Текст книги "Не моя (СИ)"
Автор книги: Анастасия Безбрежная
Соавторы: Виктория Победа
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 17 страниц)
Не моя
Пролог
Сходу замечаю в темноте ее хрупкую фигурку. Голова снова начинает кружиться, но уже не от выпитого алкоголя, а от предвкушения желанной близости. Больше не вижу смысла тормозить свои желания, все равно этой ночью наша связь оборвется. Решение принято и сил сопротивляться больше нет, потому я без стеснения стираю и так призрачные границы.
Не без труда выхожу из машины, перед глазами все плывет. Плевать, не впервой. Нетвердой походкой иду к Лере. Она как всегда прекрасна, даже сейчас в мешковатой куртке, надетой поверх пижамы, и без капли макияжа. Неповторимый оригинал, почти недосягаемый для меня.
– Пройдемся? – спрашиваю я, легко улыбаясь.
– Ты что, на машине? – ее звонкий упрек ласкает слух.
Лера говорит что-то еще, но я не слушаю, а просто беру ее за руку и веду по улицу, ловя ее обеспокоенные взгляды.
«Волнуется за меня» – не без удовольствия смакую эту мысль в голове, впрочем, сейчас не до того. Я здесь совершенно за другим.
Медленно, будто лениво начинаю говорить:
– Что, если я скажу, что ты мне нравишься?
Лера останавливается, в ее взгляде читается недоумение, тут же сменяющееся веселым огоньком в глазах и улыбкой на губах. Лера радостно кивает и смеется.
– Конечно, нравлюсь, как я могу не нравиться.
Легко усмехаюсь и, не скрывая, любуюсь ее ребяческой, даже несколько детской манерой. Лерка, как не выросший ребенок – вечно веселый, сочувствующий всем подряд и все понимающий. Все, кроме того, что так необходимо мне и без чего даже дышать кажется чем-то невозможным.
Наклоняюсь чуть ближе к ней, слегка пошатываясь и подражая ее манере, задорно улыбаясь, произношу:
– А если я скажу, что люблю тебя?
Слова даются легко, после стольких лет ожидания, боли и бесящего до атомов бессилия, а это простое слово «люблю» не в состоянии описать даже доли тех разрывающих мою грудную клетку эмоций, отчаянно рвущихся к той, кому обязаны своим появлением.
Губы Леры слегка дрожат, и она сбивчиво произносит:
– Игорь, ты же не серьезно? Ты пьян, поговорим завтра.
Чувствую, как истерический смех подкатывает к горлу. Не будет никакого завтра, и даже утра этой ночи не будет. Верный пес сорвался с цепи, не в силах больше терпеть эту агонию, и теперь несся на всех парах к такой необходимой и желанной цели.
Да простит меня Киря, я не хотел.
Резко наклоняюсь еще ближе, рывком тяну Леру на себя и целую. Жадно. Настойчиво. Страстно. Не давая шанса отстраниться, лишь углубляя поцелуй, проскальзывая языком меж ее губ, теша себя надеждой, что этот поцелуй она запомнит надолго, а сознание услужливо будет его подкидывать каждый раз, когда она целует моего лучшего друга…
Глава 1
За грохочущей музыкой не сразу слышу вибрацию мобильника. Легкое раздражение проходит по телу, а ведь ночь так хорошо заканчивалась. Не глядя на номер, сразу подношу телефон к уху, отвечая:
– Игорь, это Дима, тут полный пиздец, ты можешь приехать? – слушаю неразборчивый набор слов, перебиваемый громкими криками на заднем фоне, трудно доходимый до моего одурманенного алкоголем мозга, так что я не сразу сосредотачиваюсь на сути.
– Ты о чем вообще?
– Лера… – ее имя действует на меня отрезвляюще, тело мгновенно напрягается, готовясь тут же бежать к ней, – у нее истерика и Киря тут, в общем, я не знаю что делать и…
– Где вы? – перебиваю я, задавая короткий вопрос.
Плевать на лепет Димона. В голове так и бьется ее имя и выцепленное из общего потока слов «истерика». Услышав знакомый адрес, я тут же бросаю трубку и еду к дому Леры. Благо недалеко. Поворот, еще один. На скорости петляю между дворами, отгоняя тревогу на задний план. Какого хрена опять произошло?
