Текст книги "Линия Ветра"

Автор книги: Алсана Злолотце

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 17 страниц)

– И что вы тогда с ней не поделили, а, Ветер? – судя по голосу, эльфу было безумно любопытно узнать ответ.

– Сначала одну дорогую игрушку, – пожал плечами капитан. – А потом вторую. Вернее, потом игрушка не согласилась считать себя игрушкой и очень обиделась.

Арчи усмехнулся, выпуская несколько колечек дыма.

– Женщины...

Велен кивнул, мол, – а что делать-то? – и отвернулся от окружающего пейзажа. От его бдительного ока не ускользнула бы ни одна огреха, если бы такие в этот момент имелись. Но их не было.

– Най-на-ра-на-ра-най, – после короткого молчания замурлыкал себе под нос Северный. – На-ра-най-най-на...

Мелодия, которую Лэо сочинил когда-то для одного из королевских балов, была настолько запоминающейся, что вскоре менестрелю пришлось перекладывать ее для голоса и писать слова. Текст, конечно, был под стать музыке: достойный королей и прилипчивый, как молодые ольховые листочки. Впрочем, это продлилось недолго: мотив так полюбился обычным горожанам, что в конце концов Дана переработала народное творчество, получив еще один вариант, повествующий уже не о древних подвигах и извечной северной гордости, а о талантливом и бесшабашном маге, который искренне любил шляться по трактирам, но всегда приходил на помощь всем, кому она была необходима. И вот пару дней назад Цереро исполнил третью, пиратскую версию, похожую на традиционные песни-заговоры, именуемые "ловцами ветра".

Но рефрен "най-на-ра", по которому все эти песни получили свое название, оставался неизменным.

– Най-на-ра-на-ра-най... – ветер подхватил мотив, запутал его в парусах, обвил, как шелковой лентой. На мгновение зависла абсолютная тишина, а затем все снова пришло в движение, но уже в ином, подстроившемся ритме. Велен и раньше не сомневался, что Золотой Голос Ардары создал очередной шедевр на грани магии, а теперь убедился окончательно.

Оглянувшись, он поискал глазами юнгу.

– Щенок, гитару мне!

Мальчишка метнулся в каюту – и вот уже бережно протянул капитану преподнесенный Даной подарок. Темно-коричневая дека блеснула на солнце, Северный устроился поудобнее, раз прошелся пальцами по струнам, проверяя, не расстроена ли – и над водой понеслось уже в полный голос:

– Най-на-ра-на-ра-най...

У Его ар-Высочества был самый чудесный голос из всех, которые Интар слышала в своей жизни. От него по коже бежали мурашки, а в груди разливалось сладкое тепло. Да, не родись Велемир Свёль-Рег в семье человеческих королей и получи он ту долю эльфийской крови, которую заслуживает – был бы менестрелем. Это чувствовала не только сама Интар: все члены команды, оказавшиеся поблизости, так или иначе подхватили песню, которую пел ар-принц.

– Най-на-ра-на-ра-най... – слов эльфийка не знала, но вот этот повторяющийся мотив слышала уже несколько раз. Хотелось подпеть, но что-то мешало.

Когда песня закончилась, эльфийка не сдержала разочарованного вздоха. Вряд ли Его ар-Высочество споет еще что-нибудь.

– Да... – как и когда вампирша оказалась рядом, Интар в очередной раз не заметила. Телепортируются они все время, что ли?! – Красавец мужчина, жаль, не вампир.

– Хвала Лиоту! – вырвалось у эльфийки.

Алая расхохоталась.

– Я смотрю, кое-кто тут зазнался и страдает расовой нетерпимостью. Милая, что ты имеешь против вампиров?

– Это вам не Ромэн, чтобы наследник престола ходил с клыками во рту, – напомнила Интар.

– У этого формального не-наследника и так клыков достаточно, – Алая и не думала прекращать смеяться. – Если попросишь, он с удовольствием тебе их продемонстрирует. Одной, вон, уже продемонстрировал.

– Жене? – сердце замерло.

– Жене... Жене – само собой, конечно. И не только своей.

Какими же сладкими бывают обычные на вид слова!

– Не только своей?

– В свое время клыки Его пиратского Высочества очень впечатлили принцессу Шейну.

