Текст книги "Эволюционный предел (СИ)"

Автор книги: Андрей Красников

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 18 страниц)

Какое-то время я думал о космосе и межзвездных перелетах, но затем выбросил посторонние мысли из головы и сосредоточился на общественно-политических тенденциях. Впрочем, предоставленная бортовым ассистентом сводка оказалась достаточно пресной – в южном полушарии продолжались вялотекущие конфликты, Уругвай торговался с кредиторами и грозил им дефолтом, Индонезия ругалась с Китаем по поводу каких-то островов, а Монголия собиралась провести референдум о формировании союзного государства с Российской Федерацией. Скорее всего, ради привлечения дополнительных инвестиций, а также беспрепятственного использования своих трудовых ресурсов на территории соседа.

– Мария, солнышко, можно мне еще стаканчик?

– Конечно, мистер Шнайдер.

Новости в какой-то момент закончились, я переключился на обзоры вышедших в этом году фильмов, однако быстро заскучал – моя реальность была гораздо интереснее придуманных бездарными сценаристами сюжетов. Вообще, наряду с технологической избыточностью мир уже очень давно накрыла избыточность культурная – за последние два столетия наша цивилизация создала там много контента, что освоить его не смог бы ни один долгожитель. Студии продолжали по инерции снимать какие-то фильмы, телеканалы запускали однотипные шоу, но реальная заинтересованность аудитории наблюдалась только в секторе игровых видов спорта и симуляторов виртуальных приключений.

– Мы начинаем снижение, мистер Шнайдер.

– Да, спасибо.

Вид подошедшего к трапу охранника вызвал у меня легкое раздражение – я до сих пор скучал по ушедшему два года назад в отставку Джеку и не стремился поддерживать близкий контакт с его сменщиком. Впрочем, бывший «зеленый берет» вел себя очень профессионально, так что я не собирался срывать на нем свою злость или просить замену.

– Мистер Шнайдер.

– Привет, Ник. Закинешь меня домой и можешь быть свободен.

– Как скажете, шеф.

Вернувшись в любимую квартиру, я включил кондиционер, сделал себе чашку кофе, после чего внезапно осознал, что стою на пороге затяжного безделья. Текущий проект был успешно завершен и мое участие в его дальнейшей жизни не предполагалось, новых указаний от господина Кайзера не поступило, торчать в институт было незачем, а каких-то еще дел у меня не оставалось. В принципе, я действительно мог устроить себе недельный отпуск, слетать на Гавайские острова или же навестить Европу, однако терять связь с привычной жизнью и уходить под чужую юрисдикцию мне однозначно не хотелось. Компромиссным вариантом стала бы очередная встреча с Бьянкой и поход в какой-нибудь ресторан, но сбрасывать со счетов рекомендацию шефа я тоже не собирался. Вдобавок, у моей давней подруги хватало своих забот.

Допив кофе и прогулявшись по комнате, я мысленно плюнул, надел пиджак, а затем вышел из дома – вечер уже наступил, жара спала, так что короткая прогулка по окраинам Центрального парка выглядела отличным вариантом для того, чтобы немного развеяться. Правда, встретившийся мне на следующем же перекрестке бездомный заметно поколебал мое желание бродить по малолюдным местам.

– Сэр, у вас не найдется пары долларов?

– Извини, друг, не ношу с собой денег.

– Может, сэндвич? В этом городе совсем нет еды, у меня…

Не слушая дальнейшие разглагольствования попрошайки, я пересек улицу, дошел до Пятой авеню и спустя десять минут оказался на северной окраине парка. Гордость всех экологов Нью-Йорка встретила меня валяющимся на земле мусором, истошными воплями чаек, а также заинтересованными взглядами кучки чернокожих тинейджеров, но я все равно продолжил свое путешествие, вышел к более-менее чистой набережной и устроился там на видавшей виды лавочке. А еще через минуту рядом возник торговец.

– Официальный магазин парка, сэр. Желаете мороженое, воду, хот-дог?

– Давайте газировку, – кивнул я, рассматривая плававших у самого берега уток. – Холодная есть?