Вижу знакомый подъезд, тачку Димы и ее, плачущую и размахивающую руками. Резко торможу, на ходу открывая дверь.
– Проваливай, как ты мог, – нечеловеческий крик Леры, кажется, слышит вся округа.
Димон не соврал, дело действительно хуево.
– Как ты, блядь, мог? Опять, сука, ты снова это сделал, – последнее она произносит почти шепотом, скорее самой себе.
Мой незамедлительный порыв подойти к ней пропадает при взгляде на Кирилла. Не при нем, да и не при ком вообще. С силой стиснув челюсти, я, не мигая, смотрю на лучшего друга.
«Только не говори мне, что ты опять трахнул кого-то по пьяни»
В ответ на мой мысленный, скорее уже риторический вопрос, Киря лишь с отстраненным видом смотрит на Леру.
Усмехаюсь. Так всегда, когда нужно хоть что-то сказать, лучший друг молчит, не говоря уже, блядь, об извинениях или в конце концов оправданиях.
– Лер, пойдем в дом, там поговорим, – как всегда беру атаку на себя.
Не нужно это видеть посторонним. Да и Лере очередные косые взгляды ни к чему. Благодаря отношениям с Кирей, ее уже недолюбливает добрая часть женского населения.
– Пойдем, – уже тверже произношу я, направляясь к подъезду, надеясь по пути забрать и Леру.
– Ты знал? – слышится ее прерывающийся от рыданий голос.
На секонду оборачиваюсь к Кириллу, в попытке понять, конченный он все же долбаеб или нет, но тут Лера тихо шипит:
– Не смотри на него, он уже все сделал, что хотел, – и уже чуть более мягко, и даже отчаянно, добавляет: – ты и мой друг тоже.
Не без труда подавляю горькую ухмылку. Хороший у тебя друг, Лер, ревнующий тебя к собственному лучшему другу, которому, очевидно, ничего не помешало трахнуть другую. Снова.
Пора выходить из этого блядского треугольника.
– Я ничего не знал, мне позвонил Дима, – тот молча кивает, – и я приехал.
Лера слегка поджимает нижнюю губу и бегло осматривает нас, видимо, пытаясь понять, кому можно верить. Уже неплохо, значит, первую волну ее слез я пропустил.
– Лер, я… – слышу голос человека, которому следовало начать говорить еще задолго до моего приезда.
– Молчи, – снова истошный крик Леры, – не смей даже обращаться ко мне, – она судорожно обхватывает себя руками, сгибаясь будто от физической боли, и шепчет, срываясь на крик: – как ты мог, за что, я не понимаю, за что.
Чувствую, как меня уже самого начинает трясти, а руки непроизвольно сжимаются в кулаки. Не знаю, чего мне хочется больше: просто схватить Леру и унести, лишь бы не слышать эту пронзительную боль в ее голосе; или врезать Киру за то, что нахуевертил. Приняв решение резко разворачиваюсь и подхожу к другу, тихо шипя:
– Что ты, блядь, наделал?
В ответ получаю лишь стеклянный, не до конца протрезвевший взгляд и молчание. Челюсти уже сводит судорогой, а тело потряхивает от еле контролируемого бешенства. Пытаясь не перейти миллиметровую грань, отделяющую мой кулак от окаменелой рожи Кира, я перевожу взгляд на Диму и не менее яростно произношу:
– Бери его и увози отсюда.
– Но…
– Без «но» блядь, живо разошлись.
Возражений больше не следует. Лишь краем глаза я замечаю взгляд друга. Он смотрит на меня с полсекунды, затем переводит внимание на Леру и, молча кивнув, направляется к машине. Повернувшись к Лере, вижу, как мелко трясутся ее голые плечи, тушь потекла, оставив разводы, а губы чуть подрагивают. На ходу снимаю с себя куртку и закидываю ей на плечи, не сильно сжимая и разворачивая Леру к темной двери подъезда. Лерка слегка сжимается в моих руках и, как котенок, доверчиво утыкается носом в мою грудь.