Интар пренебрежительно фыркнула. Где она, а где эта рыжая девчонка!

– Интар! – кричали с кормы, а это могло значить только одно: настало время ежедневного урока фехтования, как будто их в монастыре было мало! Эльфийка вздохнула и обреченно пошла туда, откуда прозвучал голос.

Время перестало быть чем-то поддающимся измерению. Сначала Таисс еще пыталась как-то определить хотя бы время суток, но нейсферил обрубил все звериные инстинкты, на которые она обычно полагалась. Поэтому теперь дриада засыпала, когда хотела, просыпалась, съедала очередную порцию безвкусного супа или каши, заставляла себя хоть как-то медитировать и разминать мышцы, сидела, слушая «дыхание» корабля, разговаривала со стенами и засыпала снова, мечтая о еще одном оглушающем заклятье на свою голову, чтобы придти в себя уже в порту. Хуже всего были не цепи и даже не нейсферил, удушающее действие которого все не наступало и не наступало, а вынужденное одиночество и замкнутый полумрак каземата.

– Когда ты меня найдешь, Вэл, то станешь самым счастливым мужем в мире. Потому что я уже стала идеальным собеседником для самой себя. И ты будешь избавлен от обязанности слушать женские монологи, – Таисс устроилась на матрасе, упираясь спиной в стену, а подбородком в колени. – Сколько там осталось до безумия?

До этого ведьма оказывалась в заключении дважды: с орками в Айвельте, а потом в Малых Обрывах. Но в первый раз это закончилось раскатыванием тюрьмы по камешку, а во второй серые изрядно сдабривали дни и ночи своим присутствием.

Хоть бы Шах появился, что ли? Найти разгадку его странному расположению – хоть какое-то занятие...

Ар-принцесса прикрыла глаза. Вдох на десять, выдох на тринадцать.

...Пусть у меня хватит сил и терпения вынести эту пытку...

Вдох.

...Обещаю, я буду лучшей в мире женой! Я не буду больше спорить с Вэлом. Ну, то есть буду, но меньше...

Выдох.

...Пожалуйста, пусть хоть что-нибудь случится...

Вдох.

Сердце споткнулось, перебивая дыхание. Таисс на мгновение показалось, что она разделилась пополам, или удвоилась, или окончательно сошла с ума, и теперь кровь по телу гоняют целых два сердца – одно нормальное, а второе маленькое, как будто птичье. Дриада охнула, внимательно прислушалась к себе, чтобы определить причину, и...

Есть вещи, заложенные в каждом существе самой Ардарой. Так птице дано летать, рыбам плавать, Солнцу светить, а дриаде – быть матерью. И как в птице просыпаются однажды древние инстинкты, выталкивающие ее из гнезда, так и хранительница безошибочно определяет начало новой жизни, когда приходит время.

Ар-принцесса вытянула ноги и коснулась живота ладонью. Теперь о побеге не могло быть и речи, Таисс не испытывала ни малейшего желания рисковать жизнью их с Веленом ребенка. И пусть момент был – неудачнее не придумаешь, ведьма, не раздумывая поняла, что сделает все, лишь бы уменьшить возможный вред для этой еще не родившейся крохи, благо, все те же инстинкты помогут в этом. Ведь другого такого шанса у нее уже не будет.

– Что-о-о-о?! Таисс, надеюсь, я ослышался? Нет, ты вот как себе это представляешь?!

Ведьма пожала плечами.

– Я вполне ясно выразилась.

– Да уж, яснее некуда! Если сформулировать кратко, то "Хочу, чтобы первым ребенком у меня родился мальчик, и плевать, как вы это устроите". Таисс, у дриад рождаются только девочки, и не я это придумал!

– Я знаю.

– И все равно требуешь!

– Ну мы же условились: любое желание.

– Да ты...

– Я уверена, что это вполне под силу Высоким.

Бог нервно взъерошил волосы, потом потер лицо обеими руками.

– Решила осчастливить жениха наследником?

– О, я приятно удивлена вашей догадливостью, господин Стейарт.

– Не слишком ли дорогой подарок?

Таисс улыбнулась.

– Я же делаю его в первую очередь себе.

– Интар, не смей! Интар, я приказываю, остановись!

