Текст книги "Не моя (СИ)"
Автор книги: Анастасия Безбрежная
Соавторы: Виктория Победа
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 17 страниц)
– Да, что вы? И кто же вам дал подобное право? – я вопросительно смотрю на Игоря, до последнего, черт возьми, надеясь, что я все неправильно понимаю, но его красноречивый, чуть виноватый взгляд говорит сам за себя. Видела я уже такой взгляд, у друга его лучшего, и больно было не меньше.
Я опускаю голову, в попытках подавить столь ненужную сейчас сентиментальность, а затем горделиво вскидываю подбородок. Не увидит эта змея моих слез, ничего не увидит.
– Никто ей ничего не давал, – звучит твердый голос, но я не реагирую, только пристальней всматриваюсь в кривоватую улыбку на тонких губах девчонки, – и Ника уже уходит.
– Ника?
– Точнее будет Вероника, Ника только для близких. Очень близких, – почти интимно добавляет новая знакомая и сверкает глазками в сторону Игоря. Он смотрит на нее в ответ, и я готова поклясться, что таким я вижу его впервые: глаза прожигают насквозь, тело натянуто, как струна, а лицо заострено настолько, что того глядишь и порежешься о выпирающие скулы.
Перед глазами тут же всплывает недавно увиденная картина, как они вдвоем стоят едва ли не вплотную прижимаясь друг к другу, и Вероника тянет свою куриную лапку к его лицу. Отчаянье захлестывает с головой, и я отворачиваюсь не в силах больше смотреть на эту парочку. Пора заканчивать этот цирк.
Кинув последний взгляд на застывшие фигуры, я поворачиваюсь к выходу, чтобы уйти.
– Лер, постой, не уходи так. Давай поговорим…
– Можем втроем поговорить, заодно и выясним все.
– Наш разговор тебя не касается, – тихо цедит Игорь, и меня снова охватывает необъяснимое любопытство, увидеть его с этой, незнакомой мне до сих пор стороны, – и тебе уже давно пора свалить.
В одном стоит отдать должное Веронике, она абсолютно непробиваемая. Стоит как ни в чем не бывало, и только с интересом посматривает то на меня, то на до предела заведенного Игоря.
– И что же? Будешь просвещать ее о нашем романе? Ты ведь ей, судя по всему, ничего не сказал, хотя это весьма странно с твоей стороны, учитывая, что я никогда не была одной из тех бабочек однодневок, которые витали вокруг тебя, – девчонка поворачивает голову ко мне и смотрит, будто мы лучшие подружки, – на твоем месте я бы задумалась, дорогая.
Последнее слово режет слух, и как бы мне ни хотелось это признавать, но отрава, льющаяся из ее рта все же медленно, но верно достигает своей цели. В душе зарождаются сомнения, что вкупе с абсолютным непониманием в голове, рождает гремучую смесь.
– Не о чем ее просвещать и…
– Как это не о чем? – девчонка тянется к пальто и ловким жестом выуживает оттуда что-то маленькое, – А как же это?
В ее руке, ни больше ни меньше, лежит кольцо с увесистым камнем в центре, и ситуация кажется мне до боли знакомой.
– Это можешь оставить себе, помолвка была разорвана и точка.
– Что-то я не припомню, чтобы мы об этом говорили…
– Твой поступок был лучше всяких слов, – резко обрывает Игорь и заметно поморщившись, отворачивается в совершенно противоположную сторону.
В прихожей повисает гнетущая тишина, и я не нахожусь, что сказать на подобные откровения. Только одна упорная мысль бьется в голове:
«Я здесь лишняя…»
В конце концов, Игорь мне ничем не обязан… А вот ей…
Я собираюсь озвучить свои мысли вслух, но замираю, наткнувшись на молчаливый взгляд Игоря. Он смотрит, не мигая вглядываясь в мое лицо, но мне не удается прочесть и толики эмоций, творящихся у него внутри. Так больше не может продолжаться…
– Думаю мне пора, – не своим голосом произношу я, краем глаза следя за не скрывающей свою торжественную улыбку, Вероникой. Точно змея, брызжущая своим ядом не хуже гадюки, – поговорим позже, когда разберешься с гостями.