От подобного проявления нежности, по тело разливается приятное тепло. Сколько бы раз я не чувствовал ее прикосновения, каждый раз они вызывают почти щенячий восторг, провоцируя будоражащие кровь эмоции. Я тихо успокаиваю подругу, шепча в макушку всякий бред, лишь бы выбить из нее эту боль.
Лера молчит, изредка всхлипывая и стараясь побороть очередной приступ истерики.
Глава 2
Спустя час почти безуспешных попыток выудить из Леры хоть слово я, бросив это дело, молча разливаю чай в кружки. Кажется, это уже третья порция успокаивающего напитка. В очередной раз мельком посмотрев на Леру, отмечаю легкий румянец на ее щеках. Неплохо, всяко лучше, чем бледно-зеленое лицо с неестественно заостренными скулами, наблюдаемое мной в течение всего этого времени.
– Может тебе еще поесть? – без особой надежды спрашиваю я, и получаю в ответ лишь молчаливое качание головой. – Или каких-нибудь пилюль? – хотя она вроде успокоилась.
С трудом понимая, что еще сделать, я сажусь напротив, пододвигая к ней очередную порцию чая с ромашкой.
– Я видела фотографии, – медленно произносит Лера спустя некоторое время, а я лишь непонимающе хмурю брови.
– Какие фотографии?
– С ним, – слыша, как снова дрожит голос Леры, инстинктивно накрываю ее ладонь своей.
– Откуда они у тебя? – спрашиваю я, пристально вглядываясь в ее глаза, в которых эмоции буквально за секунду кардинально меняются: от всеобъемлющей боли, сжирающей изнутри, до неудержимой и кровожадной ярости.
Лера с силой сжимает чашку в руках, так что костяшки пальцев заметно белеют, и холодным, звенящим голосом говорит:
– Эта сука прислала, как ее подружка елозит на нем, – видя, как ее снова начинает трясти, но на этот раз уже от гнева, я крепко сжимаю Лерины пальцы.
Странно это, если их сфоткали, значит об уединении речи не шло, что не похоже на Кира, хотя, учитывая его состояние…
– Покажи мне, – тихо прошу я.
Лера молча достает полуразбитый телефон и пытается его включить.
– Что с…
– Разбила, – коротко отвечает Лера и виновато поджимает губы.
Понятно, опять в него запустила. Мягко улыбаюсь, вспоминая некоторые моменты ее вспыльчивости, впрочем, тогда повод был более позитивный. Не без труда оживив аппарат, Лера протягивает его мне, с уже открытыми фотками. Быстро пролистав их, понимаю, что кроме сидящей бабы на коленях Кира, больше ничего не вижу. (5wmnhwD0 – забери мою боль) Чуть хмурюсь, вместе с тем стараясь сохранять отстраненное лицо. Лере не надо видеть ни мои сомнения касательно измены Кира, ни мою призрачную, тщательно запихиваемую внутрь надежду, что он все же облажался. Собравшись с мыслями, я произношу:
– Фотки хреновые и… – останавливаюсь, заметив внимательный взгляд Леры.
Читаю в нем отчаянное желание услышать оправдание Кириллу. Она хочет, чтобы я сказал, что ничего не было, что все это подстроили и Кир невиновен.
«Любит его» – в очередной раз повторяю самому себе, чувствуя, как внутри все болезненно сжимается и покорно замолкает. Я уже давно научился усмирять себя.
Сжимая зубы до скрипа, я через силу произношу:
– Не думаю, что он изменил.
Лера вскакивает со стула, опрокидывая его, пока я напряженно смотрю в одну точку, не зная, что еще сказать. Точнее знаю, только не ей. Краем глаза замечаю, как нервно Лерины пальцы теребят края кофты и медленно поворачиваюсь в ее сторону. Длинные волосы скрывают часть лица, голова немного опущена, а нижняя губа закушена.
– Когда я увидела фотографии, я как будто отключилась, в глазах потемнело, а в голову полезло всякое… – Лера слегка тряхнула головой, прикрыв глаза, – после его первой измены, я просто… Не знаю, я уже ничего не понимаю.
Лера отворачивается, подняв голову вверх, не давая слезам снова скатиться по ее щекам.
