Текст книги "Следствие по магии (СИ)"

Автор книги: Анастасия Евдокимова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 20 страниц)

– Простите Ярослав Викторович, но я предпочитаю не встречаться с фигурантами своих дел вне рабочего времени. Теперь прошу простить, у меня свои дела. Будет какая-то информация или нужно будет ответить на вопросы, то я вас сама найду.

Домой я вернулась со странным чувством злорадства, но уже без буравящих взглядов.

Глава 3

Эту ночь я провела спокойно. То ли организм устал до предела, то ли просто вернулась в рабочий режим. Да я чуточку чёрствая. Но такая работа. Утреннее настроение было шикарным – верный признак испортить его к вечеру, хоть из дома не выходи. Я мурлыкала тихо какую-то мелодию. Нужно побегать, может сходить куда-то еще. Но лень пересилила. Я сидела на подоконнике, хрустела яблоком и читала книжку. Кофе тоже было, а вот плед отсутствовал. Жарковато для него, да и не грустить собралась. На обед ничего не хотелось, может всё-таки прогуляться?

– Хозяйка, к тебе гости…

Тонкий мужской голос раздался из угла. Книга, остывший кофе, огрызки и я – оказались на полу. Хорошо, что пледом не накрылась. С помощью маршрута неизвестному голосу и трём минутам барахтанья, я встала и посмотрела в сторону звука. Там никого, то есть просто угол. Так, я не пила. Радио выключено, телевизор тоже.

– Кто здесь?

– Хозяйка, через пять минут к вам приедут.

– Кто здесь?

Я никого не видела, говорила пустота. Я зажмурилась до «чёрных мух» в глазах, но прояснения так и не последовало.

– Кто здесь? Покажись!

В углу из которого исходил звук появилось, появился… Это был, маленький серенький комок, среднее между колобком и человечком, в рубашке и шароварах такого же серого-пыльного цвета.

– Кто ты?

– Домовой этого дома.

– Домовой? Вы же миф!

– Ну не миф конечно, просто старые знания не у всех остались. Хозяйка, волхва-то пускать?

– Кого?

Разговор глухого с немым. Я глазами размера ХХХL смотрела на это мелкое существо. Не спорю, где-то в глубине души я верила в чудеса, не даром же предпочитала для отдыха читать фэнтези. Но одно дело надеяться, другое – видеть и разговаривать.

– Волхв спрашивал о тебе. Я не сказал, но он знает и запрашивает проход по Покону. Я не могу ему отказать, но ты должна знать.

И он исчез, пустой угол. Просто пустой угол, я потрогала его. Исчез. Нет, истерика не посетила мою нервную систему. В мозгу зияла пустота. Механический труд полезен, поэтому я подняла чашку, собрала огрызки в мусорку, протерла пол и включила воду. Раздался звонок в дверь. Чашка, сделав отскок от рук и ударившись о край раковины, упала на пол и превратилась в груду осколков. Хорошее утреннее настроение превратилось в злое веселье. Что этот, блин, за волхв в гости пожаловал.

Резко распахнув дверь и чуть не снеся стоящего за ней, выглянула. Немного отскочив от двери, стоял Ярослав Викторович Волховский. Брат потерпевшей. Волхв – это сокращение от фамилии? Или что это?

– Что вам нужно? Я вчера не ясно выразилась?

– Госпожа Гаюн, мне всё-таки необходимо с вами переговорить.

– Говорите.

От двери я и не подумала отодвигаться и приглашать в дом.

– Может вы угостите меня кофе или чаем?

– Нет, говорите и исчезните. В противном случае, я буду вынуждена вызвать наряд. Вы преследуете сотрудника правоохранительных органов, ведущего ваше дело. Это может быть расценено как давление на следствие.

Ярослав сверкнул глазами и тяжко вздохнул.

– Кто вы? Я не могу вас определить.

– Ярослав Викторович, разговор глухого с немым у нас уже был. Я следователь. Вам этого достаточно.

– Не по Покону, Зоя Владимировна.

– Зато по Закону.