Последнее слово сладким привкусом остается на языке и, не дожидаясь реакции, поворачиваюсь к двери и тут же замечаю ярко красную сумку, стоящую на тумбе. Паззл складывается мгновенно, и образ так называемой «царицы» окончательно формируется в голове.
– А говорят манера вождения не отражает характер, – я слегка поворачиваю голов и из-за плеча смотрю на девчонку, – мои поздравления, Ника, вы смело это опровергаете.
Не знаю откуда в моем запасе подобная улыбка, больше похожая на оскал, но видеть заметно перекосившееся лицо гадюки, как я уже мысленно называю про себя Веронику, невыносимо приятно, однако хорошего понемножку.
Без промедления дергаю дверь на себя, и словно ураган проношусь по коридору. Адреналин, все еще бурлящий в крови, никак не хочет испаряться, и я что есть мочи бегу по лестнице, перепрыгивая через ступеньки.
Оказавшись на улице, вдыхаю полной грудью морозный воздух. Холод приходится как нельзя кстати, но даже он, кажется, не в состоянии потушить разгоревшееся во мне пламя. Все так тщательно удерживаемые под контролем эмоции, наваливаются будто лавина, и мне бы, по-хорошему, поехать домой и хоть немного остыть, но у судьбы, очевидно, другие планы.
Незамысловатая мелодия мобильника играет уже добрых несколько секунд, и где-то на задворках сознания мелькает вполне здравая мысль, что сейчас не лучшее время вступать с кем-то в беседы, жаль только мозги отключились еще на моменте обжимания Игоря с анакондой.
На экране высвечивается имя Кира, и я, протяжно выдохнув сквозь зубы, беру трубку.
– Привет, как ты?
– Нормально, – выходит резко, но я ничего не могу с собой поделать, и только старюсь придать мягкости голосу, – А ты?
– Тоже. Что-то случилось?
– Нет, все нормально. Ты что-то хотел?
– Нет, – тут же глухо отзывается Кир, и я мысленно считаю до трех, в попытках успокоиться и не наломать дров еще больше, – просто хотел узнать, как ты и напомнить про день рождения Димы. Завтра все собираемся, если помнишь…
– Помню, – ни черта я не помню, кроме лязга ножниц, отрезавших мне крылья под корень не так давно.
Кир молчит, видимо не зная, что еще сказать, дабы не вызвать к себе раздражения, но мне с сожаление приходится признать, что тишина – это лучший вариант для нас обоих.
– Давай я приеду?
– Нет, не надо. Я уже спать ложусь, голова трещит сам понимаешь, – хлипкая отмазка, учитывая завывающий рядом ветер и звуки проезжающих машин по асфальту, но на большее меня не хватает, еще одни разборки сегодня я точно не выдержу.
– Я понял, прости что отвлек.
– Прости, – бессильно выдыхаю в уже доносящиеся с той стороны гудки.
Глава 37
Интересно как часто среднестатистический человек задается вопросом о том, какого фига все случается так не вовремя? У меня в последние несколько дней почему-то подобное происходит настолько часто, что пора бы обращаться к специалисту. Только перспектива проводить часы наедине с мозгоправом не особо привлекает.
Куда проще, например, устранить саму проблему собственных затруднений, чьи утопические фантазии поражают настолько, что сравнимы разве что с испытываемым отвращением. Впрочем, лукавить перед самим собой не буду. Добрая часть дерьма лежит на мне тяжким грузом за то, что позволил себе выйти из себя и повести как законченный дурак или мерзавец или еще кто-нибудь… Сейчас я явно не в кондиции давать себе определения.
Остается только надеяться на адекватное понимание Леры и полное исчезновение Вероники из моей жизни, причем желательно без каких-либо желчных последствий. И что я в свое время в ней нашел? Ах, да, первую любовь, отсутствие мозгов и розовые очки, как я мог забыть…
– Приехали, – угрюмо доносит таксист, и я, нарочито медленно расплатившись, без особой охоты выхожу из машины.
Желания праздновать нет как такового, но выбирать, очевидно, не приходится, и потому с понурой головой иду к калитке небольшого дома, находящегося за городом. Помнится последнее подобное мероприятие закончилось для меня весьма смутными воспоминаниями и достаточно яркими впечатлениями, вспоминать о которых я наверняка буду и на смертном одре, собственно, я и вспоминал, когда на скорости в ограждение летел.