– Найдется, сэр.

– Почему их еще никто не сожрал?

– Простите, сэр?

– Утки. Вокруг столько нищих, а они здесь спокойно живут.

– Хитрые, сэр, – с достоинством ответил разносчик, протягивая мне запотевшую бутылку. – Чуть что, сразу улетают. С вас восемнадцать долларов, сэр.

– Да, сейчас…

Как ни странно, отдых действительно начал мне нравиться – мусора вокруг было не так уж много, птицы добавляли обстановке живости, а бродивший чуть в стороне полицейский создавал иллюзию безопасности. Я слегка расслабился, закинул ногу на ногу, после чего увидел направлявшуюся к моей лавочке девушку.

– Можно к вам присоединиться, мистер?

В голове сам собой щелкнул предохранитель, я аккуратно нажал на браслете тревожную кнопку, после чего с улыбкой повернулся к незваной гостье. Та выглядела чересчур хорошо одетой для попрошайки, чересчур веселой для замотанной офисной крысы и чересчур ухоженной для простой жительницы соседних районов.

– Конечно, мисс. Если я вам мешаю, то могу уйти.

– Нет-нет, ни в коем случае, – девушка ловко устроилась рядом и ненавязчиво дотронулась до моего рукава, делая вид, что удерживает меня от попытки бегства. – Мне просто нравится следить за этими милашками. А вы тоже любите животных?

– Они забавные, – ответил я, стараясь понять, что именно задумала собеседница. – Но я очень редко здесь бываю.

– То-то я вас раньше не видела, – торжествующе кивнула незнакомка. – Кстати, меня зовут Сьюзан.

– Красивое имя. Курт.

– Вам очень подходит. Дайте угадаю, вы работаете с финансами?

– Отчасти.

– О, нет-нет, я не собираюсь выведывать ваши секреты, – рассмеялась Сьюзан. – Ни в коем случае. Мне просто интересно.

– Я бы сказал, что моя работа связана с макроэкономикой.

– Надо же, какое интересное направление. А я недавно получила диплом юриста. Вам в команду совершенно случайно не нужны молодые амбициозные сотрудники?

– Кажется, нет.

– У нас в университете ходит страшная легенда, – заговорщицким шепотом произнесла собеседница, наклоняясь ко мне и позволяя заглянуть в вырез своей блузки. – Говорят, что если случайно встретить в парке отдыхающего бизнесмена и заговорить с ним, то шансы на получение хорошей работы стремительно растут.

– Первый раз о таком слышу, – я вежливо улыбнулся, но не стал отодвигаться, действуя именно так, как и должен был действовать усталый сорокапятилетний мужчина в компании молодой привлекательной девушки. – Впрочем, иногда различные варианты действительно возникают.

– Это же чудесно, – обрадовалась моя новая знакомая. – Не хотите обменяться визитками? Если у вас найдется окошко для встречи, я с радостью зайду к вам в гости и расскажу о своем дипломе. Например, сегодня вечером.

– Вряд ли сегодня, – сходу изменил я намеченные тайминги. – Может быть, завтра.

– Так даже лучше. Ответите на запрос?

Я кивнул, согласился принять высветившийся на браслете контакт, а затем сокрушенно развел руками и поднялся со скамейки:

– Извините, Сьюзан, время.

– Конечно, нет проблем. Вы позвоните мне завтра?

– Если найдется вакансия, то обязательно.

– Я буду ждать. Хорошего дня!

– И вам тоже.

Стараясь никак не выказать своей озабоченности, я дошел до выхода из парка, молча сел в остановившуюся рядом машину и так же молча доехал на ней до здания института. Еще через несколько минут вокруг меня оказались стены карантинной комнаты, а рядом появился шеф службы безопасности.

– Можете говорить.

– Непонятный контакт, – сообщил я, снимая пиджак. – Запись разговора уже у вас, одежда находилась под воздействием.

– Давайте сюда все, ребята проверят. Беседу мы слышали, ничего подозрительного там не прозвучало. Есть основания для беспокойства?

– Черт его знает. Сегодня утром я разговаривал с мистером Кайзером, а вечером ко мне уже подходит эта девчонка.