– Возможно ничего не было, – глухо повторяю я, по-прежнему стараясь усмирить собственные желания.
Лера резко поворачивается.
– Тогда почему он ничего не сказал, почему молчал? – ее губы снова дрожат. – В прошлый раз было иначе, он практически сразу сознался, а тут… – Лера беспомощно разводит руками, и гневно смахивая слезы с лица, произносит: – заколебало уже, пойду умоюсь.
В голове всплывают сцены грандиозного провала Кирилла, его звонок ранним утром, почти безжизненный голос и короткое «я облажался». Лера права, тогда все действительно было иначе. Кир практически сразу после звонка мне поехал к ней, с цветами, объяснениями и извинениями, принятыми Лерой спустя полгода. В конце концов это было по пьяни, да и они тогда официально расстались, а вот до моего дебильного рассудка, или сердца, или что там отвечает за всю эту поебень, все только начало доходить. Например то, с какого, блядь, хрена меня обрадовала новость о том, что мой лучший друг изменил своей девушке. Как видно нихрена не меняется, стабильность – признак мастерства.
Позади слышатся тихие шаги. Повернув голову, сразу же замечаю усталый взгляд и слегка ссутуленные плечи. Лера стоит, опираясь на дверной косяк и обреченно смотрит на меня.
Натянув на лицо улыбку, ласково произношу:
– Кажется ребенку пора спать.
Лера ничего не отвечает, видимо, недавняя истерика высосала из нее все силы. Я подхожу к ней, медленно разворачиваю в сторону спальни и веду. Лера почти не сопротивляется, лишь изредка шепчет извинения.
– Да брось, за что ты извиняешься.
– Ты не обязан так нянчиться со мной, – полусонно бормочет она, забираясь под одеяло с головой, – несмотря на то, что мы друзья, – последнее слово режет слух и я едва сдерживаюсь, чтобы не поморщиться.
Пожалуй, отдых нужен не только Лере. Мне тоже не помешает отвлечься от всего этого. Выдохнуть, выпустить пар и снова взять себя в руки, а то тормоза, походу, начинают сдавать. Там, глядишь, все и наладится, а если и нет, то у меня во всяком случае появится этот гребанный шанс. Бросив последний взгляд на уже спящую Леру, я направляюсь к выходу, тихо прикрывая дверь. Пожалуй, для начала все же стоит выяснить, какого хера натворил мой лучший друг.
Глава 3
На выходе из подъезда сразу же набираю номер Димона, и после пары гудков слышу его голос:
– Да, Игорь, все нормально?
– А ты как, блядь, думаешь? – ядовито выплевываю я, не пытаясь себя сдержать.
Тоже был там, не мог что ли ситуацию проконтролировать, раз Кир нажрался до стадии еле стоящего на ногах тела.
– Я понял, – тихо отвечает Дима, – Кирилл у себя на квартире, так что…
Не дослушав, я быстро бросаю трубку и резвым шагом направляюсь к машине.
В квартире он, блядь, только не в той, сука квартире. Не особо соблюдая правила движения, минут за сорок добираюсь до нужного мне адреса. Игнорируя лифт, поднимаюсь на последний этаж и замечаю приоткрытую дверь.
Ждет, значит, или изначально забыл закрыть? Я тихо вхожу, радует, что соседей нет, в свое время Кир выкупил весь этаж. Делаю несколько шагов вперед и вижу сгорбленную фигуру, сидящую на диване. Кир поворачивается и пристально смотрит на меня, но сожаления во взгляде я не вижу, только холодную ярость и подавляемый гнев.
«Значит, все же нет»
Глубоко выдыхаю и прохожу вглубь комнаты, подходя к окну. Облегчения, как и ожидалось не чувствую, но и желания набить морду лучшему другу уже нет.
– Ну и?
– Как она?
Начинаем говорить почти одновременно. Я лениво поворачиваю голову в сторону Кира, будто намерено оттягивая ответ, который он жаждет услышать. Друг с непонятной мне надеждой и почти мольбой во взгляде смотрит на меня. Слегка наклоняю голову вбок, все так же не сводя взгляда с Кира и нихрена не понимая, что он вообще надеется услышать на этот невьебенно тупой вопрос. Вспоминаю недавний разговор с Димой, я точно так же, как сорок минут назад, едко выплевываю:
– А ты как думаешь?