Летящие в спину крики только подстегивали, заставляя лезть быстрее. В голове шумела злость и задетое самолюбие: ее, дочь Риантарэлля Блеск Лезвия, попытались задеть каким-то там прыжком в воду! Что ж, она им всем покажет!

– Интар, стой! – кричите-кричите! Можете хоть горло себе сорвать – ничего не добьетесь! Заклятье, лежащее не такелаже, надежно защитит от любой другой магии, а без этого ее уже не достать и не остановить.

– Интар!

В этом нет ничего сложного, тем более, что прыгнуть сумела даже ар-принцесса. Ничего, недолго ей осталось оставаться с этим титулом, скоро Его ар-Высочество окончательно поймет, насколько Интариани Илиесс лучше какой-то там дриады, которая даже не вышла проводить мужа на совет! А даже если супруга и останется супругой, правильно говорят, что жена не стена. А любить можно и без ритуальных клятв и обмена кольцами.

– ...а-а-ар!

Наверху ветер свистел в ушах, а от солнца слепило глаза. Эльфийка зажмурилась, выравнивая дыхание, произнесла короткую молитву, заручаясь поддержкой Лиота, на одном дыхании преодолела несколько шагов до конца реи и прыгнула.

Прыжок получился неудачным: ноги повело вперед, так что эльфийку перевернуло в воздухе, грозя приводнением на спину. Поняв это, Интар закричала от ужаса, выпуская из легких набранный было воздух.

И вдруг падение резко прекратилось. Кому-то удалось использовать левитацию! Преисполненная благодарности, Интар подняла взгляд на своего спасителя и не поверила глазам. Но, конечно! Кому кроме Его ар-Высочества под силу преодолеть собственные заклятья!

Велемир крепко прижимал эльфийку к груди, опускаясь на палубу. Интар повернула голову, чтобы глубже вдохнуть его теплый запах.

– Спасибо, – шепотом сказала она, когда ноги коснулись палубных досок.

Ар-принц смерил ее недовольным взглядом, потом оглянулся на угрожающе разбушевавшиеся паруса и железной хваткой сжал локоть девушки. Он практически дотащил ее до маленькой каюты, которую делили девушки, толкнул внутрь, приказал подоспевшему псу "Охранять!" и захлопнул дверь. Варро тут же улегся, перегораживая собой порог. Снаружи раздался топот и отрывистые команды Его ар-Высочества. Корабль несколько раз неприятно тряхнуло и начало качать так, что вроде бы притерпевшийся уже желудок изъявил желание вывернуться наизнанку.

Исправление разбалансировки, вызванной экстренным снятием заклятья с парусов, и последующая настройка новых заклинаний вытянуло из Северного Ветра почти все силы. Зверски хотелось есть и спать, но разобраться с идиотским поступком эльфийки следовало немедленно. Хотя, может, ей и не помешает посидеть взаперти и подумать.

Велен откинулся на спинку кресла, уложил вытянутые ноги на стол и вопросительно посмотрел на вызванных для объяснений гвардейцев. Все трое молча опустили головы.

– Ну? Я жду, чтобы кто-нибудь объяснил мне произошедшее. Какого демона Интар понесло наверх?

– Девчонка все принимает на свой счет, – проворчал Горлястик. – Кто знал, что фразу про прыжок она воспримет как вызов?

– Откуда вообще она вылезла, эта мачта?!

– Тишка рассказывал мальчикам про Таисс. Ну и о том достопамятном прыжке, конечно, не умолчал. Я совершенно без задней мысли сказал, что на это нужна была отчаянная смелость и огромное везение, а повторять "подвиг" не стоит никому. И Интар удумала – никто глазом моргнуть не успел. Откуда только скорость взялась?

– Та-а-ак... – капитан перевел глаза на оставшуюся парочку. – И почему, доблестные мои командиры, вы допустили эту истерику? Что, никто не объяснил эльфийке основные принципы гвардейской службы?

– Все мы ей объяснили и не раз, – хмуро парировал Вэрджес. – Но она же мало того, что остроухая, так еще и девица.

– И мнит из себя чуть ли не легендарную воительницу, – добавил Арлес. – Ничем эту спесь и дурь из нее не выбить. Я понимаю, у тебя сейчас голова другим забита, но, может, ты как-нибудь ее образумишь?