– Покажите ее контакт.

– Вот, – ответил я, демонстрируя возникшую на экранчике браслета фотографию. – Сьюзан Ривс, юрист. Это она.

– Ждите, мистер Шнайдер.

Ожидание затянулось почти на сорок минут, однако по истечению этого срока мне все-таки вернули одежду и сообщили, что проверка не выявила ничего страшного.

– Выпускница юридического колледжа, закончила обучение два месяца назад. Связей с федералами или полицией нет, жучки на вещах отсутствуют.

– И что дальше?

– Да ничего, – пожал плечами безопасник. – Девочка просто ищет работу.

– В нашей структуре? Через шесть часов после того, как я лично говорил с Вильгельмом Кайзером?

– Хорошо, мистер Шнайдер, что вы предлагаете?

Если бы такая ситуация возникла несколько дней тому назад, я бы в конце концов успокоился и выбросил случайную знакомую из головы, но сегодня, после встречи с шефом и сказанных во время нее слов, у меня начала разрастаться паранойя. Слишком уж вовремя произошло знакомство в парке и слишком многое оказалось поставлено на карту.

– Вы сможете найти для нее вакансию до завтрашнего дня? В компании, которая принадлежит кому-нибудь другому, а не Кайзеру?

– Попробую, – с легкой неуверенностью в голосе ответил собеседник. – Хотите ее проверить?

– Если будет навязываться, скину вакансию. Если она на нее согласится и свалит к чертям, то все в порядке.

– Хорошо. Мы организуем рядом с вашей квартирой точку охраны.

– Отлично.

Весь следующий день прошел очень нервно – я и до этого отлично понимал все риски своей работы, но именно сейчас как-то очень ясно ощутил, что действительно занимаюсь планированием государственного переворота и при любом неверном движении могу оказаться в тюрьме или на электрическом стуле. На этом фоне организованная федеральным бюро расследований слежка уже не казалась мне чем-то абстрактным и фантастическим. Более того, она в любое мгновение могла стать неприглядной реальностью.

– Вакансию нашли, – ближе к вечеру сообщил мне глава службы безопасности. – Офис хэдж-фонда, нужен секретарь с юридическим образованием. Могут взять эту красавицу на испытательный срок.

– Замечательно. Давайте контакт.

Я думал, что Сьюзан ради приличия выждет несколько дней, однако та решила форсировать процесс и позвонила мне сразу же после окончания рабочего дня. Как раз в тот момент, когда я собирался зайти к себе домой.

– Курт, добрый вечер! Вы меня помните?

– Да, конечно.

– Как вы смотрите на то, чтобы провести со мной небольшое собеседование? Я уже собрала все нужные документы и могу подъехать к вам в гости. Скажите, вы ведь живете где-то на Манхэттене?

– Верно, – согласился я, чувствуя, как в душе оживают самые черные подозрения. – Да, это отличная идея.

– Просто замечательно! Я вам так благодарна, Курт, вы себе даже не представляете. Диктуйте адрес.

До приезда девушки я успел навестить расположившихся этажом выше охранников, установить в гостиной взятые у них камеры, после чего связаться с доставкой и заказать в соседнем ресторанчике легкий ужин на две персоны. Курьер явился буквально через десять минут, а спустя еще четверть часа консьерж доложил, что ко мне идет некая госпожа Ривс – моя новая знакомая продолжала бить все рекорды по скорости достижения своих целей.

Затем в дверь позвонили.

– Привет, Сьюзан, – улыбнулся я, пропуская гостью в квартиру. – Заходите, чувствуйте себя как дома.

– Курт, я так рада, что вы согласились меня принять, – обольстительно улыбнулась девушка, мимоходом касаясь меня прикрытой короткой блузкой грудью. – Мне хочется вас отблагодарить хотя бы за это.

– Ничего особенного, я…

– Просто дайте мне позаботиться о вас. Идите сюда… вот так…

В принципе, я был готов к любому повороту событий, но то, что девушка уже на первой минуте разговора встанет на колени и начнет расстегивать мои брюки, оказалось для меня легкой неожиданностью. Приятной, но тем не менее.

