всё равно не справлюсь.
«Да Денис Владимирович, будет сделано Денис Владимирович», подтрунивает надо мной внутренний голос.
Наши глаза на мгновение встречаются, но он поспешно скрывает свой пронзительный взгляд за зеркальными стёклами очков.
Он уже зашёл в свой кабинет, а я всё ещё под впечатлением от его появления.
– Юль, ты это слышала, – толкает меня локтем Катюха. – Он назвал тебя «Юлечка».
– Да и что, – пересохшими от волнения губами произношу я.
– Да он же никого так не называет. Даже если бы у него была любимая доченька Юля, он бы и её так не называл. А придумал бы для неё прозвище, типа «Мелочь пузатая»… – без умолку тараторит она. Не знаю я, когда Катька стала такой болтливой, всегда была тише воды ниже травы.
– Прости, – говорю. – Повтори, пожалуйста, последнее, что ты сказала, а то я всё пропустила.
А сама смотрю на Алёнку, и на её реакцию. А та делает упорно вид, что нас не замечает, сидит в своём телефончике, в игрушки играет. Строит из себя королеву. Ну-ну, посмотрим ещё, кто есть кто.
– Юль, Юль, ты где? – машет у меня перед глазами рукой Катька.
– Да? Что? – не сразу одупляюсь я, мне всегда нужно какое-то время, чтоб собраться с мыслями.
– Зотов так на тебя посмотрел, ещё и «Юлечкой» назвал. Ты же понимаешь, что это значит. Он к тебе явно неравнодушен. Он конечно не в моём вкусе, но тебе же всегда такие нравились.
– Да с чего ты взяла, что он ко мне неровно дышит, он прошёл мимо, меня как будто и не заметил.
– Юлька, ты чего. Ты же знаешь, как я разбираюсь в людях.
– Знаю, – улыбаюсь я. – Вообще не разбираешься.
– Вот именно, все эти шуры-муры, танцы-шманцы, это не моё. Но поверь, если уже я заметила, значит стопудовый верняк. Иди к нему и ничего не бойся.
========== Глава 12 ==========
– Но ты же мне сама говорила, что у него двое детей от двух разных женщин, что он бабник ещё тот.
– Двое детей? – переспрашивает Катюха. – Да это я не про него, а про другого Зотова.
– А их много?
– Не так чтобы очень, есть самый старший. Но он уже дедушка и здесь не появляется никогда. В Подмосковье живёт и выращивает пчёл на пенсии. Есть Виктор брат Дениса. Тот прожига и бабник, ни одной юбки не пропускает, только членом думает. Не успел жениться на одной, как заделал ребёночка другой. И теперь воспитывает обоих детей. – Переходит на шёпот. – У них с Денисом Владимировичем натянутые отношения. Он даже говорил начальнику охраны вообще не пускать сюда своего братца. А тот такой: «Как же я его не пущу, он же на вас похож, как две капли води, родная мать не отличит».
– А он похож?
– Да-а-а, их все путают.
«Ох и семейка дай Бог всё запомнить». Делаю ещё глоточек кофе, но тут Катюха хватает свой телефон и кипишует.
– Зотов же сказал тебе зайти, а уже пять минут прошло, – подталкивает она меня к его двери.
– Он же сказал зайти через семь минут, если мне не изменяет память, – немного волнуюсь я. На самом деле я откровенно боюсь туда идти. Как оказалось, я вообще красивых мужчин побаиваюсь.
– Юлька, ну какие семь минут, ну кто просит зайти через семь минут. Обычно говорят время кратное пяти. Пять, десять, пятнадцать, ну ты поняла, – показывает она мне телефон. – Давай бегом, а то уже шесть минут прошло.
Делаю последний глоточек уже холодного кофе и выбрасываю пластиковый стакан в урну. Нерешительно подхожу к двери Дениса. Я дико волнуюсь, с надеждой смотрю на Алёну, вдруг она меня остановит. Но она же слышал слова генерального и вместо того чтобы останавливать меня, просто игнорирует. Ну она и стерва если честно или это у неё такая работа.
– Хух, – выдыхаю я и открываю дверь. Нерешительно заглядываю в кабинет Дениса Владимировича.
– Зайти можно? – делаю я полшага вперёд и осматриваюсь.