Я хлопнула дверью и прислонилась лбом к железу. Так, что мы имеем? Сумасшедший или нет, но явно странный брат потерпевший. Неизвестный комок шерсти, представившийся как домовой. Покон, где-то я такое слышала или читала. Гугл с Яндексом в помощь. Пока истерика не накрыла, а ее комок уже подступал к горлу, я залезла в поисковик. Сайты с оккультизмом и странички с фэнтези замелькали перед глазами. Допустим, это не я схожу сума… Да кого я обманываю, я прям горю этой идеей… Мне ее не хватает, идеи. Для чего я здесь? Почему гнетёт постоянное «все не то, я иду по жизни не туда, все не так»? Правда, эту мысль трудновато сформировать в понятные слова, но какая-то потеря давит в моменты нахождения с самой собой. Может и будет сложно и тяжело, но и интересно же тоже будет?

– Домовой, появись!

В углу, в самом темном из имеющихся, образовался туман серо-чёрного цвета. Потом проявились глаза, и человечек полностью сформировался. Я переместилась к нему, встала на колени и чуть не обнюхала его. Такой смешной.

– Вы правда домовой?

– Не вы, а ты. Я не враг тебе. Правда домовой – как построили дом, так я и заселился.

– Зовут-то тебя как? Кузя?

– Ну нет! Всеслав мое имя, Всеслав Митрич.

– Всеслав Митрич, а ты почему ко мне не являлся до этого?

– Так до этого же никто к тебе не ходил, тем более волхвы.

– А кто такие волхвы?

– Тююю, вот у ведьмы родится ребёнок – ведьма сильна, а суженый ратник какой. Но ведьма природная, не новодел. Вот волхв и появится.

– А колдуны?

– И эти есть, но уже сами силой владеют. По книгам, аль по природе. Те, кто силу в дар получил или отобрал.

– Почему ты именно ко мне пришёл?

– Так как не помочь гамаюну?

– Гамаюн? Кто это?

– Ты! Пошёл я, работы много, – и испарился. Даже быстрее чем появился.

Гамаюн, гамаюн. Где-то я это слово недавно видела, когда искала, что такое Покон. Гугл, иди сюдааа!

«Птица Гамаюн, в славянской мифологии посланница богов, их глашатай. Она поет людям божественные гимны и провозвещает будущее тем, кто согласен слушать тайное. В старинной «Книге, глаголемой Козмография» на карте изображена круглая равнина земли, омываемая со всех сторон рекою-океаном. На восточной стороне означен «остров Макарийский, первый под самым востоком солнца, близ блаженного рая; потому его так нарицают, что залетают в сей остров птицы райские Гамаюн и Феникс и благоухание износят чудное». Когда летит Гамаюн, с востока солнечного исходит смертоносная буря. Гамаюн все на свете знает о происхождении земли и неба, богов и героев, людей и чудовищ, зверей и птиц. По древнему поверью, крик птицы Гамаюн предвещает счастье».

Значит, петь и орать не нужно. Счастье я кликать не хочу, несчастье кстати тоже. Вот почему мое пение так всем нравилось! Точно гипнотизирую. Особенно под настроение. Я тогда с приятельницей в караоке пошла. Когда очередь до меня дошла, то все слушали с упоением, отпускать не хотели. Горло на утро болело, хрипела я знатно.

Так, с этим разобрались немного. Если это правда… уж не сплю ли я?.. Ай! Так сильно щипать себя было лишнее. Я потёрла наливающийся синяк на ноге.

Остаток воскресенья я провела в поисках информации. Удивительно, но по славянской мифологии на просторах сети было удручающе мало данных. Нет, количества разных импортных Бабаек тьма, но достоверности даже их легенд я не верила ни на грош. Хотя бы той крупицы информации, полученной от домового, хватило, чтобы поставить под сомнения мировую сеть. Либо все, кто с этим связан, тщательно скрываются. Либо их нет, а я просто перегрелась.

Но так долго не дающая мне покоя интуиция ласково уговаривала меня, что это правда. Что все, что я помню из детства, те чудовища, которых я видела иногда на улицах – истина.

Интерлюдия

Ярослав злобно смотрел на дверь. С этой барышней все наперекосяк. Следователь, ага, как же. На неё не действуют НИКАКИЕ чары!