– Сьюзан…

– Просто закройте глаза и расслабьтесь.

Напор не ослабевал, гостья оказалась чертовски умелой, поэтому несколько мгновений спустя я решил, что это тот самый момент, когда нужно просто заткнуться и получить удовольствие. Тем более, что все происходящее записывалось и обвинений в домогательствах можно было не опасаться.

– Идите сюда. Ложитесь.

Я позволил девушке уложить себя на диван, она тут же воспользовалась ситуацией и оказалось сверху, мои руки сами собой скользнули по округлым бедрам…

– Вы мне сразу же понравились, – томно шепнула Сьюзан, ритмично двигаясь на мне в позе наездницы. – Такой импозантный деловой мужчина. Такой одинокий.

– Черт…

Когда все закончилось, девушка тут же убежала в ванную комнату, а я остался приводить себя в божеский вид, не совсем понимая смысл произошедшего. То, что в меня с первого же взгляда влюбилась красивая молодая выпускница колледжа, являлось абсолютно невозможной ситуацией, поэтому рабочих вариантов оставалось не так уж много. Тем не менее, прийти к однозначным выводам мне все равно не удалось.

– Курт, ты заказал нам ужин? Это так мило!

– Да, конечно. Кстати…

– Можно, я съем этот салатик?

– Все, что хочешь.

Зрелище одетой только в нижнее белье и непринужденно уплетавшей греческий салат девушки оказалось настолько будоражащим, что мне пришлось напомнить самому себе, ради чего затевалась наша встреча.

– Кстати говоря, я нашел для тебя вакансию.

– Да ты что? – округлила и без того большие глаза Сьюзан. – Курт, ты просто бесподобен!

– Это было не так уж сложно. В одном хэдж-фонде требуется секретарь, твои данные им понравились.

Собеседница глубоко вздохнула, промокнула губы салфеткой, после чего решительно перебралась ко мне на колени.

– Курт, я очень тебе благодарна. И мне хочется доказать это прямо сейчас.

– Как скажешь…

Волшебная сказка оборвалась спустя два часа – проводив гостью, я вызвал команду специалистов и чуть ли не до полуночи наблюдал за тем, как они проверяют каждый квадратный сантиметр моей квартиры. К моему искреннему удивлению, добыча оказалась нулевой.

– Все чисто, мистер Шнайдер. Ни в коем случае не удаляйте записи с камер, они вас защитят в случае непредвиденных осложнений. Еще мы заменим вам код на замке.

– Думаете, она могла его скопировать?

– Всего лишь предосторожность, мистер Шнайдер.

– Ладно, делайте, что считаете нужным.

Ночь прошла относительно спокойно, а вот следующий день вновь подарил мне кучу сомнений и колебаний – я опасался классической схемы с шантажом, пытался оценить вероятность того, что Сьюзан работала на спецслужбы или же наших конкурентов, втайне ждал от нее нового звонка, но в итоге дождался лишь визита главного охранника.

– Поздравляю, мистер Шнайдер. Ваша подруга успешно прошла собеседование, получила работу и уже одарила своей благосклонностью нового босса. Тот просил передать лично вам огромное спасибо.

– Даже так.

– Позвоните ей.

– Зачем?

– Если она откажется с вами встретиться, про эту историю можно будет забыть.

Я без лишних слов нашел контакт любвеобильной студентки и нажал кнопку вызова, но звонок оказался сброшен. А еще через несколько секунд мой телефон требовательно пиликнул, сигнализируя о поступившем сообщении.

– Что там?

– Пишет, что у нее слишком много дел. Обещает встретиться как-нибудь потом.

– Отличный способ построить успешную карьеру, – хмыкнул собеседник, направляясь в сторону выхода. – Живите спокойно, мистер Шнайдер.

Когда дверь закрылась, я перевел взгляд на экран гаджета, еще раз перечитал сообщение, а затем откинулся на спинку кресла и тихо рассмеялся – кажется, меня действительно использовали для поиска работы. Использовали нагло и цинично, однако при этом настолько ловко, что сердиться на хитрую манипуляторшу я просто не мог – в конце концов, мы оба получили от этого мимолетного эпизода свои бонусы.