Кирилл молча кивает, и трет лицо руками. Посмотрев на это еще с полсекунды, быстро пересекаю комнату широкими шагами, и направляюсь на кухню, за водой для Кира и чем-нибудь покрепче для себя. Кажется, эта гребанная ночь никогда не закончится. Разлив жидкости по стаканам, возвращаюсь в комнату, с грохотом ставлю один прямо перед носом Кира и, усаживаясь напротив, в приказном тоне произношу:
– Рассказывай.
Друг шумно выдыхает и, чуть промочив горло, твердо говорит:
– Ничего не было, я ей не…
– Это я уже понял, – сухо перебиваю я, – только Лере ты этого не сказал.
– Я не знал, что сказать после того раза, – Кир замолкает и горько усмехается, качая головой, – я люблю ее, больше всего в этом гребанном мире, и тогда я поклялся себе, что больше никогда не заставлю ее плакать.
«Заставишь» – мысль неосознанно вспыхивает в голове, заставляя отключиться от пламенной речи Кира. А ведь и вправду заставит, он всегда являлся поводом слез Леры, и всегда им будет, вне зависимости от его стараний, просто так всегда было. В их отношениях и месяц не проходит спокойно, вечно срутся из-за всего подряд. Заметив повисшее в воздухе молчание, длившееся уже неизвестно сколько, я, вынырнув из своих мыслей, вопросительно пялюсь на друга.
– Ты не слушал, – холодно замечает Кир.
– А твои серенады как-то помогут делу? – иронично парирую я. – К тому же, Ромео, я не твоя Джульетта, песни свои петь надо было раньше и явно не мне.
Кирилл угрюмо кивает и залпом выдувает стакан воды, косясь на мой.
– Неа, друг, тебе уже хватит на сегодня, а вот мне, как прикрывальщику твоей жопы, даже этого будет мало.
– Ты прав, я расскажу тебе все, что помню, а там решим, что делать, – тихо отвечает Киря, а я, соглашаясь, молча киваю, – мы праздновали, я понамешал всего, в общем мне схеровело и я ушел в отдельную комнату, думал посижу немного с закрытыми глазами и домой поеду, потом услышал, что кто-то вошел, думал Дима, но вряд ли бы ему взбрело залезать мне на колени, оказалась эта ебнутая, которая бегает за мной по всем клубам.
Я понимающе киваю. О Наташе я давно наслышан, для нее любой толстосум представляется объектом маниакального интереса. Пару лет назад это был я, видимо, в этом году, избранной жертвой является Кир.
– Я попытался ее скинуть, а она, блядь, мне в плечи вцепилась и не отпускала. Бошка еще кружилась, короче, еле отцепил. Потом Дима пришел.
– Стоп, этот тоже там был?
– Да он с ней и ее подружкой в коридоре столкнулся.
– Ты в курсе, что они фотки Лере скинули?
– В курсе, – хмуро отзывается Кир, – она мне их решила поближе показать, запульнув телефоном в ебало.
– Эх, жаль, что я это пропустил, – мечтательно произношу я, не сдерживая смеха.
Лера никогда не умела сдерживаться, всегда выплескивала все наружу, заводясь с полуоборота. В этом мы с ней похожи, впрочем, не только в этом…
– В общем, я уже думал домой ехать, как вижу, что эти суки злорадно лыбятся, и я уже собрался идти к ним, как эта блядь замахала перед всеми и проорала: «спасибо за ночь, милый, надеюсь, спина быстро заживет».
– Продуманная мразь, – тихо шиплю я, разом осушив содержимое бокала. Пожалуй, мне на сегодня хватит, еще неизвестно, чем все кончится.
– Я думал их догнать, но они быстро съебались. Поняв, что к чему, я тут же рванул к Лере, на этом все, – на выдохе произносит Киря и откидывается на спинку дивана.
– Дело дрянь.
В невиновности Кира у меня сомнений нет, врать он не привык, да только Лере этого будет маловато.
– Кто-то может подтвердить, что ничего не было?