Когда позвонила «сестра» и сказала, что похитили ребёнка, то я, как сумасшедший, пролетел пол-Москвы. На площадке было не протолкнуться, менты эти. Я чуть не сплюнул, когда увидел эту следачку. Слишком молода, слишком смазлива. Наверняка блатная. Меня выкинули за пределы ограничительной ленты, как только я ответил на вопросы этой… Когда я пытался поговорить с ГИБДД как обычно, но пришлось просто договариваться. Один из даров волхва – это дар убеждения. Он не работал, вообще. Я даже не чувствовал дар в себе. Спустя пару минут и минус почти триста зелёных американских президентов, я наконец-то пришёл в себя. Внутреннее зрение и мои дары не работали – как будто отключились. Я списал это все на нервы, концентрации никакой. Нужно найти племянника. Племянник мне дорог, даже больше чем сестра. Ночью я провёл поиск и ничего. Понятно было только то, что Дима жив. Но где и кто его удерживает?

Второе явление следователя произошло наутро. Ее звонок в квартиру, как и мое удивление были шоковыми. Я поднял все охранные круги, а домовому было строго-настрого поручено не пускать никого в дом. И тут звонок, прямо в дверь – вместо предупреждения от домового. После ее визита я еще час его вызывал. Только на официальный вызов по всем правилам он и явился. Но отвечать на вопросы домовой отказался, даже на угрозу развеять – не отреагировал. Он сказал, что если гостья сама захочет, то расскажет. Все, осталось только пытать.

Проверив все документы, я узнал имя и звание следователя.

– Василич, помоги решить вопрос. Мне нужно знать, где обитает некая Гаюн Зоя Владимировна, следователь СК, майор.

– Ярик, ты представляешь, что просишь?

– Потап, ну ты же знаешь, что просто так я бы не просил. Странно все с ней.

– Что, плохой следователь?

– Да я не поэтому. Мне с ней поговорить нужно.

– Так запишись на приём, – хохот в трубке стал булькающий. – Ладно, отзвонюсь, как все узнаю.

Три часа я успокаивал сестру. Потом не выдержал и погрузил ее в сон.

– Ярик, запоминай, Ленинский проспект…

Когда я добрался до ее дома, она как раз направилась побегать в парк. Кто же она? Не ведьма, этих домовые терпеть не могут. Не расскажут конечно о жильцах, охраняют покой домов. И не пропустят, ко мне так точно. А тут – костьми ложится, но не говорит.

Пока парковался, пока добежал через переход к парку, девушка уже скрылась. Она бегала по парку, но я поймал ее глазами только ко второму кругу. Аркан не сработал – как в пустоту. Еще час я вспоминал все поисковые заклятия, потом заклятия воздействия, после, в принципе, все что знал и что не могло бы разрушить окружение. Пусто. Сила уходила как в молоко. Разговор не получился – девица просто проигнорировала и направилась домой. Нужна информация. У кого, у кого, у кого?

– Али, нужна информация! Нужна еще вчера!

– Ярик? Слышал, слышал. Чем смогу, друг. Что поиск дал?

– Ничего, только что жив и все. Но у меня еще есть вопрос. Кто в мире Нави, Яви и Прави не подчиняется никаким поисковым заклинаниям? Да в принципе никакие убеждения не подходят, но и активной защиты не видно.

– Трудный вопрос. Сегодня в Москве можно встретить, что джина, что Мару. А уж ведьм – каждая вторая. Тут смотреть нужно. Я тут даже Гарма встретил. Дуамутеф в кинотеатр завалился. Понаехали в Россию, – в трубке фыркнули. – Так что тут масса вариантов. Ты сам понимаешь, последнее время только у нас не выгоняютникого, если он или она не нарушают закон.

– Как узнать, кто же передо мной?

– Брат, ты головой не бился? Если не помог обряд, то пока сам не раскроется, узнать и не получится. Это не Европа какая-то, с ее закончиками. Покон не нарушен?

– Нет.

– Тогда прости, не помогу.

Я просидел в машине под ее окнами до вечера и прозвонил половину записной книжки, не знает ли кто эту Гаюн. Но либо она очень умна, либо новенькая.

Боги не вмешиваются в нашу жизнь, живут среди нас. Можно сказать, они становятся смертными и умирают, если о них полностью забывают. Есть шанс задать вопрос богу. Но ответит ли он, захочет ли? Я прокатился в лес, но леший покрутил пальцем у виска (корягой о пень) и отправил самому узнавать. Знает ведь, бревно старое.