Как говорится, ничего личного, просто бизнес.

2136. Монтана

К моменту старта предвыборной кампании тридцать шестого года я официально покинул свою должность и перебрался в небольшое поместье на берегу озера Флатхед, так что наблюдать за разворачивающимися событиями мне пришлось исключительно со стороны. Монтана традиционно являлась идеальным местом для вдумчивого отдыха, стоявшая в гараже амфибия давала возможность спокойно путешествовать по окрестностям, заниматься охотой, рыбалкой или дайвингом, однако меня такие вещи почти не интересовали – я предпочитал размышлять о теоретическом будущем, следить за новостями и разговаривать с болтавшимися по территории охранниками.

Вместе со мной на северо-запад страны уехали еще два человека – согласно неписаным правилам влиятельных корпораций, бывших топ-менеджеров требовалось защищать от случайных грабителей и конкурентов, а также держать под мягким наблюдением, не позволяя совершить какую-нибудь глупость. В моем случае наличие охраны было продиктовано элементарными соображениями здравого смысла, а кандидатуры будущих компаньонов подбирались из списка штатных работников нашей службы безопасности. Я решил проявить некоторую гибкость, открыл две свободные вакансии, после чего буквально сразу же получил в свое распоряжение готовую пару телохранителей – успешно примелькавшегося за последние годы Ника и абсолютно незнакомую мне Хлою Дженкинс.

– Ну и зачем это вам? – спросил я во время финального собеседования. – Ты молчи, с тобой все ясно. А тебе зачем?

– Это хорошая работа, босс, – невозмутимо ответила пришедшая вместе с Ником статная афроамериканка в элегантном деловом костюме. – Хорошая зарплата, хорошее место, хорошие перспективы на будущее.

– Значит, не боишься, что по мою душу прилетит отряд злобных террористов?

– Мы справимся, босс.

– Будет не очень весело. Развлечений там мало, а я никуда выезжать не планирую.

– Меня это устраивает.

– Ну, как скажешь.

Переезд состоялся осенью, первые месяцы жизни в северной глуши оказались наполнены рутинными бытовыми хлопотами, а поскольку затянувшийся ремонт вынуждал меня время от времени ездить в соседний городок, то наш маленький коллектив быстро вызвал интерес со стороны его обитателей. Однажды к нам даже заглянул местный шериф, с удовольствием пропустивший вместе со мной пару бокалов коньяка и давший несколько ценных рекомендаций по взаимодействию с дикими животными.

– Сейчас медведи обожравшиеся и сонные, даже если вы одного из них встретите, то можете вести себя спокойно, не тронет. А вот по весне здесь без ружья гулять не стоит, мистер Шнайдер. Предупреждаю всех новичков и всех туристов, но дерьмо иногда случается.

– Да какой я вам мистер, – отмахнулся я, поднимая бутылку с коньяком. – Просто Курт.

– Сразу видно, что вы новенький, Курт, – усмехнулся шериф, протягивая мне бокал. – Здесь люди предпочитают настоящий чистый виски.

– Есть за мной такой грешок, никак не могу к нему привыкнуть.

– Эх, не поймут вас. Но коньяк хороший, тут ничего не скажешь.

– А что еще в округе есть? Из опасностей, само собой.

– Утонуть можно, в лесу заблудиться, по морде получить в баре. – охотно перечислил гость, поплотнее устраиваясь в кресле. – Ваш Николас, он же охранник?

– Скорее, помощник. Долго с ним работали, теперь вот коротаем деньки.

– А девочка – любовница?

– Я все слышу, мистер Браун.

– Так люди говорят, – мгновенно открестился от своих слов шериф. – Для чего еще такую красотку в глушь везти?

– Босс иногда проводит консультации для различных заинтересованных лиц. В мои обязанности входит обеспечение рабочих условий.

– Да я ведь не против, мисс! Просто должны же вы знать, какие тут слухи бродят.

– Меня не интересуют глупые слухи.