Дохожу до калитки, и после короткого разговора по домофону меня впускают внутрь, но не успеваю я сделать и пары шагов, как из-за двери показывается сам хозяин дома и по совместительству именинник.
– Игорь, рад тебя видеть, мы уже боялись, что ты не придешь, – Димон широко улыбается и хозяйским жестом указывает на дом, – пошли, все уже заждались.
– Неужто только меня ждали?
– Ага, – улыбка на лице Димы чуть меркнет, и он заметно замедляет шаг, – все такие веселые, что сдохнуть хочется, может хоть ты суету наведешь.
Остановившись около дверей, я вопросительно смотрю на друга.
– Ты о чем?
– Думал ты знаешь, я не в свои дела лезть не хочу, ваша троица всегда была в неком отдалении, так скажем, – Дима, заметно мнется, пока я нетерпеливо жду продолжения, – но после той истории с Киром, вы все какие-то напряженные, оно и понятно…
– Ближе к сути, – не выдерживаю я, подходя ближе.
– Лера вся дерганная какая-то, Кир еще молчаливее, чем обычно… Кароче, сидят как два ежа, улыбаются, конечно, шутят, но актеры из них те еще, сам знаешь.
– Знаю, – разумеется знаю, что окрыленностью бабочек там и не пахнет, однако беспокойная мысль о том, приехали ли они вместе, поспешно покидает голову и мне едва удается скрыть облегчение в глазах, – ладно, пошли, разбираться будем. Праздник же как никак…
Зайдя в дом и пройдя по широкому коридору, где уже слышны громкие голоса и не менее восторженные речи, мы наконец доходим до гостиной, однако оживленная беседа или скорее жаркий спор даже не думает заканчиваться. Этого времени вполне хватает, чтобы осмотреться и я тут же нахожу глазами сидящих рядом Леру с Киром.
Картина действительно выглядит удручающей, будто вместе, но все же порознь. Оба хмурые, хоть и стараются поддерживать дежурные улыбки, зажатые и явно не настроенные на душевные праздничные разговоры. Впрочем, на какие беседы настроена Лера остается загадкой еще со вчерашнего вечера.
– О, Игорь пришел, – громко восклицает кто-то из присутствующих, и на секунду мы встречаемся взглядами. Лера смотрит растерянно, слегка потупив взор и поджав губы. Понятное дело, чего еще ожидать после увиденного ею, однако об этом мы еще успеем с ней поговорить.
Обвожу взглядом всем присутствующих, при этом не забыв нацепить улыбку на лицо. Черт, кажется сдержать свое слово имениннику будет той еще задачкой, но попытка, как говорится, не пытка.
– Предлагаю тост, – хватаю первый попавшийся бокал со стола, и в тайне надеюсь, что меня не посадят прямо здесь напротив Леры с Киром, – знаю, что эти слова уже наверняка звучали добрую сотню раз, но все же… Димон, скажу кратко: счастья, радости, добра и зеленого бабла, а остальное, как говорится, приложится.
Салютую бокалом в сторону именинника, уже успевшего занять свое место в центре, и тут же выпиваю едва ли не залпом. Хорошо жизнь идет, и не пожалуешься. Шампанского оказывается маловато, но обещания надо выполнять, да и пьяные танцы устраивать не очень хочется, хотя, если это спасет ситуацию…
– Спасибо за поздравления, дружище, остальное, действительно, пока не подводит, – по столу проносится хохот, и я смеюсь вмести с остальными ровно до того момента, пока Дима еле заметным кивком не указывает мне на тот самый свободный стул, – садись, мест немного осталось.
Напряжение застывает на лице слащавой маской, и я не придумываю ничего лучше, чем нести бред:
– Еще кого-то ждете? – многозначительно поднимаю брови, и мгновенно получаю озорную улыбку в ответ.
– Подружек Лизкиных, – Дима кивает в сторону девушки, – только не шали.
– Обещаю не буду, – я, наконец, умещаю свою задницу на стул, и коротко киваю Киру в знак приветствия, краем глаза следя за Лерой, упорно нежелающей отвлекаться от общего разговора. Ладно, переживем, и не такие проблемы решали.