– Да выгнать к демонам! От орчонка толку больше!

Северный устало сжал ладонями виски. Он всегда знал, что не каждая женщина, взявшая в руки меч, умеет с ним обращаться, но искренне надеялся на удачу. И обычно ему везло, вспомнить тех же Таисс и Алую. Но, очевидно, не в этот раз.

– Ясно. Ладно, идите. Я поговорю с ней, но и вы не пускайте дело на самотек. Джес, сделай ей выговор пожеще, может, хоть что-то дойдет до этой белобрысой головы.

– А ты при капитане как оказался? – юнга отложил свернутый в кольцо тонкий канат и принялся разглядывать ладони. За проведенные на «Тавильере» дни они окончательно загрубели и покрылись коркой.

– Моя бедный и нищий, – с хорошо выработанной жалостливостью затянул орчонок. – Принц пожалел, к себе взял, всюду за ним хожу, его и принцессу смеяться заставляю.

– Врешь, небось, – буркнул Щенок. – Когда это орки правду говорили?

Дайро ухватился за грот-ванты, подтянулся и сел на край борта, зацепившись ногами.

– А зачем спрашивал, если знаешь, что я совру? – уже нормальным голосом переспросил он.

– Мне любопытно, – насупился юнга. Закончив изучать руки, мальчик уселся на палубу, прислонившись спиной к борту. – А насчет жалости голову мне не морочь, я видел, как Северный Ветер к тебе прислушивается.

– К шутам всегда прислушиваются.

– Но не так! Ты шпион, да? – юнга запрокинул голову, чтобы встретиться с орчонком глазами.

– Шпион... – фыркнул Дайро. – Не дорос я еще до шпиона, знаний маловато, да и опыта тоже.

– Тогда кто?

– Пара глаз, пара ушей, быстрые ноги. Его высочество ведь не может Сам собирать информацию. А я – запросто. Меня научили.

– Во даешь! – присвистнул Щенок. – Мне бы так...

– Поучился бы ты у моего дяди – проклял бы свой язык, – покачал головой орчонок.

– Опять врешь! – обиделся юнга.

– Орки врут не больше людей, – не остался в долгу Дайро.

Щенок окинул орчонка пристальным взглядом.

– Вздуть тебя, что ли?

– Ну, попробуй, – тот спокойно пожал плечами. – Только потом без обид.

Из-за грот-мачты выглянул Тишка, высокий и худой матрос со шрамом, пополам рассекающим подбородок. Ему хватило одного взгляда, чтобы оценить назревающую драку, и еще одного, чтобы мальчишки замерли и притихли.

– Драчунов у нас не любят, – веско заметил Тишка, покачивая головой. – Капитан так и вовсе взгреет обоих, если что. Имейте в виду.

Мальчишки одновременно кивнули.

– Иди к нам, Тишка, – юнга воспользовался случаем, чтобы послушать новую историю. – Расскажи что-нибудь, а?

Матрос потер шею.

– Меня на нос отправили. Компанию составите?

Дайро мгновенно спрыгнул со своего насеста, Щенок вскочил на ноги. Оба уже успели войти во вкус к матросским байкам и ради них моментально забывали любые ссоры.

– А капитан где? – поинтересовался юнга, одергивая выбившуюся из пояса рубашку. Северный Ветер уже два раза устраивал ему нагоняй за неопрятность – вполне хватило, чтобы мальчишка зарубил на насу некоторые прописные истины.

– Навеное, промывает голову эльфе, – хмыкнул Тишка. На корабле все называли Интар именно так, с убийственной долей пренебрежения. – А вот и она, явилась не запылилась. Эй, полегче, белобрысая!

Эльфийка пронеслась мимо, не замечая никого и едва не сбив Щенка с ног.

– Мачту не снеси, цапля болотная! – зло заорал юнга вслед.

Шорохи и звуки, которые Северный Ветер когда-то назвал дыханием корабля, то ли баюкали, то ли настраивали на задумчивый лад. Последнее время Алая все время ловила себя на том, что она слишком много думает. О народе Северного Престола, который отличался какой-то пограничной для людей внутренней силой; о Велемире Свёль-Реге, которого, если поразмыслить, вообще не должно было случиться в этом мире, уж слишком много судеб собрал он в одной своей; о Рыси, Таисс д'Орвелин эон Райлен Свёль-Рег, которая на проверку оказалась чудесной девушкой; о моряках, жизнь которых подчинена другим законам; о том, как легко сложились взаимоотношения внутри разросшегося гвардейского отряда; о Силе, на этот раз магической и древней, которая словно бы заточена внутри северных земель. Не за ней ли ушел когда-то Юршан?