– Хлоя, брось, – поморщился я, вновь поднимая бутылку. – Еще стаканчик?

– Начинаете говорить как местный, – торжествующе хмыкнул гость. – Скоро и до виски дойдете, могу поспорить.

– Все может быть…

С шерифом у нас очень быстро наладилось абсолютное взаимопонимание, а вот слухи про мои отношения с охранницей так никуда и не делись – находясь в обитаемых местах, я время от времени ловил на себе завистливые взгляды менее успешных горожан. Впрочем, на фоне развернувшейся президентской гонки все это не имело никакого значения.

За прошедшее десятилетие Эрик Янковский сделал очень многое – ему удалось не только встать во главе Либертарианской партии, но и значительно укрепить ее позиции благодаря грамотным действиям пиарщиков. Всех деталей мне никто не рассказывал, однако я предполагал, что главный секрет успеха заключался в неожиданной поддержке сразу трех транснациональных корпораций – благодаря этому ресурсу, к началу текущего избирательного цикла наш кандидат подходил, имея за спиной около двадцати процентов голосов избирателей. Совершенно немыслимая с исторической точки зрения цифра, которая начала быстро увеличиваться после обнародования ключевого лозунга всей кампании.

– Здоровье в каждый дом, – уверенно говорил с экрана телевизора Янковский, попутно демонстрируя зрителям какие-то сложные графики. – Моя компания уже больше двадцати пяти лет занимается генетическими исследованиями и сейчас готова предоставить каждому из вас универсальное средство для лечения и профилактики наиболее сложных заболеваний. Моя вакцина блокирует распространение раковых клеток, сводит до нуля клеточную деградацию нейронов, стимулирует выработку естественных гормонов и позволяет даже в восемьдесят лет чувствовать себя полным жизненных сил и энергии. Став президентом нашей великой страны, я добьюсь всех необходимых одобрений и сделаю так, чтобы абсолютно каждый из вас получил…

– Красиво чешет, – заметил внимательно слушавший его выступление Ник. – Как думаете, мистер Шнайдер, там есть правда?

– Если глянуть на физиономии кое-каких актеров, то начинаешь верить каждому слову, – раздраженно фыркнула Хлоя. – Выглядят все лучше и лучше, сволочи.

– Мистер Шнайдер?

– Такими вещами обычно не шутят.

– Мне кажется, он брешет насчет бесплатной раздачи. Даже у него нет столько денег.

– На его месте я бы просто заставил включить получение вакцины в самую базовую медицинскую страховку. Таким образом он сможет выбить для себя необходимое финансирование и остаться в плюсе.

– Вот сволочь.

– Цель-то у него все равно благородная.

– Ага, – с явным скепсисом произнесла Хлоя. – Купить голоса избирателей за счет раздачи вакцины, которую в итоге оплатит государство?

– Может быть, – усмехнулся я, думая о том, насколько близко к истине подобралась моя охранница. – Но для людей все равно будет польза.

– Таковы реалии современного мира, – многозначительно сообщил Ник. – Выигрывает тот, кто готов сделать хоть что-нибудь хорошее. Потому что все остальные вообще гондоны.

– Я не поняла, кто из вас философ, ты или босс?

– Смотрите, там ваши любимые персонажи выступают.

– Уроды, – отвернулась от телевизора Хлоя. – С их-то деньгами…

– Говорят, он им свои первые разработки чуть ли не насильно колол. А сейчас там запись на годы вперед.

– Если у него запись на годы, как он собрался двести пятьдесят миллионов доз вакцины родить?

– Детка, не путай штучный продукт за десятки миллионов долларов с розовой водичкой за сто долларов.

– Вот я и говорю, там какой-то обман.

Разговоры компаньонов давали мне серьезную пищу для размышлений – слушая их реплики и внимательно следя за настроениями, я получал очень грубый, но при этом довольно точный срез общественного мнения. И надо сказать, что итоги открытых социологических опросов показывали абсолютно соответствовавшую моим дилетантским выводам картину – обычные люди не слишком-то верили амбициозному бизнесмену и спустя два месяца рост их симпатий полностью остановился. Как по мне, здесь сказалась некоторая однобокость выбранной стратегии – если наши главные оппоненты вполне традиционно действовали по всем возможным направлениям и раздавали сотни предвыборных обещаний, то Янковский работал исключительно с медициной, в результате чего вполне закономерно начал проигрывать.