На следующий день я таки решился просто спросить, полностью раскрывшись. Ведь от ее действий и знания будет завесить мой племянник.

Род, после обряда только что и шепнул – жив, она поможет.

Решил – пошел. Итого: стою около двери, закрытой-захлопнутой. Ну и? Вот что теперь-то делать? Ждать под дверью? С ментами я долго буду разговаривать, при ней то не договоришься.

Кулак впечатался в стену ниже звонка и я очнулся на улице. Домовой чихнул за спиной:

– Без приглашения я тебя больше не пущу. Слышь, волхв! По Покону, да будет так.

Все, в этот дом я попаду только после официального приглашения. Но это еще одна зацепка о личности девушки.

– Василич, помоги решить вопрос.

– Слава, иди в…

– Я уже оттуда. Мне нужно полное доступное досье на Гаюн Зою Владимировну, адрес которой ты мне скинул.

– Слава, ты …… – и матом шесть с половиной минут.

Заслушался.

– Василич, с меня возможная помощь в любом деле, которое не повредит мне и моим близким. Перун и Велес свидетели.

– Ох ты, серьезно. До утра соберу что смогу.

Кто же ты?

Глава 4

Понедельник летом это как двойное наказание – расстрел через повешенье. Ну почему в такую хорошую погоду на работу идти втройне труднее? День будет просто адский. Во-первых, я чуть не свалилась с кровати, а это, на секундочку, «второй этаж» моей квартиры. Во-вторых, на плите осталось жирное пятно после жарки яиц, перемешанное со сбежавшим кофе. Форма помялась на стуле, или я так ее плохо повесила. Ну и безусловно обожглась. Короче говоря, обычный мой понедельник с не зазвеневшим будильником. Что с ним – будильником, периодически случается. Как собственно и со всей техникой, что попадает мне в ручки.

Пробки приятно не удивили, а на утреннем селекторе я огребла за то, что ребенок еще не найден, как и злодей. Но к материалам, вылизанным за выходные, придраться не смогли.

Это были все тот же стол и все те же дела, но я смотрела на все это, как в первый раз. Как плёнку сорвали с новых очков, и мир заиграл новыми красками. Красками или не красками, но два дела заиграли действительно радугой. Проверила, солнце на них не падало. Какое солнце, у меня самый тёмный кабинет. Солнце только в районе пяти утра заглядывает в кабинет. Я его выбрала за наличие кондиционера и вечной прохлады. Достала дела, которые переливались, и раскрыла их. Попалась одна простая карманная кража, приведшая к гибели пострадавшего – карманник толкнул. Задержанный не раз привлекался за кражи, но тут вдвойне не повезло. Во-первых, он стал совершеннолетним. Во-вторых, убийство. Надолго сядет. Переливались отпечатки пальцев. Интересно, интересно.

– Дежурный, Луценко уже отправили в СИЗО?

– Нет пока, он в ИВС. Машины не было. Отправляем через час.

– Можно его ко мне, пропустила подпись. Биг Босс сегодня крайне не в духе.

– Сейчас пришлём.

Луценко был помят и небрит, но за трое суток в ИВС это нормально. В его внешности почти ничего не поменялось: глаза, злобный блеск в которых смешивался с такими же всполохами, как на отпечатках. Перепечатать одну страничку оказалось не сложно и пока тот ее подписывал, все смотрела на него. Кто же ты? Домовых я уже видела, но они так не светились. Скорее были серенькими, пыльными. А этот как мыльный пузырь на солнце, интересный эффект. Интересно, кто же он? Из глубины подсознания всплыло слово «пикси». Уверенность, что передо мной пикси, была всеобъемлюща. Надо же, прямо как Гугл запрос – спросил, тебе ответили. Нужно практиковаться. Зная с кем имеешь дело, все проще. Отправив обратно подследственного, я попробовала на второй папке. Ничего. Предположу, что я должна видеть существо. Если основываться на статье в интернете, то я должна знать все на свете о происхождении земли и неба. Будем пробовать.