Юршан... Имя, звучащее музыкой, звоном мечей, полетом дротика, преследующего цель. Алая была бесконечно благодарна мастерам, которые дали ей умение, воспитали дух воина, научили тело подчиняться воле, но все, что было в ней, заложил Юршан. И это из-за него Алая основательно взялась за оружие. Отчасти из-за нежелания прекращать развивать то, что уже было, отчасти из-за незнания нравов мира, оставшегося за границами Ромэна. Это сейчас вампирша могла с уверенностью сказать, что на севере можно было бы прожить, хоть немного владея каким-нибудь оружием, а тогда все, что за гранью, и особенно в далеком Северном Престоле, казалось пугающим и враждебным. Север забрал у нее брата, значит, она найдет его и отобьет силой, если потребуется. Или останется рядом, если найдутся причины, по которым Юршан не сможет вернуться. Именно так думала девочка Алая, стоя на пороге дома мастера.

Почему она медлила последние годы? Одним богам известно. Но когда в Ромэн приехал Арлес, предложивший всем желающим уехать вместе с ним на службу к Его ар-Высочеству, Алая поняла, что это ее шанс. Единственный. А когда мастер Эве вдруг поддержал идею ученика, сомнений не осталось вовсе. Ну и что, что находясь на службе, она не сможет свободно распоряжаться своим временем? Вот уж чего-чего, а этого добра у нее в запасе еще много.

Но потом Юршану придется потратить не один час или даже день, чтобы ответить на множество накопившихся вопросов...

С кровати вновь донеслось громогласное всхлипывание. Видимо, Интар в очередной раз забыла, что находится в каюте не одна. Алая сделала глубокий вдох и принялась считать до дюжины, чтобы не сказать эльфийке какую-нибудь гадость,. Продолжавшийся уже около часа рев раздражал ужасно, но вампирша зареклась трогать коллегу-недотепу, предвидя новый взрыв эмоций.

Вряд ли Велемир сказал что-то сверх того, что заслужила глупая выходка остроухой, но влюбленной дурочке хватило бы и половины. Ох уж эти эльфийки...

– Хватит реветь! – еще несколько всхлипов – и Алая не выдержала. – Получила по заслугам, так сделай выводы, а не разводи сопли по постели!

– Он со м-мной разгова-а-аривал, – затянула Интар, – как б-б-удто я что-то ужа-асное сделала!

Да уж. Горбатого могила исправит, а для остроухих даже это не метод...

– А ты думаешь, не ужасное?! – процедила вампирша. – С такой легкостью найти провокацию там, где ее не было, да еще и поддаться?! Да тебя в шею надо гнать из отряда, пока не поздно!

Эльфийка зашлась еще большим ревом, неуклюже швырнув в Алую подушку. Вампирша хмыкнула, свесившись с гамака подняла недолетевшее метательное орудие и положила себе под ноги. Посмотрим, каково будет завтра просыпаться остроухой неженке.

Чувство голода не отступало даже во сне. Есть хотелось постоянно. Есть и спать. Поэтому спала дриада так крепко, что проснулась не от звука открывающейся двери, а от того, что зашевелились прикрепленные к запястьям цепи.

"Неужели уже приплыли? Сколько дней прошло?" – лихорадочно соображала Таисс, усаживаясь на матрасе и натягивая на колени потрепанную рубашку.

Но Шах явился один, без своего громилы-помощника. Да и цепи натянул. Не слишком сильно, но теперь даже до середины каземата не дотянешься.

– Я разбудил вас? – с маслянистой учтивостью поинтересовался работорговец.

– Здесь больше нечего делать, – зевнула ар-принцесса.

– Сон для молодого организма полезен, – он смотрел сверху вниз, но Таисс было наплевать. Если ей понадобится сравнять взгляды, она сделает это не поднимаясь.

– Честно говоря, это времяпрепровождение уже надоело до зубной боли. Когда, наконец, меня выпустят?