А потом случилось нападение на исследовательский центр.

– Босс, проснитесь! Босс!

– Что такое? – я сел на кровати, с удивлением глядя на распахнувшую дверь Хлою. – Что случилось?

– Извините, босс, вы сказали, чтобы мы вас будили в случае экстренных новостей. Там ядерный взрыв!

– Где?

– Взорвали центр Янковского, босс! Идите скорее!

Я злобно выругался, кое-как натянул на себя одежду, после чего спустился в гостиную, на стене которой уже вовсю работал телевизор.

– Шеф, они его реально прихлопнули, – экспрессивно сообщил Ник, размахивая пультом. – Да отмотай ты назад, тупое железо…

– Янковского прихлопнули?

– Нет, центр генетики. Вот, уже по всем сетям крутят!

– Вижу…

Поднявшееся над пустынными равнинами Невады огненное облако запечатлели сразу несколько болтавшихся по окрестностям туристов. Репортеры мгновенно опубликовали самые эффектные кадры в своих новостных каналах и теперь наперебой рассказывали о страшной аварии – насколько я понял, случившееся на данный момент квалифицировалось именно как техногенная катастрофа.

– Хрен нам всем, а не вакцина, – вздохнула Хлоя. – А этому козлу будет хрен вместо президентства.

– Там реальный взрыв случился, – восхищенно произнес Ник, наблюдая за транслируемым с беспилотника изображением. – Трупы лежат.

– Странно лежат, – тут же прищурилась его напарница. – Их что, расстреляли?

– Взрыв какой-то слишком маленький получился, – заметил я. – После атомного весь этот городок сгореть должен был к чертям собачьим.

– Думаете, обычный?

– Нет-нет, радиация присутствует. Вот, слушайте…

– … введен чрезвычайный режим, – прорезался в динамиках голос растрепанной ведущей. – Мы не можем получить никаких официальных комментариев, но сюда уже летят спасатели и военные. Офис мистера Янковского не отвечает на звонки, однако…

– Ничего они не знают, – махнула рукой Хлоя. – Брешут все подряд, а радиацию придумали.

– … в небе над нами патрульные истребители, а коллеги уже докладывают, что на западном побережье объявлена боевая тревога, – продолжила вещать журналистка. – Не исключен вариант, что мы стоим на пороге очередной войны, которая…

– Выключи этот бред.

– Да хрен там. Может, путное что-то скажут.

– Они?

Пока охранники ругались из-за репортерши, я перебрался на свое рабочее место, открыл информационные сводки и начал читать сухую выжимку достоверных фактов. Там все было относительно предсказуемо – разбуженные посреди ночи эксперты мгновенно отметили странную гибель охранников центра, а кто-то не в меру умный даже высказал теорию, что настоящей причиной инцидента мог стать питавший весь комплекс реактор. Впрочем, на этом дело и закончилось.

– Есть что-нибудь определенное, шеф?

– Кажется, взорвался реактор. Но еще раньше была атака, после которой нападавшие замели следы взрывом и ушли в сторону моря. Туда уже подтянули силы быстрого реагирования, но разведка ничего не дала.

– Вот же дерьмо. Это что, реально война, шеф?

– Скорее, террористический акт. Но утверждать что-либо еще рано.