– Я надеюсь ты на такси, Игорь, – вновь доносится до меня голос именинника.
– Конечно, а как иначе.
– Отлично, тогда наливай народ, – за столом начинаются активные движения, однако не успевает, и половина рюмок наполнится, как раздаётся звонок домофона.
– Я открою, – восклицает Лиза, и, выпрыгнув из-за стола, пулей мчится к выходу, но я успеваю ее перехватить.
– Не спеши, Лизок, ты именинника забыла.
– Я там явно лишний, – отшучивается Дима, и Лиза, пустив ему воздушный поцелуй, скрывается в дверях. – Дожили, подружки дороже парней.
– Не переживай так, Димон, когда-нибудь и на нашей улице будет праздник.
– Да, ладно. Пусть развлекается, и так редко видится с Катькой, та все время в разъездах по работе, так что…
В коридоре раздаются шаги, а заливистый смех слышится совсем близко. Секунда, и меня оглушает звонкий голос Лизы прямо над ухом:
– А вот и мы. Знакомьтесь, кто незнаком – это Катя, – я наигранно прижимаю руку к уху, и жалобно смотрю на Диму.
– Лизунь, ты меня инвалидом сделать хочешь, я может в певцы собрался, а ты меня таланта лишаешь.
– Ой, прости, Игорешь. Я не хотела, – заметно стушевывается Лиза, и продолжает чуть тише, – так вот это Катя, мы с ней еще с самой школы, за одной партой сидели и…
– Зайка, давай без подробного рапорта, пожалуйста, – миролюбиво тянет Дима и смотрит на меня извиняющимся взглядом, пока Лиза что-то лепечет в ответ.
Я вопросительно поднимаю бровь, не понимая к чему это он, и с немым вопросом смотрю на сидящего напротив Кира. Друг напряжен, как сторожевой пес, заприметивший нарушителя, и только холодным взглядом смотрит за мою спину, а заострившееся лицо Леры окончательно лишает меня каких-либо сомнений. Ника здесь…
– А это Вероника, подруга Кати, она к нам издалека…
«Лучше бы в том далеке и оставалась…»
Я с психом бросаю салфетку на стол и откидываюсь на спинку стула. В голове уже есть четкое понимание, чем закончится сегодняшний вечер, и тихий скандал – наилучший вариант развития событий.
За спиной говорят что-то еще, но я не слушаю, только пытаюсь понять, как не прибить одну скользкую гадюку на глазах у всех. Надо было еще вчера развернуть ее на сто восемьдесят градусов и отправить восвояси, но нет же я корчил из себя джентльмена. Настолько корчил, что выпер Леру, а теперь сиди придумывай как это разрулить.
– Спасибо, что пригласили. Я так рада вернуться в родные края, – как всегда мягко стелет Ника и ее будто нарочно садят прямо в центре, напротив Димы, откуда ей открывается замечательный обзор на нашу троицу.
Отличный праздник, лучше не придумаешь. Прости, Димон, я старался спасти положение, но этот Титаник совершенно точно пойдет ко дну.
– Так много знакомых лиц, которых я, к сожалению, не имела счастья так долго видеть, – сладковатый ял льется без остановки, и я рефлекторно оглядываюсь в поисках кляпа, – кстати, Кирь, как твои дела?
Правильно, начинать надо всегда с тех, кто «особенно рад» тебя видеть, вчера это был я, а сегодня печальная участь достается Киру.
Друг как всегда оказывается сдержаннее меня, и только, слегка приподняв бровь, прохладно отвечает:
– Было лучше.
– Я слышала твои дела в Москве продвигаются…
– Ага, – отмахивается Кир без особого интереса и отворачивается.
– Может тост? – нервно восклицает Лиза, косясь на Диму. Жаль девочку, она то не в курсе кого пригрела на груди.
– Отличное предложение, – поддерживает свою девушку Дима, встав из-за стола.
–Да, простите, – Катя сдержанно улыбается и, кинув на Веронику, многозначительный взгляд, начинает говорить, но я не слушаю, только стою, как идиот, с бокалом и жду окончание этого цирка.