– Выпустят? – Шах неприятно оскалился. Таисс никак не могла уловить причину его "раздвоения". – Вы сильно преувеличиваете. Выпускать или опускать вас никто не собирается. Но на Островах мы будем куда раньше, чем вы могли бы предположить.

От этой фразы по спине протянуло холодом. Что еще задумал Шах, чтобы обогнать ветер? Чтобы обогнать Ветра...

– Неужели? К чему такая спешка, вы же говорили, что моему мужу вас ни по чем не догнать? – в вопрос все-таки просочилось немного яда.

– После ваших слов я задумался, – скулы свело от этой демонстративной доверительной искренности. – И поменял кое-что в планах.

Хаос и демоны! Почему ей так не нравится этот поворот событий? Что такого мог сделать Шах?..

– Кое-что?

– Позвольте мне сохранить эту тайну, – и опять приторная любезность.

"Я все равно убью тебя, тварь, – думала Таисс, пристально глядя в глаза работорговцу. – Не сейчас, так потом. За то, что моему ребенку приходится терпеть все это. За всех тех, кого ты продавал, как скот. Ну и за себя, конечно".

– Мне непонятна причина вашей любезности, – теперь пусть скулы сводит у самого Шаха. – Она не сочетается с моим нынешним положением.

– Еще как сочетается, – усмехнулся работорговец. – Вы же наверняка испытываете трепет, когда видите красивое и дорогое платье.

Дриада расхохоталась. Трепет при виде платья?! Ох, какая милая шутка!

Капитан понял и исправился.

– Красивое и дорогое оружие вам нравится больше? Пусть будет так.

– Попытки достичь своих целей моими руками еще ни разу не заканчивались хорошо, – заметила девушка.

– Не воспринимайте буквально. Я имею в виду не средство убийства, а вещь, имеющую для вас особую ценность, – Шах опустился на пол, по-тахански скрестив ноги. – Вы ведь даже не представляете, сколько денег за вас дадут на торгах. У меня еще не было настолько дорогих кукол.

Нет, она точно убьет эту мразь.

***

На этот раз ее выдернуло из сна резко, как будто огрело по голове. Снаружи что-то происходило, но Таисс не могла понять что именно. Неужели на корабль напали? Но кто?! Вэл?!

– Эй! Э-э-эй! – во весь голос закричала дриада. – Я здесь! Вэл! Чернявый! Крыс! Я здесь, слышите?! Кто-нибудь!

Конечно, это очень глупая идея – пытаться докричаться через толщу массивных деревянных перегородок, тем более, когда на борту идет бой, но ар-принцесса не могла сидеть тихо и ждать. Время тянулось медленно, горло болело все сильнее, а результата никакого. Никто не спешил проверить трюмы, а ведь велен наверняка в первую очередь отправил бы сюда кого-нибудь. Или, может, драка настолько серьезная, что каждый воин на счету?

– Велен!

Проклятый нейсферил! Пусть и не душит, как должен был бы, но ведь ментальную связь с мужем перекрыл намертво!

– Вэл!

Постепенно шум наверху стих. Таисс напрягала слух, но разобрать хоть что-то было невозможно. Прошла еще не одна дюжина минут мучительного ожидания, когда, наконец, за дверью послышались шаги, слишком легкие для мужчины и уж точно не принадлежавшие Велемиру Свёль-Регу. Алая? Или Велен вообще не имеет ко всему этому никакого отношеня?

Ключ повернулся один раз, второй...

– Проклятье... – выдохнула Таисс. Шах, тупица! Безумный самоубийца!

Лэррийка молча бросила взгляд на цепи и повернула рычаг. Опешившую дриаду во второй раз вытянуло вдоль стены. Ведьма попыталась вывернуться, но безрезультатно. Жадность работорговца привела ар-принцессу в руки Малахан, могло ли быть что-то хуже? Но Таисс твердо намеревалась выжить во что бы то ни стало.