Остаток дня, как мне показалось, прошёл в режиме вопрос-ответ. Гугл отдыхает. Но есть и ограничения, только если перед тобой представитель нелюдей. Около ИВС я гуляла несколько раз, чем доводила дежурку до нервного тика. Оставалось всего 15 минут до конца рабочего времени, как меня вызвали. Сухаревская, Последний переулок. СОГ шепнул мне, что опять ребёнок и опять похищение. Четырёхэтажный Великий и могучий просто терялся на фоне мата начальства. Серийное. Это серийная кража. Значит ли это, что первый ребёнок уже умер? Нет, не умер, на это моей системы запросов хватило. Правда, она не ответила – где дети? Ну хоть за это спасибо!

В переулок я проехала с тремя скандалами и шесть раз тыкала посту ксивой. От блеска звезд у подъезда трудно было не заплакать. «О, сотрудники в штатском» – чую, пахнет ФСБ. Удивительно только что они не приехали на первое преступление и оставили все мне.

– Майор, это…

При высоком начальстве ругаться так, как хочется, не получалось. Но по лицу многое угадывалось. Эксперты маститые и не очень облепили подъезд. Они чуть ли не обнюхивали двери и ручки, чем отбирали у служебных собак работу и вызывали их недоуменное поскуливание. Горчаков стоял рядом с кинологами и курил, философски взирая на этот бедлам. Я направилась к нему, искренне опасаясь быть растоптанной одичавшими генералами и полковниками.

– Ну что скажешь, Олег?

– Я приехал первый. Бабушка гуляла с внуком, мальчик так же 2,5 года. Бабушку, уже заходящую в подъезд, толкнули. Она упала, и в этот момент некто схватил мальчика и сбежал. Бабушка не видела напавшего, но говорит, что видела седые волосы.

– Что камеры?

– На подъездных такая кракозябла получилась. Помесь инопланетянина и гоблина, с кривыми зубами и волосами торчком.

Мне было продемонстрированно данное размытое фото на телефоне. Ну, инопланетянин не подойдет, все-таки не зеленое. Во всем остальном соглашусь с оперативником.

– Я отправила в лабораторию седой волос с места происшествия. Результатов нет, но подозреваю после сегодняшнего случая анализ будет в приоритете.

Горчаков безразлично пожал плечами.

– Могу предположить, что нас к этому делу больше не подпустят. От звезд уже рябит в глазах.

– Кощунственно так говорить, но может это и к лучшему. Труднее будет, если нам навяжут наблюдателя.

– И не говори.

Заняться было решительно нечем. Лезть под руку начальника – мы не смертники. Опрашивать пострадавшую – там такой галдеж, что бедная женщина не понимает на чьи вопросы отвечать. Мало того, там еще находились родители ребенка. Мне их не представляли, но воющая женщина скорее всего мать, а угрожающий полковнику мужчина – отец. Так что мы остались в тяни арки. Разговаривать не хотелось, все это успеется потом. Даже странно, в Последнем переулке, последний дом оказался девятиэтажным панельным строением годов шестидесятых. Среди старых дореволюционных построек с колоннами и завитушками этот дом смотрелся гадким утенком. Два подъезда, как муравейник, были заполнены сотрудниками. Журналисты, вытесненные за ограждение, бесперебойно щелкали камерами и что-то щебетали.

Меня привлек луч солнца – на секунду показалась нить цвета радуги, интересно. Пробираясь вдоль стены к углу дома, я пошла по ускользающему следу. Далеко он меня не завел – в соседней арке ниточка прервалась, на земле лежала шапочка. Дальше ничего не было. Я дозвонилась до эксперта, пока прибежавшие всей когортой объемные подполковники вытирали платочком залысины под кокардой. Мне здесь больше делать нечего, пойду просить камеры.

Опер стоял на том же месте, где я его оставила.

– Ну что?

– Нашла шапочку ребенка. Туда сейчас всех отправили.

– Исход начальства с места преступления я уже видел.

– Ты работать собираешься?

– А толку? Кто ж мне позволит совать свой пролетарский нос в начальственные дела.

Так и не придя к согласию еще часа-полтора простояли в этой тени. Правда, дошли до магазинчика, опросили продавца (уже кем-то допрошено-запуганного) и купили воды. Ничего не значащими фразами перекидывались с порядком уставшими экспертами. Устали они, что характерно, не от своей работы, а от пристального, никому не нужного внимания больших начальников и их особо ценных советов под руку.