– Парочка человек найдется, в конце концов я в той комнате пробыл не больше пяти минут. Дима тоже может подтвердить.
– Да, – иронично протягиваю я, – только его подтверждение ты Лере ни в одно ухо не вкрутишь, нужно еще.
– Я знаю, устало произносит Кир, значит, сейчас поеду и займусь этим вопросом.
– Уже лучше, – утвердительно киваю я, – потом заедем еще в одно место, – Кир непонимающе смотрит на меня, – суку эту привезем, вместе с мобильником, так может и от тебя отвянет.
– Ты знаешь, где знаешь, где она живет? – удивленно спрашивает Кир, на что я лишь фаыркаю. – Как будто это когда-то было проблемой.
Молча кивнув, Кир резко встает с дивана и неровной походкой направляется к двери. Я же, по-прежнему, сидя на диване, сухо произношу:
– Не туда, сначала в душ, потом пожрешь и приведешь себя в порядок, а то твое амбре разгонит всех свидетелей.
– Спасибо, – выдыхает Киря и устало улыбается, – не знаю, что бы делал без тебя.
– Да брось, – лишь отмахиваюсь я.
В определенный момент тема нашей дружбы стала для меня болезненной.
– Нет, не брось, после всего дерьма, ты для меня, как брат.
Я лишь молча киваю, улыбаясь. Нет смысла отрицать, я давно считал Кира братом. И он был прав, после стольких лет дружбы, иначе быть не могло, и от этого было еще более тошно, кто же знал, что жизнь подкинет столь паршивое испытание.
Глава 4
Стоя около дома Димы, я докуриваю уже хрен знает какую сигарету, в ожидании возвращения Кира, и периодически косясь то на балкон, то на дверь. С Киром идти смысла не было, не маленький, да и под монотонный голос Димона – только засыпать. А спать сейчас никак нельзя. К тому же на часах уже около десяти, Лера может позвонить. В очередной раз поднимаю голову и вижу Кира с Димоном. Не щадя горло, громко выкрикиваю: – Долго еще? Заметно посвежевший Кир резко поворачивается и с сарказмом произносит: – Подождешь, Ромео. – Давай спускайся, Джульетта, или без карты останешься. Кир легко хлопает по парапету и скрывается в квартире. Чувствую вибрацию во внутреннем кармане, наскоро выбросив окурок, достаю телефон. Как знал – Лера. Бросив секундный взгляд на подъезд, из которого мог выйти Кир, решаю, что похер. – Да, Лер. – Привет, – слышится слегка хриплый голос, хорошо вчера поорала, таблеток что ли потом привести, – прости я уснула и... – Всё нормально, Лер, на твоём месте любой бы отрубился. – Ну да, – выдыхает она и неловко молчит, видимо не зная, что сказать, хотя я догадываюсь, какой вопрос крутится в её голове, точнее о ком. Не успеваю открыть рот, как дверь подъезда резко открывается и из-за неё появляется Кир. Заметив меня с телефоном у уха, друг ощутимо замедляется, смотря прямо на меня. Бросив на него ответный взгляд, я сбивчево произношу. – Слушай Лер, я... – Ты приедешь? – внезапный вопрос выбивает воздух из лёгких, а сердце н секунду сжимается, замирая. – В смысле, ты не мог бы, если не занят, – слышу невнятное бормотание на том конце, и возвращаю контроль над собой. – Да, – твёрдо говорю я и сбрасываю, замечая цепкий, болезненный взгляд Кира. Он тяжело вздыхает и молча кивает, в попытке успокоиться. Дыши не дыши, а никакая гребанная практика тут не поможет. Радует, что хоть понимает: никакие слова на Лере сейчас не подействуют. – Дима дал парочку номеров, – прерывает затянувшееся молчание Кир. – Окей, обзвонишь по дороге, – коротко бросаю я, садясь за руль. – Куда мы? – В импульс, – Кир криво усмехается, – ты же хочешь найти эту патаскуху. Друг молча кивает, но затея ехать в клуб ему явно не нравится, впрочем, как и идея открыть подобное заведение восторга у него никогда не вызывала, в отличие от меня. Уже по приезду, раздав указания нужным людям, я сижу, слегка откинувшись на