Из-за спины первой лэррийки появилась вторая. Вместе они быстрым и красивым заклинанием разбили одно из звеньев левой цепи. Замаячившая впереди свобода оказалась иллюзией – даже если бы дриаде не нужно было беречь живот, ей бы стоило огромного труда вывернуться из железного захвата. Еще одно заклинание – и правая цепь мертвой змеей упала на пол, потащив за собой запястье. Лэррийка на лету подхватила его, завела за спину и, несмотря на сопротивление ведьмы, намертво связала руки в районе локтей. Ее напарница по-прежнему молча толкнула пленницу к двери. Таисс сжала зубы, но сопротивляться не стала. Демоны знают, что на уме у этих островных женщин, могут и тут бросить в связанном состоянии, тогда уж никто ничем не поможет.

Лэррийки буквально выволокли дриаду на палубу. Солнечный свет так резко ударил по глазам, что некоторое время Таисс стояла, ослепшая и оглохшая от шума вокруг. Когда зрение, наконец, вернулось, а сплошной шум в ушах снова разделился на отдельные составляющие, стал понятен весь масштаб случившегося.

Несостоявшихся рабов развели по разным концам палубы, мужчин отдельно от женщин. Некоторые так и оставались в колодках и цепях, отдельно стояла группа мужчин, повязанных по рукам и ногам кожаными ремнями, очевидно, команда "Зубатки". Трупов было немного, видимо, лэррийки расправились только с магами. Таисс отыскала взглядом Шаха, жалкого и испуганного, со сломанным носом и паникой в глазах. Но прежде, чем девушка успела что-то сделать, перед ней появилась еще одна лэррийка, ухватила за подбородок, заставила приподнять голову. Ведьма недовольно дернулась, но хватка у женщины оказалась железной.

– Это жена Северного Ветра! – крикнул Шах. Лэррийка обернулась, кивнула одной из подчиненных и работорговец получил удар под дых древком короткого копья.

– Он не врет, – прошипела дриада. Вероятность была примерно шесть на шесть – теперь либо станет совсем худо, хотя куда уж хуже, либо удастся добраться живой и невредимой до Островов. И живот ведь не прикроешь, а что будет, если лэррийке в голову придет приласкать копьем и ее?

Глаза в глаза. Таисс легко выдержала изучающий взгляд. Здесь, на залитой кровью палубе, среди запуганных и грязных людей лэррийки выглядели опаснее, но тем не менее куда понятнее, чем женщина, которую они с Веленом встретили в Хатише. К тому же, сейчас лица "островных хищниц" были открыты.

– Северный Ветер отдал бы тебе звезду, – молчание, наконец, закончилось.

– Он отдал. Но ее у меня украли, – ар-принцесса облизнула пересохшие губы. Нижняя треснула посередине и теперь болезненно саднила.

– Это может сказать кто угодно.

– Она не врет! Эта девка действительно жена Северного! Мы можем договориться! – еще один удар и Шах снова затих, скорчившись в три погибели.

– Чем ты можешь доказать? – лэррийка стояла так близко, что от ее запаха начинала кружиться голова. Кажется, это был мускус.

– Я думаю, Малахан в курсе. Отвезите меня к царице – и все станет ясно.

Женщина отпустила подбородок.

– В лодку ее!

– Еще кое-что, – Таисс чуть не взвыла от боли, когда уже знакомые ей лэррийки снова подхватили дриаду под руки. – Что вы собираетесь делать с пленниками?

– Заберем с собой.

– Всех?

– Да.

– У меня тут кое-какие счеты. Развяжите мне руки и дайте нож.

От такой наглости лэррийки замерли, не закончив движения, застыли на середине шага. Даже пленники затихли, выжидательно глядя кто на Таисс, кто на старшую из островных женщин.

– Кто из этих? – спросила она, наконец.

– Шах, – кивнула ар-принцесса. – Самый крикливый.

Нож ей, правда, не дали. И рук не развязали тоже. Да и то, что происходит, Таисс поняла не сразу. Повинуясь нескольким жестам старшей, лэррийки выкатили к мачте высокую пузатую бочку, быстро завязали петлей длинный канат, и затащили капитана на этот импровизированный эшафот.

– Это плохая смерть, – выдавила из себя Таисс.

– Мы можем сделать все сами, – с каменным лицом предложила старшая.

Ну уж нет. Таисс обещала Шаху, что убьет его, предполагала, что это может сделать Велемир, но отдавать работорговца лэррийкам... Ну уж нет.