– Как думаешь, через сколько уедут? Мои скоро покварник закончат.

– Сама не знаю. Я даже не представляю, оставят дело мне или отдадут фэйсам.

– Они лишнее на себя не возьмут. Но это второй ребенок, похищенный за четыре дня. В принципе могут. За выкупом не звонили, похититель никак не объявлялся. Боюсь, что и детей нет в живых. Мы трясем киднеперов как груши, но до первого числа нет похожих случаев. Все допрошенные имеют, как минимум, алиби, а то и находятся в местах не столь отдаленных. Я просто не знаю. Выбирают детей одного года, пола и даты рождения.

– Даты?

– Оба мальчика родились 23 декабря.

– Самый короткий день года.

– Сама думай, это твоя работа.

– Ищи, что общего между родителями. А я доеду до конторы, напишу план. Ты же меня знаешь.

– Не переживай за это. Ты как знаешь, а я поехал работать. Из-за этих… (взмах в сторону звездатых) и так полдня потерял.

Горчаков докурил, уж пачку истратил, и бодренько потопал к своей лошадке. Та стряхнула сонное оцепенение и скрылась за поворотом. Ему проще, он сам себе начальство. А вот мне, глядя на своего начальника, бледного и осунувшегося, становилось не по себе.

Вот оставят меня на этих делах или заберут? Даже не знаю, что интереснее. Хочется раскрыть дело, но и эту головную боль не снимешь. Либо пресса заклюет, либо начальство – не знаю, что и лучше.

Когда полчаса спустя на меня обратил внимание мой руководитель, я уже подумывала о доме. Капитально думала, пробираясь в сторону машины. Именно с такой интенсивностью думала.

– Ты почему не отвечала на звонки? – вопль раненого в самый ливер зверя разнесся в переулке.

– Димитр Александрович, что вы хотите этим сказать? Я здесь с шести.

– Почему я тебя не видел? – децибелов поубавилось, но подозрительности прибавилось в трое.

– Димитр Александрович, я с вами поздоровалась, но вы не смогли ответить. Поэтому направилась исполнять свои обязанности.

В качестве доказательства отдала кипу протоколов и черновые пометки. По глазам увидела меняющейся гнев на милость.

– Что нашла?

– Шапочку ребенка в переулке недалеко отсюда. Свидетелей как обычно нет, розыск и участковые уже заканчивают поквартирный опрос. Пока с уверенностью можно сказать, что дети выбираются по дате рождения. Оба малыша родились 23 декабря, пока оба мальчика. Утверждать не берусь, как бы страшно это не звучало. У нас слишком мало фактов. Предположительно похищала женщина, в возрасте. На месте первого преступления оставлен седой волос, сейчас он у экспертов. Со второй пострадавшей переговорить не получилось. При этом по первому опросу и фото с камеры подъезда установлено, что у подозреваемого длинные седые волосы.

– Есть фото с камеры? – я тяжко вздохнула.

Ну и чем они здесь занимались больше четырех часов?

– Фото с подъездной камеры не может быть идентификатором, оно нечеткое и размытое. Отчетливо просматриваются только длинные седые волосы, хотя предположу возможность парика и иного маскарада. На другие камеры преступник не попал. Возможно это мужчина, очень сильный. Остаются вопросы – почему дети не плакали? Соболев пока не нашел ответа.

Начальник хмыкнул. Согласна, Соболев – это аргумент, уж если он не нашел, то наши эксперты и подавно.

– Пока все, что есть. Проверка по родственникам второго, похищенного, только началась. Дополнительно проверяем связи с первой жертвой.

– Зоя, ты учти, к этому делу прикованы все возможные силы. Начальство рвет и мечет. Им не объяснить, что мы не боги, – начальник обреченно махнул рукой в мою сторону и удалился.

Почему я задержалась? Хотя пару минут назад собиралась исчезнуть еще раньше руководства. Еще полчаса я бродила по опустевшему переулку. Возможно мне только так казалось, ведь те же полчаса до всего, в этом переулке творился бедлам и концерт по заявкам в одном лице. Когда время истекло, и я переместилась в машину, через минуту на соседнее парковочное место влетела знакомая ауди.