Кожу щеки начинает покалывать, и я, оторвав взгляд от занавесок напротив, перевожу взгляд на Леру. Она стоит словно статуя, без единой эмоции на лице, но горящий праведным гневом взгляд, чуть подернутый раздражением, выдает ее с головой. И в этом я могу ее понять, как никто другой…
«Надо было рассказать ей раньше…» – простая мысль озаряет сознание и тут же скрывается в туче непонятных, больше похожих на бред воспоминаний, связанных с Никой. То время действительно было больше похоже на кошмар, страшный сон, отдающийся тупой болью в груди, но рана зажила, оставив уродливый шрам прямо на сердце, показывать который кому-либо кажется диким и чем-то противоестественным.
Карие глаза напротив меркнут, а затем и вовсе опускаются, не позволяя увидеть скрытое в них настроение их хозяйки. Кир мягко касается руки Леры, будто спрашивая, в порядке ли она, на что она только молча качает головой и еле заметно отстраняется. Друг на мгновение застывает, упершись нечитаемым взглядом в стол, но спустя секунду поднимает глаза на именинника.
Представшая глазам картина режет по живому уже в который раз, но я ничего не могу с этим поделать, слишком далеко все зашло…
Громкий смех окончательно вырывает из мыслей, и мы словно отученные актеры снова натягиваем улыбки на лица, однако не проходит и минуты как слово перехватывает Ника:
– В дополнение к поздравлениям, хотела вас еще отдельно поздравить со скорой помолвкой, – я удивленно вскидываю голову и смотрю на Диму с Лизкой. Судя по выражению лиц всех присутствующих, они удивлены не меньше меня, хотя, о чем говорить, даже сам именинник стоит с глазами по пять копеек.
– Кхм… Спасибо, – прокашлявшись выдавливает из себя Дима, и кидает едва заметный взгляд на Лизу.
– Не вини ее, по себе знаю такое счастье трудно утаить, – от услышанного воздух застревает где-то в глотке, и я с громким стуком ставлю фужер на стол, чем вызываю настороженные взгляды Кира и непосредственно именинника.
– Спасибо, Вероника, мы с Лизой ценим твою заботу, – сухо отвечает Дима, пока я стараюсь угомонить самого себя, убеждая, что публичные сцены тут ни к чему. Выходит скверно, но и это оказывается не предел.
– Не за что, это так прекрасно, когда люди женятся, – скулы сводит от напряжения. Я не выдерживаю и начинаю сверлить убийственным взглядом лицо Ники, – к тому же возраст, уже такой, хочется тепла, уюта и заботы, – с каждым словом ее губы растягиваются все шире, и стоит взгляды Вероники мазнуть по Лере с Киром как меня окончательно срывает.
– Рад, что подобные вещи все еще тебя вдохновляют, – резко обрываю я, совершенно не понимая какими силами мне удалось сохранить ровность голоса, – но думаю сейчас не время смущать именинника…
Ника одаривает меня понимающим взглядом наглых глаз, но тормозить не спешит, впрочем, как и всегда. Она, очевидно, не успокоится пока не доведет кого-нибудь здесь до ручки.
– Ты прав, не смогла удержаться, подобные торжества в нынешнее время, к сожалению, редкость, а тут целых два, – Ника торжествующим взглядом смотрит на застывшее лицо Леры, и я устало прикрываю глаза. Видимо по-хорошему все же не выйдет…
– Пойдем, прогуляемся, – металлическим тоном произношу я, и поворачиваюсь в сторону двери, но меня останавливает внезапно раздавшийся голос Кира:
– Я думал времена, когда тебя волновало чужое счастье уже в прошлом, – друг испытующе смотрит на Веронику, и по напряженной фигуре понимаю, что Кир настроен серьезно. Радует, что хоть Лера выдохнула.
– О прошлом иногда приятно вспоминать…
– А еще приятнее забывать.
– Кир… – настороженно произношу я, видя состояние друга. Это со мной можно играть в подобные игры и не опасаться, а вот Кир, если заведется, то тесно будет всем.
Друг сверкает стальным блеском в мою сторону, но все же заметно утихомиривается.