Корабль качало, устойчиво стоять на ногах со связанными руками было тяжело. Таисс ощущала себя неуклюжим мешком с камнями и от этого злилась все больше и больше. Но ее положение было куда завиднее, чем то, в котором находился самонадеянный работорговец. Даже ошейник из нейсферила лучше, чем висельная петля.

– Не стоило тебе быть таким самоуверенным, – дали бы волю, задушила бы мерзавца собственными руками!

Шах дернулся, едва не свалившись. Таисс помедлила, прикидывая, как стоит толкнуть бочку, чтобы выбить ее из-под ног, примерилась...

Лэррийки в который раз продемонстрировали свойственную им жестокость: веревка оказалась такой длины, что Шах сучил ногами по палубе, но упереться не мог. И дриада была полностью с ними согласна, хотя вряд ли призналась бы в этом кому-нибудь.

Ремни убрали, но радости это не прибавило: концы цепей продолжали оставаться в руках лэрриек, а даже если бы это было не так, Таисс все равно не смогла бы убежать, разве что утонуть, с таким-то весом на запястьях. Ее везли в одной из лодок, на которых передвигались женщины-воины, а не на плотах, вместе с остальными пленниками. Значит, слова насчет Велена восприняли всерьез. Что ж, Малахан, конечно, та еще противница, но, зато появится возможность надавать ей по шее за охоту на Вэла.

На закате, миновав несколько дюжин маленьких островов, на которых возвышались странного вида храмы, лодки и плоты приблизились к тому, что ар-принцесса назвала столицей. Это был архипелаг из множества кусков суши, объединенные при помощи навесных мостов и арок. Диковинного вида многоярусные здания, деревья, больше похожие на цветы с очень толстыми мясистыми стеблями, яркие пятна шелка, совершенно не похожие на живых людей, скорее на духов или демонов.

Это было красиво, так красиво, что перехватывало дыхание.Но в полной мере насладиться местной экзотикой ей не позволили. Из одного каземата отправили в другой, пусть более просторный и светлый, да к тому же находящийся высоко над землей – суть от этого не поменялась.

Решетка на окне только на первый взгляд показалась хрупкой: стоило прикоснуться к прутьям, как ладони обожгло как будто крапивой. Выломать их оказалось невозможно: неизвестная порода дерева намертво вросла в стены, да к тому же по прочности не уступала железу.

Убедившись в несостоятельности любых вариантов, Таисс уселась на плетеную из тростника софу и сосредоточилась на остервенелом чесании зудящих ладоней. Ничего не скажешь, действенное средство отваживания пленника от окон. Хотелось есть, но Таисс не рискнула пробовать принесенную еду на случай, если Малахан уже успела подсыпать туда какого-нибудь порошка.

– Ничего, ничего, – прошептала дриада, морщась от жжения. – Мы с тобой выкарабкаемся, мой хороший. Чего бы мне это ни стоило. Выкарабкаемся и вернемся домой.

У ар-принцессы было время подумать и найти хотя бы некоторые плюсы-минусы случившейся беременности. Никто ей ничего не рассказывал, но это же надо быть круглой идиоткой, чтобы не разобраться в собственном организме. Несмотря на отвратительную еду, ребенок получал все необходимое для развития, и будет получать, пока внутренние резервы матери не истощатся окончательно. Это был несомненный плюс. Но и вся Сила, выход которой перекрыл нейсферил, тоже шла малышу – и это было скорее минусом, потому что предугадать последствия было пока невозможно. Оставалось надеяться, что кровь древних королей, полученная от отца и что-то-с-чем-то, доставшееся от матери защитят ребенка.

Он родится магом – это ясно, но вот какой стихии? Унаследует ли волчью ипостась? На кого будет похож больше?

От всех этих вопросов ее отвлек звук открывающейся двери. Вряд ли царица собственной персоной пожаловала, чтобы навестить пленницу, но на всякий случай Таисс изобразила на лице что-то подходящее к ситуации. И зря. Вместо Малахан на пороге оказалась даже не лэррийка – у этих была особая стать – а служанка или, что вероятнее, рабыня. На вид она была гораздо старше Таисс, смуглая до черноты с глубокими морщинами на лице и пигментными пятнами по кистям рук. Неловко бросив девушке ворох шелка, она стремительно захлопнула дверь.