– Дерьмо…

Начавшийся таким образом день оказался чертовски богатым на события. Уже ранним утром стало известно, как именно передвигались террористы – полиция нашла записи с дорожных камер, где были запечатлены пять идущих на сверхмалой высоте коптеров. Модель оказалась гражданской, изготовителем являлся Китай, возле побережья Калифорнии именно в этот момент находилось аномально большое количество сухогрузов с китайскими флагами, так что предварительный виновник тут же был определен. Военно-морские силы отправились задерживать подозрительные суда, президент выступил с пафосным, однако чуточку бестолковым обращением к нации, атакованный журналистами Вильгельм Кайзер сообщил, что новейшие реакторы практически не оставляют заражения в результате критических ситуаций и его корпорация с радостью возьмет на себя все затраты по обеззараживанию территории, а посол Китая решительно отверг связь своего государства с террористами и выразил соболезнования погибшим. Еще через пару часов на океанском шельфе обнаружились останки использованных аппаратов, а глава Федерального бюро расследований официально признал случившееся террористическим актом – тела расстрелянных из автоматического оружия людей однозначно перечеркивали версию случайной катастрофы и тянуть с признанием очевидного больше не имело смысла.

Сразу после этого наступил звездный час Эрика Янковского – наш кандидат в президенты, используя очень яркие, но при этом максимально обтекаемые и юридически грамотные формулировки, обвинил прямых конкурентов в грязной игре, терроризме, угрозе благополучию нации, а также попытке лишить обычных людей доступа к его вакцине. Его речь настолько соответствовала моим ожиданиям, что я слушал ее, затаив дыхание – прямо сейчас, на глазах у всего мира, творилась настоящая история. История, в основе которой лежали мысли никому не известного немецкого ученого.

– Мы потеряли четыреста тридцать пять сотрудников, – перешел к завершающей части своего выступления Янковский. – Это чудовищная и абсолютно невосполнимая для общества потеря, однако тот, кто пытался таким образом нас уничтожить, жестоко просчитался. Производственные мощности уже давно перенесены в Иллинойс, работа над вакциной идет в прежнем темпе, так что после назначения меня президентом вы все обязательно ее получите. Остается лишь один вопрос – за кого вы пойдете голосовать. За человека, который рискнул всем, чтобы вылечить ваших родителей, или за тех, кто устроил чудовищную катастрофу, стараясь ему помешать. Это только ваш выбор!

– Старая хитрая сволочь, – покачал головой Ник, дослушав обращение до конца. – Как он все это дерьмо превратил в пирог?

– Просто у него пирог из дерьма, – фыркнула Хлоя. – Что думаете, босс?

– Черт его знает. Будем смотреть.

В течение всей следующей недели цивилизованную часть планеты откровенно лихорадило – ядерный терроризм давно и прочно возглавлял список глобальных мировых угроз, поэтому каждый мало-мальски значимый дипломат искренне старался что-нибудь осудить, кого-то поддержать, а заодно и отметить свою абсолютную непричастность к произошедшему. Все это раздуло новостные сводки до предела, но в конце концов ажиотаж сам собой пошел на убыль – исполнители операции бесследно исчезли, расследование забуксовало, последствия аварии оказались не такими уж и страшными, война с Китаем не началась, так что обыватели мало-помалу вернулись к своим делам. Само собой, что Янковский опять воспользовался удачным моментом, еще раз вышел на сцену и объявил о новом судьбоносном решении – если раньше он действительно собирался принять специальный закон ради включения своей вакцины в базовое медицинское обслуживание, то теперь был готов раздавать ее бесплатно. Такой поворот событий впечатлил даже скептически настроенную Хлою.

– Босс, он что, реально будет колоть ее всем желающим? Просто так?

– Похоже, да.

– И она будет работать?

– Мне-то откуда знать. Скорее всего, да.

– Чертовщина.

У меня сложилось впечатление, что именно после этого выступления основные конкуренты Эрика Янковского мысленно выбросили белый флаг и смирились с тем, что главный пост страны займет абсолютно посторонний человек. Массовой капитуляции не случилось, Республиканская партия инициировала расследование в отношении Вильгельма Кайзера, демократы попытались обвинить во взрыве самого Янковского, угодившая под раздачу страховая компания выплатила почти триста миллиардов долларов, обанкротилась и тут же подала в суд, но эта суета не принесла никакого реального эффекта. Более того, по всем каналам страны начали мелькать самые разные деятели шоу-бизнеса, наперебой расхваливавшие чудодейственную вакцину и хваставшиеся своим здоровьем, а рейтинг нашего кандидата уверенно одолел пятидесятипроцентный рубеж.