– Выходи, – киваю Нике в сторону двери, но девчонка и не думает сдвигаться с места, только буравит Кира колючим взглядом. Краем глаза замечаю взволнованные глаза Леры, и легким кивком головы показываю ей молчать. Во всяком случае на людях, потом уже наедине будем разбираться… Может снова в рожу получу, всяко лучше, чем позволить Нике распустить свой язык при всех.
– Интересная ситуация, однако, получается, – медленно тянет Вероника, поочередно осматривая каждого из нашей троицы.
– Ника, – предостерегающе окликаю я. Не от нее Киру надо слышать о вчерашнем, зная ее способности все будет расписано в самом наилучшем свете, где Ника будет бедной запутавшейся девочкой с наивными мечтами, а мы с Лерой станем подлыми грешниками, попирающие любые нормы приличия и морали. Знаем, проходили в свое время…
Вероника лениво с неким, только ей одним понятным, превосходством поворачивает голову в мою сторону и изучающе вглядывается в глаза. Лицо застывает словно маска, я словно хищник готовый к атаке только и жду повода напасть, однако Ника неожиданно отводит взгляд и с легким чувством вины смотрит на окружающих.
– Простите мне мое поведение, я не хотела никого обидеть, мне, наверное, действительно пора, – с губ невольно срывается смешок, слишком хорошо я знаю ее подлую натуру.
Вероника делает несколько шагов ко мне, и я благосклонно уступаю ей дорогу, ведущую прямиком к выходу, но моя персона, видимо, интересует ее больше, чем всеобщее облегчение от ее ухода.
Ника подходит ко мне вплотную, и доверительно шепчет:
– А ты все же не такой правильный как я думала, хотя оно и понятно у всех есть свой запретный плод, – Вероника бросает краткий взгляд из-за плеча на Кира с Лерой, и мои пальца мгновенно сжимаются в кулаки, – на твоем месте, Кирь, я бы смотрела в оба.
– Будь так добра, избавь нас наконец от наслаждения тебя видеть, – поспешно произношу я, максимально приближая свое лицо к ее.
Вероника только ухмыляется на мою просьбу, и одарив всех слащавой улыбкой, удаляется. Воздух повисает в комнате вязкой субстанцией, и только цокот каблуков звенящим эхом отдается в глубине коридора. Я обвожу шокированные лица всех присутствующих, и не дожидаясь вопросов скрываюсь за дверью…
Свежий воздух помогает успокоиться и привести мысли в порядок, а тонкая ткань рубашки абсолютно не защищает от холода, проникающего из открытого окна. Так бы и стоял здесь вечно, напрочь позабыв обо всем на свете, но праздник продолжается, и мне пора возвращаться.
Медленным размеренным шагом бреду по коридору, стараясь не вслушиваться в тихие разговоры, тут и там звучавшие из разных углов. Как и полагается любому сборищу, рано или поздно все разбиваются на группки и начинается пора откровений, слухов и всего прочего, что потом и рождает те самые условные сплетни. А Ника, стоит признать, дала богатую почву для размышлений…
– Я знаю, что сглупила, знаю… Но откуда мне было знать, что она его бывшая?
– Дело не только в Нике, Лиз, я же просил пока не распространяться, чтоб не было потом вот этого всего…
– По-твоему я не могу порадоваться, что выхожу замуж?
– Можешь конечно, но ты сама знаешь, счастье любит тишину, и мы договаривались сообщить всем через пару недель…
– Ну прости меня, Катя так редко приезжает и Ника казалась такой милой, что я не сдержалась и все рассказала…
Голоса, доносившиеся из-за прикрытой двери, периодически срываются на крики, пока внезапно не затихают, и кто-то не берется за ручку. Я рефлекторно делаю несколько шагов вперед, не желая становится свидетелем неудобных сцен, но Дима меня все же окликает:
– Игорь? А я тебя обыскался, думал ты ушел.
– Нет, решил выпустить пар, – оборачиваюсь к имениннику, но взгляд все же невольно цепляется за дверь. Дима понимающе кивает:
– Прости, ты же сам знаешь, Лиза добрая душа, даже наивная, а я понятия не имел, что Катька с этой крутится…
– Забей, Дим. Я все понимаю, а Ника это… Ника.
Я не нахожусь, что еще сказать, и только выжидательно смотрю на задумчиво молчащего Димона.