барную стойку, в ожидании Кира, говорящего по телефону. Слышу шаги позади и тихое шуршание скользящей бумаги о деревянную поверхность. Медленно оборачиваюсь и замечаю уже удаляющуюся спину нового бармена, отмечая для себя скорость исполнения. (Ее несносный студент – 4wFusQfE) Надо бы его запомнить. На белом клочке, неровным почерком выведены адрес и номер. – Я договорился с ещё парочкой человек, они подтвердят в случае чего, насчёт меня и насчёт этой бляди. Как выяснилось, мои колени были не единственными, на которые она присела, – шипя последнее предложение, произносит подходящий ко мне Кир. – Забись, и номерочек с адресом есть, – невинно улыбаюсь говорю я. Друг лишь хмыкает и, обведя глазами клуб, произносит: – Ты бы поаккуратнее с этим всем. – Да-да, – предчувствия очередную волну нравоучений, Легко отмахиваюсь я, – но признай, идея с клубами выгорела. – Главное, чтобы ты с ней не прогорел, иначе... – Я в курсе, что ты любитель честных сделок и белых бабок, – перебиваю я Кира, не давая снова завести свою шарманку. – Не хочу быть, как отец, – цедит Кир, уткнувшись взглядом в одну точку. С предками нам обоим не повезло, хотя у всего есть свои плюсы. – Но мне с моим папашей чистая карма никогда не светила, – философски замечаю я, – а это, можно сказать, совмещение приятного с полезным. Кир чуть усмехается и спрашивает: – Не объявлялся? – Не-а, а твой? – Хрен его знает, все равно какая-нибудь блондинка узнает об этом раньше меня. – Поехали? – полуутвердительно спрашиваю я и, получив кивок, хватаю ключи с барной стойки и иду к выходу. Ехать приодится долго, почти в противоположный конец города. Увиденное меня не удивляет. Еле стоящие, обшарпанные дома, не особо трезвый контингент, орущий на непонятном наречии. Красота, да и только. И где-то здесь живёт наша Наташенька. – А ей подходит, – коротко замечаю я, – прямо её среда обитания. Кир, не оценив иронии, сухо произносит: – Пойдём, уже заебало. Лаконичен, как всегда. С сотого раза найдя нужный подъезд, мы, стараясь не дышать, поднимаемся на седьмой этаж. – Надеюсь, ты не собираешься её убивать, – спрашиваю я, видя, как ноздри Кирилла с каждым этажом раздуваются все сильнее, а глаза наполняются почти животной яростью. – Нет, – звучит угрюмый ответ и лёгкий упрек: – удивлён, что ты так спокоен. – Это далеко не первая подобная сука в моей жизни. А это важно? Вопрос повисает в воздухе, и два последних лестничных пролёта мы идём в тишине. Встав напротив нужной нам двери без глаза, мы молча переглядываемся. Кир коротко стучит в дверь. Слышатся тихие шаги, стандартный вопрос: «кто там?»; и щелчок замка. Из небольшой расщелины показываетсячасть лица этой сучки. Завидев нас, она тут же пытается закрыть дверь, но Кир одним ударом вышибает её обратно и она со звоном ударяется о что-то позади. Глаза Наташи распахиваются и она инстинктивно начинает пятиться, лихорадочно осматриваясь. Я легко хмыкаю, обводя взглядом её фигуру и останавливаясь на лице. Если бы мне кто-то сказал, что это та самая вертлявая сука, засетившаяся практически в каждом клубе, я бы не поверил. Ни яркого макияжа, ни броской одежды и бесконечных каблуков. Даже извечно задиристый взгляд куда-то исчез. Передо мной стоит просто девчонка лет двадцати, с растрепаным каре, слегка дрожащая то ли от страха, то ли от бурлящего в крови адреналина, в пижамных штанах, на пару размеров больше, чем требуется, и растянутой майке. Перевожу взгляд на Кирю, заствшего напротив Наташи, как хищник, готовящихся напасть. Тут же боковым зрением замечаю быстрое движение, Наташа отскакиевает к углу, хватает непонятно откуда взявшуюся биту и замахивается ею для удара, переводя взгляд с Кира на меня и обратно.