– Да, заходите, – Денис выглядывает из-за приоткрытой дверцы шкафа. Он как раз застёгивает на себе рубаху, и я на пару мгновений вижу его обнажённый торс, идеальный пресс кубиками. У меня аж глазки слезятся такой он красивый, будто высеченный из камня. Мне кажется, за эти пару секунд я разглядела каждый мускул на его загорелом теле.
– Простите, – опускаю глаза. Я наверное от смущения уже вся красная, хорошо тоналка скрывает.
– Я же просил зайти через семь минут, а сейчас только шесть прошло, – застёгивает он запонки и надевает свой хронометр поверх рукава рубахи. Не видела раньше, чтобы кто-то так часы носил, но выглядит довольно стильно.
– Я подумала… – неестественно улыбаюсь. – Ну кто просит зайти через семь минут, обычно говорят пять, десять или пятнадцать, то есть кратно пяти. – Пытаюсь посмеяться, но не выходит, смех застряёт где-то в горле вместе с моей нерешительностью и стеснительность. Я, наверное, выгляжу сейчас глупо.
– Юлечка присядьте, – подвигает он мне кресло. – Кофе вы уже попили, поэтому не предлагаю, – улыбается он, и меня буквально ослепляет блеск его идеально белых зубов.
– У вас очень вкусный кофе, я познакомилась с Пархомовым и с Катей сотрудницей отдела, в котором я работаю, – лепечу я как на отчёте, хотя он меня ни о чём пока не спрашивал.
– Да я о другом хочу поговорить, – он застёгивает ремень и садится напротив.
– Я вся во внимании, – шепчу я и влюблённо смотрю на него, наивно хлопая ресничками.
«Делай со мной всё что хочешь, на что твоей фантазии хватит, давай же, я готова».
– Я хотел поговорить о вчерашнем… – немного хмурится он. А я только хотела сказать какие у него красивые брови. – О недоразумении, что вчера произошло между нами.
– Мне казалось, мы всё вчера обсудили, – говорю я и замолкаю. Я молчу и смотрю на него, жду, что он скажет.
– Юлечка, хорошая моя, – начинает он. – Вчера я увидел, как вы плачете, и позволил себе перейти черту. Перешёл на ты.
– Ножки мои целовал, – продолжаю я.
– Вот, и это. А ещё эти ночные звонки и сообщения.
– Спасибо, что позвонили, мне было приятно, – слегка улыбаюсь я.
– Давайте сделаем вид, как будто между нами ничего такого не было. – Совершенно серьёзно говорит он. – Мы теперь работаем вместе. А отношения между сотрудниками – недопустимы. Это моё чёткое убеждение и я намерен ему следовать.
– Раз вы так считаете, – дрожащими губами произношу я.
– И-и-и смски, – разводит он руками. – Это ваше право, но я бы хотел попросить вас их удалить. Если не затруднит.
«Чёрт, чёрт, чёрт, чёрт. Всё же так хорошо начиналось. Я сейчас расплачусь».
– Окей, я это сделаю, – шёпотом отвечаю я, беру телефон и выделяю все его сообщения. Мой палец дрожит, но я заставляю себя нажать «удалить» и «удалить безвозвратно».
– Всё готово, – показываю я ему телефон, как будто отчитываюсь.
– Вот и отлично, – выдыхает он. – Приятного рабочего дня.
– Я могу идти? – спрашиваю его разрешения.
– Конечно можете, – улыбается он.
Я поднимаюсь с кресла и неуверенной походкой направляюсь к двери.
– Будут вопросы – обращайтесь, – говорит он мне вслед.
– Конечно, – отвечаю я ему с таким чувством, будто прощаюсь. Я так не хочу уходить. Зотов, останови меня, тебе же это ничего не стоит, только скажи, только попроси. Я на всё готова.
– Кстати, отлично выглядите, Юлечка, – говорит он мне вслед.
– Спасибо, Денис Владимович, – «Я люблю вас». Я улыбаюсь и выхожу за дверь. А самой рыдать хочется. Он же меня фактически отшил только что. Только бы не расплакаться, только бы не расплакаться.
«А ну соберись, тряпка. Ты сюда работать пришла, а не шашни крутить». Кстати в обед нужно будет выскочить и купить колготки или так ходить… вновь смотрю на свои ножки. Поднимаю глаза и встречаюсь с Алёнкой взглядом. Смотрит на меня, своими глазками сверлит, небось всякие гадости про меня думает. Ну и что, я же и сама про неё не лучшего мнения. Мы однозначно стоим друг друга, сколько бы она не шифровала, что стоит дороже.