– Что ей вообще надо? Зачем вернулась? – логичный вопрос повисает в воздухе, но повторять весь услышанный мною бред, я не хочу и просто отмахиваюсь:
– Хрен ее разбери.
– Она ничего не сказала? – брови Димы комично взмывают вверх, и я морщусь словно от боли, явственно ощущая как мысли все же откатываются ко вчерашнему вечеру…
– Что тебе нужно? В последний раз спрашиваю…
– Я что тебе вечер испортила?
– Ника…
– Ладно, не заводись. Я хочу все вернуть, – поначалу мне кажется, что я ослышался, но серьезный взгляд Ники явно указывает на обратное.
– Что вернуть? – прикинуться дураком никогда не поздно, особенно с Никой, особенно сейчас…
– Нас… Игорь, я ошиблась, и я столько думала об этом. Я хочу все обратно и даже больше. Хочу семью, детей, мы можем жить в Париже или Питере, да где угодно, понимаешь? – если бы не капля здравомыслия в глазах Вероники, я бы вполне себе принял все сказанное ей за дичайший бред, но она делает шаг вперед, протягивая руку, и мимолетный шок тут же проходит.
– Ты издеваешься?
– Нет. Я абсолютно серьезно, – Ника скрещивает руки на груди и, по-видимому, ждет ответа, но все на что меня хватает это кривая усмешка и усталый взгляд.
– Этого не будет.
– Почему?
– А ты не догадываешься?
– Я извинилась, что еще мне надо сделать, чтобы все вернуть?
– Отмотать время обратно, и не быть потаскухой.
– Я не могу этого сделать, но мне жаль, что так вышло. Игорь, я тебя…
– Не смей произносить эти слова, – угрожающий шепот действует незамедлительно, и Ника, шумно сглотнув, отворачивается, – ты любишь только саму себя. Так всегда было, и так всегда будет, так что давай закончим этот бесполезный разговор.
– Мы можем хотя бы попробовать…
– Ты правда не понимаешь, да? Мне с тобой даже стоять рядом противно, не то, чтобы что-то делать.
– Я не понимаю в чем проблема, – истерично восклицает Ника, размахивая руками, – я признала свою ошибку, сказала, что мне жаль, к тому же прошло уже более семи лет, пора отпустить…
– Вот именно, Ника, прошло семь лет, так что собирай манатки и вали к своему лягушатнику.
– Я порвала с ним почти сразу.
– Прекрасно, просто замечательная новость… Надеюсь ваш несколько разовый секс того стоил.
—А тебе было бы проще, будь это серьезно?
—Да. Мне было бы проще знать, что меня променяли на кого-то более достойного. Мне было бы проще, если бы ты сама сказала мне об этом, а не усердно демонстрировала это в нашей спальне. В нашей, мать ее, спальне Ника. А теперь ты спрашиваешь в чем проблема? Я тебе не верю, вот в чем проблема, и никогда уже не смогу.
– Ты злишься… Я понимаю, что сделала тебе больно и…
– Ключевое слово сделала, Ника. Все, это в прошлом, а в настоящем или в будущем я тебя видеть не хочу.
– Захочешь…
—Что?
—Захочешь. И я сделаю для этого все.
Последняя фраза, сказанная ею, так и бьется в голове, и тут надо быть гением, чтобы понять с чего именно начнет Вероника.
– Игорь? – я поднимаю затуманенный взгляд на Диму, и тут же вспоминаю, что забыл дать ответ.
– Нет, она ничего не сказала. Это и не важно, что бы там не было, все в прошлом.
Дима смеряет меня недоверчивым взглядом, но тему все же не продолжает.
– Ладно, не маленькие, сами разберетесь. Надеюсь, все решится до Нового года, праздник как никак не за горами.
Действительно не за горами, за всеми происшествиями, только и успевай ловить месяца на календаре. Время с начала осени пролетело настолько незаметно, что можно только стоять и офигевать с происходящего или с произошедшего, тут на любителя.
– Да, прости за сцену и за… – слегка качаю головой в сторону скрывавшейся в комнате Лизы.
– Все нормально, считай в расчете.
Я кратко киваю и делаю шаг по направлению в гостиную, но почти мгновенно понимаю, что не могу туда вернуться. Отравлять своей кислой миной торжество желания нет никакого, да и не по-человечески это, а лепить улыбку на лицо больше нет сил, несмотря на обещания.
– Дим, ты…
– Иди, я все понимаю, к тому же твои скорее всего тоже надолго не задержаться.
Я не нахожусь, что ответить, однако упоминание о «моих» несколько приводит в чувства.
–Еще раз извини, и поздравляю с помолвкой. Обещаю, что буду вести себя прилично, если позовешь разумеется.
– Позову конечно, о чем речь, – усмехается Димон, и напряжение до этого царившее в коридоре потихоньку сходит на нет, – давай беги уже, если Лизка заметит, то ты так просто не отделаешься.
– Понял. Принял. Побежал, – шутливо отдаю честь и едва ли не вприпрыжку устремляюсь обратно к выходу сквозь длинный коридор.
Запаса сил хватает на добрые пару минут, прежде чем тупая боль не пронзает ногу. Все же восстановление больницей и перевязками с кучей мазей не ограничивается, а жаль, я бы не против выпить волшебную пилюлю, желательно ото всех проблем сразу.
Позади снова раздаются громкие возгласы, и я все же ускоряю шаг. Встречать сейчас кого-то явно последнее, что мне нужно, однако в метре от меня уже виднеется поворот, а там и спасительная дверь, ведущая прямиком на волю.
Секунда, и я буквально вылетаю из-за угла, едва ли не снося с ног… Леру?
– Черт, напугал, – она подпрыгивает на месте, но явного испуга я не наблюдаю, только злость, плещущуюся на дне карих глаз.
– Прости. – вылетает первое пришедшее в голову, и мне хватает доли секунды, чтобы уловить растрепавшиеся словно у фурии волосы и плотно сжатые губы. Кто-то завел ее не на шутку… – Лер, что-то случилось?
– Случилось? —резко переспрашивает она, подходя ближе и даже не думая сбавлять обороты. – А ты как думаешь?
– Ты говорила с Киром… – скорее утвердительно тяну я, тут же видя подтверждение в глазах напротив. – И что он сказал?
– А что он должен был сказать? – вопрос звучит как издевка, заставляя внутри все напряженно замереть.
– Я тебя чем-то обидел?
– Нет, – Лера моментально стушевывается, и окинув меня беглым взглядом собирается уходить.
Вид удаляющейся спины кажется изощренной пыткой, и я не вижу смысла тянуть резину дальше.
– Я не хотел выставлять тебя за дверь, – произношу я громко, чтобы у Леры точно отложилось в голове, хотя можно подумать это что-то исправит.
Однако Лера все же останавливается в полушаге от двери и нервно оправляет юбку, стараясь взять себя в руки.
– Меня это не волнует.
– Оно и видно.
– Видно? – восклицает она, в мгновение ока подлетая ко мне, и тут же переходя на шипение. – И что же еще тебе видно?
– Что ты злишься на меня, вот только непонятно за что? – склоняюсь ближе, к самому ее лицу и всеми силами стараюсь не сорваться. – Или причина все же есть? Неужели с хотелками определилась?
Не стоит это говорить, но сказанного не вернешь, как ни крути. К тому же не я это начал…
– А ты сам? Что мы все обо мне? Хотя, о чем это я, ведь за дверью оказалась именно я…
– Так все-таки задело? В этом причина, да?
– Забудь… – отмахивается Лера и снова предпринимает попытку уйти, но на этот раз я хочу услышать от нее все до последнего слова.
– Нет уж, не забудь. – делаю шаг навстречу, не позволяя ей отстраниться. – И для справки, я в отличии от тебя всегда был где-то в коридоре.
– Не неси ерунды.
– Так вот что это, ерунда?
– Хватит коверкать мои слова… Что ты, вообще, хочешь от меня услышать?
– Я хочу понимать, что происходит… Кто мы друг другу? То ты говоришь, что мы друзья, то посылаешь какие-то непонятные сигналы, про твою попойку с Наташей я вообще молчу.
– И это ты мне говоришь? – восклицает Лера, но на этот раз даже не пытается сделать голос тише. – Ты заварил эту кашу, ты спровоцировал все это, я бы может и не задумывалась и просто…
